Тугие узлы отечественной истории. Помощник В. А. Крючкова рассказывает…
– устранение режимов в оторвавшихся от России республиках, нужных нам.
Да, мы позволим России быть державой, но империей будет только одна страна – США».
Уже только одной фразы из этого выступления было вполне достаточно для обоснованных сомнений в достоверности материала – «всячески стараться не допустить к власти коммунистов». Напомню читателям: в первой Думе наиболее крупной оппозиционной партией была не КПРФ, а ЛДПР, а вдохновленный избирательным успехом под лозунгом «Россия, ты сдурела!» ее лидер, покойный В.В.Жириновский уже вовсю крыл американцев направо и налево. Это в более позднее времена он стал «колебаться вместе с линией партии», а тогда чрезвычайно бойко рвался помыть свои собственные и чужие солдатские сапоги в Индийском океане. И зловредным пиндосам спуску не давал ни на думской трибуне, ни в СМИ, за что в тот период фактически стал персоной «нон грата» в американском посольстве…
Для меня, как дипломированного специалиста по редким металлам, были гораздо более важными и более существенными иные ориентиры, иные реперные точки в этом «выступлении Клинтона». Ну, что такое 20 тысяч тонн меди и 50 тысяч тонн алюминия для экономики США? Сущие крохи. В 1991 году американская экономика потребила 2,058 млн. т меди, в 1995 году – чуть более 2,5 млн. т. Стоимость «вывезенной из СССР в США» меди – 60 млн. долларов (3 000 $/т). Та же картина и с алюминием – его вывезено по «докладу друга Билла» всего лишь на 100 млн. долларов (2 000 $/т) при годовой мировой потребности этого металла в 1995 году в размере порядка 20 млн. т. Так о каком же вывезенном из нашей страны «стратегическом сырье» на 15 млрд. долларов может идти речь? Вы припоминаете, каков был размер золотого запаса страны на момент крушения СССР? Всего-навсего 290 тонн. Горбач бездарно все растранжирил в эпоху «ускорения» и «модернизации» советской экономики. При тогдашней цене 362 доллара США за тройскую унцию (31,1 г) стоимость всего золотого запаса страны составляла всего лишь 3 миллиарда 376 миллионов долларов. Весьма далековато до заявленных президентом США 15 миллиардов…
Но главное даже не в этом, а в «двух тысячах тонн цезия, бериллия, стронция и других редкоземельных металлов». Ну, во-первых, ни цезий, ни бериллий, ни стронций никогда редкоземельными металлами не были, это Клинтону не иначе как безграмотная Моника Левински на ухо нашептала во время сексуальных утех в Овальном кабинете, сие вполне соответствует уровню ее интеллекта. Во-вторых, в 90-х гг. во всем мире производилось ежегодно всего лишь 20 т цезия и около 340 т бериллия. Из которых, к тому же, аж целых 240 т производились в самих США, до сих пор имеющих единственный (не считая КНР) промышленный источник бериллиевого сырья в мире – бертрандитовое месторождение в штате Юта. В то время как в России бериллий производился лишь в опытно-промышленных масштабах на т.н. «Заводе «А» (переименованном в 1967 году в Московский завод полиметаллов). А во всем Советском Союзе промышленное производство бериллия было целиком и полностью сконцентрировано на флагмане Минсредмаша, законной гордости его основателя и бессменного министра Е.П.Славского – Ульбинском металлургическом комбинате в городе Усть-Каменогорск (Казахстан), выпускающем, помимо бериллия, металлические уран, тантал и ниобий, а с недавнего времени – также и редкоземельные металлы. И, наконец, «стронций», который, видишь ли, коварные американцы у нас тоннами натырили из складов Росрезерва «под несуществующие проекты»… Да он даром никому не нужен, этот стронций. Самая обширная область его промышленного применения – люминофоры в кинескопах тихо умирающих ныне цветных телевизоров, да еще, пожалуй, пиротехника. Но ведь Штаты – это не Китай, не Гонконг и даже не Мексика, где так любят праздничные новогодние «шутихи», чтобы гоняться за «стратегическим стронцием». В СССР металлический стронций производился только на одном единственном предприятии – Исфаринском металлургическом заводе в Таджикистане. В России карбонат стронция в незначительных количествах производится сегодня в качестве попутного продукта на Кирово-Чепецком химкомбинате им. Константинова, а затем перерабатывается на ферростронций на предприятии «Олкон» в Оленегорске для последующего использования в качестве раскислителя сталей на металлургических заводах группы «Северсталь». Цена металлического стронция – практически копеечная, он никогда к стратегическим металлам не относился. Когда мне довелось лет 7—8 назад самолично заниматься маркетинговыми исследованиями по стронцию в рамках проекта повышения комплексности извлечения полезных компонентов из лопаритового концентрата на Соликамском магниевом заводе, то я потерпел оглушительное фиаско по части возможного сбыта карбоната или нитрата стронция. Из-за отсутствия реального спроса стронций на СМЗ по-прежнему предпочитали выбрасывать этот «стратегический продукт» на заводской полигон твердых отходов в виде кальций-стронциевого кека. Так же, как в Москве выбрасывают на свалку бытовой мусор…
Ребят С. Терехова подвела их воинская подготовка и полученные при этом специфические военные знания. Все три названных «другом Биллом» элемента объединяет прямая или косвенная привязка к атомному оружию: бериллий используется в ядерных реакторах на атомных подводных лодках и как инструмент активации ядерных боеголовок, цезий-127 и стронций-90 – наиболее известные продукты ядерного распада радиоактивных элементов на зараженной местности после применения атомного оружия.
Может быть, еще их «сбил с панталыка» резкий, 1000-кратный скачок цены на металлический цезий в 1993 году. Так ведь это происходило в тот период не только с ним, но и со скандием, и осмием, и с таллием, и еще с рядом других металлов и неметаллов, которые биржевые спекулянты избрали своей мишенью для искусственного нагнетания ажиотажного спроса, который исчезал также быстро и внезапно, как и появлялся. Так происходит со всеми внебиржевыми металлами, цены на которые основаны на т.н. монопсонном спросе, т.е. с товарными продуктами, не имеющими устойчивых и стабильных рынков сбыта.
Другой материал, которым мне довелось заниматься – это пресловутое «выступление М.С.Горбачева в Американском университете в Стамбуле», в котором он признался изумленной публике, что чуть ли не с детства мечтал вместе с Р.М.Горбачевой развалить КПСС и похоронить коммунистическую идею. С этим материалом мороки было куда поменьше, так как достаточно было быстро установлено, что появился он в России стараниями редакции словацкой газеты «Усвит», запустили его «на орбиту» в общем-то хорошие люди из близкого окружения бывшего руководителя №2 в Компартии Чехословакии Васила Биляка. Некачественно была сработана эта «активка», хотя и от души, чем у многих и вызвала вполне обоснованную симпатию…
Ну, во-первых, никакого Американского университета в Стамбуле (и вообще в Турции) никогда в помине не было. «Американский университет» – это ведь не какое-то там абстрактное высшее учебное заведение, принадлежащее американцам, а вполне конкретное государственное заведение, проходящее по ведомству ЮСИА (United States Information Agency) и составляющее часть официальной информационно-пропагандистской машины Соединенных Штатов. Я достаточно неплохо знал в свое время (и даже «разрабатывал») Американский университет в Париже и был в достаточной мере осведомленным о характере его учебно-воспитательной и информационно-пропагандистской деятельности. Существовал такой же университет в Каире, когда-то вроде существовало что-то подобное в Бейруте, но в Турции Американского университета никогда не было. Во-вторых, нестыковка получилась с датой указанного «выступления» М. Горбачева. Как-никак, но он и после своего ухода с поста Президента СССР продолжал оставаться заметной публичной фигурой в мировой политике, и все его поездки за рубеж достаточно пристально отслеживались журналистами. Это уже позже, когда он завел себе «зазнобу» в Америке, интерес к нему постепенно угас. А в 90-х гг. желающих слопать его с потрохами и даже костей при этом не выплюнуть было по всему миру более чем достаточно, а уж среди пишущей братии и подавно. Так вот, не был Горбачев в Турции в это время, это было легко установлено по официальным материалам и сообщениям «Горбачев-фонда», были также получены подтверждения и по другим каналам.
Но вот что касается другого, не менее известного информационного материала тех времен – 45-минутного выступления бывшего премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер в Американском нефтяном институте в Хьюстоне (штат Техас, США) – тут я не считаю себя вправе высказываться сколь-нибудь категорично и отвергать с порога, что все это не происходило на самом деле. Сомнительные моменты в нем, конечно, присутствуют, например, упоминание о некоем «народном фронте» Б. Ельцина, но это, возможно, лишь погрешности перевода.
В любом случае, «плясать здесь нужно от печки», а именно от личности С.Ю.Павлова, поведавшего миру об этом выступлении мадам Тэтчер. А так – ну, что же, вполне даже возможно, «железная леди» в выборе выражений в своих публичных выступлениях особо не церемонилась – всегда говорила крайне жестко, без излишних сантиментов и дипломатических уловок. Правда, в Британском Фонде Маргарет Тэтчер, который претендует на полное собрание публичных выступлений британского лидера, этой речи нет, равно как нет и никаких упоминаний о выступлении Тэтчер в Хьюстоне.
Я не раз и не два читал записи ее бесед с М.С.Горбачевым, и всегда при этом испытывал чувство стыда за «общечеловеческую болтовню ни о чем» нашего лидера в противовес внешне очень сдержанным, но неизменно суровым, предельно конкретным и всегда глубоко мотивированным суждениям британского премьера. Увы, это говорит, как мне кажется, не только о характерных особенностях построении дипломатической беседы этими двумя собеседниками, но также и об уровне профессиональной квалификации тех лиц в лондонском Форин Оффисе (Foreign and Commonwealth Office) и на московской Смоленско-Сенной (МИД СССР), которые готовили материалы к беседам лидеров двух стран.
В одном лишь эпизоде, справедливости ради, не могу не отдать должное решимости М.С.Горбачева идти до конца – когда после бегства О. Гордиевского англичане решили воспользоваться благоприятным моментом и вновь затеяли «игру нервов» – устроили очередную массовую высылку работников совзагранучреждений из Великобритании. Президент СССР продемонстрировал тогда свою готовность строго следовать принципу взаимности в высылках загранработников и вести развернувшуюся «дипломатическую войну» до упора – грубо говоря, до оставления в стране лишь двух человек: посла и охранника посольства. При этом он во-время и достаточно решительно пресек попытки британских спецслужб разыграть карту «межведомственных трений» в СССР. Наша реакция была тогда строго зеркальной – вы высылаете разведчика и мы высылаем разведчика. Вы потребовали отозвать «чистого» первого или второго секретаря посольства и мы сделаем ровным счетом то же самое. На мой взгляд, позиция британской стороны в этом дипломатическом конфликте была ущербной изначально, и в конечном итоге она оказалась проигрышной. Ибо в Советском Союзе специалистов по Великобритании, в том числе и разведчиков, со хорошим знанием английского языка было неизмеримо больше, чем у них таких же специалистов по работе в СССР со знанием русского. Англичане тогда эту решимость советской стороны прочувствовали сполна и сами быстренько свернули ими же развязанную кампанию взаимных выдворений из обеих стран.
Для разнообразия потребляемой «пищи для ума» приведу еще один пример отечественной, чистой воды местной «активки». Вышла она из-под пера весьма загадочной личности – Антона Сурикова (Мансура Натхоева). Я достаточно неплохо знал его лично, но от собственных оценок его деятельности воздержусь, так как он теперь держит ответ перед Всевышним. Кто захочет прочитать о нем поподробнее – достаточно набрать в поисковике его фамилию и вывалится масса самых разномастных и противоречивых материалов и оценок.
Эта его публикация появилась в 1997 году в газете «Завтра», где он длительное время был одним из ведущих сотрудников и, как я предполагаю, имел самое непосредственное отношение к так называемой Службе безопасности газеты, которая на регулярной основе публиковала свои «агентурные донесения». Процитирую одно из таких «донесений этой Службы».
«Во внешнеполитических ведомствах США, сообщают источники из Гарвардского университета, отработана секретная директива по направлениям деятельности проамериканской агентуры в исполнительной власти РФ. Предлагается, в частности, направить максимум усилий на срыв сотрудничества России с Ираном, КНР, а также на свертывание интеграционного процесса с Белоруссией, обострение отношений с Украиной и подталкивание линии на поддержку Шеварднадзе и Алиева. В рамках этих усилий предлагается добиться через группу Чубайса отстранения от дел министра иностранных дел Примакова (замена – Лукин или Караганов), Родионова (замена – Кокошин или Николаев), Куликова и Ковалева (замена – Старовойтов и Козаков)…». Назывался этот материал А. Сурикова очень простенько и незатейливо, но вполне в его духе и в его стиле – «Разведка прогнозирует войну». Посмотрим заметку далее: «В одном спецведомстве (?) автора этих строк ознакомили с проектом служебной записки на имя министра обороны, содержащей анализ угроз военной безопасности России в контексте намечаемой реформы Вооруженных Сил. (выделено мною —авт.) Известно, что секретарь Совета обороны Ю. Батурин считает, что в ближайшие несколько лет никакой военной угрозы стране не возникнет. Следовательно, утверждает он, у России есть солидный запас времени для реформирования армии. В рассматриваемом же документе на основе анализа оперативной информации делается прямо противоположный вывод о том, что во второй половине года Россия может быть втянута сразу в несколько локальных, региональных и пограничных конфликтов на пространстве от Черного моря до Тихого океана. Следовательно, времени на радикальную перестройку армии нет…
Еще один важный момент – позиция Китая. После кончины Дэн Сяопина там, в приграничной провинции Синьцзян, активизировалась террористическая деятельность уйгурских сепаратистов, получающих скрытую поддержку от Турции, США, а также от своих соплеменников, проживающих в Казахстане и Киргизии. В случае дестабилизации Центральной Азии нетрудно предположить, что такая поддержка приобретет открытый характер, включая создание террористических лагерей и баз вблизи бывшей советско-китайской границы. Что, в свою очередь, неизбежно приведет к жестким, в том числе силовым, ответным акциям Пекина. Иными словами, граница, на которой находятся в том числе и российские пограничники, превратится в зону напряженности, которая легко может перекинуться и на Дальний Восток. Причем США, можно не сомневаться, эту напряженность будут всячески подогревать».
Прочувствовали размах? Э-э, да это еще пустяки, проба пера самодеятельного мастера активок. Он даже таким известным американским специалистам по проблемам стратегических вооружений и разоружению, как сенаторы Нанн и Лугар, очень развесистую «лапшу на уши» понавешал во время своей исторической поездки в США в качестве «спецпредставителя левой оппозиции России» то ли в 1994, то ли в 1995 году, сейчас уже в точности и не упомню…
На деле же он вешал эту лапшу прежде всего «Фонду Никсона», возглавляемому ныне выходцем из бывшего Советского Союза, бывшим секретарем комитета комсомола ИМЭМО Дмитрием Константиновичем Саймсом (Симисом), и никсоновскому «Центру национальных интересов» (США) через известного цэреушного аналитика Фрица Эрмарта, одного из наиболее активных зарубежных участников разрушения СССР.
Очень показательно – раньше Фриц Эрмарт вместе с Колином Пауэллом и Робертом Гейтсом встречался и беседовал в неофициальной обстановке с руководителем советской внешней разведки В.А.Крючковым, а после крушения СССР был вынужден довольствоваться «посиделками» с Антоном Суриковым – с «человеком из ниоткуда»… Все течет, все меняется, не правда ли, господа присяжные заседатели?
ГЛАВА ТРЕТЬЯ. Агенты мнимые и агенты настоящие
Отойду, наконец, слегка в сторону от захватывающей и остросюжетной темы «агентуры влияния» в Советском Союзе, чтобы в динамике повествования об этой крайне привлекательной для глаз и ушей обывателя материи случайно не упустить один немаловажный и весьма многозначительный момент.
В последнее время у широкой российской аудитории внезапно проклюнулся повышенный (хотя и не всегда здоровый и позитивный) интерес к деталям проведения агентурно-оперативной и иной разведывательной деятельности за рубежом советской внешней и военной разведки преимущественно довоенного и военного периода. С подачи многочисленного коллектива чрезмерно расплодившихся у нас «специалистов-историков отечественной разведки» (которые ранее по преимуществу паслись на благодатной ниве освещения участия органов безопасности в организации и осуществлении «сталинских репрессий») широкие массы российских читателей и зрителей стали жадно, с интересом и, в общем-то, в целом с одобрением и неприкрытой симпатией знакомиться с историей создания и становления агентурных позиций СССР в странах Западной Европы, США, Ближнего, Среднего и Дальнего Востока как по линии официальных государственных структур, так и по каналам Коминтерна.
Наглядным отражением этого внезапно вспыхнувшего интереса стало, в частности, создание на ныне закрытой радиостанции «Эхо Москвы» и в по-прежнему издающемся журнале «Дилетант» специальной рубрики в форме серии передач и публикаций под общим названием «Агенты». Ну, пока бывший главный редактор «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов (признанный Черемушкинским судом города Москвы иностранным агентом и внесенный Минюстом РФ в реестр СМИ-иноагентов) и отставной генерал СВР Юрий Кобаладзе своим творческим дуэтом небезуспешно «отбивали хлеб с маслом и черной паюсной икрой» у официальных бытописателей российской разведки типа бывшего спортивного репортера Николая Долгополова и подданного Великобритании российского телекомментатора Сергея Брилёва в описании славных деяний «кембриджской пятерки», «Красной капеллы» или отдельных известных советских разведчиков-нелегалов все еще как-то выглядело в рамках приличия. Шел более-менее интересный для многочисленной обывательской публики пересказ всего того, что профессионалы разведки хорошо знали еще со времен своего обучения в Краснознаменном институте КГБ или в Академии СВР. Причем гораздо более полно, более достоверно и в немаловажных для правильного и объективного понимания деталях.
Ныне покойного, к моему глубокому сожалению, официального историка СВР Владимира Сергеевича Антонова, с которым в свое время совместно проходил службу в 5-м линейном отделе ПГУ КГБ СССР, я здесь никоим образом не подразумеваю. Он, несмотря на мое несогласие с ним по целому ряду изложенных в его книгах проблем, честно и добросовестно, а не ради личной корысти или литературной славы, в отличие от вышеуказанных мною лиц, делал свое дело в рамках исполнения своих прямых служебных, должностных обязанностей. Притом делал это, на мой взгляд, достаточно умело и как кадровый сотрудник внешней разведки, и как известный журналист-международник.
Но когда творческий дуэт «дилетантистов» достаточно решительно, стремительно и даже как-то весело и нахраписто полез «вглубь», стал не без умысла затрагивать отдельные пикантные и не всегда доступные для понимания непрофессионалами подробности (в частности, отдельные детали подготовки и осуществления операции «Утка» по ликвидации Льва Троцкого в Мексике), стал более пристально и более внимательно вглядываться в отдельные крайне любопытные страницы биографий Якова Блюмкина, Сиднея Рейли (Шломо Розенблюма), невозвращенца Александра Орлова (Лейбы Фельдбина), начал постепенно приоткрывать завесу таинственности и секретности над некоторыми «боевыми операциями» за рубежом легендарной «спецгруппы Яши» (названной по имени соратника убежденного, идейного террориста-троцкиста Якова Блюмкина другого прирожденного и даже прославленного боевика Якова Серебрянского (Якова Исааковича Бергмана) тот же час с неизбежной очевидностью наружу стал выползать один сакраментальный вопрос.
Вкратце его можно было бы сформулировать так: а с чего бы это вдруг многие непосредственные участники описанных ими событий, известные как явные или скрытые сторонники Льва Давидовича Троцкого (до сих пор рассматриваемого российским обществом как в целом негативная и даже зловещая фигура отечественной истории, несмотря на его не вполне внятную с точки зрения соблюдения требований действующего российского законодательства реабилитацию как «жертвы политических репрессий сталинских времен»), впоследствии все дружной стайкой стали фигурантами так и незавершенного чисто в правовом поле и даже в оперативном дела «о сионистском заговоре в рядах НКВД и МГБ СССР»? Притом, что некоторые из них пострадали из-за этого обстоятельства очень даже существенно, прежде всего в плане резкого и внезапного прекращения своей весьма успешной служебной карьеры.
Что такое троцкизм как общественно-политическое явление? В современной интерпретации (см. Большую российскую энциклопедию, автор заметки А.В.Гусев), «ТРОЦКИЗМ, разновидность марксизма, междунар. лево-радикальное идейно-политич. течение, основанное на идеях Л.Д.Троцкого. Сформировался в 1920—1930-е гг. в ходе борьбы левой коммунистич. оппозиции против политики руководства ВКП (б) и Коммунистического интернационала (троцкисты признают решения только 1—4-го его конгрессов). Рассматривает себя как продолжение и развитие подлинного большевизма, ленинизма. Осн. положение – концепция перманентной (непрерывной) социалистич. революции». Выходит, по-своему был прав мудрый русский крестьянин, который в фильме «Чапаев» настойчиво вопрошал красного комдива: «Василий Иванович, ты за большевиков али за коммунистов?».
Если я адекватно воспринимаю положение дел в современной российской политологии, автором заметки в энциклопедии является один из ведущих отечественных специалистов по истории троцкизма и левой оппозиции 1920—1930-х годов, доцент кафедры истории политических партий и общественных движений исторического факультета МГУ Алексей Гусев, создатель образной и ставшей крылатой фразы «Для Сталина троцкисты были, как для Гитлера евреи».
Вот как он ответил на достаточно провокационный вопрос корреспондента одного из интернет-изданий: «Использовался ли антисемитский мотив в борьбе с оппозицией?». «Безусловно. Вожди оппозиции: Троцкий – Бронштейн, Каменев – Розенфельд, Зиновьев – Радомысльский. Очень просто было дать понять, что оппозиционеры – евреи, потому что они выступают за мировую революцию, космополиты, которые не любят русских крестьян. Конечно, не напрямую, антисемитизм в те годы карался как уголовное преступление. Хотя Троцкий цитировал постановление одной из местных ячеек, где призывалось «исключить оппозиционеров из партии, потому что сама их национальность предрасполагает к торгашеству, беспринципности и прочему. Это, конечно, редкий случай, когда такое было написано на бумаге.
Антисемитский аспект борьбы с оппозицией комментировал сам Сталин. Он заявлял: «Мы боремся против оппозиционеров не потому что они евреи, а потому что они оппозиционеры». (Высказывание, которое, по сути, акцентировало национальность главных лидеров оппозиции.) Анекдот того времени: «В чём отличие Моисея от Сталина? Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин вывел евреев из Политбюро». https://vatnikstan.ru/interview/gusev_interview/).
Вообще-то И.В.Сталин по этому достаточно спорному житейскому вопросу высказывался куда более определенно. Из текста его доклада на Пленуме ЦК ВКП (б) 3 марта 1937 года: «Наши партийные товарищи не заметили, что троцкизм перестал быть политическим течением в рабочем классе, что из политического течения в рабочем классе, каким он был 7—8 лет тому назад, троцкизм превратился в оголтелую и беспринципную банду вредителей, диверсантов, шпионов и убийц, действующих по заданию разведывательных органов иностранных государств».
А вот оценка, данная личности и деянием Троцкого писателем Лионом Фейхтвангером в книге «Москва, 1937 год» в главе VII под названием «Ясное и тайное в процессах троцкистов»: «Русским патриотом Троцкий не был никогда. «Государство Сталина» было ему глубоко антипатично. Он хотел мировой революции. Если собрать все отзывы изгнанного Троцкого о Сталине и о его государстве воедино, то получится объемистый том; насыщенный ненавистью, яростью, иронией, презрением. Что же являлось за все эти годы изгнания и является и ныне главной целью Троцкого? Возвращение в страну любой ценой, возвращение к власти». И еще у него здесь же, в подзаголовке «Троцкий о Троцком»: «Эмиль Людвиг сообщает о своей беседе с Троцким, состоявшейся вскоре после высылки Троцкого на Принцевы Острова, около Стамбула. Эту беседу Эмиль Людвиг опубликовал в 1931 году в своей книге «Дары жизни».