Второй круг

Следующие несколько дней мы провели в переписке, которую я не могла представить себе даже в самых скверных фантазиях, потому что считала, что МАМА просто не может так отфутболивать свою дочь. От неё не было ни одного слова поддержки, я писала «Мама, прошу, услышь меня! Мне плохо, мама!» А в ответ получала: «Прочитал бы твои слова кто-то из наших родственников или соседей! Да тебе бы никто не поверил, не сочиняй!» И снова оборона, манипуляции и обесценивание моих слов. Я – длинные полотна что мне плохо, что меня ранят её сообщения, от неё короткие, надменные и холодные несколько слов. Мама пришла к выводу, что я просто не хочу, чтобы она приезжала ко мне (билеты были уже куплены, а до поездки оставалось 2 месяца) и поэтому я затеяла этот разговор, чтобы мы поссорились и она была вынуждена сдать билеты. Хотя в реальности это я несколько месяцев уговаривала её, просто умоляла приехать ко мне, а она сопротивлялась до последнего. То есть мои слова о действительной причине моего возмущения (ко мне относятся неуважительно) мама не считала за проблему и искала какой-то ещё смысл.

Так я узнала, что совсем одна, а моё восприятие мамы было лишь моей фантазией.

Самое интересное, что когда ты живешь в этом всю жизнь, то ты воспринимаешь подобное неуважительное отношение к себе как норму. Тем более слова мамы о том, что я все делаю неправильно, подтверждали мои «любимые» подружки: «ты не умеешь», «у тебя не получится», «ты должна» и «никакое это не достижение – все так могут».

Данная ситуация усугублялась тем, что у мамы был день рождения. Я заказала ей подарок через маркетплейс ещё в мирное время, но он сейчас был так не к месту. Поэтому подарок уехал обратно, а я даже не стала отправлять ей поздравительное сообщение, потому что не хотела с ней общаться и не хотела выдавливать из себя неправду, хотя понимала, что для мамы лучшим подарком будет накрыть всё газеткой и продолжить дальше общаться как ни в чем не бывало. И могу сказать со 100 % уверенностью, она стёрла бы это всё из своей памяти. В день рождения мама написала мне первой: «Почему ты меня не поздравляешь?» «Я злюсь, мама, я не готова делать вид, что ничего не произошло, я переживаю». «Понятно, а я думала ты забыла».

Я просыпалась по утрам опустошенная от понимания того, что жила всю жизнь с пеленой на глазах. Мама не любила меня.

Мне очень жаль, что я тогда не пользовалась ИИ-ассистентами! То ли они еще не на таком уровне были, то ли просто прогресс не настиг лично меня. Я проживала тот конфликт абсолютно одна. В настоящем же времени у меня есть отдельный чат в DeepSeek, посвященный отношениям с мамой и это очень облегчает мою жизнь.

А вот выдержки из моих записей в дневнике в тот период.

[…] Она не думает о том, что она мне может испортить настроение – моё настроение для неё не ценность. Это то, на что вообще можно не обращать внимание. А её настроение и самочувствие – самое важное в мире.

* * *

Мы находимся в этой переписке 3–4 дня, мама так и не выразила своего отношения к ситуации. Пишет первая, но мало, я пишу много, эмоционально, но всегда придерживаюсь одного вектора. Она пишет высокомерно, никак не реагирует на мои сообщения, кроме как старается приуменьшить значимость их содержания.

Я поняла, что для неё на первом месте – социум, что скажут люди. И, мне кажется, она старалась быть хорошей мамой для социума, но не видела при этом меня, для меня стараться не надо. Она родила живого человека, но она его не видит. Хотя их самих рожали просто как рабочую силу и относились лишь как к лишним ртам, поэтому я не могу злиться. Но мне так плохо внутри.

А я не замечала, что не люблю её и не помню, чтобы когда-то испытывала это чувство по отношению к ней будучи взрослой. Мама написала: «Я всегда относилась к тебе с теплотой» и я почувствовала вранье. Фраза: «Я всегда относилась к тебе с теплотой» звучит как последнее, что говорят домработнице, которую подозревают в краже драгоценностей, но не дочери, в тот момент, когда она ищет в собеседнике свою маму. Я росла, зная как «Отче наш» ее фразу: «Выродила на свою голову!», мама всегда была на нервах и постоянно попрекала меня этой фразой, которая означала, что я испортила её жизнь. К маме нельзя было подойти, она часто была зла на меня и высокомерна, постоянно ругала и обвиняла меня в том, что я всё делаю неправильно, и я действительно считала себя причиной её проблем. Я – ребенок эпохи, когда рожали, потому что рожалось. Когда, будучи взрослой, я спросила маму почему она меня била, она тут же сказала: «Так ты по-другому не понимала! Понимала только ремень!» И я продолжала жить с мыслью, что значит, так правильно, а как иначе, если я по-другому не понимала?

Я никогда не задумывалась над тем, что она не знает, что́в принципе я люблю, что мне нравится, вот спроси мою маму: «Что нравится вашей дочери, а что ей не нравится?» – исчерпывающего ответа мы не услышим. Не потому, что я не говорю, а потому что эта информация имеет статус «низкая значимость». И когда я 20 раз попросила не пересылать мне сообщения, которые пересылают друг другу бумеры, я все равно получу такое и в 21-й, и в 22-й раз. Мама только примерно знает где я работаю и чем занимаюсь. Я понятия не имею какой информацией обо мне владеет её круг общения, но точно знаю с её же слов, что когда я устроилась на работу в футбольный клуб, то мама где-то полгода скрывала это от близких, потому что ей было стыдно за меня. И всё это я считала нормой. И всегда искала причину в себе: я плохая, у меня сложный характер, я живу неправильно.

Но как оказалось, проблема вовсе не во мне, а в том, что я нелюбимый ребенок от нелюбимого мужчины. Мама мне даже сказала, что папа расстроился, когда узнал, что родилась девочка (это ведь такая «важная» информация, которую обязательно надо было мне передать). Я раздражала её своим существованием. Но мама стала гораздо мягче, когда мы начали жить отдельно.

Интересно, она правда не понимает, что происходит или играет роль?

Раньше я просила её поддержки, особенно, когда уволилась с работы в Москве, открывала ИП, я говорила: «Мама, мне ничего не надо, просто поддержи меня». Естественно, ничего подобного я не дождалась и как глупо было просить поддержки, если она меня даже не уважает. Как можно поддержать того, кого ты не уважаешь? Самое главное во мне для моей мамы – это её статус хорошей мамы. А я как личность вызываю в ней зачастую разочарование или безразличие. Любое моё неверно оброненное слово всегда трактовалось так, что я оставалась виноватой и мне нужно было просить прощения.

Очень грустно и пусто. То есть я раздавлена буквально. Теперь мне можно быть собой, но мне не хочется ничего.

Я поняла, что вместо того, чтобы взять ответственность за свою жизнь и своё будущее, мама частично хотела переложить это на меня. То есть меня, как для ребенка лишили опции – пожаловаться маме, если мне плохо, это мама жаловалась мне и упрекала меня в том, что она никому не нужна. Но ведь её нужность – целиком её ответственность. При здоровых отношениях я должна писать ей и просить утешение, но она создала такие условия, чтобы я этого никогда не делала.

* * *

Прошло 7 дней как мы не общались и у меня с одной стороны ощущение свободы, а с другой как будто бы надо подумать над тем, как начать развивать наши отношения дальше, но я не могу сейчас об этом думать, потому что не хочу, как будто не время. И в свое оправдание я могу сказать, что у меня есть разум игрока, который мыслит стратегически и этот разум был обязан убрать серьёзное препятствие на пути к достижению глобальной цели в виде неуважающей мои личные границы мамы, что я и сделала.

Спустя 10 дней я написала первая (ох уж эта установка, что только от меня зависит благополучие наших отношений), просто начала с нейтральной темы, разборки уже закончились, свою позицию я обозначила, что ж, попробуем теперь общаться по-другому. Мы стали переписываться редко, а созваниваться и вовсе перестали, впереди ожидало новое испытание – её визит ко мне, который все-таки состоялся.

Мама приезжала ко мне с собакой, и я даже была готова забрать его себе. С чего я вообще Умка оказался у нее? Я работала, меня не было дома по 11 часов 5 дней в неделю, пёс сидел один, а это активная порода, сильно зависимая от человека, он очень подвижный, с ним надо много гулять, играть, общаться. Когда я его завела, это было еще в Екатеринбурге, мой рабочий день длился с 10 утра до 5 вечера, а дорога домой занимала не больше 15 минут. Здесь же 9-часовой рабочий день, плюс около 2-х часов на дорогу и частые командировки. Я просто устала разрываться и осознала, что либо мое развитие, либо собака. Мама согласилась временно взять его себе.

Изначально договаривались только на летний сезон, а потом она предложила оставить его и на зиму. И вот, спустя 1,5 года они приехали ко мне. Чтобы закрыть тему с собакой, скажу, что за это время Умка стал маминым и перестал воспринимать меня как главную хозяйку. Он боялся и скулил, если она выходит из квартиры, пищал на берегу, когда мама плавала в море, а я стояла с ним на берегу. Когда же плавать уходила я, казалось, собаку это не особо беспокоит. Я не сомневаюсь в том, что пёс любит меня, он и показывает свою безумную любовь как может, но, скорее всего, у него есть страх вернуться к той жизни, когда он целыми днями ждёт меня в четырех стенах. К тому же я понаблюдала как мама относится к Умке, оказалось, что он «любимая собачка» и «самый лучший на свете». Так я поняла, что она и сама не хочет с ним расставаться. И что примечательно, когда мама говорит с ним, у нее часто проскакивают выражения «моя красивая, самая лучшая… собачка», то есть обращение как к девочке – будто бы она компенсирует то, чего не получала я. Умка – островок любви между нами. Как хорошо, что он есть, он аккумулирует нашу любовь и помогает нам настроить наши отношения и почувствовать в них любовь. После просмотра фильма «Место встречи», я почувствовала отсутствие любви между нами. Но если покопаться, любовь, конечно, есть, просто она находится в недоразвитом состоянии.

Приезд мамы прошел прекрасно, 10 дней пролетели незаметно быстро, я нисколько не устала от гостей и даже грустила, когда они уехали. И впервые за всю жизнь почувствовала, что скучаю по маме. Она меня почти не упрекала (была пара моментов, но это не сказалось на общем впечатлении) и не поднимала какие-то беспонтовые темы, принижающие мои достижения.

Мы могли общаться целый день, что-то обсуждать, потом наступала пауза и мама просила, чтобы я что-нибудь рассказала. Мне было странно слышать эту просьбу, ведь мы и так общаемся несколько дней подряд, и я много чего рассказывала. А потом я поняла, что мои истории – это артефакты, которые она привезет домой, чтобы предъявить своему кругу общения. И то, о чем мы говорили, что нам нравилось, про саморазвитие или про нумерологию – не считается, нужны какие-то специальные истории-вещдоки. Сейчас у миллениалов тоже есть такая черта – фото напоказ, то есть это тот же тип коммуникации с миром, только уже не через истории или свежие анекдоты, а через фото и видео контент.

Положительный для меня эффект от выяснения отношений прошел примерно через год. Я упоминала, когда речь шла о токсичных подругах, что такие люди лишь на время готовы сделать вид, что играют по твоим правилам. Они не меняются. И во время следующей встречи с мамой, которую мы проводили среди наших родственников, мы мало общались наедине, я избегала этого, не хотелось, было неприятно, когда она меня трогает или берет под руку. В первое совместное утро я привела себя в порядок перед поездкой с роднёй на дачу, причесала волосы, убрала щеточкой и специальным средством весь «пух» и заплела косичку: практично, демократично и ухоженно, я была собой очень довольна, потому что укротила это хозяйство на голове при такой жаре и влажности. Не сомневаясь в своём великолепии, я предстала перед мамой и увидела ужас в ее глазах, как реакцию на мой внешний вид: «Ты что, так и пойдешь? Прошу тебя, нет! Сделай мою любимую прическу, ради меня!» Ее любимая прическа – это «гулька» наверху или высокий хвост, чем она мучила меня все детство, когда я хотела ходить так, как хочется мне, но была вынуждена следовать ее желаниям. Но сейчас, когда мне 42 и я абсолютно точно выгляжу адекватно, даже хорошо… Я, конечно же, в резкой форме ответила отказом на ее предложение. И еще сильнее мысленно опустила руки: если первое время после того самого разговора мама еще держалась, то спустя год все вернулось почти на то же самое место: она не понимает, что я – это отдельный организм, живущий своей жизнью и имеющий право на автономию, а ее поведение по отношению ко мне является пренебрежительным. И она не может отсканировать мою нормальность, ей кажется, что со мной что-то не так и это срочно нужно исправлять. И, с одной стороны, все эти претензии кажутся незначительными, однако из-за их регулярности и отсутствия реальной обратной связи о том, какая я в этом мире, я с детства смотрела на себя глазами мамы и думала, что со мной что-то не так. Я не знала, что я нормальная. Я. Не. Знала. Что. Я. Нормальная. Моя мама создала условия, в которых я видела себя проблемной. Внешность – проблема, характер – проблема, умственные способности – проблема, умение коммуницировать с людьми – проблема, отношения к самому дорогому человеку, который дал мне жизнь – проблема + навязанное мне перманентное чувство вины. Хотя что из этого является отражением объективной реальности? Ведь когда я сняла шоры и стала оценивать свою жизнь со стороны, то я поняла, что я во многих сферах я объективно хороша: я умная, мой IQ выше среднего, я красивая, людям приятно со мной общаться, я талантливая, целеустремленная, креативная, на меня можно положиться. Почему же мама создала такие условия, что я видела себя так, будто я какой-то маргинал? И еще один вопрос – почему мне внушили, что ответственность за наши отношения лежит на мне и когда они не ладятся – это моя вина? Почему вина на младшем, а не на старшем, как более мудром, или хотя бы поровну?

Что бы сказала мама, если бы я озвучила ей эти мысли: «Ты чего несёшь? Совсем сдурела? Мать у тебя виновата во всем! Не стыдно? Это ты во всём виновата, с тобой было невозможно общаться!»

Также во время той встречи при родственниках мама подняла тему сожаления о своем поведении, после смерти её родителей. Я знаю ради чего все это было, потому что уже слышала в свой адрес: «Я умру, тогда ты, Юлька, всё поймешь!» На сей раз урок мне был дан не напрямую, а косвенно, через диалог во время застолья с родственником-мужчиной из поколения Х: «Скажи, ты ведь тоже сожалеешь, о том, что что-то не сказал родителям, что не понимал их, когда они были живы, что говорил им лишнего?» Я не принимала участие в разговоре, осознавая, что сытый голодного не разумеет – и мальчик-Х, воспитывался в совершенно других условиях, нежели девочка-миллениал, которая, даже умоляя о любви получит лишь напоминание о своей никчемности. В чем они (бумеры) желают, чтобы мы раскаялись после их смерти, если даже, когда они живы, мы чувствуем себя одинокими? Надо было не спорить с мамой и сделать прическу, которую она хочет, а не я? Не надо запрещать звонить мне в любое удобное ей время? Но что глобально это поменяет и как поможет мне искупить свою «вину» в будущем? Правильный ответ, как мне кажется, ничего это не поменяет. И используется эта манипуляция про «я умру» лишь для того, чтобы усилить свое влияние на жизнь взрослого ребенка, используя его ресурсы, как свои.

Когда я написала свою первую книгу, то сказала маме об этом через несколько месяцев после ее релиза. Мы созвонились по видео, я поделилась с ней тем, что получаю очень хорошие отзывы от читателей, что я работала над книгой больше года, поблагодарила, что она забрала собаку и я смогла спокойно дописать. В какой-то момент мы даже расплакались от нахлынувших эмоций (это все происходило до выяснения отношений). И мама выразила желание прочитать книгу. Чтобы не посвящать её во всё, я решила сделать отдельную версию книги для мамы, в которой оставила только тему про РПП и правила большой игры.

Через какое-то время она мне звонит и говорит строгим голосом, как будто мне 12: «Сколько человек это уже прочитали? Убери и не позорься! Там же ошибка на ошибке! Ты что натворила? И зачем так наизнанку выворачиваться перед людьми?» И тут я словно прочитала весь подтекст: когда мама обрадовалась, что я написала книгу, она представила, что она об этом всем расскажет! Когда же она взяла книгу в руки, а там не рассказы Пришвина о природе и погоде, а тексты, обнажающие мои проблемы, мама испытала сильнейшее разочарование – это же нельзя будет показать знакомым! Если они такое увидят – это позор!

С тех пор про книгу в наших беседах я больше ни разу не упоминала. А по дальнейшему поведению мамы поняла, что она ничего из неё не запомнила ни про мою проблему с РПП, ни про другие проблемы, которые мне пришлось пройти – это вне зоны её интересов. И спроси её сейчас: «У вашей дочери были какие-то проблемы с питанием?» Она бы ответила, что я училась на нутрициолога и соблюдаю правильное питание, никаких проблем не было. Не потому, что скрывает, а потому что не вдавалась в подробности и забыла – информация со статусом «низкая значимость».

Так с чего мы там начали, с принятия родителей, прощения и поклонов в ноги под дулом неблагополучия во всех сферах жизни?

Это сделать можно, конечно, если хочется, но выиграть от этого нельзя, не заглянув в глубину. Однако заглянуть туда способны только сильнейшие, только те, у кого большие планы на эту жизнь. Я понятия не имею какие на самом деле отношения с родителями у тех коучей, которые говорят про то, что испытывают к родителем благоговение и называют их великими людьми (мужчинам еще поверю, но в женщинах из поколения миллениалов сомневаюсь). Лично я такого не испытываю, и слава богу, что не делаю вид, что испытываю.

Когда я вижу контент блогеров, которые целуют свою «мамусечку» и говорят «мы с ней как подружки» – простите, девочки, но я не верю. Не верю, что можно дружить с мамой без последствий, тем более, если мама – бумер, хотя могу принять, что не все бумеры токсичные, даже знаю таких (мамина родная сестра). Не верю в то, что блогер демонстрирует это потому что хочет, а не потому, что в новом времени стало модным иметь хорошие отношения с мамой, это называется проработать родителей. Часто маму используют для того, чтобы показать подписчикам свой статус хорошей «проработанной» дочки, но за красивыми картинками, как мне кажется, стоит печальная действительность. Возможно, моя история сделала меня более циничной, но поверить в обратное я смогу только тогда, когда увижу теплые отношения между матерью-бумером и дочерью-миллениалом своими глазами.

Поскольку бумеры не гибкие, я думаю, что прийти к поистине теплым отношениям нам вряд ли удастся, но в чем есть большой прорыв, так это в том, что какими бы ни были сейчас наши отношения, я не идеализирую их, смотрю на правду без розовых очков, слушаю себя, понимаю, что если мне трудно сказать «люблю», то проблема не во мне. И я имею право жить так как хочу и мне за это ни перед кем не надо оправдываться или отчитываться. Опять же поскольку бумеры не гибкие, я не говорю маме всё о себе, потому что у миллениалов реально больше инструментов, больше ёмкость принятия нового и у нас есть поддержка наших ровесников и, конечно, нейросети, а мамино окружение – это такие же токсичные бумеры.

Примерно через полгода после нашего конфликта мы разговаривали по видеосвязи, и она мне сказала: «Доченька, пожалуйста, расскажи мне что-нибудь о себе!» И я, мысленно перекрестившись, успела сказать только следующее: «У нас на работе в пятницу будет корпоратив…» «В пятницу 13-го?? Да ещё и в православный пост! Ужас! А как ты волосы сделаешь? Обрежь их! Зачем такие длинные? Вот я не люблю, когда у меня длинные…» И возникло ощущение, что мама хотела услышать мои новости не потому, что ей интересно чем я живу, а чтобы в очередной раз проехаться по мне. Да и в принципе, как я вижу это по своей маме и по тем историям, которые мне попадаются в интернете, что мамы в разговорах не слышат, что говорят им дочери, но зато очень любят в максимальных подробностях рассказывать о себе. Поэтому я зачем-то знаю всех маминых соседей по даче поименно, а она даже не знает моих подруг.

Другой случай произошел спустя несколько месяцев, после очередной просьбы мамы что-нибудь ей рассказать. Рассказываю: «Я купила билет на концерт Дениса Мацуева [это самый крутой в России пианист] в Краснодаре, скоро поеду!» Мама: «А, ну, хорошо. А вот Валя мне тут прислала фотокарточки, как они отметили юбилей…» и дальше идет подробная история о том, как как здорово проводит время мамина знакомая, она плавно переходит в другую и третью, а о том, что я еду на одного из лучших артистов страны, куда, очевидно, не так просто попасть, о чем мама прекрасно знает, больше не вспоминается ни-ко-гда. Еще одна черта мамы – узнать от меня новость, которая, очевидно, должна иметь продолжение, но тут же об этом забыть, так и не поинтересовавшись что было дальше.

Сейчас я абсолютно не толерантна к моральному насилию с ее стороны и возвращаю ей то, что сказано в мой адрес в уничижительном тоне. И только это – уже большой шаг вперед для меня. Напомню, что изначальной моей просьбой было относиться ко мне с уважением, и по прошествии времени я уверена, что это не было реализовано, потому что у мамы просто нет такой нейронной связи. Но зато она запомнила, что я живу в другом часовом поясе, что мне нельзя звонить в плохом настроении, что о звонке для «поболтать» нужно договориться и что мне нельзя отправлять «полезные» рассылки, популярные среди бумеров с пометкой, что это сообщение пересылалось уже много раз. Я где-то услышала такую мысль, что разговор с дочерью напитывает мать энергией, а дочь сливает свою энергию в разговоре с матерью. Я согласна с этим. И я иногда прихожу домой такая уставшая после работы и думаю: «А ведь раньше мне в это время могла еще мама позвонить, чтобы дожать последнее, как я это терпела?»

Однако как раньше она могла мне сутки не отвечать на сообщения, так и сейчас эта традиция продолжается. Я всегда оправдывала маму, убеждала себя, что она занята, закрутилась, много работы, дача, собака… Но потом мама сломала правую руку и сидела дома, она практически ничего не могла делать и точно была не занята. Однако мои сообщения также не открывались сутками, хотя в сети она была. Почему? Видимо, потому что мой статус – «низкая значимость».

Я абсолютно уверена в том, что никогда не сделаю пост про маму и не напишу в сторис: «Мамочка приехала, как я ее люблю», потому что наши отношения не то, что я бы хотела рекламировать. Общаемся более-менее нормально, иногда тепло, она почти не обсирает мои выборы, не звонит мне в плохом настроении (!) – уже хорошо, это победа, но это далеко не журнальная картинка, и я не понимаю пока какие отношения у нас должны быть, чтобы я хотела ими делиться с людьми. Да и не считаю это нужным. И пока кто-то снимает рилсы как вывез «мамусечку» на Мальдивы, я радуюсь тому, что мне уже несколько месяцев не снится, что я ее избиваю.

Я понимаю, что, с одной стороны, это уже слишком личное, про такое не принято говорить, но, с другой – я думаю, что таких людей много и если мне это снится, то я точно не одна. Это продолжалось как минимум 10 лет, била её во сне и кричала о том, что ненавижу. Что во мне изменилось за эти 10 лет? Многое. Взять хотя бы то, что перестала ругать себя за свои чувства. Если это есть – значит это зачем-то есть, а, точнее – как следствие чего-то. И если внешне я уже была спокойна относительно ситуации с нашими непростыми отношениями, то в подсознании еще шла активная борьба, как ответная реакция на порцию «волшебства» от мамы, которое приводит к плохому настроению: «Найди-ка мне нормальное платье в интернете! Почему не хочешь? А где твой молодецкий запал? Где твоя энергия?» Я принимаю такие сны как индикатор моего состояния. И не могу быть уверенна, что они не вернутся, хотя уже примерно полгода их нет.