Когда поет феникс

— Любая благовоспитанная девушка уже давно покинула бы купальню, — раздался чуть насмешливый тихий голос.

— Я не думала, что тут кто-то есть, — Цао Фэнь вздрогнула, но постаралась не выдать своей неловкости в голосе.

— Приношу свои извинения. Я бы немедленно вышел, освободив вам место, но, к сожалению, у меня нет одежды. Старую уже забрали, а новую никто не спешит принести, — Баи Шен неторопливо открыл глаза.

Принцесса тут же перевела взгляд на рисунок журавля на стене, делая вид, что картина интересовала ее намного больше, чем собеседник.

— Вы же не надеетесь, что я пойду вам за одеждой? Хотя статус учителя обязывает меня обращаться к вам с уважением, вы должны знать, что никакого уважения я к вам не испытываю! И вообще, вы мне не нравитесь! — нападение порою лучше защиты, не так ли?

— Это справедливо. Уважение нужно заслужить. А нравиться вам — не моя задача. В отличие от вашего молодого учителя, я совершенно не намерен с вами целоваться, — спокойно ответил Баи Шен, позволяя себе без стеснения разглядывать принцессу.

Цао Фэнь вспыхнула, вспомнив, случайным свидетелем какой сцены стал этот мужчина. Всего-то один поцелуй на празднике, неужели он может принести ей столько хлопот?

— Значит, Гуань Ло прав, и вы намерены шантажировать меня этим? — девушка метнула холодный взгляд на мужчину.

— Шантажировать? Ради чего? Я не хотел становиться вашим учителем и не имею никаких интересов при дворе Владыки демонов, — Баи Шен чуть переместился, играя мышцами на теле.

Конечно, девушка не могла не заметить, как стекают капли воды по его груди, как свет ламп подчеркивает рельефный рисунок.

— Что ж, нечасто можно встретить людей, которых устраивает жизнь раба, — нервно сглотнув, ответила Цао Фэнь.

— А вы часто встречали простых людей, моя госпожа? — в голосе Баи Шена прозвучала легкая ирония.

— К чему этот вопрос? И так понятно, что каждый человек стремится к свободе.

— Вынужден вас разочаровать. Свобода означает ответственность, и далеко не каждый может с ней справиться.

На мгновение принцесса растерялась, она никогда не думала о свободе в таком ключе. Но затем ей снова пришла колкость, так легко слетающая с языка.

— Значит, вы бежали от ответственности, когда стали рабом?

— От ответственности и многого другого, — Баи Шен оставался так же спокоен, словно большой пес, наблюдающий за тем, как неуемный котенок играет с его хвостом.

— Тогда, может быть, вы сбежите и от навязанной вам роли учителя? — Цао Фэнь начинала злиться.

— Я как раз размышлял над этим и пришел к выводу, что случившееся сегодня — знак свыше. Я многие годы пытался загубить свою жизнь. Но мой тернистый путь привел меня к Владыке Цао Вею. Это столь неожиданно и странно, что вызывает у меня интерес.

— Я бы предпочла, чтобы ваш интерес вызвало что-нибудь подальше отсюда.

— Почему вы так враждебно настроены ко мне?

Ответить Цао Фэнь не успела, по коридору пробежали торопливые шаги, и дверь со стуком отъехала в сторону. Принцесса едва успела спрятаться за противоположной ширмой, чтобы ее не застали наедине с обнаженным мужчиной.

— Господин, простите, что так долго. Мы не могли найти одежду, подходящую для вашей статной фигуры! — специально растягивая слова, бойкая служанка положила на скамеечку сверток с одеждой.

— Благодарю за такую чуткую заботу.

— Вы, наверное, замерзли, я сейчас же принесу вам горячей воды, — девушка опустила кончики пальцев в воду совсем близко от мужчины.

— Не стоит, я уже собираюсь выходить, — в голосе мужчины прозвучало напряжение.

— Стойте! Вы же совсем не помылись! Я сейчас помогу вам!

Девушка подхватила мешочек с мыльными корнями и устроилась за спиной Баи Шена.

— Это лишнее, я успел помыться сам, — произнес мужчина, когда руки девушки заскользили по его плечам.

— А ваши длинные волосы? Разве вы могли как следует промыть их самостоятельно?

— Я привык сам о себе заботиться, но я благодарен за…

— Не будьте таким недотрогой! Это несправедливо. Я вытянула жребий, дающий мне право прийти сюда, а вы меня гоните. Девочки будут смеяться и решат, что я вам не понравилась, — надув губки, обиженно произнесла прислужница.

— Так вот, чем вы занимались все это время? Делили меня между собой?

— Я сболтнула лишнего, простите меня, господин… — но в голосе девушки совсем не было раскаяния.

— Не извиняйся, мне, напротив, очень интересно. Скажи, когда я приду в свою комнату, там меня тоже кто-то будет ждать?

Служанка спрятала глаза и покраснела.

— Кажется, вы приписали мне завидную выносливость.

— По вам видно, что вы сильный и опытный мужчина, — девушка не смогла сдержать мечтательную улыбку, ее ладони сжали крупные плечи, приятно продавливая мышцы.

— Однако вы неплохо успели меня рассмотреть.

— Уж поверьте, мы рассмотрели, — хихикнула служанка.

— Я рад, что смог порадовать ваши глаза, но мне придется разбить ваши надежды.

— Почему же? Разве вы женаты?

— Нет, но…

— Тогда вы напрасно скромничаете, к тому же это ведь не за деньги! — проворные женские ручки скользнули вниз по мужской груди.

— Перестань! — Баи Шен попытался поймать юркие ладошки.

— Такой красивый и такой скромный! — засмеялась девушка. — На нашем постоялом дворе редко встречаются такие гости!

— Я серьезно, прекрати! — Мужчина пытался сдержать свое раздражение.

— Если я вам понравлюсь, вы же возьмете меня своей служанкой? Говорят, вы стали учителем принцессы, это очень почетно… — Не собираясь упускать свой шанс, служанка опустила руки уже по локоть в воду.

Красный от стыда, Баи Шен продолжал борьбу с нахалкой, стараясь при этом не причинить боль и не оскорбить девушку. Не выдержав этой забавной сцены, Цао Фэнь тихонько усмехнулась, заметив, что теперь она стала невольной свидетельницей пикантной сцены. Принцесса впервые видела, как мужчина отбивается от внимания женщины. Однако шелест ее смеха не укрылся от чуткого слуха прислужницы.

— Что?! Тут кто-то уже есть? А ну иди сюда, мерзавка! Я выдеру тебе волосы! Вот какая нахалка, пока мы тянули жребий, ты втихую пробралась к господину?! — Девушка дернулась, чтобы отодвинуть ширму и раскрыть соперницу.

— Стой! — Теперь Баи Шен схватил ускользающие с его груди руки. — Это не то, что ты подумала!

— А что тут думать? И так все ясно! — Служанка дернула ладошку и поморщилась, господин крепко стиснул ее запястья.

Цао Фэнь еще ниже пригнулась за ширмой, зажав рот рукой, она боялась даже дышать, страшно представить, какой может разразиться скандал, если ее раскроют прячущейся здесь, в купальне с обнаженным учителем!

— Ты мне очень понравилась! Такая настойчивая и бойкая! Но сегодня я сильно устал. Я был рабом и жил впроголодь, мне нужно время, чтобы вновь набраться сил. Но если ты придешь ко мне завтра… — Поспешил отвлечь девушку Баи Шен.

— Завтра? — Служанка с сомнением посмотрела на мужчину.

— Да, завтра. У меня накопятся новые силы, и тогда я не разочарую тебя, — Баи Шен нежно похлопал девушку по рукам.

— Ну смотрите, ловлю вас на слове… — Служанка вяло улыбнулась, но решила, что данное обещание уже лучше, чем ничего.

Поднявшись с колен, девушка не торопясь покинула купальню, нарочно пройдя как можно ближе от ширмы. Она явно надеялась разглядеть, кто же все-таки прячется за ширмой, но Баи Шен пристально следил за каждым ее движением.

— Вам нужно надеть мужскую одежду. Эта девушка не уйдет просто так, она станет поджидать соперницу, — Тихо обратился к принцессе Баи Шен, когда в коридоре стихли шаги настырной прислужницы.

— Но это так нелепо! Я могу просто пройти мимо, она не посмеет заподозрить меня.

— А может, не разбираясь плеснуть вам в лицо кипятком. Женская ревность бывает слепа и безжалостна.

— Какой ужас… — Цао Фэнь передернуло от представшей перед ее глазами картины.

— Быстрее накиньте на себя мое кимоно и бегите по другим коридорам, пока девушка не рассказала остальным, что здесь кто-то прячется. В противном случае все пути к отходу будут отрезаны.

— А как же вы? Снова останетесь без одежды? — спросила Цао Фэнь, разворачивая верхний халат ханьфу. Грубоватый темный шелк тяжело опал к ее ногам, одеяние заметно было ей велико.

— Надену брюки и нижнюю рубаху. А потом раздобуду себе что-нибудь еще. Не волнуйтесь, я не девица, чтобы страдать от скромности. Как раз будет время, чтобы чем-то заняться, ведь идти в свою комнату мне все равно нельзя…

— Что такого они в вас нашли? — Искренне недоумевая, поинтересовалась принцесса, поспешно подвязывая халат.

— Спросите их, если вам так интересно, — Сдержанно ответил Баи Шен.

— Вы довольно долго сидите в холодной воде, да еще и неизвестно где проведете ночь. Если вы вдруг заболеете, возможно, вас тогда не возьмут в Гайзы, решив, что вы слабы здоровьем, — Вслух размышляла Цао Фэнь.

— Вижу, вы уже успели все продумать.

— Я не желаю вам зла, но вы совсем не подходите на роль моего учителя…

— Я уже понял, какого вы обо мне мнения. Но сейчас вам нужно поторопиться.

Цао Фэнь тихо фыркнула, закатив глаза, но все же поспешила вынуть драгоценные заколки из своей прически, распуская длинные волосы и быстро закалывая их в простой хвост, имитируя мужскую прическу. Не оглядываясь на своего нового учителя, принцесса прислонилась к бумажной двери, прислушиваясь к тишине в коридоре. Кажется, поблизости никого не было, тогда она беззвучно отодвинула дверь и выскользнула прочь.

Баи Шен медленно поднялся, вода и правда уже давно остыла, больше не расслабляя уставшее тело. Растирая себя тряпицей, мужчина вдруг заметил, как на полу блеснула небольшая шпилька. Подняв ее, он покрутил украшение в пальцах, искусный цветок персика казался живым в полумраке купальни, наполненной ароматными маслами. Принцесса и правда была как весенний персик, юна, беззаботна, упряма, словно весна никогда не закончится, будто осень не коснется ее листвы, а зима не принесет испытаний.

Печально усмехнувшись, мужчина спрятал находку в карман брюк.

Глава 4

Пока слуги бегали по комнатам собирая вещи и наводя повсюду суматоху, Цао Фэнь вышла в сад, не желая слушать непрекращающийся топот ног по коридору и извинения, что ее потревожили.

Утренний воздух приятно освежал, донося запахи цветущих деревьев. Принцесса вздохнула, чувствуя легкость, даже ее шаги по дорожке стали плавнее, она остановилась у прудика и покормила карпов. Бедные создания, вынуждены жить в маленьком озере. Как они похожи… Скоро это путешествие закончится, и дворец в Гайзы снова закроет за принцессой свои ворота. Она вернется в свой дом, чтобы лишь мечтать о приключениях и свободе. Но эти рыбки не знают о том, что где-то есть реки и глубокие озера. А вот Цао Фэнь будет видеть во снах города, ярмарки, поднимающиеся в небо фонарики…

Устроившись в уединенном павильоне, принцесса достала из чехла цинь и стала небрежно перебирать струны. Поездка в столицу ее разочаровала. Ей хотелось больше свободы, но стражники, служанки и нянечки постоянно допекали ее своим настойчивым присутствием, не давая ей и шагу ступить. К тому же, девушка скучала по урокам с Гуань Ло. Молодой учитель частенько позволял отбросить условности и вместо занятий просто проводил время, наслаждаясь легкой беседой.

Струны цинь звучали жалобно, словно инструмент был недоволен тем, как мало ему уделяли внимания, мелодия скорее тревожила утренний сад, чем дополняла его, но принцессе было все равно. Она погрузилась в свои мысли и не услышала чужих шагов.

— Это стих о хитрой хули-цзин8[1], а не про унылый дождливый вечер. — произнес Баи Шен вместо приветствия.

— Не думала, что вы разбираетесь в игре на цине. Учитель Гуань всегда хвалил меня. — с вызовом ответила принцесса, недовольная тем, что ее уединение было прервано.

Она посмотрела на учителя холодно, стараясь показаться строгой и надменной. Но губу Баи Шена тронула едва заметная улыбка.

— Учитель Гуань льстил вам.

— Насколько я помню, к своим обязанностям вы приступите не раньше, чем мы вернемся в Гайзы. До этого момента, мне не интересно ваше мнение о моей игре. — Разозлилась девушка.

— Что ж, прошу прощения, что осмелился им поделиться. — Баи Шен чуть склонил голову.

— Почему бы вам не пойти и не собрать вещи, как делают все остальные?

— Все, что у меня есть, и так на мне. — Он развел руками, показывая свое одеяние.

— Значит, вам нечем себя занять.

— Как и вам.

— Вообще-то, я играю на цине.

— Весьма посредственно для такого великолепного старинного инструмента.

— О, так вы разбираетесь не только в музыке, но и в самих инструментах? — принцесса изогнула тонкую бровку, на манер своего отца, она намеренно грубо дернула тонкую струну. Звук получился плаксивым и некрасивым.

— Перед вами лежит «Слеза сакуры». Неужели, ваш молодой учитель ничего не рассказывал вам об этом инструменте? Она перешла к вам в прекрасном состоянии. А трещинки лака лишь украшают такую почтенную цинь.

— Почтенную цинь?

— Вы не слышали о «Слезе сакуры»? Это очень драматичная история. Но, раз, я пока что не ваш учитель, то не стану докучать вам рассказами. — Баи Шен развернулся к выходу из павельона, сделал шаг со ступеньки, его одежды легко взметнулись.

— Подождите!

— Да? — мужчина замер, но не обернулся.

— Я больше не хочу играть. Расскажите мне историю, связанную с инструментом. — Любопытство на этот раз оказалось сильнее гордости.

— Это приказ?

Цао Фэнь вздохнула, борясь с легким раздражением, мама учила ее всегда быть вежливой, но порой, принцессе давалось это с трудом.

— Нет, это просьба. Пожалуйста, расскажите мне эту драматичную историю.

— Хорошо, рассказчик из меня не слишком выдающийся, но я постараюсь поведать вам о событиях давно прошедших дней.

Баи Шен вернулся в павельон и неспеша сел. Мужчина прикрыл глаза, позволяя себе сосредоточиться, а затем приступил к истории:

Прекрасная Сян Мей с волнением поднималась по высоким старинным ступеням, усыпанным лепестками сакуры. Тонкий белый шелк, закрывающий ее лицо от любопытных взглядов, мешал и ей самой разглядеть фигуру принца, что ожидал ее наверху у входа в храм Семи Лун, утопающем в весеннем цветении.

Говорили, что принц очень красив, а также, надменен и горд. Девушка волновалась, сможет ли она познать счастье в этом браке? Или же ее ждет незавидная участь? Как бы там ни было, но ее мнения никто не спрашивал. Стать женой принца очень почетно. А значит, она стерпит все, что уготовила ей судьба.

От волнения сердце громко стучало в груди, а дыхание сбивалось. Но пути назад не было, прекрасной невесте нужно было преодолеть эти ступени и вложить свою ладонь, в руку своего будущего мужа и господина. А дальше, лишь судьбе ведомо, что ждет их обоих.

Шан Линь смотрел с легким раздражением, как, соблюдая все приличия, девушка не спеша преодолевала ступень за ступенью. Слишком медленно и осторожно. Вынужденная женитьба на дочери вельможи не высокого ранга ранила его самолюбие. Но придется проявить терпение. Приносить в жертву девицу из императорской династии глупо и расточительно. Потому нужно усмирить свою гордость. Эта невеста всего лишь расходный материал, позже, он найдет себе жену более достойную занять место подле него, будущего императора.

Принц хмурился, когда его невеста достигла верхней ступени, нетерпение съедало его изнутри, он протянул руку.

Когда ладони будущих супругов соприкоснулись, порыв весеннего ветра взвил вокруг них нежные лепестки сакуры, приподнимая завесу, на плетеной шляпе невесты. Принц мельком увидел красивое лицо и поймал любопытный, полный надежды взгляд. На душе мужчины неожиданно потеплело, пусть девушка и не знатного рода, зато настоящая красавица. Он не удержался и слегка погладил пальцами нежную ладошку, одаривая невесту знаком внимания. В ответ он заметил смущенную улыбку. Столь робкую и милую, что его хмурость улетучилась, только теперь он заметил, как пригревало весеннее солнце, как щебетали птицы в цветущих деревьях. И как сладко пах воздух.

Обряд бракосочетания прошел быстро, да и праздничный пир ничем не запомнился Шан Линю. К своему удивлению, он весь вечер с удовольствием ловил смущенные взгляды новобрачной.

— Тебе нечего стесняться, ты прекрасна, — шепнул принц своей молодой супруге.

— Рядом с вашим великолепием, мой господин, я всего лишь набросок ученика, по сравнению с работой великого мастера. — ответила Сян Мей.

Шан Линь довольно улыбнулся, девушка не только прекрасна, словно фарфоровая статуэтка, но и удивительно скромна и умна. Значит, она хорошо образована, ее семья не скупилась на учителей и ее общество не станет тяготить.

Чуть позднее, заметив, что девушка устала и все чаще прикрывает глаза, Шан Линь произнес:

— Отправляйся отдыхать. Сегодня у тебя был тяжелый день. Я отдам дань уважения гостям и приду.

Щечки Сян Мей слегка покраснели, но девушка поклонилась и послушно покинула праздничный пир.

Вскоре и принцу наскучили поздравления и яства. Он поднялся, благосклонно принял последние пожелания и покинул зал приемов. Извилистая дорожка в его покои проходила сквозь сад. В свете взошедшей луны сад был особенно прекрасен. Осыпающиеся лепестки сакуры напоминали снег, наполняя ночь особенной магией. Шан Линь неторопливо ступал по дорожке, вдыхая ароматный воздух и предвкушая первую брачную ночь с красавицей. Мимо принца пролетел сорванный ветром цветок, и он поймал его на ладонь. Хрупкая нежная чашечка напомнила ему красоту девушки и ее незавидную участь: не успев отцвести, она будет сорвана. Но ее гибель необходима. Одна жизнь в обмен на благо целого народа — это не большая цена.

Вдруг, странная боль ужалила его в щеку, а блик луны отразился на тонком лезвии. Острый дротик пролетел мимо, теряясь в кроне ухоженного бонсая. Принц резко обернулся, обнажая меч. Перед ним из тени возник молодой воин с обнаженным оружием.

— Кто ты такой и как посмел напасть на меня? — спросил Шан Линь.

— Я брат Сян Мей. Я знаю, что вы задумали и не позволю убить сестру. Мне известно о древнем ритуале, мальчишкой я несколько лет был прислужником в Храме Дракона.

— Что ж, твоя семья будет сильно огорчена, потеряв и сына, и дочь. Одумайся, пока у тебя есть такой шанс. Я готов проявить милость в честь своей свадьбы.

— Я пришел защитить сестру и уйду, лишь убив или погибнув.

— Твой выбор, глупец.

В следующее мгновение раздался звон стали. Противники нападали, кружили вокруг друг друга и защищались от ловких выпадов. Ковер из лепестков сакуры вздымался от развивающихся подолов их шелковых одеяний. Сян Тень Ю был хорошим воином, но принц был поистине искусным. Еще одно ловкое, едва уловимое движение, и Сян Тень Ю вскрикнул, роняя меч, его рука была рассечена почти до кости, а первая капля крови уже стремилась в нежную чашечку лепестка под его ногами. Все вокруг юноши замедлилось. В этот растянувшийся миг, юный воин почувствовал себя этой каплей, летящей в темной пустоте, на мгновение, в густой капле отразился блик луны, и Сян Тень Ю словно поймал отсвет надменной улыбки принца. Юноша падал, как эта капля — надежды для него и сестры больше нет. Наконец, капля коснулась лепестка, заставив его качнуться, и растеклась темным озером в его ложбинки. Капле повезло больше, чем юноше. Она хотя бы качнула лепесток, а он, Сян Тень Ю, чего добился он? Внес ли он сомнения в темную и надменную душу принца? Смог ли хоть немного повлиять на незавидную судьбу сестры?

Кто-то толкнул Сян Тень Ю в спину, и он вышел из короткого транса – это были стражники, прибежавшие на шум в саду. Они окружили его плотным кольцом и быстро скрутили.

Суматоха взбудоражила всех жителей дворца, они высыпали в коридор, по которому шел принц, за ним охрана вела незадачливого убийцу. Молодая супруга тоже вышла на шум и вздохи, наполнившие дворец. Узнав брата, Сян Мей на мгновение опешила, а затем не раздумывая бросилась к ногам принца, преграждая путь.

— Что бы ни сотворил мой брат, молю вас, мой господин, проявите к нему милосердие! — девушка уткнулась лбом в пол, позвякивая драгоценными подвесками и украшениями. Ни статус, ни наряды не имели сейчас для нее значение, лишь судьба брата волновала ее нежное сердце.

— Этот человек пытался убить меня. Его ждет смертная казнь. — холодно произнес Шан Линь, не глядя на девушку у своих ног.

Плечи красавицы дрогнули, но она не встала с колен, лишь подняла голову, не готовая принять и поверить в случившееся.

— Как такое возможно? Вероятно, у него помутился разум! Мой господин, в брата вселился демон, иначе, он бы никогда так не опозорил нашу семью! — слезы, словно утренняя роса, заблестели на нежных щеках

— Не лей напрасно свои слезы. Твой брат ответит за свой поступок. Я уже проявил милосердие, не разрывая наш союз и не наказывая всех членов семьи Сян. — Произнеся это, принц подал знак, и стражники увели Сян Тень Ю прочь. — Сегодня наша свадьба, и я не хочу, чтобы это досадное происшествие все испортило.

Приобняв девушку за плечи, принц помог ей подняться и увлек обратно в свои покои. Но на лице Сян Мей безвозвратно исчезли улыбка и волнующий блеск в глазах, оставив вместо себя только маску отчуждения. Девушка опустилась вместе с супругом на краешек кровати, а бледность ее лица могла поспорить с белизной белого нефрита. Принц коснулся губами щеки молодой супруги, но она лишь вздрогнула, как будто от холодного прикосновения смерти.

Такая отчужденность задела самолюбие Шан Линя, привыкшего к всеобщему обожанию. Красивый и статный принц всегда ловил на себе восхищенные взгляды. А делить брачное ложе с застывшей фарфоровой куклой было скучно. Борясь с собственным раздражением и желанием грубо встряхнуть девушку, он решил принять непростое для себя решение…

— Кхм-кхм… Я не привык так много говорить. Думаю, на сегодня достаточно, — закашлявшись, произнес Баи Шен.

— Что? Но как же? Что было дальше? Какое решение он принял? Зачем приносить девушку в жертву? И при чем здесь моя цинь? — взволнованно произнесла Цао Фэнь, она только что была вместе с парой в спальне и вдруг оказалась снова в саду, ее дыхание сбилось от волнения, а глаза смотрели удивленно.

— Кажется, история увлекла вас… — учитель бросил хитрый взгляд из-под ресниц.

— Совсем немного. Вы должны рассказать мне, что было дальше!

— Хорошо, я расскажу. Но завтра. Сейчас у меня и правда разболелось горло. Прошу простить меня.

Мужчина встал и чуть склонил голову, затем покинул павельон, оставляя принцессу в растерянности. Девушка задумчиво коснулась рукой теплого старого дерева, покрытого красноватым лаком. Как много веков этой цинь? И что случилось в истории дальше, раз эти струны порою так жалобно плачут?

Глава 5

Ухабистая дорога раскачивала повозку из стороны в сторону. Было душно и скучно. Даже слуги и стражники молчали, чтобы сберечь свои силы. Лишь назойливые мошки без устали кружились вокруг потных шей и лиц, делая путешествие еще более выматывающим.

Цао Фэнь нетерпеливо ерзала на неудобном сиденье. Сквозь развивающиеся от ветра занавески, девушка высматривала беловолосого мужчину, но, как назло, Баи Шена нигде не было видно. Принцессе не терпелось разогнать дорожную скуку, дослушав продолжение истории. Она даже взяла с собой цинь, хотя играть на ней в дороге было совершенно невозможно, но будущий учитель, кажется, специально избегал девушку. С укором принцесса посмотрела на старинный инструмент в чехле, обложенный вышитыми подушками. Теперь Цао Фэнь обращалась с цинь очень бережно, частично лишив себя комфорта.

Прошла половина дня, Фэнь чувствовала досаду и раздражение, которые ей было просто необходимо выплеснуть, потому, когда они остановились на обед у придорожной таверны, принцесса со всей присущей ей решительностью, отправилась на поиски мужчины.

Проигнорировав запах наваристой лапши и душистого чая, принцесса упрямо пробиралась мимо отдыхающих повсюду слуг и сопровождающих, пока, наконец, не увидела белые волосы мужчины.

— Ах, вот вы где! — обвиняюще воскликнула девушка, обнаружив Баи Шена сидящим на небольшом покрывале поодаль от остальных. — Вы обещали продолжить свой рассказ, а сами рассиживаетесь здесь!

— Простите, моя госпожа, что не успел разыскать вас. Я устал в дороге, потому что проделал весь этот путь пешком, пока вы наслаждались поездкой в повозке.

— Наслаждалась? Мне было скучно и душно!

— Мне жаль, что поездка вам не понравилась. Тогда, следующую часть пути вы можете прогуляться вместе со мной. — чуть щурясь от солнца произнес мужчина, кажется он сдерживал улыбку.

Цао Фэнь с сомнением посмотрела на свои шелковые туфельки на тонкой мягкой подошве. Каменистая дорога будет им не под силу. Да и как бы не было скучно в повозке, там, хотя бы, не донимала мошкара.