Ложь напоказ

На первый взгляд может показаться, что Як – типичный сынок богатеньких родителей… И на второй взгляд, и на третий тоже. Ведь что есть, то есть, и сколько ни смотри, ничего другого не разглядишь.

Впервые меня с ним познакомил Денис ещё на первом курсе. Тогда узнала, что эти двое дружат аж с детского садика. Сам Як высокого роста и довольно худого телосложения, у него светлые кудрявые волосы и очень забавный голос. Прозвище же он получил от своей фамилии – Яков. По имени к нему мало кто обращается, вообще за всё время нашего знакомства от силы пару раз слышала, чтобы его кто-то называл Сашей.

Марина давно положила глаз на этого парня, но он настолько поглощён своим эго, что не замечает больше никого вокруг. Тем не менее, она никогда не упускает возможности попытаться пробить броню. Думаю, это уже вошло ей в привычку.

– Привет, – прерываю их, от чего подруга вздрагивает и давится коктейлем, который, судя по всему, предназначался мне.

– Вии, – тянет она, – а мы тут обсуждаем подушки безопасности. Это оказывается безумно интересно!

При этом в её взгляде читаю совершенно обратное.

– Кстати, Вики, – одаривает безупречной улыбкой Маринин собеседник, – ты знала, что при срабатывании подушка безопасности открывается со скоростью 2 км/с и может послужить причиной серьёзных травм, если человек не пристёгнут.

– Ого, действительно очень интересно, – подмигиваю подруге, а та буквально лазерами из глаз сносит мою голову. – Знаете, с удовольствием послушала бы ещё каких-нибудь занимательных фактов, но я ищу Дэна. Не видели его?

– Неа, – качает головой Мари.

А вот Як в замешательстве. Он будто решает: сказать мне или нет. Но, видимо, поняв, что молчание длится слишком долго, глубоко вздыхает и всё же говорит:

– Он просил ключ от кабинета. Вроде как нужно было решить серьёзный вопрос.

– Серьёзный вопрос? – прыскает смехом Мари. – Прямо здесь? Денис?

– Ну, это он так сказал, – оправдывается парень.

– С ним ещё кто-то был? – в надежде услышать «нет», спрашиваю я.

– Ага. Этот… как его? Семён? – щелкает пальцами Як, пытаясь вспомнить имя, но я уже отлично понимаю, о ком он говорит. – А, Стас!

Тем не менее, только после озвучивания этого имени тревога посещает меня по-настоящему.

– Ещё с этим чуваком девчонка такая странная была, – тут же добавляет Як. – Впервые вообще её видел.

– Где кабинет?

– На втором этаже, поднимаешься по лестнице и сразу налево, первая дверь, – нехотя отвечает парень и в конце добавляет: – Если что, я тебе не говорил.

– Само собой.

Следуя описанному маршруту, без труда нахожу нужную дверь. Всего лишь какая-то белая доска отделяет от того, что мне может очень сильно не понравиться. Берусь за холодную металлическую ручку и замираю. Я действительно хочу знать, что происходит с другой стороны? Да! Делаю глубокий вдох и поворачиваю её, но та не поддается, дверь заперта.

Буря чувств, которая скопилась, пока я поднималась по лестнице, не получив желаемой кульминации, резко обрывается. Повторяю попытку, но результат тот же. Они заперлись изнутри или кабинет пуст? Заглядываю в узкую щель под дверью. Свет выключен.

– Логинов, ты там? – стучусь я, но ответа не следует. Какое-то время так и стою возле кабинета, прислушиваясь к звукам за дверью, но музыка из гостиной мешает.

Неожиданно в руке вибрирует телефон, из-за чего аж вздрагиваю. Сообщение от Дениса!

«Я отлучился ненадолго по делам, скоро вернусь».

По каким ещё делам?!

«Где ты?» – пишу в очередной раз.

«Логинов, если ты снова что-то употребляешь, я тебя убью!»

Всё ещё продолжаю стоять у кабинета и смотреть на отправленные сообщения, но они остаются непрочитанными.

– Твою мать! – не в силах сдержать гнев, выкрикиваю и хлопаю ладонью по двери, тем самым отвлекая какую-то парочку неподалёку друг от друга.

Наверное, приняв мою ругань на свой счёт, парень берёт девушку за руку и отводит чуть дальше по коридору. Затем, так же, как и ранее, прижимает к стене. Фу, могли бы и комнату у Яка попросить.

Злость и беспокойство продолжают бурлить внутри. Подхожу к перилам и окидываю взглядом пьяных и беззаботных людей внизу, которых поглотила музыка. Единственное, что способно меня сейчас успокоить, – это оказаться среди них.

Попав в самый центр танцпола, атмосфера сразу же обволакивает, а дурные мысли покидают голову. Каждый сантиметр меня ощущает биты. Они проникают в тело, задерживаются на секунду, будоража кровь, а затем вылетают, забирая с собой все проблемы. Закрываю глаза для большего погружения. Музыка и танцы действительно имеют целительный эффект.

Забыв обо всём, вскидываю руки вверх, словно могу дотянуться пальцами до потолка. И тут вспоминаю, что держала телефон, который, видимо, запустила в неизвестном направлении. Остаётся надеяться, что он никого не прибил. Оглядываюсь по сторонам, но люди танцуют, как и прежде, ничего не поменялось. Если бы он в кого-то прилетел, уже были бы слышны крики. Наверное, я выпустила телефон, когда рука была внизу.

Смотрю под ноги, но его нигде не видно. Чёрт, запинали уже. Отлично. И как теперь его искать? Схема с дозвоном на вечеринке точно не сработает. Поэтому не спеша пробираюсь сквозь людей с опущенной головой. Перед глазами мелькают ноги в красных туфлях, зелёных и синих кедах, в белых кроссовках, активно отбивающие ритм, который овладел их хозяевами так же, как и мной некоторое время назад. Молюсь, чтобы телефон не оказался раздавлен.

Вот ещё пара чёрных кед. Но в отличие от остальных ног, эти почему-то не танцуют. Хочу обойти их, но владелец делает шаг в мою сторону.

– Держи, – не громко говорит он, протягивая телефон, а я каким-то образом, не смотря на музыку, это слышу.

– Спасибо… – поднимаю взгляд на своего спасителя и тут же замираю.

Напротив стоит Гронской. Его лицо настолько серьёзно, что начинаю чувствовать себя виноватой за потерянный телефон, а следом и за все мои пари с Мари. Как он это делает? Даже оказавшись зажатым со всех сторон одержимыми танцем, продолжает выглядеть так, словно находится не на шумной вечеринке, а в офисе. Просто шёл по коридору и увидел, что его подчинённая отлынивает от работы. Этот парень точно сбой в матрице!

Продолжая пялиться на него, протягиваю руку, чтобы забрать пропажу, и случайно задеваю пальцы. В этот момент замечаю в его взгляде тепло, которое тут же перетекает ко мне через прикосновение. Парень не торопится отпускать телефон. Какое-то время так и стоим, смотря друг другу в глаза. Красный и синий свет по очереди пробегают по лицу Гронского и взмывают вверх. Выбившаяся прядь русых волос спадает на его лоб.

Нужно что-то сказать! Но, пока собираюсь с мыслями, он разжимает пальцы и постепенно сливается с общей массой, оставляя мне лишь возможность смотреть вслед. Думаю пойти за ним, но и шага не делаю.

– Как успехи? – интересуется Сабина, когда возвращаюсь к нашему дивану.

– О чём ты? – не понимаю я.

– Коктейль из должницы удалось выбить?

Точно, я же типа искала Мари.

– Нет, пришлось одобрить отсрочку.

– Ничего себе! – выкрикивает Кирилл, лицо которого уже красное, как помидор, из-за выпитого алкоголя. – И за какие такие заслуги?

– У неё там новый раунд с Яком. – Сажусь на свободное место.

– Всё не теряет надежды заполучить его в трофеи, – с пренебрежением ухмыляется светловолосая девушка, имя которой я опять забыла.

– Думаешь, когда-нибудь получится? – обнимает её за плечи Вадим, а та отрицательно мотает головой.

– Мне кажется, рано или поздно Як сдастся, – высказывает более позитивное мнение Сабина.

– Даже если так, он ей нужен чисто для галочки, – предполагает Кирилл. – Не думаю, что у них могут быть серьёзные отношения.

– Да уж, – соглашаюсь я, – Мари и дня не вытерпит Яка. Видели бы вы её лицо там на кухне.

– Про машины опять что-то втирал? – догадывается Эмиль.

– Ага, до подушек безопасности дошли.

– Иногда поражаюсь тому, с каким трепетом он рассказывает про тачки.

– Не завидую его будущей жене, – сожалеет Саб несуществующей девушке.

– Это точно, – снова встревает та, чье имя мне не суждено запомнить, – я бы не вынесла столько болтовни про машины.

– Получается, самый завидный жених рискует остаться холостяком или стать жертвой меркантильной дамочки.

– Либо повезёт, и его сможет очаровать девушка с миленьким лицом, но с непробудно спящим интеллектом, которая готова сутки напролёт слушать его рассказы с открытым ртом.

– Спящая красавица что ли?

– Типа того, только нужно, чтобы он её не расколдовал поцелуем.

9. Марк

– Эй, спящая красавица, вставай, – трясёт меня кто-то за плечо, возвращая из темноты. – Крис, поцелуй его, может, тогда очнётся.

После слышу, как девушка что-то неразборчиво бормочет.

С трудом открываю глаза и понимаю, что, раскинувшись в кресле, уснул прямо на этой дурацкой вечеринке. Потихоньку прихожу в себя, собираю тело. Рука, свисающая через подлокотник, затекла, и мне больно ею пошевелить. Слегка сжимаю пальцы в кулак, чтобы разогнать кровь. Не спеша поднимаю голову, которая запрокинута на невысокую спинку. Замечаю перед собой Али и Кристину – они оба чем-то обеспокоены. Сразу за ними Яна нервно ходит туда-сюда.

– Что-то случилось? – ещё сонным голосом пытаюсь выяснить у этой троицы.

– Давай быстрее, – ничего не объясняя, торопит Алихан.

Ловлю себя на том, что как-то слишком тихо для вечеринки: музыка больше не орёт, её вообще нет. Зато стоит гул от шарканья ног и разговоров, которые невозможно разобрать. Зачем-то включили свет и обнажили весь мусор в гостиной. По носу бьёт очень неприятный запах полежавшей еды и алкоголя с примесью пота. Людей гораздо меньше, а все, кто есть, двигаются в сторону выхода.

– Ну же, шевелись! – не в состоянии больше ждать, дёргает меня за руку Крис.

– Жан дос, вставай, надо валить, – не свойственным себе серьёзным тоном добавляет Али.

Поддаюсь указаниям, нарушивших мой сон, и вылезаю из, уже ставшего родным, кресла. Беру ноутбук со столика и кладу в сумку. Окидываю взглядом напоследок нагретое место – ничего не забыл.

По мере приближения к выходу болтовня окружающих становится более разборчивой.

– Она его только слегка толкнула, я сама видела, – говорит девушка, которая идёт перед нами.

– Да нет же, – отвечает другая, – я тоже всё видела, она его прям ударила!

– Казались идеальной парой, не ожидала от них такого, – слышу уже позади.

– Все они снаружи идеальные, а внутри напрочь прогнили.

– Не думал, что она такая мерзкая…

– Может, кто-нибудь объяснит, что случилось? – делаю очередную попытку получить хоть какую-то информацию от друзей, когда почти выходим на улицу.

– Пока ты прыгал по облачкам в компании с единорогами, тут произошла небольшая потасовка, – наконец говорит Али, но яснее не становится. – Так что Як попросил всех немедленно свалить.

– Из-за небольшой потасовки?

Мне казалось, такое явление вполне обыденно для подобного рода мероприятий. Зачем выгонять всех? Но получить ответ так и не успеваю. Этому мешает пронизывающий до самых костей истерический женский крик, возникающий как гром среди ясного неба:

– ВЫЗОВИ СКОРУЮ!!!!

Внутри что-то ёкает, и я моментально разворачиваюсь, перед этим вручив сумку с ноутбуком Али:

– Идите без меня, – и быстрым шагом направляюсь в сторону голоса. Меня буквально тянет туда, и это точно не здравый смысл.

Уверен, крик доносился со второго этажа. Взлетаю вверх по лестнице и слева по коридору замечаю открытую дверь. Приближаясь к ней, слышу плач и всхлипы. Невольно останавливаюсь всего за шаг до цели. Глубокий вдох – и я уже в кабинете.

– Саш, прошу, давай вызовем скорую, вдруг с ним что-то серьёзное! – сидя на полу, Ясенская умоляет какого-то кудрявого парня. Тот же, в свою очередь, измеряет комнату шагами, сжимая и разжимая кулаки.

Лицо девушки всё в слезах, а на щеках – чёрные подтёки. Дрожащей рукой она растирает ладонь своего парня, который почти без сознания сидит рядом, наклонившись спиной на стену. Его зрачки сужены до размера булавочной головки и ни на что не реагируют. Второй рукой он заторможенно шарит по полу, а губы слегка шевелятся, но не издают звука.

– Никакой скорой. Никакой скорой, – нервно зацикливается некий Саша, а потом и вовсе заикается: – Че… Через… Через пару часов сам оклемается.

– Ты не видишь? Ему плохо! – кричит девушка.

– Всё в порядке, – продолжает успокаивать сам себя парень, но вдруг замечает меня: – Эй, что тут забыл? Вали давай!

– Передоз? – игнорирую я жалкую попытку прогнать меня и подхожу ближе к Логинову. – Явных внешних признаков нет. Недавно подсел? – задаю очередной вопрос, который остаётся без ответа.

Похоже, эти двое напуганы. Перевожу взгляд на парня по имени Саша:

– Не знаешь, что он употребляет?

Но вместо него дрожащим голосом отвечает Ясенская:

– Он… Только… Курительные смеси.

– Только смеси… – истерически смеется парень и садится на край большого дубового стола. Должно быть, это Як, организатор вечеринки. Он перестаёт сжимать кулаки, заменяя это на нервное покачивание ногой и головой одновременно.

Я же возвращаю внимание к Логинову. Похоже, из присутствующих на самом деле никто не в курсе, под чем он. Присаживаюсь на корточки перед бессознательным телом и беру свободную руку, поворачивая внутренней стороной к себе.

Ощущаю, как Ясенская пристально следит за мной.

– Ввёл инъекционно, – уведомляю остальных, увидев следы неаккуратно сделанного укола в вену. – Ему действительно нужна медицинская помощь.

– Никакой скорой! Слышишь, чувак? – Саша резко соскакивает со стола и снова метается по кабинету. – Вызовешь медиков – они проведут экспертизу, найдут у этого придурка дрянь в крови, и сюда нагрянут копы с собаками, будут тут рыскать. Пострадает репутация отца. А тот от меня мокрого места не оставит.

Что за бред ты несёшь? – думаю про себя. А если Денис умрёт прямо тут? Что тогда твой отец сделает?

Но всё же понимаю, что у парня сильный стресс, поэтому мысленно ищу другие выходы.

– Чёрт! – со всей силы Саша бьёт кулаком в стену, затем поворачивается к Логинову, тыча в него пальцем. – Говорил же: нахрен послать того ублюдка!

– Да уж, появился из ниоткуда и сразу стал лучшим другом, – неожиданно из тёмного угла кабинета раздаётся женский голос, обладательницей которого оказывается Мари. – Что теперь делать?

Девушка не спеша подходит к Ясенской и берёт за плечи, оказывая моральную поддержку, отчего та низко склоняет голову, скрывая вновь нахлынувшие слёзы.

– Раз против скорой, – пробую предложить решение, – может, есть машина, и мы сами его увезём?

– Я бухой, а никого другого за руль не пущу, – сквозь зубы цедит Саша.

– Тогда вызовем такси.

– Никакой скорой! Никакого такси! Никаких посторонних людей! – выкрикивает он и снова долбит стену кулаком.

– Хорошо, – продолжаю сохранять невозмутимость, – никаких посторонних. Может, тогда позвонить отцу Дениса?

На этот раз Саша не протестует. Отлично, хоть какое-то продвижение.

На полу рядом с Логиновым замечаю телефон.

– Его? – спрашиваю Ясенскую, на что получаю подтверждение. – Не против? – тянусь за телефоном, но девушка не реагирует. Воспринимаю и это за согласие. – Знаешь пароль? – интересуюсь, когда понимаю, что он не разблокируется ни по лицу, ни по отпечатку пальца. Но в ответ только тихое «нет». – Ладно, может, тогда кто-то со своего позвонит?

Снова молчание.

– Ты не общаешься с его отцом? – как можно мягче и спокойнее спрашиваю у Ясенской.

– Нет, – она поднимает свои огромные мокрые глаза, затуманенные страхом, и смотрит на меня. От этого вида щемит в груди.

– А ты? – перевожу взгляд на Сашу, но он только мотает головой.

Видимо, это придётся делать мне.

Выходя из кабинета, достаю телефон и набираю номер Логинова Леонида. Вызов. Как можно короче рассказываю ему про сына и что того необходимо отвезти в больницу. Мужчина, в свою очередь, внимательно слушает и, судя по шуму на фоне, уже садится в машину.

Ещё какое-то время после звонка просто стою в коридоре и смотрю вниз, на опустевшую гостиную, до сих пор не осознавая, как я тут оказался. А главное – кому именно я сейчас помогаю?

– Отец Дениса скоро приедет, – возвращаюсь обратно.

От этого Саша выдыхает с облегчением. Все присутствующие смотрят на меня. У них явно много вопросов, но никто не решается их озвучить.

Впрочем, у меня вопросов не меньше.

– Помоги его вывести на улицу, – прошу Сашу.

Закидываем руки Логинова себе на плечи и на счёт три выпрямляемся, поднимая на ноги этого начинающего наркомана, но он всё равно не может на них стоять и просто виснет всем своим весом. С трудом покидаем кабинет и, не спеша, подходим к лестнице, которая, несомненно, очень эффектная и красивая, но спускаться по ней с таким амбалом на плечах – та ещё задачка.

Кое-как достигаем первого этажа и, не сговариваясь, вместе выдыхаем с облегчением. Остаётся выйти на улицу и дождаться Леонида.

– Кто ты вообще такой? – спрашивает Саша, когда мы наконец освобождаемся от груза, усадив его под дерево во дворе. – Я с Дэном с самого детства, а тебя впервые вижу. Вы знакомы?

Тем временем девушки тоже выходят на улицу. Ясенская опускается рядом с Денисом и берёт за руку, а Мари явно заинтересована в заданном вопросе.

– Можно сказать, нет, – всё, что могу ответить, и это почти правда.

– Какого хрена тогда ты в… – Саша смотрит на часы, а затем продолжает: – в полчетвёртого ночи звонишь его отцу, и тот тебе отвечает?

Даже не знаю, что сказать. И вообще, это не его дело, какие у меня отношения с отцом Дениса. К счастью, пока размышляю над ответом, к нам подъезжает чёрный внедорожник, из которого выходит с очень серьёзным видом Леонид и, не обращая внимания на кого-либо, только поздоровавшись со мной кивком издалека, направляется к сыну.

Он собирается взвалить детину на себя, но тот слишком тяжёлый, уж я-то теперь знаю. Недолго думая, помогаю поднять парня с земли. Аккуратно усаживаем его в машину на заднее сиденье и фиксируем ремнём безопасности. Ясенская очень ловко садится рядом. На лице девушки уже нет ни слёз, ни чёрных подтеков; наверное, вытерла, пока мы занимались бесчувственным телом.

– Всё будет хорошо, – тихо шепчет она парню.

В груди снова щемит.

– Леонид Владимирович, – мямлит Саша, пока тот подходит к водительской двери, – могу рассчитывать, что вы оставите всё в тайне? – От волнения у парня даже лоб потеет.

– Да, – чётко отрезает мужчина и садится в машину.

– Просто понимает, если…

– Понимаю, – обрывает он и закрывает дверь.

Они явно не ладят друг с другом.

– Марк, ты тоже едешь, – уже через открытое окно командует мужчина.

Думаю, это не та ситуация, когда стоит отнекиваться, тратя драгоценное время, поэтому занимаю переднее пассажирское. Всю дорогу до ближайшей дежурной больницы едем молча.

Я стараюсь смотреть в окно, но сам не замечаю, как перевожу взгляд на зеркало заднего вида, а через него – на Ясенскую. Лицо девушки настолько безэмоционально, что можно подумать, будто на заднем сиденье сидит привидение. Но при этом довольно симпатичное привидение.

Её пустой взгляд направлен в никуда, а дыхание настолько медленное, что кажется, девушка скоро и вовсе перестанет поглощать воздух. Должно быть, сейчас в её голове проносится миллион мыслей, а может быть, всего одна, но жутко навязчивая, прожигающая всё нутро. В любом случае ей точно не легко.

Хочется поддержать. Но боюсь, что от любого слова её глаза снова наполнятся слезами.

– Спасибо, что позвонил, – уже в больнице у стойки регистрации, после того как врачи увезли Дениса на каталке, вдруг благодарит его отец. Причем с таким лицом, будто я какое-то плевое одолжение сделал. – Мне так стыдно за него. Извини, что доставил тебе неприятности.

– Я всё понимаю, – пресекаю необходимость в извинениях.

Наверное, это может показаться странным: отец, привезя сына в больницу в тяжёлым состоянии, испытывает не страх за своего ребёнка, а желание извиниться перед другим человеком. Но на самом деле ничего странного тут нет. Мне до боли знакомо такое чувство, когда проступок близкого вызывает настолько сильный стыд, что мечтаешь не иметь с ним ничего общего.

Но как бы там ни было, я точно знаю: Леонид переживает за сына, и можно аплодировать стоя за то, с какой невозмутимостью он сейчас разговаривает со мной. Должно быть, это требует больших усилий.

Какое-то время так и стоим у регистратуры, обмениваясь бессмысленными фразами. Вообще, я бы уже давно ушёл, если бы не Ясенская. Её состояние беспокоит. Девушка сидит в коридоре с тем же лицом симпатичного привидения. И хоть мы давно не общаемся, я всё так же, как и в детстве, когда вдвоём ходили гулять без родителей, чувствую ответственность за неё.

Не знаю, должен ли подойти к ней и узнать о самочувствии или лучше оставить в покое? Не сделаю ли только хуже? Может, принести ей воды?

– Знаком с ней? – должно быть, мужчина замечает, куда я смотрю.

– Да.

– Будь осторожнее, – зачем-то предостерегает Леонид. – Она блогер, знаешь?

Я киваю.

– Ладно, – вздыхает он, – помоги ей уехать, вызови такси, – мужчина протягивает несколько свернутых купюр, от которых я, конечно, отказываюсь. Затем прощается в своей фирменной строгой манере и оставляет одного, закончив наш пустой диалог.

Первым делом всё же набираю стакан воды из кулера за регистратурой, но, когда поворачиваюсь в сторону Ясенской, вижу лишь пустое место. Она просто взяла и испарилась – точно привидение. Не думаю, что она отправилась погулять по больнице; скорее всего, вышла на улицу. Оставляю стакан на кулере и покидаю это неразвлекательное заведение.

Холодное осеннее утро обдает своей сыростью. Фонари уже погасли, а им на смену пришло солнце. Той тишины, которую сейчас хотелось бы услышать, нет, как и Ясенской. Не спеша осматриваю территорию больницы, но её нигде не видно. Думаю, девушка слышала наш разговор с отцом Дениса и не захотела, чтобы я к ней подходил.

✶✶✶

– Чёрт подери, Марк! – словно молния, возникает Кристина в коридоре нашей с Али квартиры и заключает меня в объятия, даже не дав разуться. – Мы так волновались! Почему не отвечал на звонки? Всё это время находился в том коттедже? Что там делал? Почему так долго?

– Ну не так уж и сильно мы волновались, – перебивает её Алихан, предотвращая лавину вопросов.

– Могу разуться? – намекаю на то, что меня пора бы отпустить.

Подруга недовольно морщит нос и отходит на пару шагов, становясь рядом с Али, тем самым образуя стену в проходе. Оба буквально прожигают во мне дыру. Стараясь не замечать этих взглядов, скидываю кеды и прохожу сквозь бронированное ограждение, направляясь в свою комнату. Парочка следует за мной, а я продолжаю делать вид, будто не замечаю их.

Падаю на кровать и закрываю глаза, в голове крутятся последние события. Продолжая лежать, вновь ощущаю на себе пристальные взгляды.

– Что? – не выдерживаю в итоге.

Как и предполагал, оба стоят возле кровати, а к ним ещё присоединилась Яна, которая, судя по опухшему лицу, недавно проснулась.

– Хватит дурака включать, рассказывай, – складывает руки на груди Али.

– Нечего рассказать.

– Слушай, мы не остановили тебя, когда рванул на эти вопли, как и просил, но теперь мы ждем историю, – настаивает друг.

– Хорошо, – соглашаюсь я, зная, что препираться бесполезно, и нехотя сажусь на кровать.

Выкладываю этим любопытным всё и по порядку, чтобы избежать дополнительных вопросов: начиная с того, как нашёл кабинет и увидел там ту самую Вики, держащую руку своего бессознательного парня. И то, как Саша не давал вызвать скорую, боясь дальнейших проблем с полицией. Также сказал, что это я позвонил отцу Логинова. Даже не упустил момента, когда Саша просил того хранить молчание о произошедшем. Закончил тем, что мне было поручено позаботиться о девушке, испытавшей сильное потрясение, и как я её упустил.

– С какой стати ты вообще должен был заботиться о благополучии этой Вики? – из всего моего рассказа Кристина почему-то цепляется именно за это.

– Эй, ты что, ревнуешь нашего Марка? – спасает от ответа Яна.

– С чего бы вдруг? Просто не понимаю, зачем он ввязался в эту историю.

– Да брось, ещё как ревнуешь.

– Что за бред!

– Знаешь, во всей этой истории не понимаю одного… – как-то по-философски начинает Алихан, не замечая перепалки между девушками. – Откуда в твоей телефонной книжке затесался номер папаши Дениса Логинова?

– Его «папаша» – Логинов Леонид, – парирую я.

– И?

– Он – руководитель подразделения Аквариума в Новосибирске, то есть наш начальник.