Изнанка

Все чаще стали попадаться могилы с замочной скважиной и кругом посередине. Если у новорожденного на лбу появлялся такой символ, это означало, что он получил силу от самой Смерти и дар некроманта, об этом знали все одаренные. Но для меня оказалось сюрпризом, что их могилы по-особому выделяли среди других. «Хотя раньше ведь считалось, что Смерть так выбирает себе служителей, – снова вспомнила многочисленные уроки истории от папы. – Возможно, отмечать ее любимцев тогда имело свой смысл». Насколько я знала, сейчас большинство считало знак просто отметкой дара, без мистического подтекста.

При взгляде на эти символы в голове невольно промелькнула мысль о Джее. За эти несколько дней после встречи в кафе он написал всего раз: спросил про книгу, по которой мы готовили призыв. В ответ прислала ему фотку с обложкой, и на этом разговор закончился. «Напишу ему, если сегодня ничего не выйдет. Может, он знает другие способы, как поговорить с мертвыми. И не забыть его еще раз поблагодарить!», – напомнила сама себе.

После того, как он избавил меня от мороков, случилось неожиданное: я проспала школу. Кошмары, из-за которых безотказно рано просыпалась, исчезли – и это вылилось в долгий сон на целых двенадцать часов, прямо в учебный день. Пришлось потратить немало нервов на объяснения с учителями и родителями, а потом еще и сделать дополнительные задания. Но все эти неприятности меркли перед сладким чувством, что мой сон больше не принадлежит никому, кроме меня.

Откуда-то справа послышались голоса. Еще не стемнело, но присутствие других людей в этой части кладбища и посреди дня было необычным – это знала даже я.

С тревогой осмотрелась вокруг в поисках укрытия. Взгляд тут же упал на громадную статую ангела неподалеку, с распростертыми руками, длинными волосами и скорбным лицом. Как можно тише прокралась к ней и спряталась за крылом, чтобы меня не увидели с главной дорожки – по звукам прибывшие должны были появиться там.

«Это смотрители? Или одаренные? Или ребята просто пришли пощекотать нервы? Что им тут надо?» – гадала я, напряженно вслушиваясь в разговор. Неожиданные посетители как раз шли мимо.

– Все еще не понял, зачем вы меня позвали.

– Да ладно тебе, кладбище отличное место! Никто не беспокоит, полно подходящего материала. Развлекайся, как хочешь. Хоть демонов вызывай.

– Давайте поднимем ле́мура? И «петлю» сверху накинем!

– И что в этом смешного?

– Он же будет как собачка на поводке! Или как настоящий лему́р с хвостом!

– Не смешно.

– Ты просто пока не оценил! В процессе поймешь!..

«Вот же черт. Проклятые некроманты», – с раздражением закатила глаза. Ле́муры – очень старое название для всех воплощений умерших, которые экзорцисты разделили на духов, призраков и привидений. Только некроманты называли все одним словом, их дар не позволяет чувствовать разницу.

«Кажется, меня не заметили. Вот почему так на них везет в последнее время?» – размышляла я, пока пыталась разобрать, что происходит за пределами моего укрытия. Подождав немного, чтобы шаги с голосами отдалились и почти исчезли, осторожно вышла и огляделась.

«Дальше идти смысла нет, нужно кого-то выбрать», – твердо решила и сразу двинулась дальше. Но после того как обошла пару рядов и по очереди изучила каждого умершего, в итоге застыла в растерянности.

В голову не приходило ни одной идеи, с кого лучше начать. Никогда не использовала могилы для ритуалов и начала жалеть, что не выяснила, как это вообще делается. Тяжело выдохнув, наугад подошла к надгробию с выбитым венком из роз. Бросила короткий взгляд на надпись: та гласила, что здесь уже больше ста лет покоится некая Дерил Марш.

Еще колеблясь, стоит ли использовать именно ее дух для своих целей, присела и коснулась пальцами лепестков из холодного и мокрого мрамора.

Неожиданно меня захлестнули печальные мысли: о каких трагедиях помнят эти души? Сколько из них оказалось в изнанке раньше времени? И кто их туда отправил?

Все, кроме слабого дуновения ветра, как будто стихло. Показалось, что дар уловил слабое эхо души упокоенной Дерил. Напоследок задержав взгляд на ее имени, качнула головой и все же поднялась на ноги. Вытащила телефон из кармана куртки и набрала по памяти номер бабушки.

– Бабуль, привет. Нужна твоя помощь, ты не занята?

– Ты прервала мою работу в саду, но это ничего, – ее голос звучал так, будто она слегка запыхалась. Заодно слышался торопливый топот ее шагов по деревянному полу в доме и хлопанье дверей.

– Что ты делаешь в саду в такую погоду? – с недоумением спросила я и сама себя перебила: – Неважно. Я стою у могилы, хочу провести призыв.

– Так. И в чем проблема? – с всевозможной серьезностью уточнила бабушка.

– Что нужно делать? И кто из них подойдет? Папа говорил, надо брать кого-то постарее. Но тут таких целое кладбище, – повернулась спиной к могиле Дерил и взглянула на простилавшийся передо мной частокол из надгробий, крестов и статуй. – А еще, мне нужно стоять рядом? Или это необязательно?

– В самом призыве нет ничего особенного. Нужна именная формула и направление энергии на покойника – это ты уже умеешь. Для надежности можешь использовать самую простую пентаграмму, заодно привяжешь дух к могиле. Иначе будешь гоняться за ним по всему кладбищу.

– Так, с этим вроде бы понятно, – на этот раз оглядела ряды более сосредоточенно. – А кого мне выбрать?

– Лучше выбирай одаренных. После смерти они охотнее идут на контакт. Только не стихийников, с ними может появиться магическая аномалия, а тебе еще…

Остаток фразы потонул в оглушительном писке и хлопках крыльев где-то над головой. От неожиданности из горла тоже вырвалось что-то среднее между писком и вскриком. Выпалив «Я перезвоню!», сбросила вызов и побежала со всех ног, крепко зажав телефон в руке. Волосы продолжали лезть в глаза, мешая различать, куда я бегу и что под ногами. Подошва противно скрипела на густой мокрой траве, и не поскальзываться помогало только чудо.

Когда удалось отбежать подальше, быстро оглянулась. За мной гналась стайка черных летучих мышей, их неплотные тела извивались в воздухе в виде слабого дыма, расползаясь по краям. Это меня немного успокоило: воплощения из энергии не могут долго находиться в живом мире. Но пока они не исчезли, нужно от них как-то спасаться.

Спрятавшись за знакомым ангелом, сбросила рюкзак с плеч и попыталась восстановить дыхание. Где-то позади раздался гогот.

– Кто же по телефону разговаривает на кладбище?!

– Это святое место, имей уважение к мертвым! – донеслись насмешливые выкрики.

– Ублюдки! – выругалась я, не испытывая никакого стеснения ни перед мертвыми, ни перед живыми.

Развернув к себе рюкзак, принялась перебирать брелки на застежках, пока наконец не отыскала нужную – маленькую звезду из серебра, потемневшую от старости. Крепко обхватив амулет ладонью, подула на него, согревая дыханием, и четко произнесла свое имя. Меня плавно накрыл едва заметный прозрачный купол. Звезду подарили еще до школы, в ней и тогда было мало силы. Но сколько бы ни осталось, мне нужно было все.

Купол появился очень вовремя: существа резво налетели сверху, как голуби на лакомство. К моему облегчению, он остановил их, вынуждая биться о поверхность снаружи, часто хлопать крыльями и истошно пищать. После каждой попытки они превращались в дымку, а потом снова обретали форму.

Как я и думала, долго это не продолжалось: спустя пару минут «летучие мыши» развоплотились и развеялись без следа. Сразу после их исчезновения растворился и купол.

Выдохнула через силу и откинулась на крепкое основание ангела, слегка стукнувшись о него затылком. «Звезды еле хватило, чтобы продержаться, – подумала я, не прекращая попыток восстановить дыхание. – Какие же они мрази».

Вытерев пот со лба и все еще тяжело дыша, с осторожностью выглянула из-за статуи. Отсюда я не видела лиц, зато разглядела количество нападавших – их было четверо. Трое сформировали небольшой круг, в котором переливалось зеленое свечение и проступал все более четкий рисунок. Четвертый стоял в стороне и поодаль.

Я плохо разбиралась в ритуалах некромантов, но один факт знала точно: когда из зеленого света окончательно сформируется пентаграмма, они кого-то призовут.

– Вот же черт!

Поднявшись на ноги, накинула рюкзак обратно на плечи. «Я спрячусь, а потом вернусь к главным воротам. Эти подонки не станут посылать нежить за мной через весь город, кто-нибудь точно заметит», – на адреналине мозг работал быстрее обычного.

Вышла из своего укрытия и еще раз осмотрела пентаграмму: внешний круг с символами уже сформировался, и они выстраивали второй. Поняла, что времени у меня остается совсем немного, и вдруг мой взгляд упал на широкую гранитную плиту вокруг постамента «моего» ангела. «Это мне подойдет!» – от радости даже улыбнулась. Выхватила из правого кармана куртки мел и начала рисовать.

Когда услышала шипение неведомой сущности, у меня уже был готов широкий неровный овал с простыми защитными элементами. Подняв голову, встретилась взглядом с мерцающими зелеными глазами, сглотнула с жалобным всхлипом и снова отвернулась. От резкого движения волосы спали с плеча и спрятали меня от пугающей нежити. Вопреки стуку в ушах рука будто сама собой дорисовывала недостающее. Попутно отгоняла мысли, что будет, если хоть где-то ошибусь или нечто доберется раньше, чем закончу.

Как только сделала последний размашистый штрих, выпалила по памяти формулу активации. Если бы я где-то облажалась, то она бы не сработала, но защитный «круг» засветился и тут же погас. Меня окатило теплой волной радости вперемешку с облегчением, и я нашла силы подняться на ноги, приготовившись узнать, кого призвали для моих мучений.

Под широкой пепельной тканью в силуэте угадывались очертания скелета. Сущность скользила вровень с землей, но неестественно плавные движения не оставляли сомнений – она парила, а не шла. Тихий ветерок колыхал прозрачные края рваной материи, придавая ей еще более зловещий и потусторонний вид. Огоньки в пустых глазницах теперь сияли холодным изумрудом.

Я вся сжалась в комок. Сердце продолжало бешено стучать, колени слегка дрожали. Сознанием завладел ужас, как во время кошмара, когда оно надвигается на тебя, и ты никуда не можешь убежать.

Но что-то в надвигающейся нежити показалось смутно знакомым. Однажды я пыталась выяснить у отца, как определить тип потустороннего, если до конца не уверен, с чем столкнулся. Ответом мне было «что угодно может быть чем угодно. Но у чего-то определенного есть вполне понятные признаки».

Эта мысль помогла немного обуздать страх и испуг. Интуитивно прислушавшись к своему дару, убедилась: рядом с границей моей защиты маячил хорошо знакомый мне тип неживого – призрак. «Но это какой-то неправильный призрак. В его состоянии уже должна проявиться личность умершего, что они с ним сделали?», – с удивлением подумала я.

Призрак громко и протяжно взвыл и метнулся в мою сторону. Испуганно вскрикнув, отшатнулась и прижала руки к груди. Я была в шаге от того, чтобы выпасть за пределы линии, но в последнюю секунду удержалась на месте.

Издалека послышался новый взрыв хохота и какие-то явно язвительные комментарии – из-за шума в ушах смысл насмешек от меня ускользнул. Вся концентрация уходила на то, чтобы не выпускать угрозу из поля зрения. Свои возможности я знала хорошо, но не представляла, на что способны призраки, когда ими управляют некроманты.

Теперь он перемещался из стороны в сторону, то и дело внезапными движениями подлетая ближе и тут же медленно «отплывая» обратно. Теперь это не так пугало: после первого подобного трюка я перестала дергаться и лишь тяжело дышала в попытке успокоиться.

Как только поняла, с чем столкнулась, думать стало легче. Но как бы ни старалась вспомнить хоть что-то о некромантии, память отказывалась помогать.

«Это неважно, – прозвучал в голове спокойный голос разума, наблюдавшего за всем будто со стороны. – Если это призрак, его можно изгнать. Нужна только формула».

Сделала глубокий вдох, мысленно перебирая свои «напоминалки» – дурацкие небольшие стишки, которые придумала спустя миллиард попыток зазубрить все нужные формулы. Такие подсказки очень помогали запоминать их структуру. В основном они звучали как «Призрак, ты нас не проймешь, раз-два-три и ты уйдешь». «Раз-два-три» означало три основных компонента: объект, действие, приказ.

«Ну конечно! Я ведь ее и использовала в тот раз, когда Джей мне помог!», – то, каким нелепым путем вспомнилась формула, помогло отпустить напряжение и почувствовать, как сердце немного успокаивается.

Стоило сменить позу и тверже встать на ноги, плечи расправились сами собой. Вдруг пришла другая, более безумная мысль: «Можно попытаться его перехватить. Попробую добавить одно предложение в приказ. И тогда…» – остаток плана возник перед глазами яркой картинкой. Я знала только теоретически, что можно смешивать формулы между собой, сама никогда так не делала. Но идея уже настолько захватила меня, что не терпелось попробовать.

Немедленно выставив руку перед собой, прокашлялась и стала зачитывать формулу. Весь мир сузился до пепельной фигуры и ритуала – ничего другого для меня больше не существовало. Не было ни сомнений, ни мыслей, правильно ли я воспроизвожу заготовленную формулу.

Сначала призрак заметался на месте, а затем рванул ко мне. На этот раз он точно хотел прорваться через круг, но невидимая защитная преграда его снова остановила. «Лишь бы они не вплели конструкции для полного контроля!» – молила я. Это была единственная надежда оборвать тройное подчинение.

Когда ощутила в руке тонкую энергетическую связь наподобие поводка, поняла – формула сработала. В тот же миг призрак застыл, безжизненный изумрудный свет глазниц даже не колыхнулся.

Поразилась легкомыслию некромантов, но не дала себе прерваться: впереди оставалась еще половина работы. От нахлынувшего воодушевления повысила голос и вложила в часть с приказом как можно больше силы. Подчиненный призрак медленно развернулся и «поплыл» обратно к некромантам. Влила еще немного, чтобы нашу связь не разрушили в самый неподходящий момент.

Стоило прозвучать последнему слову, я выпустила «поводок» вместе с опущенной рукой – и призрак «взорвался» изнутри прямо перед прошлыми владельцами.

Всю троицу забрызгало склизким голубовато-болотным веществом, которое экзорцисты заумно называли «энергетическими отходами неживого», а проще – эктоплазмой. До меня донеслись выкрики «Вот дерьмо!», «Что это за дрянь?!», и я облегченно рассмеялась.

Переступив за пределы пусть и неидеального, но все же сработавшего «круга», стерла его слабым потоком своей энергии. Под звуки ругани и громких обсуждений, как избавиться от прилипшей субстанции, вышла на дорожку, всей душой стремясь наконец убраться с кладбища. Желательно до того, как мне отомстят за эту пакость.

Вдруг краем глаза заметила, что кто-то приближается ко мне, и остановилась.

– Джей?! – воскликнула с изумлением, узнав некроманта, который встал в нескольких шагах от меня. – Какого умертвия?!..

– Сначала выслушай, – он поднял раскрытую ладонь, предостерегая от дальнейших движений. Потом, словно через силу, добавил: – Пожалуйста.

Раскрыла рот, задохнувшись от нахлынувших чувств, отвернулась и убрала прилипшие волосы к потному лбу. Мысли хаотично носились: «Да как он мог?!», «Я же ему доверилась!», «Почему он так поступил?!».

В глазах выступили злые слезы, но плакать себе не позволила. Вместо этого вскинула руку, не слишком задумываясь, что делаю, и каким-то чужим низким голосом с чувством выплюнула короткую формулу.

– Мона, подожди! – только и успел сказать Джей, как в следующую секунду из ближайших могил к нему полетели небольшие сгустки эктоплазмы, щедро облив его черную одежду от шапки до ботинок вместе с половиной лица. Он раздраженно цокнул языком.

Как только выпустила пар, быстро зашагала прочь, все еще стараясь не разреветься. На автомате сунула руки в карманы куртки и с удивлением нащупала там телефон. Во время беготни по кладбищу мне не пришло в голову подумать о его судьбе. «Видимо, убрала по привычке и не заметила», – мелькнула мимолетная мысль. Потом вспомнила, что перед этим говорила с бабушкой и спохватилась: «Надо позвонить, она наверняка с ума сходит!»

Набрав номер, прождала всего два гудка. Едва взяв трубку, бабушка обрушила на меня поток взволнованных выговоров, которые можно было свести к трем вопросам: «Что случилось?! Кто на тебя напал?! Ты в больнице?!»

– Не переживай, бабуль, все в полном порядке. Почти, – устало сказала я, выслушивая в ответ новые беспокойные вопросы. – Нет, просто какие-то придурки решили меня напугать. Подумали, что это будет весело. Да, знаю, но все обошлось. Слушай, пожалуйста, не говори родителям. Да, могло быть хуже, но обошлось же…

Несмотря на все старания оставаться спокойной, голос то и дело подрагивал против воли. Когда вышла через ту же калитку, о чем сразу сообщила бабушке, она потребовала дать слово взять в следующий раз что-то для защиты, и только после согласия отключилась.

Но я и так не собиралась сюда возвращаться. В ближайшие дни – точно.

Глава 5. Волшебный танец

Эктоплазма выделяется из тела после смерти вместе с процессом разложения. Эта субстанция легко прилипает к живому организму, чтобы питаться и жить за счет его ресурсов.

Магический путеводитель. Экзорцизм

– Да ладно тебе, давай пойдем!

– Не пойду.

– Ну Мона! Не будь такой стервой! Я же не смогу без тебя туда попасть!

– Вот и замечательно.

– Великий боже, ты не можешь со мной так поступить!..

Ее голос едва перекрывал привычный гул школьной столовой: вместе с разговорами изредка раздавался громкий смех, то и дело скрипели передвигаемые стулья. Но Мэри-Энн игнорировала шум и полностью сосредоточилась на уговорах пойти вместе на вечеринку. По ее словам, люди без дара могли туда прийти только с кем-то одаренным, поэтому она весь день наседала на меня. Оставалось только мысленно благодарить ее хотя бы за внимательность: мы нарочно отсели подальше, чтобы нас не подслушали.

– Откуда ты вообще о ней узнала?! – с недоумением поинтересовалась я, насаживая на пластиковую вилку кусок вареной спаржевой фасоли. Сегодня ее давали на обед вместе с курицей.

– Кэт рассказала. Собирается пойти туда со своим парнем, – ответила подруга, откусывая кусок от пиццы, которую закономерно предпочла здоровой еде.

Не нужно было уточнять, кто такая Кэт: из прошлой школы у Мэри-Энн осталась куча знакомых, с которыми она продолжала общаться до сих пор. В том числе и с одаренными.

Это была одна из немногих школ, где им позволяли обучаться магическим наукам, пусть и факультативно. Когда-то я даже подумывала перевестись, осваивать дар среди всего пары зазнаек выглядело более заманчиво, чем поступать в Эверстоун. Но ежедневные поездки в соседний округ помешали бы моим поискам ответов.

– Почему ты не хочешь пойти с ними?

– Они пойдут вдвоем и третьего брать не хотят. Послушай, Мона, тебе не помешает развеяться, – Мэри-Энн сменила тон на обеспокоенный. – Ты в последнее время ходишь с вселенской грустью на лице. Мы давно никуда не выбирались, тебе будет полезно переключиться!

– И ты уверена, что вечеринка у одаренных, на которую ты «случайно» хочешь попасть, поможет с этим? – насмешливо заметила я.

– Вот зачем ты так? – в ее голосе смешались раздражение и обида. – То, что хочу туда пойти, не означает, что не хочу заодно помочь тебе.

Я тяжело вздохнула.

– Ладно, извини за это. Сама знаешь, с одаренными мне не везет.

После кладбища решила не идти домой, а попроситься на ночевку к Мэри-Энн. Пережитые эмоции вымотали, выдумывать подходящую ложь и отвечать на вопросы родителей сил не осталось. Они бы сразу поняли – что-то произошло.

Часть вечера я провела на кровати подруги в обнимку с ее плюшевым китом, пересказывая случившееся. Она задавала много вопросов, но, как и в случае с мамой, объяснить что-то про магический дар было непросто.

– А как ты поняла, что это призрак? – удивилась она. – Ты же говоришь, могли призвать кого угодно.

– Тогда я бы… Почувствовала? Папа рассказывал, от нежити очень сильное… – задумалась, подбирая слова. – Это похоже на мерзкий привкус на языке, когда съел что-то испорченное. Призраков или духов я чувствую, а с нежитью сложнее. Наверное, поняла бы, что это нечто неживое, но за пределами моего восприятия.

– И мерзкое, – добавила Мэри-Энн.

– И мерзкое, – охотно согласилась я.

Вторую половину вечера мы обсуждали, какими уродами бывают парни, болтали и ели чипсы, запивая их газировкой.

Про Джея ничего не говорила, упомянула лишь «одного одаренного, с которым пару раз пообщалась». Мэри-Энн не знала о нашей встрече в доме миссис Мадлен, и пока не хотелось делиться подробностями – обида еще тлела внутри горячими углями. А кроме этого я сильно злилась. И не только на него – некромант поступил гадко, вот так новость, – но еще и на себя. За то, что так глупо выдала свою тайну, не разобравшись, можно ли ему доверять. Что не выслушала, когда он меня просил, а сразу облила эктоплазмой – за это было еще и стыдно.

Иногда ловила себя на мыслях: «А вдруг он хотел извиниться? Что не смог остановить остальных?» В памяти неизменно всплывала картинка, как среди некромантов, пока трое призывали призрака, один из них стоял в стороне. Даже почти решилась написать ему и попробовать поговорить, чтобы развеять сомнения и удовлетворить любопытство. Но в итоге отбросила эту идею.

«Они хотели надо мной поиздеваться – получили эктоплазмой. Мы квиты. А с Джеем я тогда просто поддалась отчаянию», – пришла к неутешительному выводу.

И все же кое-чем я гордилась после того случая: впервые оказавшись в настоящей опасности, смогла собраться и составить новую формулу. Еще и довести ритуал до конца – без заминок, в отличие от предыдущего раза!

Яркое чувство омрачало только ощущение тупика. Больше не хотелось заниматься бесконечными призывами – уже убедилась, что так ответы не получить. Хоть бабушка и утверждала, что это единственный путь, теперь я считала иначе. Но что можно еще придумать, тоже пока не представляла.

Эти тяжелые мысли преследовали последние несколько дней, и, похоже, все же отразились на мне. А заодно подтолкнули Мэри-Энн к плану затащить нас обеих на вечеринку.

– Мона, не позволяй всяким уродам портить тебе жизнь! – настойчиво проговорила Мэри-Энн, ударяя на каждом слове ногтем по столу. – Мир полон других людей, не забывай об этом!

– Ну хорошо. Предположим, ты меня убедила. Где, что и когда? – со вздохом улыбнулась я.

Обрадовавшись, она пустилась в подробные объяснения. В ее сумбурном рассказе не услышала ничего подозрительного: один одаренный из богатой семьи – таких в нашем городе несколько и все на слуху —снял коттедж на ближайшие выходные. Обещали веселье, музыку и «настоящую магию».

Несмотря на светский тон таких вечеринок, не удивилась, что пускали далеко не каждого с улицы. В некоторых семьях, где никогда не рождались одаренные, еще сохранялись старые предрассудки про потенциальную угрозу от них. И сами одаренные порой опасались не меньше. Хотя я уже давно не слышала про стычки, которые раньше случались часто.

По словам Мэри-Энн, место вечеринки находилось ровно посередине между нашими домами, поэтому добраться туда можно было даже без машины.

– И выпивка там тоже будет! Хотя тебе это не очень интересно, – завершила она рассказ.

– Надеюсь, все вырядятся в бабушкины свитера и меховые штаны. Погода отвратительная, – заметила я, оглядываясь на серое небо за окном и мелкий моросящий дождь по стеклу.

– В прогнозе как раз обещали, что дожди на время прекратятся. А если переживаешь из-за одежды, надень ту кофту с вырезом на спине и черные джинсы. Немного макияжа сверху – и будешь неотразима, – посоветовала Мэри-Энн, слегка приподняв свои изящные подведенные брови.

– Согласна, – тут же кивнула.

В нашей паре за шикарный внешний вид обычно отвечала Мэри-Энн. Мой обычный стиль из комбинации длинных юбок с чем угодно она как-то назвала «симпатичным, но близким к винтажному». Меня это совершенно не обижало: променять юбки на что-то другое мог заставить только особый случай.

– А ты в чем пойдешь? Наденешь наряд для вечеринок номер два?

– Ты что! Там же будут одаренные! Для них подойдет только номер четыре. Номер два они пока не заслужили.

– Ты никогда не говорила про наряд номер четыре…

За обсуждениями мы быстро доели наш обед, отнесли подносы и отправились скучать на оставшихся уроках.

Мэри-Энн обожала вечеринки и тусовки. Если бы не ее желание пойти по стопам отца в журналистику, я не сомневалась, она только там бы и пропадала. В компании подруга была как рыба в воде: легко заводила знакомства, знала все популярные песни наизусть. Не говоря о том, что парни легко велись на ее внешность: прическа вместе с одеждой и макияжем всегда выглядели прекрасно, фигура тоже никогда не менялась, вопреки безграничной любви к фастфуду. Порой думала, не пользуется ли подруга магическими заговорами для поддержания красоты. По слухам, сейчас научились делать и такие.