Элементарная Магия. Книга 1. Неискренность

– Шрамы, – Мэттью скрещивает руки на груди и натянуто улыбается. – Да, после… того события.

Кай сглатывает. Вот его и прочитали. Ощущение не из приятных.

Молчаливая Кейт Барнс активно обмахивает руками лицо. Младшему Поло кажется странным, что он не чувствует потоотделения, да и кожа ее выглядит абсолютно матовой. Эдвард поворачивается к невесте, обводит руками силуэт, светлые локоны колышутся от дуновения ветерка, она зажмуривается и расслабляется.

– Лучше? – он обеспокоен, сердце стучит ускоренно.

– Лучше, – выдыхает Кейт.

Он извиняется перед собравшимися и уводит невесту в теневые зоны, опасаясь, что ее схватит тепловой удар.

Милая пара, такое впечатление создается у Кая. Оба не обделены внешней красотой, хоть на обложку глянцевого журнала ставь их совместную фотографию. Хорошо смотрятся вместе, просто и со стилем одетые, сдержанные в проявлении чувств напоказ, отчего не успевают наскучить. Из всех недостатков Эдварда, которые отец перечислял в автомобиле и считал таковыми, он выделяет пренебрежение формальностью и немного чувство собственной важности. В целом, с таким можно мириться.

Ощутив бурление в животе – одного сэндвича на завтрак явно было мало, – Кай тактично покидает отца и Мэттью, между которыми он видит стену невысказанных обид, и отправляется к микроавтобусу «Пекарни №4». Где три до нее, остается загадкой создателя.

Он встает в очередь. Взрослая женщина перед ним вертит головой по сторонам, подзывает трех детишек, окруживших холодильник с мороженным. Они слезно умоляют ее купить фруктовый лед, а не надоевшие пирожки. После нескольких попыток переубедить их она сдается и покидает очередь. Кай встает на ее место, смотрит вслед – и замечает раскрывающую упаковку эскимо миниатюрную рыжую девушку с обгоревшим на солнце носом и подчеркнутым алым пигментом губами. Их взгляды пересекаются.

Он узнает Ану Спарк и прирастает ногами к земле. Несмотря на миловидность, бледно-зеленые глаза прожигают насквозь.

Выйти из очереди и поздороваться? Ну уж очень хочется есть. Не покажется ли неуважением, что он сначала позаботиться о голоде, а потом подойдет к ней? С другой стороны, она тоже стажер, хоть и более опытный, они на одном уровне. Кай не успевает прийти к одному определенному решению – к Ане подходит, вероятно, еще один брат Аяны. Вроде бы он видел его в павильоне, где рассказывали о методах сортировки мусора, он еще шутил много.

– Если не секрет, сколько ты мороженого в день съедаешь?

Точно он. Журчащий и мурлыкающий, как весенний ручей, голос Вали Флауверса достаточно узнаваем.

– Много, – свободной рукой Ана собирает волосы в хвост и обмахивает им потеющую шею.

Что-то блестит на ушных раковинах Огненной. Сначала Каю кажется, что это бликуют золотые пусеты, но в левом ухе Аны всего два прокола и те – колечки в мочке.

Искры? Ответа на вопрос Кай не находит – пара исчезает в нагрянувшей к холодильнику толпе.

На протяжении практически всего дня фестиваля Каю не удается перекинуться словом с Аной – то ее окружает толпа детишек на мастер-классе по обжигу и раскраске глиняных бусин, которые подготовил Диас с подопечными, то вокруг нее крутится Вали, то она как будто намеренно избегает встречи с новоиспеченным стажером, а финалом становится пантомима с участием всех Флауверсов. Она поджигает, а затем тушит кусочек земли, а братья по очереди, Оскар, Диас, Вали и Малик последним, пытаются его восставить. Ожидаемо, ничего не происходит, и они наигранно охают. Когда наконец выходит Аяна и протягивает руку, на сожженном клочке земли вырастает дикая ромашка. Наглядное отображение проблемы нынешнего поколения Флауверсов – Земля одна, за всем уследить не может и ей нужна помощь каждого.

Детишки в восторге от представления, а девушки вздыхают по братьям Флауверсам. Разные по телосложению, но все безусловно озабоченные поддержанием, если не обязательно атлетичной формы, то гармонирующих с ростом пропорций, они очаровывают зрительниц фирменными чертами – игривыми ямочками на щеках и улыбающимися темными глазами.

Кай надеется выловить Ану после пантомимы и у него это почти удается – он говорит ей «Привет», но она проходит мимо.

Кровь закипает, он начинает злиться.

– Ана, Кай Поло весь день пытается с тобой познакомиться, а ты его игнорируешь.

Кай оборачивается и разубеждается в своей теории о схожести между Элементами.

Одним видом Элла, несмотря на возраст, вызывает трепет – высокая, крепкая, с прямой осанкой, горделиво поднятым орлиным носом и неизменно идеальным пучком седых волос. Кожа на лице натянута, явно ботокс, но выглядит органично, и аккуратно тронута равномерным загаром. Мелкая, худая и бледная Ана с таким же маленьким обгоревшим носом и запястьями выглядит, как приемная внучка. Только по глазам, бледно-зеленым, как зимние яблоки, можно прочесть их родство.

– Я не видела Тамила молодым, поэтому не признала. Ана, – она протягивает руку. Очередное рукопожатие (в этот раз горячее, даже немного липкое) и затем, Кай надеется, последнее.

Он дрожит, с почтением пожимая руку Элле. Ее глаза светлеют. Важность и статность не лишены добродушия. Она оставляет стажеров, чтобы подготовить костер, ведь время близится к закату.

От хмурого и оценивающего взгляда Аны Каю некомфортно.

У Воды и Огонь есть схожая способность – ворожение или, переводя на человеческий, внушение. Но если у Водных она работает при определенных условия, Огненные умеют внушать, показывая непрерывно горящее в них пламя. Они могут заставить совершить собеседника все, что угодно – без его воли и согласия.

Кай уже испытал на себе способность Воздушных проникать в мысленное пространство, нет желание еще и стать марионеткой Огонь. Тем более, как Водному, это было бы стыдно.

Он держит слова отца в голове и готовится к подколу или любому другому нелестному комментарию, но лицо Аны неожиданно расслабляется.

– Я думала, ты просто странный чел, который меня преследует, поэтому держалась рядом с Вали и Флауверсами – маленькой девушке так надежнее. К тому же ты выглядишь старше.

Все оказалось так просто? Кай чешет затылок и старается смотреть куда угодно, лишь бы не на Ану. Даже без пламени ее глаза как будто способны околдовывать.

– Ты же знаешь, чему учат парней в Солено? Не шути с огнем и с Огонь. Тебя трогать страшно, не то, что похищать.

– Приму за комплимент, – она негромко усмехается и решает пояснить. – Не страшно, что похитят или загонят в кусты, страшно потом отвечать за сожженный лес.

Ана – первая Спарк, которой не перепало подтянутое и крепкое телосложение, которое выделяет Эллу и выделяло ее мать. Молодые люди с недобрыми намерениями наверняка бы предприняли попытки посягнуть на ее честь, если бы не опасное пламя, защищающее свою носительницу до последней искры.

– Я думаю, как женщину, Земля тебя поймет. Очень жаль, что я создал такое впечатление.

Теперь уже Ана удивляется – совершенно не похоже на Тамила, известного в Совете пренебрежительным отношением к проблемам женщин. К проблемам других людей и к женщинам в принципе.

Она отмахивается и рискует дать совет:

– Если хочешь познакомиться с девушкой, просто подойти и спроси, а дальше все зависит от ответа. Преследования сейчас не в моде.

Кай соглашается.

– Тебе не жарко? – он кивает на белый обтягивающий комбинезон с короткими рукавами. Руки Аны тоже обожжены солнцем и усыпаны размножающимися в геометрической прогрессии веснушками.

– Мне постоянно жарко, – признается Огненная. – Моя нормальная температура тела выше, чем у других. Но в нем не так плохо, как в обычной одежде. Во-первых, белый цвет отражает лучи. Грустно, что он очень маркий. А во-вторых, здесь гидрофильные нити в составе. Они впитывают влагу и при ее испарении охлаждают, – она опускает взгляд на свою обувь и скромно улыбается. – Я сама его сшила.

Каю становится интересно. Отец не рассказывал о том, что Спарк замешана в разработке чего-то, кроме активностей на фестивале.

– Могу подогнать футболку, протестируешь.

– Если охлаждают, то я в пролете, – усмехается он, опуская плечи. – Не хочу болеть.

– Не спеши с выводами. Такая ткань еще и водоотталкивающая.

В начале разговора Кай отметил совпадения между словами отца и действиями Аны, как и в случае с Эдвардом – высокомерие при маленьком росте, недовольный, почти злой взгляд при миленьком личике. Сплошное противоречие. А сейчас лед между ними тает – недостаточно, чтобы сразу назваться приятелями, но хватает, чтобы настроиться на положительную динамику дальнейших взаимодействий.

Нормальные взаимоотношения между Водой и Огонь, двумя самыми противоположными Элементами среди стихий. Смешно, но как будто не лишено смысла.

Ана поднимает нос, чувствует запах костра и зовет Кая на прыжки. Он спрашивает, не затушит ли огонь, на что Огненная тихо смеется.

– Сходи в туалет, если опасаешься.

Вокруг появления людей в Солено ходит много мифов и легенд, но самая, как кажется, близкая к правде, такова. Огонь так боялась навредить созданному матерью и старшими братьями и сестрой острову, что не хотела появляться на свет. Стихия согласилась лишь на условии, что в Солено появятся существа, которые будут нуждаться не только в воздухе, воде и пище, но и в тепле. Магия принесла людей из другого мира и стерла им память, оставив только одну настройку – о приоритете жизни, комфорта и равновесия. Это позволило острову за неполные пятнадцать веков вырасти от примитивных лачуг и общению через расписанную кору до небоскребов и звонков по видеосвязи.

Всем странным, даже нелепые традициям, вроде прыжков через костер в последнюю пятницу июня, которую называют Днем Очищения, находится лишь одно объяснение – каждое новое поколение людей все-таки вспоминает что-то из прошлой жизни предков-поселенцев и дополняет этим культуру и фольклор. А этот обычай, сулящий очищение души и тела от невзгод и привлекающий определенность и смелость в настоящем, еще так удачно ложится на легенду о рождении Огонь, что прижился в современности, в формате ежегодного фестиваля Очищения.

Солнце стремительно движется к линии горизонта.

На лесной поляне многолюдно, по ощущениям, все отдыхающие здесь. Прыгает далеко не каждый из них, но даже наблюдать за подобным действием – чистое удовольствие, вносящее немного адреналина в размеренную рутину.

В центре поляны узкая рытвина длиной около двух метров, из которой поднимается стена жаркого пламени. Искры летят и вырисовывают оранжевые штрихи в воздухе. Поленья шипят. Температура воздуха повышается.

Желающие прыгать выстраиваются в очередь, кто-то обеспокоился и надел огнеупорные костюмы, но большинство остались в легко возгораемых хлопке и льне – на случай травм на той стороне костра их ждет Ана.

По традиции, первой совершает прыжок Полноправный Огненный Элемент. Элла снимает мокасины, ступни опускаются на прохладную траву.

Толпа начинает хлопать и повторять ее имя.

Она вертит шеей, разминает суставы на руках, ногах и, когда первый закатный луч солнца прорезает пламя, с неожиданной для возраста скоростью мчится к костру и одним ловким прыжком оказывается по ту сторону – ни один волосок не выбился из пучка, ни один миллиметр ткани костюма не задымился.

– Да будет так.

Толпа повторяет слова Эллы. Еще одна традиция – загадать желание и, оказавшись по ту сторону пламени, настоять на его исполнении.

Все больше и больше людей перепрыгивает через костер. Кто в одиночку, кто парами, кто компаниями по трое и даже четверо, кто по одному, по два и более раз. Нескольких скромных наблюдателей разгоряченные прыгуны завлекают в свои отряды, а они вяло протестуют, хотя ноги чуть ли не сами несут их в живую очередь. Поляна разражается криками ужаса, на смену которым приходит детский восторг.

Со всех, на кого хоть немного село пламя, Элла и Ана снимают его, словно капризного ребенка, и приговаривая: «Тише, тише. Не обижай».

– Пойдешь?

Ана оборачивается и видит Вали. Пламя освещает его лицо и отражается в обращенном к нему глазе оранжевым всполохом.

Она не успевает ответить – Флауверс берет ее запястье и увлекает за собой.

Они огибают костер и достаточно беспардонно встают в начало очереди, но прежде, чем кто-то позади возмутится, делают шаг назад, разбегаются и перепрыгивают пламя, не расцепляя рук.

Толпа улюлюкает – считается, что такие пары становятся неразлучны.

Элла воодушевляется проявленной настойчивости, почти наглости молодого Флауверса.

– Имей в виду, Огненные влюбляются раз и навсегда, – строго, но беззлобно говорит она Вали, заставляя парочку смутиться.

Кай тоже прыгает через костер и не единожды.

В первый раз, который являлся для него первым в принципе, его завлекают двое знакомых по школе.

– Не затуши только! – хохочут они, не подозревая о том, что шутка повторная.

Младший Поло орет, будто бежит навстречу скоростному поезду, но оказавшись по ту сторону пламени, живой, невредимый и даже не обгоревший, испытывает нечто новое. Сердце стучит как бешеное, голова кружится от жара и запаха костра, изображение перед глазами становится ярче, конечности дрожат, а в животе разливается тепло. Он тут же хочет совершить второй прыжок.

– Простите, – к нему обращается девочка-подросток с мамой. – Прыгните с нами? Чтоб не так страшно.

Он соглашается не раздумывая, а потом сбивается со счету, забывая лица людей, с которыми прыгал, в ту же секунду, как оказывался по ту сторону костра. Адреналин и быстрый дофамин заразительны.

Кай хочет совершить прыжок с отцом. Радостный как малолетний ребенок, он просит его поддержать, напоминая о волшебстве ритуала, но Тамил непреклонен:

– Я очищаюсь другими способами.

Ему удается испортить настрой. Младший Поло осматривается и уже думает напроситься к Ане или кому-то из Флауверсов. Как завороженный он смотрит на яркое манящее пламя и подбегает к очереди прыгунов, где Эдвард тянет взволнованную Кейт за руку.

– Не бойся, не сгоришь, – с улыбкой на лице говорит он и, не спрашивая разрешения, разгоняется.

Кейт ничего не остается, кроме как последовать за ним.

В одно мгновение смех и веселье умолкают, словно посередине воспроизведения трека закончился трафик.

Пламя частично тухнет, погружая поляну в полумрак, затем снова разгорается и недовольно шипит. Раздается крик.

– Восковая!

Посередине костра плавится масса размером с человека.

Эдвард смотрит на руку, которой только что держал невесту. Обжигающий воск густеет, твердеет и обволакивает кожу, стягиваясь на ней бархатной белой перчаткой.

Глава 7

28 июня

Экстренное собрание

В штаб-квартире стоит тишина, отчего урчание кондиционера кажется громче и надоедливее. Лили заранее разложила визуализаторы и расставила бутылки воды по местам, на этот раз шесть пар, но они остаются нетронутыми. Планшеты лежат заблокированные и прикрытые откидными клапанами чехлов.

Эдвард задерживается, но никто, даже придирчивый Тамил, не возмущается. Происшествие на фестивале шокировало всех и каждому необходимо уложить это в голове.

После того как Восковая, скопировавшая Кейт Барнс, расплавилась, начался сущий кошмар. Одни люди спешно покидали поляну, создавая давку, охрана пробиралась сквозь толпы кричащих от ужаса мужчин, женщин и плачущих детей. Другие замерли как вкопанные, не до конца понимая, что произошло. Третьи, повинуясь выработанному в технологичном веке инстинкту, достали смартфоны и начали снимать. Зевающие журналисты, почуяв аромат громкого репортажа, бросились к окоченевшему Эдварду, словно в таком состоянии он мог вымолвить хоть слово.

Прибывшая на место полиция оцепила поляну. После ряда криминалистических мероприятий с опросами свидетелей и фото-документированием места преступления, стражи порядка соскоблили с земли остатки Восковой и отправили в морг, находящийся на минус первом этаже башни. Особым преступникам – особое место последней регистрации.

Поиски Кейт объявили в ту же минуту. Элла и Ана остались на фестивале для практической проверки всех присутствующих – только Огненным дано увидеть, является человек собой или обращенным Восковым. Тамил с Каем на подхвате прислушивались к рекам и озерам Солено, а также подземным водам, колодцам и канализациям, разве что до Далей не дотянулись. Эдвард воспарил и искал с высоты, включив на полную мощность слух и концентрируясь на голосе Кейт. Мэттью объединился с Леоном, обеспокоенным отцом, и Аяной, поиски сосредоточили на земле.

Каждое деревце, тропа, поле, асфальтированная дорога, газон, аллея были прочитаны и прослушаны, пока, наконец, Березовая Роща, где проживали Барнсы и где регулярно совершала пробежки Кейт, не откликнулась.

Ее нашли в предкоматозном состоянии и, если бы поиски задержались на час-два, она бы обернулась воском. Укрытая листьями и ветками в небольшом овраге, обнаженная и скованная в движениях Кейт дрожала и еле дышала. Ее экстренно доставили в больничное отделение башни, где поместили в палату с теплыми полами и отогрели горячим питьем и ванной под бдительным присмотром врачей.

Восковые были созданы Дуалом из воска свечи, при которой его рожала Земля. В Солено их еще издевательски называют Пластилином из-за мягкости и податливости тел, хотя применимо и другое, более отражающее суть прозвище – Хамелеоны. Восковые втираются в доверие к человеку, а потом обращают, забирая их внешность и память. Достаточно суток, чтобы жизнь человека стала жизнью Воскового, а пострадавший обратился в свечу. Они созданы для того, чтобы быть шпионами Дуалов в Солено.

Только тепло может раскрыть Воскового. Они крайне некомфортно чувствуют себя на солнце, а пламя и вовсе их убивает, разрушая структуру и не позволяя бесформенной массе слепить себя снова.

Вспоминая странное ощущение при виде Кейт на фестивале и ее идеально матовую кожу, Кай ежится и корит себя. Он почувствовал неладное. Он мог поделиться сомнениями с отцом и, быть может, предотвратил бы причину экстренного сбора Совета.

Когда в штаб-квартиру влетает Эдвард, громко хлопая дверью, Элементы и стажеры обмениваются взаимными кивками. День сегодня нерукопожатный.

Эдвард начинает с извинений:

– Прошу прощения за опоздание. И особенно извиняюсь перед тобой, Кай, – он обращается к новоиспеченному коллеге, но смотрит как будто сквозь него. – Сожалею, что твое первое собрание проходит… с такими новостями.

Воздушный сухо откашливается, утирает пот со лба и заканчивает сумбурное вступление:

– Я только что из больницы.

Элементы замирают в ожидании. Первой поднимает руку Элла, кольца и браслеты ловят солнечные лучи и переливаются всеми оттенками золота.

– Как мисс Барнс? Какая у нее степень обморожения?

Не стать свечой – это большая радость и удача. Но, как и любая травма, обращение не проходит бесследно. Помимо вреда психике, подвергшейся столь грубому посягательству на тело и сознание, сразу после разобращения человек страдает от холода, в особо запущенных случаях лишаясь конечностей и былой красоты кожи из-за рубцов от волдырей.

Эдвард судорожно выдыхает. Кай слышит, как его сердце встревоженно качает кровь.

– Вторая. Время года и быстрые поиски ее спасли. Она быстро пойдет на поправку, – он обводит взглядом коллег, янтарная радужка бледная от беспокойства. – Спасибо, что взяли на себя общение со СМИ.

Пресса атаковала Элементов последние сутки, строчила им в соцсетях, выслеживала и даже предпринимала попытки посягательства на частную собственность. Озлобленный Тамил сначала грозил им людским законом и полицией. Затем Элементарным сводом законов, который ставит в приоритет безопасность и конфиденциальность личной жизни Элемента. Только когда он несмертельно обезводил одного из журналистов, они отстали. Пускай в очередной раз напишут о том, какой Тамил Поло жестокий и зазвездившийся, потребуют для него инъекцию блокиратором Элементарной части на пару месяцев, только бы дом оставался их домом. Без посторонних и нежелательных гостей.

Флауверсы оказались более деликатны и тактичны, публично сопереживали семьям Барнсов и Экхартов, этим и ограничились. Элла сердилась и убеждала, что Далям подобное нельзя спускать с рук. Ана же временно ограничила доступ к своим учетным записям и избегала любого общения с журналистами. Она встревожена, так как впервые соприкоснулась с Восковым шпионом и не знает, как правильно реагировать, в жизни, на камеру и в соцсетях.

В случае, если безопасность Солено требует немедленного вмешательства, собрание проводится раньше первого числа месяца. Проникновение Воскового за Цепь является таким случаем.

Все известное на данный момент – Хамелеон был неопытный, раз выбрал для обращения Кейт день накануне фестиваля под палящим солнцем, где она обязана была присутствовать, и то, что она не была выбрана случайно. Дали копают под нового Верховного Элемента и выбрать для поиска компромата его невесту, о чьей скорой свадьбе уже успели протрубить в новостях, довольно однозначный стратегический ход.

– Эдвард, – осторожно начинает Элла, вертя обручальное кольцо на безымянном пальце, – подумай о том, что именно Восковые могут на тебя найти и что знает мисс Барнс такого, что может тебя скомпрометировать. И поделись этим с Советом.

В ответ Воздушный нервно стучит пальцами по столешнице. Знание, что только он может читать мысли, не обнадеживает. Эдвард рассказал Кейт слишком много. Если Восковая успела передать сведения, то последствия будут плачевными.

– Она знает, что я на таблетках.

Совет смотрит на него в недоумении, словно он высказал очевидную мысль.

– Мы все это знаем, – говорит за всех Аяна. – Точно нет чего-то еще? Если ты замешан в чем-то…

– Незаконном? – в гибком и выразительном голосе Эдварда появляются раздражительные нотки, а лицо багровеет от негодования. – Я похож на преступника?

Аяна не заканчивает мысль, поджимает губы и ограничивается простым ответом:

– Нет. Как и любой преступник.

Лучше бы она не этого не говорила.

– Ты Земля, вот и прочитай тропы, по которым я хожу, – сквозь зубы произносит он, сжимая кулаки.

Серебряные всполохи мелькают в глазах Эдварда, температура воздуха в помещении понижается.

Каю становится плохо от отбивающего бешеную бочку сердца Эдварда и стука крови в его ушах. Состояние Воздушного объяснимое. Он в шоке, пострадавшая – его невеста, которую сейчас отогревают в больнице, Восковая была в его доме, возможно, в его постели, где любовники до предела откровенны. Младший Поло глубоко дышит и пытается сосредоточиться на собственном теле, прислушивается к мышцам, органам, кровеносной системе, но нарастающие вокруг Эдварда ветряные потоки не остаются незамеченными. Предчувствие скорых неприятностей снова берет его в омут.