bannerbannerbanner
Проект Х
Проект Х

Полная версия

Проект Х

текст

0

0
Язык: Русский
Год издания: 2023
Добавлена:
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
2 из 4

Майор остановился и внимательно поглядел на своего собеседника. Профессор кивнул.

– Хорошо. Вы возглавляли засекреченный Отдел НКВД, так ведь? Не бойтесь, я имею доступ к этой информации, так что со мной вы должны быть полностью откровенны.

– Да, возглавлял, – ответил растерянный профессор, еще никак не сумевший осмыслить происходящее.

– Так вот! Было принято решение, что отдел был закрыт неправомерно. Мало того. Многие работники его были оклеветаны перед советской властью, буржуазными наймитами шпионской бухаринско-зиновьевско-троцкисткой шайки. Они уже задержаны и дают показания.

– Что? – профессор не верил своим ушам.

Такого не бывает! Это слишком уж походило на сон, чем на правду. Да это наверно издевательство…

– Вы невиновны профессор! – майор откинулся на кресле любуясь впечатлением, какое произвели его слова на заключенного идостал портсигар. Профессор отказался от предложенной папиросы, а майор, пожав плечами, закурил.

– Если я невиновен, – осторожно произнес профессор, все еще подозрительно глядя на своего собеседника, – значит, меня освободят?

– Да, конечно, – широко улыбнулся майор, – вот постановление.

Он взял со стола одну из лежавших на нем бумаг и протянул профессору.

Тот быстро пробежал ее глазами. Невероятно, но на самом деле это было постановление о прекращение дела Сергея Сергеевича Полозова за отсутствием состава преступления. Профессор был растерян и изумлен. На его глаза навернулись слезы, и он посмотрел на майора невидящим взором.

– Поздравляю! – произнес майор.

– Спасибо…Я…Я – профессор всхлипнул. Даже увидев документ, он не мог поверить, что лагерный кошмар закончился.

– Ну, ну, – ласково успокоил его майор, и налив воды протянул ему стакан. Сделав несколько глотков Полозов наконец успокоился.

– Все нормально? – участливо осведомился его собеседник.

– Да, – кивнул профессор.

– Хорошо. Теперь перейдем ближе к делу. Чем вы собираетесь заниматься на воле?

– Не знаю, – пробормотал профессор.

– Вот то-то же. Советская власть признала свою ошибку, и теперь вы должны ей помочь! Тем более, сейчас идет война, а вы знаете, что помогать родине это священный долг каждого советского человека!

– Конечно! Но, как?

– Мы уже приготовили для вас работу…связанную с вашим …эээ…родом деятельности.

– Кто вы?

– Я представляю Особый Отдел НКВД, в принципе он создан недавно и занимается тем же самым, чем занимались вы профессор в своем отделе. Сами понимаете подобные специалисты на вес золота. Поэтому я здесь. Еще вопросы есть?

– Нет, я весь во внимании.

– Вы знаете профессора Отто фон Райбекюнха?

– Знаю, – кивнул профессор, – очень талантливый ученый. Мы встречались на международных симпозиумах. У нас была довольно интенсивная переписка. Он занимался теми же проблемами что и я…

– Да, это я знаю, – кивнул майор, – дело в том, что сейчас он сотрудничает с фашистами. На одном из островов у побережья Южной Америки, немцы построили секретный объект. Сокращенно он называется «Проект Х». И руководителем этого проекта поставлен ваш знакомый доктор Отто фон Райбекюнх

– И чем же они занимаются? – Сергей Сергеевич был заинтригован. Он уже окончательно пришел в себя и слушал с большим вниманием.

– Пока нам неизвестны подробности. У нас есть на острове агент, но ему очень тяжело работать. С большим трудом он смог передать нам план острова и информацию, что там выстроен средневековый замок. И еще. Он сообщает, что доктор пытается вызвать дьявола! Что вы на это скажете? Сначала мы посчитали все это бредом, но сейчас появились новые данные уже из других источников, которые подтверждают слова нашего агента. Эти источники считают, что исследования вошли в решающую стадию и их надо сорвать любой ценой, иначе может произойти катастрофа. Партия и правительство приняли решение сформировать специальную группу, которая будет функционировать в составе моего отдела. Вы Сергей Сергеевич, будете ее руководителем. Мы вернули ваших сотрудников из лагерей. Вы продолжите ваши исследования, но сначала надо будет выполнить одно очень важное задание, оно связано именно с этим островом. Кстати, времени на сборы у вас немного. Через час мы должны выехать. На ближайшем аэродроме нас ждет самолет. Вашего согласия я не спрашиваю, поскольку выбора у вас нет. Вы не можете отказаться. Поверьте мне не хотелось бы вам угрожать, но задача, которая стоит перед группой настолько важна, что ваши родные будут временно нашими заложниками. Заложниками вашей лояльности. Уж извините, но вы должны нас понять. Лично я считаю, что это возможно излишне, но сами понимаете, решение принималось на самом высоком уровне.

– В чем заключается задача этой группы? – Сергей Сергеевич был в состоянии близком к панике. Вадим Алексеевич похоже понял, что слегка перегнул палку и голос его стал мягким и вкрадчивым.

– Сергей Сергеевич, не волнуйтесь! Вы и еще несколько человек, войдут в состав специального отряда, который отправиться на этот остров. Учитывая специфику задания, это совершено естественно.

– Но я не солдат! Какой из меня диверсант! – замотал головой Сергей Сергеевич.

– От вас не требуется уметь стрелять или знать взрывное дело, – усмехнулся майор, – вы будете консультантом. Тем более как рассказали мне ваши подчиненные, вы обладаете определенной силой. И насколько мне известно, пользовались ей в лагере!

Сергей Сергеевич вспомнил тот случай. На него непонятно за что взъелся Будим, и дал приказ своим «шестеркам» опустить «ученую крысу». Но Сергей Сергеевич без труда прочитал мысли примитивных людишек, которые были «шестерками» вора, и внушил им нечто другое. В результате бандиты подрались между собой.

Драка закончилась ножевыми ранениями, а следующим шагом, профессор внушил Будиму уважение к себе, хотя это оказалось гораздо труднее. Все-таки Будим был более образованней чем его подручные, и обладал невероятной врожденной стойкостью к любому гипнозу.

Кстати этот случай был единственным. Все другие попытки проделать подобное над солдатами или над офицерами, оказались безуспешными. Но здесь возможно была другая причина. Для гипноза нужна уверенность и сила, а этого в лагере у Сергей Сергеевича само собой не было.

Однако именно Будим помог выжить профессору, попавшему в совершенно чуждую ему, сыну интеллигента, обстановку. Если бы не Будим….

– Будьте откровенны Сергей Сергеевич, – вы пользовались только один раз вашими способностями?

– Да…

– Но, почему? – майор был явно разочарован, – почему всего один?

– Не знаю, – честно признался Сергей Сергеевич, – меня оставила сила…ушла…

– Понятно, именно это мне и говорил ваш бывший сослуживец, когда я ему рассказал…

– А, кто? Кто этот сослуживец?

– А, как же я забыл! Надо было сразу вам сказать. Николай Кольцов.

Коля! Сергей Сергеевич внезапно почувствовал радость от того что этот талантливый молодой человек, когда-то бывший его правой рукой уцелел в лагерных бараках.

– Вижу, вы довольны, услышав это известие. Думаю, вы еще больше обрадуетесь узнав, что он тоже включен в группу. И вскоре вы с ним увидитесь.

– Когда мы отправляемся? – спросил Полозов.

– Вот такой разговор мне нравиться, – рассмеялся майор, – вас сейчас проводят в барак, вы соберете вещи, и мы выезжаем.

– Хорошо, – профессор поднялся.

Майор проводил его до двери и передал тем же солдатам с сержантом, которые ждали около двери. На сборы Сергей Сергеевичу хватило десяти минут. Затем полчаса тряски в грузовике по жалкому подобию дороги, которая связывала лагерь с остальным миром.

Но профессор не обращал на эти неудобства внимания, он все еще не верил в свое освобождение и ждал что вот, машина развернется и отправиться назад. Поверил он в реальность происходящего, только тогда, когда они добрались до небольшого военного аэродрома, и выбравшись из машины, не теряя ни минуты, быстро поднялись в готовый к взлету самолет.

А еще спустя десять минут профессор уже сидел в удобном кресле, расположенном в хвостовой части самолета и пил кофе, приготовленный незаметной девушкой, которая подав его, сразу же исчезла.

Вадим Александрович, взял бутылку коньяка, которая каким-то непостижимым образом для профессора появилась на столе, вместе с двумя хрустальными бокалами и ловко разлил по ним ароматный напиток.

– За удачу! – произнес он тост, и профессор присоединился к нему, сдерживая невольно навернувшиеся на глаза слезы. Он только сейчас начал понимать, что это не сон. А, майору был признателен хотя бы за то, что впервые за три года кто-то отнесся к нему по-человечески…

Глава 2

Полет длился четыре часа, и большую часть этого времени Сергей Сергеевич проспал. Как ни старался он бороться со сном, тот его все-таки одолел. Когда он открыл глаза, то понял, что самолет уже находиться на земле. Выглянув в иллюминатор, он увидел заснеженную поляну, которая весьма отдаленно напоминала аэродром.

Поляну окружали вековые ели, усыпанные снегом. Ярко светило солнце. Профессор невольно поежился от холода, который уже начал пробираться в самолет. От аэродрома, хорошо утоптанная дорога вела к виднеющемуся вдали длинному забору, поверх которого была протянута колючая проволока. Из-за забора через каждые пятьдесят метров торчали сторожевые вышки. Профессор внезапно подумал, а не сменил ли он просто один лагерь на другой?

– Прибыли!

Перед ним появился майор и протянул Сергей Сергеевичу большой бумажный сверток. Он развернул его и увидев содержимое присвистнул. Это вам не лагерная телогрейка с шапкой-ушанкой. Добротная кожаная летная куртка на меху, удобные унты и новенькая шапка.

– Это вам, профессор. Не удивляйтесь, – от майора не укрылась растерянность Полозова, – вы теперь на довольствии в отдельной диверсионной команде специального назначения. ОДКСН, если короче. И я вижу вас угнетает этот вид? – он махнул в сторону хорошо видного в иллюминатор лагеря, – так это просто необходимые атрибуты. Сами понимаете секретный объект.

Профессор кивнул, надеясь, что слова майора окажутся правдой, быстро оделся, и они выбрались из самолета на заснеженное поле. Сергей Сергеевич вдохнул полной грудью свежий морозный воздух. Хвойный лес опьянял своим запахом. В новой одежде, профессор совсем не ощущал мороза. Он уже свыкся с тем, что постоянно мерз в лагере, поэтому сейчас наслаждался теплом своей новой одежды.

– Надо подождать, – повернулся к профессору майор, – сейчас за нами должны приехать.

Ждали они недолго. Сергей Сергеевич увидел, как по дороге к ним едет весьма необычного вида машина. Когда та остановилась рядом с ними, он открыл от удивления рот. Машина была огромной. Она напоминала автобус, который стоял на двух огромных лыжах. Салон машины поднимался над лыжами метра на три.

– Впечатляет, – пробормотал профессор, забираясь по выдвинувшейся из недр салона лестнице.

Внутри было тепло. Салон этого автобуса на лыжах, как окрестил эту машину для себя профессор, оказался очень просторным, с двенадцатью мягкими креслами. Кресло пилота было тринадцатым и немного выдвигалось вперед.

Шофером оказался могучий бородач лет тридцати. Он легко забросил в багажное отделение тяжелый вещмешок профессора, и быстро рассадив пассажиров, завел машину. Она рванула с места и помчалась к лагерю, стремительно скользя по снегу. У Полозова захватило дух от бешеной скорости.

– Это наше недавнее изобретение – похвастался майор, – Между прочим, на нем установлены два экспериментальных двигателя. Может развивать скорость до сотни километров в час.

Полозов кивнул. Он жадно смотрел по сторонам, любуясь красотами природы. Лагерь приближался с пугающей быстротой, но шофер свое дело знал хорошо. Двигатели замолчали и последние километры «снегокат» просто катился по скрипевшему под лыжами снегу.

Он въехал в открывшиеся перед ним ворота лагеря и остановился. Пассажиры выбрались из машины на посыпанную красноватым гравием дорожку. Профессор огляделся. Лагерь оказался небольшим и напоминал обычную воинскую часть. Четыре двухэтажные кирпичные казармы. Небольшая столовая. Одноэтажное здание, которое как понял профессор, скорей всего было зданием штаба.

В стороне находились два здания из красного кирпича с небольшими площадками забитыми разнообразной техникой. Профессор увидел несколько тракторов, легковых машин, грузовиков, и несколько, судя по всему экспериментальных образцов, вроде той машины, что доставила их сюда.

В центре лагеря находился небольшой плац, на котором возвышался высокий железный столб с красным знаменем. Рядом со столбом была установлена высокая бетонная плита, на которой были изображены Ленин и Сталин. По всему чувствовалось, что за территорией лагеря хорошо следят. Плац, как и дорожки, были аккуратно расчищены от снега.

– Пойдемте Сергей Сергеевич, – сказал майор и направился, но одной из дорожек, которые соединяли корпуса между собой, к тому самому зданию, которое профессор посчитал штабом. Так оно и оказалось на самом деле

– Это наш штаб, – повернулся к нему майор, – К вашему приезду здесь собрались все офицеры.

– Надо ли было так официально, – неожиданно для самого себя смутился Полозов.

– Вы еще не знаете, какой известностью пользуется ваше имя профессор, – усмехнулся Хромов, – пойдемте.

Они направились к штабу и вскоре, профессор стоял перед пятью офицерами. Майор быстро представил их ему. Это оказался весь руководящий состав в/ч 2323, как назвал майор этот лагерь. Профессор узнал, что всего в части две роты общим количеством в сто пятьдесят человек. Двадцать техников. И несколько человек из бывшего отдела, который возглавлял Полозов.

После знакомства они вместе с майором направились к зданиям, перед которыми стояла техника.

– Это наши лаборатории, – объяснил Хромов, пока они шли, – именно в них и разработаны опытные образцы техники, вроде той машины, которая привезла нас сюда. Мы сумели собрать много по-настоящему талантливых людей, – последние слова он произнес с гордостью.

Когда они вошли в первое здание, и поднявшись по лестнице прошли через железную дверь, охраняемую двумя вооруженными солдатами, профессор остановился изумленно, крутя головой. Он оказался в лаборатории, занимавшей огромное помещение. Вдоль него в несколько рядов тянулись столы, заставленные разнообразным оборудованием. Полозов покачал головой. О подобном оснащении даже в лучшие времена его отдел мог только мечтать. В лаборатории работало человек двадцать в белых халатах, колдовавших над бесчисленными колбами и ретортами.

Он почувствовал себя так, словно вернулся в те времена, когда был уважаемым человеком и с его мнением считались даже высокое начальство.

В углу профессор увидел нарисованную на полу пятиугольную звезду, расписанную заклинаниями. Пробежав глазами заклинания, он понял, что написаны они мастерски. Около звезды профессор увидел до боли знакомого человека. Черноволосый высокий, лет двадцати пяти. Когда он повернулся, и на его скуластом лице появилась радостная улыбка, профессор узнал его и не выдержал:

– Николай! – вскрикнул он.

– Сергей Сергеевич!

Учитель с учеником заключили друг друга в объятия. Хромов смотрел на это с добродушной улыбкой.

– Что ж, теперь вы будете работать вместе. Николай покажет вашу комнату. Сегодня отдыхайте. Завтра приступим к работе. К сожалению времени, у нас немного.

С этими словами он удалился.

– Как ты здесь? – спросил Полозов, выпуская из объятий своего ученика.

– Хорошо профессор, – усмехнулся Николай, – с лагерем не сравнить. Кормят три раза в день. Дают работать. Оборудование кстати здесь не хуже, чем в нашей лаборатории в Москве. Только все как-то не так профессор, как-то не так, – голос Николая спустился до шепота, – что-то оборвалось в моей душе после произошедшего в нашем отделе. Я теперь не верю ни во что. Осталась лишь наука…

– Не расстраивайся. – Полозов сочувственно посмотрел на своего ученика, – что теперь делать? Надо жить дальше.

– Может вы и правы, профессор. Ладно, вы наверно устали. Пойдемте, покажу вашу комнату.

Они покинули лабораторию и поднялись на второй этаж. Он на взгляд профессора больше напоминал обычную гостиницу. Зеленая ковровая дорожка в коридоре, вдоль которого тянулись двери с табличками, на которых были написаны номера. Николай остановился у двери с номером пять. Покопавшись в кармане, он извлек ключ и открыв дверь, протянул его профессору. Тот взял его и спрятав в карман вошел в свое новое пристанище.

Комната была на взгляд профессора вполне приемлемой, а по сравнению с лагерным бараком вообще роскошной. Аккуратно застеленная кровать, тумбочка рядом с кроватью, несколько настенных полок, шкаф, письменный стол, три стула. В углу стоял шкаф, открыв который, профессор обнаружил две бутылки коньяка и три бутылки красного вина.

– Ого! – вырвалось у него, – меня, что споить хотят? Этак я работать не смогу

– Раз шутите, профессор, значит все нормально, – рассмеялся Николай.

Неожиданно Полозову действительно захотелось выпить. Захотелось с такой силой, что он еле сдержался от того чтобы не свернуть пробку с коньяка и хлебнуть прямо из горлышка. Николай видимо понял состояние своего учителя. Он не говоря ни слова подошел к одной из полок, на которой стоял в окружении несколько стаканов пузатый графин.

– Выпьем Сергей Сергеевич?

– Выпьем, – облегченно вздохнул Полозов.

Николай открыл бутылку и разлил по стаканам коньяк. Выскользнув на несколько минут из комнаты, он вернулся, держа с блюдечко с нарезанным лимоном, небольшую баночку черной икры и две маленькие ложки.

– Ничего себе… – профессор с изумлением смотрел на появившийся перед ним деликатес.

– Это вам не баланда… –улыбнулся Николай.

– Точно, – согласился профессор.

– Ну, за что выпьем? За встречу? – Николай сел за стол и поднял свой стакан.

– Давай, – согласился профессор и они чокнувшись выпили. Полозов зачерпнул ложкой икру, и отправил ее в рот, зажмурившись от удовольствия. Николай с улыбкой наблюдал за ним.

– Ты расскажи, как попал сюда? – поинтересовался профессор, окончательно расправляясь с икрой.

– Из лагеря вытащили, так же, как и вас, – пожал плечами Николай. – На самом деле Сергей Сергеевич мне известно не больше чем вам. Мы занимаемся теми же самыми проблемами, что и в нашем старом отделе. Но со мной мало кто общается. Все-таки местные стараются держаться особняком.

Он разлил коньяк и чокнувшись с внимательно слушавшим его профессором выпил.

– Нас вызвали сюда, Сергей Сергеевич ради конкретного задания. – вдруг мрачным тоном произнес Николай, – и знаете, они постоянно говорят, что хотят воссоздать отдел, но я в это не верю. Погибнем мы на этом острове…

– Почему так пессимистично, Николай – невольно улыбнулся профессор, – это мы еще посмотрим. Я склонен к более оптимистичным выводам. А как твоя семья?

– А что семья? – помрачнел Николай и его глаза потемнели, – Жена в Питере с ребенком. Здешнее начальство обещало позаботиться. Встретиться, правда не разрешили.

– Давай тогда выпьем за удачу, – предложил профессор и на этот раз сам разлил коньяк.

Николай, хмуро кивнул головой и опустошил свой стакан.

– А у вас как, Сергей Сергеевич? – спросил он – как жена, дочка. Сколько ей уже?

– Пять лет, – ответил профессор, почувствовав, как к горлу подкатывает комок. Но он справился с ним.

– Где они сейчас?

– Где-то в Казахстане. У них все хорошо

– Что ж, я счастлив за вас профессор. – он внимательно посмотрел на своего учителя – вам наверно надо поспать… Я вижу вы устали.

– Да, – признался профессор на самом деле ощутив, как его тянет в сон. Коньяк подействовал на него как снотворное.

– Спокойной ночи, Сергей Сергеевич, – сказал, поднимаясь Николай, – завтра я зайду за вами.

С этими словами он покинул комнату. Полозов с трудом разделся и едва его голова опустилась на подушку он погрузился в глубокий, крепкий сон без сновидений.


…………


На следующий день, Николай зашел за профессором, и они зашли в небольшую столовую, которая находилась на этом же этаже в конце коридора. После сытного завтрака отправились, как сказал Николай на «склад экспериментальных образцов». Склад находился еще выше на третьем этаже, и перед тем как их пропустить, вооруженная до зубов охрана долго проверяла пропуск Николая. Но вот они преодолели все преграды и оказались на складе. Там их уже ждал майор.

– Как спалось? – заботливо осведомился он.

– Спасибо, хорошо, – ответил профессор.

– Тогда прошу в нашу святая святых.

Склад располагался в большом зале с высокими потолками, в котором стояли длинные столы, на которых были выложены образцы оружия.

– Что это? – поинтересовался Полозов, взяв с ближайшего к нему стола странного вида оружие. К обычной на первый взгляд винтовке был прикручен небольшой прибор, состоявший из небольшой емкости с зеленой жидкостью.

– О, у вас наметанный глаз профессор, – улыбнулся майор, – только прошу осторожнее. Это ПИ-2. Иначе говоря протонный излучатель. Состав в колбе заряжен таким образом, что при нажатии на курок, происходит генерация чистой энергии. Вот смотрите.

Майор забрал у профессора винтовку. Он ловко взял ее на изготовку и направив на кирпичную стену, которая своеобразной перегородкой возвышалась центре склада и нажал на курок. Полозов открыл от изумления рот. Из ствола вылетел тонкий белый луч. Когда он вонзился в стену, сначала ничего не происходило. Затем стена просто начала таять, словно она была сделана не из бетона, а из обычного снега.

Хромов отпустил курок и луч исчез. Он повернулся к профессору, и в глазах его светилось торжество.

– Что скажете, Сергей Сергеевич? – поинтересовался он

– Великолепно, – признался Полозов, – в моем отделе велись только начальные разработки нечто подобного. Но до материального воплощения было еще далеко.

– Мы воспользовались вашими разработками при создании этого чуда, – кивнул майор, – они нам здорово помогли. Однако это уже дело прошлое. Вы посмотрите на это.

Хромов подошел к одному из столов и взял с него небольшой серебристый пистолет с коротким пузатым дулом.

– Это наша гордость. Пистолет способен разложить на молекулы любой материал. Против него не существует никакой брони. Правда, он пока в единственном экземпляре. Слишком большие затраты на настройку поля. Вы бы видели профессор как на контрольных испытаниях, луч этого маленького пистолетика как сквозь масло прошел через броню толщиной в пять метров!

Насладившись произведенным после его рассказа впечатлением, майор предложил:

– Кстати, здесь рядом находиться мой кабинет. Предлагаю зайти поговорить.

Кабинет майора располагался над «складом экспериментальных образцов» и представлял собой огромную комнату с прямоугольным столом, вдоль которого ровными рядами вытянулись стулья. Хромов усадил гостей, сам уселся за стол и закурил. Сделав несколько затяжек, он внимательно посмотрел на Николая и Полозова.

– Итак, – начал он, – что вы знаете об Отто фон Райбекюнхе? Подробней пожалуйста.

– Подробней…так мы с ним не так часто и встречались, – пожал плечами профессор, – как я уже говорил в основном на симпозиумах. Он, как и я изучал теорию параллельных миров. Но если я относился к ней просто как к интересной теории, то он насколько я помню, был одержим созданием порталов между мирами. Выходит, у него получилось.

– Это пока нам неизвестно, – недовольно оборвал его майор.

Он открыл ящик стола и достав четыре увесистые книжки, положил их перед профессором.

– Взгляните.

Полозов взял верхнюю книгу и открыл ее. На первой странице было напечатано на немецком языке имя автора и название. Автор Отто фон Рюйбекюнх. Название «Размышления о параллельности миров». Полозов вспомнил, что когда-то читал выдержки из нее, но полное издание видел книги первый раз. Остальные три книги тоже были произведениями его коллеги. Правда на этот раз Сергею Сергеевичу неизвестными.

– И что? – спросил профессор, отложив книгу, которую держал в руках.

– Изучите их. Мы отправимся на остров через две недели. Вы должны все знать о нашем противнике. Я конечно тоже могу читать на немецком языке, и тоже кое-что смыслю в той области в которой вы работали профессор, но эти книги слишком сложны для меня.

– Да, профессор, – кивнул Николай, – я тоже пробовал их читать. Старина Отто перегрузил их средневековой терминологией. Я думаю, вы их поймете быстрей всех.

– Хорошо – кивнул профессор, – у меня есть один вопрос.

– Да, конечно, – Хромов откинулся на спинку стула.

– По поводу моей исчезнувшей силы. Я…

– Да, профессор – вмешался Николай, – я вам забыл сказать об этом. Мы занимались этим вопросом. У нас были анализы вашей крови.

– Что?

– А чему вы удивляетесь Сергей Сергеевич? – поинтересовался Хромов, – Разве не помните, что у вас почти каждый месяц брали в лагере кровь?

На страницу:
2 из 4