Любовь в уплату долга

- Конечно, - пробормотала, чтобыподдержать разговор.

Няня хотела сама нести Аленку, ноя предпочла вручить ей сумку и игрушки. Дочку аккуратно достала из кресла.Нужно уложить ее поскорей, тогда есть шанс, что нормально доспит.

Пошла за Михаилом к дому, покаНина собирала оставшиеся вещи из салона и багажника. Как и думала, что-то ониеще привезли с собой. Наверняка, те самые еда и одежда, о которой няня совсемнедавно говорила. И как понять, много ли они знают? Водитель точно в курсе, чтоя не гостья или типа того. А Нина упорно делает вид, что ничего плохого непроисходит.

- Вам на второй этаж, - Михаилоткрыл входную дверь и пропустил меня вперед.

Я вошла и остановилась – нужно былопереложить Аленку на другую руку. Тяжелая она уже, подросла. Закончив, яподняла голову и буквально потеряла дар речи. Нет, снаружи было понятно, чтодом очень дорогой. Но хрустальную люстру спускающуюся с самого верха увидеть неожидала. Шикарная лестница, мрамор, просторный холл с коврами и предметамиискусства прилагаются. Не жилье, а музей какой-то.

- Куда идти? – пискнула я,стараясь быть как можно тише.

- Вон, по лестнице, - водителькивнул вперед. – Идите, Нина догонит, покажет.

Медленно пошла, куда указали.Даже топтать тут неловко. Но обувь снимать не стала, Михаил ушел куда-то налево,не разуваясь. А я босиком буду чувствовать себя еще уязвимей.

Добравшись до второго этажа,выдохнула. Хорошо, что не на третий. Потолки здесь явно не два с половиной.Алена завозилась на руках, я обернулась с тревогой. Где няня и где комната? Новнизу никого не было. А направо по коридору я увидела открытую дверь. Возможно,там есть диван или кресло. Руки уже начало ломить – обычно мы гуляем сколяской, а не без нее.

С опаской заглянула в комнату –никого. Зато широкий диван есть. Присела и аккуратно положила Аленку. Убралавлажные волосы с щечки. Какая же она милая. Любимая. Что угодно сделаю, лишь быс ней все в порядке было. Найду эти деньги, отработаю, займу при необходимости.Потому что дочь теперь только моя ответственность. И допустить, чтобы еедержали в заложниках, я не могу.

- О, сами нашли, - проговорилаНина вполголоса, войдя. – Вам будет удобно. Солнечная сторона. Вот здесьспальня, дальше ванная. И небольшая гостиная. Приставную кроватку скоропривезут. Коляску, кстати, тоже.

Говоря, няня ходила передо мной ипоказывала, что где. А у меня голова немного закружилась от обилия информации –зачем кроватка и коляска? Мы же ненадолго. Надеюсь…

- Не нужно было, - пробормоталарастерянно, разглядывая двуспальную кровать в соседней комнате. – Мы с дочкойможем поспать вместе. И без коляски обойдемся.

- Распоряжение Яна Мстиславовича,- многозначительно посмотрела на меня Нина.

И я предпочла замолчать. Ну чтотут скажешь? Это его дом, его наемный персонал.

- Сейчас Михаил пакеты принесет.Разберите, Лада, и закажите дополнительно. Я могла что-то упустить.

- Хорошо, спасибо.

От ее липкой заботы хотелосьскрыться куда-нибудь. Так и сделала. Снова взяла Аленку на руки и пошла вспальню. Уложу ее получше. И очень умыться хочется. Информация о новых крупныхпокупках для дочки буквально выбила из колеи. Возможно, мне опять будетпредложено убираться на все четыре стороны. А вот ребенка явно планируетсяоставить здесь.

Устроила дочку между большимиподушками. Осмотрелась. Мда, не спальня – будуар принцессы. Тюль из органзы,цветы в вазах, белая мебель, натуральный шелк нежных пастельных оттенков.Просто комната мечты романтичной юной девушки. Но для меня сейчас словнонасмешка – плен с комфортом, не иначе…

В ванной умылась настолькохолодной водой, насколько смогла вытерпеть. В голове прояснилось, но толькоплакать захотелось сильней. Не сдержалась- тихонько всхлипнула, уткнувшись в полотенце и разревелась. Ну как жетак??? Мало мне смерти мужа было? Теперь еще и за наши с Аленкой жизниволноваться. Выкручиваться, пытаться прыгнуть выше головы, лезть из однихдолгов в другие. Еще и этот унизительный обыск в квартире.

- Лада Игоревна, - послышалось изгостиной. – Я пакеты у дивана поставлю.

- Да, - проговорила глухо.

Вряд ли Михаил услышал, но, судяпо звукам, ушел.

Кое-как успокоилась. Еще разумылась, посмотрела в зеркало на покрасневшее лицо и заплаканные глаза. Да уж…Если я и заинтересовала мимолетно Яна как женщина, вряд ли удастся поддерживатьэто. Выгляжу отвратительно, чувствую себя еще хуже. А он наверняка уверенных всебе красоток предпочитает. Впрочем, какое дело мне до его вкусов? Лучше бысовсем не нравиться ему.

Часа полтора, пока Аленка спала,я разбирала пакеты. И успела порядком устать от этого. Куда столько всего?Словно мы на полном серьезе сюда переехали. Радует, что для дочки, и правда,все необходимое есть. Да и мне ничего особенно не нужно – белье и какая-тоодежда есть. Гигиена и минимум косметики. Хватит, учитывая, что я решительнонастроена вырваться отсюда через пару дней.

Потом проснулась Алена. Иначалась привычная круговерть. Умыть, переодеть, накормить, отмыть. Послепосадила на ковер с игрушками. Все новые, так что займут ее ненадолго. А я пока достала телефон ипринялась определять свое местонахождение. Но быстро потерпела фиаско –мобильный интернет здесь категорически не ловил, а местная сеть требовалапароль. И его в доме, конечно, знают, но продолжительное время нас никто небеспокоил. И мне совершенно не хочется снова общаться с Ниной или Михаилом. Каки с хозяином.

Будто в наказание в дверьпостучали буквально две минуты спустя. Отзываться не стала, но няне это и непонадобилось. Она вошла без приглашения.

- Лада, ужин накрыли. Спускайтесь,а я с Аленой посижу.

Сначала хотела отказаться, нобыстро поняла, что не стоит. День получился длинным, а обед я пропустила. Лучшечтобы во время разговора с Яном Мстиславовичем я думала о деле, а не о еде. Ине урчала перед ним пустым животом.

- Давайте спустимся вместе, -предложила няне.

Не хочу разлучаться с Аленкойдаже на минутку. Не дожидаясь ответа, взяла дочь на руки и пошла на выход. Нинатолько плечами пожала. Чувствую, что уже не очень ей нравлюсь. Ну и плевать. Явообще не хочу здесь находиться.

Няня провела по лестнице вниз иналево. В большую столовую. Входя через двойные двери, боялась, что увижухозяина дома немедленно. Но нет. Комната оказалась пуста. И накрыто было наодного человека.

- Я могла бы поесть наверху, -резонно заметила.

- В доме так не принято, -возразила Нина и протянула руки за Аленой.

Нехотя отдала ей дочь и села застол. Хорошо, пусть так. Еда наверняка вкусная, сервировано красиво, Аленкарядом. Попробую поесть. От стресса я всегда теряю аппетит, но живот будет болеть,если не заставлю себя перекусить.

Глава 4

Пока ела, внимательно наблюдалаза Ниной и дочкой. Мысль о том, что эта женщина смогла увлечь моего ребенка ине допустить истерики при расставании с мамой, не давала покоя. Как? Если внекоторые дни мы и в туалет вместе ходим. И засыпает на ночь только на мне.Коляску, манеж и стульчик для кормления не очень любит. Только у меня на рукахи в машине более-менее спокойна.

Впрочем, ответы на свои недоуменныевопросы я скоро нашла. Игры. Пальчиковые, словесные, с игрушками. Нина неотвлекалась ни на секунду, ворковала, увлекала. Конечно, при наличии домашнихдел я не могу обеспечить дочке такое же количество ежеминутного внимания. И этокак-то корежит изнутри - со мной она капризничает, а на няню смотрит с такиминтересом.

Без особого желания съела салат игарнир. Остальное проигнорировала. Тут еды минимум на троих, но я и в спокойнойобстановке богатырским аппетитом не отличаюсь. Отметила, что все очень полезноеи приготовлено на пару или сварено. И не наспех, как я дома готовлю. Ох,возможно, стоит немного успокоиться. Что там Нина говорила? Свежий воздух, озеро?Плюс комфортабельные комнаты, отличное питание, помощь с ребенком, отсутствиебытовых забот. Просто санаторий какой-то…

- А когда Ян Мстиславовичприедет? – спросила зачем-то.

- Он не сообщает заранее, - нянясерьезно посмотрела на меня. – Обычно поздно. Но если ему потребуется назначитьвам встречу, он изыщет способ это сделать.

Прозвучало не только строго, но ичуть грубо. Типа сиди и не высовывайся – позовут, когда понадобишься.Продолжать разговор желания не возникло. И зачем было отчитывать меня – я исама понимаю, что позовет, когда пожелает. А мои резоны здесь всем безразличны.

Пока я раздумывала, как показатьНине, что не нужно так со мной разговаривать, в столовую вошла еще однадевушка. В строгом темно-синем платье и белоснежном переднике. Волосы аккуратнозаколоты в пучок. А подол какой короткий…

- Вы закончили, Лада Игоревна.Вам все понравилось? – вошедшая озадачила любезной улыбкой и вопросами втрадициях лучших ресторанов.

- Да, - кивнула, растерявшись.

- Хорошо. Я передам повару, - незнакомканевозмутимо взяла в руки чайник и принялась наполнять мою чашку. – И сейчас принесудесерт.

Почувствовала себя замарашкой всказочном дворце. И повар, и официантка, няня и водитель. Вопрос – чем жебывший начальник мужа зарабатывает на жизнь – снова завертелся в голове.Точнее, во что вляпался Виктор… Ведь такие деньги просто так с неба не падают.Занимая, муж наверняка собирался отдавать долг – мошенником он не был. Но счего планировал платить?

Официантка очень быстровернулась. И не с одной тарелкой, а с целой этажеркой восхитительных маленькихпирожных. Как бы враждебно я не была настроена, но устоять перед сладкимоказалось выше моих сил. Тем более стресс только увеличивает желание заесть.Сахар, сахар и еще раз сахар! Сколько раз обещала себе не делать так, но ужслишком аппетитно выглядят эти произведения кондитерского искусства. Съела двештучки и решительно отодвинулась от стола. Хватит. А то, и правда, уверю себя втом, что отдыхаю в санатории. Хотя пока вроде все не так плохо. Уехать неможем, но здесь вполне комфортно. Буду надеяться, что в подвале комнаты длядопросов нет. Или какой-нибудь красной комнаты Яна…

Поев, сразу же снова взяла Аленкуна руки. Все-таки я сегодня сильно перенервничала, когда потеряла ее вмагазине. И сейчас держусь из последних сил. Поэтому так не хочется отпускатьее от себя хотя бы на секунду.

- Нам пора гулять, - сообщиланяне это так спокойно, будто бы не прикидывала в уме, выпустят из дома или нет.

- Да, конечно. Только лучшепереодеться – время к вечеру, на улице похолодало.

Посмотрела в окно – и правда,солнце скрылось за облаками, стало пасмурно и как-то безрадостно. Погода оченьпохоже на мое настроение. Но это не повод замерзнуть и еще дополнительно ковсем проблемам заболеть.

- Мы быстро. Да, милая? –поцеловала дочку в макушку и пошла в холл.

Уверена, теперь комнату я найдубез проблем. А вот насчет одежды для Алены и для себя есть сомнения. На первыйвзгляд в пакетах чего только не было. Но это пока я не попыталась одеться. И сребенком явно будет попроще.

Так и вышло. Легкий спортивный костюмпрекрасно подошел дочке, тонкие носочки и наша косынка и сандалики. И Аленкаготова гулять. Я же перемерила все, что смогла быстро найти. И осталась крайненедовольна – кто это все покупал? Женоненавистники? Почему-то показалось, что вэтих вещах я еще больше похожа на попрошайку-приживалку. И так грустно стало,что я чуть не расплакалась опять. Ну вот и как убеждать Яна Мстиславовичасжалиться? В таком-то виде.

Но в итоге дочка начала требоватьвнимания – надоело возиться с игрушками, поняла, что идем на улицу. Пришлосьсочно надевать последний снятый комплект. Спортивные штаны, футболка, худи икеды. Не ношу такое обычно, но сойдет. Остальное все равно ни лучше.

Спустились, в холле никого. Я с опаскойповертела головой по сторонам и решилась проверить установленные границы. А ихвообще кто-то установил? Прямого запрета выходить из дома одной не было. Тогда вперед.Уверенно направилась к входной двери – как мы приехали, я все равно не видела,но если затеряться в лесу… Это же Подмосковье, а не непролазная тайга. Рано илипоздно выйду к дороге или другому жилью. Замерзнуть или умереть с голода точноне получится. Рискованно, конечно, но… Неизвестно, что хуже – уйти илиостаться.

Дернула за ручку, дверь бесшумнооткрылась. Я спустилась со ступеней крыльца, приговаривая что-то ласковоеАленке на ушко. Отойти успела еще шагов на пять, и тут за спиной послышалосьнегромкое покашливание.

- Лада Игоревна, детская площадказа углом. Направо, пожалуйста.

Обернулась, выдавив самую милуюсвою улыбку.

- Спасибо, - поблагодарилавысокого молодого мужчину в военной форме. – Нина не подсказала, куда идти.

- Я провожу, - он указал рукойнаправление, и я послушно потопала, разумеется.

А в голове такой сумбур. И о чем я только думаю? Уйтив лес? Можно. А дальше куда? Если Ян и его люди всю квартиру перевернули вверхдном, они точно нас там найдут. К маме надо ехать на автобусе или на поезде, значит,билет по паспорту покупать. Отследить – минутное дело для тех, у кого естьсоответствующие возможности. Получается, бежать-то и некуда. И не на что.Сегодня в магазин пошли с наличкой – на карте деньги закончились еще вчера. Собираласьзайти в банк и закрыть счет, но, выходит, что закрывать нечего. И как дальшежить? Понятия не имею. Но попытка убежать от долгов явно не сделает ситуацию проще.Почему же тогда так и подмывает броситься прочь со всех ног? Очевидно, из-за страха.Но мне лучше не терять голову – чтобы не навредить дочке.

Мужчина, которого я определила,как охранника, довел нас до самой песочницы. И только после этого оставил водиночестве. Нахмурилась, оглядывая явно совсем недавно возникшую тут детскуюплощадку. Не везде доделано, газоны еще не все расстелены. Клумбы, судя по всему,засадили совсем недавно. Зато покрытие безопасное и все необходимое есть –качели, песочница, горка, небольшой спортивный комплекс, скамейки. Не каждыйдвор в городе может похвастаться такой площадкой.

Аленка с радостью полезла в песок,увидев яркие формочки. Я присела на бортик. Нет, не понимаю… Если мы нужны Янув качестве залога, то к чему организовывать такой уровень комфорта? Банальноегостеприимство? Частичная компенсация неудобств? Или я усложняю, и просто идетблагоустройство окружающей дом территории? Вряд ли я когда-то узнаю ответ, да ине так уж важно, в общем. Но почему-то чувствовать себя в плену не получается.Если бы не Ян Мстиславович, завтра мне бы уже пришлось серьезно занятьсяпоиском денег на самое необходимое – на еду. А пока все выглядит так, будто быо расходах можно не думать. Правда, странно пытаться выкрутить из меня долги ипри этом брать на себя дополнительные траты.

Снова пронзило острое чувство,что я знаю и понимаю далеко не все. Нужно расспросить Яна вечером. Если он,конечно, захочет отвечать. Если нет, тогда станет очевидно, что он что-тоскрывает. Что-то важное. Что-то что перевернет восприятие этой ситуации дляменя. И я опять возвращаюсь к началу – зачем кому-то обманом навешивать долгина вдову с ребенком без копейки денег?

Алене надоело лепить куличики, иона принялась играть с песком. Песчинки и пыль полетели вокруг.

- Нет-нет, - пробормотала я, вытаскиваядочь из песочницы. – Нельзя. Пойдем покачаемся.

Аленка захныкала, как и всегда,когда я ограничиваю ее шалости. Но на качелях быстро забыла обо всем. Янесильно подталкивала цепь, а дочка заливалась смехом. В моменты, когда она такрадуется, мне кажется, что все у нас отлично. Как бы ни было тяжело.

Мы погуляли еще немного, потомподнялся уж совсем неприятный ветер. Домой заходить не хотелось – вечер приближаетсянеотвратимо, а за ним и ночь. И что меня ждет после разговора с Яномнеизвестно. Возможно, он выставит какие-то условия. Или принесет документы напродажу квартиры. И пусть я не против отдать все в счет погашения долга,остаться совсем ни с чем очень страшно.

Зябко повела плечами, окинув домвзглядом. Избежать разговора с Яном точно не получится, надо быть готовой клюбому исходу. Что бы он ни сказал, придется соглашаться и выполнять. Потомучто альтернатив я не вижу. И хорошо, если он сам знает, что следует сделать.Ведь если он будет требовать решения от меня, мне попросту нечего будетсказать.

В конце концов, я все же взяладочь и нехотя направилась к крыльцу. Аленку надо накормить, искупать иуспокаивать перед сном. И чувствую, сегодня это будет задача со звездочкой –слишком много нового за день. Эмоции, переезд, новые одежда и игрушки. Придетсяукачивать до победного, без рук вряд ли заснет.

- Лада, - Нина показалась в холле,как только мы вошли. – Алену можно в столовой покормить, у меня все готово.

- Спасибо, - сухо поблагодарила.

Как же она раздражает… Интересно,почему? Ведет себя так, будто бы лучше меня знает, что и как делать для Алены. Ноона же няня, специально нанятый человек для заботы о моей дочке.

- Ян Мстиславович предупредил,что скоро приедет, - продолжила Нина, когда я усадила Алену в высокий стульчик.

Вздрогнула, услышав это, нопредпочла сделать вид, что ничего не было. Значит, приедет не так уж поздно.Дочь я не успею уложить, скорее всего. Придется Нину просить. Неужели онасправится? Не очень верится…

Глава 5

Пока кормила Аленку, была словнона иголках. О чем с ним говорить? Как себя вести? Станет ли продолжать давить,угрожать, намекать на неприличное? Дочке словно передалось мое беспокойство –поела плохо, больше раскидала и размазала. Когда пришла официантка и заметилаэто, пришлось извиниться.

- Обычно она так себя не ведет, -пробормотала смущенно. – Перевозбудилась за день просто.

- Все нормально, я уберу, -заверила девушка с улыбкой.

Я и сама готова была прибраться.Дома же это никто вместо меня не делает. Но за возможность спрятаться с Аленкойв спальне и попытаться увлечь ее игрушками была благодарна. К счастью, в ящикееще полно новеньких развлечений – это точно отвлечет дочку.

Так и вышло. Алена приняласьрадостно ковыряться в куче игр и игрушек, которые я выложила прямо перед ней наковре. Я же присела рядом и выдохнула. Еще часик последить за ней и можноукачивать. Плохо, что меня саму прилично в сон клонит. Сижу, а глаза прямозакрываются. Наверное, от пережитого стресса организм попросту хочет вырубиться.

Не заметила, как на самом делезадремала. Но быстро проснулась от звука резко открывшейся двери. В комнатууверенным размашистым шагом вошел Ян Мстиславович и вольготно расселся надиване.

- Смотрю, уже устроились, -окинул нас с дочкой плохо читаемым взглядом.

Слабо кивнула, словно зачарованнаяглядя на мужчину. Опять этот эффект – будто в комнате стало теснее, и воздухкуда-то делся.

- Отлично, - сдержанно улыбнулся.– А я вам кое-что принес.

Из кармана пиджака ЯнМстиславович достал одну из Аленкиных игрушек. Протянул в нашу сторону.

- Спасибо, - выдавила из себяедва слышно.

Зачем он это делает? Зачем опятьнапоминает, что перевернул нашу квартиру вверх дном?

Ян продолжил сидеть. Пришлось мневстать и подойти за игрушкой. Аккуратно взяла плюшевую зверушку, лишь бы некоснуться его, и сразу же попыталась отойти. Но он остановил насмешливымвзглядов.

- А это тебе, Лада.

Из нагрудного кармана ЯнМстиславович извлек небольшой лоскуток ярко-розовой ткани. Кружева и атлас. Ясразу узнала эти трусики – покупала на предстоящую годовщину свадьбы. И так ни разуне надела, белье до сих пор с бирками.

Покраснела моментально до корнейволос, аж жарко стало. Да что ж это такое?! Для чего?! Немедленно схватилатрусики и скомкала в ладони.

- Не нужно было, обошлась бы, -пролепетала и отступила назад.

Ответом мне стала широкаяусмешка.

- Лада, через полчаса жду тебя вкабинете. Надо поговорить. Алену поручи Нине.

И ушел. А я так и осталась стоятьна месте. Я же совершенно ничего не спросила про поиски, про сейф! Так сильнорастерялась, что позабыла обо всем на свете. А он еще и с этими трусами… Еще сильнеесжала ткань в пальцах. Так, у меня полчаса, чтобы собраться. Как же страшно.

Обернулась и с точкой посмотрелана дочку. Сна у нее ни в одном глазу. Значит, Нина будет укладывать. Подошла кАленке, присела рядом и протянула привезенную из дома игрушку.

- Держи, это дядя Ян привез тебе.

Алена узнала своего медвежонка и радостно потянула кнему ручки. Отдала ей игрушку, нужно быстро спрятать куда-то трусики. Потомумыться, расчесаться. А главное, успокоиться.

План был так себе, но другого уменя не было. Если уж мы поговорим, то надо хотя бы в адеквате оставаться. Закинулатрусики в один из пакетов – вряд ли они мне пригодятся. Да и о Вите слишкомнапоминают, о том что очередная годовщина не состоится. Едва подумала о муже,как глаза тут же зажгло. Все дни после его смерти я стараюсь держаться, делаювид, что много других проблем и поплакать можно будет потом… Но внутри такпусто – словно меня натянули на воздушный шарик, и лишь поэтому я все ещесохраняю видимую целостность. Но рыдать при дочке нельзя, она еще не понимает,что такое смерть. И что папа не придет больше никогда. Аленка даже не запомнитего.

- Лада? – позвала Нина изгостиной. – Ян Мстиславович попросил посидеть с Аленой.

- Да, - откликнулась и быстростерла слезы с щек. – Спасибо.

Отлично, дочь под присмотром.Закрылась в ванной - не нравится мне, что здесь стучаться не принято. Ноустановить свои правила мне точно не позволят.

Перед зеркалом кое-как привеласебя в порядок. Тем, что завалялось в собственной сумке. Футболку сменила насвежую и надела свою юбку. В трениках я к Яну не пойду ни за что! Это толькокажется, что мне сейчас надо прятаться в балахоны. Но если мужчина не видит вженщине ничего привлекательного, может обойтись с ней жестко. Я же изо всех силхочу смягчить его сердце. И если для этого нужно показать ноги – пусть. От меняне убудет.

В гостиную постаралась выйти смаксимально уверенным выражением лица. Да, у меня есть серьезные проблемы, и янамерена с ними разобраться. Как? Понятия не имею. Но придется что-топридумать.

- А где кабинет ЯнаМстиславовича? – присела ядом с Аленкой и погладила ее по голове.

Зевает – прекрасно. Возможно,няне очень повезло, и дочь уснет быстро.

- На первом этаже, - Нина тожеулыбнулась, наблюдая за Аленой. – Внизу Тимур, он покажет.

Кивнула и отправилась на встречу.Как же сердце колотится, мамочки… На лестнице мне даже показалось, что упаду.Взялась за перила покрепче и прикрыла глаза. Ничего он мне не сделает – домполон людей. А я буду кричать, если что. Еще как буду.

Тимуром оказался тот самыйохранник, что помешал моему необдуманному поступку и проводил на детскуюплощадку. Улыбнулась ему – в моем положении лучше быть вежливой со всеми, ктопредставляет силу в этом доме.

- Мне нужно к Яну Мстиславовичу.Он ждет.

- Да, пойдемте, - кажется, егопокоробило, что я назвала хозяина по имени-отчеству.

Понятно, не весь персонал в курседел Яна. Даже не все люди с оружием. Интересно, кем меня считают. Дальней родственницей?Подругой? Любовницей?

Тимур довел до двери и вернулсяобратно в холл. С тоской посмотрела ему в спину, тяжело вздохнула и чуть слышнопостучала.

- Входи, - донеслось изнутри, и поджилки мои задрожали с удвоеннойсилой.

Толкнула тяжелую деревянную дверьи шагнула вперед. Будто со скалы спрыгнула.

- Садись, Лада, - Ян Мстиславовичвстретил меня холодным сосредоточенным взглядом.

Опустилась в кресло и тут же натянула юбку на колени.Точнее, попыталась. Видимо, уровень своей решительности я сильно преувеличила.По крайней мере, сейчас мне совершенно не хочется быть привлекательной.Наоборот, стать бы маленькой и незаметной под этим внимательным, изучающимвзглядом.

- Вы нашли что-нибудь? – пролепетала,поняв, что первым он говорить не будет.

- Что-нибудь, - повторил Ян эхом.– Очень подходящее слово… Нет, денег мы не нашли. Но нашли их следы. В сейфе, вшкафу, в комоде. В вашей квартире было целое состояние. Совсем недавно.Считаешь, я должен поверить, что ты понятия не имела?

- Подождите, - протестующе вытянуларуку вперед. – Я и сейчас ничего не понимаю. Что значит, следы денег? И уж, темболее, как по каким-то следам можно определить сумму?

- Все очень просто, - Янпоморщился, будто я обидела его недоверием. - Я не раздаю займы наличкой направои налево. Скажем так, купюры были покрыты особым составом. И именно это веществоу вас в квартире повсюду. А сумма? Ну почему бы не предположить, что вседеньги, которые Виктор занял у меня, он сначала не привез сначала именно домой?По-моему логично.

Крыть было нечем. Если это была наличка.Получается, у нас был целый склад денег, я и ни сном, ни духом… Как такое моглопроизойти?

- Кстати, - Ян Мстиславович встали отошел к огромной картине на стене позади кресла. – Хочу сразу показать тебедокументы, чтобы ты не думала, что я развлекаюсь таким странным способом…

Неуловимым движением подцепивтяжелую раму, он сдвинул полотно в сторону. За ним ожидаемо оказался сейф. Ноне такой как у нас дома, а очень приличных размеров. Оттуда Ян достал папку и протянулее мне.