Я - мы Кайлас

Дмитрий — профессиональный путешественник, в Москве бывает всего четыре-пять недель в году, и оттого наши расписания никак не совпадали. Время от времени пересечения находились, но в последний момент всегда появлялись новые вводные, и встреча раз за разом срывалась.

Как-то я договорилась увидеться с одной барышней. Причем получилось это неожиданно, так как знакомая постоянно живет на Алтае и, переписываясь с ней, я случайно в диалоге узнала, что она в Москве.

Время и место встречи мы назначили заранее, но уже собираясь выезжать, алтайская гостья попросила перенести встречу на новый адрес, так как не учла какие-то обстоятельства. Я согласилась.

По дороге решила, что после встречи неплохо бы заехать на маникюр, и стала обзванивать салоны красоты в том районе, но безрезультатно: везде отвечали, что на сегодня мест нет, свободные окна только на завтра. Я поймала себя на мысли, что злюсь, потому что свободное время после встречи не получается заполнить нужной мне процедурой.

Когда я зашла в выбранную барышней кофейню, первым человеком, которого увидела за ближайшим столиком, оказался… Дима. Все сразу встало на свои места, у всего — смена локации и отсутствие свободных мест на маникюре — появились причины.

У Димы тоже была встреча, но к тому времени, как я закончила беседу со своей визави, он остался за столиком один. Мы несколько месяцев не могли встретиться, специально договариваясь, но каким-то чудесным образом случай свел нас в многомиллионной Москве.

Ах да, я верю, что ничего в этом мире нет случайного!

Я подсела к нему, и Дима сразу взял инициативу, как будто знал заранее, какие вопросы я хотела задать.

— Елена, ты идешь на Кайлас, это центр Вселенной, духовная ось мира, место мистерии наивысшего порядка на планете Земля. И все для того, чтобы принять новую себя, принять свою мистическую суть. Ты — мистик! Тебе пора признать и принять этот факт.

На этих словах у меня навернулись слезы. Я даже растерялась от такой нечаянной реакции.

— Дима, почему я плачу? Это мой страх, моя неготовность это принять?

— Нет, скорее, наоборот. Слезы означают, что ты больше не можешь этого не замечать, тебе страшно, если ты это не примешь. Как можно не принимать своей сути?

— Ты видишь меня всего третий раз в жизни, откуда знаешь это? — Мозг никак не мог угомониться и требовал подтверждений.

— Лена, я вожу людей к священному месту уже пятнадцать лет. Столько перевидал историй, что все понимаю при первом взгляде на человека — на то, какие у него руки, как он держится, что транслирует.

Я посмотрела на свои руки, пытаясь увидеть их по-иному. Покрутив растерянно кистями, вопросительно взглянула на Диму.

— Да, у тебя руки мистика: тонкие запястья и длинные пальцы, — тут же ответил он.

В голове слабо укладывалось сказанное. Мистиками были Гурджиев и Рерих, Блаватская и Андреев — я же не могла похвастать даже глубоким изучением их трудов.

Но слезы… Они выдавали с потрохами. Как будто Дима озвучил то, что мне давно следовало услышать.

Может, поэтому наша встреча постоянно откладывалась — чтобы случилась моя готовность воспринять все это?

Придя домой, я включила исследователя, чтобы побольше узнать о мистиках. Нырнула в пучину интернета, и кое-что очень откликнулось мне.

Мистик живет в мире, которого не существует для других людей, то есть в нескольких мирах одновременно. Многие думают, что это мир иллюзий, но мистик знает, что это перекресток миров. Как только мистик сольется с универсальным сознанием, он будет поглощен, обратный путь перестанет существовать.

Как писал Ошо: «Мистик станет океаном, безмолвие станет его песней. Само присутствие в этом мире — вот его поэзия».

По мере погружения в эту тему начинала узнавать себя и присваивать открывшееся.

Для меня мир чудесен, и все внутри него связано. Я во всем вижу закономерности и смыслы. Все в мире взаимодействует между собой и создает гармоничную сеть. Я верю в Великую фундаментальную силу, которая движет каждым действием и решением для выполнения грандиозного замысла, поэтому для меня мир совершенен.

Я все чаще и острее чувствую потребность служить другим, вдохновляя и зажигая, помогая преодолевать препятствия и принимать важные решения. Верю, что духовность помогает человеку достигать высшей жизненной мудрости и гармонии.

Новый 2023 год я загадала прожить в восхищенном и неподдельном изумлении, а именно — выйдя «из ума», чтобы обрести готовность принять новую удивительную судьбу, довериться необъятной Вселенной и открыться для чувственного опыта следующего порядка.

И кажется, мое желание уже начало сбываться!

Знаки

В конечном счете мы убедимся, что все это были отношения между тобой и Богом, а не между тобой и другими людьми.

Мать Тереза

— Много лет назад мы с супругом Игорем уже были на двух корах, после которых наша жизнь столь резко и стремительно изменилась, что в какой-то момент почувствовали — пришло время снова отправиться к Кайласу. Поэтому и решили собрать свою группу, — делилась Юлия Юханссон на встрече, которую Дима организовал за неделю до начала нашей экспедиции в одном московском кафе, чтобы мы могли наконец познакомиться и обсудить волнующие темы. — Но интересно, что задумали мы это три с лишним года назад, и все время поездка откладывалась. То пандемия смешала нам карты, то политическая ситуация в стране, то закрытые границы Тибета. Постоянно находилась какая-то причина, почему мы должны были поездку отложить. Но вот все сложилось, и я счастлива, что мы скоро отправимся в путь.

— Говорят, что группы складываются на небесах. Возможно, нужно было время, чтобы собрались те люди, которым действительно необходимо отправиться в путешествие именно сейчас и именно таким составом, — предположила Лена Бажан.

Эта идея откликнулась, и я стала всматриваться в каждого участника, сидевшего за столом.

Мне вообще нравится знакомиться с новыми людьми. Особенно я полюбила это, когда сама с собою стала играть в одну игру. Знакомясь с кем-то, сама себе говорю: «Сейчас этот человек, которого еще пять минут назад я знать не знала, скажет для меня что-то важное». И обычно жизнь меня не разочаровывает: я и вправду слышу что-то интересное и необходимое для себя в этот период.

Вот и сейчас, глядя на каждого участника, думала, какую роль он сыграет в моем захватывающем приключении. В экспедицию нас набралось тринадцать участников, и все были готовы, во всяком случае — мне так казалось, через неделю отправиться в путь.

День вылета я провела в суете. Собрать вещи, заехать к подруге на день рождения, пообщаться с детьми перед долгой разлукой, а самое главное — успокоиться. Странное, не покидающее меня предчувствие изводило так, что за день я успела пару раз поплакать — просто так, без какой-либо причины.

Вылетать должны были ближе к полуночи, а днем пришло голосовое сообщение от приятельницы Ольги Касьян. Каким-то чудом Дима смог зачислить ее в группу буквально за две недели до выезда, когда визовые документы всей группы уже давно были поданы.

«Лена, я приняла непростое решение — я не еду! Нашу няню покусала моя собака. Муж в отъезде, все в кровище. Няня-филиппинка в шоке, ребенок напуган. В общем, какая-то совершенно странная история, и я не могу сейчас улететь. С Димой уже переговорила, он согласился перенести мне поездку на осень, так что без меня в этот раз. Для чего-то все это нужно сейчас. Хорошо тебе слетать, и по возвращении буду ждать подробного рассказа».

Я оторопела: так вот как это бывает, когда гора не пускает! Все из ряда вон — собственная собака свою же няню…

Не полетев, Оля фактически спасла женщине руку, так как у той на следующий день начался некроз тканей в результате укуса. Сама она не придала этому значения, а Ольга настояла на более пристальном внимании к ране.

Собаку через месяц усыпили, так как обнаружили онкологию последней стадии, и она уже не могла самостоятельно дышать.

«Ох уж эти знаки!» — подумала я и вспомнила недавний разговор с подругой, китаистом и востоковедом, Марией Суворовой.

— Ты знаешь, из каких иероглифов состоит слово «китайский язык»?

Я покачала головой.

— Из двух: первый иероглиф означает «поднебесный» или «срединный», а второй — «знак».

— Любопытно, — только и оставалось мне промолвить.

— Так вот, в Китае образованный человек — не тот, кто умеет читать и писать, а кто умеет «распознавать знаки», — хитро улыбнулась Маша.

Может, это и есть тот самый навык, который всем надо развивать сейчас, в наше непредсказуемое время?

Так в группе оказалось двенадцать активных участников плюс наш надежный проводник Дмитрий.

Накануне полета в Непал

Свою высшую награду найдешь за дверью под названием «страх».

Антуан Сент-Экзюпери «Маленький принц»

— Ну, надеюсь, вы уже пропили курс диакарба[9][9]? — спросил меня один из гостей за столом.

За несколько часов до вылета в Непал я оказалась на дне рождения подруги в красивом модном ресторане. Уж очень хотелось повидаться с близкими людьми и вкусно поесть в гастрономическом ресторане перед длительной поездкой по Азии.

Этот вопрос был первым, который задал гость за столом — бывалый путешественник, после того как услышал, что сразу из ресторана я еду в аэропорт, чтобы лететь в Тибет.

— Диакарб? А что это? — спросила я в замешательстве.

Он громко засмеялся, а гости подхватили.

— Ну поздновато решили узнать! Вы уже неделю как минимум должны были его пить, а не сейчас выяснять подробности. Это препарат от горной болезни, которая может случиться даже на меньшей высоте, чем будете вы, — продолжал поучать с умным видом он.

— Ничего подобного не пила. Я иду с проводником, который сопровождает в горы группы и использует аюрведические препараты на основе травяных компонентов. Мы будем пить их там, на месте, — ответила я.

Эта фраза вызвала за столом новую волну смеха. Было понятно, что мой ответ не прозвучал убедительно.

Я немного смутилась и постаралась сменить тему разговора, при этом задумалась: «А насколько самонадеянна я в вере в профессионализм Димы и его препараты? А вдруг, действительно, упустила время, и от того, что не пропила профилактический курс, на горе мне станет плохо? А если будет очень плохо, то Дима сможет справиться?»

Мысли одна за другой пролетали в голове, а я лишь удивлялась тому, с какой легкостью их отпускаю. Я осознала, что за столом сидит большая компания, которая проецирует свои собственные страхи, а меня они не пробирают.

Дима как-то сказал на одной подготовительной встрече: «Кора, а значит перемены, трансформация, рост, в вашей жизни начинается не с того момента, как вы увидели вживую Кайлас, а когда приняли осознанное решение — ему быть в вашей жизни».

Здесь, за столом, я почувствовала, как выросла в своих суждениях. Мне не навязали внешний страх, я способна справиться с уровнем неопределенности, расшириться так сильно, чтобы отпустить тревоги и принять новый опыт, а ведь это и есть путь приумножения любви — принятие всего как совершенства.

В Катманду Дмитрий с первого же вечера два раза в день всем давал аюрведические препараты. Причем делал это так естественно и уверенно, что я даже мысли не допускала, что они не помогут. Как-то я поинтересовалась:

— Дима, как ты это делаешь?

— Вы болеете тем, чем я когда-то переболел, поэтому знаю, что вам нужно. А сам не болею уже пятнадцать лет, — в утвердительной манере ответил Дима.

На этой фразе я вспомнила забавное выражение: «Болезнь — это смс от Вселенной, что мы идем не туда».

— Ну все, пора в аэропорт! Еще раз поздравляем тебя с днем рождения. Увидимся уже после Кайласа, — мы с супругом стали прощаться с именинницей.

— Благодарю, что пришли. Когда вы возвращаетесь? — решила уточнить подруга.

— Мы? — озадаченно переспросила я.

— Вы не вместе летите? — удивилась уже она.

— Нет. Одна, — ответила я, чувствуя в груди затаенную печаль.

— Сережа, как ты мог отпустить ее одну? — не удержалась подруга.

Сев в машину, я решила вернуться к этой теме.

— Почему? Почему ты не едешь со мной? — в сердцах спросила я, ощущая, как волна страха прокатывается по телу и невольные слезы подступают к горлу.

— Я не хочу видеть, как ты будешь там страдать, — тихо и понуро произнес муж.

В Катманду

Другая жизнь, другое я

с другой мерою бытия,

И мера неба и морей

В нем станет мерою моей.

Зинаида Миркина

В аэропорту Катманду всех нас, прилетевших ночью одним рейсом, встречал Дима, в оранжевых шортах и яркой клетчатой рубашке удивительно вписывающийся в местный колорит.

Наш проводник сиял: было видно, что он искренне рад нам.

«Прямо фанат своего дела», — с восхищением подумала я, глядя на его довольное лицо.

— Мы сейчас едем в отель. К вашему приезду я заключил договор с Marriott, так что жить будете в очень приличных условиях. Поверьте, для Катманду это просто шикарные условия. Хочу сразу обратить внимание, что завтра ровно в 11:00 нам всем крайне важно быть на собеседовании в консульстве. Опаздывать ни в коем случае нельзя! Иначе не подадим документы на визы. Из-за того что потоки китайских туристов растут огромными темпами, у властей все меньше интереса впускать в Тибет европейцев. Сейчас какое-то немыслимое количество отказов в выдаче виз, поэтому давайте постараемся, чтобы все, что зависит от нас, было сделано и сделано вовремя, — доложил обстановку Дмитрий, как только мы уселись в автобус.

Дорога от аэропорта до отеля заняла всего двадцать-тридцать минут, но все это время я ощущала внутренний необъяснимый трепет. Что ждет меня в этом слабоосвещенном и таком неуютном, как мне показалось из окна автобуса, городе? Отчего-то стало страшно — захотелось спрятаться куда-то, и потому, когда при регистрации в отеле Дмитрий спросил: «Кто-то хочет жить в одноместных номерах? Нужно будет доплатить, так как в нашем туре предполагалось размещение в двухместных номерах», — я тут же выпалила, что хочу, даже не дослушав, о какой сумме шла речь. Мне было без разницы: я мечтала залезть под одеяло с головой и больше никого не видеть.

Желающих жить по одному оказалось гораздо больше, чем свободных номеров. Но благодаря оперативности я попала в число счастливчиков.

На следующее утро мы собрались за большим столом на завтраке в отеле, чтобы прямо оттуда отправиться в консульство для подачи документов и прохождения собеседования на визу в Тибет.

— Ну что, будем делиться, кто с каким запросом идет на Кай-лас? — спросила одна из участниц, решив, что сейчас подходящее время — перед непростой бюрократической процедурой — поговорить о намерениях, с которыми мы сюда приехали. Я решила в этот разговор не вовлекаться — больше хотелось побыть наблюдателем.

И тут же вспомнила любопытную фразу: «Намерение — это семя, поступки — вода, упорство — солнечный свет, а благодарность — удобрение».

Подумала, что у каждого из нас, здесь за столом, уже есть семя — пусть до конца и не осознанный зародыш новой реальности, грядущего преображения. Иначе не собрались бы мы тут, перелетев полмира в желании полить собственные семена водой своих поступков, удобрив безрассудным упорством в готовности подняться на доселе немыслимую высоту, наполнив сердца почтительной благодарностью к самим себе, окружающим людям, необъятному миру и всемогущему Богу.

А какое намерение у меня? Чего больше всего хочу сейчас?

Меня осенило: единственное в этом мире, в чем хочу по-настоящему научиться разбираться, — это жизнь Елены Преображенской. Захотелось прокричать от осознания: «Я разбираюсь в жизни Елены Преображенской!» А ведь фраза имеет двойной смысл, вытекающий один из другого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сатья Саи Бабы — неоиндуистский религиозный лидер и гуру. Почитается своими последователями как чудотворец, воплощение Бога в индуизме.

2

Ашрам — духовная или религиозная община, куда человек приходит для медитации, молитвы, совершения ритуала и духовного обновления.

3

Кайлас — гора в хребте Кайлас горной системы Гангдисе на юге Тибетского нагорья в Тибетском автономном районе (округ Нгари, уезд Буранг, возле деревни Дарчен) Китайской Народной Республики.

4

Бардо — промежуточное состояние, обычно подразумевается между смертью и последующей жизнью.

5

Мокша — освобождение из круговорота рождений и смертей, от всех страданий и ограничений материального существования.

6

Эрнст Рифгатович Мулдашев — советский и российский хирург-офтальмолог, доктор медицинских наук. Автор эзотерических книг, публикаций, фильмов на мистические темы, связанные с экспедициями на Крит, в Египет и Тибет для изучения древних цивилизаций.

7

Самадхи — тип медитации в буддизме, ставящей целью достижение ментального покоя, а также ясности сознания.

8

Slowly (англ.) — медленно.

9

Диакарб — лекарственный препарат, диуретик. Одно из показаний к применению — острая «высотная» болезнь (сокращает время акклиматизации при восхождении).