Эхо энергии

— Неплохо здесь, — замечает Карис, оглядываясь. — Намного лучше, чем я ожидала.

— Ага, как ярмарка, — кивает Бекка, ее взгляд останавливается на прилавке с вафлями. — Но, похоже, Том не зря пошел за едой. Подождем его.

Я успеваю только кивнуть, как в этот момент Том появляется в поле зрения, балансируя двумя подносами. Один загружен хот-догами, луковыми кольцами и картофелем, другой — пирожками и напитками. Он изо всех сил старается не уронить ни одного из них, пробираясь сквозь толпу к нам. Заметив девушек, он мгновенно краснеет, а его шаги становятся чуть неуверенными, будто он боится споткнуться.

— Привет, — произносит он, подходя к нам. Его голос звучит неловко, но он старается улыбаться. — Я взял еды. Кажется, всем хватит.

— Спасибо, Том, — Карис тут же берет хот-дог, ее голос звучит тепло и искренне.

Бекка молча тянется за пирожком, но ее взгляд на секунду задерживается на Томе. Кажется, она оценивает его, прежде чем переключиться обратно на пирожок. Том пытается сделать вид, что этого не замечает, но я-то вижу, как он старается скрыть растерянность.

— Что-то ты слишком тихий, Том, — говорю я, решив подразнить друга. — Обычно ты гораздо разговорчивее.

— Райан, заткнись, — огрызается он, отворачиваясь, чтобы поставить подносы на ближайший столик. — Организация здесь, конечно, так себе.

Карис тихо, но мелодично смеется. Бекка бросает еще один мимолетный взгляд на Тома, и он становится еще краснее, чем раньше. Я с трудом сдерживаю смех, понимая, что этот вечер обещает быть не только веселым, но и полным неожиданностей.

Мы едим и возвращаемся в концертную зону. Атмосфера здесь просто безумная: громкая музыка, яркие огни, толпа людей, все танцуют и наслаждаются моментом. Группа играет классно, и каждый раз, когда начинается новая песня, зал наполнялся гулом одобрения. Карис, как я и ожидал, сразу растворяется в музыке.

Я смотрю на нее, и сердце начинает колотиться быстрее. Она будто бы сливается с этим местом — каждый аккорд, каждое движение под музыку выглядит естественно и ярко. Карис танцует, как будто никто не смотрит, ее движения легкие и беззаботные, и я не могу оторвать от нее глаз. Она смеется, разговаривает с Бекки, и у нее на лице отражается чистая искренность. Я забываю обо всем на свете. Как только она улыбается, мир вокруг становится ярче.

Вокруг нас люди — танцующие, веселящиеся, поглощенные происходящим. В такие моменты я даже не замечаю, как время летит. Мы просто отдыхаем как обычные молодые люди. Я, черт возьми, на концерте, слушаю классную музыку с другом и девушкой, которая мне нравится. Сегодня отличный день. Я непроизвольно начинаю подергивать ногой в такт мелодии.

Том стесняется, но я вижу, что он краем глаза постоянно следит за Бекки, пытаясь не попасть в ее поле зрения. И, похоже, она тоже не остается равнодушной, бросая на Тома хитрый взгляды, что я сразу замечаю. Каждый раз, когда их взгляды встречаются, Том резко отворачивается, и мне трудно сдержать ухмылку.

Тем временем, Карис увлекает меня в танец. Я не знаю, что делать в такой момент, но когда она берет меня за руки и тянет в толпу, я следую за ней почти на автомате. Время от времени мы теряем друг друга среди танцующих, но быстро находимся. И Карис все смеется и смеется. А я все больше наслаждаюсь этим моментом, надеясь, что смогу оставить его в памяти навсегда. Ее смех настолько заразительный, что я невольно смеюсь вместе с ней, забывая обо всех заботах.

После паузы, между треками, мы отходим немного в сторону, чтобы отдышаться, и снова оказываемся возле Бекки и Тома. Бекки уже стоит с пуншем, и похоже, что-то спрашивает у Тома, а тот не знает, куда деть свои руки и взгляд. Он поглядывает на нее, но очень неуверенно.

Карис тоже замечает странное общение Тома и Бекки. Она подходит ко мне поближе, чтобы шепотом сказать:

— Ты заметил, как они друг на друга смотрят? Это так очевидно, что даже я обратила внимание, — хихикает она.

— Думаешь, они понравились друг другу? — спрашиваю я, стараясь скрыть улыбку.

— Да я уверена в этом! Думаю, нужно немного подтолкнуть их. Хотя… у всех свой темп. Ты ведь тоже чего-то ждешь, да? — Карис загадочно смотрит на меня, и я не знаю, как реагировать. Я просто пожимаю плечами, немного смущенный ее вопросом.

— Я… ну… я как-то… — бормочу неловко я, заламывая руки и ругая себя за стеснительность и нерешительность.

Внезапно начинают играть первые аккорды «Knockin' on Heaven's Door» Боба Дилана. Группа «Северный ветер» решила устроить настоящий сюрприз и сыграть бессмертную композицию, известную, наверное, если не каждому второму, то третьему. Что уж говорить, даже я люблю этот трек, хотя музыка Земли мне нравилась редко. Толпа чуть затихает, а Карис отвлекается от нашего разговора, отчего я испытываю заметное облегчение. И вот тогда, совершенно внезапно, она хватает меня за руку.

— Пойдем, — говорит она, и ее глаза блестят как-то особенно. Мне кажется, я не мог бы в тот момент отказать ей, даже если бы хотел. Я шокирован, но не сопротивляюсь.

— Но Карис. Я… я ведь не умею танцевать…

Она тянет меня в сторону танцпола, и я почти не чувствую землю под ногами. Как будто ступаю не по плитке, а, скорее, по облакам. Мы входим в круг танцующих, и ее руки мягко обхватывают мои плечи, в то время как мои — едва касаются ее талии. Вокруг нас только светящиеся огоньки, музыка и плавные движения других людей, но я вижу только Карис. Она как будто растворяется в этой мелодии, в этой атмосфере. А я растворяюсь в ней.

Ее тело движется в такт музыке, а я стараюсь не думать о том, как странно выгляжу со стороны, глядя на нее глуповато-восторженно. В ее глазах — что-то такое, что заставляет меня забывать о времени. А может, все дело в ее смехе, который не перестает звучать в моей голове? Или же причина в том, что она рядом, и я наконец-то смотрю на нее и говорю с ней без стеснения? Вопрос остается без ответа.

Она легко переступает с ноги наногу, и я с трудом успеваю следовать за ней. Вокруг нас все становится внешним шумом. Мы, двое среди толпы, — как небо и земля, как звезды, которые светят только друг другу, а все остальные просто их зрители.

— А говоришь, не умеешь. Все правильно делаешь, — ее слова тихие, но я слышу ее четко. Карис говорит так уверенно, что я невольно верю ей.

— Ты... потрясающая, — едва ли я могу выговорить эти слова. В ее глазах появляется нечто совершенно новое, неведомое.

Карис улыбается, и я в очередной раз думаю, что у нее очень красивая улыбка.

— Я люблю танцевать. И мне нравится танцевать с тобой, — говорит она, ее голос почти не слышен на фоне музыки, но я ловлю каждое ее слово. Она прижимается ко мне чуть теснее. Я понимаю, что хочу, чтобы этот танец продолжался вечность.

— Карис… — выдавливаю из себя я.

— Что?

Мне действительно хочется рассказать ей о том, что я чувствую. Сказать, что она мне очень нравится. Что я хочу всегда держать ее за руку и слышать звонкий смех. Я хочу поцеловать ее. Но я снова смотрю ей в глаза и не могу выдавить из себя и слова. Кончается песня. Момент катастрофически упущен.

— Ну да, похоже, они оба не могут скрывать своей симпатии друг к другу, — выдает Карис кивая за мою спину, и в ее голосе сквозят нотки разочарования.

Я оборачиваюсь и вижу Тома с Бекки, которые стоят в обнимку после танца и продолжают мило шептаться друг с другом.

— Да, — многозначительно отвечаю.

Тут я замечаю, как в толпе появляется Дилан. Его присутствие в поле видимости вызывает у меня странное чувство. Его взгляд цепляется за Карис, и он с неожиданной решительностью направляется прямо к нам, расталкивая людей. За ним идут его друзья, громко переговариваясь между собой, а сам Дилан явно настроен агрессивно.

Он подходит к нам, не замечая, как люди в сторонке сдержанно расступаются, а его товарищи наблюдают за ситуацией. Я чувствую, как мышцы напрягаются, а энергия готова вспыхнуть в любой момент.

— Эй, Райан, — резко кричит они толкает меня в плечо. — Что ты тут делаешь с Карис?

В глазах Дилана яростный огонь, и я инстинктивно делаю шаг назад, чтобы не потерять равновесие и закрыть собой Карис. Пытаюсь сдержать свое раздражение, но когда я замечаю, как он смотрит на Карис, мое терпение кончается.

— Пошел вон, Дилан, — говорю уверенно.

— Ага, еще чего? — он грубо смеется. — Ты думаешь, что можешь просто так танцевать с моей девчонкой и тебе ничего за это не будет?

Я чувствую, как сдавливает грудную клетку и становится тяжелее дышать, но я сдерживаюсь. Не могу позволить себе сорваться, потому что если начну, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Я не твоя девчонка! — выкрикивает Карис, не сдерживаясь, и я чуть сжимаю ее ладонь в своей.

— Дилан, хорош, — говорю я тише, стараясь не повышать голос. — Этот спор не имеет смысла. Карис — живой человек, и она сама выбирает с кем ей танцевать, общаться и встречаться.

— Ты что, мне приказываешь, Райан? — он приближается, его друзья начинают тихо смеяться, словно поддерживают его, а его глаза сверкают злостью. — Ты вообще понимаешь, с кем имеешь дело?

Я пытаюсь держаться, но в его словах есть что-то такое, что заставляет меня нервничать. И я не могу выдержать это бесконечное давление. Дилан делает шаг ко мне, я сжимаю кулаки, но в этот момент один из охранников быстро подходит к нам.

— Все в порядке? — спрашивает крупный мужчина в форме.

— Да, — отвечает Дилан, с удивлением отходя от меня. — Просто хотел поговорить с этим парнем.

Охранник смотрит на него ледяным взглядом.

— Иди-ка ты, парень, лучше на улицу, — говорит мужчина, не давая Дилану времени что-то ответить. — Устраивайте свои разборки в другом месте.

Дилан недовольно фыркает и разворачивается. Его друзья, не говоря ни слова, следуют за ним. Но я знаю, что это не конец. Он явно не оставит нас в покое.

— Спасибо, что заступился. Я это ценю.

Я смотрю на Карис и согласно киваю.

— Не за что, — отвечаю я.

Я чувствую гордость. Мне очень приятны слова Карис. А Дилан и его друзья? Они не смогут нас достать. Сколько бы раз они не пытались.

Глава 10. Сквозь молчание

Мы все прекрасно оторвались на фестивале. Я, честное слово, едва стою на ногах. Даже постоянные тренировки с Тионой не заставляли мои мышцы так сильно гореть, как бесконечные прыжки под музыку сегодня вечером. Я сижу на диванчике в углу зала и четко понимаю — настало время возвращаться домой. Рядом отдыхает Карис. Она, очевидно, намного более выносливая, чем я, если речь идет про танцы. И то сдалась. Сидит теперь рядом и пьет холодную газировку. Даже Том, обычно неутомимый энтузиаст, уже не так энергично двигается на площадке.

— Ну все, хватит, — говорит он, подползая к нам, вытягивая руки и как бы стряхивая с себя последние остатки веселья.

— Я, конечно, люблю музыку, но уже пора. А то мы тут и до утра можем оставаться.

Бекки рядом с ним смеется и оглядывается на нас с Карис.

— Я за, но только если мы не будем тащиться до самого центра. Я уже представляю, как буду жаловаться на свои ноги, — кидает она в шутку, наклоняясь, чтобы поправить кеды.

Я ухмыляюсь, потягиваясь на диванчике.

— Это как раз то, что нам и предстоит, — говорю, поднимаясь. — Автобусы уже не ходят, так что мы пойдем пешком. Сначала с Томом проводим вас до дома, а потом и сами по домам.

Том, явно не слишком довольный перспективой пешей прогулки, кидает взгляд на Бекки, но все равно кивает.

— Да, пешком, — повторяет он, как бы размышляя над значением этого слова. — Или все-таки кто-то из вас решит прокатить меня на своих плечах?

— Нееет, — тянет Бекки, хихикая. — И сколько нам идти?

— Не так уж и далеко, — отвечаю я, осматривая людей, которые медленно освобождают помещение, начиная расходиться домой. — Час-полтора, может. Мы не будем спешить.

Сказав это, я оглядываю Карис. Она все еще сидит на диванчике, подставив лицо под освежающий поток воздуха от вентиляторов. Пожалуй путь домой, это последний шанс для нас поболтать, прежде чем этот вечер закончится.

— Ну что, готова? — спрашиваю я, улыбаясь. — У нас тут прогулка по ночному городу намечается.

Я вижу, что Карис немного уставшая, но все-таки ее глаза блестят.

— За компанию с вами — почему бы и нет? — отвечает она с легким смешком.

В этот момент Том, присаживаясь рядом, с любопытством смотрит на нас.

— Так что там за конфликт опять с Диланом? — спрашивает он.

Я вздыхаю, не зная, как правильно ответить. Карис, похоже, тоже не в восторге от вопроса, и ее взгляд становится немного напряженным. Мы с ней одновременно отмахиваемся, не желая больше углубляться в эту тему.

— Ерунда, — говорю я, пытаясь развеять напряжение. — Просто недоразумение. Все нормально.

Карис кивает, добавляя:

— Да, не стоит переживать. Мы с ним разобрались.

Том некоторое время наблюдает за нами с легким недоумением.

— Ну ладно, если так, — говорит он, поднимая руки в знак капитуляции. — Но если честно, не думаю, что с Диланом можно как-то разобраться или типа того. Всех достал.

Я и Карис одновременно смеемся, стараясь снять напряжение.

В зале темнеет, и шум начинает стихать. Все больше людей покидают помещение, и атмосфера вечеринки постепенно уступает место ночной тишине. Мы собираем свои вещи и направляемся к выходу.

На улице холодно, особенно после теплого зала. Ветер весело треплет волосы Карис, и я не могу не заметить, как она слегка улыбается, выдыхая пар.

Том, обращаясь к Бекки, говорит:

— Ну что, отлично провели время?

— Да, Том. Без сомнений, — отвечает она, кокетливо наматывая локон на палец.

— А я же говорил! Говорил же! А ты, Райан, не хотел меня слушать, — довольно заключает друг.

— Ладно, ладно. Твоя взяла, — соглашаюсь я.

— Теперь главное, чтобы мы до дома добрались без происшествий, — добавляет Бекки.

На улице уже совсем темно. Лишь несколько уличных фонарей освещают тротуары, и ночной город кажется тихим и спокойным. Чем дальше мы отходим, тем больше начинает казаться, как будто все, кроме нас, давно уснули. Путь лежит через сквер, дорожки и тропинки в котором не отличаются хорошей видимостью.

Ветра почти нет, только деревья время от времени шуршат листвой, создавая иллюзию движения. Карис идет рядом со мной, ее шаги становятся немного медленнее. Я замечаю, как она часто оглядывается, будто кто-то следит за нами. Но, возможно, это просто усталость после долгого вечера.

Том с энтузиазмом рассказывает что-то, но я не могу сосредоточиться на его словах. Мысли о том, что произошло сегодня, — о Дилане, его агрессии и том, как он будто выискивает повод для конфликта, — не дают покоя. Я украдкой смотрю на Карис. Она выглядит немного отстраненной, и у меня не остается сомнений, что ее что-то тревожит.

Вдруг Карис резко останавливается и сжимает мою руку так сильно, что я чувствую ее дрожь.

— Ты слышал? — шепотом спрашивает она.

Я замираю, вслушиваясь в ночную тишину. Легкий шорох... листва на ветру? Или... кто-то движется в кустах? Этот звук действительно кажется слишком подозрительным. Я поворачиваюсь, пытаясь вглядеться в темноту, но тут же что-то обрушивается на нас сверху. Мгновение — и я падаю на землю, ощущая, как нечто похожее на сетку сковывает мои движения.

— Что за черт?! — кричит Том, пытаясь освободиться от сети, которая обвила его ноги. Карис вскрикивает в ужасе.

Я делаю рывок вперед, чтобы снять с себя сеть, но тут же чувствую сильный удар в спину. Меня сбивает с ног, и я падаю лицом в землю. В рот попадает песок вперемешку с мелкими камнями. Я пытаюсь подняться, но что-то тяжелое давит на мой затылок, заставляя снова упасть. Мир темнеет.

— Райан! — голос Карис пробивается через оглушающий звон в ушах. Я поднимаюсь на колени, ощущая, как ярость и энергия начинают нарастать внутри меня. Ее крик снова прорезает тишину, и в ответ на него раздается грубый, ехидный смех.

Из темноты начинают появляться фигуры, черные силуэты. Их четверо или пятеро. Я мгновенно узнаю одного. Дилан. Он держит Карис. Я даже не хочу представлять, зачем ему это нужно.

— Мы просто хотим немного повеселиться, — его голос наполняет меня отвращением. Он ухмыляется, а его друзья начинают подбираться ближе, как будто наслаждаются каждым моментом. Том пытается броситься к Дилану, но тот, не меняя выражения лица, одним ударом отправляет его на землю. Я, наконец, выпутываюсь из сетки, поднимаюсь на ноги и делаю несколько шагов вперед.

Позади я слышу всхлипы испуганной Бекки и шепот Тома, который теперь подползает к ней и пытается ее успокоить. Я ужасно боюсь за Карис, но сейчас закрываю собой Тома и Бекки, думая, как мне добраться до Дилана, который удерживает Карис.

— Пусти ее, Дилан! — кричу я. Мои ладони вспыхивают электрическим светом, озаряя все вокруг. Фигуры обидчиков замирают, ослепленные ярким сиянием.

— Что за черт?.. — шепчет Дилан, озираясь по сторонам.

— Бегите! — кричу я во все горло застывшему в немом шоке Тому, который закрывает собой Бекки.

— Я сказал, бегите! — с нажимом ору я снова и только после этого они приходят в себя, и Том, придерживая Бекки, помогает ей уйти по узкой тропе, через кусты.

— Я позову помощь, — рассеянно бубнит он на ходу.

Спустя мгновения они скрываются в темноте. Один из дружков Дилана хочет побежать за ними, но я без особых раздумий стреляю в него легким разрядом электричества. Теперь для меня отсутствуют сдерживающие факторы в виде Тома и Бекки. А Карис… она и так уже видела слишком много. Мне хочется верить, будто она сможет меня понять и принять. Тем более, заряд действительно довольно слабый. Но этого хватает, чтобы приложить обидчика спиной к дереву и отправить в нокаут на пару минут. Я идеально контролирую свою силу. Я как никогда благодарен тренировкам и Тионе.

Я вижу, что Дилан не может поверить своим глазам и ждет подтверждения увиденного от своих друзей. Но они лишь глупо молчат, переглядываясь между собой. Он машет рукой, и один из его спутников двигается ко мне.

Парень пытается схватить меня за плечо, но я легко уворачиваюсь, одновременно направив разряд прямо ему в грудь. Он вскрикивает от боли и падает. Ко мне хочет подобраться еще один, но того я тоже не глядя отшвыриваю зарядом.

— Райан, ты псих. Я понятия не имею, что это за фокусы, но ты заплатишь… — голос Дилана больше не звучит так уверенно.

Он начинает пятиться назад, но Карис не отпускает. Я вижу застывший страх в его глазах и на мгновение ловлю себя на мысли, что мне нравится это ощущение. Я пугаюсь этого и сразу себя одергиваю. Без разницы, какой засранец Дилан. Я никогда не опущусь на его уровень.

— Уверен, Дилан? Пусти Карис. Я не хочу никому причинять боль, — цежу я сквозь зубы.

Я вижу ужас в прекрасных глазах Карис. Я надеюсь, что виной этому Дилан, а не я.

Друзья Дилана начинают приходить в себя и подниматься на ноги, тяжело дыша и стараясь откашляться. Краем глаза я замечаю их фигуры в темноте. Мои руки источают предупреждающее холодное свечение, и я почти уверен, что никто из них не захочет вновь вступить со мной в драку. Дилан же тоже это понимает, когда вся его бравая компания начинает убегать вглубь перелеска, ковыляя и перескакивая с ноги на ногу. Дилан колеблется несколько секунд.

— Черт!

Отчаянно шипит он. Срывается со своего места и бежит следом за своими дружками. Он тянет за собой Карис, и та издает короткий крик, когда чуть ли не падает на землю, запнувшись за бревно.

Я дергаюсь следом так быстро, насколько это возможно, но Дилан с Карис к этому моменту скрываются в темноте. Все становится еще сложнее. Дилан свернул на одну из узких тропинок, и, когда я попадаю на развилку, я не могу понять, куда именно мне нужно повернуть, чтобы их догнать. Все вокруг наполнено шумами — шагами Дилана и его сообщников, которые, как кажется, бегут в разных направлениях, тем самым создают хаос.

— Нет, нет, нет, нет! Карис! — кричу я в надежде, что она откликнется, но в ответ тишина.

Я резко оглядываюсь, пытаясь услышать хотя бы малейший звук, который укажет мне, куда идти, но все вокруг переплетается. Мой взгляд мечется от одного направления к другому, но ни один из звуков не подсказывает, в какую сторону мне двигаться. Дилан и его компания исчезли в лесной тени вместе с Карис, а я ничего не могу сделать.

Мои глаза метаются по темным тропинкам, но они все кажутся одинаковыми — ночная тьма скрывает все.

Вдруг, издалека, до меня доходит короткий визг Карис, слабый, но отчетливый, полный страха. Сердце замирает. Мгновение — и я уже чувствую, как что-то внутри меня ломается, а желание найти ее становится буквально невыносимым. Я срываюсь вперед, не думая ни о чем, кроме нее.

Мои ноги несутся по лесу, я почти не осознаю, как сминаю под собой ветки и прошлогодние хрустящие листья, которые с такой настойчивостью пытаются меня замедлить. Все вокруг кажется туманным — деревья мелькают, кусты колышутся, но я не останавливаюсь.

Каждый шаг дается невероятно легко, хоть я никогда в жизни так не бегал. Мне кажется, я преодолеваю пространство быстрее, чем должен. Бегу, и земля под ногами начинает исчезать. Я понимаю, что причиной тому явно не моя идеальная физическая подготовка, которой попросту нет. В ногах появляются искры. Я понимаю, что это часть моей силы. Через мгновение я оказываюсь в нужной мне точке.

Дилан и его шайка, которые собрались в небольшой кучке вокруг Карис, не успели даже повернуться, как я разрываю пространство между нами электрическим разрядом.

Молния бьет так сильно, что на мгновение становится светло, как днем. Друзья Дилана падают, разлетаются по сторонам, как тряпичные куклы, оглушенные ударом. Я не задумываюсь, продолжаю действовать, потому что Карис здесь, и я не позволю им причинить ей вред. Один из компании пытается подняться на ноги, но я не даю ему возможности даже сдвинуться с места — очередной разряд, и он снова на земле.

Я вижу, как Карис подбегает ко мне. Она говорит что-то, но я не успеваю сразу уловить слова. Она крепко хватает меня за руку, взгляд ее глаз наполнен благодарностью, хотя, очевидно, вопросов у нее не мало.

— Ты цела? — спрашиваю я, чувствуя, как напряжение постепенно спадает.

— Да, цела. Эти идиоты просто хотели нас напугать, — отвечает она с легким пренебрежением, но в ее голосе все равно слышится тревога.

Мои глаза все еще скользят по фигуре Дилана, который пытается подняться на ноги и отдышаться. Его лицо искажено от страха и боли. Он еле-еле выпрямляется и начинает пятиться назад, но я шагаю вперед, не позволяя ему отступить. Мои ладони начинают искриться. Дилан видит это, и его глаза расширяются.

— Да ладно тебе, Райан. Мы, может, немного перегнули, но ничего плохого не хотели, — его голос дрожит.

— Заткнись, — говорю я, хватая его за запястье и резко выкручивая руку за спиной. Его тело выгибается от боли, и он едва сдерживает писклявый визг.

Я сильнее сжимаю его руку, заставляя его опуститься на колени. Он тяжело вдыхает полной грудью, почти плача от боли, но я не останавливаюсь.

— Ты пообещаешь мне, что больше не подойдешь к Карис. Даже не посмотришь в ее сторону, — говорю я злобно.

— Я не… я не… — что-то пытается ответить он, но такой вариант ответа меня категорически не устраивает. Я выкручиваю руку еще сильнее, и он почти что скулит.

— Неправильный ответ!

— Обещаю, да! Черт, как больно…

— Обещаешь, что не подойдешь к Тому и Бекки?

— Да, да, да! Все, что угодно!

— И любым другим людям, до которых ты обычно докапываешься, понял?

— Хорошо!

— И, наконец, прекратишь доставать меня!

— Ладно!

— Громче, Дилан! — кричу я, в очередной раз подкручивая его руку.

— А-а-а, хватит! Пожалуйста! Я обещаю, что не буду никого доставать. Я обещаю!

Я отпускаю его, и он, точно мешок с картошкой, валится на землю, тяжело дыша. Его товарищи давно очнулись и просто молча наблюдали за этим замечательным представлением. Никто из них не смеет и пальцем шевельнуть, чтобы помочь Дилану.

— И еще, — я присаживаюсь на корточки и наклоняюсь к Дилану. — Если ты или твои прихвостни проболтаются о том, что видели, — отвечать за каждого будешь ты, — я даже не уточняю, понял он или нет, потому что мне все равно.

Я отступаю, позволяя Дилану встать, но он больше не пытается сопротивляться. Его друзья, которые приходят в себя после ударов, переглядываются и молчат, осознавая, что этот бой уже проигран.

Карис стоит рядом и молчит. Я понятия не имею, что происходит в ее голове.

— Придурок! — выплевывает она в сторону Дилана.

— Пойдем, — говорю я. — Нам пора уходить.

Мы с Карис идем в сторону выхода из перелеска, тишина вокруг словно поглощает все звуки, кроме наших шагов. Я стараюсь не смотреть на нее слишком долго, но не могу не замечать, что ее лицо отражает замешательство, страх и усталость. В начале мне показалось, что она отреагировала на ситуацию крайне спокойно. Теперь первый шок спал и, кажется, ее начинает накрывать осознание. Она молчит, и эта тишина напрягает меня все сильнее. Я не могу понять, что она чувствует, но внутри меня растет беспокойство. С каждым шагом я все больше переживаю, что она будет бояться меня после того, что увидела.