Её безумный дракон, или Царская невеста

Стаканчик выпал из рук девушки, облив кипятком резиновые сапоги из реквизита. Режиссёр заметил Лушу и грозно спросил:

– Готова?!

А она лишь беззвучно открывала рот не в силах произнести ни слова. В итоге нашли другого статиста, а Лушу посадили на заднее сиденье и велели, не отрываясь, смотреть в окно. Сей позорный факт недолгой «кинокарьеры» до сих пор вгонял девушку в краску, но сейчас-то она не восторженная студентка, хотя, надо признать, киношный мачо Нику и в подмётки не годился. «Если снова онемею, значит, не судьба мне с красавцами общаться!» – мысленно резюмировала Луша, а вслух сказала:

– Подожди, тебя же переодеть нужно!

К счастью, голос не пропал и даже не охрип. Ник обрадованно обернулся:

– Я поражён твоей неслыханной добротой!

Не обращая внимания на нотки сарказма, прозвучавшие в его голосе, Луша кинулась к сундуку.

– Вот, возьми, – она протянула чистую рубашку. – Только размер не твой, но других здесь нет.

– Это я уже понял, – он снял рваную рубашку, но переодеваться не спешил.

– Ой, у тебя шрам остался, надо залечить, – воскликнула Луша.

– Где?

– Вот здесь.

Она кончиками пальцев нежно дотронулась до багрового шрама на правом ребре, а дальше… Нежные губы обожгли висок. Луша инстинктивно попыталась отстраниться, но взглянув в невозможные глаза, вырвала из рук Ника ставшую ненужной рубашку и обвила его плечи руками. Первые суматошные поцелуи сменились глубокими и требовательными. «Пусть Ник окажется потерянным рыцарем моего чокнутого дракона, иначе как объяснить его появление на волшебной горе?», – успела подумать она, отдаваясь невероятно пьянящим и сладостным ощущениям.

Глава восьмая

Дверь с грохотом распахнулась и в дом протиснулась рогатая башка Бобика. Ник, как подкошенный, свалился на пол, увлекая её за собой. Луша кинулась тормошить Ника.

– Ты что убил его! – воскликнула она.

– Ррррр, – грозно зарычал дракон.

– Бобик, что ты делаешь? – взвизгнула Луша, увидев, что тот ухватил зубами ноги Ника.

– Во двор хладный труп вытаскиваю, спалю его нафиг.

Луша кинулась к бездыханному телу и приложила ухо к груди.

– Он жив!

– Это ненадолго.

Поняв, что Бобик не шутит, Луша изобразила глубокий обморок, благо картинно падать обучилась на втором курсе.

– Луш, кончай придуриваться, я же чувствую, когда тебе по-настоящему плохо. Зачем тебе этот хмырь?

– Оставь Ника в покое, – она вскочила с пола и молитвенно сложила руки на груди. – Завтра утром я его выпровожу, обещаю. Если хоть волос упадёт с его головы, я твоему рыцарю такую весёлую жизнь устрою! Буду изменять направо и налево и всяческие козни ему строить. Бобик, я не шучу.

Дракон запыхтел и захлопал ресницами.

– Ну, пожалуйста, не трогай его, мы же просто целовались, – виновато улыбнулась Луша.

– Уговорила. Просто пойми, что мой рыцарь в сто раз лучше этого, – Бобик ткнул носом Ника. – Твой хахаль до утра теперь проспит. Собери ему одежду с едой и завтра выпроводи.

– А что я ему скажу, когда проснётся?

– Скажешь, что он пытался тебя изнасиловать, за это и получил по башке кочергой.

– Но он не пытался!

– Сейчас, главное, чувство вины ему внушить, чтоб обходил тебя за тридевять земель, а то вдруг вы с ним в столице пересечётесь и опять начнёте… просто целоваться. Луша, моя задача – доставить тебя в целости и сохранности своему рыцарю.

– Так нет никакой целости, я же говорила.

– В том мире не считается. Ну почему моему рыцарю досталась похотливая профурсетка? – закатил глаза Бобик. – Обвинишь его в грязных домогательствах, поняла?

– Не буду!

– Лушка, теперь я не шучу.

Вертикальные драконьи зрачки полыхнули огнём. Луша терпеть не могла, когда Бобик включал альфача. Она понимала, что дракон придуривается и, тем не менее каждый раз цепенела, а в груди появлялся неприятный холодок. Скорее всего эта ящерица–переросток обладает гипнозом, другого объяснения внезапной вспышке первобытного ужаса она не находила.

– А вдруг он не поверит? – она поняла, что Бобик не отстанет и просто тянула время.

– Изобрази гнев, презрение, ты же актриса.

– Я плохая актриса, могу спеть песенку снеговика и станцевать.

Луша прижала руки к бёдрам и начала качаться, переваливаясь с ноги на ногу. Бобик долго наблюдал за ней, а потом загоготал:

– Вот именно так и станцуй! Он сам тогда сбежит.

Луша остановилась, взяла с кровати теплый плед и заботливо укрыла Ника.

– Бобик, скажи честно, мне грозила опасность?

– Нет! – недовольно мотнул головой дракон.

– Так зачем ты припёрся?

– Ты же сама меня вызвала.

– Я тебя утром звала.

– Когда освободился, тогда и примчался.

– Так может, Ник и есть твой рыцарь? Посмотри на него внимательно.

– Зачем мне разглядывать этого хмыря? Не он это.

– Сам же говорил, что не помнишь, как твой рыцарь выглядит.

– Раньше не помнил, а теперь… Как бы тебе объяснить... У нас в Эрале есть такое место, ну, мы там пребываем как в нирване. В состоянии блаженства, короче. Вот я туда погружаюсь и вспоминаю потихоньку.

– И чего навспоминал?

Дракон тяжело вздохнул и положил голову на колени Луше, сидящей на полу рядом с Ником.

– Не подлизывайся! – буркнула она, пытаясь встать.

И тут из глаз Бобика покатились горячие слёзы.

– Горюшко ты моё, – не выдержав, она обхватила здоровенную морду и потёрлась щекой о драконий рог.

Всё-таки Бобика она знает больше года, к тому же вырастила его, а Ник… Главное, что жив остался, да и не верила Луша в любовь с первого взгляда.

– Я пока только одно точно вспомнил, что мой светленький и с благородной аристократической бледностью, – шмыгнул носом дракон. – Луш, ну не обижайся, я ведь не обиделся, когда ты меня собачьей кличкой назвала.

– Да как ты можешь сравнивать! Может ты сейчас мою личную жизнь разрушил.

– Не разрушил, а качественно улучшил. Увидишь моего рыцаря ещё спасибо скажешь.

– Как ты узнал про кличку?

– Как как, мультик «Бобик в гостях у Барбоса» увидел.

– Бобик – интеллигентный пёсик, между прочим.

– Именно это меня и успокоило! – заржал дракон, а потом с надеждой спросил: – Ты точно в этого хмыря не влюбилась?

– Перестань называть Ника хмырём! Точно не влюбилась.

– Тогда я со спокойной душой уматываю дальше вспоминать.

Дракон исчез, а Луша ещё долго сидела рядом с Ником, постоянно прислушиваясь, дышит ли он. «Бобик не почувствовал, исходящей от Ника опасности, да он вообще на него никак не отреагировал! Может Ник и есть его забытый рыцарь? – размышляла Луша. – Да ради такого мужчины можно остаться в ином мире, только как быть с родителями? Но ведь Бобик сказал, что сможет вернуть меня на землю, а если он ничего не путает, то визиты на родную планету можно сделать регулярными… Как же не хочется обвинять Ника в грязных домогательствах, но делать нечего, придётся врать, а то чокнутый Бобик огнём пыхнет и останутся от моего красавца одни угольки».

***

Ник с трудом разлепил веки. Голова гудела, а руки и ноги не слушались. Память начала медленно возвращаться. Он неизвестно где, на какой-то горе. Тут же перед глазами всплыло лицо белокурой красавицы.

– Лу-ша, – по слогам протянул он. – Лу-ке-рья.

Неужели она всего лишь видение? Ник осмотрел комнату и, увидев спящую Лушу, облегчённо выдохнул. Пошатываясь дошёл до кровати и присел на край. Вспомнив о жарких объятиях и страстных поцелуях, он с силой сжал виски. Хоровод мыслей кружил голову. Если у них всё случилось, то почему спят раздельно? Почему он ничего не помнит? А может Луша невинна, и он... Ник тряхнул головой. Нет, сплошное белое пятно. Сейчас он её разбудит и всё поймёт. Ник нежно поцеловал спящую девушку.

– Просыпайся, радость моя!

Луша открыла глаза и ласково улыбнулась.

– Ты живой, – прошептала она.

Больше всего Нику хотелось обнять разомлевшую от сна девушку и не выпускать из объятий дня три как минимум. Но он боялся напугать Лушу чрезмерной пылкостью, поэтому просто пожирал восхищённым взглядом Тут Луша вспомнила угрозы Бобика. Надо срочно изобразить ужас, гнев, презрение, чтобы Ник поверил, что он…

«Шекспир «Гамлет», третий акт, четвёртая сцена. Гертруда стала свидетелем жестокого, безумного деянья – убийства Полония, – судорожно вспомнила Луша. – Решено, изображу убитую горем Гертруду!»

Да уж, предлагаемые обстоятельства всегда были слабой стороной её псевдоартистической натуры.

– Лушенька, тебе плохо? – обеспокоенно спросил Ник, глядя на Лушины гримасы.

– Мне хорошо, – она просто грозно нахмурились и принялась медленно чеканить слова: – Не смей так смотреть! Вчера ты напал на меня и хотел обесчестить!

– Я? Этого не может...

– Замолчи! Всё было именно так. Ты накинулся на меня как последний мерзавец! Хорошо, что мне удалось дотянуться до кочерги!

Луша уткнулась в одеяло и принялась трясти плечами, изображая рыдания.

– Лушенька, я ничего не помню, но я никогда ни на кого не накидывался, жизнью своей клянусь!

– Пошёл вон! – Луша села на кровати и пафосно указала на дверь.

Ник обескураженно взглянул ей в глаза, встал и побрёл к выходу.

– Ты куда? – воскликнула Луша.

– Убираюсь вон с твоей горы.

– Погоди, надо же тебе одежду в дорогу собрать и еду.

– Ты точно уверена, что хочешь прогнать меня? – обернулся Ник.

– Точно, но после завтрака. Посиди пока, отдохни, путь ведь неблизкий.

– Я подожду во дворе.

Ник вышел из дома, а Луша, утирая слёзы, поставила жарить несколько кур на двух сковородах и порезала тыкву для запекания. Потом полезла в чулан, где хранилась теплая меховая одежда. Ник подозрительно долго не возвращался. Луша потихоньку выглянула в окно. Её несостоявшийся любовник носил воду в баню, заполняя полупустые чаны. От такой заботы она вновь разрыдалась. В кои-то веки встретила мужчину, от которого, действительно, крышу сносит и сердце забывает биться, а она его оттолкнула, обвинив в гнусном домогательстве. «Я его спасаю, от чокнутого дракона! – громко сказала себе Луша. – Да, спасаю!»

– Ты знаешь куда идти? – спросила она Ника после завтрака.

– Спущусь в долину и спрошу дорогу.

Луша вытащила ларец и достала пару перстней.

– Вот, возьми с собой. Продашь в ближайшем городе и купишь себе коня.

– Нет. Это слишком щедрый подарок для насильника, – горько усмехнулся Ник.

– Тогда я их сейчас кину с горы!

– Ладно, давай, повешу на шнурок и буду носить у сердца. Лушенька, я не помню ничего... Вернее, помню, как ты пылала в моих объятиях... Ты мне, правда, очень понравилась!

– Всё, прекрати! Уходи сейчас же!

– Ты позволишь взять оружие? Я ведь не представляю, где нахожусь и с чем придётся столкнуться.

У Луши предательски защипало в носу, когда она поняла, в какой опасный путь отправляет Ника.

– Бери что хочешь, а здесь артефакты, – она протянула кожаный мешочек.

– Луш, ты уверена, что я… ну это…

– Уверена, – буркнула Луша.

– Ты меня в дорогу словно мужа, любимого, отправляешь… – заметив её угрюмый взгляд, Ник поправился: – Или брата.

– Бери оружие, припасы и уходи.

Луша отвернулась и стояла не шелохнувшись, чтобы Ник не увидел слёз, катящихся по щекам, а когда хлопнула входная дверь, накинула тёплую куртку и, немного помедлив, вышла из дома. Ник уже спускался по склону, но, видимо, постоянно оглядывался, потому что сразу заметил девушку, помахал рукой и сказал: «Я обязательно найду тебя!». Так, во всяком случае ей показалось, потому что слов Луша не разобрала из-за ветра. «Я буду ждать тебя», – прошептала она и долго стояла на краю обрыва пока окончательно не продрогла.

Глава девятая

Вечером объявился Бобик. Он могучим лбом распахнул дверь, положил голову на медвежью шкуру и скривился:

– Фууу, как мерзко воняют чужие рыцари!

– Ты считаешь, что Ник рыцарь дракона? – с надеждой спросила Луша.

– Тьфу, опять ты за своё, голодранец твой хмырь, а не рыцарь. Хотя… – Бобик нахмурился. – Сам не понимаю, как он сюда попал. Места ж тут сакральные. Тебя я в убежище принёс вопреки всем существующим правилам. Но я их нарушаю из-за проблем с головой, а нормальный дракон никогда не нарушит запреты.

– А может это убежище чужого дракона и Ник как раз рыцарь?

– Хватит чушь нести, – рыкнул Бобик. – Завтра в Цар полетим.

– Как завтра? – всполошилась Луша, решив, что раздражать Бобика расспросами о Нике себе дороже.

– На рассвете отправишься покорять столицу, вернее, пока окраину. Побудешь простой горожанкой. Легенда такая – ты получила наследство и решила из деревни в столицу перебраться.

– Я думала, что стану здесь герцогиней или графиней, – надула губки Луша.

– А королевой ты стать не собиралась? – заржал дракон. – Ягодка моя наливная, ну, не обижайся, тут дворян по пальцам пересчитать и все они друг друга знают.

– А что конкретно я буду делать в столице?

– Обживаться, а если я учую рыцаря своего, то устроишься служанкой в дом, который назову.

– Я не хочу быть служанкой! – закапризничала Луша. – А если ты потом своего рыцаря в другом доме учуешь, мне что, придётся к другим людям наниматься?

– Ага, – кивнул Бобик.

– Меня же за мошенницу примут, об этом ты не подумал?

– Ну вот, теперь мой стройный план дал трещину… – задумался Бобик, но тут же тряхнул рогатой головой: – Ладно, по ходу разберёмся. Давай вещи собирать.

– Шмотки мужские? Зачем они мне нужны? Кстати, Бобик, вот ты говоришь, что твой рыцарь высокий, а почему же в его убежище вся одежда пошита на толстенького коротышку?

Дракон завращал глазами, потом захлопал ресницами.

– И долго ты будешь ответ придумывать? – ехидно поинтересовалась Луша.

– Мал золотник да дорог! – выпалил, наконец, он.

– Я слышала другой вариант: мал клоп да вонюч!

– Хватит дискредитировать моего рыцаря! Высокий он и красивый, а одежда эта не помню откуда взялась… – Бобик ещё немного похлопал ресницами и начал раздавать указания: – Золото бери и все артефакты, платья в столице раздобудешь, только простенькие выбирай, внимание лишнее к себе не привлекай.

– А драгоценности забирать?

– Конечно! Я потом новых сокровищ раздобуду, когда вспомню, как это делается.

– И куда мне это всё складывать? В узелок что ли?

– В сумку засунь, – Бобик кивнул в сторону камина. – Там она на стене висит.

Луша нашла маленькую холщовую сумку на длинном ремне.

– Сюда же только носовой платок поместиться.

– А я что, про пространственные сумки забыл тебе рассказать?

– Так это она и есть! – Луша осторожно взяла сумочку и заглянула внутрь. – Конечно, забыл сказать, но я про такие штучки в романах читала.

– Запихивай туда всё ценное. Котомку в сундуке найди и тряпьё какое-нибудь туда засунь, чтоб набитой казалась, а то путник без багажа подозрения вызывает. Всё, Луш, я полетел в Эраль. Спокойной ночи, о рахат-лукум моего сердца!

Луша выгребла из сундуков золото и драгоценности, собрала артефакты, потом подошла к стене, где крепилось оружие. Мечи, кинжалы, тесаки, палица с бердышом и никаких шпаг. Не то чтобы она умела мастерски обращаться с этой разновидностью холодного оружия, просто в институте учили фехтовать и салютовать шпагой Луша умела отменно. Хотя от кого она собралась защищаться с таким воинственным драконом?

Утро началось с грохота распахнувшейся двери.

– Пора, красавица, проснись, открой сомкнуты негой взоры! – громогласно продекламировал Бобик пушкинские строки.

Луша спрыгнула с кровати и начала торопливо натягивать одежду.

– Неужели тебе совсем не понравилось моё убежище? – огорчился дракон, глядя на её торопливые сборы.

– Понравилось, но я по людям соскучилась. Всё, я готова!

– Хоть посиди на дорожку.

Луша послушно присела на край кровати.

– Я только одного боюсь.

– Чего?

– Что ты будешь пытаться голову откусить каждому, кто со мной заговорит.

– Очень надо! Я даже хмырю твоему ничего не стал откусывать, хотя одно место надо было бы...

– Хватит уже меня попрекать! – одёрнула дракона Луша.

– Ладно, забыли. Главное помни – я всегда рядом, но ты особо не наглей, веди себя в моём мире прилично.

– Скоро рассвет, с твоими нотациями мы до Цара к ночи доберёмся, полетели быстрей.

– Не волнуйся успеем. Золотом особо не свети, внимание к себе не привлекай. И представляйся именем Керья, оно на местное похоже.

– Как бы не запутаться, – расстроилась Луша.

– Ну, ты сразу предупреди, что дома тебя Лушей звали и делов-то. Я над столицей покружу, рассмотри там всё как следует. Жильё ищи на окраине, в богатые кварталы не суйся. Всё, лезь на спину!

Бобик летел очень низко, в предрассветной мгле новый мир казался серым и угрюмым. Столица не впечатлила. Узкие улочки, невысокие дома, а вот королевский дворец поразил.

Архитектурный шедевр со множеством башенок и шпилей, окружённый ухоженным парком, раскинулся в самом центре. Луша с азартом всматривались в великолепные здания вокруг императорских чертогов. Скорее всего рыцарь Бобика живёт в одном из них, а, следовательно, и она когда-нибудь станет полноправной хозяйкой роскошного особняка. А Ник... Аристократов плетьми не секут, значит Ник и в самом деле злодей, бандит с большой дороги. «Хватит думать о нём, – разозлилась она на себя. – Подумаешь, целуется божественно... И обнимает так, что забываешь всё на свете, и красивый до умопомрачения... Да я просто одичала за год на горе, вот он меня и свёл с ума…»

– Луш, ты там заснула, что ли! – тряхнул брюшком Бобик.

Задумавшись, она и не заметила, как дракон приземлился в небольшом лесочке.

– Сейчас выходишь на дорогу, там за поворотом повозка едет, тормознёшь её и попросишь довезти до города. Поняла?

– А если не остановится, мне пешком топать?

– Тогда возвращайся, будем другой транспорт поджидать. Всё помнишь?

– Да, не переживай, – успокоила Луша дракона.

Она завернулась поплотнее в плащ и выбралась на дорогу. Вскоре показалась большая телега, запряжённая парой лошадей. Здоровенный мужик с редкой бородёнкой, увидев девушку, остановился.

– Садись, красавица, подвезу, – любезно предложил он.

Луша без разговоров уселась рядом с ним, закинув котомку на брёвна, аккуратно сложенные в телеге.

– Как звать-то тебя? – спросил возница. – Я Тарин.

– Керья, можно просто Лушей звать.

– Ну, рассказывай, куда путь держишь? – возница решил остаток пути провести за приятной беседой. – Меня не бойся, я человек добрый.

Вот уж бояться кого-либо в новом мире Луша точно не собиралась, но и выкладывать первому встречному, сочинённую Бобиком легенду не спешила. Она быстро перевела тему, похвалив лошадей и ровные стволы. Довольный Тарин пустился в пространный рассказ о себе любимом. Он с другом занимался изготовлением мебели, их мастерская и лесопилка находились на окраине Цара. Тарин хвастливо перечислял имена заказчиков, в чьих домах стоят сделанные им шкафы, стулья и кровати, а Луша ахала и восхищалась.

Впереди показалась пятёрка всадников на резвых скакунах. Тарин натянул вожжи и лошадки послушно повернули оглобли к обочине

– Немой прикинься, – шепнул он ей.

Всадники в жёлтых штанах и чёрных мундирах с золотыми пуговицами окружили телегу и застыли. Через минуту они недоуменно взглянули друг на друга, потом, не замечая Луши, уставились на Тарина. Возница сидел ни жив ни мёртв. Ещё через минуту всадники одновременно дёрнули поводья и умчались прочь.

– Фууух, – выдохнул Тарин. – Пронесло!

– А что это было? – спросила Луша.

– Ты с неба что ли свалилась? Это желтозадые! – заметив изумление на лице девушки, он пояснил: – Золотая гвардия Цара. Мы их желтозадыми кличем из-за цвета штанов. Совсем распоясались, гады! Ох, и жадные они до чужого добра! Но сейчас что-то странное произошло. Я специально дерево на рассвете вожу, чтоб им не попадаться. Они ведь как обычно поступают? Раскидают все брёвна, вроде как проверяют, чтоб бандиты под ними не прятались, а мне потом что делать? Я ж один их на телегу не погружу. Или откупные требуют, а денежки-то я своим горбом зарабатываю. Охота ли золотые всяким бездельникам отдавать? Странно, что в этот раз не тронули меня.

«Ай да Бобик!» – мысленно восхитились Луша, а вслух сказала:

– Может, это во мне дело? С детства замечаю, тем, кто мне помогает, всегда удача сопутствует.

– Ну, ежели в тебе дело, тогда говори, куда тебя отвезти, – ухмыльнулся Тарин.

Луша с опаской оглянулась на груженную телегу.

– Да не боись, у меня повозка ещё имеется для разъездов по городу.

– Спасибо, Тарин, посоветуй лучше лавку с одеждой, а то у меня даже платья приличного нет.

– Я тебя к лучшей Царской портнихе отведу, приятельнице жены моей, она тебя нарядит как надо.

Они подъехали к городской заставе.

– Быстрей проезжай, мы важных гостей ждём! – сердито замахал ручищами начальник караула.

Телега беспрепятственно въехала в столицу. Луша так и не поняла – это Бобик помог или просто обстоятельства сложились удачным образом.

Глава десятая

– И правда везёт тем, кто тебе помогает! – восхитился Тарин. – Они меня как облупленного знают, а всё равно каждый раз нос везде суют. И тебя проверять не стали, хотя кому такая красавица угрожать может!

«Вот болван! – мысленно обругала Луша дракона. – Совсем без мозгов моя ручная рептилия. И я тоже хороша, могла бы сообразить, что даже в сказочных государствах без бумажки ты никто. И где теперь доставать документы?» Из размышлений вырвал голос Тарина:

– Ну так что, позавтракаешь со мной? А то негоже одной по харчевням шастать. Моя Лири знатная стряпуха

– С удовольствием, – согласилась Луша.

Лири – жена Тарина ничуть не удивилась гостье, видимо, он и вправду был добрым и гостеприимным человеком. У Луши голова закружилась при виде накрытого стола. Пироги! Всех мастей! С мясом, рыбой, ягодами и жутко аппетитные булочки, щедро посыпанные сахаром. Она хлеба целый год не видела, а тут такое изобилие.

– Люблю девушек с хорошим аппетитом, – расплылся в улыбке Тарин, наблюдая как девушка уминает пятый пирожок.

– Я просто очень люблю выпечку, а сама готовить не умею, – покраснела Луша и с тоской взглянула на плюшку, понимая, что сейчас лопнет.

– Ну, это беда легко поправима! Моя Лири всегда гостям рада, заходи в любое время, дорогу теперь знаешь.

Луша поблагодарила хозяйку за угощение и получила в подарок полную корзинку пирогов. Лучшая портниха Цара жила здесь же, на окраине, через пять домов от Тарина.

– Малдини! – зычно пророкотал он у калитки. – Открывай ворота, я тебе чудо-клиентку привёл.

– Чего разорался в такую рань? – миниатюрная женщина с тугим пучком на затылке выглянула в окно. – Открыто же!

– Пойдём, Керья, это она для порядка бухтит, – Тарин потащил за собой Лушу.

– Доброе утро! – широко улыбнулась ей портниха, проигнорировав Тарина.

– Малдини, обслужи девушку как положено, по высшему разряду и будет тебе счастье, – Тарин по-хозяйски развалился на стуле. – Я сам проверял!

– Ты чего расселся? – накинулась на него Малдини. – Тут дамочки наряды обсуждают, нечего подслушивать.

– Ладно, ухожу, – нехотя поднялся Тарин. – Одно запомни, если Керье угодишь – будет тебе счастье.

– Ох, балабол! – пробурчала Малдини и повернулась к Луше: – Чего изволите, сударыня?

– Я бы хотела купить готовое платье, если они у вас есть и пошить ещё несколько. Я приехала издалека и мой багаж украли в дороге.

В театральном институте проходили историю костюма и хоть Луша училась с ленцой, но этот предмет слушала внимательно. Она знала, что магазины с готовой одеждой появились очень поздно, веке в девятнадцатом. Интересно, сколько времени понадобиться на пошив одного платья? Ей до жути надоели штаны с рубахами.

– Ворьё совсем распоясались, – покачала головой Малдини. – Не волнуйся, решу твою проблему. Вот смотри какую штуку я недавно купила. Страшных денег стоит!

Портниха показала на невзрачное коричневое платье с корсажем, натянутое на манекен. Шнуровка располагалась впереди. Луша вспомнила, что так шили для простолюдинок, которые одевались самостоятельно, а у знатных дам с кучей служанок и горничных, шнуровка всегда располагалась на спине. Коричневый цвет она терпеть не могла, но раз портниха им восхищается, надо подыграть. Вдруг это последний писк местной моды?

– Манекен эта штука называется, – с гордостью произнесла Малдини. – Платье специально сшила, чтобы все сразу могли мою работу оценить!

Оказывается, портниха хвасталась манекеном. Не дав возможности гостье повосторгаться, Малдини продолжила:

– Из готового только это имеется.

Луша расстроенно вздохнула. Платье явно рассчитано на стройную и изящную женщину.

– А можно его расставить в талии? – спросила она.