Тёмный. Сотворение

- Это так, мой друг. Ты прав, как и всегда. – Кивнул Ноксар, улыбнувшись. – Но ты даже не можешь рассмотреть величие мира, который я создал собственными руками. – Подошёл Ноксар к высоким, витым перилам балкона, хлопнув по ним и сжав руками. – Эта невероятная, иная жизнь, свободно пульсирующая первозданной энергией. Она так отличается от твоего мира.

- Я могу оценить великолепие творения по мудрости Вашего сердца и количеству любви и заботы, которое Вы дарите мне и всем тёмным жителям.

- А как же каменные мосты? Как же ярчайшие лавовые реки и шумные водопады? Грандиозные строения, созданные нашими мастерами в пламенном жерле вулканов?

- Фантазия – лучший союзник лишённых зрения, Темнейший. Я чувствую жар всей кожей, ощущаю, как сухой воздух обжигает горло, как запах дыма и горячего камня пропитывает мои кости. Слышу раскаты взрывов вулканов и густое течение лавовых рек. – Он повернул голову в сторону шумного города. – Порой этот звук напоминает мне об утерянных воспоминаниях детства, когда мать, любящими руками, варила густую кашу на очаге. И эта самая каша булькала, издавая подобные звуки. Мне даже кажется в такие моменты, что я чувствую аромат разваренной крупы и сладкого, нагретого молока.

- Если хочешь, я могу принести тебе такой каши из Верхнего Мира. Или, если захочешь, отправиться туда лично и разделить со мной завтрак возле костра, дорогой друг.

- В этом нет нужды. Но я обязательно подумаю над Вашим предложением. – Широко улыбнулся Скиталец, коротко кивнув головой. – Так что же Вы хотели обсудить?

Зачесав тёмные волосы пальцами, Ноксар повернулся к советнику, делая пару шагов в его сторону.

- Что ты знаешь о «небесном песке»?

- Так гномы прозвали материал, который нашли на месте падения метеорита несколько сотен лет назад. Когда один из странствующих братьев, Адгу́р, половины своего тела лишился, приняв удар из глубинных небесных далей. А́мона же ни один осколок в ту ночь не коснулся. – Рассказывал о давнем катаклизме советник. – Богатые земли на юге континента превратились в бесконечные песчаные дюны. Всё тот взрыв выжег и уничтожил. А бесконечные воды, что прилегали к тем землям, стали смертельно-солёными.

- Но хитрые светлые эльфы сумели обратить даже страшную катастрофу себе на пользу.

- Должен сказать, у них это получилось великолепно. – Кивнул, улыбаясь, Скиталец. – Соль они теперь поставляют по всему миру. И Верхнему, и Нижнему. А в отчищенные воды вернулась жизнь.

- Согласен. А знал ли ты о созданном силовом куполе, что поддерживает жизнь в их строящемся городе на песках?

- Наверно, это единственное, что я бы действительно хотел увидеть собственными глазами. – Почесал бороду Скиталец. – Поговаривают, они нашли способ выращивать богатые фруктовые сады.

- Помощь тёмных эльфов, между прочим. Как и разработка кораблей, странствующих по пескам. – Насмешливо произнёс Бог, делая паузу.

- Невообразимо! – Выдохнул советник.

- Прогресс не стоит на месте, мой друг. – Ноксар вошёл в высокую тёмную дверь, проходя в свой кабинет. Скиталец последовал за ним. В небольшом помещении, тёмных древесных оттенков, было сравнительно прохладно. Почти в самом центре стоял рабочий стол с высоким, мягким стулом. Вдоль стены стояло множество книжных шкафов, заполненных различной научной и художественной литературой, различными записями и собственными научными изысканиями. Напротив стола стояла широкая кровать. А на тумбочке, подле неё, неизменно стояла ваза, полная разнообразными фруктами. Ноксар обожал фрукты.

Взяв пушистый персик он, сочно чавкая, пуская сладкий сок, сел за рабочий стол. Скиталец расположился в кресле напротив.

- Где-нибудь «небесный песок» ещё можно раздобыть?

- Насколько мне известно, данный материал активно применяется в качестве основы для механизмов, использующих силу потоков энергии. Он является энергетическим сверхпроводником и дарит предмету невероятную стойкость к повреждениям. Сколько жизней сгинуло, изучая его, даже представить сложно. – Выдохнул Скиталец, качая головой. – Кстати! – Мужчина резко поднял голову. – На этих самых песках, если верить донесениям, светлые эльфы строят подобие цитадели – тюрьмы, в которую собираются помещать пойманных существ, по их мнению, опасных.

- Что? – Брови Ноксара поползли на лоб.

- Пока рано утверждать, мой Повелитель. Это непроверенная информация. – Хитро улыбнулся Скиталец. – Впрочем, думаю, что одна Ваша хорошая знакомая, сможет привести к залежам вещества. – Мужчина почесал седую бороду.

- Осторожнее с предположениями, мой друг. – Негромко предупредил Ноксар, понижая голос.

- Никаких предположений, Темнейший. – Улыбался Скиталец. – Думаю, она ценнейший и богатый источник нужной Вам информации. Но будьте осторожны. – Мужчина резко стал серьёзным, а между седых бровей залегла глубокая морщина. – «Небесный песок» - опасный материал. Вдохнув его или прикоснувшись, существо отправляется по ту сторону Священного Водопада, прямиком к Адгу́ру и А́мону. Тело его живёт до полного истощения и усыхания, а сознание исчезает безвозвратно. Помочь я Вам здесь не в силах, но предупредить обязан.

- Я услышал тебя, Скиталец. – Ноксар со скрежетом отодвинул стул, опершись руками о чёрный стол, вставая. Советник встал вместе с ним, глубоко сгибаясь в прощальном поклоне.

Глава 12

Осенняя ночь была тихой и спокойной, лишь едва слышимый шорох сухих листьев, да треск ломающихся веток, нарушали царившую над лесом тишину. Молодая девушка с феей на плече осторожно ступала, украдкой, возвращаясь домой после дерзкого полуночного приключения. Сияющая улыбка не сходила с её лица, а глаза светились, отражая звёздный свет. Свежий, ночной воздух приятно холодил разгорячённые щёки, но никак не мог остудить бешено колотящееся от счастья сердце влюблённой девушки. Остановившись около приоткрытого круглого окна, она запрокинула голову наверх, любуясь ночным небом.

Два спутника – защитника мира, А́мон и Адгу́р, искрились всеми оттенками сирени, освещая глубокую ночь, подкрашивая прозрачную и мягко – журчащую речку, над которой нависал старинный деревянный мосток. Лёгкие бабочки излучали голубоватый свет, медленно опускаясь на прибрежные камешки. А тишина лишь изредка нарушалась мелодичным стрекотанием сверчков, да тихим свистом крошечных совят и глубоким гортанным уханьем рогатого филина.

Вдохнув полной грудью влажный воздух, наслаждаясь свободой, Нэ́я обернулась к окну и аккуратно начала перелазить через круглую оконную раму в дом. Створка окна еле слышно стукнулась о стену. Девушка сморщила лицо и втянула голову в плечи на мгновенье, фея забавно скопировала её движения. За тем, шебурша плотными штанами и тёплой кофтой, опираясь на руки, запрыгнула в оконный проём. Перекинув ноги через подоконник, аккуратно спрыгнула, закрывая окно.

- Бестолковая. – Услышала она за спиной низкий мамин голос, чувствуя холод охотничьего кинжала на своей шее. – А я-то думала, что за смельчак решил в дом пробраться? Где была?

Нэ́я медленно отодвинула пальцем холодное оружие от себя, смотря на маму сверху вниз. Ростом она пошла в, неизвестного ей, отца. Услышав вопрос, девушка слегка вздрогнула и отвела взгляд. Мозг, непроизвольно, подкинул приятные воспоминания прошедшего вечера, наполненного романтикой и невинными прикосновениями. Счастливая улыбка нарисовалась сама собой, выдавая все девичьи тайны.

- Только не это… - Рука с ножом безвольно упала. – Ты ходила в деревню? – Нэ́я не поднимала глаз. Хо́ва, всё это время сидящая на её плече, аккуратно приложила свою тоненькую, шершавую ручку к её шее, поддерживая. Материнскому сердцу сразу всё стало ясно, стоило только взглянуть на дочь – припухшие губы и покрасневшие щёки говорили сами за себя. – Кто он? – Но только девушка, ужаснувшись, подняла глаза, встречаясь с грустным взглядом матери, начала жестикулировать, пытаясь что-то объяснить, Мида́ра её прервала, резко подняв руку в воздух. – Нет… Не хочу знать… - Тяжело выдохнула она, падая на стул рядом с обеденным столом и пряча лицо в ладонях.

- Я запрещала тебе соваться к людям? – Нэ́я утвердительно качнула головой, смотря себе под ноги. Плечи её были опущены, а фея ещё ближе прижалась к её шее, светя огромными зелёными глазами. – И ты помнишь об опасности, исходящей от светлых эльфов? – Очередной кивок. – Тогда, какого покойника, Нэя! – Не сдержалась и выкрикнула обеспокоенная мать. Инстинктивно съёжившись перед напором чувств, девушка спрятала шею в плечи и посмотрела на Мида́ру округлившимися глазами. – Они опасны! Люди опасны! Всё для нас представляет опасность! Неужели ты думаешь, что я по собственной воле в такую глушь забралась?! Я, тебя глупую, уберечь пытаюсь, а ты якшаешься непонятно с кем! Ввязываешься непонятно куда. За тобой следили? – Женщина резким движением встала со стула, гневно размахивая руками. Нэя начала отрицательно покачивать головой, но покачивания были короткими и прерывисты, явно указывая на её неуверенность. – Асса́рия сохрани… - Вновь тяжело вздохнула женщина, сжимая переносицу. Поднимая глаза, она посмотрела на Хо́ву. – Почему ты её не вразумила? Почему не остановила? – Фея опустила глаза. Нэ́я, прикрыв её ладошкой в знак защиты, отвернула плечо подальше от маминого внимания. – Она обязана тебя защищать! – Ми́дара махнула рукой, указывая на маленькую фею.

«Она это и делала!» - жестами показала Нэ́я. В её глазах полыхнул огонь гнева, а движения стали дёрганными и нервными.

- Если светлые тебя заберут, я не смогу тебя спасти.

«И не надо…»

- Что?! – Мида́ра и Хо́ва одновременно взглянули на девушку.

«Может тогда я, наконец, узнаю, что такое свобода…» - неуверенно показала Нэя. Тяжело вздохнув, она позволила плечам безвольно опуститься, а рукам бессильно повиснуть вдоль тела, символизируя полную капитуляцию. Нэлин устало склонила голову, осознавая, насколько утомительно жить под постоянной уздой материнского контроля и давления.

- Ты совсем рехнулась что ли? Конечно, ты будешь свободна. – Развела мать руки в стороны. – Тебя убьют. Либо всю энергию заберут и всё равно убьют… Так, стоп. – Женщина резко остановила свои рассуждения. – Кто он? Кто тот парень, к которому ты бегаешь? – Сделала она шаг навстречу дочери. – Хо́ва? Отвечайте. – Она встряхнула дочь за плечи, встречаясь с глазами, полными слёз. От осознания её сердце, казалось, перестало биться, пуская сухие мурашки по коже. Женщина застыла в ужасе, смотря в глаза девушке, пытаясь зацепиться хотя бы за один намёк на то, что это просто жестокая шутка.

- Это тот самый Сно́рри? Да…? – Неуверенно, надеясь, что дочь отрицательно покачает головой. – Тот самый эльф-полукровка? – Она всё сильнее сжимала девушку за плечи. Но та лишь, молча, смотрела на неё блестящими от слёз глазами. Взгляд Мидары метался по лицу ребёнка, ища надежды, либо спасения. Тело женщины забила мелкая дрожь, передаваясь через ладони Нэе. Отпустив её, она начала суетится по дому, собирая вещи, которые попадались под руку.

- Мы уходим. Немедленно! – Сухо, не принимая возражений, проговорила женщина. Нэлин стояла столбом и не двинулась с места, следя за мамой. Та обернулась, замечая, что дочь никак не реагирует. – Чего столбом стоишь? Быстрее! – Но глаза девушки лишь прищурились в призрении. Она твёрдо отрицательно мотнула головой. – Что значит, нет? – Женщина подошла вплотную к ребёнку. – Я тебя не спрашиваю. Всё решено. Ты не способна нести ответственность за свои поступки и накликала на нас беду. – Серьёзно проговорила Мида́ра Нэе в лицо. – Что бы тебе там этот полукровка не напел, стоит ему узнать лишь крупицу нашей тайны, он сдаст тебя со всеми потрохами! Да он мать родную продаст, чтобы перед светлыми выслужиться! – Нэя посмотрела на Хову, приложив два пальца к виску.

- Да ты! Ничего! О нём! Не знаешь! – Оглушительно раздалось в голове женщины неопределённым голосом, причиняющим острую головную боль. Мидара замычала, согнувшись, сжимая голову руками. Нэя смотрела на неё сверху вниз холодным, проницательным взглядом зелёных глаз. – Я не собираюсь убегать! Надоело! Всё надоело! – Мидара упала на колени, содрогнувшись от адской боли. Гнев исказил черты лица Нэлин, а губы превратились в тонкую полоску гнева, перечёркивающую миловидное лицо. Сжав пальцы в кулак, он стремительным шагом вышла из дома, громко хлопнув дверью. Ускоряясь, переходя на бег, скрываясь в тёмном ночном лесу.

Почувствовал отступающую боль, которая сковала всё тело, Мидара опустила руки на пол. Всё-таки дочь действительно росла в ограниченных условиях, но такого отношения мать точно не заслужила. Медленно поднявшись на негнущихся ногах, опираясь на стол и пошатываясь, женщина снова начала собирать вещи. Как ни крути, одно ясно совершенно определённо: её единственная дочь находится теперь в смертельной опасности, и необычная сила девушки неуклонно возрастает вместе с возрастом.

***

Нэли́н медленно брела среди деревьев осеннего леса, резко отбрасывая ногами ворохи пожелтевших листьев и ломая сухие ветви, словно пытаясь выплеснуть накопившуюся ярость. Взгляд её был устремлён под ноги. И, в очередной раз, не заметив низко растущую ветку, она получила хлёстким ударом по щеке.

Если бы она могла говорить, то в данный момент она бы закричала. Однако вместо криков, сорвавшись с места, она принялась бешено топтать листья, ветки, шишки, перемешивая всё это с грязью и землёй, тяжело дыша и отчаянно размахивая конечностями.

Хова устроилась на ветке позади, внимательно наблюдая за разгневанной девушкой, стараясь оставаться незамеченной. Нэя, тяжело дыша, выхватила из-за пояса кинжал из белого, хромированного металла, подкинула его в руках, и со всей силой, запустила в ствол дерева. Точно под веткой, где сидела Хова. Миндалевидные глаза феи стали идеально круглыми, превращаясь в неподвижную статую с раскрытым ртом.

- Ну почему?! – Ворвался в сознание феи кричащий девичий голос, разносясь эхом в голове. – Почему она так со мной? Почему не доверяет? Сама ведь меня родила и воспитала! Я всю жизнь рядом с ней, будто цепью прикована. Почему?! – Девушка сжала кулаки до побеления и резко повернулась к Хове. Фея в ответ лишь еле заметно пожала древесными плечиками и что-то неуверенно пропищала.

- Беспокоится? Да она меня от себя на миллиметр не отпускает! Она мне свободы вообще не даёт! Словно на коротком поводке, как верная псина! – Нэя, быстрым шагом, подошла к Хове, протягивая ладонь, чтобы та забралась к ней на плечо. Фея недоверчиво прищурилась, глядя на девушку.

- Я больше так не буду. Прости… – Выдохнула Нэя, посылая тепло Хове. – Просто моему терпению конец пришёл. – Фея вздохнула, создавая тихий писк и, цепляясь длинными пальчиками, перелезла девушки в ладонь. Затем аккуратно переместилась ей на плечо и спряталась в тепле высокого ворота кофты.

- Мне тоже хочется иметь друзей, встретить любовь, завести семью и жить в своём доме. Я имею полное право быть свободной... – Нэя посмотрела на небо, где разгорался рассвет. Хова обняла её за шею, прижимаясь шершавой щёчкой и что-то тихо пропищала.

- Любит… Бережёт… Но это же не значит, что надо меня прятать от всего в этом мире! – Нея посмотрела на кинжал, торчащий из ствола дерева. – Она сама научила меня защищаться. Научила бороться и выживать…

Хова вопросительно посмотрела на Нэю, писком что-то спрашивая.

- Тётушка Велона не считается. Да простят меня Высшие, но со дня на день она отправится на встречу к ним. Она уже очень долго живёт… - Хова закивала, соглашаясь. – Ладно… Я действительно была неправа. Хотя и в эти сказки, про истязания светлыми эльфами, я как-то не верю. – Нэя осмотрелась вокруг, прищуренным взглядом что-то замышляя. Хова захихикала в предвкушении.

- В любом случае надо перед мамой извиниться. Так сделаем это эффектно. – Рывком, извлекая кинжал из плотного ствола, Нэлин хищно улыбнулась и лёгким бегом направилась в глубину леса. – Не зря же она меня всю жизнь охотится учила.

***

Крепкие, сильные, ноги мчали по лесной чаще со всей скоростью, на которую были способны. Трава, сучки и коренья ломались под ступнями, создавая шум и треск. Низко весящие ветви деревьев хлестали по лицу и телу, оставляя красные полосы и неглубокие раны, цеплялись за толстую косу пепельно-белых волос, в которых, запутавшись и крепко держась, сидела маленькая древесная фея. Натренированное тело было максимально напряженно в стремлении достичь своей цели. Осенний воздух царапал нос и горло на каждом вдохе – дышать становилось всё сложнее и лёгкие начинали сипеть. Но охотница упорно двигалась вперед, сосредоточившись лишь на единственной задаче — поймать свою добычу.

«Я догоню его! Я должна! Догоню…» - Подгоняла она себя мыслями, вцепившись взглядом тёмно-зелёных глаз в длинные ноги оленя. Неожиданно зверь свернул в сторону, мгновенно скрывшись среди густых кустарников. Нэлин, совершив резкий манёвр, ухватилась ладонью за тонкий ствол дерева, быстро разворачиваясь за жертвой, разрывая и сдирая кожу на ладони. Саднящая боль, неприятным, острым пощипыванием, пронеслась по всей руке. Девушка зашипела, но не сбавила темп. Нельзя отвлекаться. Пышная грива оленя то и дело цеплялась за ветки и кусты, оставляя на них поблёскивающие клочки шерсти, а массивные, изогнутые рога с громким хрустом ломали всё на своём пути.

Слух охотницы разрезал громкий писк со спины – фейка была очень недовольна направлением, куда свернула девушка.

«Да знаю я!» - раздражённо промелькнуло в голове бегущей. Хова, услышав мысли, начала стягивать тонкие волосы на затылке Нэлин, вызывая болезненные мурашки, пытаясь её остановить. Охотница была очень близка к границе тёмных эльфов, которую пересекать не стоило ни при каких обстоятельствах. Но она, оскалившись, выхватила кинжал из-за пояса, группируясь, готовясь к прыжку.

Словно в замедленном времени, она видела колотящееся сердце в груди животного, слышала, как мощно и горячо вырывается влажный воздух из больших ноздрей, чувствовала, как гудели и запинались исцарапанные ноги – он был на последнем издыхании, он вымотался. Охотница была в азарте, она была поглощена преследованием и приближающейся победой. Хищно улыбнувшись, девушка готовилась прыгнуть в нужный момент и вогнать кинжал по самую рукоять в тело зверя.

Фея громко заверещала, натягивая волосы девушки, словно поводья, выдёргивая несколько штук. «Сейчас!» - пронеслось в голове охотницы. Её глаза сверкнули молниями, а тело, натянутой струной, сорвалось в прыжке. Кинжал глубоко вонзился прямо в поясницу несчастного оленя, кровь брызнула фонтаном, лезвие уверенно проткнуло плоть и позвонки, издав неприятный сухой хруст. Истошно заревев глубоким, оглушающим рёвом, раненое животное рухнуло наземь. Кувыркнувшись, Нэя пролетела дальше. А фея, мелькнув где-то в воздухе тёмно-коричневым пятнышком, пропала между частокола елей на земле тёмных.

Лёжа плашмя на животе, судорожно ловя редкие глотки воздуха, поднимая на каждом выдохе чёрную пыль с земли, Нэлин хрипела от усталости. Дрожащими руками, упираясь в прохладную поверхность, девушка встала на четвереньки и прислушалась к ощущениям в теле. Чёлка, влажными от пота и крови прядями, прилипла к высокому лбу, коса вся растрепалась по мокрой спине. Сердце бешено молотит в груди, пуская вибрацию потоками боли по каждому нерву, не давая возможности нормально вдохнуть. Ободранная в кровь рука, до судорог, сжималась в кулаке, скрывая горящую боль. Окончив бег, мышцы ног налились тяжёлым свинцом и начали невыносимо гудеть, отказываясь шевелиться.

«Наконец-то» - подумала Нэя. – «После такого, мама точно не будет на меня злиться» - садясь на колени и запрокинув голову, смотрела она на темнеющее, закатное небо сквозь сосновые лапы, затем медленно перевела взгляд в глубину леса в поиске маленькой, древесной феи. Собираясь с остатками сил и, упёршись целой рукой в ногу, девушка встала пошатываясь.

«Хова?» - послала она мысль, осматривая хвойный частокол и прислушиваясь к шорохам. Где-то между деревьев послышался тихий писк. – «Малышка…» - Нэя, взволнованно, быстрым шагом, ловя равновесие, двинулась на звук, находя взглядом маленькое существо. – «Ты в порядке?» - села она на корточки, поднимая Хову с земли и аккуратно оттряхивая грубую шкурку, снимая с маленьких рожек застрявшую хвою. Фея в ответ спокойно пропищала.

«Прости меня…» - тяжело выдохнула Нэлин, перемещая подругу на своё плечо и оборачиваясь на пойманную добычу.

Олень лежал, тяжело дыша и поднимая пыль каждым натужным выдохом. Его передние копыта беспомощно скоблили сухую землю, тщетно стремясь убежать, а задние – были абсолютно неподвижны, валяясь увесистым грузом. Осторожно приблизившись к спине жертвы, Нэлин опустилась на колени и погладила оленя ладонью по гладкой, светлой шкуре, словно успокаивая. Затем, решительным движением, выдернула кинжал, вызывая болезненный вскрик животного.

Девушка подползла к его голове, заглядывая в огромные влажные, полные ужаса глаза умирающего животного. Он поднял голову, внимательным взглядом встретившись с охотницей, будто понимая приближающийся конец. Замер в ожидании, грудь его беспокойно вздымалась и опускалась, жадно захватывая воздух. Не разрывая зрительного контакта, Нэлин приложила острие оружия сначала к своему лбу, затем к сердцу, и направила его в грудину жертвы, закрывая глаза:

«Да простишь меня за подобную смерть ты – гордый олень. Ибо встретимся мы по ту сторону мира, и оплата будет равносильной. Да простят меня Высшие за эту жертву, ибо благодарность моя, за сей дар, бесконечна. Примите же мою благодарность и за силу, которую дарована мне, за опыт, переданный предками, за выносливость тела моего. Ни одна частица этой жертвенной энергии не будет растрачена понапрасну. Ни одна частица плоти не будет использована без дани уважения» – открыв глаза, девушка быстрым движением надавила на кинжал, рассекая плоть, словно тёплое масло, не чувствуя препятствий. Оружие вошло в самое сердце животного, мгновенно забирая его жизнь. Негромко промычав, олень затих. Его голова безжизненно упала на землю, а лёгкие испустили последний выдох, освобождая тело, делая его тонким и, будто, пустым внутри.

Вынув кинжал, вытирая его о разорванные штаны, девушка почувствовала лёгкое, липковатое прикосновение к шее.

«Что ж… Это была славная охота, но я с тобой полностью согласна – нам нужно побыстрее отсюда уходить» - кивнула фее Нэлин, погладив её жёсткую шкурку между больших, заострённых ушек.

Тяжело выдохнув, она поднялась на негнущихся ногах, внимательно изучая враждебную территорию, высматривая подходящие ветви, чтобы собрать лапник. Светило уже клонилось к закату и периодически скрывалось за проплывающими серыми облаками, создавая мрачную тень. Почва была чёрной, местами прикрытая опавшей хвоёй, она серебрилась лёгкими песчинками, гонимыми северным ветром.

Частокол елей не позволял видеть на большое расстояние. Некоторые из деревьев были оплетены грубым плющом и жёсткими лианами, которые, впиваясь, сдавливали стволы в своих объятьях, пытаясь выдавить из них всю смолу вместе с жизнью. Ломали их, корёжили, делая серыми, пустыми внутри и безжизненными.

Внезапно Хова что-то пискнула, пока Нэлин, собрав несколько широких, разлапистых веток, начинала их связывать лианами.

«Что такое?» – Послала она мысль фее, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к звенящей тишине.

«Тихо…» - Последовал ответ, толкнувшийся в её мозгу. Тогда-то Нэя впервые почувствовала странную, тревожащую тишину, окружающую их. Ни слабого скрипа ветвей, ветер стих, не слышалось ни единого шороха. Единственным звуком, наполняющий окружающее пространство, был еле слышимый звук её шагов, да собственный учащённый пульс.

«Надо поторапливаться…» - Подумала Нэлин, быстрее завязывая очередной узел. Недалеко послышался гортанный, продолжительный рык и хруст ломающейся ветки. Девушка быстро повернулась в сторону звука и затихла. Среди хвойного частокола, быстрыми, беспорядочными рывками, поднимая чёрную пыль, мелькал крупный силуэт.

Хова тихо запищала.

«Тёмные эльфы себя так не ведут… Если только это не очередной их сбежавший эксперимент…» – Охотница припала к земле на одно колено, доставая кинжал и направляя его лезвием от себя.

Хова недовольно пропищала, дёргая девушку за волосы в сторону дома.

«Я его через весь лес гнала не для того, чтобы бросить!» – Мысленно возмутилась Нэлин, пытаясь взглядом выцепить опасность. Хова ворчала, дёргая девушку за волосы.

«Эй… Не обзывайся!» - на миг Нэлин бросила серьёзный взгляд на фею. – «Нету у меня запасных жизней. Да прекрати ты!» – Девушка дёрнулась от болезненных ощущений, стряхивая фею куда-то за спину, в глубину майки. Она медленно начала вставать и всматриваться в лес.

В неестественной тишине послышался скрип и треск древесных волокон – один из толстых стволов, обхватили длинные, мощные когтистые пальцы, сжимая и проламывая его. Непонятное существо с чёрной, влажной кожей, было покрыто рельефными жилами, артериями и крупными венами, которые отчётливо выступали наружу. Длинные, толстые рога венчали вытянутую голову. В черепе, за место глаз, были два огромных, пустых отверстия, а носовые пазухи шевелились, ритмично открываясь и закрываясь, очевидно воспринимая окружающие запахи и движения воздуха. В закрытых челюстях острые, похожие на иглы, зубы, различной длинны и толщины, криво накладывались друг на друга. Уголки губ непрерывно источали вязкую прозрачную жидкость, стекающую ровными, белёсыми каплями вниз, отчего пасть казалась влажной и скользкой. Туловище, руки и когтистые ноги были худыми и жилистыми, кости чёткими очертаниями, прорезались через плоть. Широкая спина имела перепончатые крылья, с острыми наростами вдоль кромки.