Фиктивная невеста для дракона

Так, во всяком случае, всегда говорила мне Мэри.

С синего я и решила начать.

Только под такое платье моё простенькое бельё не очень-то и подходило. Правда, его всё равно никто не увидит. Но мой взгляд как-то сам собой упал на принесённые Анной комплекты белья и чулок. Потом я покосилась на штору, отделяющую меня от Николаса.

Она была довольно плотной.

И всё же от одной мысли, что он в любой момент может войти сюда, моё сердце на мгновение замерло. И совсем не от страха, к сожалению.

Себе-то мне врать смысла не было.

А это значило, что через пятнадцать дней просто расстаться и забыть его у меня может не получиться.

В итоге новое бельё я решила не надевать и осталась в своём. Только чулки из особого риевского шёлка. Тонкого и нежного. Почти незаметного, как паутинка. И одновременно с этим очень прочного и тёплого. В таких чулках можно было ходить даже зимой в сильный мороз. Благодаря особым магически модифицированным шелкопрядом и пропитки специальным зельем. Состав которого держался в большом секрете.

Ещё бы.

Ведь именно он позволял производителям зарабатывать большие деньги на этих чулках.

Правда, если их лёгкость и прочность была чуть ли не вечной. То тепло они хранили всего полгода. Потом действие зелья прекращалось. Но они всё равно пользовались большим спросом. Потому что в обычных чулках и осенью, и зимой было довольно холодно. А специальных заклинаний для того, чтобы согреть лишь ноги не существовало. Только такое, которое, словно мыльный пузырь, накрывало всё тело. Но хватало его ненадолго, так что приходилось постоянно повторять заклинание. А это было не очень удобно.

А на бал или приём шерстяные колготки под низ не наденешь.

Сегодня такие чулки я надевала впервые, потому что в обычное время они были мне просто не по карману. Да и мне было особо некуда их носить.

Я быстро сняла пальто и платье, одновременно с замирающим сердцем прислушиваясь к звукам из-за шторы и вздрагивая от каждого шороха. Я не знала, что буду делать, если Николас и правда решит сюда заглянуть.

Просто быстро прикроюсь?

Или тут же выбегу в дверь для работников магазина?

Правда, в этом случае нашу игру во влюблённых точно можно будет считать провальной, а мне придётся забыть про лавку.

Но он не пришёл.

Я переоделась и, бросив на себя последний быстрый взгляд в зеркало и отмечая, что это платье мне очень идёт, шагнула к шторе. Вместо ботинок на мне на время примерки были мягкие тапочки, ступала в которых я довольно бесшумно. Я взялась за края штор, а затем на миг закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Мне нужно было представить, что никакой измены не было. Что у нас всё хорошо. И что он просто, наконец, смог затащить меня в один из этих дорогих магазинов.

Нужно было вспомнить, что я чувствовала раньше, находясь рядом с Николасом.

Только вспомнить-то я могла. Ведь прошло не так уж много времени. А вот получится ли у меня достоверно это сыграть? В этом я была не уверена. Жаль, но я никогда не мечтала стать актрисой и не чувствовала в себе наличие этого таланта.

И всё же выхода у меня не было.

“Лавка, – напомнила я себе мысленно. – Это всё ради неё”.

Поэтому я растянула губы в улыбке и, наконец, отдёрнув шторы в стороны, шагнула вперёд. И тут же попала под прицел его взгляда, от которого по телу невольно побежали мурашки.

Я сделала первый шаг на подрагивающих от волнения ногах.

А потом ещё.

И ещё один.

И так пока я не дошла до самого конца небольшого подиума. Между ним и диванчиком, на котором сидел Николас, было совсем немного расстояния. Так, что он легко мог бы коснуться меня кончиками пальцев, лишь немного подавшись вперёд и протянув руку.

– Ну как тебе, Ник? – спросила я, стараясь говорить игриво.

ГЛАВА 8

Я немного покрутилась, при этом всё время чувствуя на себе его взгляд. А затем, повинуясь какому-то внутреннему порыву, я наклонилась и, встав на носок и немного выставив вперёд ногу, потянула юбку немного вверх.

– Кстати, на мне чулки из риевского шёлка. Такие нежные. Хочешь потрогать?

Но, кажется, это я сделала зря.

Потому что взгляд Николаса тут же стал обжигающе горячем. Я почти физически ощутила его сначала на своей груди, которая теперь была явно лучше видна, несмотря на довольно скромный вырез. Затем его взгляд скользнул вниз, зрачки тут же вытянулись, а он сам хрипло сказал:

– Хочу. Но для этого тебе придётся подойти ближе, Ди.

И он призывно похлопал по диванчику рядом с собой.

Нужно было просто отшутиться, напомнить ему про остальные платья и уйти переодеваться обратно за штору. Но вместо этого я под оглушительный стук сердца зачем-то шагнула вперёд, спускаясь с подиума, и подошла ближе. А затем я, скинув тапочек, поставила ногу на диванчик рядом с ним, но юбку приподнимать не стала. Так что теперь была видна лишь немного моя ступня.

– Прошу, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал шутливо.

А в следующее мгновение я тихо ахнула, потому что Николас внезапно взял мою ступню и поставил себе на ногу. Затем одной ладонью он заскользил по моей ноге вверх, поднимая юбку. В то время как вторая его рука осталась лежать на моей ступне, удерживая её.

Его ладонь поднималась всё выше и выше, а следом за ней поднимался жар. Словно вместо крови во мне бурлила огненная лава.

– Действительно, нежные. Но с твоей кожей, Ди, они всё равно не сравнятся, – сказал тихо он, глядя мне прямо в глаза.

И я смотрела на него, не смея отвести взгляда и чувствуя, как жар распространяются по всему телу. Так, что через пару минут, кажется, пылала уже я вся: от пальцев ног до кончиков ушей.

А я смотрела ему в глаза, позабыв обо всём.

Пока я вдруг не ощутила, что уже его пальцы гладят кромку чулок и касаются моей обнажённой кожи. Я тут же быстро опустила свою руку поверх его, удерживая и не давая подняться выше.

– Отличные чулки. А что насчёт белья? Оно на тебе тоже новое? – спросил Николас и попытался всё же двинуть ладонь дальше.

Это уже было слишком.

И далеко не на грани приличия. Хоть здесь больше никого и не было.

Потому желание просто скинуть его руку и отойти было невероятно сильным. Но это сейчас я могла легко так сделать, сдавшись первой.

А потом?

Мне всё же нужна была небольшая тренировка. Поэтому вместо того, чтобы прекратить это, я склонилась ещё ниже и сказала:

– А это ты узнаешь позже. Когда будешь помогать мне раздеваться перед сном.

Теперь уже грань перешла я.

– Тогда сегодня нам придётся лечь пораньше. Часов так в пять или в шесть, – сказал Николас, подаваясь вперёд. – Сразу после рождественского ужина.

А его потемневший взгляд опустился на мои губы.

И я вдруг отчётливо поняла, что сейчас он меня поцелует. А ещё, что я, кажется, совсем не против. Только этот поцелуй обещал быть совсем другим. Страстным и настоящим. Таким, который способен пробудить во мне ещё совсем недавно утихнувшие чувства.

Чего бы я совсем ни хотела.

Да и я не была уверена, что смогу оправиться второй раз и вновь склеить своё разбитое сердце, когда всё это закончится. Ведь для него всё это лишь игра.

Поэтому я резко отпрянула назад и, скинув его ладонь, отошла.

– А как тебе это платье? – спросила я неожиданно хрипло, не узнавая собственный голос. – Мне кажется, можно сразу остановиться на нём. Тем более что твои родственники нас наверняка уже заждались.

Я не была уверена, что он согласится, но просто не чувствовала в себе сил для того, чтобы спокойно продолжить примерку.

– Они не знают о нашем визите. Это будет сюрприз, – сказал Николас, глядя на меня пристально и цепко. Словно что-то ища в моём лице и, кажется, не находя этого. – Но если тебе нравится это платье, то возьмём его. Думаю, пальто, шляпку и сапоги ты сможешь выбрать сама. А я подожду тебя возле кассы.

Я кивнула и поспешила скрыться за шторой, всю дорогу чувствуя его взгляд спиной. Но облегчение я почувствовала, лишь когда услышала, как тихо хлопнула дверь, а затем нажала на кнопку, вызывая Анну.

Верхнюю одежду я выбрала довольно быстро, а старую Анна пообещала упаковать и отправить по нужному адресу.

– Если вы действительно этого хотите, – добавила она, явно намекая на то, что такое можно бы уже и выбросить.

И, наверное, если бы я действительно меняла весь свой гардероб, то могла бы сделать так. Только я всего лишь временно меняла свою “шкурку”.

Поэтому ничего выкидывать я не собиралась и сказала:

– Хочу.

А после уже вышла к Николасу.

– …ещё пару платьев пришлите по этому адресу, – говорил он уже другой девушке-продавщице. Но такой же милой симпатичной и молодой. – И ещё штук, скажем, десять-пятнадцать на ваш выбор по этому.

Первый адрес я знала. Там находился особняк его родителей. А вот второй был мне незнаком. Наверное, это был его личный адрес. Видимо, с той квартиры, в которой я тогда застала его и Фелисити, Николас всё же съехал.

– Хорошо. Всё записать на счёт герцога де Уонна? – спросила девушка с улыбкой.