Свет в огне

Однажды группа снова собралась у доски объявлений. Солнце безжалостно выбелило пергаменты, и буквы расплывались, словно стыдясь своей ничтожности. Подходящих заданий не было и только скучная возня с крысами или доставка посылок, за которую ни славы, ни денег не дождёшься.

Кристина шагнула к доске так резко, что даже пыль, висевшая в воздухе отшатнулась. Она сорвала два листка один за другим, и каждый треск бумаги звучал как удар хлыста.

— Возьмём контракт пятого уровня, — отрезала она, глядя куда-то вдаль, туда, где горизонт уже темнел, обещая бурю.

— Илина пойдёт с нами? — с надеждой уточнил Макс, рассчитывая на её присутствие как на якорь в шторме.

— Да, — бросила Кристина, и в этом коротком слове прозвучала окончательность приговора. — Сбор завтра у таверны. Не опаздывать.

Она ушла почти бегом, явно стараясь не встречаться взглядом с Колей. Тот лишь обречённо вздохнул и потянул товарища к столу, надеясь, что алкоголь поможет заглушить нарастающую тревогу.

В таверне пахло подгоревшим хлебом и дешёвым элем, а воздух был густым от чужих разговоров, которые сливались в монотонный гул. Макс сел напротив друга и на мгновение поймал себя на том, что машинально сжимает и разжимает пальцы, проверяя, не дрожат ли они.

— Опять отшила? — спросил Макс, когда они заказали по кружке тёмного пива.

Кружка в руках Коли казалась крошечной, почти игрушечной, но он держал её спокойно. Костяшки побелели, а в глазах мелькнуло что-то горькое, похожее на пепел.

— Я перепробовал всё: цветы, подарки, комплименты… — прошипел Коля, и в этом шёпоте было столько отчаяния, что даже шум таверны на миг стих. — Она даже не притворяется, что я ей интересен. Просто кивает, улыбается и уходит.

Макс хотел сказать что-то ободряющее, но слова застревали в горле. Он знал это чувство и когда стараешься изо всех сил, а мир не замечает твоих усилий. От этого становилось ещё страшнее: если даже такая простая вещь, как внимание, оказывается недостижимой, что тогда говорить о настоящих битвах?

— Может, у неё просто свои причины? — наконец выдавил он. — Дела, прошлое или что-то в этом роде.

— А если ты позовёшь Илину? — в глазах гнома вдруг вспыхнул азарт, как у человека, хватающегося за соломинку. — Двойное свидание! Это снимет напряжение, ей будет психологически проще.

— Думаешь, они придут вдвоём? — Макс нахмурился. Ему не верилось, что такая прямолинейная девушка, как Кристина, поведётся на это. Но в глубине души он понимал: Коля цеплялся за любую возможность, лишь бы не признавать, что стена между ним и Кристиной непробиваема.

— Девушки редко соглашаются на свидания в одиночку, это же вопрос безопасности, — самоуверенно заявил Коля, но в его голосе уже слышалась усталость.

— Что ж, я попробую, — пообещал Макс, хотя и не знал, что именно собирается пробовать.

Допив пиво, они разошлись по домам, и каждый из них думал о своём, готовясь к завтрашнему дню. Над городом уже сгущались сумерки, и в их тени таилось что-то древнее и холодное, создавалось ощущение, что сама ночь знала, что контракт пятого уровня не будет простым.

Глава 7. Призыватель

На следующий день группа встретилась в таверне. Удивительно, но даже Илина в этот раз не опоздала, и за нею, словно тень, следовали Кристина и Алекс. Парни уже ждали их за одним из столиков у окна: солнечные лучи косо ложились на столешницу, высвечивая пылинки, кружившиеся в воздухе. Они коротко поприветствовали друг друга, и девушки подсели к парням. Алекс остался стоять неподалёку от Илины, не слишком близко, чтобы не мешать, но достаточно рядом, чтобы в любой момент прийти на помощь. В таверне пахло свежим хлебом и пряным чаем, и на миг все забыли, зачем собрались: просто сидели, согреваясь теплом и тихим уютом. Однако это мгновение быстро растаяло. Завтрак закончился, и разговор сам собой свернул к делу. Они склонились над подтрёпанной картой, разложенной на столе, и начали обсуждать маршрут до пещеры.

— Можно, конечно, обойти лес, — негромко сказал Коля, старательно избегая взгляда Илины. Он знал: она терпеть не может такие обходные пути, да и сам он в глубине души не хотел терять столько времени.

— Это три дня пути, только в ту сторону, — холодно заметила Илина. Её палец твёрдо лёг на извилистую линию дороги, уходящей в чащу. Она подняла глаза, и в них читалась спокойная уверенность, не терпящая возражений: — Пойдём через лес, тем более вторая миссия связана с волками.

Коля на секунду замер, потом едва заметно усмехнулся и, чуть склонив голову, произнёс: — Как скажешь, командир.

Макс, молча следивший за этим коротким обменом, почувствовал, как внутри шевельнулось странное чувство, не то тревога, не то предвкушение. Лес всегда таил в себе опасности, но он знал: если Илина выбрала этот путь, значит, у неё есть на то причины. Он был готов идти следом, даже если дорога приведёт их в самую гущу тьмы.

— Я выковал лук, посох и молот, — сообщил команде Макс, чуть подавшись вперёд, словно хотел, чтобы в эту фразу вникли до последнего слова. — Можно заглянуть в кузницу и забрать.

Илина чуть приподняла бровь, но в её взгляде мелькнуло одобрение: — Хорошо сработано. Лук пригодится Кристине, а молот Алексу. Посох… я пожалуй, заберу позже.

Прежде чем выйти к северным воротам, отряд свернул к кузнице, дверь которой была закрыта. Подойдя к двери, Макс открыл массивный замок и решительно взялся за ручку. Петли скрипнули и дверь поддалась, выпуская наружу густой, тёплый воздух, пахнущий углём, железом и терпким маслом для клинков. Внутри пахло углём, железом и терпким маслом для клинков; на стенах висели заготовки, а на длинном верстаке лежали вещи, которые Макс выковал с такой тщательностью, что каждый изгиб казался продолжением его собственных рук. Он шагнул вперёд и махнул рукой на верстак:

— Вот. Лук и молот… Всё готово.

Кристина подошла первой и не спеша, с тем особым вниманием, с каким мастер смотрит на чужую работу. Она взяла лук, легко провела пальцами по тетиве, проверяя натяжение, чуть качнула его, прикидывая баланс, и подняла глаза на Макса. В них мелькнуло редкое для неё тёплое одобрение:

— Спасибо, Макс. Лук прекрасный. Лёгкий, но чувствуется, что крепкий. А стрелы… — она вытащила одну из связки и повертела в пальцах, — оперение ровное, наконечник заточен как надо. С таким оружием промахнуться будет стыдно.

Макс почувствовал, как внутри что-то тихо расправляется, будто туго скрученная пружина чуть ослабла. Он хотел было сказать что-то скромное, вроде «да ладно, это просто работа», но слова застряли: видеть, как Кристина так внимательно принимает его труд, оказалось важнее любых похвал.

Алекс молча подошёл к молоту. На нём по-прежнему была его неизменная деревянная маска, но она не могла спрятать того, как в его глазах вспыхивало понимание. Он неторопливо опустил руку к бедру, отстегнул ремни ножен и одним уверенным движением скинул ставший ненужным меч. Подойдя к молоту он обхватил рукоять латной перчаткой и одним плавным движением подхватил молот и легко закинул оружие на плечо, словно это была игрушечный молоток, и просто кивнул — один спокойный, уверенный кивок, в котором уместилась благодарность.

Коля присвистнул:

— Да ты его носишь, как я свой кинжал! Это даже немного пугает.

Илина, заметив немую, но выразительную признательность Алекса, спокойно кивнула и сказала за него:

— Алекс благодарит тебя, Макс. Он редко чему-то искренне рад, но этот молот ему по руке. Теперь нам всем будет спокойнее.

Макс на секунду задержал дыхание, а потом коротко, но твёрдо кивнул в ответ:

— Главное, чтобы он не подвёл там, где будет тяжелее всего.

Илина чуть склонила голову, принимая эту простую, но важную клятву:

— Хорошо. Теперь у нас есть снаряжение, сделанное с умом. Это уже половина успеха.

Макс наконец выдохнул и, стараясь скрыть неловкость, потянулся за щитом и мечом. Они вышли из кузницы, и дневной свет на миг ослепил после полумрака мастерской. Воздух снаружи был прохладнее, но в нём уже витало предчувствие дороги. Отряд двинулся к северным воротам и теперь уже не просто компанией друзей, а группой, у которой есть оружие, цель и понимание, что впереди их ждёт не прогулка.

Тропа вела через редкие деревья, и с каждым шагом лес становился гуще. Тени ложились на землю. Макс шёл, прислушиваясь к каждому звуку: к скрипу кожи ремней, к тяжёлым шагам Алекса, к лёгкому, почти бесшумному шагу Кристины. И к собственному дыханию, которое становилось ровнее, стоило ему крепче сжать рукоять щита.

— Смотрю, Макс, ты сделал себе новый щит и использовал для этого артефакт, который я тебе подарила? — спросила Илина, чуть склонив голову.

— Извини… Я хотел спросить у тебя разрешения, но мы с тобою практически не виделись, — ответил Макс, невольно сжимая рукоять щита.

— Да ладно. Ты волен распоряжаться моим подарком как пожелаешь, — сказала Илина и улыбнулась, но улыбка вышла не тёплой, а скорее ободряющей.

Вдалеке послышался протяжный вой, от которого по спине пробежал ледяной холодок. Коля остановился и знаком велел группе замереть. Он достал карту, быстро пробежал по ней взглядом, словно пытаясь найти в линиях и значках спасение. Вокруг был сплошной лес — ни укрытий, ни обходных путей.

Илина подошла к нему и через плечо заглянула в карту.

— Как думаешь, мы можем успеть к этой гористой местности? — спросила она, не сводя глаз с отметки на пергаменте.

Коля посмотрел туда, куда указывала Илина, и на секунду задержал дыхание.

— Думаю, да. Но тогда сегодня без обеда, и до пещер мы сегодня вряд ли дойдём, — честно ответил он.

— Тогда бежим, — коротко приказала Илина. Её голос заставил остальных двигаться быстрее.

Они рванули вперёд и каждый шаг давался с трудом: корни цеплялись за сапоги, низкие ветви хлестали по плечам, а воздух наливался свинцом, но страх гнал их быстрее, чем любые приказы.

Макс бежал, прижимая щит к боку, чтобы не мешал на бегу. Артефакт на шее тихо пульсировал, отдаваясь в груди ровным, успокаивающим ритмом, однако он не чувствовал себя спокойным. Его сердце колотилось гдето в горле, а в ушах стоял гул, то ли от собственного дыхания, то ли от нарастающего воя, который теперь звучал уже не вдалеке, а почти за спиной.

— Не сбавлять темп! — крикнула Илина, не оборачиваясь. Её голос пробивался сквозь шум леса, твёрдый и резкий, как удар хлыста. Она бежала легко, не замечая ни кочек, ни поваленных стволов, ни острых камней, торчащих из земли.

Кристина двигалась бесшумно, почти скользя между деревьями. Её лук был перекинут за спину, тетива тихо позвякивала при каждом прыжке через корягу. Она не тратила силы на слова и только коротко кивала, когда Илина бросала на неё быстрый взгляд, подтверждая: да, она держится, да, она готова. Позади всех, замыкая строй, бежал Алекс. Тяжёлый молот в его руке казался продолжением руки, а рюкзак за спиной даже не шелохнулся, не сбился ни на сантиметр, словно не имел веса. Алекс то и дело оглядывался, сканируя лес позади, его взгляд был острым, как лезвие. Вой становился всё ближе, сливаясь в единый низкий гул, от которого дрожал воздух. Волки шли по следам путников, но пока не нападали, словно выжидали, растягивая напряжение до предела. Макс почувствовал злую, тёмную ауру каждой клеточкой тела. Волосы встали дыбом, а в груди разлился липкий страх, смешанный с решимостью. Он сжал щит так, что побелели костяшки.

— Ребята… Я чувствую, что-то очень плохое вокруг нас. Словно сама тьма следит за каждым нашим шагом, — прокричал Макс.

— Не останавливаемся, бежим дальше, — отрезала Илина, не оборачиваясь. Её шаг не дрогнул ни на мгновение.

Макс украдкой взглянул на неё и заметил, как яркорыжий глаз, вспыхнул огненнокрасным, словно в нём разгорелось миниатюрное пламя. На долю секунды мир замер, а потом глаз снова стал обычным. Что это было? Игра света? Магия? Проклятие? Вопросы роились в голове Макса, тяжёлые и острые, как осколки стекла, но времени на ответы не было.

— Волки немного отстали, но продолжают следовать за нами, — проинформировал группу Коля, не отрывая взгляда от тёмной полосы леса. — Нам ещё немного. Поторопимся.

Путь казался бесконечным. Время растянулось: каждый поворот тропы обещал, что вот сейчас, за этим деревом, начнётся холмистая местность, но впереди снова тянулась всё та же стена деревьев. Солнце, пробивавшееся сквозь листву, медленно клонилось к закату, окрашивая стволы в багровые тона, и от этого лес казался ещё более зловещим. Макс споткнулся о корень, едва не рухнул, но Коля тут же схватил его за плечо и рывком поставил на ноги.

— Держись! — крикнул он, и в этом крике было столько напряжения, что Макс сразу почувствовал: нельзя падать. Нельзя даже замедляться.

Они перебрались через небольшой овраг, скользкий от мха и сырости. Макс поскользнулся на мокрой глине, но успел выставить щит и удержаться. В тот же миг он услышал, как совсем близко хрустнула ветка и понял: волки уже не просто следуют за ними. Они сокращают дистанцию. Наконец деревья начали редеть. Между стволами мелькнули просветы, а потом и вовсе открылся вид на пологие холмы, уходящие вдаль неровными волнами. Земля здесь была твёрже, без густого подлеска, и даже воздух казался чище, будто холмы сами отталкивали тьму леса.

— Почти! — выдохнула Илина, и впервые в её голосе прозвучало чтото похожее на облегчение.

Группа вылетела на открытое пространство, тяжело дыша, с поцарапанными руками и промокшими от пота рубашками. Макс остановился, упёр руки в колени и жадно глотал воздух. Его ноги дрожали, а в груди жгло от каждого вдоха. Но он всё равно выпрямился, поднял щит и оглянулся на лес. Тени за кромкой деревьев замерли. Волки не вышли на равнину. Они стояли там, в полумраке, и их глаза светились в сумерках, как угли в остывающем костре.

— Макс. Твой выход, — крикнула Илина, голос её звучал твёрдо, как удар стального клинка о камень.

— Вызов противника! — выкрикнул Макс, вкладывая в слова всю свою волю. Он ударил мечом по щиту, и металл отозвался гулким, звенящим звуком, похожим на раскат грома. Щит засверкал, пульсируя светом, отзываясь на зов. Из леса в его сторону выбежали несколько волков, первого и второго уровня, не самые опасные, но достаточно быстрые, чтобы стать угрозой. Засвистели стрелы и Кристина начала обстрел, её движения были точными и спокойными, словно она танцевала под ритм битвы. Пара волков упала, пронзённые стрелами. Два других были поджарены молниями Илины — яркие разряды прорезали воздух, оставляя после себя запах озона и гари. Алекс сделал резкий бросок вперёд, его молот взметнулся и обрушился вниз, сметая врагов на своём пути, словно они были не более чем соломенными чучелами. Один волк стремительно прыгнул на Колю, но Макс был быстрее: он рванулся вперёд и прикрыл друга щитом. Дерево и металл выдержали удар, а Макс почувствовал, как по руке прокатилась волна силы, это сработал артефакт, укрепляя защиту. Другой волк выпрыгнул из тени дерева прямо на Макса, но топорик Коли просвистел в воздухе и сбил хищника с траектории. Макс, прикрываясь щитом, нанёс колющий удар и ранил напавшего на него волка. Когда тот отпрянул, он добил его рубящим ударом, вкладывая в движение всю накопившуюся ярость и страх. Коля, используя ножи, добил своего волка и уже вытаскивал оружие из поверженного врага, его движения были быстрыми и отточенными. Алекс крушил своим молотом направо и налево, расшвыривая волков в разные стороны. Постепенно битва затихла. Остался вожак и пара приближенных к нему по уровню волков. Они замерли на границе леса, не торопясь выходить на открытое пространство. Их глаза горели холодным, расчётливым огнём.

Макс уже хотел использовать свой навык, чувствуя, как внутри разгорается святая магия, готовая вырваться наружу, но Илина окрикнула его:

— Макс, не надо. Они не выйдут. Уровень у них слишком высокий. Ты напрасно используешь святую магию. Идёмте все ко мне. У меня есть план.

Её слова прозвучали не как приказ, а как обещание: она знала, что делать. И этого было достаточно, чтобы страх на мгновение отступил, уступив место доверию. Вся группа приблизилась к Илине, и она начала излагать план, чеканя каждое слово вбивала в землю колья для будущей обороны:

— Значит, так. Они скорее всего от нас не отстанут. Мы убили их молодняк, а для стаи это оскорбление, которое не прощают. Лучше разобраться с ними здесь и сейчас, чем ждать нападения в невыгодных для нас условиях. Сейчас идём дальше, попутно собираем хворост, готовим место для лагеря и обеда. Пусть думают, что мы просто устраиваемся на привал. Алекс уйдёт прямо в лес и зайдёт к ним в спину.

— Ты думаешь, он справится? — спросил Макс, невольно покосившись на Алекса. Тот стоял неподвижно, тяжёлый молот висел в его руке с пугающей непринуждённостью.

— Вожак, скорее всего, выше пятого уровня, но остальные вряд ли. Поэтому, когда Алекс начнёт атаку, мы будем наготове и не дадим им шанса перегруппироваться.

Когда план был разработан, каждый занялся своим делом, и лагерь ожил в деловитой суете. Макс и Коля разливали горючую смесь вокруг периметра и тонкие дорожки жидкости ложились на землю, как чёрные вены, готовые вспыхнуть по первому сигналу. Кристина, привычно устроившись у кострища, быстро и ловко разделывала припасы, её движения были точными, почти механическими, она не любила тратить время на лишнее. Илина с братом поднялись на невысокий склон, откуда открывался вид на кромку леса. Она чтото тихо сказала ему, но Макс не расслышал слов, однако по тому, как Алекс коротко кивнул, было ясно: он понял всё до последнего полутона. В тот же миг он скинул рюкзак на землю и сорвался с места, уносясь в сторону леса со скоростью ветра. Взгляд Илины остался устремлён в лес, неподвижный и пронзительный, словно она видела сквозь стволы, сквозь тени, прямо в сердца волков. Макс, наблюдавший за ней снизу, снова почувствовал то самое тёмное, злое присутствие, от которого по коже бежали мурашки. Он поднялся к ней, подошёл и, не в силах больше молчать, спросил:

— Ты тоже чувствуешь эту тьму? — тихо спросил он, и собственный голос показался Максу чужим и ломким. Он вглядывался в сгущающиеся сумерки, но видел не деревья и не тропу, а тени, что тянулись к нему, цеплялись за доспехи, пробирались под кожу.

— Нет, — ответила она, не оборачиваясь.

— Тогда почему меня так накрывает? — Макс почти шептал, он боялся, что если скажет громче, то сам себе не поверит. Или, хуже того, что тьма услышит и поймёт, как он слаб.

Она наконец посмотрела на него. В её взгляде было понимание, но не сочувствие, скорее расчёт, отточенный годами битв и решений, где ошибка стоила жизней.

— Ты сам выбрал путь святого рыцаря. Твой дух реагирует на зло, потому что внутри тебя свет. Это не навык, Макс. Это проклятие и дар одновременно. И он не появляется просто так.

Макс стиснул рукоять меча, чувствуя, как металл чуть теплеет под ладонью и словно щит, который он сам себе выковал, пытался его поддержать.

— Я не выбирал этот навык. Точнее, я не помню, как он появился, — признался он, и в этих словах прозвучала не просто растерянность, а стыд, — Я потерял память.

Она резко повернула голову, и в её глазах мелькнуло удивление, редкое и оттого особенно заметное:

— Значит, ты один из потерянных?

— Потерянные? Никогда не слышал о них. Просветишь? — с жадным интересом спросил Макс, вглядываясь в её лицо, надеясь прочесть там ответы на все свои вопросы.

Илина отвела взгляд, повернулась и зашагала в сторону лагеря, на ходу поясняя:

— Я только слышала, что иногда появляются люди, которые ничего не помнят о себе. Но они обычно обладают очень одарённым навыком. Хотя… — она на секунду обернулась, — глядя на твой потенциал, трудно поверить, что ты один из них.

— А что ты расскажешь о себе? — не удержался Макс, догоняя её.

Она остановилась, повернулась к нему, посмотрела прямо в глаза и в этом взгляде было столько скрытой глубины, что у Макса перехватило дыхание.

— Ты же помнишь условия, на которых мы согласились идти с вами. Так что давай не нарушать их.

— Ты первая нарушила их, — с обидой бросил Макс.

Она чуть улыбнулась, и эта улыбка была не насмешливой, а скорее усталой, словно она тысячу раз видела такие вспышки юношеской гордости.

— Ты не ставил никаких условий. Да и мой вопрос никак не относится к твоей цели.

— Мне нечего скрывать. Если хочешь, расскажу, — настаивал Макс.

— В этом нет необходимости. Нетрудно догадаться о твоих намерениях. Я знаю, что находится в древних руинах.

Её слова прозвучали как удар, чёткий, холодный, без намёка на сочувствие. Оба глаза сверкнули и в них отразился далёкий, невидимый огонь.

— Неужели ты была там? — выдохнул Макс.

— Возможно, в одной из жизней, — загадочно ответила она, опираясь на посох. —Если хочешь, дам тебе бесплатный совет.

— Давай, — кивнул Макс, чувствуя, как внутри всё сжимается в ожидании чегото важного.

— Иногда лучше не вспоминать то, что забыл.

С этими словами она повернулась и продолжила спускаться к лагерю, легко и уверенно. Макс хотел её остановить, задать ещё хоть один вопрос, но слова застряли в горле, он не нашёл, что сказать. В итоге он лишь поспешил за ней, чувствуя себя одновременно обнажённым и запертым в собственной тайне. У костра дела шли своим чередом, но атмосфера была натянутой, как тетива лука перед выстрелом. Коля пытался завести разговор с Кристиной, но та отвечала односложно, не поднимая глаз от котелка. В воздухе висело напряжение и не только от предстоящей схватки, но и от невысказанных слов, от взглядов, которые они избегали друг у друга.

Когда Илина и Макс вернулись, в лагере повисла короткая, тяжёлая тишина. Кристина мельком взглянула на Илину, будто спрашивая без слов: «Всё готово?» Илина едва заметно кивнула и этого хватило, чтобы Кристина снова уткнулась в свои дела, а Коля на секунду прикрыл глаза, словно собираясь с силами. Макс остановился у костра, сжал и разжал пальцы, чувствуя, как по венам бежит адреналин. Впереди была не просто схватка со стаей, это было испытание, проверка на прочность. И он знал: сегодня ему придётся не только сражаться, но и смотреть в лицо своим страхам. А может, и чемуто большему.

Ночь неумолимо приближалась, и волки снова начали завывать. Этот вой пробирал до костей. Группа к этому времени уже перекусила, но еда не принесла тепла; каждый чувствовал, как холод предчувствия ползёт по спине. Они готовились к бою, и в этом молчании было больше слов, чем в любых речах.

— Слушайте, вожак на мне и моём брате. Вам нужно взять на себя остальных, — объясняла Илина, голос её звучал твёрдо, но Макс заметил, как пальцы её чуть дрогнули.

— Это не простые волки, а теневые волки… Ночные тени только усилят их, — тихо добавил Коля, вглядываясь в сгущающуюся тьму, словно пытаясь разглядеть в ней угрозу раньше, чем она проявится.

— Мы с братом прошли немало битв, мастергном. Мы справимся, — ответила Илина, и в её словах была не бравада, а уверенность человека, который слишком часто смотрел смерти в глаза.

Макс почувствовал, как внутри всё сжимается: это была не просто стычка, а проверка на прочность. Он посмотрел на свой щит, на мерцающую сферу, вплавленную в металл, подарок Илины. «Я должен оправдать доверие. Если я сейчас дрогну, это ударит не только по отряду, но и по ней. Она верит, что во мне есть чтото большее, чем просто кузнец…» — пронеслось у него в голове. Его пальцы крепче сжали рукоять меча, и на секунду ему показалось, что металл слегка отозвался в руках.

Илина с Кристиной заняли возвышенность, где горел костёр. Пламя отбрасывало неровные тени, превращая ночь в танец света и тьмы. Макс и Коля разошлись в низины, укрывшись среди камней. Макс прижался к холодному валуну, чувствуя, как металл щита слегка вибрирует, отзываясь на нарастающую магию.

— Ты как, держишься? — прошептал Коля, прижимаясь к соседнему камню. Его голос был тихим, но в нём слышалась та самая надёжность, за которую Макс ценил друга.

— Держусь, — выдавил Макс, хотя внутри всё дрожало. — Просто… мне кажется, что тьма смотрит на меня. Не глазами, а всем своим существом.