Никриты. Пробуждение

Артур поставил мою сумку возле шкафа и позволил мне осмотреться, прежде чем сказать:

– С тобой хочет кое-то пообщаться.

– Я успела что-то натворить?

Артур засмеялся.

– Или ты уже что-то натворил?

– Надеюсь, что нет. Сходим сейчас или дать тебе время освоиться?

Я сомневалась, что вообще когда-нибудь освоюсь в этом месте, поэтому решительно заявила, желая поскорее решить все вопросы:

– Сейчас.

✩✩✩

Хлоя Дрек не имела ничего общего с директором в моей человеческой школе. Она не пыталась казаться милой, хмуро поглядывая то на меня, то на Артура.

Если я правильно растолковала их небольшой разговор после приветствия, Хлоя замещала кого-то на этом посту. Она настоятельно рекомендовала мне запомнить ее имя и то, что с основным руководителем школы будет неприятно иметь дело, если я начну нарушать правила.

Судя по скептическому выражению лица Артура, я могла не воспринимать ее слова всерьез.

Хлоя убрала за ухо прядь светлых коротких волос и снова впилась в меня пристальным взглядом.

– Артур сказал, что ты стала свидетелем смерти крейга. Как давно это было?

– Неделю назад.

– Ты чувствовала покалывание в руках? – Я кивнула. – Голова болела? Температура поднималась?

Я на приеме у врача?

– Нет.

– Было ли что-то странное в твоем поведении? – продолжала Хлоя, почти не моргая.

– Например?

– Чувствовала ли ты после этого злость, раздражение? Или любые другие негативные эмоции.

– Бывало.

– Что случилось с крейгом?

– Он испугался свечения, а потом появился Артур и убил его, – уверенно заявила я.

Лживый факт, который мы с Артуром придумали по пути в кабинет к Хлое, легко сорвался с моих губ. Я все еще не понимала, почему мы должны были скрывать вмешательство молний.

– Мне бы хотелось, чтобы ты обсудила это с кое-кем другим, – только и сказал Артур.

– Я собиралась устроить дополнительную проверку, но Артур взял всю ответственность на себя. Он будет твоим опекуном все это время, так что можешь обращаться за помощью к нему. – Хлоя достала из комода светлого стола папку. – Мы подготовили для тебя примерное расписание на ближайшие полгода, чтобы ты научилась контролировать свою силу.

– Но у меня нет никакой силы.

Хлоя посмотрела на меня так, словно я сказала самую глупую вещь на планете.

– Ты рожденный никрит. Прожила в мире людей почти восемнадцать лет. Твоя сила проявится, и я буду надеяться, что школа останется цела после этого.

Я сглотнула, посмотрев на Артура.

– Так что старайся изо всех сил, Грейс Джонс. Будет трудно, врать не стану, но в конце ты получишь результат, о котором не могла и мечтать.

На этом странное приветствие было закончено, и мы с Артуром направились обратно в мою комнату. Я молчала, запоминая повороты и коридоры и мысленно расставляла по полочкам все, что узнала.

– С тобой все хорошо? – спросил Артур, приняв мое молчание за дурной знак.

– Да. Я просто… думаю.

Он открыл передо мной дверь и зашел в комнату следом.

– Твои занятия начнутся в понедельник. Ознакомься с расписанием и расположением кабинетов. Я оставил тебе схему здания, чтобы ты не потерялась. Можешь звонить мне в любое время. Я останусь в школе на ближайшие месяцы.

– Ты не будешь участвовать в городском патруле?

– Я обещал, что помогу тебе найти родителей.

Его признание и обещание вытолкали из легких весь воздух. Одна моя сторона, которая относилась к никритам с легким пренебрежением, пала под натиском другой стороны, которая была благодарна за такое внимание.

– Артур, – вдруг сказала я, когда никрит уже собрался уйти.

Он резко обернулся.

– Почему я не могла рассказать про молнии?

Артур нахмурился, посмотрев куда-то поверх моей головы, и закрыл дверь.

– Силы никритов зависят от природных стихий. Их всего четыре: земля, вода, воздух и огонь. Эти стихии связываются с носителями и защищают их. Эти же стихии проявляют себя, когда просыпается сила никрита. Но твоя ситуация отличается от тех, с которыми я сталкивался. К тебе может возрасти интерес со стороны никритов, а это не то, в чем ты нуждаешься сейчас.

Ладони похолодели от перспективы стать экспериментом.

– Пока ты здесь, никто не посмеет тронуть тебя без моего разрешения, – твердо сказал Артур. – Я твой опекун, и все решения будут приниматься только с моего согласия. Не волнуйся, хорошо.

– Я рада, что ты будешь моим опекуном, – вырвалось у меня.

Артур, не ожидающий признания, мило улыбнулся.

– Думал, ты будешь против. – Никрит провел рукой по волосам, а после, взглянул на часы. – Теперь мне точно пора идти. Уверена, что тебе ничего не надо?

– Да.

– Хорошо. Тогда, до завтра?

– До завтра.

Как только дверь за Артуром закрылась, я глубоко выдохнула.

Страх осколками впился в тело. Я тряхнула головой и легла на кровать, закрывая и глаза и успокаивая дыхание.

Ты добровольно ввязалась в эту авантюру. Ты узнаешь, кто твои родители. Ты со всем справишься.

Через приоткрытое окно доносились голоса учеников, и я заворожено слушала их, словно этот звук доносился из совершенно другого мира.

ГЛАВА 5

Вся моя бравада испарилась, когда наступило воскресное утро. Завтрашний день обещал начало проблем и некомфортных ситуаций, которые заставят меня пожалеть о своем решении сюда приехать.

Проснувшись на рассвете, я изучила схему школы и выделила места, в которых, судя по расписанию, буду появляться чаще всего.

Тренировочный зал, южное крыло на четвертом этаже с учебными кабинетами, столовая, библиотека.

Последнее место заинтересовало меня больше остальных. Все дело в сообщении Артура, которое никрит прислал мне вчера перед сном.

Артур: «В библиотеке нужно взять учебники перед началом занятий».

Потом еще одно.

Артур: «Я могу зайти за ними сам и принести в твою комнату».

Я нервно постучала пальцами по коленке, перечитывая сообщение несколько раз. С одной стороны, было приятно, что Артур беспокоился за мое состояние и пытался помочь избежать некомфортных ситуаций. А с другой – меня раздражала собственная беспомощность. Неужели я не могу пойти и забрать несчастные учебники, не прибегая к помощи сорокалетнего мужчины?

Я: «Заберу сама».

Артур: «Уверена?»

Я: «Да».

Я буквально вдавливала пальцы в экран, заставляя поверить в собственную уверенность не только Артура, но и себя. Это помогло. Почти.

Артур написал, что библиотека открывается в семь утра, поэтому я завела будильник, чтобы встать пораньше, и пошла исследовать школу в безопасной для себя обстановке, пока все ученики спали.

Большие двустворчатые двери были открыты, и огромное помещение манило к себе книжными стеллажами, темным паркетом и старинными канделябрами на стенах. Я тихо зашла внутрь, оглядываясь. Судя по оглушающей тишине, библиотека была пуста.

А кто еще пойдет сюда в воскресенье так рано?

Стук о темный паркет отдавался в ушах. Стены были выкрашены в темный коричневый цвет и увешаны картинами в коричневой оправе. Я села на небольшом диванчике возле камина, в котором горел огонь, не зная, куда податься. Артур не сообщил, где конкретно и у кого я должна была забрать свои учебники.

Интересно, он спал в такое время?

Наблюдая за бегущими по небу пушистыми облаками, я уже потянулась к телефону, но тут…

– Новенькая!

Кто бы мог подумать, что еще одним глупцом, оказавшимся в библиотеке рано утром, окажется тот самый Шон, который чуть не прибил меня мячом. Он ворвался в библиотеку подобно вихрю, с широкой улыбкой и взъерошенными волосами.

– Это ты, – констатировала я.

– Не думал, что увижу тебя здесь, – сказал он и плюхнулся на диван напротив меня.

– А где ты думал увидеть меня?

– Новенькие редко выходят из своих комнат до начала занятий. Нервы и все такое.

Шон не вызывал у меня плохих эмоций. Его рыжие, слегка взъерошенные волосы были яркими и непослушными, а глаза отдавали зеленью, но мне не удавалось ухватиться за оттенок. При разном свете они переливались и мерцали, будто открывая всем озорной характер их носителя.

Он не был слишком накаченным, но и худым назвать его у меня не поворачивался язык. Длинные изящные пальцы больше подошли бы художнику или музыканту.

– Я такой горячий, что ты не можешь оторвать от меня глаз? – ухмыльнувшись, поинтересовался Шон.

– Утешай себя этим.

Он засмеялся. Настал его черёд пялиться на меня. Я гадала, о чём думал Шон, пока его цепкий взгляд исследовал моё лицо.

– Не нравится, когда на тебя смотрят?

– Не нравится.

– Но ты смотрела на меня. Бесстыдно разглядывала моё лицо и явно думала о непристойных вещах. Не думаешь, что я имею права глазеть на тебя?

– Перестань.

– Я просто пытаюсь быть дружелюбным, – заявил он.

– А я пытаюсь сдержаться и не ударить тебя по лицу.

Шон громко засмеялся, наклонив голову назад.

– Думаю, мы подружимся, Грейс Джонс.

Шон закинул ногу на ногу без особого изящества и взял книгу с ближайшего стеллажа.

– Пришла за учебниками?

– Да.

– Может, тебе нужна помощь? – спросил Шон, бездумно листая книгу. – Есть что-то, что ты хочешь?

Первым порывом было отказаться и отправить парня по своим делам, но я вовремя прикусила язык.

– Я мало что знаю про мир никритов и ваши правила, – сказала я, поглядывая на книгу в руках Шона. – Не знаю, с чего начать.

Шон покосился на книжный стеллаж за своей спиной и, не вставая, вытянул оттуда толстую книгу.

– Тогда почитай это. Тебя точно отправят на занятия по классификации стихий. Туда приходят либо новенькие, либо те, кто плохо усвоил материал за прошлый год. Занятия ведет Марта. Она очень классная и очень требовательная, – на последних словах Шон поморщился. – Готовься к дополнительным индивидуальным занятиям.

Я уставилась на учебник и уже хотела поблагодарить Шона, но тут почувствовала странное колющее чувство в районе виска. Подобное со мной уже происходило, когда Артур вторгался в мои мысли. Я подняла голову и увидела слегка затуманенный взгляд Шона.

– Ты пытаешься влезть в мою голову? – спросила я, резко поднимаясь на ноги. – Серьезно? Ты хоть знаешь, что я еще не умею ставить защиту?

– Нет, погоди! Я не пытался влезть тебе в голову. – Шон поднялся следом. – Я считывал тебя. Это не то же самое.

– Неужели? – фыркнула я, потянувшись за клетчатой рубашкой и желая поскорее уйти.

Шон схватил меня за запястье, когда я прошла мимо.

– Слушай, извини. Твоя аура изменилась. Я подумал, что это из-за меня и… – Шон почесал свой затылок. – Хотел удостовериться, что это не так.

– Какая тебе разница, что я думаю о тебе?

– Ты не обрадовалась, когда увидела меня, но я не желаю тебе зла. Правда. Я могу болтать без умолку и не следить за словами, что может раздражать. Но я точно не собираюсь залезать тебе в голову. Не осознанно.

Я недовольно посмотрела на него.

– Иногда это происходит само по себе. – Шон поднял ладони перед лицом в защищающемся жесте. – Честно.

Шон выглядел искренним, и это подкупило. Я заметно расслабилась и взяла из его рук учебник по классификации стихий, который он мне протянул.

– Я тебе верю.

– Правда? А то ты смотришь на меня так, будто я кретин.

– Не могу это контролировать.

Шон наиграно дернулся назад, словно я толкнула его, и приложил руки к сердцу.

– Она даже не догадывается, какими болезненными словами разбрасывается, – заявил он, глядя куда-то в потолок. – Это понижает мою самооценку.

Сомневаюсь, что у таких парней вообще есть проблемы с самооценкой.

– Каких «таких»? – спросил Шон.

Когда я поняла, что он все-таки влез в мою голову, то быстро развернулась и направилась дальше. Нужно срочно найти кого-нибудь, кто даст мне чертовы учебники. Шон, тем временем, выкрикивал извинения.

– Эй, Джонс!

Я обернулась и тут же почувствовала прикосновения ветра на лице.

Книга упала на пол. Руки Шона окутало едва заметное голубое свечение, и я удивлено посмотрела на то, как его рыжие волосы начали шевелиться на макушке.

– Будь осторожна со сквозняками. – Парень подмигнул мне, поднял книгу, отдал ее мне и через секунду скрылся за дверью.

Шон оказался никритом воздуха.

✩✩✩

Наступил понедельник, а вместе с ним началась учебная неделя. Атмосфера, которая ничуть не отличалась от атмосферы в обычной людской школе, помогла хотя бы немного успокоиться.

Мне не хотелось, чтобы кто-то обращал на меня внимание, поэтому я села в самый конец аудитории к стене, пока Марта приветствовала учеников. Она, как и сказал Шон, сразу напомнила о дополнительных занятиях для отстающих и бросила мимолетный взгляд на меня. Этого было недостаточно, чтобы привлечь внимание других, но достаточно, чтобы я поняла ее молчаливый намек.

Марта начала рассказывать про систему обучения. Я узнала, что никриты, которые хотели подняться по карьерной лестнице, должны были оставаться в школе и проходить дополнительные курсы. Некоторых отправляли на стажировки в штаб-квартиры, в городские патрули и в Австралию, где находилось «сердце» мира никритов. К счастью, ко мне это никак не относилось, поэтому я принялась рассматривать Марту.

На вид ей было лет пятьдесят. Темные волосы, убранные в низкий пучок, на висках и челке тронула седина. Образ из бежевого классического костюма дополняли туфли на широком каблуке, и мне показалось, что без них она будет на целую голову ниже меня.

Аудитория была заполнена наполовину. Артур сказал, что я попаду в одну группу с никритами, которые отстали по программе, были переведены из других школ или те, кто просто посещал дополнительные занятия для общего развития, но не собирался связывать свою жизнь с миром никритов. К восемнадцати годам большинство учеников уже заканчивали основной курс и переходили на индивидуальные занятия и практику.

Я же была исключением из правил даже среди присутствующих, поэтому не представляла, как в моем случае выстраивалось бы классическое расписание. Для усваивания всей информации было необходимо минимум пять лет. У меня для этого не было ни времени, ни желания.

Я положила руки на стеклянную парту, на которой умещался только учебник и тетрадка, и принялась внимательно слушать:

– Как вы все, наверное, знаете, никриты могут управлять не только стихиями, – начала она мелодичным нежным голосом. – По мере обучения никриты становятся выносливее, сильнее, быстрее. Улучшается наша память, органы чувств, восприятие всего мира.

– Но я думала, что у рожденных никритов эти навыки появляются сразу после рождения, – сказала девчонка на первой парте с длинной светлой косой.

– Верно, Холи. Но даже рожденный никрит может потерять эти навыки без регулярных тренировок. Поэтому они постоянно работают над собой вместе с обретенными.

На последней странице тетради я быстро оставила несколько пометок.

Обретенные – никриты, которым не повезло родиться с силой стихии. Холи – светловолосая на первой парте.

Когда девушка села в пол-оборота, я написала: «Почему она в очках? Разве органы чувств у никритов не совершенны?».

Надо будет спросить об этом Артура. Марта встала перед партой Холи и внимательно посмотрела на каждого из нас.

– Энергия никритов связана с силами четырех стихий. Земля, вода, воздух и огонь. В детстве, когда сила никрита только начинает проявляться, в месте, где он живет, происходят стихийные бедствия различного масштаба. Если это наводнение, значит никрит будет обладать силой воды, если это землетрясения – земля. Пожары – огонь. Ураганы – воздух.

– Но разве это не опасно для людей? – спросил какой-то парень помладше недалеко от меня.

– В штаб-квартирах по всему миру есть специальная система отслеживания подобных ситуаций. К тому же, мы тесно взаимодействуем с людьми. Они круглосуточно наблюдают за изменениями природы и предупреждают нас.

В этот момент меня словно пронзило током. Исследование и наблюдение за природными явлениями? Звучит как что-то, с чем может быть связана Мери. Ведь она тоже занимается этим. Я тихо вздохнула. Теперь понятно, почему они с Артуром были знакомы. Уверена, что Мери работала с никритами. Или работает до сих пор. Я вспомнила, как покраснела Мери, когда мы говорили про Артура за день до поездки. Может, их связывала не только работа.

– К месту природного явления направляют никритов соответствующей стихии. Так что людям совершенно не о чем беспокоиться. – Марта улыбнулась нам всем. – Теперь, давайте поговорим о том, как распределяются стихии. Холи, пожалуйста, скажи нам, кто такие рожденные никриты.

– Это никриты, которые были рождены с возможностью управлять стихиями. Обретенные получают силу после испытания, – ответила Холи, немного задрав подбородок вверх.

– В семье может быть только один рожденный никрит, но другие дети, зачастую, идут по стопам родителей, проходят испытания и тоже становятся никритами. Самый известный для вас пример – Джессика Паркер. Ее старший брат, Джей, рожденный. А она проходила испытание и стала обретенной.

Ученики о чем-то зашептались между собой. Видимо, знали о ком шла речь.

– Рожденные никриты немного превосходят обретенных, потому что сила стихий течет в их крови. Но это не значит, что процесс объединения со стихией дается им легко. Важна самодисциплина, ответственность. Обретенный никрит может стать сильнее рожденного, если будет тренироваться в несколько раз усерднее.

– Марта, а могу я задать вопрос не по теме стихий? – спросила Холи.

– Задавай.

– Правда ли, что крейги – это проклятые никриты?

Все уставились на Марту.

– Одна из легенд подтверждает эту теорию. Она гласит, что некоторые никриты желали получить больше силы, чем могли себе позволить, и Высшие отобрали ее у них. Никриты сошли с ума и превратились в крейгов. В другой легенде сказано, что никриты начали убивать людей и сами наслали на себя проклятье.

– А какая легенда правдива? – спросила я.

– Крейги – это мутация, которая появилась примерно в то же время, что и никриты. Никто не расскажет вам о причинах ее появления. Это болезнь, которая просто развилась в нашем мире и с которой мы боремся до сих пор.

Что-то в ее ответе показалось мне притянутым за уши, но я не стала наседать с расспросами. Причины возникновения крейгов меня не касались.

– Они ведь не смогут попасть на территорию школы, верно? – спросила Холи.

Марта оживилась, когда услышала взволнованный голос.

– Школа защищена магическим куполом, который установили сильнейшие никриты. Вам не стоит беспокоиться за свои жизни. Давайте продолжим. – Марта подошла к компьютеру и вывела на большой экран на стене символы. – Стихии – это четыре первоначальных вещества. Считается, что у каждой стихии есть своя душа. Поэтому они, в какой-то степени, материальны внутри вас.

– Вы сказали о четырех стихиях, – вновь раздался голос с первой парты.

– Именно, Холи.

– Но ведь символика всех стихий состоит из пяти знаков.

– Это так. – Марта нажала что-то на своем компьютере, и на экран вывело черно-белое изображение.

Четыре стихии были расположены по кругу, переплетаясь какой-то лентой. А пятым знаком в центре оказался… Все ученики одновременно подались вперёд, чтобы рассмотреть знак поближе, но даже на последней парте я видела знакомые плавные лучи, исходящие от небольшого шара.

Солнце, которое я иногда видела в своих снах.

Какого черта?

– По легенде в мире существует не четыре, а пять стихий. Солнце означает объединение всех четырех стихий, и только избранные могут овладеть этой способностью. Что тоже является всего лишь легендой. Давайте сделаем небольшой перерыв.

Ученики тут же зашептались.

Когда Марта начала убеждала всех, что легендам не стоит уделять такое большое значение, дверь в кабинет резко распахнулась. Сначала я увидела рыжую копну волос и только потом поняла, кто зашел в кабинет.

– Джонс!

Шон был одет в такую же стандартную форму школьника, как и я: обычный костюм из плотных черных штанов, футболки и кофты. Он подбежал ко мне и плюхнулся рядом на стул, не обращая внимания на внимательные взгляды учеников.

– Как дела?

Я косо глянула на него.

– Перестань опять смотреть так, как будто хочешь заехать мне по лицу. Как дела? – повторил он.

– Хорошо, наверное…

– Наверное? Тебя уже успел кто-то обидеть? – Шон осмотрелся, и ученики быстро отвернулись. – Я бы мог защитить тебя, в случае чего. Знаешь, у меня здесь есть немного власти.

– Что ты тут делаешь?

– Не я, а мы, – поправил меня Шон. – Проходили мимо и решили зайти. Метт очень любил занятия Марты.

Только сейчас я заметила еще одного парня, зашедшего с Шоном в аудиторию. Он стоял и беседовал с Мартой, улыбаясь от ее слов. Когда-то я думала, что парни-никриты и парни-люди ничем особо не отличались. Эти мысли были вызваны раздражением после разговоров одноклассниц о сексуальных обворожительных никритах.

Но, Боги, как же я ошибалась. Между ними была разница. Я все никак не могла оторвать взгляд от темно-каштановых волосы, аккуратно уложенных на голове. Серые глаза незнакомого парня искрились, когда он смеялся и открывал вид на милые ямочки на щеках. Из-под чёрной футболки выступали плотные крепкие мышцы, что добавляло его приветливой внешности обаяния и какой-то… опасности.

С разных сторон послышались вздохи женской части класса.

Я даже не могу проигнорировать ответную реакцию, вспомнив, скольких парней я встретила по пути на занятия. Почему никриты вокруг выглядят так, будто собираются совратить меня в коридоре?

– Вот же подхалим ты, Андерсон, – пробубнил Шон, когда парень подошел к нам.

– Ты бы тоже мог завоевать расположение Марты, чтобы она не издевалась над тобой. Тогда ты бы сдал ее предмет с первого раза, а не с двадцать первого.

– Она была в плохом настроении. Каждый двадцать один раз.

Голос парня был хриплым, но плавным и теплым. Всеобщее внимание ничуть их не волновало, хотя некоторые девушки откровенно пялились на них. Пока я наблюдала за реакцией в аудитории, парень периодически наблюдал за мной.

– Ты ее любимчик, – прошептал Роджер в надежде, что Марта не услышит.

На губах парня расцвела улыбка. Когда Шон положил свою руку мне на плечо, внимание окончательно оказалось приковано ко мне.

– Значит, ты Грейс? – спросил он, протягивая мне руку. – Я Метт Андерсон. Шон сказал, что у тебя хорошая реакция.

– Все верно. – Я ответила на рукопожатие. – А вот у него не очень хороший глазомер.

Метт засмеялся, а Шон рядом недовольно заворчал.