Истина

Воздух здесь буквально пропитан похотью.

– Что с ними со всеми не так? – ругается себе под нос Валери, уставившись взглядом в траву под нашими ногами.

Я тихо посмеиваюсь в ответ. Кто ж знал, что мою сестру может смутить пара тройка голых тел. Интересно, как бы реагировала на все Камилла? Бренде бы точно понравилось. И Нолану…

Отогнав эти мысли в сторону, я двигаюсь вперед. Деревья с растениями как и раньше слабо пульсируют, вот только обстановка кажется более интимной. Словно магические огни намеренно приглушены, дабы погрузить всех присутствующих в расслабленное состояние.

Чем дальше мы проходим, тем больше появляется удобных диванчиков со множеством подушек. Я начинаю замечать слуг, что разносят еду и напитки на подносах. Причем, прислуживают не только мужчины, но и женщины. Хотя все равно создается впечатление, что именно женщинам поклоняются. Не имеет значения, насколько дорогая одежда или украшения, мужчины буквально приклеиваются к феям со всех сторон. Это толкает меня на одну интересную мысль.

– Ты видела здесь хотя бы одного ребенка? – тихо спрашиваю Вал, пока та отказывается от подношения одной явно заинтересованной феи. Молодая девушка покорно кивает и соблазнительно сверкнув глазами, уходит.

– Если бы здесь были дети, я бы не знала, что вообще думать. – сестра морщится, чем вызывает у меня очередной смех.

– Я не имею ввиду именно здесь. Вообще? В городе?

Она задумывается на мгновение и тут же качает головой.

– Нет. Не видела.

– И я тоже. Разве это не странно? С таким то количеством секса?

– Может, они пьют противозачаточное лекарство, как и мы?

– Тогда наша теория о перенаселении лишена всякого смысла.

Деревья перед нами расступаются, образуя что-то вроде широкой круглой поляны, насыщенной красивыми благоухающими цветами. Здесь еще больше диванчиков. Они расставлены по обе стороны от центра поляны в два ряда. И феи на них куда изысканней. Украшения, обвивающие самые разные части их тел, усыпаны драгоценными камнями. Я едва не закатываю глаза. Видимо даже у знати здесь есть иерархия. Единственное, что объединяет все слои населения – это, очевидно, похоть.

Перед нами в самом центре вырастает очередь. Причем, на каждом, кто в ней стоит, есть тот же браслет, что и у меня. Участники. Я не совсем понимаю, что и зачем они делают, поэтому отойдя немного в сторону, наблюдаю. Одна фея подходит к невысокому возвышению из толстых корней, где царственно восседает Америда на троне из белого дерева. Видимо, эта сука может организовать себе трон в любом месте.

Молодая фея отвешивает почтительный поклон, и царица одобрительно кивает, приветствуя. Феста, которая стоит справа от Америды, как и всегда вооружена до зубов. Ее острый взгляд внимательно проходится по участнице.

Чуть ниже, у самого возвышения на широком диване располагается Сиена. Ее алые волосы струятся по телу и доходят до самых бедер. Она тоже оценивает. И даже задает какой-то вопрос девушке. В это же время рядом с ней с одной стороны сидит мужчина и ласкает языком ее тонкую шею, а с другой фея водит пальцами по ее оголенной руке вверх-вниз. Сама Сиена как будто даже не обращает на них внимания. Ее взгляд прикован к следующему участнику состязаний.

Очередь медленно продвигается вперед, и мне удается разглядеть слева от трона парочку близнецов на еще одном диване. Имен я до сих пор не знаю, но думаю, даже не стоит рассчитывать на их помощь. Серебристая скорее мне голову свернет нежели поможет в испытаниях.

– Сопровождающие не стоят в очереди. – шепчу я Валери. – Пока понаблюдай.

Ее брови сходятся на переносице с явным отвращением. Я подавляю улыбку, прикусив нижнюю губу.

– Я имею в виду прислушаться к разговорам. – киваю на группу фей, что смеются недалеко от нас. – Важна любая информация.

Сестра нехотя соглашается, коротко кивнув, и отходит в сторону.

Я же встаю в очередь, которая стремительно сокращается. Передо мной возвышается высокий мужчина со смуглой кожей и широкими плечами. За мной никого. Проклятье. Должно быть, я буду последней. Ну, что ж, это не должно быть так уж сложно. К тому же, я совсем не против того, чтобы меня оценивали. Какая там у меня была легенда? Мы из глуши. Глупые и не понимаем, как тут все устроено. Натягиваю на себя милое покорное выражение лица. Слышу, как Сиена что-то спрашивает одну из участниц. Кажется, откуда она. Девушка отвечает, что из Элариса. Родилась и выросла здесь. Значит, дети тут все же должны быть. Но они не бегают свободно по улицам. Может, их как и нас, отправляют в какое-то особое место по достижении определенного возраста?

– Мэнис. – раздается грубый низкий голос здоровяка передо мной. – Я из прибрежного района глуши.

Глаза Фесты загораются. Он точно привлек ее внимание. Значит, ей важна сила. Царица коротким кивком отпускает парня. Мэнис разворачивается и наши с ним глаза встречаются. От неприкрытой агрессии в его взгляде у меня по спине бегут мурашки, но я все равно нахожу в себе силы соблазнительно ему улыбнуться. Он пихает меня плечом и уходит прочь. Мудак. Это было грубо. Могу поспорить, это он начал убивать направо и налево остальных участников на первом испытании. Нужно взять на заметку держаться от него подальше.

Глубоко вздохнув, делаю шаг вперед и склоняюсь. Затем поднимаю голову, как это делали все остальные, но никто на меня даже внимания не обращает. Пульс резко подскакивает. Что-то не так. Сильно не так.

Америда тихо общается с Фестой. Сиена увлечена своими любовниками. А близнецы…Серебристая злобно ухмыляется и отворачивается к своему брату. Мои кулаки непроизвольно сжимаются. С разных сторон поблизости раздается злорадное хихиканье. Какого хрена? Что мне теперь делать? Ждать? Привлечь внимание? Почему у меня такое чувство, будто на меня вылили ведро с дерьмом?

Потому что мне это знакомо. И я в точности знаю это ощущение.

В первый день школы со мной никто не разговаривал. Вообще. Меня будто бы не существовало. Словно я была пустым местом, призраком, ничем. А все потому что в моей крови был дар, который не должен был мне принадлежать. Так они думали, так им сказали их родители. Изъян. Ошибка. Фрик. И это было самое безобидное, что я слышала в стенах школы. Дочь шлюхи. Убожество. Выродок. Они не говорили мне этого в лицо, но шептались за спиной. Я проплакала в туалете весь остаток своего первого школьного дня, прячась ото всех.

Сердце подскакивает в груди, ускоряется, вспоминая это отвратительное ощущение под ребрами. Ощущение незначительности. Ничтожности.

Вдох.

Думай, Эвива.

Каков этикет? Могу ли я уйти или придется ждать, пока Америда не соизволит обратить на меня внимание? Не знаю.

Плевать.

Разворачиваюсь и медленно покачивая бедрами, ухожу с высоко поднятой головой.

Выдох.

Валери обеспокоено смотрит на меня и гневно в сторону царской свиты.

– В чем дело? – спрашивает она, когда подхожу ближе.

– Не знаю. – цежу я сквозь зубы. – Они все просто проигнорировали меня.

Хватаю бокал с темной жидкостью у проходящей мимо феи и залпом выпиваю содержимое. Фруктовая сладость вспыхивает на языке, тепло спускается вниз по горлу, согревая изнутри. Ставлю стакан обратно на поднос, и фея уходит.

– Что если я рассердила Америду, когда мы спасли того бедолагу? – шепчу я. – Та серебристая сука смотрела на меня так, будто победила.

Валери бросает напряженный взгляд мне за спину.

– Думаю, дело не только в этом. – тихо сообщает она, и я оборачиваюсь.

Из тени трона выходит черная, как сама ночь, пантера. Рука Америды ласково проходится по ее голове, и животное ложится у ее ног, сверкнув зелеными глазами.

– Дерьмо. – выпаливаю, сжимая кулаки. – Я что убила ее питомца?

– Не думаю, что питомец корректное слово.

– Да плевать. Что мне теперь делать?

– Выиграть испытания. Пусть фавориткой тебе, очевидно, уже не стать, но ты еще не выбыла из гонки.

Она не понимает. Если свита может помочь в испытаниях, значит, может и воткнуть палки в колеса. Мне нужно привлечь внимание. Так, чтобы кто-то из них захотел, чтобы я выжила. Хотя бы ради развлечения. Соревнования. Разврат. Похоть. Все это часть их натуры. Они не отказывают себе в любых удовольствиях. А значит, мне нужно устроить шоу. Такое, чтобы им было интересно смотреть.

Близнецы явно отпадают. Но Феста и Сиена нет. Я могла бы привлечь Фесту своими боевыми талантами. Но судя по всему, она довольно близка к Америде. Да и что я могу сделать прямо сейчас? Выбить Серебристой зубы? Вряд ли это хоть в какой-то степени привлечет нужное внимание. Нет. Она военная. Такие, как она, ценят навыки, используемые непосредственно в бою. Значит, остается Сиена. В данный момент фея проводит языком по оголенному соску девушки рядом с ней. Что ж, с этим можно работать.

– Ты что-нибудь узнала? – снова поворачиваюсь к сестре.

Она кивает куда-то в сторону.

– От него лучше держаться подальше, если не хочешь рассердить Америду еще больше.

Разворачиваюсь, пытаясь разглядеть того, кого она имеет в виду. Бедолага. Его едва видно, потому что место, где он сидит, скрыто в тенях высокого дерева. Складывается впечатление, будто он вообще не часть происходящего. Да и к нему совсем никто не подходит. Даже слуги с подносами. Интересно.

– Одна из местных фей рассказала участнице о том, что он вроде как в немилости у двора. – поясняет Вал.

Тогда что он тут делает? Почему ему вообще позволено здесь находиться? Бросаю взгляд на Америду. Если бы бедолага действительно был в немилости, эта сука в жизни бы не пустила его сюда. Однако и во дворце он был за троном, правда, в каком-то коридоре. Но вряд ли обычным смертным позволено свободно бродить даже там. Нет. Здесь есть что-то еще. Серебристая издевалась над ним. Она его презирает. И тем не менее он здесь. Он во дворце. Но не часть свиты. Интересно. Очень интересно. Кто же ты такой, Зейд?

Хватаю еще один бокал и осушаю залпом, тут же возвращая его обратно на поднос парня. Его заинтересованный взгляд проходится по моему телу.

– Не сегодня, красавчик. – бросаю ему, ухмыльнувшись, и он уходит.

– У меня есть идея. – поворачиваюсь к Валери. – Предупреждаю сразу, она вряд ли тебе понравится. Лучше даже не смотри.

Сестра напрягается всем телом.

– Эвива. – шипит она.

– Не Эвива. – качаю головой. – Забыла? Здесь я Мерида.

Девочка из глуши в очень дорогом платье с секретом.

– Не смотри. – предупреждаю я ее и разворачиваюсь.

Бедолага сидит во втором ряду, и чтобы подобраться к нему, нужно пройти мимо Америды еще раз. Просто необходимо.

Высоко задрав подбородок, медленно двигаюсь вперед, покачивая бедрами. Пульс бешено стучит в висках. Я подавляю дрожь в ладонях. Боги, надеюсь, я не свихнулась. Надеюсь, все не станет только хуже. Хотя куда уж хуже. Отчаянные времена, мать их, требуют отчаянных мер.

Справа и слева от меня сквозь музыку доносятся приглушенные стоны. Но еще никто не зашел слишком далеко, настолько, чтобы не отвлекаться. А я, черт возьми, собираюсь всех отвлечь.

Мой первый день в школе был бесспорно дерьмовым. Это правда. Вот только на следующий день я набрала два ведра отборной грязи и вернулась в класс. Прежде чем кто-либо смог что-то понять, я подхватила их своим ахренительным даром и вывалила на всех присутствующих. Грязи было много. И я не боялась замараться. Меня больше не игнорировали. Меня возненавидели. Все оскорбления с тех пор бросали прямо в лицо вместе с плевками. И это было восхитительно, потому что только когда я перестала быть пустым местом, у меня появилась возможность защищаться, давать отпор.

Я Эвива, блять, Манро. Меня можно ненавидеть, можно презирать, но черт возьми, я никому не позволю обращаться со мной, как с пустым местом.

Как только подхожу к возвышению, бросаю взгляд на Серебристую. Она щурится на меня, и на этот раз в моих глазах нет ни намека на покорность. Там лишь чистое необъятное пламя. И возможно, даже, обещание выбить зубы. Ее шея тут же покрывается красными пятнами, она стискивает челюсти и подается вперед, открыв рот. Но я отвожу взгляд и резко сворачиваю направо, не задерживаясь перед этой сукой на троне. Прохожу мимо Фесты, и буквально чувствую ее ледяной взгляд на себе. Еще слышу тихое рычание пантеры и удивленное перешептывание за спиной. Магия разливается по венам, впитывая эту накаленную атмосферу.

Я подхожу к проходу, где впереди слева от меня, стоит один единственный диван с бедолагой. Шепчу заклинание, и ветвях дерева над ним загорается крошечный огонек. Вряд ли можно заметить разницу с теми, что создают феи. Ветки скроют все отличия. Так что я уверенно двигаюсь вперед, пока не останавливаюсь прямо перед парнем. Он сидит, расслабленно откинувшись на спинку дивана.

Склоняю голову набок, соблазнительно выставив бедро в сторону.

– Привет. – говорю ему своим охрипшим от нервов голосом, но он не отвечает. Даже выражение его лица трудно различить среди этих теней.

Время для шоу. Надеюсь, бедолага не будет против поучаствовать.

Я подпитываю огонек над нами своей магией, и он становится ярче, медленно разгоняя тени в разные стороны. Теперь я могу различить черты этого молодого лица передо мной. Парень красивый. Довольно широкие плечи. Соблазнительные губы. На нем серая шелковая рубашка свободного покроя и черные штаны. Вид у него такой, будто он только встал с кровати. Соблазнительно неряшливый.

Увеличиваю свечение над нами и тут же встречаю этот любопытный взгляд серых глаз. Он не отрывается от моих. Несколько прядей кудрявых пепельных волос падают парню на лоб. Теперь я вижу его отчетливо, но мне этого мало.

Моя улыбка постепенно растягивается на губах, когда свет становится настолько ярким, что теперь мы как на ладони. Никакого полумрака. За спиной раздаются удивленные вздохи. Должно быть, им открылся секрет моего платья. В темноте оно кажется темно-синим, но на свету ткань становится практически прозрачной и переливается всеми цветами радуги, как бриллианты. В нем я напоминаю самую настоящую падающую звезду, и уверена привлекаю куда больше внимания чем сама царица Элариса со всеми ее украшениями вместе взятыми.

Стоит ли упоминать, что под платьем у меня нет белья? Парень тут же подмечает этот крошечный факт и медленно скользит глазами по моей груди, животу, бедрам. Странно. В его взгляде нет загнанности, что присуща всем, над кем переодически издеваются. Нет. Я уже видела этот взгляд во дворце. Легкий налет безразличия. Словно он выше всех присутствующих, хотя и считается едва ли не отбросом. Мне это нравится. С этим можно работать.

Делаю шаг вперед, и он вопросительно склоняет голову набок, хотя и не останавливает меня, когда я поднимаю подол и сажусь ему прямо на колени. Мда уж, за свою жизнь я творила разное, но подобного еще не было.

– Мама. – раздается недовольный визг Серебристой, но он тут же смолкает, потому что музыка вокруг становится громче.

Кладу руки на сильную грудь и чувствую под пальцами твердые мышцы. Его тело. Оно не похоже на тело бедолаги. Совсем нет. Парень не такой широкоплечий и накаченный как Фин, но не менее подтянутый и хорошо сложенный.

Теплые ладони уверенно опускаются на мои оголенные бедра. Жар вдруг опаляет кожу, и я невольно вздрагиваю от неожиданности. Что это?..

«Как тебя зовут?» – раздается игривый голос в моей голове.

Какого?

Мое дыхание резко сбивается, пульс учащается.

– Мерида. – выдыхаю, не до конца понимая, что происходит.

Кожа будто плавится. Мне становится тесно в этом кусочке ткани. Хочется раствориться в этом теле под собой, слиться с ним. Желание скапливается внизу живота, пульсируя, и я подаюсь вперед, начиная непроизвольно двигать бедрами. Его горячий рот опускается на мою шею, и из горла вырывается стон. Боги. Вдоль позвоночника проносятся мурашки, и я отбрасываю голову назад.

«Лгунья» – хриплый голос вибрирует во всем теле, и его язык скользит к уху. Это что? У него проколот язык? Он прикусывает мочку моего уха.

Лгунья.

Что?

Где-то на задворках сознания вспыхивает предостережение. Но я не понимаю…не могу ухватиться ни за одну мысль в своей голове. Они сливаются воедино, растворяясь под натиском жара, исходящего от сильного тела передо мной.

Раскачиваю бедрами сильнее, обхватывая его шею. Не могу остановится. Он…черт возьми, от него пахнет мятой. Свежей мятой. И этот аромат поглощает меня целиком. Звуки вокруг разлетаются, погружаясь в странный шум в моих ушах. Словно кровь циркулирует по венам слишком быстро.

Что-то не так. Но я не могу понять, что именно…

Он перемещает одну руку на мою шею и приближает наши губы. Его взгляд сталкивается с моим. Крупицы серебра, которых я не замечала раньше, вспыхивают в глубине этих серых глаз.

«Эвива» – хрипит он и завладевает моим ртом.

Боги милостивые.

Его язык проникает в мой рот, не встречая ни малейшего сопротивления. Металический шарик на кончике задевает меня изнутри, и я не могу не представить то, как этот самый язык будет двигаться внутри меня.

Прижимаю парня к себе руками сильнее. Он всасывает мой язык и прикусывает нижнюю губу. Стон застревает в горле. На вкус он как пряная мята, как похоть, как порок. И мне мало…

Его член оживает между нами. И черт возьми, мне нужно, чтобы он оказался во мне. Прямо сейчас…

Что-то не так.

Я горю. Каждый участок кожи полыхает неистовым огнем. Наши языки сталкиваются, и парень вновь прикусывает мою нижнюю губу, вырывая очередной стон. Этот поцелуй. Никогда раньше не ощущала ничего подобного. Он словно опрокидывает меня через край. Сталкивает в пропасть снова и снова, даря это пьянящее ощущение падения, от которого все тело дрожит.

«Ведьма» – удивление просачивается в хрипотцу его голоса.

Магия вспыхивает в ответ, проносится током по всему телу. Меня непроизвольно затягивает в игровую. Что? Откуда здесь диван? И почему он здесь? Парень отрывается от моего рта и снова припадает к шее. Стеллажи с книгами кружатся вокруг. Магия пульсирует в стенах, разливается по полу, трещит вокруг.

– Одаренная. – раздается голос у меня на шее.

Что?

Сердце бешено колотится в груди, стучит в висках.

Думай.

Его рука скользит по моему бедру и властно сжимает задницу, от чего тяжесть внизу живота нарастает.

Нет.

Отрываюсь от его губ и смотрю в эти серые глаза с крупицами серебра.

– Тебя не должно быть здесь. – выдыхаю ему в губы, не в силах перестать двигаться на нем.

Почему я не могу оторваться от него?

Что происходит?

Думай.

– Да? – отвечает он, выгнув бровь и уже шевеля губами. – И почему же?

– Ты…

Осматриваюсь по сторонам.

Он в моем сознании. В моей голове. Как он?..Магия проносится ураганом по полу и стенам. Полки начинают дрожать.

Думай, мать твою.

– Триада? – вскидывает брови. – Она существует?

Он угроза.

Мне нужно остановиться.

Нужно оторваться от него.

Но желание продолжает пульсировать под кожей, нарастая, словно цунами…Тело мне не подчиняется. Из-за него.

– Валери. Камилла. Сестры Манро. – продолжает бормотать он и втягивает в рот мой сосок. – Камень души. Мама. Черт возьми, красавица, ты слишком много думаешь.

Что он со мной делает?

Думай, Эвива.

Нужно вернуться в реальность.

Нужно…

Его руки снова опускаются на мои бедра, лаская, разжигая огонь в крови. А глаза наблюдают.

– Интересно. – мурлычет он, целуя мою челюсть. – Я нахожу тебя очень интересной, Эвива Манро.

Мое тело полностью в его власти. Твою мать.

На его губах появляется порочная ухмылка.

Ублюдок.

– Как грубо. – ухмыляется он, продолжая бродить руками по моего телу. – Это ведь ты пришла ко мне, забыла?

Ему здесь не место. Это мое сознание, а значит, я здесь главная. Магия вспыхивает в ответ, и в моей руке появляется клинок. Не мешкая, засаживаю оружие прямо ему в грудь. Меня резко выбрасывает обратно в реальность.

«Черт» – морщится он. – «Это было неприятно»

Его губы даже не двигаются. Он произносит слова в моей голове. Но как?

– Кто ты? – рычу, прерывисто дыша, пытаясь вернуть себе контроль над своим телом.

«Я?» – склоняет голову набок, продолжая прижимать меня к себе. – «Зейд»

Приближаю свои губы к его, стиснув челюсти.

– Пошел нахрен из моей головы, Зейд.

В голове эхом проносится его хриплый смех.

«А ты забавная»

Он резко отпускает меня, и я делаю прерывистый вдох. Жар слабеет. Уменьшаю свет над нашими головами, снова погружая нас в полумрак, и подрываюсь на ноги, тяжело дыша. Тело бьет озноб.

Взгляд Зейда опускается на мой браслет.

«Ведьма на соревнованиях Мефиры. Увлекательно. И чертовски рискованно»

Твою мать.

Гребанный бедолага.

«Бедолага?» – его пепельные брови снова взлетают вверх, и в голове снова прокатывается этот хриплый смех.

Сжав кулаки, выстраиваю знакомую стену. Она помогает от эмпатов, а значит, и от этого ублюдка тоже. Он тут же хмурится, внимательно изучая меня. Его рот приоткрывается, но он не произносит ни слова. И кажется, ублюдку это не нравится. Его челюсти сжимаются.

Мы в дерьме. По уши.

Разворачиваюсь, но вместо того, чтобы вернуться прежним путем, иду вперед в лес. Взглядом нахожу Валери и киваю ей. Мы встречаемся на уже знакомой тропе, поляна остается позади. Меня больше не волнуют ни трахающиеся феи вокруг, ни серебристая сука.

– Что случилось? – резко бросает мне Валери. – Что это нахрен было вообще?

Хороший вопрос.

– Только не злись. – бормочу, ускоряя шаг.

– В чем дело? – уже настороженней спрашивает она.

Я продолжаю идти, почти бегу по лесу, пока не достигаю моста. Мы молча пересекаем его и попадаем на другую сторону.

В голове полыхает хаос. В груди растекается ощущение, будто этот сукин сын забрал то, что я не собиралась ему отдавать. Вхожу в свое сознание. Никакого дивана. Как ему вообще удалось пробраться в мой разум? Настолько глубоко? Даже наша связь с сестрами так не делает. Мы общаемся мысленно, становимся иногда глазами и ушами друг друга. Но я ни разу. Никогда в жизни. Никого не пускала в свой разум. Это чертов храм. Все, что у меня есть. Мои знания. Мои мысли. И он так просто проник сюда и узнал то, что не должен был узнать.

Возвращаюсь в реальность.

– Этот мудак что-то сделал со мной. – почти шепотом произношу я. – Проник в мое сознание. Он никакой не бедолага. Зря мы спасли его. Надо было позволить этой серебристой суке его отмудохать.

Теперь мне хочется вернуться и засадить ему в сердце настоящий клинок. Проклятье. Нужно было оторвать ему яйца прямо там на месте. Отрезать член и затолкнуть в глотку так глубоко, чтобы он подавился.

– Что значит проник в твое сознание?

– У меня в голове есть что-то вроде комнаты. Игровая. – рассеяно объясняю я. – Там все. Мои воспоминания, мои знания. Технически такое место есть у всех в голове, но я сделала из него что-то вроде библиотеки. Так легче хранить информацию…

– Ближе к делу.

Я останавливаюсь и смотрю сестре прямо в глаза.

– Зейд. Этот отброс. – мой голос срывается. – Он теперь знает, кто мы. Знает о Триаде. Знает о камне. Он знает все.

Кончики волос Валери вспыхивают искрами, но тут же гаснут. Хвала богам, всем вокруг не до нас

– Твою мать. – выплевывает сестра, стиснув кулаки.

11

Врываюсь в нашу комнату и на ходу снимаю с себя это чертово платье. Подлетаю к комоду и достаю свои кожаные штаны, рубашку и корсет. Судорожно натягиваю на себя одежду, прокручивая в голове события последнего часа снова и снова.

– Так, без паники. – подает голос Валери впервые с момента, как я сообщила, что мы в полной заднице.

С первого этажа доносится приглушенный гул музыки, голосов и веселья. Впрочем, как и во всем Эларисе.