Дональд Трамп: везучий неудачник. Как создать иллюзию успеха

Неделей позже Кэпхарт пригласил Фреда на закрытое заседание. Фред вошел в здание конгресса и направился в небольшую переговорную комнату в сопровождении своего генерального советника Мэтью Тости и дополнительной поддержкой в лице Оррина Джадда, известного нью-йоркского адвоката, который ранее занимал должность генерального адвоката штата. Фред неоднократно отвлекался от вопросов, чтобы объяснить, что он чувствует себя жертвой расследования и газетных заголовков. Он назвал себя «застройщиком с наилучшей репутацией в Нью-Йорке». Чуть позже он не преминул заявить, что вся эта ситуация «существенно портит его хорошую репутацию». В очередной раз воспользовавшись случаем, он пожаловался, что расследование сыграло «крайне плохую шутку», повредив его репутации.

«Лучше бы я никогда в глаза не видел этот “Пункт 608”, потому что мы могли бы заработать те же деньги, и при этом нас никто бы не втянул в этот скандал», – продолжал протестовать Фред.

Чтобы подкрепить свою точку зрения, он принес с собой реквизиты – два больших аэроснимка, сделанных над «Бич Хейвен». На первом снимке был запечатлен пустующий участок «Бич Хейвен» 2 октября 1949 года, до того, как он приступил там к строительству, а второй был сделан через год, когда проект был на финальной стадии. В представлении Фреда эти фотографии демонстрировали поразительное достижение – завершение строительства всего за одиннадцать месяцев. По мнению Фреда, его исключительная способность к строительству в краткие сроки была единственной причиной, по которой он смог потратить на строительство меньше, чем было заложено в смете. За девяносто минут беседы он трижды показывал эти снимки, чтобы подкрепить свою точку зрения.

«Частично получение этой прибыли стало возможно благодаря нашей эффективности, которую подтверждают эти аэроснимки», – сказал Фред Кэпхарту и Уильяму Симону, главному советнику комитета. Ему ничего не ответили.

То что банк за привилегию предоставить Фреду деньги на проект выплатил ему премию в размере четырех процентов от суммы займа, он также объяснял своими выдающимися способностями как застройщика. Симон возразил на это, что «все» или, по крайней мере, «многие» застройщики в Нью-Йорке в то время получили четырехпроцентные премии за кредиты на строительство с гарантией ФЖА. Фред считал, что это невозможно.

«Премия за кредит на этот проект больше, чем на любой другой, это объясняется его отличным местоположением и привлекательностью как долгосрочной инвестиции. Нам назначили гораздо более высокую премию, чем большинству других застройщиков».

– А вы не думаете, что премия была связана с тем, что это был кредит на строительство с государственной гарантией? – спросил у него Симон.

– Частично, да, – ответил Трамп. – Но я могу привести вам в пример множество кредитов на строительство с государственной гарантией, за которые платят полтора процента премии.

– Можете ли вы привести мне какие-либо негосударственные кредиты с четырьмя процентами? – спросил Симон.

– С такой премией? Нет, – признал Трамп.

Частное заседание завершилось тем, что Симон запросил у Фреда дополнительную финансовую отчетность, включая документы, связанные с передачей земли детям и назначением их его арендодателями.

Три недели спустя, июльским пятничным днем, в дом семьи Трампов на Мидлэнд-парквей пришла повестка в суд. Фреду было предписано вернуться в Вашингтон и предстать перед комитетом Кэпхарта для публичной дачи показаний.

День за днем газеты следили за слушаниями, на которых шли чередой застройщики и чиновники ФЖА, отвечающие перед репортерами на вопросы суда о миллионах долларов, которые они получили из-за завышенных оценок расходов и отсутствия федерального надзора.

Фред вернулся в Вашингтон со своими адвокатами Джаддом и Тости. Они заняли свои места в зале заседаний Сената. Кэпхарт поинтересовался подарком, который Фред сделал Дональду и другим своим детям. Он отметил, что правительству придется выплатить детям 1,5 миллиона долларов, если Фред не сможет выполнить свои обязательства по кредиту. Любой намек на то, что Фред может не выполнить финансовые обязательства, вызывал в нем бурное возмущение. Но больше всего его снова разозлило употребление выражения «внеплановая прибыль». Миллионы долларов не могли считаться его внеплановой прибылью, настаивал Фред, потому что они все еще находились на банковских счетах его корпораций «Бич Хейвен».

«Этот термин означает, что я якобы вывел эти деньги и положил себе в карман, а я, между прочим, за все три года строительства “Бич Хейвен” ни разу не получал зарплату, – добавил он. – Я считаю, что говорить о внеплановой прибыли здесь некорректно и это вредит моей репутации. Единственное, что меня радует, так это то, что это неправда».

На самом деле Фред пару раз временно выводил эти средства, чтобы приобрести другие здания или покрыть излишние расходы на других объектах, в чем он признался ранее в частной беседе.

Сенатор Герберт Генри Леман, демократ из Нью-Йорка, который ранее занимал пост губернатора штата, мягко упрекнул Фреда за то, что тот утверждал, будто есть какая-либо фактическая разница между деньгами на его личном банковском счете и деньгами на корпоративном счете, который он контролировал единолично:

«Что ж, мистер Трамп, если не углубляться в ваши заслуги и обоснованность этой так называемой внеплановой прибыли в четыре миллиона долларов, разве эта сумма, пусть и не перечисленная лично вам в качестве внеплановой прибыли, не находится на счету компании и не может быть выплачена вам в любое время?»

Фред продолжал настаивать на неуловимом различии: «Чтобы положить эти деньги себе в карман, я сначала должен вывести их со счетов компании, не так ли, сенатор?»

Леман не счел нужным отвечать.

Далее логика Фреда образовала замкнутый круг. Он несколько раз утверждал, что цифры в его смете не были завышены, а затем принимался убеждать суд, что ему приходилось завышать оценку расходов по причине того, что за шесть месяцев, которые требовались для одобрения заявки Жилищной администрацией, стоимость издержек могла расти. «Мне нужно было учесть риск инфляции», – пояснил Фред. Он опустил тот факт, что застройщики могли обращаться в ФЖА с просьбой об увеличении размера их кредита, если превышали запланированные расходы до завершения строительства, – возможность, которой не преминул воспользоваться и сам Фред. Позже Комитет выяснит, что все такие увеличения суммы кредита одобрял лично Клайд Пауэлл.

Фред продолжал заявлять, что он имеет право на десять процентов от суммы кредита, которые отводились на гонорары строителя и архитектора. Ведь, по его мнению, он выполнял всю работу по контролю за строительством, которую должны были покрывать эти гонорары. Фред утверждал, что пятипроцентный гонорар архитектора был в каком-то виде предписан нормами ФЖА, что было неправдой.

Наконец Фреда остановил его адвокат Тости и взял слово, чтобы объяснить математику их расчетов. Все сводилось к получению максимально возможной суммы кредита в 8,1 тысячи долларов на квартиру: «Мистер Симон, единственное, в чем был заинтересован застройщик, подающий заявку на участие в программе… Он строил проект, включающий в себя 391 квартиру, и хотел получить 8,1 тысячи долларов на каждую из них».

Неделей ранее на закрытом заседании Фред подчеркивал то же самое. Он ожидал одобрения максимальной суммы из расчета 8,1 тысячи долларов на квартиру: «Я считал, что это само собой разумеется».

В этом и была суть вопроса. Оценка затрат в его строительной смете была всего лишь прикрытием, сомнительным математическим упражнением для оправдания максимально возможной стоимости за квартиру – 8,1 тысячи долларов.

То, что создатели программы задумали как допустимый максимум, превратилось в ожидаемый минимум. И Фред, и его адвокаты считали это совершенно логичным.

Министерство юстиции не разделяло их мнение. Уоррен Олни III, помощник генерального прокурора, возглавляющий подразделение по уголовным делам, заявил комитету Кэпхарта, что смета «не соответствовала действительности и была намеренно искажена» и что причастных к этому следует привлечь к ответственности. Но его прокурорам помешала неожиданная позиция Жилищного агентства, заявившего, что в своих решениях они не опирались на смету. «Вот почему, сенатор, Министерство юстиции не может привлечь к уголовной ответственности рассматриваемых застройщиков “Пункта 608”. Мы не можем доказать, что они обманывали федеральное правительство, – заключил Олни. – Таким образом, ФЖА занимает позицию, согласно которой их никто не обманывал и не вводил в заблуждение. Они просто одобряли кредиты направо и налево, не особо задумываясь».

Итак, Фред настаивал на том, что именно в его исключительной способности контролировать расходы кроется ответ на то, почему после завершения строительства у него на счетах остались миллионы долларов. Однако комитет обнаружил, что в результате выгодных условий «Пункта 608» такие же излишки кредитных средств оставались и у врачей, стоматологов и других застройщиков без опыта в недвижимости, что во многом подтверждало содержание статьи, опубликованной несколько лет назад в «Архитектурном форуме». Изучив лишь несколько сотен из более чем семи тысяч проектов «Пункта 608», инспекторы подсчитали, что суммарно их застройщики получили около 76 миллионов долларов сверх фактических затрат на строительство.

«Это бессовестно и непростительно, – сказал Кэпхарт своим коллегам в Сенате, озвучивая выводы своего комитета. – Такого никогда не должно было случиться. Люди в ФЖА просто перешли все границы».

В ходе слушаний не раз подчеркивали, что именно Клайд Пауэлл и его соратники были этими людьми, нарушившими границы дозволенного. Команда Пауэлла и большая часть руководящего состава, отвечавшего за «Пункт 608», были отправлены в отставку. В своем завершающем выступлении перед комитетом Кэпхарта Уильям Маккенна заявил, что Клайд Пауэлл был «центральной фигурой», вокруг которой набирала обороты проблемная ситуация с завышением оценок в заявках на кредит.

«В тех случаях, где прибыль застройщиков была особенно большой, существовала прямая связь между мистером Пауэллом и спонсорами проектов», – отметил Маккенна. Среди получателей наиболее крупных сумм внеплановой прибыли он упомянул и Фреда Трампа.

Свидетели дали показания о том, что Пауэлл принимал взятки и занимал деньги, которые потом не возвращал. Не забыли и про его одержимость ставками на скачках.

История финансовых операций Пауэлла указывала на то, что на его банковских счетах происходило движение средств, гораздо превышающих размер его государственного жалования. Часть этих средств шла букмекеру по имени Джон Черный Джек Келехер.

Почти всю оставшуюся жизнь Пауэлл провел, защищаясь от федеральных прокуроров, которые предъявляли ему различные обвинения, имеющие отношение к скандалу ФЖА и потенциально к налоговому мошенничеству. В 1957 году, когда Налоговое управление проверяло отчисления налогов с его выигрышей от азартных игр за годы, когда он работал в ФЖА, Пауэлл засвидетельствовал, что ему «стыдно и неловко» за свое многолетнее увлечение азартными играми. Он не вел учета, но предполагал, что проиграл больше, чем выиграл.

«Это было моим пороком. Я жалею, что занимался этим», – сказал Пауэлл.

Фред вернулся в «Джамейка-Эстейтс», все еще негодуя из-за того, в каком свете его представили во время слушаний. Его двое старших детей уже были достаточно взрослыми, чтобы осознавать, что произошло. Мэриэнн позже вспоминала, что этот судебный процесс казался им тучей, нависшей над семьей. Фредди ради шутки рассказал своим школьным друзьям, будто его отец сбежал на Кубу, чтобы избежать дачи показаний.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

«Садовые квартиры» (Garden apartments) – это тип многоквартирных зданий, которые обычно состоят из нескольких, часто двух, этажей и окружены зеленой территорией или газонами.