Книга Азраила. Трон сломленных богов. Комплект из 2 книг

– Сколько еще существ обладают такой силой, как ты?

Выражение ее лица смягчилось впервые с тех пор, как я ее встретил. Не было ни фальшивой бравады, ни дерзких комментариев, только печаль, затаившаяся в глубине ее глаз.

– Есть только я.

Моя грудь заныла от эха воспоминаний, которые я изо всех сил старался скрыть. На долю секунды я что-то почувствовал. Это было коротко и мимолетно, но то, как она произнесла эти слова, вызвало во мне эмоции, и мгновение я упивался способностью снова чувствовать. Ощущение исчезло так же быстро, как и появилось – трепет надежды, вытесненный суровой реальностью.

– Но… – Я прочистил горло и скрестил руки. – Остальные, твои братья, они тоже Иг'Моррутены?

– Да, но только я была создана силой Кадена.

– Он создал тебя? Как?

Она избегала моего взгляда, словно воспоминание было слишком болезненным и тяжелым. С этим чувством я был знаком не понаслышке.

– Моя сестра умирала. Я предложила взамен мою жизнь, и он ее забрал. Это все, что тебе нужно знать.

Я записал все, что она сказала.

– Очень хорошо. Значит, раньше ты была смертной. Откуда ты?

– Эория.

Ее тон стал резким и холодным. Я почувствовал, как энергия в комнате изменилась, и с опаской наблюдал за ее поведением. Название было знакомым, и мне потребовалось время, чтобы вспомнить, почему.

– Эория – затерянная цивилизация, существовавшая тысячи лет назад.

Ее взгляд застыл на мне.

– Не затерянная. Разрушенная падением твоего мира.

Это означало, что она была куда старше, чем я предполагал. Я был удивлен, учитывая ее внешний вид и характер ее речи. Перевернув страницу, я продолжил:

– Значит, за все это время он больше никого не сотворил?

– Он пытался, но безуспешно. Те, кто пили его кровь, превращались в крылатых зверей, лишенных каких-либо смертных чувств. Они верны только ему и готовы выполнить любую его команду. Их называют Ирвикува.

Это я тоже записал.

– Я никогда не слышал об этих Ирвикува. Сколько их у него?

– О, целая армия, – небрежно бросила она, словно этот факт не делал нынешнюю ситуацию еще более ужасной.

– Значит, ты одна из его приближенных, верно? Я правильно формулирую?

Она кивнула.

– Да, так и есть. Мы те, кем для тебя являются члены Лиги. Тобиас, Алистер и я – его генералы, и он только что потерял двоих.

Ее руки сжались в кулаки, выражение лица потускнело.

– За исключением того, что вы относитесь друг к другу куда лучше. Некоторые говорят, что он одинок, что он не может найти равного себе или что-то в этом роде, но стоит просто признать, что он просто ублюдок.

Внезапно она осознала, что рассказывает слишком много, и рассеянно оглядела комнату, запустив руку в волосы.

– Но это неважно. Насколько я знаю, Алистер и Тобиас пришли вместе с ним. Я никогда не задавалась этим вопросом. Единственное, что меня беспокоило, – моя сестра и выживание.

Она дала мне достаточно информации, чтобы я понял, что они представляли собой большую угрозу, чем я предполагал. Если она говорит правду и не ошибается, то в обозримом будущем я вряд ли попаду домой.

– Последний вопрос на этот вечер, мисс Мартинес. Что вы все ищете?

Она посмотрела на меня так, словно я задал ей самый глупый вопрос в мире. Ее густые темные ресницы недоверчиво дрогнули. Ее аура изменилась, напомнив мне о нашей первой встрече. Я снова увидел, насколько опасной она была на самом деле.

– Удивлена, что ты не знаешь. Каден ищет Книгу Азраила.

Азраил.

Двери камеры открылись. Я вошел, держа шлем под мышкой, позади меня тянулись длинные белые и золотые нити. Логан и Винсент, одетые в такие же серебряные доспехи, следовали за мной. В их руках блестели копья. Стены содрогнулись, сбив древние свитки с полок в кабинете Азраила. Потолок треснул, мелкая белая пыль посыпалась на большой стол. Азраил метался, стараясь уместить в свою сумку как можно больше вещей.

– У нас нет времени.

Он резко повернулся ко мне, его длинные черные волосы были заплетены по обе стороны от лица. Линии на его коже засветились чуть ярче, реагируя на наше внезапное вторжение.

– Но твой отец хотел, чтобы я принес как можно больше в новый мир.

Мой голос был холодным и твердым.

– Нового мира не будет. Мы можем эвакуировать только избранных. Война уже здесь, и ты нужен мне на поле боя.

Он схватил сумку со стола и прижал ее к груди. Мышцы его рук напряглись.

– Я не могу, – произнес он с гневом.

– Ты можешь, и ты будешь.

Я кивнул в сторону Логана. Он шагнул вперед, призвав еще одно копье. Остановившись, он протянул руку, ожидая, что Азраил возьмет оружие.

– Я не могу! – крикнул он, хлопнув ладонью по столу. – Виктория беременна. Я не оставлю своего ребенка без отца.

Моя челюсть дрогнула. Это объясняло беспокойное поведение Азраила в последнее время.

– Ребенок?

Винсент и Логан посмотрели на меня, но ничего не сказали.

– Мне очень жаль, мой король. Я стараюсь следовать твоему примеру и делать то, что лучше для нашего народа, но я должен думать о своей семье. Если ты падешь, если мир рухнет, я, возможно, смогу создать оружие, достаточно сильное, чтобы помочь выжившим. Но я не смогу сделать это, если умру.

Азраил помог мне выковать кольца, которые носили члены Лиги, помог создать подходящие металлы и камни. Он был моим другом, хотя его верность принадлежала богу Ксеору.

– Ты же понимаешь, что это измена, независимо от причины? Оставить свой пост, пока мы на войне?

– Я в курсе и готов сражаться, если придется.

Я кивнул и потянулся за спину. Азраил выпрямился, бросил сумку и призвал свой сияющий серебряный меч. Логан и Винсент подошли ко мне с флангов.

Я оторвал три длинных нити со своей спины, сделал шаг вперед и вложил их в руки Азраила.

– Для твоего ребенка. Если я не смогу спасти этот мир, надеюсь, ты найдешь другой.

Его глаза заблестели, и серебряный меч, который он держал, исчез из его рук. Он сжал в кулаке нити и поднял свою сумку. Положив руку мне на плечо, он мягко улыбнулся.

– Ты не такой, как он. Мне жаль, что другие боги этого не видят.

* * *

Воспоминание рассеялось, и передо мной снова появилось лицо мисс Мартинес.

– Боюсь, ты и твои братья ошибаетесь. Книги Азраила не существует. Он мертв. Это просто легенда.

Она подняла бровь и постучала ногтями по столу.

– Разве не то же самое они говорили о тебе?

Я откинулся на спинку стула, выдохнув.

– Для начала это более чем достаточная информация. Мне нужно знать местонахождение твоей сестры, если понадобиться ее забрать. Ты убила одного из приближенных Кадена и пошла против него – судя по тому, что ты о нем говорила, он может причинить ей вред.

Ее спина резко выпрямилась, глаза сверкнули. Она вскочила со стула, чуть его не опрокинув.

– Да, конечно. Но мне нужно переодеться, я ужасно выгляжу.

– Не могу с этим не согласиться, но у тебя будет достаточно времени, чтобы заняться этим в мое отсутствие.

Ее брови нахмурились.

– Но я иду с тобой.

Я наклонился вперед, взял со стола блокнот и встал.

– Нет, боюсь, что нет.

– Еще как да.

Взмахом моей руки двойные двери за ее спиной открылись, и в комнату вошли несколько Небожителей. Она повернулась, и на ее лице отразилось выражение чистой ярости – она увидела, что стражи несли серебряные цепи, покрытые рунами.

– Наручники? Снова? Серьезно? Я же тебе помогла!

– Совсем немного. – Я заложил руки за спину. – Но факт остается фактом: я тебе не доверяю. Я не верю, что ты не попытаешься ударить меня ножом в спину после того, как я заберу твою сестру. Ты уже доказала, что способна на такое. Итак, теперь я попрошу тебя подождать в камере, пока я не вернусь. Надеюсь, твоя сестра будет более сговорчива.

Она зарычала на приближающегося небесного стража. Затем остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на меня. Ее глаза сверкнули злобой.

– Я не пойду.

Лампы вокруг нас замерцали – я терял терпение. Стремительно подойдя к ней, я остановился в нескольких дюймах и запрокинул ее голову, заставив смотреть прямо мне в лицо. Из-за позы и манер ее рост казался больше, чем он был на самом деле, но, глядя на нее под этим углом, я понял ощутимую разницу в наших размерах. Вторжение в личное пространство было тактикой запугивания, которой нас учили на Рашириме. Слабые быстро отступали, но, зная мисс Мартинес, я понимал, что она не сдастся так просто.

– Пойдешь, или я понесу тебя сам.

Она посмотрела на меня, иронично приподняв уголки губ.

– Ты не посмеешь.

* * *

Ее неудачные попытки вырваться из моей хватки так и остались неудачными попытками. Первое впечатление о ней было правильным. Она была злобным, проворным зверьком. Загнанная в угол, она была готова атаковать меня любыми средствами. Она царапала, била и кусала меня за любую часть моего тела, до которой могла дотянуться. Это раздражало, но не имело особого эффекта, что, казалось, только распаляло ее гнев.

– Отпусти меня! – рявкнула она, ударив меня кулаком в бок.

– Я предлагал тебе пойти по своей воле, но ты отказалась. А когда один из моих людей надевал на тебя наручники, ты сломала ему нос. Так что это, мисс Мартинес, всецело ваша вина.

– Что смешного? – прорычала она.

Я знал, что она спрашивает не меня, а обращается к охранникам, которые шли за нами. Небожители проигнорировали ее вопрос, вероятно, опасаясь с ней связываться.

Мы подошли к большой белой двери в конце коридора, и я поправил висящую на моем плече пленницу. Подняв свободную руку, я провел ею перед маленькой электронной коробкой. По моей ладони пробежала тонкая полоска света, края двери вспыхнули, и она медленно открылась. Это только подогрело пыл мисс Мартинес, и она в очередной раз попыталась вырваться.

– Это нелепо. – Она вцепилась в мою спину. – Из чего ты сделан? Из стали?

Мы вошли внутрь, и коридор за дверью тут же осветился. Здесь было меньше камер, чем в Арариэле, но мне нужна была только одна. Я остановился перед одной из комнат, поставил ее на ноги и быстро отступил назад.

В тот момент, когда ее подошвы коснулись пола, она на меня набросилась. Внезапно между нами выросла светящаяся лазурная решетка – на каждом из прутьев были написаны руны, вращающиеся против часовой стрелки. Камера осветилась, и нашему взору предстала металлическая кровать, прикрепленная к стене, и маленький душевой уголок в дальнем углу.

– Серьезно?! – рявкнула она на меня, скрестив руки. – Значит, спасение твоего мальчика ничего не значило?

Я заложил руки за спину и слегка наклонил голову.

– Пожалуйста, не думай, что из-за того, что ты ответила на несколько вопросов, между нами существует какое-то доверие. По меркам смертных ты – преступница. Я тебе не доверяю и не буду рисковать чужими жизнями. Ты отлично проведешь здесь время, пока я не вернусь.

От моих слов выражение ее лица изменилось, ее взгляд наполнился отчаянием. Она подняла руки и обхватила ими прутья решетки. Ее кожа зашипела, от ладоней потянулись клубы дыма. Она не поморщилась и не показала никаких признаков боли, продолжая смотреть прямо на меня.

– Пожалуйста, позволь мне пойти с тобой. Габби тебя не знает, и если ты появишься без меня, она испугается.

Я кивнул, прежде чем отвернуться.

– Она будет в порядке.

– Самкиэль! – закричала она, и я остановился.

Мои плечи напряглись. Я ненавидел это имя. Возможно, она использовала его только для того, чтобы посильнее меня задеть.

Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и снова посмотрел на нее.

– Пока меня не будет, за тобой присмотрит Винсент. У тебя в камере должна быть свежая одежда, и, возможно, ты захочешь принять душ. Если ты дорожишь своей приватностью, я советую переодеться до прихода Винсента, потому что ему приказано ни в коем случае не выпускать тебя из виду.

– Пожалуйста, позволь мне пойти с тобой, – попросила она.

Она посмотрела на меня своими большими карими глазами, обрамленными густыми ресницами. Любопытно, сколько мужчин попалось на эту уловку.

– Нет.

– Самкиэль! – закричала она, когда я повернулся к ней спиной.

Я чувствовал тошнотворный запах горящей кожи, пока она обрушивала свою ярость на светящиеся прутья решетки. Небожители последовали за мной, и дверь за нами захлопнулась, заглушив ее возмущенные крики.

Когда мы остановились в главном зале, я повернулся к ближайшему ко мне Небожителю.

– У вас есть адрес?

Он что-то пролистал в своем планшете, и на экране появилось несколько картинок. Я увидел деревья, пляж с белым песком и океан, простирающийся до самого горизонта. Стоящие вдоль побережья дома были невысокими, с куполообразными крышами. Лишь одно здание отличалось – оно было больше других и с множеством окон. Повсюду гуляли едва одетые смертные. Я взял планшет и принялся внимательно рассматривать детали изображения.

– Мы думаем, она там. Это похоже на какой-то курорт.

– Очень хорошо.

Я вернул планшет и повернулся, чтобы уйти. Небожители собирались последовать за мной, но я бросил им через плечо:

– Оставайтесь с Винсентом. Боюсь, наша гостья не очень сговорчива.

Уходя, я услышал, как кто-то из охраны нервно сглотнул.

19. Лиам

Я приземлился прямо на теплый песок. По изображениям на планшете я понял, что нахожусь в правильном месте. Песчаные острова были своеобразным убежищем, и, учитывая, насколько далеко они находились от других городов и островов, это был не худший выбор. Проходящие мимо смертные окинули меня оценивающим взглядом и принялись перешептываться, обсуждая мой наряд. На общем фоне я был слишком одетым.

Волны гулко разбивались о берег. Громкие крики и взрывы смеха сотрясали воздух, заставляя меня поежиться.

Я не на войне.

Я не на войне.

Нужно было покончить с этим как можно скорее. Я вздохнул, чтобы успокоить учащенное сердцебиение. Простенькая кирпичная дорожка под моими ногами извивалась, разветвляясь в нескольких направлениях. Одна из тропинок вела к большому зданию с окнами. Я отчетливо слышал каждого человека, живущего в этом месте, – слышал их смех, храп и крики удовольствия. Судя по сердцебиению, я насчитал две тысячи семьсот сорок четыре смертных.

Это было вовсе не убежище, но тем не менее умный ход. Если мисс Мартинес хотела спрятать что-то дорогое для нее, было хорошей идеей поместить это что-то туда, где это не будет выделяться. Я прошел по аллее. Тропа огибала два больших водоема, вокруг которых сидели люди. Некоторые из них болтали, некоторые – плавали. Это казалось идиотизмом, учитывая, что океан был всего в нескольких футах, но я не так хорошо знал смертных, чтобы оценить нормальность их поведения.

Войдя в здание, я невольно зажмурился. Свет был почти таким же ярким, как солнце, вокруг которого вращалась Онуна. Я остановился, меня охватило беспокойство. Несколько человек замерли на месте, глядя на меня и перешептываясь. На это мне было наплевать. Я был предметом обсуждения с самого рождения. Нет, здесь было что-то еще. Я мысленно просканировал все этажи, но смог распознать только сердцебиение смертных. Так в чем же дело? После нескольких секунд раздумий я, так ничего и не обнаружив, отмахнулся от этого странного чувства.

Люди столпились вокруг массивной статуи, извергающей воду в самом центре зала. По углам комнаты красовались большие цветочные горшки. Одна стена была выполнена из прозрачного стекла, открывающего потрясающий вид на океан и острова. Несколько смертных стояли возле двух длинных белых столов – таких же, как в Гильдии. Персонал отвечал на вопросы и просьбы гостей. Может быть, мне стоит пойти туда? Я шагнул вперед, пытаясь найти способ подняться наверх. Если не найду сам, значит, спрошу.

– Прошу прощения, сэр? Кажется, вы заблудились. Мы можем вам помочь?

Двое мужчин встали передо мной, вынуждая меня остановиться. Они были на несколько дюймов ниже меня, в одинаковой черной одежде с сине-белым прямоугольным символом на груди. Их поза говорила о том, что они занимают здесь какое-то важное положение.

– Да, как мне добраться до двадцать шестого этажа?

– Слушай, приятель. Я думаю, если бы тебе было место там, наверху, ты бы знал, как добраться до двадцать шестого этажа.

Парень слева протянул руку и похлопал меня по плечу. Я повернул голову, глядя на его ладонь.

– Пожалуйста, не прикасайтесь ко мне.

Он ахнул и отдернул руку, прижимая ее к груди.

– Какого черта, меня только что ударило током!

– Что за х…

За моей спиной меня раздался звон, и, обернувшись, я увидел открытый лифт. Я молча направился к нему, игнорируя крики позади меня и смертных, расступавшихся в стороны, чтобы дать мне дорогу. Я успел зайти внутрь как раз в тот момент, когда двери закрылись.

На панели загорелось несколько неизвестных мне символов. В моей голове замелькали всевозможные языки, выученные мною за долгие годы. Если бы Логан был рядом, он бы помог мне, как и всегда. Я провел руками по лицу.

В голове возникла картина: Логан в руках мисс Мартинес, она держит его избитое и окровавленное тело. Я видел его истекающим кровью, при смерти, но ничего не почувствовал. У меня не было боли в груди, как тогда, когда умер мой отец, не было огромного прилива силы, говорящего мне уничтожить стоящее рядом с ним существо. Я был действительно сломлен.

То, что говорили о старых богах, было правдой. Их эмоции со временем кристаллизовались, делались тверже камня. Отец показывал мне их статуи, когда я был мальчиком, напоминая мне о том, что нельзя позволять чувствам брать над собой верх. Если бы я действительно любил и потерял эту любовь, то это разбило бы мне сердце и уничтожило меня. Я знал, что нахожусь в шаге от того, чтобы потерять себя. Я понял это в ту секунду, когда узнал о гибели Зекиэля. Он был одним из моих самых старых друзей, но я ничего не чувствовал.

Я просто хотел вернуться домой, спрятаться от взглядов, умолявших меня быть тем человеком, которого они помнят. Поэтому я был здесь. Мне нужно было найти сестру мисс Мартинес и любыми способами предотвратить войну, после чего вернуться домой. Я опустил руки и открыл глаза. Пора сосредоточиться. Внимательно осмотрев маленькие кнопки, я вспомнил языки и изображения, которые мне показывал Логан. Там были буквы, цифры и знаки. Верно, цифры – мне нужен номер двадцать шесть. Расплывчатые образы, наконец, собрались в единое целое. Я моргнул, открыл глаза и увидел нужное мне число.

Я нажал цифру двадцать шесть, и кнопка загорелась.

* * *

Двери лифта открылись, и передо мной оказался длинный коридор со множеством дверей. Я ступил на блестящий каменный пол и остановился, не зная, что делать дальше. Пожав плечами, я решил стучать в каждую дверь. После нескольких неловких диалогов я наконец нашел то, что искал. Аромат из-за двери был тонким, едва уловимым, но я чувствовал силу его обладательницы. Она была похожа на маленькую вспышку пламени, тогда как ее сестра была бушующим лесным пожаром. Запах напоминал пряную корицу мисс Мартинес, но с оттенком чего-то удивительно чистого. Я легонько постучал в дверь и стал ждать.

– Кто там? – прозвучал тихий голос.

За этим последовал звук, похожий на шлепок, и шепот:

– Дерьмо.

Я почесал затылок, размышляя, как мне следует представиться, чтобы ее не напугать.

– Мисс Мартинес работает на меня, и она послала меня за вами.

Надеюсь, это прозвучало адекватно. За дверью послышалось шарканье. Потом раздался громкий треск и еще больший шорох. Я уставился на дверь, задаваясь вопросом, что она там делает. Из комнаты прозвучал голос:

– Одну минуту.

Я заложил руки за спину, терпеливо ожидая, когда мне позволят войти. Раздался тихий звон, и я рефлекторно повернулся к источнику звука. Лифт открылся и задержался на несколько секунд, словно кто-то из него вышел, но внутри никого не было. Волосы на моем затылке встали дыбом, ноздри раздулись – я почувствовал неладное. По коридору гулял легкий ветерок, но не было ни запахов, ни шагов.

Странно.

Небольшой щелчок снова привлек мое внимание к двери, и она со скрипом открылась. Я успел заметить, что девушка очень похожа на мисс Мартинес, но с некоторыми отличиями. Ее волосы были темными на макушке и светлели на концах, а аура была просто поразительной. Радужное свечение мерцало вокруг нее, спокойное и мирное. Я смотрел на него, изучая цвета и оттенки, как вдруг заметил, как свет сгущается и темнеет. В этот момент ее рука дернулась.

Неприкаянный клинок вонзился мне в живот. Она отпустила его, оставив лезвие торчать из моего тела, и зажала рот обеими руками. Я положил руки на бедра, посмотрел вниз, а затем снова на нее. Ее глаза расширились от ужаса, и она отступила на несколько шагов назад. Вздохнув, я схватился за рукоять кинжала и вытащил его из живота.

– Кажется, ты похожа на свою сестру больше, чем я ожидал.

Ее глаза почти вылезли из орбит, взгляд был сфокусирован на мне, а тело замерло от ужаса. Я почувствовал покалывание в затылке, и мои инстинкты забили тревогу. Повернувшись, я увидел три фигуры. Их очертания напоминали человеческие, но сами они представляли собой черные дымные силуэты. Там, где должны были находиться глаза и черты лица, не было ничего, кроме тьмы.

Я прокрутил Неприкаянный клинок в руке и вонзил его в бесформенный череп ближайшего ко мне существа. Его крик сотряс воздух, и он разлетелся на миллионы темных частиц. Двое рядом с ним склонили головы, с недоумением разглядывая останки своего сородича.

Затем они снова обратили внимание на меня, их руки одновременно сжались, и в их ладонях образовались увеличенные копии Неприкаянных клинков. Как одно целое, они повернулись, целясь мне в голову. Я бросился в комнату и захлопнул дверь, затем повернулся и посмотрел на перепуганную женщину.

Я схватил ее за руку, вложил рукоять кинжала ей в ладонь и крепко сомкнул ее пальцы.

– Возьми это. Дверь долго не выдержит, и тебе придется защищаться.

Она посмотрела на свою руку, на меня, а потом снова на свою руку. Лезвие врезалось в дверь, на ковер упали щепки. Я схватил ее за плечи и встряхнул, пытаясь вывести из оцепенения.

– Габби, сосредоточься! Прячься за любым большим предметом, который сможешь найти, – приказал я.

Она закрыла рот и поспешила нырнуть за один из диванов. Дверь сорвалась с петель и полетела прямо в меня. Я увернулся и встал лицом к двум дымным фигурам, стряхивая с плеч пыль и деревянные щепки.

– Это было довольно грубо.

Свет в комнате замерцал, и я понял, что цвет моих глаз превратился в чистое серебро. Я закатал рукава своей белой рубашки.

– Полагаю, Каден послал вас на поиски? – спросил я, наблюдая за их приближением.

Они проигнорировали мой вопрос. Когда на фигуры попал луч солнечного света, струящийся из окна, я увидел, что они не были просто тенями. Эти существа были созданы из плоти и носили древнее боевое одеяние.

Очень хорошо.

Единственное кольцо на моей правой руке завибрировало, и я призвал свое пылающее оружие. Их бесформенные лица наклонились, и я снова почувствовал легкое дуновение ветерка. Спустя мгновение из стены вышли еще четыре фигуры.

– Интересно.

Я сжал клинок и шагнул вперед как раз в тот момент, когда одна из фигур приблизилась ко мне. Раздался металлический лязг – я заблокировал его атаку и пронзил мечом его темный череп. Другое призрачное существо подошло ко мне сбоку. Я извернулся, встретив его клинок новым ударом.

Наши мечи сомкнулись, и я попятился назад, поняв, что они перешли в наступление. Краем глаза я заметил, как один кинжал просвистел мимо меня.

Я убрал одну руку с рукояти меча и призвал второй клинок. Плавным движением я повернулся, метнул оружие в темное существо, потянувшееся к Габби, и вбил того в стену. В том же повороте я подставил подножку тому, с кем боролся. Он упал на пол, и я немедля вонзил клинок в его грудь. Он вскрикнул и потянулся к моему мечу, прежде чем превратиться в пепел. Третий спрыгнул со стены. Я подхватил свой меч до того, как он успел коснуться земли, и развернулся к надвигающемуся на меня противнику. Взмахнув оружием, я распорол его живот. Пока он растворялся в воздухе, из раны вырывались чернильные тени.

Еще двое вышли из стены, и я вздохнул. Сколько их было? Один бросился на меня; другой пошел к Габби. Я скользнул под его вытянутой рукой, когда он пытался вонзить в меня свой клинок, и одним движением отрубил ему ногу. Он упал, и я тут же лишил его головы. Она откатилась к краю дивана, прежде чем исчезнуть в клубах черного дыма.

Я услышал женский крик, и центр моей ладони обожгла острая боль. Я повернулся в направлении звука и увидел, как одно из существ тащит Габби за волосы. У него из ноги торчал клинок, но он продолжал ползти к двери. Она боролась, размахивая кулаками, но ее удары просто проходили сквозь его тело. Я посмотрел на светящийся бледно-оранжевый символ на моей ладони.