Теория снежного кома
Профессор Бьёрн пригласил вас на канал
#winter-school-norway–2025
Я зашла в приложение и кликнула по новому возникшему каналу в моём списке.
@channel: Мои дорогие студенты! Добро пожаловать на тематический канал, посвящённый нашему будущему путешествию. Здесь я буду публиковать всю важную информацию о поездке и отвечать на ваши вопросы. Дайте знать, что все тут.
После этого сообщения последовали отклики студентов. А потом и я перевернулась на живот и напечатала:
@milana_ldova: Я здесь.
@FelicityCrawford: Профессор, мы с нетерпением ждём поездки! Спасибо вам за такую возможность.
Я закатила глаза.
Фелисити Кроуфорд жесть как любит лизать нашим профессорам задницы. Вряд ли её действительно интересует зимняя школа. Скорее, ей просто впервые выдался шанс выехать за пределы страны, и эта тупица схватилась за такую возможность.
А вообще Фелисити – наглядный пример того, какой нельзя быть ни в коем случае, если не хочешь раздражать всех вокруг просто своим появлением в поле зрения. Она скорее напоминает ходячий кликбейт, созданный для студенческой газеты The MSU Spokesman. У неё нет друзей только потому, что Фелисити обладает бесцеремонной прямолинейностью, которая скорее граничит с невежливостью. Если ей вдруг не понравится чья-то причёска, она сочтёт своей обязанностью увековечить это в саркастичной заметке под заголовком «Fashion Fails: не ходите так никогда!». Если она узнает о том, что, к примеру, Вирджиния Галлагер, не бреет ноги, потому что хочет нормализовать волосы на женском теле, Фелисити обязательно посвятит этому разгромную колонку под названием «Волосатые вопросы: когда бодипозитив превращается в антисанитарию?».
А ещё она влюблена в Эйса. Просто до беспамятства. Откуда я знаю? Об этом трубит весь кампус. И он тоже об этом знает. После каждой встречи экологического клуба Мудила ненавязчиво рассказывает Фелисити о самых интересных проектах, о своих планах по установке солнечных батарей на крыше спорткомплекса, о своей волонтёрской деятельности в национальном парке Йеллоустон. Фелисити, конечно же, тут же хватается за блокнот и начинает записывать все его слова, задавая кучу вопросов и восхищённо глядя ему в глаза.
Через пару дней в газете появляется статья под заголовком «Студент MSU спасает планету: Эйс Муди – герой нашего времени» или что-то в таком же стиле. В статье помещаются фотографии Эйса в его любимой шапке с логотипом Patagonia, интервью с преподавателями и восторженные отзывы его друзей.
Гадёныш ловко вертит всеми как хочет. Но со мной у него точно ничего не прокатит.
Я бросила телефон на тумбу и легла на спину, устремив взгляд в потолок.
В поездке в Норвегию есть и свои плюсы. Например, вместо неё профессор Бьёрн вполне мог придумать какую-нибудь учебную программу, чтобы по максимуму ограничить наше свободное время. В прошлом году, например, нам пришлось написать эссе на тему «Как изменение климата влияет на сноубординг в Монтане», а потом на первом же занятии после каникул зачитать его перед всей аудиторией. Что касается меня, я сгенерировала доклад с помощью нейросети лишь с небольшими правками.
Но минусы тоже имеются.
У меня были свои планы. Я собиралась пройти Cyberpunk 2077 и третьего «Ведьмака» на максимальной сложности и, наконец-то, апнуть ранг до «Immortal» в Valorant. Ещё мой любимый летсплейщик проводит рождественские стримы на «Твиче» и обещал радовать подписчиков новогодними сюрпризами. А теперь, получается, что я зря заплатила двадцать пять долларов за Tier 3 подписку[6]?
Надеюсь, Норвегия будет стоить таких жертв с моей стороны.
Глава 2. Неожиданная сделка
Утром я стояла у аудитории профессора Коллинза. Только собиралась войти, когда рядом возник Эйс со своим дружком – Кенни Янгом. Я едва сдержалась, чтобы не вцепиться Эйсу в волосы, когда он, нагло толкнув меня, первым вошёл в аудиторию. Вот же лось! Пришлось крепче прижать учебники к груди, чтобы не наброситься на Мудилу со спины и не попытаться вгрызться ему в шею.
Пройдя дальше, он устроился на своём месте, закинув ноги на стол.
Я двинулась к нему, швырнула учебники и выжидающе посмотрела на Эйса и его белоснежные кеды, которые он как будто чистит по три раза в день зубной щёткой. Кенни, сидящий рядом с ним, фыркнул со смешком, наблюдая за нами. Сегодня его рыжие волосы были растрёпаны ещё больше, чем обычно.
– Чего тебе? – лениво протянул Мудила.
– Копыта свои убери, – процедила я, – это моя территория.
– От лошади слышу.
Я опустила взгляд на его штаны. И по моему взгляду Эйс всё понял. Мгновенно убрал ноги, прикрыл пах руками и почти истерично завопил:
– Даже не смей думать об этом, Лягушка.
– Ещё раз рыпнешься, лишу тебя способности иметь потомство, – прошипела я, усаживаясь на стул.
И тут же почувствовала что-то липкое.
Подскочив, как ужаленная, я оглядела своё место. Белая краска! Свежая, гадкая, предательски расползшаяся по деревянной поверхности. И, судя по ощущениям, теперь и на моей заднице.
Эйс начал буквально давиться смехом, придерживаясь за стол, чем привлёк внимание остальных студентов, которые потихоньку заполняли аудиторию.
– Надеюсь, ты оценишь новый дизайн своих брюк, коротышка, – сквозь хохот произнёс он.
Я окинула его взглядом, полным смертельной ненависти.
– Чтоб ты… – начала я, но осеклась. План мести созрел мгновенно.
Сделав глубокий вдох, я развернулась и, не говоря ни слова, стремительно плюхнулась прямо Эйсу на колени. Он не успел ничего понять, только ахнул от неожиданности. А я, просидев на его тёмных джинсах ровно секунду, так же стремительно вскочила.
– Надеюсь, ты оценишь новый дизайн своих брюк, – передразнила я его же слова, ухмыляясь его ошарашенному лицу. – Не благодари за автограф от моей задницы. Это такая честь для тебя.
Кенни засмеялся, мне даже показалось, что он на моей стороне.
Эйс сидел, раскрыв рот, и таращился на белое пятно, красующееся на его когда-то безупречных джинсах. Уверена, они стоили бешеных денег. Эко-джинсы, переработанный хлопок, ручная покраска натуральными красителями… Наверняка, целая история за каждым стежком. Теперь и моя задница оставила свой след в этой истории.
– Ты… ты… – пробормотал Эйс, как сломанный робот.
Я уже повернулась, чтобы триумфально покинуть поле боя, когда почувствовала, как он хватает меня за руку. Сильно и неожиданно.
– Куда это ты собралась? – прорычал Эйс, вскакивая со своего места. – Думаешь, так всё закончится?
Он был в ярости. Прямо сейчас я бы не удивилась, если бы он начал плеваться огнём. Ну, или попытался меня придушить. Одно из двух.
Я резко выдернула руку.
– А нечего было портить мои штаны!
– Мне плевать на твоё тряпьё! – рявкнул Мудила. – Ты испортила мои любимые джинсы! Они видели больше горных вершин, чем ты – своих вонючих игр!
Я закатила глаза. Ну конечно. У него всегда была склонность к преувеличению.
– И что ты предлагаешь? – ядовито спросила я. – Вызвать полицию? Написать заявление о порче имущества?
Эйс на секунду задумался. В его глазах мелькнула какая-то странная искра.
– Знаешь что? – медленно произнёс он. – Ты мне должна. И я придумаю, как ты это отработаешь.
Я открыла рот для колкого ответа о том, что отрабатывать будет он, но в этот момент в аудиторию вошёл профессор Коллинз. Высокий, худой, с копной седеющих волос и прищуром, говорящим о многолетнем опыте общения со студентами. Он был одет в неизменный твидовый пиджак, на локтях которого красовались заплатки.
Саманта Старлинг, сидящая недалеко, бросила мне пачку салфеток, чтобы я могла хоть немного вытереть краску со стула. Я благодарно кивнула ей.
– Доброе утро, – произнёс профессор своим гулким голосом, который вибрировал по всей аудитории. – Что ж, не будем тянуть и приступим к сегодняшней теме. Надеюсь, все выспались.
Он поставил потрёпанный портфель на стол и окинул аудиторию взглядом. Его глаза задержались на мне. Я изобразила заинтересованное лицо, хотя на самом деле вытирала краску и одновременно думала о том, как же мне теперь отстирать её со штанов.
– Итак, – продолжил профессор Коллинз, открывая свой журнал. – Сегодня мы начинаем новую тему: «Устойчивое развитие горных экосистем». Мы рассмотрим влияние человеческой деятельности на горные районы и обсудим способы минимизации этого воздействия.
Он начал монотонно перечислять основные пункты плана лекции, а я тем временем погрузилась в свои мысли.
Наши отношения с Эйсом становились только хуже с каждым днём. Не то, чтобы меня это волновало… Хотя, нет, вру самой себе. Меня трясло от бешенства. Первое время я терпела его рожу в школе, даже на выпускной не пошла, лишь бы не видеть его счастливую морду, словно ничего и не было, и с облегчением выдохнула, когда получила письмо из университета о том, что меня приняли.
Но радость была недолгой.
В первый же день занятий я снова встретила его. Именно тогда я узнала, что Эйс Муди поступил в тот же университет, что и я, разве что только на другую специальность. Я настолько его ненавидела, что мне казалось, будто он сделал это нарочно. Чтобы попить моей крови.
И ведь у него это получалось превосходно! Даже сейчас, сидя на этой дурацкой лекции про устойчивое развитие, я не могла сосредоточиться на словах профессора Коллинза. Я стискивала зубы, пытаясь вытереть остатки краски, и совершенно не слушала лекцию.
– Мисс Льдова? – вдруг раздался голос профессора. – Не могли бы вы повторить, что я сейчас сказал?
Я вздрогнула, словно меня ударили током. Все взгляды в аудитории устремились на меня.
– Э-э… – пробормотала я, судорожно пытаясь вспомнить хоть что-нибудь из того, что говорил Коллинз. – Вы говорили… э-э… про устойчивое развитие… и… горные экосистемы…
– Очень хорошо, – с сарказмом произнёс профессор. – Вижу, вы внимательно слушаете. Может быть, вы поделитесь с нами своими мыслями по этому поводу?
Я почувствовала, как мои щёки начинают гореть. Чёрт, ну почему именно сейчас? Почему именно в этот момент?
Всё, что я хотела сейчас – это провалиться сквозь землю. Или, в крайнем случае, притвориться мёртвой. Может, сработало бы?
– Ну… – начала я, пытаясь хоть что-то придумать. – Думаю, что… устойчивое развитие… это очень важно… особенно для горных экосистем…
Я говорила какую-то бессвязную чушь, чувствуя, как нарастает паника. Профессор устало потёр переносицу.
– Мисс Льдова, то, что вы выиграли грант на поездку, не позволяет вам так халатно относиться к учёбе. Так что, будьте добры, слушать меня внимательно, а не летать в облаках.
– Конечно. Я всё понимаю.
Он кивнул и продолжил что-то рассказывать, пока мои мысли снова взлетели на небеса. Куда-то гораздо более интересное. Например, на кафедру кибернетики, где мы с упоением изучали нейронные сети и машинное обучение. Или на лекции по истории искусств, где я могла часами слушать про импрессионистов и сюрреалистов, вдохновляясь их смелостью и бунтом. Или даже на семинары по литературе, где мы разбирали шекспировского «Гамлета», пытаясь понять, что значит «быть или не быть» в современном мире.
В сравнении с этими захватывающими темами, эта лекция про горные экосистемы казалась мне скучной до зевоты.
В этом и была проблема. Профессор Коллинз требовал от нас внимания и вовлечённости в предмет, который для меня был не более чем сухой теорией. В то время как моими настоящими увлечениями были совсем другие вещи.
Я всегда обожала код, преклонялась перед способностью создавать новые программы, видеть, как мои алгоритмы оживают, решая сложные задачи. Я жила виртуальными мирами, созданными талантливыми разработчиками, растворялась в их играх, часами просиживая у монитора. Мечтала создать свою собственную видеоигру, что-то такое, что заставило бы людей забыть о реальности, и окунуться в захватывающий мир, придуманный мной. Что-то на тему научной фантастики. Кстати говоря, у меня уже был продуманный лор, персонажи и даже некоторые «наброски».
Вот почему я тогда подала заявку на эту зимнюю школу.
Не ради заснеженных гор Норвегии или спасения планеты, чем так увлечён Эйс. Норвегия, как технологически развитая страна, особенно в сфере «зелёных технологий», – это был мой шанс. Шанс получить доступ к современным разработкам в области VR, ИИ, моделирования и всего, что можно использовать для создания реалистичных игр. Получить знания, которые не найти в учебниках. Познакомиться с экспертами, работающими на передовой индустрии. Я вычитала, что в программу школы входило посещение знаменитого Норвежского музея науки и техники. Как такое пропустить?
У меня назрел чёткий план. Изучить технологии, а после вернуться и использовать их для заработка. Для стриминга, для прокачки своих аккаунтов. Возможно, завести полезные знакомства, найти инвесторов. Экология тут ни при чём. Главное – связи, которые помогут мне добиться успеха. Эйс будет там по другой причине. Ему нужна Норвегия, чтобы наслаждаться красотами, вдыхать свежий воздух и заниматься всякой ерундой. Мне же нужны инновации, возможности, рычаги, которые помогут мне взобраться на вершину.
Подложив ладонь под щеку, скучающе проводя взглядом по аудитории, я заметила Фелисити Кроуфорд. Она увлечённо что-то печатала в своём ноутбуке. Отсюда было видно, что готовится новая статья для её галимой студенческой газеты. Я подвинулась чуть ближе, чтобы чётче видеть. Не то чтобы мне было интересно, о чём она там пишет, просто хотелось чем-то себя занять. Может, какой-нибудь очередной опус про страдания студентов, связанные с нехваткой денег, плохой погодой или трудными экзаменами? Или, что ещё хуже, очередная статья про Мудилу. Фелисити, наверное, готова строчить о нём до скончания веков. Не удивлюсь, если вдруг обнаружится, что её комната увешана плакатами с его физиономией.
Итак, сфокусировав зрение, я прочла новый заголовок. «Норвежская зимняя школа: чем закончится приключение наших избранных студентов?». Я закатила глаза. Отлично. Теперь эта дура и про меня напишет. В лучшем случае, упомянет в каком-нибудь скучном абзаце про «неравнодушных студентов», а в худшем – выставит меня злобной геймершей, которая ненавидит природу и мечтает захватить мир с помощью искусственного интеллекта.
Когда лекция подошла к концу, я с презрением глядела на то, как эта выскочка пробежала наверх, к Эйсу, и, восхищённо хлопая глазами, попросила его помочь ей с расчётами аэродинамики ветряных турбин. Скука смертная. Впрочем, чему я удивляюсь? Эйс всегда был гением в этих инженерных штучках. Он мог часами копаться в формулах, выводя оптимальные решения для самых сложных задач. В этом ему не было равных, даже профессор Коллинз иногда обращался к нему за советом. И это меня бесило ещё больше.
Я всегда считала себя умной, способной, талантливой. Но в этих «природных» предметах Эйс обходил меня на повороте, будто я играла в детскую игрушку, а он управлял ракетой. Это было унизительно. Но несмотря на всё моё презрение, в глубине души я чувствовала укол зависти. Да, Эйс был занозой в заднице, но одно я должна признать: он действительно разбирался в том, что делает. Его страсть к природе, стремление к знаниям, способность решать сложные задачи – всё это вызывало у меня невольное восхищение. Иногда и…
Проклятье! Неужели я начинаю признавать его превосходство? Нет, этого не может быть!
И тут взгляд Мудилы встретился с моим. Я не успела отвернуться, когда он поймал меня с поличным. Вдруг Эйс схватил Фелисити за талию и притянул к себе, чтобы что-то шепнуть ей на ухо. Представляю, что из-за этого мимолётного действия произошло в её голове. Возможно, она даже уписалась от радости.
Фелисити развернулась, взглянула на меня и захихикала. И я от этого пришла в ещё большее бешенство. Вот же засранец!
– Всё нормально, малышка? – раздалось за спиной, и я едва не пискнула от неожиданности.
Мой друг, который отсутствовал на учёбе по меньшей мере неделю, потому что, если верить его словам, отравился каким-то бургером с заправки, ехидно улыбался, глядя на меня. Я приветственно стукнула по его выставленному кулаку.
– О, ты уже пришёл в себя? – улыбнулась я. – Организм очистился?
– Не будем о моем поносе… Твоё лицо сейчас краснее томата, – прищурившись, пробормотал Рио. – Муди?
Рио Миллер был единственным человеком, который понимал мою ненависть к Эйсу так же хорошо, как и я. Он знал о нашей давней вражде и всегда был готов поддержать меня.
Мы с ним похожи на брата и сестру из-за крашеных в розовый волос. Только у него выбриты виски, и цвет розового более нежный, чем у меня. А ещё он носит пирсинг над левой бровью.
Мы подружились в первый же день, как я появилась у дверей университета. Тогда он был таким же потерянным, как и я. Стоял, как олень в свете фар, с огромной картой кампуса в руках и безнадёжным взглядом, будто отчаянно искал выход из лабиринта. Рио в тот день нерешительно подошёл ко мне и спросил, не знаю ли я, где находится аудитория 203. Я не знала. Я и сама была тут впервые.
Мы вместе принялись изучать карту, пытаясь разобраться в хитросплетениях коридоров и корпусов. Оказалось, что у нас было одно и то же первое занятие. И так, вместе мы добрались до нужного места. По дороге разговорились, выяснили, что мы оба новенькие и что оба не прочь провести целый день за компом с очередной игрушкой. К концу занятия мы уже обменивались номерами телефонов и планировали вместе искать кофейню, чтобы подкрепиться перед следующей лекцией.
Так и началась наша дружба. С общего замешательства и взаимной поддержки. И с тех пор он частенько наведывается ко мне в гости, и вместе мы рубимся в джойстики.
– Отравляет мне жизнь, как всегда, – махнула я. – Ничего нового… А вот как дела у тебя? Почему ты не предупредил, что уже сегодня наведаешься на учёбу?
– А я и не наведался, – ухмыльнулся Рио. – Просто заскочил, чтобы поболтать с Коллинзом. Нужно было оформить эту чёртову медицинскую справку, чтобы не вылететь из университета за прогулы. Ну, знаешь, стандартная бюрократия.
Я нахмурилась. Рио закатил глаза.
– Коллинз тот ещё зануда. Если у меня не будет бумажки, подтверждающей болезненное состояние, он меня съест.
– Я просто волнуюсь… – сказала я. – Хорошо, что всё обошлось.
Друг скривился:
– Лучше отравиться, чем слушать нудятину Коллинза. Надеюсь, он не задаст нам какое-нибудь эссе на тему «Как важно любить природу и не засорять горные склоны».
Я усмехнулась.
– Не переживай, если что, я помогу. Взломаю его компьютер и подменю задание на что-нибудь более интересное.
– Вот за это я тебя и люблю, – улыбнулся Рио.
Проходя мимо не перестающей трепаться парочки, Эйс толкнул Рио в плечо, от чего тот, не ожидав подобного, отшатнулся в сторону. Я чуть ли не заскрежетала зубами, сделав шаг вперёд, но друг резко перехватил меня.
– Не надо. Только не бей его на глазах у Коллинза.
А я ведь действительно с трудом сдержала порыв врезать Мудиле по самодовольной физиономии. Он, конечно, сделал вид, что это случайно, но я-то видела этот злорадный блеск в его глазах.
– Слышал, вы летите в Норвегию, – продолжил Рио, понизив голос. – Оторвёшься на нём по полной. Вдали от Коллинза и его правил, в заснеженных горах, возможности для мести безграничны. Только дай волю своей фантазии.
Вот бы поскорее устроить Эйсу Муди незабываемый отпуск. В худшем смысле этого слова.
На лице расплылась хищная улыбка. Я, прищурившись, посмотрела на Эйса, который уже направлялся к выходу вместе с Фелисити. Она что-то ему рассказывала, активно жестикулируя, а он всё злорадно смотрел на меня, пока не исчез в коридоре.
– Это будет очень-очень весело. Я ему такую жизнь устрою, что он сам взмолится о пощаде, – промурлыкала я.
– Вот это уже в твоём стиле, – одобрительно хлопнул меня по плечу Рио. – А я, если что, помогу. Только, главное – не переусердствовать, а то нас обоих вышвырнут.
Я удивлённо приподняла брови:
– Что значит «помогу» и «нас»?
Друг хитро улыбнулся. Его лицо постепенно становилось красным, как будто он набрал воздуха и сдерживает его в лёгких. Или словно взял в рот бомбу, которая вот-вот взорвётся.
– Предки надумали поездку! – наконец вырвалось у него.
– Хочешь сказать, что вы тоже летите в Норвегию?! – крикнула я, не в силах сдержать эмоции.
– Да!
Это было вполне логично. Рио учится на факультете маркетинга, а его родители владеют сетью спортивных магазинов в самых разных курортных городах по нескольким штатам, включая Монтану. Получается, они могут использовать эту зимнюю школу как маркетинговую площадку, чтобы продвинуть свой бренд. Рио как-то упоминал, что они рассматривали возможность расширения бизнеса на Скандинавию. Поэтому отправиться с ним в Норвегию на время проведения зимней школы под предлогом «семейного отдыха» – это гениальный ход.
– Мистер Миллер, – нахмурившись, недовольно произнёс профессор Коллинз. На лбу собрались складки. – У меня не так много времени.
– Оу, да, профессор. – Рио суетливо подправил свою рубашку, коснулся моего плеча и, подмигнув, тихо произнёс: – Поговорим позже.
– Хорошо, удачи, – усмехнулась я и направилась к двери, позволив другу наконец объясниться перед нашим занудным профессором.
Я двинулась к своему локеру, чтобы убрать учебник и сходить за кофе или энергетиком: вчера ночью засиделась за просмотром стрима. Наверное, круги под глазами от этого стали заметнее.
Едва я открыла шкафчик, как на меня тут же посыпались все учебники. У меня округлились глаза. Один из самых тяжёлых учебников ударил меня по носу так внезапно, что я отскочила и злобно зашипела. Я убью его к чёртовой матери!
– MUDILA!!! – завопила я, готовая разорвать первого встречного. – Выходи, трусливый засранец!
Вокруг начали собираться студенты, с любопытством наблюдая за разворачивающейся драмой. Но меня это мало волновало, я была на грани взрыва.
Наконец, из-за угла выплыла его довольная физиономия. Он опёрся на соседний шкафчик, скрестив руки на груди, и ухмылялся во все тридцать два зуба.
– Звала меня, Лягушка? – произнёс он своим мерзким голосом. – Что-то случилось? Выглядишь слегка… помятой.
– Ты, – прошипела я, – ходячий генератор тестостерона с интеллектом устрицы! Твоё раздутое эго затмевает даже солнце! Ты – живое доказательство того, что некоторые обезьяны слезли с пальмы слишком рано!
Вокруг воцарилась тишина. Самые любопытные замерли, ожидая, что сейчас произойдёт.
Ухмылка Эйса немного поблекла, словно надувной шарик, из которого выпустили немного воздуха.
Я, тяжело дыша, смотрела на него, ожидая реакции. Обычно он отвечал каким-нибудь колким замечанием, но сейчас молчал. Наконец, он медленно приподнял брови, и на его лице снова появилась ухмылка.
– Вау, – произнёс он. – Сколько умных колкостей за пять секунд.
Я сжала кулаки ещё сильнее.
– Просто заткнись, – прорычала я. – Жду не дождусь, когда ты потеряешься где-нибудь в горах, и я больше тебя никогда не увижу.
Он невинно захлопал глазами.
Я шагнула к нему, но Мудила ловко увернулся и отскочил назад, продолжая ухмыляться.
– Осторожно, – сказал он, поднимая руки в примирительном жесте. – Не хотелось бы, чтобы ты повредила свои нежные ручки. Лучше иди поспи. Тебе это явно не помешает. А то ты и без того уже похожа на панду из-за своих задротских увлечений.
Я остановилась, тяжело дыша. Он опять задел меня за живое.
– Отвали от меня. И больше никогда не трогай мои вещи!
Эйс фыркнул и, развернувшись, скрылся в толпе, оставив меня стоять посреди коридора, злую и униженную. Я посмотрела на разбросанные учебники, тяжело вздохнула и начала собирать их.
– Какой же он иногда бывает грубый, – произнесла Фелисити.
Я удивлённо вытаращилась на неё. Фелисити склонилась надо мной и постаралась помочь мне собрать высыпанные учебники в локер. Такого жеста я от неё, конечно же, не ожидала.
– Но даже если и грубый… – продолжила она, закончив, – его красота затмевает всё.
Не удержавшись, я закатила глаза, бормоча:
– Ничего красивого в нём нет. Он кажется тебе красивым только потому, что ты его совершенно не знаешь.
– Ну… мы часто пересекаемся… У нас много общих лекций. Побольше, чем у вас.
– Это тут при чём? У вас общие лекции, а я знаю его со школы.
Фелисити густо покраснела, но тут же попыталась скрыть смущение за напускным безразличием.
– Он не такой уж и плохой, – тихо сказала она, будто оправдываясь перед самой собой. – Просто… немного задиристый.
Я скептически хмыкнула.
– Ну да, конечно.
Фелисити нервно теребила край своей юбки, стараясь не смотреть мне в глаза.
– Может быть… – пробормотала она едва слышно. – Может быть, он просто… не знает, как ещё привлечь твоё внимание.
Я уставилась на неё, поражённая её наивностью.
– Ты серьёзно? Думаешь, что он… привлекает моё внимание?
