Цикл "В песочнице со Смертью". Том первый. Я

– Там, на самом деле, больше километра. И ещё больше километров бюрократии, – сказал он. – Да и не могу я покинуть участок во время дежурства. А Мёрфи, – он кивнул куда-то в сторону. – Мёрфи, тот, скорее, проведет тщательное расследование исчезновения ложки из кружки, чем поможет кому-то. Разве что попросить Кросса заехать. Но без соблюдения всех формальностей, случись что, я знатно огребу. Вдруг у вас там кокаин по всей тачке, а спишете на нас.

– Я понимаю. Вы и так позволили мне сделать слишком многое с вашим телефоном, – я сделала еще один глоток кофе. Приторный, но самочувствие слегка улучшилось. Даже настроение поднялось.

– Вы же психолог?

– Совершенно верно.

– Мне всегда казалось, наши профессии схожи, – заметив мой вежливо вопросительный взгляд, он пояснил: – Мы охраняем физическое здоровье, а вы – психологическое.

– И поэтому вы запираете людей в темноте и томите неизвестностью? – с легкой иронией хмыкнула я. – Что ж, в этом есть свой резон. Тело явно в безопасности. Жаль, нельзя в этот момент вызвать на помощь психолога, чтобы и нервы сберечь.

– Вы просто ходячая язва. А говорите, что психолог…

– Я, в отличие от вас, не на дежурстве.

МакКензи широко улыбнулся.

– Так значит, у дома Кэмпстеров вы были на дежурстве? – как бы между прочим спросил он.

Ага, мы оба играем в игру: "Расположи оппонента к себе и вытяни из него информацию". Что ж, МакКензи, у тебя фальстарт. Да мне и не нужна информация, мне нужен Энди.

– Совершенно верно. Здоровье мистера Кэмпстора вызывало опасения. На фоне нервного истощения у него стали проявляться симптомы параноидного бреда. Поэтому мой коллега и попросил меня о дополнительной консультации.

– Ваш коллега, Эндрю Аллен? Он тоже психолог?

– Парапсихолог.

МакКензи вскинул брови.

– Так вот почему его сумка забита всякой всячиной?

– Наша сумка, – спокойно поправила я.

Я не собиралась позволить другу идти ко дну в одиночестве.

– Для чего все эти вещи?

– Пациенты в период обострений демонстрируют разные формы бреда. В случае со Стивеном, это был божественный бред, – я говорила неторопливо, глядя констеблю в глаза. – И такие пациенты, как правило, являются высоко внушаемыми. Для его стабилизации мы собирались подыграть ему. Рискованно, но проведение фальшивого обряда действительно могло помочь и предотвратить возможную беду. Скажите, Стив нашелся? Он в порядке?

МакКензи неосознанно кивнул.

– Да, миссис Кэмпстор решила не заявлять на вас. Как и её муж. Что ваш коллега делал в их доме днём, вы знаете?

– Как я и говорила, мистер Кэмпстор попросил его о помощи. Как парапсихолога. Но его состояние вызвало у Энди обоснованное беспокойство.

– Сколько вы знакомы с Эндрю Алленом?

Вопрос застал меня врасплох. Я вдруг осознала, что не могу вспомнить, когда именно мы познакомились. Как будто Энди был в моей жизни всегда. Но это же не так.

– Слишком долго, – вздохнула я, изо всех сил пытаясь воскресить в памяти день нашего знакомства. Вечеринка на Хэллоуин лет десять назад? Нет, туда мы уже пришли вместе, даже в парных костюмах. Наверное, я встретила его сразу после переезда в Лондон, когда искала квартиру. – Больше десяти лет.

– Раньше он нападал на людей?

– Он и в этот раз не нападал.

– Миссис Кэмпстор солгала?

– Я думаю, она неверно истолковала произошедшее. У Стивена случился приступ. Энди оказывал ему помощь. Насколько я могла судить, миссис Кэмпстор тоже находится в нестабильном состоянии.

Констебль понимающе улыбнулся:

– Вы так назвали ее истерику?

Засветился его телефон. Он хмуро взглянул на экран.

– Ваш рыцарь на белом коне прискакал, – сообщил он. – И своего оруженосца забирайте. Я переговорю с констеблем Мёрфи, чтобы ограничился штрафом на первый раз. На вашей совести будет, если он снова сунется в тот дом.

Я залпом допила кофе. Как бы сильно мне ни хотелось выбраться отсюда, меня вдруг охватило волнение. Кажется, приятное. От предвкушения встречи с кем? С Энди или Томом? Или со свежим воздухом?

– Лана, – МакКензи внимательно посмотрел на меня. От обращения по имени я вздрогнула, почувствовав не просто формальность, а личную ответственность. – Я на полном серьёзе. Если что – я вас найду, – он продемонстрировал мне свой телефон.

– Спасибо, – я коротко улыбнулась. – Впредь постараемся осторожнее выбирать клиентов.

Констебль удовлетворённо кивнул и поднялся.

– Пойдёмте за вашими документами. Вдруг вы всё-таки самозванка.

Я невольно улыбнулась, выползла из-за стола, разминая затёкшие ноги, и последовала за ним, прихватив пустой стаканчик из-под кофе.

*Шери́ф Ву́ди (англ. Sheriff Woody) или просто Ву́ди – персонаж и один из главных героев франшизы «История игрушек».

* "I'm Gonna Be (500 Miles)" – песня, написанная и исполненная шотландским дуэтом The Proclaimers.

Глава 5

МакКензи убрал подписанные бумаги в стол и улыбнулся:

– Что ж, поздравляю, вы свободны. Мёрфи еще повозится с вашим другом, у него там писанины побольше. Но зато он согласился ограничиться штрафом и назидательным бубнежом в качестве предупреждения. Видите ли, у нас тут в Энфилде что-то вроде соревнования между районами – у кого статистика лучше. А уж азарта Мёрфи не занимать, это точно.

– Весело вам тут.

Томас остался ждать в машине, не желая создавать столпотворение в и без того тесном здании. Ночь у станции выдалась насыщенной: и мы, и эти подростки с пивом на теннисном корте… Сейчас стайка нетрезвой молодежи, заполнившая коридор, что-то яростно доказывала констеблю О'Харе. Судя по их препирательствам, она имела с ними дело не в первый, и, к сожалению, не в последний раз.

– Местная шпана, – пояснил МакКензи, заметив мой настороженный взгляд. – Сейчас загоню их в освободившуюся комнату. Посидят до утра, протрезвеют. Зато в беду не попадут.

– Прямо и ясли, и вытрезвитель в одном флаконе, – усмехнулась я. – Пожалуй, подожду Энди на улице.

***

Едва я вышла на улицу, ночной воздух колючками впился в кожу. Заприметив меня, Том вылез из машины. Вид у него был встревоженный.

Вот чёрт. Неужели он из тех, кто любит драматизировать?

Запахнув пальто поплотнее, я набросила на себя как можно более непринужденный вид. Пусть лучше считает меня рассеянной глупышкой, чем преступницей. В конце концов, доля правды в этом есть.

– Бога ради, прости, что пришлось тебя беспокоить, – начала я извиняться, подходя ближе.

– Стой. Значит, ты меня обманула? – в свете фар я увидела, как нахмурились его темные брови. – Я могу принять твою противозаконную деятельность, но ложь… – Он осуждающе покачал головой, отступая к машине. Только что языком укоризненно не поцокал.

Внутри меня похолодело. Его слова прозвучали как удар под дых – так же внезапно и ошеломительно.

– Я… что ты такое говоришь? – заикаясь, пробормотала я.

Его зеленые глаза сузились. Он снова подошел ко мне и остановился в шаге. Вместо бежевого пальто, в котором он был в ресторане, на Томе была стеганая серая куртка, но удушающий запах коньячных конфет остался прежним. В горле запершило. А под его сердитым, пристальным взглядом я, кажется, совсем перестала дышать.

– Разве ты уже забыла, с чего мы должны были начать? – тихо произнес он, и его губы тронула улыбка.

– Боже, ну и шуточки у тебя, – выдохнула я, прижав ладонь к груди. – Я уж решила, что моя двойная жизнь тебя отпугнула.

– Напротив, – Том подмигнул. – Моя девушка – опасная преступница, – он выдохнул эти слова мне на ухо, притягивая к себе. То ли от его теплого дыхания, то ли от того, что он назвал меня своей девушкой, по телу побежали мурашки.

Его губы коснулись уха, затем щеки, оставив на моей замерзшей коже ощущение обжигающего тепла. Я невольно отстранилась.

Мои ладони упирались в его грудь. Я чувствовала сквозь тонкий, колючий свитер гулкое биение его сердца. Размеренное, уверенное. Том стиснул меня в объятиях крепче.

– Ну так? Я заслужил награду от прекрасной леди, что я только что спас из пещеры дракона? – зелёные глаза блуждали по моему лицу.

– Ну, раз уж пришлось одолеть дракона, – улыбнулась я, стараясь скрыть нервозность. Его запах пьянил не хуже самого настоящего коньяка.

Мои пальцы коснулись его небритой щеки, словно давая разрешение. На лице Тома скользнула рассеянная улыбка, и его губы впились в мои. Ни следа нежности, лишь требовательный и напористый поцелуй. Том забирал награду, не давая мне выбора.

За секунды, показавшиеся мне вечностью, в голове пронеслась буря противоречивых мыслей: от "нельзя было этого допускать, ты ведь не какая-то дешёвка!" до: "ты семнадцатилетняя тобой гордится". Но громче всех был голос мамы: "Будь осторожна с ирландцами, с этими самоуверенными засранцами!" Мама всегда признавала их дьявольское обаяние, искрометный юмор, честность и доброту. Но добавляла с нажимом: "Беда в том, что они сами об этом прекрасно знают".

Шуршание шин въезжающей на парковку машины заставило меня отпрянуть. Щеки вспыхнули. Что за ночь! А поцелуй прямо перед полицейским участком – прямо-таки вишенка на этом несуразной торте.

– Спасибо за спасение, – прошептала я, отводя взгляд от Тома. Колени дрожали, сердце билось пойманной птицей, затылок пылал жаром. И дело было не только в адреналине. Внутри меня бушевал хаос из смущения, желания и… страха.

– Лана! – воскликнул женский голос, и я, все еще оглушенная, не сразу поняла, кто это. Рассеянно обернувшись, я увидела Рэйчел. В домашнем шоколадном костюме, накинутом поверх синем бомбере, с небрежным пучком на голове, она выпорхнула из такси.

– Ты что здесь делаешь? – удивленно спросила я, хоть и была до мурашек рада её видеть.

– Энди позвонил! – выпалила она. – Что за идиотизм? Они не имели права вас задерживать, они должны были… – Рэйчел начала возмущаться ещё дома, но не растеряла ни капли негодования, пока доехала сюда через весь город. Машинально обняв меня, она продолжала кипеть: – Сверить вас по базе или сопроводить к машине…

– Тише, тише, – успокоила я. – Все уладилось. Ждем Энди, и домой.

– Так вот он, – Рэйчел кивнула в сторону здания полиции.

Энди и МакКензи стояли у входа. Они курили и что-то обсуждали, время от времени бросая взгляды в нашу сторону. В темноте я не могла разобрать выражения их лиц.

– Это тот коп? Ему я уже все высказала в личных сообщениях!

– Теоретически, у тебя есть шанс повторить это лично, но, пожалуйста, не надо, – проговорила я, пытаясь привлечь внимание Энди. Внезапно я вспомнила о Томе. – Ах да, это Томас. Том, это Рэйчел, моя подруга.

Энди и констебль выбросили окурки и двинулись к нам.

– Разве вам можно покидать участок? – спросила я МакКензи, когда они приблизились.

– Не мог удержаться от удовольствия лично поприветствовать своего нового друга, – ог с усмешкой посмотрел на Рэйчел. – Так вот ты какая! Злая, как та белка, что пыталась оттяпать мне палец в парке. И что ты скажешь теперь?

Рэйчел, нахмурившись, скрестила руки на груди и вызывающе посмотрела на МакКензи.

– Всё еще мечтаете надрать мою задницу? Или, может, задницу Мёрфи? – он прикрыл рот рукой и доверительно добавил: – Не советую, он совсем обрюзг.

– Я вообще-то блогер, я могу "прославить" ваш участок на весь интернет.

– Не слушайте её, это в ней суши с вином говорят, – усмехнулась я.

– Да нам это не страшно, – насмешливо отозвался МакКензи.

– Энди напишет на вас жалобу, за неправомерное удержание! – продолжала сыпать угрозами Рэй.

– Всенепременно, – устало пробурчал Энди и пожал руку МакКензи на прощание. Тот ответил на рукопожатие и, прежде чем вернуться на станцию, подмигнул Рэйчел:

– Спишемся.

– Ну что, по домам? – Я заметила, что воздух заметно посветлел. Скоро рассвет. – Энди, знакомься, это Томас, наш сегодняшний спаситель. Прости, Рэй, – я нервно улыбнулась подруге, благодаря провидение за то, что она тоже здесь.

– Да, кстати, возвращаю, – Том перебросил Энди брелок с ключом от его Форда.

– Спасибо, – Энди кивнул, ловя ключи. Сумка скользнула с его плеча, но он успел перехватить ремень локтем. – Что ж, увидимся, – натянуто улыбнувшись, он обвел нас взглядом, избегая встречаться со мной глазами.

Уже было отвернувшись, он вдруг остановился и посмотрел на Рэйчел:

– Или хочешь со мной?

Подруга украдкой взглянула на меня. На её лице на мгновение появилось замешательство, но она быстро смахнула его широкой улыбкой:

– Вот уж с удовольствием! Такси нынче непозволительная роскошь.

– Ребят, мы вас подбросим до парковки, – Том приглашающе махнул рукой.

– Хочу голову проветрить, – Энди поморщился, приставив пальцы к виску и попятившись прочь с парковки. – Прогуляемся.

– Да, прогуляемся, – согласилась Рэй и обняла меня на прощание с таким выражением лица, что мне не понадобились бы субтитры, чтобы понять: жди звонка.

Провожая их потерянным взглядом, я почувствовала, как щемит в груди. Как отчаянно хочется крикнуть: "Подождите меня!" Как что-то тревожное ворочается внутри и твердит, что я не там, где должна быть.

Глава 6

То, что он принял за смерть, оказалось лишь беспамятством. Открыв глаза, Стивен пожалел о пробуждении. Лучше бы все закончилось тогда, быстро и без боли. А сейчас кошмар только начинался.

Что-то волокло его по земле. Стивен чувствовал спиной каждый острый камень, каждый грубый выступ. Он отчаянно цеплялся за стены, ломая ногти, сдирая кожу с подушечек пальцев. Пытался перевернуться, вырваться из хватки, но тот чёрный демон, – Стивен не сомневался, что это был именно он, – до хруста сдавил его лодыжку. Острые когти вонзились в ногу, и Стивен взвыл от боли.

Ослеплённый вспышкой боли, он не сразу понял, что помещение, куда его притащил демон, непривычно светлое для этого подземелья, состоящего из вечных сумерек.

Демон теперь стоял неподвижно и словно бы нюхал воздух. Его плоские ноздри двигались как у зверя, чувствующего свежую кровь. Лапа демона всё ещё сжимала босую ногу Стивена. Стив видел, как струится кровь из-под его когтей.

Место, куда он попал, было ещё хуже. Стены превратились в сюрреалистическое нагромождение зеркал. Разной формы, разного возраста и размера, они были не просто прикреплены к камню, а срослись с ним, стали его частью. Стив не мог понять, где заканчивается одно зеркало и начинается следующее. Границы между отражениями размылись, и он погрузился в бесконечный калейдоскоп искаженных реальностей.

Пятка врезалась в камень, выбив стон облегчения и боли одновременно. Демон отпустил его. Не теряя ни секунды, Стив отполз назад, судорожно перебирая руками и ногами. Но его спасение длилось лишь мгновение. В спину вонзились когти, мощные лапы рывком подняли его на ноги и потащили к одному из зеркал.

– Что тебе нужно?! – ноги Стивена повисли в воздухе, не касаясь холодного пола. Он отчаянно пытался ударить демона, но тщетно – не мог дотянуться.

Одна из огромных лап сдавила затылок, зафиксировав голову и насильно повернув лицом к зеркалу. В полумраке Стив увидел собственное отражение. Искаженное до неузнаваемости, пугающе неправильное. Если бы оно не повторяло его движения, он никогда бы не признал в этом изломанном, покрытом копотью уродце самого себя.

Стивен что-то бормотал от ужаса, не отрывая взгляда от своего сумеречного тела в зеркале. Он видел, как оно шевелит руками с пальцами, сросшимися в уродливый плавник, как на его плоском лице открывается и закрывается безгубый рот в беззвучном крике. Демон за спиной ухмыльнулся. Его отражение в зеркале, напротив, напоминало человеческое лицо, но лишь отдаленно. И было неясно, то ли оно стремилось к человеческому облику, то ли давно и безвозвратно его утратило.

– Лана, – прохрипел демон и узловатым черным пальцем указал на зеркало. Стив не сразу понял, что слышит его голос оттуда, из отражения. Здесь, в этом мире, сотканном из сумерек, он слышал лишь жуткий скрип, доносившийся из пасти твари, которой был чужд язык людей.

– Я не понимаю, – отчаянно мотал головой Стив, шаря глазами по зеркалу в поисках хоть какой-то подсказки. И вдруг узнавание кольнуло его куда-то в грудь. Зеркало! Это было их зеркало. То самое, что чудовищной громадиной возвышалось в прихожей его дома. Стив увидел фрагмент медной рамы там, где камень еще не успел поглотить ее целиком.

– Я её чую, – прохрипел демон. – Она рядом.

Он по развернул Стива к себе как тряпичную куклу, с любопытством хищника изучая его лицо. Пасть демона приоткрылась, и серый язык скользнул по острому частоколу зубов.

– Мне нужен твой язык, – раздалось по ту сторону зеркала.

Стив рефлекторно обернулся на голос и столкнулся со своим отражением – одинаковым безумным взглядом. В зеркале получеловек, стискивающий его шею, протянул лапу к его лицу. Стивен почувствовал, как когти царапают щеки, корявые пальцы тянут челюсть вниз. Он отчаянно задергал ногами, вцепился в чёрную руку демона, раздирая плотную кожу до красного мяса, но тот даже не дрогнул. Острый коготь проник в рот, и почти сразу горло Стивена наполнилось кровью. Демон разжал пальцы, и Стив рухнул к его ногам, заканчивающимся копытами.