Солнце падших часть первая. Хроники Земли: Восхождение

— И кем же был в земной жизни Оранло Алгийский? — улыбнувшись, спросил я.

— Оранло Алгийский родился в синем пламени, — медленно процедил он, словно сквозь зубы. — А кем была душа, давшая мне силу, я не знаю. И никто не знает.

— Стало быть вы не помните прошлую жизнь, — задумчиво произнёс я.

— Помнит ли птенец жизнь червя, которого ему принесла мать? — спросил Оранло. — Запомни, Избранный, душа не перерождается в демона, а становится пищей для новорождённого.

Зов камня усиливался с каждым шагом. В какой-то момент это стало похоже на поле бесконечной, почти осязаемой энергии, в которой я двигался, будто в сиропе. Мои чувства были обострены до предела. Ангелы чудились мне за каждым кустом, облаком или холмом. Солнце казалось всевидящим наблюдателем, ни на секунду не отводящим взгляд.

Я поднялся на высокий холм и притаился за одиноко растущим деревом. Передо мной была небольшая крепость, выглядевшая как город ангелов в миниатюре — белые мраморные стены без единого изъяна и золотые крыши. Не хватало лишь шпиля, гордо пронзающего облака, и огромных ворот. Вдоль периметра ходили патрули ангелов в броне из начищенной до блеска стали. Под их ногами роились золотые искры, будто верные сторожевые псы.

Патрули сменялись каждые два часа. Всего было две группы по двое стражей. Они двигались по часовой стрелке навстречу друг другу с противоположных сторон крепости. Почти на пять минут каждая сторона оставалась без охраны. Единственной сложностью было полное отсутствие входа. Всё это я внимательно документировал в своём блокноте.

— Высота стены метра три, — задумчиво бормотал я себе под нос, рисуя схему на пустой странице. — Если влить достаточно энергии в ноги, то в теории у меня получится прыгнуть на такую высоту.

— Но если ты не допрыгнешь, то придётся быстро скрываться в чистом поле, — прошептал Оранло, будто стоя у меня за спиной.

— Да, — я прикусил кончик карандаша. — Три минуты уйдут на то, чтобы добежать и совершить прыжок. Времени на обратный путь не хватит. Так что придётся отступить на Землю в случае неудачи.

— Сосредоточься на миссии, — сказал Оранло. — Руну перемещения я произнесу твоими устами в случае опасности.

— Мне не нравится, что ты можешь использовать моё тело, — мрачно буркнул я.

— Считай это дополнительными рефлексами, — меланхолично ответил демон.

Я встал в позу бегуна на старте. Энергия из моего сердца медленно перетекала в ноги. Мышцы пропитывались магией, набухая и нагреваясь. Кожа натянулась, выделяя рельеф и набухшие вены. Стопы закололо тысячами иголок. Суставы хрустнули от напряжения. Всё моё тело превратилось в туго скрученную пружину, готовую вот-вот взорваться.

Как только белые крылья стража скрылись за углом, я рванул. Земля вылетела из-под моих ног, а ветер отвесил звонкую пощёчину. В голове тикали стрелки воображаемых часов, и чем меньше у меня оставалось времени, тем громче они отдавались эхом внутри черепа. Напряжение магии камня росло. Оно пробивалось в мой разум, словно микроскопические разряды тока, заставляя сердце биться чаще.

У самой стены шаги стали длиннее, набирая необходимую инерцию. Часы в голове отбили уже четыре минуты. Мышцы впитали свой максимум. Кожа разошлась, словно перекаченный футбольный мяч. Прыжок. Тело оторвалось от земли. Время будто замедлилось. Я уже увидел внутренний двор, когда стена предательски оказалась выше, чем казалось. Ногти царапнули золотую крышу стены, и я с громким хрустом врезался в мрамор. Голова крепко приложилась о камень, мир раздвоился. И в этой суматохе нож будто сам скользнул мне в руку и вонзился в гладкую поверхность.

Энергия мгновенно перетекла из ног в руки. Я не мог ни о чём думать, кроме тошноты и тридцати секунд, которые оставались у меня в запасе. Кровь стремительно отливала от рук. Пальцы работали на чистой воле. Секундная стрелка неумолимо приближалась к смертельной отметке.

— Руна огня, — внезапно вырвался из моего рта рычащий голос. На мраморной стене вспыхнул огненный рисунок. — Ал, Си, Ве, Ге…

— Стой, — мой собственный голос оборвал прочтение и знак исчез, а камень мгновенно зажил, словно живая плоть. — Есть идея.

Поток энергии ворвался в сердце, заставляя его активнее прокачивать кровь. Вены на лбу взбухли от возросшего давления. Я снова почувствовал свою руку. Глубокий вдох, короткий выдох. Резкий рывок — и в тот момент, когда сияющие доспехи появились из-за угла, моё тело перелетело стену и грузно упало в мягкую траву.

Грудь высоко вздымалась, пытаясь поглотить как можно больше воздуха. Высокая трава почти полностью скрыла меня. Я не слышал шагов за стеной и надеялся, что стражи не слышат моего тяжёлого дыхания. Но внутри могли быть ещё ангелы. Раньше до меня доходили отголоски их магии, словно одинокие снежинки, падающие на кожу. Но в такой близости от камня его энергия перебивала все посторонние шумы, будто резонируя от стен и усиливаясь.

Едва шум в ушах снизился, я прислушался. Шелест травы на ветру, лёгкий скрип золотой черепицы, далёкий щебет птиц и, самое главное, никаких шагов или разговоров. Я аккуратно привстал и смог, наконец, разглядеть строение.

Оно сильно напоминало земную церковь. Но здесь не было ни одного окна. За огромными витражами, на которых были изображены детальные сцены из быта ангелов, скрывались лишь очередные мраморные стены. Здание было выполнено из того же камня, в котором не было видно соединений, будто оно было вырезано из цельного куска. На входе не было дверей, лишь огромная арка, ведущая в тёмный коридор.

Звук моих шагов отражался от стен гулким эхом, как бы я ни старался идти тише. Глаза быстро привыкли к темноте. Мрамор источал почти потустороннее синеватое свечение в абсолютном мраке. И чем ближе к камню я был, тем более явным оно становилось. В моих ушах слышалось биение сердца и скрип зубов демона. Коридоры петляли, словно лабиринт, по которому гулял сквозняк, пробирающий до самых костей.

За очередным поворотом оказался огромный светлый зал. То самое сияние, которым был пропитан мрамор, исходило от чего-то на центральном пьедестале. Оно было настолько ярким, что на мгновение я потерял способность видеть. Но стоило мне чуть-чуть проморгаться, как я понял — это он.

Камень замер в воздухе. Его идеальные грани отражали пространство вокруг, но словно в искажённом виде. Зал казался заполненным водой. В какой-то момент мне даже почудилось, что лёгкие заполняет жидкость. Внутри камня пульсировал свет. Он был похож на трепещущее сердце, то ускоряясь, то замедляясь. Мой разум требовал завладеть этим светом, сделать его своим, подчинить. Рука тянулась к нему. Кончики пальцев уже чуяли эту энергию. Сердце пропустило удар в предвкушении. И вдруг что-то ударило меня словно током со спины.

Боль пронзила каждую клетку, каждый нерв, выжигая мозг калёным железом. Дыхание остановилось. Перед глазами вспыхнул белый свет. Хотелось кричать, но сведённое спазмом горло отказывалось рождать звуки. Каждая мышца в моём теле сжалась. Кости жалобно хрустели от давления собственной плоти. Казалось, глаза вот-вот вытекут.

Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Боль ушла. Но зрение так и не вернулось. Ослепляющая белизна стояла перед глазами. Но что-то было не так. Я больше не чувствовал энергии камня. Вообще никакой энергии. Даже собственной. Сердце забилось сильнее. Взгляд упал вниз, и я увидел собственное тело. Руки, ноги, туловище были здесь. Но где это здесь? Это место представляло собой чистейшее белое пространство. Оно казалось мне бесконечным во всех направлениях.

— Оранло, где мы? — мой голос практически утонул в пространстве. — Оранло? Ты слышишь меня? Ты здесь, чёрт побери?!

Демон молчал. Более того, я чувствовал пустоту внутри себя. Будто нечто вырвало часть меня, оставив огромную кровоточащую рану. Впервые за долгое время мой разум принадлежал мне одному, и впервые я не хотел этого. Я сделал шаг, ноги предательски дрожали, были ватными. Звук шагов тонул в белизне, доходя до меня, словно из глубокой бочки.

Сколько бы я ни шёл, пространство не менялось. Оно давило на меня, будто пытаясь сломать. Паника сжимала горло. Это была тюрьма. Но не из железобетонных стен с маленьким зарешёченным окошком, а из ничего. Магия в груди молчала. Попытка вызвать хоть искру отдавалась страшной болью, настолько сильной, что глаза застилала красная пелена.

Время здесь не ощущалось. Я долго шёл вперёд, пока ноги не начали ныть. Но сколько длилось это «долго»? Полчаса? День? Неделю? Казалось, я провёл в этом месте несколько жизней. Мысли путались. Слова превращались в бессвязную белиберду. Даже ощущение собственного тела растворялось в этой белизне.

Вдруг на горизонте появилась едва заметная чёрная точка. Но даже так она сильно выделялась на фоне белого пространства. Я прибавил шаг. Затем перешёл на бег, несмотря на дикую боль в ногах. С каждым метром точка росла, пока передо мной не возник идеальный прямоугольный монумент, выполненный из чёрного стекла. От его ровной поверхности отражался свет, которого не было. Он выглядел настолько неестественно для этого места, что я усомнился в своём рассудке.

Я медленно обошёл его, вглядываясь в ровные грани, и тут моё сердце замерло. Внутри, будто запечатанным в стекло, стоял… я. Но одновременно он был кем-то другим. Лицо гораздо старше, грубее, с небольшим шрамом, пересекающим глаз и разбивающим бровь надвое. Вместо небрежной причёски — короткая строгая стрижка. За его спиной было два огромных кожистых крыла, полыхающие чёрным пламенем. Жар от них чувствовался даже сквозь стекло. А его глаза. Это были мои голубые, сапфировые глаза, но в них чувствовалась тьма. Она проникала в меня, пыталась подавить. Он смотрел на меня, не моргая. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Наконец-то ты пришёл, — произнёс он моим голосом, но грубее.

— Кто… Кто ты такой? — мой голос дрожал, как у ребёнка.

— Ты ведь уже понял. — Мне показалось, что он ухмыльнулся. — Я это ты, но из другого времени. Когда-то я стоял на твоём месте и когда-то ты встанешь на моё.

— Но это невозможно, — прошептал я.

— Денис, вскоре ты поймёшь, что для тебя и твоей силы нет ничего невозможного, — его голос смягчился на мгновение, чтобы через секунду вновь стать грубым. — Ты поможешь мне выбраться отсюда.

— Почему ты думаешь, что я буду тебе помогать? — я посмотрел ему в глаза и тут же отвёл взгляд. — Вдруг ты обманщик.

— Потому что если ты промедлишь ещё немного, то твоё тело умрёт, — в его голосе не было угрозы, но было предупреждение.

— Прежде чем согласиться, я хочу кое-что знать, — сказал я максимально холодным голосом, на который был способен. — Во-первых…

— Ты не понял, Денис, — медленно процедил он. — Ещё минут пять, и мы останемся здесь на всю оставшуюся вечность. Ты должен помочь мне выбраться.

— Хорошо, — только и смог выдавить я. — Что мне нужно делать?

— Просто дотронься до стекла, — он кивнул на поверхность перед собой.

Я посмотрел на него, пытаясь найти хоть одну причину ему не поверить. Их не было. Впрочем, как и тех, которые вызывали бы доверие. Моя рука коснулась монолита и в этот же момент боль пронзила тело. Стекло начало стремительно таять, подобно льду в жаркий день. Оно перетекало на меня, обжигая кожу, словно кислота. Я упал на колени, крича от боли, практически теряя сознание.

— Видишь ли, Денис, — продолжал он как ни в чём ни бывало. — Попав в этот мир — тюрьму душ — ты лишился физического тела, в том числе магического сердца и всей магии. Но это привело к тому, что твоя душа стала своеобразной чёрной дырой, поглощающей всякую магию, в том числе проклятия.

— Ты обманул меня! — выкрикнул я, чувствуя, как силы покидали меня.

— Я спас тебя, — рассмеялся он. — В отличие от тебя, я попал сюда физически. Я даже дам тебе бесплатный совет — они лишь куклы, а кукол невозможно убить, их можно лишь сломать.

Наконец он освободился из плена. Сквозь слёзы я смотрел, как он медленно шагал вперёд, разминая суставы. Его крылья расправились, и тёмное пламя будто пожрало свет вокруг себя. Расплавленное стекло всё сильнее обволакивало меня. Острая, нестерпимая боль выжигала мою кожу настолько сильно, что даже крик не мог родиться. Другой Денис посмотрел на меня через плечо и опустился на одно колено. Его руки легли на пол. Он что-то прошептал, но сквозь шум собственной крови в ушах я не услышал. По пространству пошла заметная дрожь. Белизна внезапно треснула, словно зеркало, и я почувствовал, как этот мир вышвырнул меня вон.

Сначала мне показалось, что белое пространство стало синим. Но чем активнее я моргал, тем отчётливее понимал, что смотрю на небо. Солнечные лучи грели кожу, а трава мягко колыхалась вокруг меня. Воздух пах цветами и железом. Голова раскалывалась, будто кто-то изнутри бил по черепу молотом. Тяжёлой рукой я дотронулся до груди и почувствовал знакомое шевеление.

— Оранло, — связки были намертво высушены. — Ты здесь?

— Избранный! — голос демона звучал как никогда счастливо. — Ты вернулся! Я думал, что погибну в этом отвратительном месте.

— Что произошло? — я сел и огляделся вокруг, изумрудные луга, редкие деревья вокруг на многие километры.

— Как мы и думали, — мрачно начал Оранло. — Это была ловушка. Они накинули на тебя какую-то сеть и в тот же момент твоя душа исчезла из тела. Ангелы долго обсуждали, что с тобой делать, в итоге их командир приказал отнести тебя подальше. Один из них пронзил твоё сердце. Мне удавалось поддерживать в тебе жизнь все десять дней, но ещё немного и всё было бы кончено.

— Десять дней, — прошептал я, трогая новый шрам на груди. — В том месте время ощущалось иначе.

— Давай, наконец, выберемся из этого места, — нетерпеливо сказал демон. — Вот знаки для возвращения.

— Нет, — грубо отрезал я. — Камень всё ещё там. Его энергия чувствуется даже отсюда. Они не знают, что мы живы, в этом будет наше преимущество.

— Смело, — усмехнулся Оранло. — Но бесполезно. Ты и сам должен это чувствовать — энергия камня пульсирует, он уже начал разрушаться, мы просто не успеем дойти до него. Это бесполезно.

— А что, если не идти, а полететь? — вдруг осенила меня мысль.

— Полёт? — удивился демон. — Это было бы возможно, будь у тебя крылья.

— И как их получить? — ему явно не нравилось направление моих мыслей.

— Молодые демоны смешивают энергию с плотью, чтобы отрастить крылья, — сдался Оранло. — Но здесь есть подвох. — Но здесь есть подвох. Всё зависит от тебя, и попытка всего одна. Если у тебя не выйдет, то ты навсегда лишишься возможности взмыть в небо.

— Была ни была, — прошептал я. — Крылья.

Я представил кожистые крылья, как у Оранло, но в голове вдруг возник образ Дениса из будущего. Жар вспыхнул в спине. Кости ломались и перемалывались, преодолевая сопротивление плоти. Мышцы перестраивались, а суставы выворачивались под неестественным углом. Боли не было, лишь ощущение чего-то инородного, лезущего под кожу. Тяжесть за спиной быстро нарастала. Что-то всё сильнее загораживало лучи солнца. Вдруг всё закончилось. Я открыл глаза и обернулся. За спиной на ветру развивались два огромных, чёрных, как сама ночь, крыла. На кожистых перепонках вспыхивали редкие языки тёмного пламени, которые словно пожирали свет вокруг себя. Их вес приятно оттягивал назад, а жар слегка обжигал кожу, напоминая, что это — моя собственная сила.

— Неожиданно, — в голосе Оранло прозвучало неподдельное уважение. — Отринь весь страх, Избранный, и попробуй взлететь.

Крылья двигались, будто всегда были частью меня. Я сделал первый, неловкий взмах и ноги оторвались от земли. Деревья, реки, холмы — всё осталось внизу, отдаляясь с каждым новым движением. Холодный воздух бил в лицо, заставляя глаза слезиться с непривычки. Ландшафт проносился подо мной. Полёт был для меня чем-то естественным, будто способность летать родилась вместе со мной. Я чувствовал себя по-настоящему свободным, по-настоящему живым, будто вся жизнь до этого момента была лишь страшным сном.

Строение ангелов показалось слишком быстро, не успел я насладиться небом. Энергии ангелов-стражей не чувствовалось. А вот камень излучал всё более сильную ауру с ускоряющейся пульсацией. Времени на осторожность не осталось, и я приземлился прямо возле входа. Крылья исчезли, практически полностью исчерпав мой запас энергии. Но их призрачное присутствие осталось со мной, словно обещание, что они вновь явятся на мой зов.

Залы лабиринта пульсировали светом в такт камню. Здесь было гораздо светлее, чем в первый раз. Камень воды не просто звал, он молил о том, чтобы я забрал его, пока отведённое ему время в этом мире не закончилось. Я бежал по коридорам, ведомый его голосом. Казалось, что каждая секунда может стать решающей.

Вдруг я увидел две пары белых крыльев. Они услышали мои тяжёлые шаги и синхронно обернулись. Их безупречные лица, словно вырезанные из мрамора маски, не выражали эмоций, лишь решимость остановить меня. Ангелы потянулись к мечам на поясах. Холодная пульсация камня вытесняла всякие сомнения.

Рука нащупала нож в кармане без команды мозга. Я сделал рывок вперёд. Лезвие само раскрылось, озаряя пространство вокруг выжженной руной. Ужас сковал моё сердце, но воля была непоколебима. Нож сверкнул — одно резкое движение, и первый ангел рухнул на мраморный пол. Рубиновая кровь фонтаном брызнула из раны на горле. Второй попытался ударить меня мечом, но я схватил его за предплечье и вонзил клинок прямо в сердце. Холодные глаза вспыхнули на мгновение, чтобы навсегда закрыться.

Два ангела лежали на полу, пока их ярко-алая кровь пропитывала белоснежные крылья. Их лица не изменились, лишь потухли светящиеся глаза. Они не выглядели мёртвыми. Но и до этого не выглядели живыми. Они напомнили мне…

— Куклы. Кукол невозможно убить, их можно лишь сломать, — прошептал я, чувствуя, как внутри меня что-то оборвалось, но тут же пришло странное, пугающее облегчение — будто я утолил мучивший меня голод.

Сильный поток энергии вернул меня в чувство. Камень умирал. Я побежал дальше, оставляя за собой кровавые следы. В том самом зале он висел в том же месте, но его грани уже не выглядели идеально. Ядро внутри него билось, как сердце, готовое остановиться. С каждым ударом по камню расходились трещины. Вдруг над головой что-то просвистело.

— Ты выжил, Денис из дома Кравцовых, — послышался знакомый холодный голос. — Даже несмотря на заточение, даже не смотря на рану, которую я нанёс тебе. Более того, помимо смрада крови из твоего мира, теперь от тебя исходит запах крови моих братьев.

— Уйди с дороги, Дерлан, — нож вновь вспыхнул у меня в руках. — Или и твоя кровь окропит этот клинок.

— Убить ангела — смертный грех, попытаться убить архангела — чистое самоубийство. — Впервые я увидел улыбку на его лице.

Крылья за его спиной рванули, и он бросился на меня, намереваясь закончить битву одним ударом. Жар обдал кожу, когда мои крылья проявились. Они пожирали свет камня, скрывая меня в тенях. На мгновение он потерял меня. Я поднялся под потолок.

— Руна воды, Ал, Си, Ве, Ге, Зу! — крикнул я, бросаясь вниз.

Под камнем появилась бесцветная руна. Архангел поднял меч, и от него сорвался ослепляющий луч света, разрывающий тьму. Вслепую, ведомый лишь зовом энергии, я спикировал. Пальцы сомкнулись на камне. Холодная энергия ворвалась в моё тело, расходясь бурным потоком по венам. Руна подо мной вспыхнула, и мир треснул в ледяной вспышке.

ГЛАВА 7

Новые тени старой жизни

Свет на мгновение озарил ночное небо, словно удар молнии. Я завис в воздухе над знакомыми серыми крышами, сжимая пустую ладонь. Камень воды исчез, растворился внутри меня. Его ледяная энергия всё ещё чувствовалась осадком на венах. Она боролась с уже ставшим привычным жаром огня в груди. Перед глазами плясали синие искры — отголоски той самой вспышки. Пламя в крыльях едва теплилось, а глаза медленно наливались свинцом.

Как только ноги мягко коснулись земли, крылья исчезли, оставив за собой лёгкий запах серы. Внутри меня была буря. Новая сила конкурировала со старой. Лёгкие жгло, будто они вдохнули жидкого азота.

— Сейчас грудь разорвёт, — прохрипел я, задыхаясь.

— Потерпи, — почти по-отечески сказал Оранло. — Твоё тело адаптируется к новой силе, а внутри магического сердца растёт камера для новой силы. Скоро всё пройдёт.

Тело будто стало сосудом, наполненным до краёв. Чудилось, что если я сделаю лишний шаг, то сила вырвется из-под контроля. Но с каждой секундой становилось легче — не потому, что сила исчезала из сосуда, а потому, что он становился глубже. Спустя несколько минут я снова мог вздохнуть полной грудью. Но тяжесть никуда не делась.

Подъездная дверь встретила меня ленивым морганием домофона. Стальная ручка двери приятно холодила руку. Я слегка потянул её на себя и магнит расцепился с сухим хрустом, недовольно звякнув металлом. Лишь проходя во мрак подъезда, я вспомнил про ключи, слегка оттягивающие карман.

Дома я старался не шуметь, хоть и знал, что под действием руны контроля мама не проснётся. Даже в кромешной тьме я видел в зеркале заляпанную травой, грязью и кровью одежду. Я зашёл на кухню, налил себе стакан молока из холодильника и обессиленный рухнул на стул. Холодное бурление в груди не давало мне покоя, словно разыгравшаяся изжога. Оно перебивало чувство усталости, не позволяя мне найти покой.

— Это и есть магия воды, — я посмотрел на свои руки, по венам растекалась энергия, подобная холодному току. — Как же ей управлять?

— Вода своенравна, я чувствую это, — задумчиво отозвался Оранло. — Это не огонь, который уважает лишь силу. Это магия иного мира. И в тебе сейчас одновременно энергия Ада и Рая. Для меня это в новинку, как и для тебя. Попробуй применить её.

— Применить, говоришь, — задумался я. Вода в первую очередь ассоциируется у меня с чистотой, а я как раз выгляжу, будто только что вылез из могилы. — Очищение.

Холод в груди ожил. Энергия, не похожая на стремительный огонь, всё время пыталась выйти из-под контроля. Мне пришлось приложить неоправданно много сил, чтобы удержать магию. По телу словно побежали ручьи, рождающиеся прямо под кожей. Синяя энергия медленно окутала меня с ног до головы. Чувствовалось, как она проникает в каждую щель, забирая грязь и исчезая, словно призрак. Одежда засияла, как новая, следы моей вылазки исчезли вместе с туманом, оставшимся от магии. Однако кожа осталась липкой, пахнущей железом и потом.

— Контроль всё ещё слабый, — задумчиво сказал Оранло. — Ты ещё не приспособился к капризам этой стихии.

— Мы отправились в иной мир, чтобы добыть камень и улучшить мой контроль магии, — прошипел я, чувствуя, как раздражение перекрывает усталость. — Несколько раз я чуть не погиб. Мне пришлось убивать, — перед глазами встали лица ангелов. — А ты говоришь мне, что контроль стал только хуже?

— Не хуже, а сложнее, глубже, — спокойно ответил демон. — И, постигая новые вершины, ты сможешь обрести истинное могущество.

— Достаточно, — отрезал я. — На сегодня с меня хватит. Пойду помоюсь и лягу спать часов на сорок.

Словно заворожённый я смотрел, как вода медленно наполняла ванну. Здесь она была покорна — начинала течь, стоило мне открыть кран, и оставалась там, куда я её налил. Почему же со мной не так? Чистая одежда упала на пол, и я, наконец, погрузился в тёплую воду. Свежие шрамы напомнили о себе, слегка ущипнув болью и оттянув кожу. Грязь быстро отходила от меня, превращая ванну в зловонное болото. Однако каждые несколько секунд вода снова становилась прозрачной. Так повторялось, пока кожа не стала более-менее чистой. Мне казалось, что магия играет со мной, дразнит или даже издевается, проверяя на прочность. Я смотрел на это с раздражением, чувствуя, как холод внутри меня пульсирует, подобно сердцу.

Голова легла на край ванной, плечи опустились под поверхность. Магия стала частью меня, крепко срослась со мной. Сначала было интересно и даже весело, но с каждым днём сказка превращалась в кошмар, от которого невозможно было ни проснуться, ни спрятаться. До сих пор я смотрю на свои руки и вижу на них пепел, смешанный с кровью.

Рука нащупала шрам на груди. Сердце на мгновение замерло. Смерть была настолько близка, что иней от её ледяного дыхания до сих пор не испарился с затылка. Всё произошедшее казалось мне не более чем удачей. А что если в следующий раз она отвернётся от меня? По телу прошла едва заметная дрожь. Вода передо мной завихрялась и перемещалась, следуя за моим пальцем. На лице незаметно для меня самого появилась лёгкая улыбка, а в голову пришла идея.