Печальная леди (черновик)

Евгения Родионова

Печальная леди (черновик)

Глава 1

На подоконнике сидитдевушка, одетая в рваные джинсы и футболку, с ужасным беспорядком на голове, исмотрит на синее солнечное небо. Так она расслабляется, забывая обо всем насвете: в такие моменты для нее существует только бездонное небо. Оно дает ейвозможность быть такой, какая она есть, и не подстраиваться под какие‑либоправила. Рассматривая проплывающие облака, она узнает в них то котенка, торомашку, то какое‑то непонятное животное.

Когда на небе появился чертик,в комнату вошла мать и, как всегда, стащила ее с подоконника со словами:

— Девушке твоего статусанепристойно сидеть на окне!

Мэри, потупив взгляд,ответила, как всегда, лишь кивком головы.

«Девушке твоего статусанепристойно…» — так говорила мать, когда Мэри вела себя как простая девушка, ане как дочь самого богатого человека этого маленького городка.

***

Мэрилиан родилась в семье подающего большие надежды ресторатора извезды местной аристократии. Брак ее родителей считался мезальянсом и поначалуне находил одобрения у высшего света, хотя и не был открыто запрещен родителяминевесты. Молодые люди были яркой и гармоничной парой — при одном взгляде на нихих любовь и страсть становились очевидными. Лишь после успешного открытиявторого ресторана Эльдар Росминтов был принят в высший свет. Они сияли везде,где появлялись, наслаждаясь друг другом и производимым впечатлением. Для парыдочь нужна была лишь для статуса, поэтому, как только девочка начала бегать, ееотправили к бабушке на лето, но позже решили, что ей там будет лучше. ОтецЭльдара умер незадолго до рождения внучки, и Агата Росминтов с радостью принялау себя внучку, а после и оставила на дальнейшее воспитание.

Практически никто не звалдевушку полным именем, все звали ее коротко Мэри.

Агата Росминтов жила вбольшом особняке в далеком пригороде. Особняк был старинным, но поддерживался вотличном состоянии; Эльдар не скупился ни на ремонт, ни на различные улучшения,но излишнюю роскошь не допускала в дом самаАгата.

Пожилая дама считала, чтодом должен быть уютным, теплым и в нем должно быть комфортно находиться, аизлишняя роскошь, такая как золоченые дверные ручки, дорогущие картины именитыххудожников, посуда из тончайшего фарфора, превращала дом в музей или выставочныйцентр. Удаленность от города делала поселок, в котором располагался особняк,тихим и спокойным местом, окруженным лесом. Мэри проводила в лесу многовремени: в теплое время года собирая ягоды, грибы, полезные травы и коренья;зимой оставляя разные угощения местным обитателям.

Агата Росминтов хоть и небыла аристократкой по рождению, но получила прекрасное образование, всовершенстве знала этикет, а по манере держаться могла сравниться с королевой.

Когда Мэри исполнилосьшесть лет, Розалин Росминтов хотела прислать в дом свекрови гувернантку, ноАгата категорически отказалась принимать посторонних людей в доме и настаивала,что будет заниматься воспитанием внучки сама.

Мэри приезжала в город кродителям только на большие праздники - Новый год, чей-то юбилей, открытиенового ресторана отца. Такие мероприятия и радовали девушку, и были большимиспытанием.

На первом Новогоднем приеме,на который была допущена маленькая Мэри, девочка покорила гостей и родителейкак своей красотой, так и умением себя вести, хотя в тот день мать и настоялана том, чтобы на девочку надели непривычное для нее длинное пышное многоярусноеплатье. Мэри сумела ни разу не наступить на подол, не запутаться в юбках и неупасть, что, честно говоря, было еще тем испытанием для шестилетней девочки. Ещене раз и не два Мэри приходилось бороться с обилием юбок, кружев, а позднее икринолином. Мать девочки обладала безукоризненным вкусом относительно своеговнешнего вида, но из высокой ладной дочери ей практически каждый праздникудавалось сделать или пирожное, или даже торт.

Девочка любила мать истаралась порадовать ее, принимая как данность все выбранные ею наряды.

Своего шестнадцатилетияМэри ждала с трепетом, ведь в честь дня ее рождения мать пообещала организоватьнастоящий бал и позвать все высшее общество.

Узнав о предстоящемпразднике и помня все выбранные матерью наряды, при каждом удобном случае - вписьме ли, которыми она обменивалась с родителями, при встрече ли -ненавязчиво, но настойчиво девушка подводила мать к мысли, что наряд на свойбал Мэри должна выбирать сама. Когда до бала оставалось два месяца, девушканаконец получила письмо, в котором говорилось, что в ближайшее время к ним сбабушкой приедут модистка с помощницами, чтобы собрать дам на бал. Агатаблагосклонно отнеслась к приезду модистки, а чтобы помочь Мэри с выбором,заказала последние журналы мод.

Всю неделю девушкаизучала фасоны, ткани, отделки и фурнитуру, да так увлеклась, что к приездумодистки подготовила два наброска вечерних платьев.

На первом эскизе у Мэриполучился струящийся А-силуэт с длинными широкими-летучими рукавами, собраннымина манжетах у запястья. V-образный вырез декольте спереди и вырез сзадизаканчивается на уровне груди широким поясом из той же легкой струящейся ткани,из которой сделано и само платье.

На втором наброске такжеА-силуэт, только ткань более плотная. Облегающий корсет спереди имеет формунавостренных кошачьих ушек. Короткие объемные рукава-буфы притягивают взгляд коткрытым плечам и шее. Плотная длинная юбка нахлестом создавала струящийсясилуэт, а при ходьбе могла приоткрыть ножку до предельно допустимого уровняприличия.

Приехавшая модистка,услышав об эскизах Мэри, сделала оскорбленное лицо и сказала: "Пусть юнаяледи все же посмотрит работы профессионала, и если там ее ничего незаинтересует, покажет свои наброски".

Мэри добросовестнопросмотрела все портфолио, несколько работ ей действительно понравились, носвои образы она все же показала. Дородная дама, посмотрев предложенные эскизы,искренне удивилась и даже извинилась за свою грубость. Модистка признала, чтосозданные девушкой образы подходили ей намного больше и что она будет радавоплотить в жизнь оба образа, настолько они были хороши.

Несколько дней ушло навыбор ткани и ниток. Когда тип и цвет были определены и все необходимоедоставили в особняк, портнихи приступили к работе. Девушка с интересомнаблюдала за ловкими и отточенными движениями мелка, выводящего линии навыкройке, ножницами, плавно разделяющими ткань, и, конечно же, иголкой,скрепляющей детали будущего платья.

Мэри умела вышивать, ношить никогда не пробовала. То, как быстро и ровно получается шов на швейноймашинке, приводило девушку в восторг. Так каждая примерка стала праздником иожидалась с предвкушением.

Наконец, настал деньфинальной примерки. Зайдя в комнату, отданную под мастерскую, Мэри сразуувидела их - одно платье нежно-персикового цвета, будто подсвеченноезолотистыми искорками изнутри. V-образное декольте, хоть и было глубоким, но невыставляло напоказ, а только подчеркивало все прелести фигуры. На спине выреззаканчивался рядом маленьких пуговиц, расположенных по всей ширине пояса.Струящаяся юбка из нескольких слоев шифона разной плотности подчеркивалаэлегантность и хрупкость девичьего стана.

Выбор ткани и цветавторого платья был сложнее и дольше. Сам набросок был выполнен краснымкарандашом, но для юной девушки этот цвет считался слишком вызывающим, поэтомуостановились на шелковом атласе глубокого синего цвета. Открытые плечи и шеяманекена притягивали взгляд, а корсет выгодно подчеркивал точеную линию талии,в то время как ниспадающая тяжелыми складками юбка намекала на чувственныеизгибы бедер.

В мастерской был и третийманекен, что удивило Мэри, а когда она поняла, что наряд предназначен еебабушке, испытала укол совести. Девушка настолько увлеклась процессом созданиясвоих нарядов, что совсем позабыла, что обновкой должна была обзавестись не онаодна. Образ, приготовленный для Агаты, как всегда был безупречен: юбка-карандашиз плотного атласа цвета слоновой кости, заканчивающаяся чуть ниже колен,приталенный двубортный жакет с рукавами длиной 3/4 из той же ткани, с отложнымворотником и баской; дополнительным акцентом на талии стал пояс с ювелирнойзастежкой в виде распустившегося бутона лотоса.

Агата Росминтов в своишестьдесят восемь лет выглядела на сорок пять. Ей удалось сохранить стройностьи даже хрупкость фигуры, роскошные волосы, были слегка тронуты сединой, котораяпридавала женщине загадочности, легкая сеточка морщин не портила изящные чертыее лица, а в глазах горели озорные искорки жизни.

- Какое же платье тывыберешь для бала, Мэри? Они оба прекрасны, и в любом из них ты будешьблистать, - спросила вошедшая в мастерскую Агата.

- Я, право, и сама немогу определиться. Они получились такими разными, но каждое отражает мойвнутренний мир. А еще я боюсь, что матушка не позволит мне надеть ни одно изних.

- Твоя матушка точнобудет поражена твоим образом в самое сердце и, может, тогда поймет, что образпирожного тебе уже не по возрасту.

- Страшно, бабушка, очень-оченьстрашно.

- Не бойся, милая. Твояматушка ничего не сможет тебе запретить, потому что не увидит тебя до самогомероприятия, а развернуть тебя в дверях банкетного зала ей не позволитвоспитание. Платья прекрасны, и поверь, ты в очередной раз очаруешь всехприсутствующих.

В последние дни передбалом оба образа были полностью собраны. Тщательно подобраны туфельки,украшения, прическа и маникюр. По нескольку раз в день Мэри заглядывала вмастерскую, чтобы посмотреть на работу мастериц; иногда ее просили примерить тоили иное платье.

В день торжества девушкастояла в мастерской и все еще не могла определиться. Переводя взгляд с одногона другое, она решила довериться случаю. Расставила манекены в разных сторонахкомнаты, сама встала в середину между ними, закрыла глаза и начала крутиться вразные стороны. Только окончательно потеряв ориентацию в пространстве, девушкаоткрыла глаза и обнаружила, что стоит около пустой стены примерно на одинаковомрасстоянии от обоих нарядов. Постояв несколько секунд, Мэри позвала двухгорничных и попросила их встать напротив пустых стен на одинаковом расстоянии,тем самым с платьями образуя прямоугольник, а когда девушка будет кружиться, недавать ей заходить за импровизированные стены. Встав в центр прямоугольника,Мэри вновь начала крутиться, пока полностью не потеряла понимание, в какойстороне что находится. Несколько раз она натыкалась на живые преграды. Наконец,потеряв ориентацию, остановилась и медленно начала открывать глаза.

Мэри оказаласьпрактически напротив персикового платья.

- Ну вот, выбор и сделан,- сказала девушка и, обращаясь к горничным, добавила: - Упакуйте его,пожалуйста, и отправьте в ресторан.

Менять платье посредибала показалось излишним, к тому же очень вероятно, что это не понравитсяматери, реакция которой и на одно-то платье очень пугала Мэри.

В этот момент в мастерскуювошла Агата и, подойдя к Мэри, спросила:

- Определилась с платьем?

- Нет, все решил случай,- улыбаясь, ответила Мэри.

- Ну, хоть ему оказаласьпод силу столь сложная задача, - по-доброму рассмеялась женщина и продолжила: -Раз так, то хочу поздравить тебя с днем рождения! Милая, я очень тобой горжусьи люблю, - на секунду замолчав и достав откуда-то из складок своего платьямаленькую бархатную коробочку, Агата протянула ее внучке со словами: - Хочуподарить тебе эту брошку на удачу и счастье, моя родная.

- Ох, спасибо огромное, -прошептала Мэри, беря в руки коробочку и бережно ее открывая. Там, на черномбархате, лежала брошь в виде золотого четырехлистника, каждый листочек которогобыл украшен россыпью изумрудов и бриллиантов. - Он прекрасен! Еще раз огромноеспасибо, - с восторгом произнесла девушка, обнимая пожилую даму.

- Пусть он принесет тебесчастье, - гладя девушку по волосам, сказала Агата.

Постояв, обнявшиськакое-то время, они направились из мастерской.

В пути им предстоялопровести четыре часа, поэтому в дорогу отправились сразу после завтрака, чтобыпо приезду иметь время отдохнуть и собраться к празднику.

Родители решили устроитьторжество в одном из открытых совсем недавно заведении, самом дорогом и большомресторане Эльдара. Все здание, то есть трехэтажный особняк, в тот день былзакрыт для посторонних. На первом этаже во всех трех залах были накрытыпраздничные столы с самыми разнообразными угощениями и располагались столики натри-четыре персоны. Гости могли сестькак с уже наполненными тарелками, которые стопками стояли на каждомсервированном столе, так и сделать заказ официанту, которых в каждом зале былопо несколько человек. Каждый зал был оформлен в стиле страны, кухня которойбыла представлена на столах: один - в итальянском, второй - в японском и третий- во французском стиле.

На втором этаже, в самомбольшом помещении ресторана, был оформлен бальный зал с небольшим оркестром,несколькими диванами вдоль стен и большим свободным пространством. Так же навтором этаже было два небольших кабинета, в которых можно было уединиться и,позвав официанта, сделать заказ.

Третий этаж был закрытдля гостей, сегодня там были оборудованы комнаты, в которых могли спокойноподготовиться к торжеству дамы семейства. Там их уже ждали и модистка со своимипомощницами на случай неожиданных подгонок, и целый штат сотрудников лучшегосалона красоты этого города. Туда же были доставлены подготовленные иупакованные в чехлы и коробки наряды.

В дороге Мэри пыталасьчитать, но волнения не давали сосредоточиться на прочитанном, и, отложив книгу,девушка задумчиво смотрела в окно.

- А как прошел твойпервый бал? - неожиданно спросила Мэри.

- Мой первый бал? -рассеяно переспросила Агата и, помолчав несколько секунд, начала вспоминать: -Помню, я, как и ты сейчас, очень волновалась. Платье, которое мы выбрали смаменькой, было, по меркам того времени, очень простым, но оно покорило насизяществом и легкостью фасона - не было тугого корсета, кринолина, тонныкружева и рюш, зато была тонкой работы вышивка как ниткой, так и бисером. Этобыл вызов всем, еще никто не появлялся в подобном платье на первом бале, но,увидев наряд, мы с мамой не смогли устоять. Эффект был грандиозный! При моемпоявлении все разговоры стихли, и даже музыканты перестали играть, но тишинадлилась несколько секунд, а потом зал наполнился шепотками, ахами, вздохами.Конечно, кто-то осудил, кто-то пришел в восторг, но равнодушным не осталсяникто. Многие интересовались, где мы нашли такой наряд. В первые пять минут моябальная карта была заполнена, так что большинству желающих потанцевать со мнойпришлось отказать, - замолчав, Агата взяла свою сумочку и достала из неенебольшой блокнот с прикрепленным к нему карандашом и протянула его Мэри, -Кстати, вот и твоя бальная карта.

- Спасибо огромное, -прошептала Мэри, с трепетом принимая из рук бабушки маленький блокнот в твердойобложке из тонких, отполированных до блеска деревянных дощечек, украшенных налицевой стороне искусно вырезанной танцующей парой, на другой стороне были вырезаныинициалы «РМЭ».

Помолчав несколько минут,Агата вновь заговорила:

- Перед началом танцев ктебе будут подходить молодые люди, чтобы закрепить за собой тот или иной танец.Мэри, запомни - ты не обязана соглашаться танцевать с тем, кто тебе не понравился!Кем бы он ни был, ты имеешь полное право ему отказать - сослаться на то, чтоэтот танец намерена пропустить или найти другой предлог. Если молодой человекначнет настаивать, ты в любой момент можешь прервать его, извиниться и сказать,что хочешь припудрить носик. Если танец уже кем-то занят, то так и говори -танец уже отдан другому. Если танец начался, но тебе что-то не нравится, можновскрикнуть "Ох" и начать оседать на руки парня, он отведет тебя кдиванчикам, а там ты, мило улыбаясь, скажешь, что почувствовала себя нехорошо.Заметь, ни в одном из перечисленных примеров нет лжи, и это очень важно, ведьна лжи можно очень сильно оконфузиться! Помни - этот бал в твою честь, и ты -его героиня. А еще знай, что я всегда буду неподалеку и, если увижу, что тычем-то сильно встревожена, то поспешу к тебе на помощь.

После слов бабушки Мэриуспокоилась, и оставшийся путь прошел в молчании.

Перед входом в рестораних встретил швейцар, поздравляя девушку с днем рождения. Распахнув передвходящими двери, он пропустил их внутрь. В ресторане царило возбуждение:туда-сюда сновали официанты и администраторы, кто-то что-то куда-то нес,вытирал, поправлял. Появление вошедших никто бы не заметил, если бы швейцар,открывший дамам двери, не произнес торжественно:

- Агата и МэрилианРосминтовы!

На мгновение все замерли,а опомнившись, как по команде, выстроились в ряд и хором произнесли:

- С днем рождения, мисс Мэрилиан!Ура! Ура! Ура!

Не ожидающая такогобурного приветствия Мэри растерялась и не знала как ответить. В этом моменте налестнице показалась Розалин и хлопнув в ладоши строго проговорила, обращаясь кработникам:

- Поздравили - и хватитстоять, в ресторане еще куча работы, а до начала праздника совсем немноговремени! – и, хлопнув еще несколько раз, начала спускаться к приехавшим,обращаясь уже к ним: - Ну наконец-то вы приехали! Где платье Мэри? Оно вообщеготово? Его не прислали вместе с вашим нарядом, Агата.

- Здравствуй, Розалин, -со вздохом проговорила Агата, сжимая ладошку Мэри, которую та по привычкедетства сунула ей в руку при появлении матери, - Платье готово. Сразу посленебольшого отдыха и перекуса Мэри приступит с сборам.

- Ох, это прекрасно! Вашикомнаты готовы, сейчас в них подадут обед, - и тем же тоном Розалин Росминтовадобавила: - С днем рождения, дочка.

- Спасибо, матушка, -робко ответила Мэри, еще сильнее сжимая руку бабушки.

На этом великосветскаяледи развернулась и пошла в направлении кухни, оставив дочь и свекровь напопечение подошедшего администратора.

Смотря в след матери, наглазах Мэри заблестели слезинки.

- Она тебя любит, милая,очень любит и гордится тобой, просто не умеет этого показывать, - приобняв,начала утешать именинницу Агата.

- Правда любит? - совсемпо-детски спросила Мэри.

- Правда-правда! У твоейматери, увы, такой характер, это остается только понять и принять.

Агата попросила податьобед на двоих в комнату, приготовленную для Мэри, и, поднявшись на третий этаж,дамы сразу отправились туда.

Так как впереди их ждалутомительный день и вечер, по настоянию старшей Росминтовой им принеслиполноценный обед, а не только салат и чай, которые были направлены Розалин.

- На мне платье не сойдется,- начала было протестовать Мэри.

- Милая, до того какнаденешь платье, ты еще проголодаться успеешь. И вообще, ты и так стройная, всена тебе сойдется. Кушай давай, - двигая тарелку с супом ближе к девушкепроговорила Агата.

После чая женщинанастояла на получасовом отдыхе перед началом сборов. С едва скрываемымраздражением Розалин оставила их, отправившись к себе и отдаваясь в рукимастеров красоты.

Ровно через полчаса к нимпостучалась помощница модистки:

- Простите, можно? -получив разрешение войти, совсем еще юная девчушка прошмыгнула в комнату: - Сднем рождения, мисс Мэри. Вы готовы приступить к сборам?

- Спасибо большое, Анита.Да, можно начинать.

- Тогда мы мигом, - ужепочти на бегу бросила девчушка и скрылась за дверью.

- Я тоже пойду собираться.Ничего не бойся, ты замечательная и очень любимая, сегодня ты тут принцесса ивсе это ради тебя, - сказала Агата, поцеловала внучку в щечку и тоже вышла.

Мэри на несколько минутосталась одна. Она, конечно, верила бабушке, но то, какой холодной была матушкапри встрече до сих пор подступало комком к горлу. «Она меня тоже любит. Любиттак, как умеет. Как же хорошо, что у меня есть бабушка! В ее любви исомневаться не приходится».

Тут двери распахнулись, ив комнату ворвалась суета подготовки к празднику.

Сборы заняли почти всеоставшееся до начала торжества время. Агата была права, и сейчас Мэри ощущалапустоту в желудке, но при мысли о еде ее начинало подташнивать.

«Что скажет матушка,увидев меня?» - эта мысль не давала покоя и звенящим колоколом давила надевушку.

- Ты готова, милая? –входя в комнату спросила Агата.

- Да, - выдохнула Мэри иеще раз взглянула на свое отражение в большом зеркале. Оттуда на нее смотрелавысокая стройная девушка с волосами цвета спелой пшеницы, пряди у висков былизаплетены в две тонкие косы, соединенные сзади V-образной заколкой с маленькимисапфирами и бриллиантами, формирующими цветочный узор. Ниже этого соединенияволосы заплетены в более толстую косу, которая проходит по центру спины.Оставшаяся часть волос распущена в крупные локоны.

Агата в своем костюме цвета слоновой кости, сосложным пучком у основания роста волос и несколькими кокетливыми прядями улица, выглядела скорее мамой Мэри, но никак не бабушкой. А аккуратныесерьги-гвоздики с сапфирами в форме капли, такая же капля-подвеска на тонкойцепочке, лежащая в яремной впадинке, браслет тонкой работы с сапфирами на левойруке и несколько колец на изящных пальчиках дополняли образу дорогого шарма.

- Пора, дорогая, - сказала Агата, беря Мэри заруку и увлекая из комнаты.

Глава 2

В здании ресторана стало значительно тише испокойнее, уже никто никуда не бежал, каждый занял свое место.

Розалин была на первом этаже в одном из фуршетныхзалов, слышно было, как она раздавала последние указания. На дрожащих ногахМэри спускалась по лестнице, с силой держась за перила.

- Что нам делать? – шепотом, с нотками паники,спросила девушка.

- Сейчас спустимся вниз и сядем на один издиванчиков, можно в одном из залов, можно в холле. Тебе куда бы хотелось?

- Домой. Я уже не хочу никакого бала, - чуть неплакала именинница.

- Ну, милая! Ты чего? Сейчас твой отец приедет иточно страшно уже не будет.

Эльдар, как и Розалин, особого интереса к жизнидочери не проявлял, но всегда был искренне рад ее видеть, баловал, ни за что неругал и совершенно ничего не запрещал. Хотя таким добрым и всепрощающим мужчинабыл только с дочерью и женой, и то, когда дело не касалось бизнеса. В жизниЭльдара главными были его рестораны и лишь после - все остальные. Мэри, будучиребенком, еще не знала эту черту отца и для нее его появление действительноприносило лишь чувство защищенности и свободы.

Спустившись на первый этаж и не обнаружив Розалинв холле, дамы решили изучить обстановку ресторана. Обе они присутствовали наоткрытии этого особняка, как и на открытии практически всех ресторанов Эльдара.В прошлый раз на первом этаже были накрыты фуршетные столы разных стран, а навтором размещались столики, но обслуживали их официанты. Бального зала вресторане предусмотрено не было. Третий этаж представлял собой несколько комнат,которые можно было зарезервировать под закрытые мероприятие. Сейчас доступ натретий этаж был открыт только членам семьи.

Оформление залов первого этажа будто переносиловошедшего в другую страну: декор на стенах, сервировка столов, одежда и прическиработников соответствовали определенной стране. В каждом зале блюда подавались национальнойкухни согласно традициям страны, в тематике которой был оформлен зал.

Японская и французская кухня оставили дамравнодушными, хотя убранство залов их поразило.

Не успели Мэри с Агатой расположиться на диванчикев итальянском зале, как туда вошла Розалин. При появлении матери сердце девушкизамерло, а она сама перестала дышать.

Несколько секунд показались вечностью, вошедшаяженщина, не говоря ни слова, проводила взглядом по дочери сверху вниз иобратно, и лишь на третий раз она остановилась на глазах дочери.

- Повернись, - сухо произнесла Розалин.

На дрожащих ногах Мэри развернулась к материспиной.

- Дальше, - было сказано более заинтересованнымголосом.

Повернувшись обратно лицом к матери, Мэри смотрелав пол, не смея поднять глаз.

- Мэрилиан, ты выросла! Ты действительно выросла,моя Пироженка, - удивительно добродушно и даже мягко произнесла Розалин.

Глаза Мэри метнулись к лицу матери заподтверждением услышанного, действительно, слух не подвел девушку - и без тогопрекрасное лицо ее горячо любимой матушки озаряла добрая, действительноматеринская улыбка.