Тугие узлы отечественной истории. Помощник В. А. Крючкова рассказывает…
Опять на авансцене «главный разрушитель СССР» М.С.Горбачев, «немощный и убогий» К.У.Черненко, слегка подурневший от надвигающего старческого маразма «Мистер Нет» А.А.Громыко и «очень мудрый, прозорливый и дальновидный» секретарь ЦК КПСС по международным делам, бессменный на протяжении целых 23 лет советский посол в США А.Ф.Добрынин, лепший приятель и личный конфидент небезызвестного Генри Киссинджера (см. журнал «Новая и новейшая история, №5, 2006, C. 108—138). На которого, кстати, в ПГУ КГБ СССР оперативных материалов в свое время скопилось ничуть не меньше, чем на его бывшего соседа в Канаде совпосла А.Н.Яковлева…
Приведем высказывание самого А.Ф.Добрынина по этому поводу. «Эта встреча положила начало функционированию конфиденциального канала между высшим руководством обеих стран, который бесперебойно действовал в течение почти шести лет. Мы регулярно завтракали или обедали наедине, то у меня, то у него, но чаще я сам ездил к Киссинджеру, пользуясь служебным входом Белого дома. Встречи с ним в Белом доме проходили или у него в кабинете, недалеко от кабинета президента, или – когда начались длительные переговоры с ним по Вьетнаму и вопросам ограничения стратегических вооружений, – в тиши импозантной комнаты, откуда в годы войны президент Франклин Рузвельт выступал с радиообращениями к своему народу. Впоследствии, по решению президента, по мере того, как наши контакты участились, став почти ежедневными, была проведена прямая тайная телефонная линия между Белым домом и посольством, пользоваться которой могли только Киссинджер и я (без набора номеров, просто поднимая трубку).
Советскому руководству конфиденциальный канал гарантировал быстрый и надежный способ связи с президентом США. Его секретность обеспечивалась общей системой особой секретности деятельности Политбюро. Никсону и Киссинджеру этот канал позволял в ряде случаев избегать давления со стороны конгресса и общественного мнения, которые не знали о переговорах по этому каналу. Белый дом при Никсоне стал не только разрабатывать политику, но и непосредственно осуществлять ее.
Оглядываясь назад, могу уверенно сказать, что без такого канала и его конфиденциальности не были бы достигнуты многие ключевые соглашения по сложным и противоречивым вопросам, не снималась бы оперативно опасная напряженность. Берлин, Куба, Ближний Восток, основные соглашения по ограничению стратегических вооружений, наконец, все деликатные переговоры по подготовке встреч на высшем уровне – все это шло через конфиденциальный канал. Так начались наши уникальные отношения с администрацией Никсона-Киссинджера. Мы были одновременно и противниками, и партнерами по сохранению мира».
В результате многолетних закулисных манипуляций обеих сторон на встрече 1985 года в Женеве министр иностранных дел СССР Андрей Громыко и госсекретарь США Джордж Шульц вначале пришли к соглашению, что переговоры по «евроракетам» будут проводиться отдельно от переговоров по космическим вооружениям. Затем Москва ввела в одностороннем порядке мораторий на развертывание ОТР-23 (это был новейший советский оперативно-тактический ракетный комплекс «Ока», талантливая и очень перспективная разработка Коломенского конструкторского бюро машиностроения под руководством С.П.Непобедимого) в Чехословакии и ГДР.
А уж на встрече в Рейкьявике 10—12 октября 1986 года Горбачев и вовсе предложил «широкомасштабное сокращение ядерных вооружений, но только „в пакете“ с отказом США от СОИ». Поскольку договориться об общем ракетно-ядерном разоружении не удалось, стороны решили начать с наиболее острой проблемы – с ракет средней дальности в Европе. При этом СССР согласился «разблокировать пакет» и вести переговоры по РСД отдельно от СОИ.
В результате подписания в 1987 году Договора РСМД с советской стороны было уничтожено 1846 РСМД: 889 РСД (654 РСД-10 «Пионер», 149 Р-12, 6 Р-14, 80 КРНБ РК-55) с 587 пусковыми установками для них и 957 РМД (718 ОТР-22 и 239 ОТР-23) с 238 пусковыми установками для них, а также 74 ракетные операционные базы. С американской стороны были уничтожены находившиеся в ФРГ, Великобритании, Нидерландах, Бельгии, Италии и США 846 РСМД, в том числе 677 РСД (234 «Першинг-2», 443 КРНБ «Грифон») с 288 пусковыми установками для этих ракет и 169 РМД «Першинг-1А», а также 9 ракетных операционных баз.
По моей сугубо личной оценке, общая политическая, экономическая и дипломатическая победа Запада здесь очевидна. Европейский компонент стратегического наступательного оружия, угрожающего СССР, в виде «независимых» британских и французских «ядерных триад» по-прежнему остался существовать в неизменном виде, а вот возможный ответ на него в форме советских ракет средней дальности (РСД-10 «Пионер») и малой дальности (ОТР-23 «Ока») был поставлен под вопрос. На что их тогда променяли? На пропагандистскую «программу звездных войн».
Да, в ходе широко развернувшихся тогда исследований и опытно-конструкторских работ по новым видам советских «истребителей спутников» было обеспечено немало перспективных «заделов на будущее», начата широкомасштабная программа по созданию сверхмощных носителей типа «Энергия», космических челноков типа «Буран», боевых лазеров наземного, воздушного и космического базирования, а также многое, многое другое. Но ведь вся беда заключалась в том, что ввиду хорошо отлаженной в США системы «технологий двойного назначения» (военного и гражданского) деньги американских налогоплательщиков не «вылетали в трубу» целиком и безвозвратно практически никогда, причем при любом исходе перспективных исследовательских работ, а у нас все это происходило сплошь и рядом.
Попытки «пристроить» к полезному делу «на гражданке» советские военные разработки зачастую, даже в большинстве случаев, заканчивались плачевно – как правило, выпущенная с использованием самых передовых «ноу-хау» и новейших научных изобретений продукция предприятий СССР оказывалась неконкурентоспособной не только на мировых, но и на внутреннем рынке страны. Во многом главной помехой во внедрении «на гражданке» военных разработок служила пресловутая «секретность», которая далеко не всегда была оправданной с точки зрения общих экономических интересов страны…
В этой связи припоминается мое «творческое участие» в подготовке в стенах Государственной Думы под редакцией Г. А. Зюганова коллективного труда под названием «Военная реформа: Оценка угроз национальной безопасности России» (авторы А.И.Подберезкин и др.; Народно-патриотический Союз России, Всероссийское общественно-политическое движение «Духовное наследие». – М.: РАУ-Университет, 1997). Сама по себе эта работа была типичной политико-пропагандистской показухой, выполненной главным образом в целях рекламы «выдающихся аналитических способностей» нашего известного «спецразведчика» (вождя российских коммунистов) очередной группой «литературно-публицистических негров». Вроде «привлеченного научного сотрудника Департамента оборонных исследований Королевского колледжа Лондонского университета», бывшего сотрудника ИСКРАН Антона Сурикова (Мансура Натхоева) и бывшего советского генштабиста, вице-президента ООД «Духовное наследие» генерал-майора Юрия Лебедева в рамках практического наполнения соответствующим содержимым разработанной в недрах структур олигархов М. Ходорковского – Л. Невзлина – Б. Березовского электоральной программы «Лидер».
Вспомнил я о ней сейчас вот в какой связи. Во-первых, будет далеко не лишним напомнить, что по поводу СОИ писал в советские времена тот же Ю.В.Лебедев: «Не желая осознать реалии ядерно-космического века, США и некоторые их союзники по НАТО пытаются найти выход из «ядерного тупика» через космос. Руководители Белого дома одурманивают себя тем, что якобы с помощью «звездных войн» они смогут вырваться вперед в военном отношении и диктовать свою волю Советскому Союзу. Но потуги Вашингтона тщетны.
Ставка на космос, на космические вооружения, созданные на основе новых физических принципов, несостоятельна. Советский Союз располагает необходимым материальным и интеллектуальным потенциалом, чтобы сорвать поползновения США на приобретение для себя военного превосходства. Военно-стратегический паритет был и остается объективным фактором сдерживания».
Одним словом – ««Ура! Мы ломим, гнутся шведы… О славный час! О славный вид! Еще напор – и враг бежит».
Однако тогда сразу же возникает весьма правомерный вопрос: а с чего бы это вдруг в рядах возглавляемого Г. Зюгановым и А. Подберезкиным Народно-патриотического союза России возник столь истеричный алармизм по поводу предстоящей ратификации в Государственной Думе Договора СНВ-2? Заключавшийся примерно в таких образных высказываниях лидера КПРФ: «Чрезвычайные обстоятельства побуждают меня сделать это заявление. Думу подталкивают к спешной ратификации российско-американского договора по сокращению стратегических вооружений СНВ-2. При этом страна лишается арсенала тяжелых баллистических ракет, способных прорвать любую оборону Америки. Бездумно уничтожается российское оружие сдерживания.
По нашему глубокому убеждению, после многократного анализа, предпринятого военными, инженерами и геостратегами, ратификация этого договора делает Россию беззащитной перед угрозами, которые сгущаются над страной. Угрожает ей расчленением, ставит под контроль иностранцев ее материальные и людские ресурсы. По трагическим последствиям ратификация СНВ-2 сравнима с договоренностями в Рейкьявике и на Мальте, когда Горбачев в одностороннем порядке приступил к разрушению Варшавского Договора, сдал ГДР, уничтожил пояса обороны, построенные Советским Союзом после победы в Великой Отечественной войне. В результате этого невиданного предательства блок НАТО получил абсолютный контроль над Восточной Европой. Лучшие советские части были расформированы. Началась геополитическая катастрофа, длящаяся и по сей день. Ратификация СНВ-2, предпринимаемая Путиным, продолжает зловещий ряд катастроф. Вписывает имя Путина в одну строку с Горбачевым и Ельциным. Убеждает нас, что сбываются самые худшие прогнозы относительно его президентства».
СНВ-2
Ну, хорошо, ладно, прокричал все это в апреле 2000 года с думской трибуны лидер отечественных коммунистов – имеет на то полное политическое право. Тем более дело происходило в год досрочных выборов президента Российской Федерации ввиду неожиданно свершившейся в конце 1999 года отставки Бориса Ельцина, ибо первоначально предполагалось, что досрочные выборы пройдут 4 июня 2000 года. Но хитромудрый Совет Федерации по указке со Старой площади назначил их на 26 марта и тем самым все «домашние пропагандистские заготовки» КПРФ-НПСР Г. Зюганова, А.Руцкого, А. Тулеева, Н. Рыжкова и Г. Семигина полетели кувырком прямо в мусорную корзину.
Однако уже 10 лет спустя тональность высказываний лидера КПРФ существенно меняется: «– У меня очень настороженное отношение к факту подписания нового договора СНВ (СНВ-3 – авт.), – заявил Г.А.Зюганов. – Ракетно-ядерный потенциал – это последний довод, который есть у России, и любое сокращение потенциала бьет, прежде всего, по нашей безопасности». – При подписании предыдущих договоров в военной сфере американцы нас беспардонно обманывали, – подчеркнул Г. Зюганов. – Мы внимательнейшим образом изучим и проштудируем этот документ, после чего объявим о своей позиции».
А еще через десятилетие – оценка ситуации вообще меняется самым кардинальным образом. 27 января 2021 года Государственная Дума принимает решение о продлении договора СНВ-3 между Россией и США еще на пять лет. Коммунисты поддержали данную инициативу. На пленарном заседании палаты выступил Председатель ЦК КПРФ, руководитель фракции КПРФ в Госдуме Г. А. Зюганов. Вот что он сказал в своем выступлении.
«Мы поддержим этот договор. Ведь это крайне важный шаг в нужном направлении в нынешнее очень опасное и ответственное время. Мне пришлось в своё время заниматься особой папкой на случай войны и военной опасности, участвовать во всех крупных учениях, испытывать все виды современного оружия (!)…
Когда ко мне пришли наши главные ракетчики и показали, как уничтожается Алейская дивизия с ракетами СС-18 («Сатана»), я специально поехал в Алтайский край. Это была лучшая дивизия, недоступная для американских стратегических средств… Затем стали уничтожать наши стратегические силы на Урале. Но после довольно бурной встречи с президентом, на которую он собрал ракетчиков, это варварство остановили. Потом пришлось по вызову специалистов выезжать в Пермский край, где уничтожали последний завод по производству твердых порохов для такого рода ракет. Тогда нам удалось остановить и это безумие. В целом произошел жесткий погром всего того, что обеспечивало наш паритет.
Вспоминаю, как ко мне пришел Соломонов, Герой России, конструктор знаменитого «Тополя-М», и мы вместе с Маслюковым долго выслушивали его замечания. Он сказал, что мы больше не в состоянии производить эти ракеты. И мы были вынуждены вылететь в Воткинск и организовывать вместе с Маслюковым кооперацию из 600 предприятий. В результате «Тополь-М» был сохранен, а потом появился «Ярс». У нашей партии есть огромный опыт в этом отношении.
Мне в своё время пришлось активно работать с Маслюковым, который командовал десятком министерств, знал все заводы и всех конструкторов, и собирать специалистов для того, чтобы восстановить цепочки ракетно-космического комплекса. Тогда, после нашего совместного доклада и рассмотрения этого вопроса на коллегии Министерства обороны, нас с готовностью поддержал президент и отправил в отставку Сердюкова, который ничего не понимал в военном деле. Этот горе-министр даже решил вводить бригадный способ организации армии по образцу США. В результате две наши легендарные дивизии – Таманская и Кантемировская – были практически ликвидированы. Нам пришлось их восстанавливать. Была создана Юнармия (!) и сделано многое другое. Я считаю, что все это, вместе взятое, как раз и служит сохранению стратегического паритета».
Ну, что же, ссылки на вклад покойного Ю.Д.Маслюкова вроде бы очень даже к месту. Только вот что говорил в феврале 2003 года помощник и пресс-секретарь Первого заместителя Председателя правительства РФ Маслюкова, ранее упоминавшийся мною Антон Суриков по поводу необходимости скорейшего уничтожения тяжелых ракет СС-18 «Сатана» в заметке «Договор СНВ-2. Судьба стратегических ядерных сил России» (https://kprf.ru/personal/maslukov/5994.html).
«Оппоненты СНВ-2 продолжают утверждать, что по договору Россия якобы должна уничтожить свои «тяжелые ракеты» СС-18 (по западней индексации) и большое число шахтных пусковых установок (ШПУ), вступив тем самым в разорительную «гонку разоружений». В реальности же протоколы к договору, подписанные Е.М.Примаковым и М. Олбрайт в 1997 году, фиксируют в качестве срока выполнения условий СНВ-2 конец 2007 года, к которому гарантийные ресурсы эксплуатации всех без исключения ракет СС-18 будут исчерпаны…
В 2002 году (!) в любом случае начнется обвальный вывод «тяжелых ракет» из боевого состава, который завершится к 2007 году, то есть даже раньше срока, определенного протоколом к СНВ-2… Оставление СС-18 на боевом дежурстве чревато катастрофическими авариями, взрывами изделий, оснащенных ядерными зарядами, внутри шахт и отравлениями значительных территорий.
Вывод из всего сказанного может быть только такой: СС-18 в ближайшие годы придется снять с вооружения в любом случае. Договор СНВ-2 здесь совершенно ни при чем… Уничтожение ракет, как уже говорилось, никак не связанно с СНВ-2, за исключения того факта, что при наличии договора весомую долю затрат берет на себя американская сторона по программе «Нанна-Лугара», как это сейчас происходит при реализации договора СНВ-1. При отсутствии же СНВ-2 мы будем вынуждены все ликвидировать за свой счет.
Сейчас финансирование ликвидации вооружений по «Нанну-Лугару» соизмеримо по объему с нашими ежегодными затратами на модернизации) СЯС, развертывание группировки «Тополей-М». Иными словами, так как нынешние ракеты все равно придется демонтировать во избежание катастрофических аварий и экологических катаклизмов, отсутствие программы «Нанн-Лугар» (что произойдет при отказе от СНВ-2) вынудит Россию изъять для этих целей средства, планируемые сегодня для развертывания новых ракетных комплексов, так как больше взять просто негде. Фактически вопрос стоит так: старые ракеты (этакие потенциальные мини-Чернобыли) все равно убрать придется, но, отказавшись от СНВ-2 и тем самым возложив расходы на ликвидацию целиком на федеральный бюджет мы, скорее всего, останемся и без группировки новых ракет, то есть вообще без СЯС»… В силу заложенных конструктивных особенностей у жидкостных ракет СС-18 продолжительность активного участка составляет более 5 минут, а у твердотопливного «Тополя-М» – 2 минуты.
Иными словами «тяжелые ракеты» заведомо более уязвимы к космическому эшелону ПРО, чем «Тополя-М». Если взять наземный эшелон ПРО США (может появиться через 7—10 лет), то, на первый взгляд, многозарядные СС-18 действительно имеют преимущество перед моноблочным (однозарядным) «Тополем-М» в части преодоления оборонительной системы вероятного противника. Однако характеристики «Тополя-М» позволяют сравнительно легко превратить его, при необходимости, в многозарядную ракету, несущую от 3 до 6 ядерных боеголовок и комплекс средств преодоления (КСП) ПРО. Договор СНВ-2 не препятствует проведению полного цикла наземной отработки «Тополя-М» в варианте оснащения разделяющейся головной частью индивидуального наведения, подготовке соответствующей документации, производственной оснастки и оборудования.
Если США в какой-то момент выйдут из договора по ПРО 1972 года, мы выйдем (как гласит проект закона «О ратификации СНВ-2») из соглашений по СНВ, и тогда группировка «Тополей-М» на порядок эффективней, чем группировка СС-18, сможет преодолеть космическую ПРО и с равной эффективностью будет противостоять наземной ПРО».
А теперь давайте сравним представленный выше прогноз А. Сурикова с реальным перечнем развёрнутых стратегических носителей ядерного оружия Вооруженных Сил РФ и боевых блоков на них по состоянию на 2022 год:
– тяжёлая жидкостная межконтинентальная баллистическая ракета шахтного базирования SS-18 mod.6 «Satan» / «Воевода» / «Сатана» – количество развёрнутых ракет 40, общее количество боевых блоков на них 400;
– тяжёлая жидкостная межконтинентальная баллистическая ракета шахтного базирования с гиперзвуковым маневрирующим боевым блоком (глайдером) SS-19 mod.4 «Avangard» / «Авангард» – количество развёрнутых ракет 6, общее количество боевых блоков на них 6;
– лёгкая твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета в составе подвижного грунтового ракетного комплекса SS-25 «Sickle» / «Тополь» – количество развёрнутых ракет 9, общее количество боевых блоков на них 9;
– лёгкая твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета в составе подвижного грунтового ракетного комплекса SS-27 «Sickle-B» / «Тополь-М» – количество развёрнутых ракет 18, общее количество боевых блоков на них 18;
– лёгкая твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета шахтного базирования SS-27 «Sickle-B» / «Тополь-М» – количество развёрнутых ракет 60, общее количество боевых блоков на них 60;
– лёгкая твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета в составе подвижного грунтового ракетного комплекса SS-X-29 / SS-29 / SS-27 mod.2 «Sickle-B» / «Тополь-МР» / «Универсал» / «Ярс» – количество развёрнутых ракет 153, общее количество боевых блоков на них 612;
– лёгкая твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета шахтного базирования SS-X-29 / SS-29 / SS-27 mod.3 «Sickle-C» / «Тополь-МР» / «Универсал» / «Ярс» – количество развёрнутых ракет 20; общее количество боевых блоков на них 80;
– жидкостная межконтинентальная баллистическая ракета для подводных лодок SS-N-23 mod.2 «Sineva» / «Синева», SS-N-23 mod.3 «Layner» / «Лайнер» – количество развёрнутых ракет 80, 0бщее количество боевых блоков на них 320;
– твердотопливная межконтинентальная баллистическая ракета для подводных лодок SS-NX-32 / SS-N-32 «Bulava» / «Булава-30» / «Булава» – количество развёрнутых ракет 80, общее количество боевых блоков на них 480;
– стратегический ракетоносец «Bear-H» / «Медведь» – количество развёрнутых самолётов 55, общее количество стратегических крылатых ракет на них 448;
– стратегический ракетоносец «Blackjack» / «Белый лебедь» – количество развёрнутых самолётов 13, общее количество стратегических крылатых ракет на них 132.
Итого, общее количество развёрнутых носителей – 534, общее количество развёрнутых боевых блоков – 2565.
Спрашивается, что сиё «прогнозно-аналитическое творчество» представляет собой на самом деле? От себя добавлю, что в 1994 или 1995 году А. Суриков по программе обменов российских и американских парламентариев в рамках программы «Нанна-Лугара» в течение месяца или даже двух раскатывал по всей территории США согласно очень расхожей тогда формуле «халява, плиз». При этом имел обширные контакты в обеих палатах Конгресса США, в госдепартаменте, в министерстве обороны, в научных кругах ряда престижных университетов Соединенных Штатов. Он и меня усиленно «сватал» на участие в этой поездке, дескать, американская сторона пригласила за свой кошт сразу четверых представителей «российских левых». Однако я вежливо, но решительно уклонился от его любезного приглашения в силу целого ряда вполне очевидных причин. Еще слишком свежими были памятные политические события 1991—1993 гг., да и недавний узник «Матросской тишины» В.А.Крючков только-только начал приходить в себя после думской амнистии 1994 года.
Не понимаю я всё же этих американских сенаторов… Вроде бы и не вчера на свет родились, а порой испытывают какое-то поистине ребяческое доверие к словам и суждениям лиц, которые многозначительно напускают на себя туман, умело строят из себя важных закулисных персон российской политики. Из текста заметки об А. Сурикове известного публициста Максима Калашникова в издании «Стрингер» в 2002 году. «Из разных источников и слухов сложилась интересная картина. Выпускник элитного военно-промышленного вуза, Московского авиационного института, с 1983 года – агент ГРУ. Готовился как специалист по диверсиям в глубоком тылу НАТО. Происходит из семьи с имперскими военно-промышленными традициями. Его отец, Виктор Суриков, был одним из руководителей крупной космической корпорации, ЦНИИ машиностроения, в котором расположен знаменитый Центр управления полетами. Суриков-старший не боялся в самом конце 1991 года открыто ругать демократов и выказывать большое уважение к личности Сталина.
Сам же Антон Викторович на разговоры о его работе в ГРУ реагирует с усмешкой:
– Разговоры по поводу ГРУ – только разговоры. Окончив МАИ в 1984-м, я до 1996 года занимался проблемами армии и оборонной промышленности. Последние шесть лет этой деятельности я числился сотрудником Института США и Канады (ИСКАН), куда меня позвал работать замдиректора института, академик Андрей Кокошин. За это время мне довелось достаточно хорошо познакомиться с нашим ВПК и побывать во многих странах. Например, в Англии и США. Но в начале 1990-х я также много ездил на Кавказ, в том числе и в Абхазию. Конечно, не по линии ИСКАН. Тогда в институте можно было не появляться по многу месяцев, и никто этого не замечал. Меня же Кавказский регион крайне интересовал…
В 1996-м я ушел из ИСКАНа и стал помощником по Госдуме Юрия Маслюкова, который занимал пост председателя Комитета по экономической политике. А в сентябре 1998-го, когда Юрия Дмитриевича назначили первым вице-премьером, я перешел работать его помощником в Белом доме. И так до июня 1999-го. Чем заниматься приходилось? Связью со СМИ и подготовкой поездок первого вице-премьера».
Ладно, допустим, что выпускник МАИ 1984 года Антон Викторович Суриков действительно в очень сжатые, поистине рекордные сроки подготовил диссертацию по закрытой теме в 4-м ЦНИИ 12-го ГУМО СССР и успешно защитил ее в ноябре 1988 года с присвоением ученой степени кандидата технических наук. Это не так уж удивительно, ибо за годы своего существования в 4-м ЦНИИ и его филиале 50-м ЦНИИ МО было подготовлено более 100 докторов и свыше 2 тысяч кандидатов наук. Тем более, что его отец В.М.Суриков был тогда первым заместителем директора по науке королёвского Центрального научно-исследовательского института машиностроения (ЦНИИМаш), профессором, доктором наук и пр.
Вполне возможно также, что в июне 1989 года в составе авторского коллектива ученых-ракетчиков Антон Суриков действительно стал лауреатом премии Ленинского комсомола в области науки и техники, хотя в списке лауреатов этой премии я его почему-то не нашел. Борис Абрамович Березовский – имеется, Дмитрий Антонович Волкогонов – наличествует, Анатолий Алексеевич Клёсов – присутствует, даже дочь Анатолия Ивановича Лукьянова Елена – и та получила в 1989 году звание лауреата премии Ленинского комсомола за свою работу «Закон как источник советского государственного права».