Геллена Власова и портал в подсознание
Рада Огнив
Геллена Власова и портал в подсознание
Пролог
Страна, окружённая природными чудесами: от бескрайних растительных просторов до бурных волн Сонного океана – звалась Славвета.
Здесь среди зелёных лесов и современных городов, среди шумных улиц и тихих переулков происходили странные вещи. В сумерках, когда улицы темнели и пустели, по ним бродили фигуры в чёрных одеждах. Они встречались в подворотнях, перешёптывались на пустынных площадях, обменивались непонятными знаками.
Так и в ту поистине странную июньскую ночь, на балконе появлялась тень. Она безмолвно стояла за окном, держа в руке палку. И наблюдала. Впереди, в маленькой кровати показалось шевеление.
Вот она!
Цель и не знала, что в этот самый миг неизвестный смотрит на неё своими серыми, точно полнолуние глазами. Он тихо направился к застекленной двери и прошёл её насквозь, точно бестелесное существо. Заскрипел паркет, но странник не терял уверенности. Шаг за шагом. Скрип за скрипом. Он двигался к своей цели.
– Ну что, Геллена Власова, – прошептал он. – Пора тебе вернуться домой.
Но не сегодня.
Глава 1. Тайные послания
"Огонь!"
Потирая виски, десятилетняя Геллена Власова чуть приподнялась с постели и тут же плюхнулась от бессилия обратно на мягкую подушку. Голова болела, в глазах двоилось. Так плохо она себя никогда не чувствовала. Холод прошелся по её ногам, двинулся по рукам и остановился у макушки.
«Ай!»
Что-то резко полоснуло левый локоть. Повернув тяжелую голову, девочка мутным взглядом пригляделась и во всю мощь закричала:
– ПАПА! ПОЖАР!
Различив в комнатной темноте небольшой сгусток дыма, исходящий от верхнего края одеяла, она, словно камень, свалилась с кровати. Холодный пол встретил её твёрдыми досками, а лежащий у стола ковер предательски продолжал спать. Гелла с ужасом смотрела на небольшой клочок огня, что не заметила, как в комнату вбежали двое.
Молодая девушка двадцати шести лет, одетая в длинную пижаму, откинула с плеча косу цвета карамели, судорожно подняла племянницу с пола и вывела из комнаты. Темноволосый мужчина с аккуратной короткой бородой, облаченный в тёмно-синий халат, держал в руке хрустальную вазу, наполненную водой.
Пшш…
Ленты пара, словно змеи, поползли вверх и вылетели в приоткрытое окно, встречая ночную улицу небольшого городка Луговой.
– Как же ты нас напугала! Честное слово. – Ореховые глаза тёти Яны заблестели, словно круглые камешки янтаря.
– Хорошо, что ты рядом, – произнесла девочка.
По лицу Яны пробежал страх. Глаза стали стеклянными, рот от шока приоткрылся. Казалось, она увидела призрака. Дальнего призрака прошлого
– Яна, с тобой всё хорошо? – поинтересовалась Гелла, глядя в бледное лицо тёти.
– Я в порядке… Прос-то, – начала заикаться Яна. – Я вспомнила твою маму.
Гелла загрустила. Она знала, что её мама умерла десять лет назад. Но почему-то никогда не горевала. Может, потому что рядом с ней была Яна – младшая сестра мамы – отчего все печали улетали прочь.
Яна живет в доме Якова уже пол года. До этого она часто навещала Геллену, привозила подарки, одаривала вниманием и каждый раз обещала вернуться. В один день она опоздала на автобус и просто осталась жить, теряя за кирпичными стенами работу в пекарне, лучших подруг и маленькую комнату в общежитии.
Дверь со скрипом закрылась.
– Обошлось. – Выдохнул мужчина, оперевшись о стену.
Как и прежде на лбу Якова Власова красовалась глубокая морщина, в области висков выглядывали седые пеньки волос, а серые глаза, словно луна, проникновенно нацелились на дочь.
– Гелла, ты как?
Девочка осталась безмолвной. Прячась в крепких объятьях тёти Яны, она пыталась забыть весь этот кошмар.
– Что же нам делать, Яша? – срывающимся голосом спросила Яна. – Может…
– Нет, – отрезал он. – Это пустяк.
Отец многозначительно смотрел на Яну, после пожелал всем спокойной ночи. Его шаги гулким эхом растянулись по коридору, затем умолки, закрывшись в мало освещённой спальне.
– Хочешь, я останусь с тобой на ночь? – предложила Яна.
Гелла замотала головой.
– Я просто посижу рядом.
Скрип петель. Щелчок ручки, и дверь открыта .
Комната, освещённая ночником и голубовато-серым отражением луны, встречало тётю и племянницу зловещим одиночеством. Длинный угловой шкаф для одежды прямо глядел на вошедших, а маленький рабочий стол, стоящий по соседству, уже и не помнил, когда в последний раз был абсолютно чист. Так и сейчас на нем разлеглись бумажки, карандаши, мелкие игрушки и одинокая фото рамка с улыбчивой молодой девушкой за стеклом. Она очень сильно напоминала Геллу: такие же каштановые волосы, тот же нос и розовые щечки. Казалось, это один и тот же человек. Но вот незадача, цвет глаз совсем разный, отчего девочка каждый раз расстраивалась.
Яна подошла к тахте, расправила одеяло и заметила небольшой обугленный след.
– Жалко, – простонала она – Нужно менять.
Открыв шкаф, откуда на неё свалилось несколько мятых футболок Геллы, тётя вытащила чистый комплект постельного белья с самой верхней полки.
– Давай помогай! – скомандовала Яна, отчего Гелла прискакала к кровати быстрее кузнечика.
Сняв старое постельное белье, одной большой командой Гелла и Яна расправили свежие пододеяльник, наволочку и простыню. А старое, к его несчастью, отправилось в чёрный пакет.
Пока Яна относила следы бессонной ночи на первый этаж, Геллена сходила в душ, переодела пижаму и плюхнулась на кровать.
Мягкое постельное облако обволокло уставшее тело и убаюкивающе обняло прохладой. Из приоткрытого окна веяло теплым летним ветерком, гуляющим по улочкам спящего городка Луговой. А завтрашний день вселял надежду на долгожданную встречу.
***
Наступило утро. Первые лучи солнца начали заходить в дома людей без стука. Яна проснулась раньше всех, сидя у кровати любимой племянницы. Она тихо вышла из её комнаты и двинулась в выделенную лично ей спальню.
Небольшая, но чистая, комната тёти Яны сверкала в лучах солнца, отражающихся в зеркале трюмо. Девушка переоделась и зашоркала на первый этаж, в сторону кухни.
Там её уже ждали деревянные тумбы, стоящие ровным строем и готовые выплюнуть из своих ящиков пузатые начищенные до блеска кастрюли, тяжелые чугунные сковородки и пластиковые миски. Над ними возвышались светлые шкафы, охраняющие в деревянных оковах белую посуду, наборы специй и коллекции чая, которые в знак дружбы любит привозить семейство Романовых. Белый холодильник, спрятанный в самом углу просторной бежевой комнаты, отворился и встречал нашу хозяйку последней упаковкой яиц, вчерашней курицей и бисквитным коржами.
Яна, словно колдунья, вооружилась венчиком – волшебной палочкой и принялась за приготовление омлета. Желток крутился так и этак, но всё-таки прорвал оболочку и смешался с бесцветным белком. Яичная масса искупалась в молочных ваннах, растворила кристаллы соли и расчихалась от черного перца. Разогретое на сковороде масло шипело и извивалось, точно уж, не подпуская к себе ни одну душу, поэтому даже омлет не смог устоять от его жарких объятий.
Пока тётя Яна хлопотала над завтраком, на кухню вошёл Яков.
– Доброе утро!
– Ой! – пискнула Яна. – Яша, не пугай меня больше! Иначе я заикой останусь.
– Заикание лечится, если что запишем тебя к логопеду. Я знаю одну на примете. Она помогла моему коллеге, у которого после инсульта были проблемы с речью. Как говорится, нет плохих профессий, но есть такие, которые мы уступаем другим. – Яков сел за стеклянный стол.
Фыркнув, Яна насыпала в кружку измельченный сбор из клевера и папоротника, залила кипячённой водой и поставила на стол перед носом Якова.
– Опять это лабуда! – застонал от недовольства глава дома.
– Пора его выпить. – строго ответила Яна. – Раз уж ты решил сдерживать силу, не жалуйся.
– Я же просил не упоминать это! – Яков отодвинул чашку с травами. – Сделай мне кофе.
Яна поставила перед мужчиной чайник, чистую чашку и банку кофе, а сама опустив глаза, подошла к мойке и принялась начищать сковороду. Ничто так не успокаивает, как уборка. Может, поэтому Яна постоянно поглощена этим: убираясь, пытается не думать о плохом?
Глава семьи закончил завтракать и направился в комнату. Там он надел идеально выглаженный серый костюм, в зеркале полюбовался на своё отражение, а после схватил со стула чёрный дипломат и спустился вниз.
В небольшой, но просторной прихожей отец надел чёрные лакированные туфли и, попрощавшись с Яной, вышел на крыльцо.
Через пару минут уже ехал в машине с включённым кондиционером: больно жаркое утро сегодня, а, значит, день будет ещё жарче.
Геллена проснулась резко, можно сказать, вынырнула из сна, и, сидя на кровати, тёрла сонные зеленые глаза. Она не могла понять, был ли огонь правдой или это очередной глупый сон.
Встала с кровати, подняла наволочку и… ничего не нашла. Девочка сжала розовые губы и недовольно отправилась в ванную.
Тщательно умывшись, она быстро промокнула влажное лицо полотенцем, повесила его на крючок и замерла. На зеркале, усыпанном мелкими каплями, невидимой рукой печатались буквы. Точно черным маркером, буквы превращались в слова, а слова во фразу.
«Я скоро приду» – гласила надпись.
Что это такое? Гелла не поверила своим глазам. Поморгав, девочка убедилась, что ей не мерещится, и судорожно попыталась стереть таинственное послание. Полотенце, губка для уборки, даже ногти не смогли убрать буквы с зеркала, отчего внутри всё словно похолодело. Девочка почувствовала, как сердце ушло в пятки, стало тяжело дышать, что с ужасом выскочила из ванной.
Дом пустовал. Ни папы, ни Яны. И кто же ей поможет?
Тихо ступая на пол, Геллена жевала губы и со страхом тянулась вдоль стены в сторону ванной.
«Мне же не показалось!» – уверяла себя девочка. – «Там правда были слова».
Но просунув голову в дверной проем, она обнаружила, что надпись исчезла. Зеркало кристально чистое, будто кто-то его тщательно протёр.
– Не может быть! – воскликнула она.
Вбежала в ванную и, точно исследователь, принялась рассматривать гладкую поверхность. Никаких следов!
Задумчивая Гелла спустилась на кухню.
В тарелке распластался надоевший ей омлет. Скривив лицо, Геллена поставила его на стол, взяла вилку и чашку и, пока на плите закипал чайник, бросилась на поиски какао.
– Яна опять всё переставила, – бормотала себе под нос девочка.
Не найдя какао, Гелла тяжело вздохнула и налила себе оставленный в кружке травяной сбор. Как раз вовремя, потому что чайник уже подал голос.
Геллена принялась за омлет, стараясь быстрее проглотить однообразное белковое месиво. Рвотные позывы не заставили её долго ждать, отчего она сложила остатки завтрака в маленький пакет и затолкала на дно мусорного ведра.
Как обычно, за маленькую победу девочка решила побаловать себя лакомством, в этот раз зефиром в шоколаде, укромно затаившимся на верхней полке.
Стоя с упаковкой в руках, Геллена уже представляла сладкий вкус зефира, что во рту появились слюни. Как в прихожей хлопнула дверь.
Девочка налилась краской. Руки затряслись, дыхание сбилось. Спрятав за спину коробку, Гелла с широко раскрытыми глазами смотрела через арку в коридор.
Фух! Опасность миновала.
– Доброе утро. – Яна держала в руках пакеты и голубую сумку, что ей они не мешали расцеловать племянницу в обе щеки. – Ты чего такая напуганная?
Гелла, выдохнув, положила на стол запрещенку.
– А, теперь понятно. – Яна хохотнула. – Рано или поздно мы попадемся с тобой.
– Ну и ладно! – махнула головой Гелла и с наслаждением принялась за угощение.
Она поднесла ко рту чашку, как тут же Яна силой выбила её из рук. Гелла зажмурилась от звука грохочущего по полу стекла.
– Это для папы! – выпалила Яна, а после с ужасом осознала содеянное. – Извини меня. – Яна обняла испуганную девочку. – Это моя ошибка. Нужно было вылить этот чертовый чай.
Видя растекающуюся зеленовато-желтую лужицу, Геллена поверить не могла, что обычный травяной чай наделает столько шуму.
– Не знала, что папа пьет такое, – сказала девочка, когда вместе с Яной собирала осколки.
– Пьет. Ему нужно…
– Правильно питаться, чтобы не болеть, – закончила фразу Гелла. – Поэтому мы и едим каждый день омлет.
-Ты умница! – тётя Яна улыбнулась. – Всё понимаешь.
Конечно! Когда несколько раз на дню тебе повторяют одну и ту же фразу на протяжении многих лет… Как тут не запомнить?
– Геллочка, у меня большой заказ праздничного торта. Так что, развлекаться тебе придется самой.
– Может, я тогда пойду к Саше? – подняла глаза девочка.
– Разве он уже приехал?
– Должен. – произнесла Гелла. – Я ему позвоню.
Девочка направилась в гостиную.
Яркий солнечный свет вошел в комнату через широкие окна, украшенные персиковыми занавесками, и улегся на деревянном паркете, растягиваясь до самого кофейного столика. Светлый диван и мягкие плюшевые кресла прижали узорчатый красновато-коричневый ковер к полу и ожидали встречи с приходящими по праздникам гостями. Стоящий слева длинный коричневый сервант старался копить пыль как можно чаще, чтобы хозяйка заботливо протирала его влажной тряпкой.
Гелла плюхнулась в кресло, взяла с кофейного столика трубку телефона и быстро набрала номер.
– Да? – послышался мужской голос в трубке.
– Дядя Антон, это Гелла, – с комом во рту произнесла она.
– А, Геллочка! Рад тебя слышать.
– Саша приехал?
– Конечно! Сейчас позову. – Послышались негромкие шаги, а после слова. – Бери… Подружка…
– Саша! – позвала девочка.
– Я здесь! – В трубке голос друга звучал неестественно. Гелла была уверена, что недавно он был звонче.
– Приходи ко мне, – предложила девочка. – Мне столько нужно тебе рассказать!
Сидя в кресле, она украдкой посматривала на зеркальное отражение дверцы громадного шкафа. Саша что-то бормотал, но подруга его не слушала. Она, разинув рот, глядела на стекло. Неужели опять загадочная надпись?
Свет собирался в танце серыми красками, и образовал на своей прозрачной поверхности образ пожилого мужчины.
– И? – послышался голос Саши.
– Извини… – Трясущимися руками девочка бросила трубку и выпрыгнула из кресла.
Старик, как полу прозрачная наклейка, глядел на Геллу. Тонкие губы едва заметно двигались, будто беззвучно произнося слова, а худощавая рука радостно помахивала ей в знак приветствия. Взгляд девочки застыл на необычном символе, ярко выделяющимся на бледной коже его ладони. Она никогда раньше не встречала ничего подобного. Просто чудеса!
«Нужно позвать Яну!» – сказала себе Гелла, но тут же передумала. – «Она же просила меня не мешать ей. Что же делать?»
Гелла медленно двигалась в сторону серванта, и с каждым шагом приближающийся силуэт старика становился мутнее и мутнее. А в конце и вовсе исчез.
– Ну и ну… – пробормотала девочка и почесала макушку. – Что же тут происходит? Огонь в кровати… Надпись на зеркале… А теперь старик… Саша точно мне не поверит.
Пока Гелла смотрела в одну точку и разговаривала сама с собой, в открытое окно влетел бумажный самолетик, клюнул носом плечо и аккуратно приземлился на полу, у самых её ног. Что там ещё?
Гелла подняла аригами. Развернув, явно вырванный из школьной тетради лист бумаги, она с облегчением выдохнула. Послание от Саши: этот корявый почерк она узнает из тысячи.
«Я на крыльце».
Ой, она совсем забыла про Сашу! Девочка смяла лист, подошла к окну и вытянула голову, точно черепаха из панциря. Лицо обдало летним жаром и ароматом душистых цветов зеленого садика.
«Ну и духовка!» – подумала она и силой закрыла окно.
ДЗИНЬ! ДЗИНЬ!
А вот и звонок в дверь.
– Это Саша. – сказала Геллена, чтобы Яна не отвлекалась на дверь. – Я открою!
Девочка бежала в прихожую. Она широко улыбалась и подпрыгивала от переполняющей её радости.
Раз поворот замка. Два… Три…
На крыльце стоял высокий пожилой мужчина.
– Здравствуй, Геллочка. Я твой дедушка Марк. – произнес он низким голосом.
Дверь с грохотом захлопнулась перед его счастливым загоревшим носом.
Глава 2. Нежданный гость
Гелла попятилась назад и быстро прошмыгнула на кухню. Прижимаясь к стене, она старалась слиться с ним, точно хамелеон. Чтобы руки и ноги превратились в шероховатые светлые обои, одежда облепила её цепкими оковами, и всем телом врасти в бетонную плиту. Но, кроме холода, щекочущего её шею, ничего не менялось.
– Яна. – Начала испуганно девочка. – Там кто-то пришел.
– Ну и что?
Яна не подняла глаз. Она перекладывала белый крем в кондитерский мешок.
– Это дед, – тихо сказала девочка.
– Дед?
– Назвал себя Марком.
Яна подняла голову и изумлено глядела на племянницу. Её глаза заблестели то ли от радости, то ли от грусти, но эта новость точно поразила тётю в самое сердце. Яна отложила кондитерский мешок и, охваченная беспокойством, вылетела в прихожую.
Не веря в происходящее, Геллена засеменила следом. В душе её разрасталась тревога.
Дверь распахнулась .
Солнечный свет зашел на порог вместе с пожилым мужчиной. Одетый в легкий бежевый костюм седоголовый старик закрыл за собой дверь. Яна с широким объятьями кинулась ему на шею, а дедушка счастливо хохотал басом.
– Сколько лет! – воскликнула Яна.
– Больше пяти точно.
Старик опустил девушку на пол и, широко улыбаясь, промокнул скользящие по щекам слезы.
– Мы и не ждали. Не гадали. Где вы были?
– Всё потом.
– Хорошо – хорошо. Проходите раздевайтесь. Будьте как дома.
Пожилой мужчина стянул с ног легкие тканевые башмачки и оглянулся. Заметил в проходе Геллу и весело махнул ей рукой. Сердце ёкнуло. Это он! Таинственное отражение в стекле серванта точно принадлежала ему. Тоже самое худощавое лицо с впалыми щеками, тонкие губы и широкие брови, так сильно напоминающие мосты.
Гость шел медленно, слегка переваливаясь с ноги на ногу. Яна привела его в зал, гостеприимно усадила в кресло, а после вернулась на кухню, пронзённая трепетом.
– Гелла, поставь чай для дедушки Марка.
Зажав губы, девочка трясущимися руками налила в чайник воды, поставила его на огонь и ждала. В это время на столе уже возвышался двухъярусный торт. Яна, точно фундамент уложила коржи и залила его скрепляющим сладким кремом, что теперь он походил на величественную башню. Тетя управлялась с тортом, а Гелла медленно доставала чашку.
«Интересно, если я разобью её, то смогу не делать чай?» – думала Гелла, глядя на расписной фарфор. – «Но Яне это не понравится. А как не понравится папе, когда он узнает об очередной разбитой чашке. Лучше не рисковать»
Гелла тяжело вздохнула, высыпала заварку в сито, залила горячей водой. Легкие нити пара изгибаясь кружили по поверхности воды, поднимаясь выше и исчезая перед деревянными дверцами кухонных шкафчиков. Запах сушеных ягод и зеленой листы разлетелся по всей кухне.
– Какой приятный аромат. – вдыхая чайные пары, заметила Яна, а после обратилась к племяннице. – Отнесешь? Дедушка Марк будет очень рад.
– Угу, – только и ответила Гелла.
Сердце упало в пятки. Конечно, не очень хотелось нести незнакомцу чай, но другого выбора нет. Геллена поставила чашку на поднос и мелким шагом двинулась к нежданному гостю. По спине пробежала дрожь. Ноги точно начали прирастать к полу, а внутри всё сжималось от страха.
Что это за человек? И зачем он сюда пришел? Почему она его не помнит?
Дедушка сидел в кресле, излюбленном месте Геллы. Его серые глаза скользили по узорчатому ковру, а большие морщинистые пальцы стучали по деревянному подлокотнику. Плохо выбритое лицо было спокойно.
Девочка поставила поднос на кофейный столик и уже скоро зашагала прочь, как её окликнули.
– Гелла, – голос пожилого мужчины хрипотцой отразился в ушах. – Спасибо.
Геллена повернулась. От его широкой улыбки щеки запылали, а внутри начал разрастаться огонь. Ладони нещадно зачесались. Могла бы представить себе Яна, что буквально пару минут назад она, Гелла, видела этого пожилого человека в стекле серванта, что он будет ей махать, а потом ещё запульнет бумажным самолетиком. Вряд ли.
Гелла вежливо кивнула и помчалась в убежище к тёте. Яна уже выводила на белом кремовом полотне шоколадные слова: «Добро пожаловать домой».
– Фух! – выдохнула она, закончив писать последнюю букву. – Готово.
Праздничный торт с ягодами аккуратно оделся в коробку и встал на полку холодильника между скучными упаковками продуктов.
– Нужно позвонить заказчику, – глядя на Геллу, выразила свои мысли тётя.
Яна вымыла руки и довольная собой вышла в коридор.
Геллена осталась одна. Прижавшись к арке, она наблюдала за Яной, весело общавшейся с заказчиком по телефону.
– Конечно! Буду ждать вашего приезда… Не сможете… Тогда буду ждать вашего друга. Хорошего дня!
Яна положила трубку.
– Посидишь со мной? – услышала девочка слова гостя.
– Мне нужно убраться.
Яна посмотрела на поднос и ахнула. Ударив себя по голове, она снова и снова просила прощения.
– Если хотите что-то к чаю, могу Вам принести остатки крема. Уж извините, мы никого не ждали.
– Понимаю…
В этот момент Геллена почувствовала себя самым плохим человеком на свете: она не подумала об угощении для гостя, которое и так ей в тайне покупает Яна. Поэтому не долго думая, Гелла полезла в свой тайник.
Она тихо вошла в большую комнату как раз во время.
– Я тут, – заикаясь, произнесла Геллена. – Принесла.
Упаковка с оставшимся лакомством плюхнулась на стол.
– Ого! – Дедушка просиял. – Я только говорил Яне о том, какая ты умная и воспитанная девочка. Закрыть дверь перед лицом незнакомого человека! Не каждый осмелиться на такое. Я тобой восхищаюсь. Но я и не знал, что ты ещё такая заботливая.
Румянец на щеках Геллы дошел до самых ушей, что совсем немного и загорятся волосы. От такой похвалы тётя сама озарилась, будто все эти слова принадлежали ей. Тонкие брови округлились, а губы растянулись в улыбке, превращаясь в розовую ниточку. Яна прижала девочку к себе.
– Гелла у нас умница.
– Ну, не всегда, – ухмыльнулась Геллена, прокручивая в голове прошлые провинности, за которые ей хорошенько доставалось от папы.
Было дело: Гелла ушла на площадку соседнего района и до самого вечера не появлялась дома. Домочадцы просто сошли с ума от волнения. Или вот недавно оставила велосипед на улице, который благополучно кто-то укатил. Теперь у Геллы нет велосипеда, а у папы крепких нервов.
Дедушка по-детски закинул ноги на кресло.
– Мне не терпится узнать о всех твоих провинностях.
Яна напоследок погладила Геллу по спине и двинулась в сторону кухни, где застыли в ожидании гора немытой посуды и остатки украшений для торта.
Краснощекая Геллена проводила её взглядом, а после посмотрела на гостя. Он всё так же продолжал сидеть в султанской позе.
-Ты мне не рада? – поинтересовался дедушка Марк, видя как сползает улыбка с лица внучки.
– Я вас не знаю.
– Понимаю. Прошло много лет. Ты была совсем маленькой, когда я уехал.
И тут Геллу осенило. Она помчалась к серванту, где в нижнем ящике Яна хранит фотоальбомы. Достав, маленькую, совсем неприметную книжицу, Гелла пролистала её.
– Это Вы?
Взяв в руки фотоальбом, дедушка Марк натянул на нос висящие на цепочке очки и расхохотался.
– Точно я.
Свадебная фотокарточка родителей, на которой красовался молодой дед в сером костюме. Прилизанные темные волосы, легкая щетина, при этом очень серьёзное выражение лица. А рядом с ним стояло похожее лицо, но только принадлежащее Якову.
– А ещё есть? – поинтересовался дедушка.
Девочка положила перед ним два большим альбома, забитых фотографиями. Сидя бок об бок с дедушкой Марком и слушая семейные рассказы, Гелла совсем позабыла о недавнем страхе. Она глядела на фотографии и заворожено слушала. О папе, о Яне и, конечно, о маме. О том, как она любила вышивать, о том, какие вкусные пироги она готовила и как быстро росли от её чудесных рук цветы у него в саду.
– А папа мне не рассказывал. Он вообще не любит фотографии.
Дедушка грустно покачал головой.
– Теперь ты хоть что-то знаешь о своей семье. Но это только малая часть всей правды…
Послышался звонок в дверь. Дедушка и Гелла повернули головы: из кухни уже шоркала Яна.
– Гелла! – позвала тётя. – Саша пришел!
– Саша… – с ужасом прошептала Геллена.
Друг, как всегда пришел не вовремя!
Гелла растеряно смотрела на дедушку, который с пониманием кивнул.
– Иди, – сказал он подбадривающе. – Тебя ждут.
Обняв седовласого мужчину, Геллена помчалась в прихожую: там уже стоял её лучший друг. Саша так запыхался, что несколько минут стоял, восстанавливая дыхание.