Братство Хроникёров. Адваллор

Синие стёганные доспехи с ромбической прострочкой, немного лоснящиеся и местами залатанные: халат, штаны с кожаными накладками на коленях и шапка, из-под которой выбивались светлые волосы, – выдавали в нём хоть и начинающего, но уже имевшего опыт сражений воина. Впрочем, котомка на левом плече; типичные, невысокие чёрные кожаные сапоги, закрытые шоссами19[1]; длинный меч без щита, – также были условным стандартом для непрофессиональных воинов Сандории. Наёмники обеспечивали себя сами, и малацинести на фоне многих из них выглядел более чем достойно.

Несмотря на то, что мужчина лишь несколько минут назад добрался до города, он уже уверенно шёл к местному лорду-протектору. Уточнять дорогу не пришлось, многие крупные города Сандории строились примерно одинаково, и Гвинлэн не был исключением. Кроме того, элери был в этом городе не в первый раз.

Единственное здание Военной Гильдии, больше похожее на донжон, заметно выделялось на фоне других построек. Даже недавно возведённая для местных магов башня выглядела не так внушительно и заметно. С крепости военных почти до земли спадали вывешенные за стены широкие белые полотнища с изображениями герба Сандорской Империи: двух скрещённых наподобие буквы «Л» копий, шейки которых сверху вниз пересекала, усыпанная зелёными листьями, разлапистая ветка лэ́влина.

Когда малацинести подошёл ближе, здание оказалось ещё больше, чем представлялось вначале. От него веяло надёжностью и неприступностью. Сквозь прутья массивной опускной решётки, закрывавшей проход, можно было без труда разглядеть небольшой внутренний дворик, по которому туда-сюда ходил чем-то раздосадованный сварн в зелёной хламиде. Он постоянно поправлял белую шапочку и активно жестикулировал, будто доказывал невидимому собеседнику нечто важное.

Немногим левее входа красовалась новёхонькая бочка, на крышке которой лежал черпак с длинной ручкой. Прямо перед ней восседал холёный рыжий пасюк, вцепившийся обеими лапами в небольшое яблочко. Грызун неторопливо трапезничал, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Даже толпа посетителей, проявлявших явное недовольство тем, что их отказываются пропускать, не воспринималась наглой крысой как возможный источник опасности.

Два протектора, закованные с головы до пят в сверкающие на утреннем Аргони́се латы, покрытые коричневыми плащами-нарамниками с гербами, стояли рядом с бочкой. Военные были вооружены парадными эспонтонами20[1], на плоских лезвиях которых поблёскивали покрытые золотом тиснения с изображения герба. Под наконечниками висели цветные кисточки из шнурков и точно такие же были подвязаны на поясных ремнях стражей, являясь в первую очередь зна́ком различия, нежели украшением. Со стороны всё это выглядело довольно комично и создавалось впечатление, что почётный караул охраняет то ли бочку, то ли покой крысы, но никак не проход в крепость.

Посетители, так ничего и не добившись, разошлись кто куда. Четверо лорцев, с неприязнью поглядывая на военных, на ходу принялись громко обсуждать, что им стоит делать дальше. Проходя мимо малацинести, один из мужчин бросил сочувствующий взгляд в его сторону и хмыкнул:

– Дохлый номер!..

– Посмотрим, – сухо ответил элери, шмыгнул носом и поправил шапку.

Тем временем, перед входом остался только один посетитель. Судя по белому плащу с золотой вышивкой, мужчина был из рода саности. Он терпеливо ждал, пока ещё один страж, уперев руку в бок чуть выше ножен с мечом, изучал письмо. Похоже, что третий военный не был караульным. На его поясе висела широкая медного цвета кисточка, в то время как у тех двоих, замерших у бочки, были довольно простые узкие: красная и жёлтая. Саности же на первый взгляд казался новичком, как и подумал малацинести, бегло оглядев собрата из Второго Народа. Новенькая стёганка (обычный короткий гамбезон21[1]чуть ниже бёдер); подвязные стёганные шоссы поверх штанов; начищенные до блеска сапоги; на правом бедре длинный колчан с кожаным клапаном (и всё белого цвета, чистенькое такое); стрижка короткая – прямо примерный мамин наёмник. Но, приглядевшись, малацинести изменил своё мнение. Пугающее обилие красных точек, покрывающих наполовину торчащий из чехла длинный лук, явно свидетельствовало о его активном и успешном использовании.

Малацинести медленно выдохнул, набираясь решительности, и подошёл к караульным.

– Здравствуйте! Чем могу помочь? – громко спросил военный с красной кисточкой.

Не смотря на то, что нижняя часть клювастого забра́ла шарообразного шлема22[1]была похожа на решето, голос звучал приглушённо. Для себя же наёмник подметил отменную дикцию говорившего.

– Моё почтение, уважаемые протекторы! Я только что прибыл в город и ищу работу, – ответил он, учтиво кивая. – Вам бы пригодился воин из дружественного народа?

Элери будто почувствовал изучающий взгляд цепких глаз, скрывавшихся за прерывистой линией узких смотровых щелей в забрале.

– Мы всегда особорады малацинести, но сейчас для наёмников работы нет. Вчера прибыл гонец из Лоринеста. Там нужна помощь.

– Из Лоринеста?! Я только что оттуда! – опешил элери, сдерживая разочарование. – Десять дней назад им никто не требовался.

– Рядом со старой таверной открылась Лига Искателей. Управляющий раздаёт задания всем. Даже тем, кто не в гильдии, – послышался грубоватый голос другого стражника, на поясе которого висела жёлтая кисточка.

Он небрежно приоткрыл крышку бочки и сунул в неё черпак. Лучи Аргониса отразились от гладкой поверхности шлема в лицо малацинести.

Элери прикрыл глаза ладонью:

– Спасибо. Значит, есть надежда. Хоть в чём-то повезло.

Первый стражник легко толкнул второго в плечо и осуждающе шепнул:

– Подождать не мог?

– Субординация где? – возмутился жёлтый, после чего со словами «Наёмник поймёт», прислонил оружие к стене, быстро поднял забрало и приложился к черпаку. Утолив жажду, он резко тряхнул головой.

После негромкого лязга стражник ткнул ковшом в грудь напарника:

– Пей пока возможность есть.

Тот повернул голову в сторону третьего, который до сих пор изучал письмо, наполнил черпак и отвернулся к стене.

– Только не перепутайте Лигу с таверной, а то её персонал уже бесится, – сообщил жёлтый и, тихо посмеиваясь, добавил, – У таверны на вывеске салатовый вепрь, у Лиги – цвета зелёной мяты.

– Ерунда какая-то, – пробормотал красный, кладя черпак на крышку бочки. – Поди различи…

– И в чём смысл такой затеи? – искренне удивился малацинести.

– Да кто его знает, – усмехнулся второй. – Больше работу искать негде. Дорогу знаете?

– Вспомню, – уверенно ответил элери и грустно добавил. – Был здесь пару лет назад.

– До Волны ещё, – с тоской произнёс красный.

– Задолго, – кивнул головой малацинести.

– Хорошее время было…

– Спокойное и тихое, – согласился наёмник. – Сказал бы мне кто, что воевать будем, и такие изменения в мире произойдут – не поверил бы!

– Меня вообще убили! – неожиданно присоединился к разговору посетитель в белом.

– Что?! – удивились оба караульных под неодобрительное цоканье медного.

– Кавалеристы энтаров меня разрубили, когда напали на Иеллэ́, – пояснил саности. – После этого в живых осталось, в лучшем случае, несколько тысяч.

– А, – догадался красный. – Они-то Вас и оживили.

– Нет. Их всех захватила и увела на Сандорию армия Лейхеля. Я не знаю кто нас спас. Меня убили в поселении, а потом я очнулся недалеко от святых озёр, весь в крови.

– Интересно, – протянул жёлтый.

– Да, – согласился лучник и, ненадолго замолчав, добавил. – Тот, кто воскресил нас в тот день – дал нам шанс на новую жизнь и за такой шанс стоит быть благодарными. Мы решили каждый год в день воскрешения приносить дары и чтить неизвестного спасителя.

– А мне бы хотелось знать, ктопобедил этого поехавшего Лейхеля, – серьёзным тоном произнёс медный, не отрываясь от чтения письма саности. – Такой воин сейчас бы очень сильно пригодился.

– Кстати, – оживился наёмник. – В Лоринесте ходит слух, что это мог быть кто-то из Богов. Из тех, кто любил приходить посмотреть на наш мир.

– Не удивлюсь, если это правда, – спокойно ответил саности, печально рассматривая наёмника. – Повезло же вам, местным! А мы теперь на кукол из фарфора похожи… или на чашки…

– Ну да, конечно, – хмыкнул малацинести. – Повезло? У нас часть леса вывернуло с корнем. В городе почти все башни посшибало, а треть города разнесло в щепки!

– Не самая высокая плата за родной цвет кожи, – не согласился элери. – Прости, не назвался. Элано́л. Я один из егерей саности.

– Валени́л, – представился малацинести, косясь на неожиданно потерявших к ним интерес стражников. – Тоже ищешь работу?

Лицо саности с мягкими чертами выражало плохо скрываемое раздражение. За несколько надменной улыбкой пытались спрятаться легко читаемые боль и разочарование. Светло серые, почти белые, глаза заскользили по Валенилу. Эланол будто оценивал собеседника, решая, стоит ли продолжать разговор.

– Да. После кровавой резни, которую нам устроили энтары, мне не захотелось оставаться на Иеллэ́. Вот, доработал норму, подкопил деньжат, выкупил снаряжение и решил на Сандорию посмотреть. Может, когда-нибудь вернусь домой, но точно не сейчас, – медленно, словно подбирая слова, ответил он и, повернувшись к военному, уточнил. – Так сможете чем-то помочь?

– Нет, – с сожалением ответил тот, возвращая письмо. – Советую обратиться в Лигу Искателей.

– Интересно, Вы хоть кому-то поручения даёте? Или что, если я охотник, то воевать не умею?! – внезапно вскипел саности. – У меня на луке не за зайчиков отметки.

– У Вас великолепное рекомендательное письмо! Вы отличный лучник и определённо высококвалифицированный специалист. Я даже похлопотал бы о назначении Вас в один из своих разведотрядов. Поймите, есть определённые правила! Я искренне сожалею, но поручения для тех, кто не является членом Военной Гильдии или не рекомендован Лигой, строго ограничены. Приказ Императора, – спокойно ответил медный. – Сейчас поручений нет. Мне жаль.

– Не кипятись, мне тоже отказали и посоветовали обратиться в Лигу, – успокоил Валенил возмущённого лучника.

– Ладно. Я действительно погорячился. Простите, – вздохнул Эланол, забирая письмо. – Я не привык сидеть без дела, а за те дни, которые я провёл в пути, мне сильно наскучило бездействие.

– Хорошего дня! – хором ответили стражники, давая понять, что разговор окончен.

– Спасибо и вам! Пойдём, – предложил малацинести огорчённому саности. – Лига тоже неплохо. Не знаю, как местная, но в Лоринесте говорят, что благодаря ей за один месяц разобрали почти все завалы. Местная Лига на другом конце города. Можешь пойти со мной. Всё равно по пути. Только не отставай.

– Спасибо. Твоё предложение очень кстати, – поблагодарил саности, легко подстроившись под быстрый шаг Валенила. – И как там, в Лоринесте?

– Так себе. Часть города полуразрушена, часть города исчезла. На площади сплетённая из корней лэвлинов сфера, развороченная неизвестной силой.

– Не может быть! – воскликнул лучник. – Они же крепкие. Мы из таких корней доспехи делали.

– Мы и сейчас делаем.

– Парадные?

– И тренировочные. Всё, как положено. Лорцев местных научили, – они тоже умеют.

– Было же время, – грустно произнёс саности. – Жили в мире и согласии.

– В наших силах всё вернуть, – уверенно ответил малацинести.

– Чувствую, что без местного жителя мне не обойтись, – хмыкнул Эланол. – Тебе бы могпригодиться лучник? Если ты, конечно, берёшь в напарники незнакомцев.

– Возможно. Теперь многие объединяются в группы, – уклончиво ответил Валенил. – Можешь начинать рассказывать о себе.

– Родился, вырос, умер, ожил, переехал, – перечислил саности. – Вот и вся моя жизнь.

– Ёмко. У меня приключений поменьше. Родился, вырос, пытаюсь выжить.

– Тоже ничего.

– Как есть.

Эланол задумчиво помял губу и неожиданно принялся рассказывать о том, что он терпеть не мог выплетать нагрудники и наручи. Это сильно расстраивало его отца – потомственного плетельщика. В конце концов, саности решил работать егерем, чтобы меньше находиться дома. Валенил сначала сохранял некоторую сдержанность в общении. Отвечал односложно, и казалось бы отстранённо. Но, соскучившись по живому общению, вскоре признался, что сам он плести толком так и не научился, предпочитая проводить свободное время в сражении со старым пугалом, которое стащил у гугусов.

Остаток пути элери провели за разговором, предаваясь радостным и не очень воспоминаниям детства и юности. К взаимному удивлению, не смотря на произошедший когда-то раскол единого народа, выяснилось, что и саности и малацинести продолжали хранить единыетрадиции, с весьма небольшими отличиями.

Оказавшись на месте, элери серьёзно озадачились. Высказанное стражами предупреждение на словах звучало довольно странно и незначительно, однако действительность привела в замешательство.

– Значит, салатовая – таверна, мятная – Лига? – на всякий случай уточнил Эланол, глядя на вывески.

– Да.

– И там и там – вепрь?

– Именно.

– Но они похожи.

– Не то слово…

Стоя перед абсолютно одинаковыми двухэтажными домами с плоскими крышами и идентичными вывесками, элери крепко призадумались. Здания выглядели как зеркальные отражения друг друга, кроме того стояли впритык, из-за чего походили на один большой дом, разделённый пополам.

Валенил судорожно пытался вспомнить хоть какие-то отличительные черты таверны, в которой бывал не раз, постепенно осознавая, что никогда не обращал на неё внимания. Он и на вывеску-то не особо смотрел, и тем более не думал искать в ней особенности, что было вполне естественно для того, кто изредка ходил покушать в одно из немногих мест удалённых от центра города.

Дверь левой половины постройки открылась. На улицу вышел некто с головы до ног замотанный в серо-коричневые полоски ткани, напоминавшие бинты. Стоило ему лишь поравняться с элери, как они оба подались в сторону от ударившего в нос резкого запаха чеснока, каких-то трав и неперебиваемого ими же запаха пота.

Незнакомец, судя по росту принадлежавший к лорцам, остановился и задержал взгляд на Валениле. Сквозь узкую щель тряпок на элери уставилась пара тёмно-серых глаз.

– Лига слева, – спокойно сказал неизвестный, буравя взглядом элери. – Не благодари.

– Спа…– начал было малаценести, но тут же осёкся из-за цыкнувшего на него лорца.

– Ну и вонь же, – выдохнул Эланол после того, как странный незнакомец ушёл. – Чего он хотел?

– Сказал, что Лига слева.

– Чего стоим? – оживился саности и, не дожидаясь попутчика, бодро направился к двери.

– Действительно, – ответил озадаченный Валенил и поспешил за Эланолом. – Пойдём.

* * *

Внутри помещения оказалась вполне типичная для самой обычной таверны обстановка: простые, довольно дешёвые столы и скамейки, и малочисленный, но разношёрстный контингент, ведущий шумные разговоры за кружкой пива. Хотя, чего ещё стоило ожидать от появившейся в портовом городе Лиги Искателей, принимавшей в свои ряды практически всех, даже заядлых тунеядцев и пропойц. Для последних это был, пожалуй, единственный путь выбраться из дыры, в которую разом ухнула почти вся Сандория. Лига Гвинлэ́на уже успела смириться с тем, что стала проходным двором, и многие из тех, кто решил вступить в неё, подзаработав денег, сваливали из города в места поприбыльнее.

Зал, который предстал взору новичков, был небольшим. С левой стороны от входа в три ряда располагались девять столов с двумя скамьями у каждого. Саности, заметив почти напротив входа, установленный наискось в правом углу, чуть покосившийся квадратный деревянный стенд для объявлений, немного расстроился. Открывая входную дверь, он пребывал в предвкушении заработка. Действительность же оказалась совсем не благосклонной к его готовности и желаниям. На криво сколоченном щите, испещрённом мелкими дырками от гвоздей, в самом верху и почти посередине, было красиво выведено белой краской слово «РАБОТА». В остальном доска заданий была пуста, как и, по всей видимости, громко заурчавший желудок Эланола. Решив не тратить времени даром, элери уверенно направились к стойке, подозрительно похожей на барную.

Типичный рыжий лорец, крепкого телосложения, в белой рубашке с короткими рукавами, густыми усами, зачёсанными назад волосами, собранными в короткий хвост, лениво оглядывал полупустое помещение, подпирая голову обеими руками. Заметив посетителей, он задумчиво уставился на элери. Через несколько секунд после долгого обмена пристальным взглядом «глаза в глаза» с Валенилом, лорец издал многозначительное «О» и убрал одну руку, поудобнее устраивая щёку в ладони левой.

– Р-работа? – вопросил он, неожиданно высоким для своей комплекции голосом и закашлял.

– Нет, мы пожрать пришли, – огрызнулся Эланол, чувствуя, что этот тип вызывает у него какую-то странную неприязнь.

– Пожр-рать у соседей, у нас только р-работа, ну и выпить-закусить, как компенсация, коли работы нет, – безучастно ответил лорец, смешно шевеля усами.

– Конечно, нам нужна работа, – поспешно сказал Валенил, глядя на нахмурившегося саности.

– Вдвоём что ли?

Эланол хотел было сказать, что на улице стоят ещё пятьдесят таких же, как они, но, собравшись и взяв себя в руки, постарался ответить максимально спокойным тоном:

– Точно.

– Да. Мы вдвоём, – подтвердил Валенил. – Союз заключим здесь.

– Отлично! – поменялся в лице лорец, заговорив более подходящим для его комплекции низким голосом и явно оживившись. – Я То́ритор, и у нас есть работа. Вы входите в Лигу Искателей?

– Нет, – почти хором ответили элери.

– И… Я бы не хотел вступать в Лигу. Пока что, – добавил малацинести.

– Я тоже! – резко произнёс саности и тихо буркнул себе под нос. – Возможно, никогда.

– А… Даже так, – расстроенно протянул лорец, лениво моргая. – Тогда работы меньше.

– Да что у вас в городе с работой-то? – снова начал закипать саности. – Куда не зайдёшь, никто ничем не может помочь. То работы нет, то работы мало. А я пришёл работать! Я хочу работать! Дай нам уже какое-нибудь поручение. Почему нам обязательно куда-то надо вступать?!

– Эй, зачем ты так расстраиваешься, святоша, – обиженно протянул лорец, чьи светло-зелёные глаза будто вспыхнули от негодования. – Будет тебе работа! Заполняйте анкеты. Как зовут, откуда, где живёте, о себе кратенько и обязательно укажите три своих самых сильных навыка или умения, а я подберу что-нибудь специально для вас.

Положив на стол два листа бумаги и несколько странных палочек, лорец, не сказав больше ни слова, ушёл.

– Это ещё что? – удивлённо спросил саности с некоторым раздражением.

После чего стал внимательно разглядывать неизвестный ему предмет, – тонкую прямую веточку, аккуратно расщепленную и туго обвязанную нитками с одного конца, в который было вставлено что-то чёрное, похожее на маленький камешек.

– А у вас такого нет? – вскинул брови малацинести.

– Нет. Так что это?

– Как писчее перо, только никуда макать не надо. Правда, иногда они размазываются и пачкаются, но в остальном, – вполне сносная и удобная замена перьев и ручек, – объяснил Валенил и добавил. – Некоторые потом покрывают бумагу воском. Говорят, помогает лучше сохранить написанное.

– К чему такие сложности? – саности с подозрением рассматривал веточку, вертя её и так и этак.

– У нас проблема с чернилами. Почти все запасы отправляют в Лоринест. В столице кипит работа, там много пишут, указы принимают, – вздохнул малацинести. – Вот сварны и задумались о дешёвой и простой в изготовлении замене для народа и малозначительных нужд. Придумали такие карандаши.

Эланол аккуратно нарисовал маленький кружочек в углу листа и довольно улыбнулся.

– А у нас такого нет, – снова радостно сообщил он, написав своё имя. – Очень занятная вещица эти ваши карандаши.

– Угу, – ответил Валенил, активно заполняя лист.

К тому моменту, когда вернулся лорец, малацинести уже скучал, а саности с упоением рисовал геометрические фигуры на краях листа. Не сказав ни слова, Торитор забрал заполненные бумаги, покивал, глядя на творчество Эланола, и также молча удалился. Элери в предвкушении работы разглядывали зал Лиги. Занятие это, по причине того, что всё, кроме доски заданий, один в один было похоже на убранство таверны, – в скором времени им наскучило.

– Убивать будете? – раздалось позади настолько безразличным тоном, что элери даже передёрнуло.

– Смотря кого, – ответил Эланол.

– Ну, гадин всяких из Легиона, конечно же.

– Этих можно, – кивнул Валенил.

– Тогда вот что. Задание простое, – начал лорец, снова облокотившись на стойку. – К северо-западу отсюда, примерно в трёх днях пути пешком, если прям со-о-овсем не спешить, есть деревня Малый Гвин, теперь заброшенная. Так вот, вчера в гор-роде кузнец объявился и сказал, что жил там раньше. На их деревню напали неделю назад. Жители еле отбились. Но нападения не прекращались и все малогви́новцы решили податься в Гвинлэн. И всё бы ничего, да этот кузнец в спешке инструменты свои любимые оставил в деревне. Очень они его сердцу до́роги, – потому и награда высокая. Щипцы, кувалда и мол-лоток. Надо забрать.

– Серьёзно?! – удивлению саности не было предела. – Щипцы и кувалда?

– И молоток, – потряс указательным пальцем лорец. – Обязательно молоток.

В тот момент у Эланола было такое выражение лица, будто он хлебнул прокисшего молока.

– Ну, допустим, а сколько денег-то? – обречённо поинтересовался Валенил.

– Ровно зол-лотой, представляете?! Если будете делить пополам, могу дать размен.

Элери переглянулись и, вздохнув, согласились. Решив, что подобное задание будет хорошей возможностью для проверки их командной работы, мужчины заключили союз, призвав Торитора в свидетели. После нехитрой процедуры, состоящей из рукопожатия и обмена фразами «Беру тебя в союзники», элери заплатили по символической медной монете свидетелю, торжественно объявившему их одной командой.

Разложив еду и кошельки на ближайшем свободном столе, мужчины перешли к ревизии припасов.

– Еды дня на четыре, – подытожил Валенил. – А у тебя?

– Так же, но можем докупить, – предложил Эланол. – У меня почти десять золотых.

– Да ты богат, – усмехнулся малацинести, разглядывая содержимое своего кошеля. – У меня около трёх.

– А если всё сложить вместе?

– Главное правило союза: что было до – то твоё, что во время – пополам.

– Вот как, – задумался саности, почёсывая голову. – Мне повезло, что я попал на брата элери. На честного брата элери. С репутацией саности меня бы уже давно раздели.

– Глупости! На Сандории почти всем плевать, кто ты и откуда, даже если энтар. Погоди, а ты никогда не заключал союз?

– Нет. На Иеллэ мы живём одной общиной. Нам это не нужно.

– Хотя, чему я удивляюсь, – сказал Валенил, пожав плечами. – Остров-то не такой большой.

– В целом – да. Знаешь, – признался Эланол, укладывая вещи в котомку, которую он, как оказалось, носил на оба плеча, пряча под плащом, – я считаю, что мне, действительно, повезло встретить хорошего элери. Я постараюсь тебя не подвести.

– Буду надеяться. Если сработаемся, сможем брать поручения посложнее и подороже. Надеюсь, ты умеешь ходить быстро и долго.

– А мы что, пойдём пешком? – удивился саности.

– Цены вздули! Нам не хватит даже на осла. Повозку сейчас не найдёшь, а где эта деревня я знаю, – спокойно ответил Валенил, собирая свою котомку.

– Хм. Я думал, что лошадей выдают для выполнения заданий. А можно у кого-то одолжить скакунов? Хотя бы на время?

– Можно купить или арендовать. По деньгам это почти одно и то же. Хотя, за аренду придётся выложить даже больше и молиться Богам, чтобы с животными ничего не случилось. В дороге может произойти всё, что угодно. Готов?

– Да.

– Пойдём. Повспоминаем жизнь до Волны, – предложил малацинести, направляясь к выходу.

Несмотря на то, что все утренние дела заняли целых два часа не меньше, мужчины не расстраивались, предвкушая не самый тяжёлый заработок. Стоило им лишь выйти из города, как саности, всю свою жизнь проживший на Иеллэ, активно завертел головой по сторонам, разглядывая местность. Эланол восторженно любовался пейзажами, аккуратными домиками. Но чем дальше они уходили от города, тем печальнее и печальнее становилась окружающая обстановка. Полуразрушенные дома, поваленные деревья, сожжённые деревни и придорожные трактиры – напоминали, что мир уже не так безопасен, как раньше.

Остаток первого дня элери бодро прошагали практически на голом энтузиазме. Судя по количеству разрушенных трактиров, замеченных по дороге до деревни, пройти им удалось больше половины пути. Выручало наличие у каждого из мужчин подготовки и боевого опыта. Что не говори, но вольнонаёмный воин и егерь оказались из числа тех, кому уже приходилось участвовать в сражениях и небольших походах.