Место для неугодных

Глава 5

Мы молча шли по пустым улицам, освещённым мягким светом уличных фонарей. Я держалась чуть позади и никак не могла заставить себя сказать хоть что-то. Широкая спина лорда коменданта была перед глазами и словно излучала недовольство.

– Спасибо, – всё же тихо сказала, потому что чувствовала, что нужно что—то сказать.

Мужчина оглянулся, но не ответил, и только через некоторое время сказал:

– Не за что.

Как-то не клеится у нас разговор, от этого мне было неловко, но, видимо, я не слишком нравлюсь лорду, поэтому он и не спешит заводить разговор.

Мы дошли до ворот, стражники вышли поприветствовать коменданта и вытянулись по струнке. Комендант поприветствовал подчинённых и отвёл в сторону старшего караула, они о чем-то пошептались, а потом двинулись в сторону неприметной двери сбоку ворот.

– Идёмте, госпожа Норн, – лорд комендант протянул мне руку и помог перебраться через высокий порог двери.

– Спасибо, я вам очень благодарна, – повернулась отблагодарить, думая, что сейчас лорд тоже со мной попрощается и пойдёт по своим делам.

– Не спешите благодарить, мы ещё не дошли до вашего дома.

– Да не стоит, лорд Амерлан, – я растерялась, не ожидала, что он решит меня провожать дальше, – тут ведь совсем недалеко.

– Я знаю, но раз я сам нарушил своё распоряжение, то уж лучше удостоверюсь, что вы добрались до дома в целости и сохранности.

Мужчина тоже перешагнул высокий порог. Я по-прежнему неловко себя ощущала, мне было не по себе. Кроме того, сам лорд не выглядел располагающе. В первый раз я не слишком хорошо его разглядела из—за его пренебрежительного тона и своего возмущения. Сейчас лорд был хмур, а может просто от усталости, но тёмные брови были сведены, глубоко посаженные глаза оказались неожиданно светлыми, серо-стальными, а ведь в первый раз мне показалось, что они тёмные. У лорда был немного длинный нос и упрямый подбородок. В целом мужчина имел приятную внешность, но всё это меркло от его угрюмости. Наверное, поэтому мне было неловко, потому что говорить с таким мрачным типом не было никакого желания.

– Вы действительно собираетесь устраиваться на работу? – голос лорда Амерлана вывел меня из раздумий о нём же самом.

– Простите? – переспросила рефлекторно, на самом деле я расслышала его вопрос, просто давала себе время на обдумывание ответа.

Мужчина повторил вопрос и даже взглянул на меня не так хмуро.

– Да, мне нужны средства к существованию. Все что у меня осталось – это вот этот дом, – мы как раз дошли до моего дома, спрятавшегося за зарослями травы, – но и его ещё нужно привести в порядок. Поэтому да, мне нужна работа.

– Неужели леди согласится, скажем, полы мыть? – я бы могла оскорбиться, только тон, которым задал вопрос лорд, не был ехидным, скорее задумчивым, да и права оскорбляться на такие вопросы я больше не имею.

– Отчего же нет? Я и огород копать собираюсь, по крайней мере, постараюсь, – поправилась я. – Я теперь госпожа Норн, а не леди. А полы мыть – работа не хуже других, почему бы и не помыть, если за это ещё и платят. Вот в доме сегодня я забесплатно помыла.

Мужчина усмехнулся и придержал дверь калитки для меня.

– Спасибо вам, – искренне поблагодарила.

– Надеюсь, вы запомнили комендантский час, – мужчина закрыл калитку. – Подойдите завтра к моему адъютанту, посмотрим, какую работу вам можно будет подобрать.

Встала рано, чтобы успеть сделать побольше. А наметила я не много ни мало, а скосить траву. Коса у бабушки имелась, вот только пользоваться я ей не умела. Видела, как деревенские ей орудуют, но сомневаюсь, что это так просто, как выглядит. Но мне повезло найти в сарайчике ещё и серп, вот с ним, думаю, справлюсь.

Вооружившись серпом, подоткнув платье, в котором шла до города, всё равно оно ужасно выглядит, я отправилась расправляться с травой. Всё оказалось гораздо сложнее: трава была плотной, а иногда ещё и колючей, метёлки лезли в лицо, срезать с первого раза получалось далеко не всегда, и дело вовсе не в остроте серпа. Спина заболела уже через двадцать минут, руки растёрла ещё через тридцать, а солнце стало припекать совсем невыносимо – через час. Я разогнулась, осмотрела свои труды. М-да, долго я так буду. Руки были зелёными от сока и кое-где были небольшие ранки. Ну ничего, все обязательно получится, нужно только постараться.

Наскоро ополоснувшись в тазу и переодевшись во второе, более приличное и чистое платье, я вышла, намереваясь воспользоваться предложением коменданта. В моём положении не следует отказываться от любого шанса.

Утром город был поживее, но всё равно людей было немного: то ли все заняты работой, то ли здесь и впрямь живёт так мало людей. Хотя ближе к центру я, кажется, поняла где все.

На площади перед зданием администрации собралась целая толпа. Мне тоже стало интересно, что это там такое делают.

Люди кругом что-то обсуждали, переговаривались. Я прошла ближе, там кто-то громко высказывался, судя по голосу женщина. Когда я подошла практически к центру, то, наконец, увидела тех, кто разговаривал. В центре стоял лорд комендант, двое стражников держали за скованные руки того самого паренька, который сбежал, и та самая женщина, у которой он стащил сумку.

– А я говорю, он это, – женщина обличительно ткнула пальцем в понурого парня, – он это поджёг барак! Мы там чуть все не погорели! Сначала стащил мои вещи, последнее украл, окаянный, а потом и вовсе подпалил дом и сбежал.

Парень в это время недобро блеснул на неё глазами, но всё также стоял, опустив голову, хотя мне показалось, что это вовсе не жест раскаяния.

– Уважаемая, разберёмся, – холодным тоном ответил лорд комендант.

– А вот вы разберитесь, пусть не только тюрьмой отделается, – женщина явно ощущала поддержку толпы, поэтому была не в пример бойчее, чем в прошлый раз, да и выглядела куда лучше, даже и не скажешь, что ссыльная.

Стражники после знака коменданта отправились в здание комендатуры, ведя под конвоем парня. Толпа стала расходиться, а я пристроилась в некотором отдалении от лорда Амерлана, всё равно мне туда же.

До самого здания я шла никем не замеченная. Лорд шёл, задумавшись, и по сторонам не смотрел. Однако когда поднялся по ступеням, внезапно оглянулся и увидел меня.

– Доброго утра, госпожа Норн, – придержал для меня дверь лорд Амерлан, кстати, надо бы узнать, как его зовут.

– Доброго утра! Я, как договаривались, пришла узнать насчёт работы.

– Хм, видимо, вам действительно нужна эта работа.

– Я не шутила. Как вы думаете, стала бы я сюда добираться вместе с ссыльными, если бы у меня были деньги?

Мужчина окинул меня странным взглядом, но я осталась невозмутима. Пусть думает что хочет, у меня теперь новая жизнь, где я не леди, но и простолюдинки имеют гордость. Если подумать, то простолюдинки куда как свободнее благородных дам, им многое позволялось и раньше, а уж теперь и подавно.

– Пойдёмте, представлю вас сержанту Лаксу, а он расскажет о возможном рабочем месте.

В общей сложности в комендатуре я пробыла около часа. Симпатичный молодой человек опросил меня о том, что я умею, какое образование и прочее. Я постаралась максимально подробно рассказать о своих навыках. Всё же, как бы я ни храбрилась, а полы мыть мне бы не хотелось. По итогу молодой человек обещал передать все мои сведения начальнику разработки шахты и в ближайшие дни меня вызовут для согласования.

Пока мы разговаривали, мимо нас несколько раз проходили разные военные и стражники, а под конец появился сам лорд комендант.

– Сержант, прошу вас оформить беглого пока в наши камеры, за ним позже прибудут стражники из Табаса для перемещения его под следствие. Вот письмо, отправьте магпочтой. Будем надеяться, что долго он у нас не просидит. И скажи, чтобы седлали коня, поеду к шахтам, проверю охранение. До вечера меня не будет.

– Как ваши дела? – обратился лорд уже ко мне, раздав все распоряжения.

– Пока хорошо, – улыбнулась я, – сержант Лакс опросил меня, надеюсь, найдётся вакансия.

– Найдётся, в шахтах не хватает людей, – поделился комендант, но, видимо, на моем лице проявилось удивление, поэтому поправился, – в смысле не в самих шахтах, там работают мужчины, а в обработке и складах.

Моё лицо действительно вытянулось, я вовсе не была готова спускаться в шахту и работать кайлом, чтобы сделать норму и получить свои деньги. Тогда уж точно лучше полы мыть.

– С—спасибо, – с лёгкой заминкой поблагодарила. – Всего доброго.

Я поспешила покинуть комендатуру, пока не узнала ещё что-нибудь шокирующие.

Раз с работой я вроде бы пока разобралась, то решила заняться домом и огородом. Но это я так смело решила, а на самом деле даже не представляю, как мне этот самый огород-то делать. Где-то под зарослями травы угадывались старые грядки, но видно, что бабушка давно ничего не сажала, поэтому всё сгладилось и заросло.

Начать решила с малого: в доме я прибралась, но осталось много бабушкиных вещей, их надо разобрать и посмотреть, что есть нужного, а что придётся докупить. В доме была ванная, но поскольку водопровод требовал ремонта, то о ней можно пока забыть, вода из крана текла только холодная. Зато там был шкаф, а в нём несколько полотенец, запас мыла, зубного порошка и порошка для стирки. Вот это прямо хорошо. Вечером замочу платье и бельё.

В спальне был шкаф и комод. Бабушкины платья решила пока собрать в одну простынь и отложить, потом узнаю, куда можно отнести. Перешивать нет смысла, бабушка была ниже меня ростом и значительно крупнее. Зато было несколько комплектов постельного белья, и даже один явно новый, ткань так и похрустывает. В комоде нашлись щётки и расчёски, несколько гребней для волос и лент. Записная книжка, где ровным почерком были выведены списки дел и покупок, и маленькая шкатулка. В ней оказались пара серёжек и цепочка с медальоном в виде камня, оправленного в золотой вензель. Красиво. Оставлю на память. Продавать бабушкины вещи я не хотела. Это, конечно, золото и камни, можно неплохо выручить за них, но мне почему-то казалось, что это неправильно, бабушка и так оставила мне дом. И надо бы навестить могилу, хотя я даже не знаю, где её похоронили.

В большой комнате, которая одновременно была и столовой, и гостиной в серванте нашлась вся посуда, которая мне могла бы понадобиться, даже если я буду принимать гостей, что вряд ли. На кухне было немного специй, но они явно выдохлись, да и вообще лучше прикупить позже новые.

Вход на чердак был из коридора, была приставная лестница и люк. Туда явно не поднимались лет десять, кругом пыль и паутина. Нашлись здесь несколько вёдер, лейка и два таза. А ещё были натянуты бельевые верёвки для сушки белья зимой, потому что на улице я тоже видела парочку. Если получится, то нужно нанять плотника, чтобы сделал хорошую лестницу и вход на чердак, тогда можно будет сделать здесь ещё одну комнату. Два окна, но не маленькие, а вполне нормального размера, давали достаточно света. Скат крыши в центре давал возможность ходить в полный рост и даже больше, пол был выстлан досками, а под ними проложен утеплитель. Печная труба явно отапливает помещение, поэтому думаю, что и зимой здесь тепло. Так что вполне можно сделать комнату. Правда, зачем она мне одной? Но пусть будет.

Вышла в сад. Деревья нужно подрезать, убрать сухие ветки. Вооружившись опять серпом, срезала ещё небольшой квадрат. Среди разнотравья нашлись несколько зонтиков укропа. Солнце припекало хорошо, поэтому на голову надела старенькую соломенную шляпу, которая висела в коридоре на вешалке рядом с таким же старым плащом. Подозреваю, что они здесь как раз для работы в огороде. Пока возилась со складыванием травы в одном из углов сада, не заметила, как у забора остановилась та самая соседка, которая зазывала на чай.

– Доброго дня, Алисия, – поздоровалась пожилая женщина, – время к обеду, пойдём почаёвничаем?

– Здравствуйте, да я вот садом пытаюсь заниматься, – развела руками, показывая полнейшее запустение.

– Отдыхать тоже нужно, да и солнце сейчас совсем будет припекать, пойдём, передохнёшь.

– Хорошо, спасибо, – не стала я всё-таки отказываться, нужно же знакомиться в этом городе хоть с кем-то, – только приберу всё и руки ополосну.

– Заходи тогда ко мне, калитка и дверь открыта.

Наскоро ополоснув лицо, руки и шею, я закрыла дверь и пошла к соседке. Её дом и сад выглядели не в пример лучше моих. Аккуратный домик, мощёная дорожка и несколько грядок с чем-то зелёным, едва появившемся. Дверь, как и сказала женщина, была открыта. А в маленькой веранде за ней стоял накрытый небольшой стол с белой кружевной скатертью, сахарница, вазочка с вареньем. Дамы ещё не было, но в доме слышалось шуршание и позвякивание. Не успела я осмотреться, как дверь в дом отворилась и бочком вошла моя соседка, держа в руках поднос с чашками, чайником и ещё угощениями.

– Проходи, садись. Думаю, в такой погожий денёк самое то попить чай на веранде.

– Спасибо вам, я здесь совсем никого не знаю.

– Да чего там, – отмахнулась женщина, расставляя чашки, – зови меня тётушка Дора. Мы с Янирой дружили неплохо. Хорошая женщина была, жаль судьба так сложилась.

– Я прабабушку практически не знала, хотя очень бы хотелось с ней быть знакомой гораздо ближе.

– Янира упрямая была и гордая, может от этого и прожила одна всю жизнь, а может и другие причины были, – вздохнула Дора, разливая чай, – но, как бы там ни было, а здесь её многие знали и уважали.

– Надеюсь, что тоже здесь приживусь.

С благодарностью приняла чашку и вдохнула ароматный чай с травами. Я люблю травяные отвары, но пить их каждый день, как я сейчас, надоедает. А здесь и хороший сорт чая, и совсем немного ароматных трав, которые только подчёркивают, но не забивают вкус и аромат чая.

Женщина тоже сделала глоток после того, как вдохнула пряный запах, хитро глянула на меня, а потом спросила:

– От жениха или от мужа сбежала?

Я на миг оторопела, а потом рассмеялась. Вот уж вряд ли я выгляжу, как романтичная девушка, которая сбежала на край света от навязанного брака. В этом была особенно горькая ирония. Лучше бы сбежала, а теперь имеем, что имеем, а именно свою жизнь в своих собственных руках, как сама же и хотела.

– Нет, тётушка Дора, что вы, – отмахнулась от её предположения, делая глоток чая, пустой желудок был рад и чаю, потому что пообедать я не успела. – Не то чтобы я сбежала, скорее меня попросили так сделать.

– Ссыльная?! – ахнула в неподдельном расстройстве Дора.

– Снова нет, – я вздохнула и отставила чашку, взяла аккуратную булочку и стала не спеша намазывать на неё варенье. – Скажем так, я была довольно глупа, чтобы подчиниться воле отца, а потом ещё более глупа, чтобы не лезть в дела мужа.

– Вот, вот, – обличительно покачала пальцем пожилая дама, – вот об этом всегда и говорила Янира, пусть боги будут милостивы к её душе, – она осенила себя святым знаком. – Янира всегда кипятилась, когда слышала, как кого-то выдают замуж по сговору. Хотя скажу тебе, иногда это приносило пользу, но да, далеко не всегда. Янира же вообще была против, чтобы только мужчина решал за женщину.

– Теперь то это даже на законодательном уровне закрепили.

– И правильно! Хоть я сама прожила жизнь с человеком, которого мне нашёл отец. Но мой Мартин был хорошим, и прожили мы счастливую жизнь.

– Согласитесь, Дора, это скорее исключение, чем правило. И потом я была бы не прочь получить хорошее образование, но мне просто не позволили.

– Ох, как жаль!

– Ничего, я привыкла, да и жизнь моя теперь совсем другая.

– Так что же с вами случилось, дорогая?

Вот так прямо говорить о причастности покойного мужа любому горожанину, я не видела смысла, но тётушка Дора внушала доверие, к тому же дружила с бабушкой. Да и при желании мою нелицеприятную историю может узнать чуть ли не каждый.

– Мой отец и муж были участниками заговора против реформ короля. К счастью, неудавшийся переворот избавил меня от их кабальной опеки, но оставил без средств к существованию, – кратко поведала события последних месяцев своей жизни.

Оказывается всё можно уложить всего в пару предложений, но за ними столько моих переживаний, столько слёз и нервов. Боюсь, что мне ещё немало предстоит пройти, чтобы устроить свою жизнь.

– Вот это поворот, – удивилась Дора. – Смотрю, женщины вашего рода имеют бунтарский характер.

На это я ничего не ответила, зато с удовольствием откусила мягкую булочку и запила её горячим чаем.

– Ну, ничего, Радол хоть и принимает ссыльных, да и жизнь здесь не мёд, но здесь люди попроще, чем в столице, многие остаются после ссылки. Здесь всегда есть работа, за которую тебе заплатят, есть свободная земля, которую можно получить бесплатно, есть жильё внаём за приемлемые деньги. Поэтому не думай, что здесь захолустная дыра, на самом деле, здесь, если приложить голову, то можно жить припеваючи. У нас тут даже дворянство, какое-никакое есть, правда, сплошь все неугодные тоже, но и они устроились.

– А как же набеги степняков?

Не то чтобы я очень боялась подобного. Стычки на границе время от времени случались, но последняя была лет пять назад и не здесь.

– Набеги случаются, мелкие так почти каждый год, но наш комендант держит в крепких руках солдат и ополчение, да и стражей грамотно руководит.

– А в газетах писали, что последний набег был больше пяти лет назад, – удивилась я.

– Так-то был настоящий набег, это когда большой отряд степняков нападает, а мелкие разъезды всё время огрызаются. На Радол и вправду большой набег собрали лет так десять назад.

– И не боитесь?

– Боимся, конечно, – покивал головой Дора, – случается, что и убивают горожан. На такие случаи амулеты есть сигнальные. Ты, надеюсь, тоже получила такой?

– Да, но, признаться честно, думала это излишняя настороженность.

– Нет, это правильный подход к безопасности всего города и лично каждого жителя.

– Вот теперь мне даже жутко стало, – я действительно представила, каково это – оказаться посреди битвы, когда степняки на своих лошадях грозятся затоптать или зарубить кривыми саблями. Жуть!

– До середины лета можно ничего не опасаться, степняки раньше не появятся, праздник у них. А вот потом, как невест станут искать, так к нам и будут пробовать пробиться за добром. Но в последнее время их почти не видно, тяжко им, зажаты между нами и морем, не знают, куда деться.

Признаться, слова тётушки Доры меня изрядно напугали, я даже не представляла, как отбиться в случае нападения. Может купить какой боевой амулет или магострел? Правда, я ни тем ни другим пользоваться не умею, но научиться-то возможно.

– Огород-то будешь держать или всё в городе станешь покупать? – сменила тему тётушка Дора, принимаясь за вторую булочку. Я тоже не стала себе отказывать, к тому же за последнее время и так побаловать себя было нечем.

– Да хотела бы, правда, мало что в этом понимаю, и не знаю, не опоздала ли с посадкой.

– Нет. А вот огород Янира уже лет пять не сажала, копать его надо хорошенько. Поэтому сама даже не думай, найми мужиков.

– Да было бы на что, – вздохнула печально.

– Ну с наймом я тебе помогу, знаю, кто за такую работу цену малую возьмёт. Да и об отсрочке договориться можно, ссыльным-то торопиться некуда. И семян, какие попроще, отсыплю. Всю зиму, конечно, на том, что вырастет, ты себя не прокормишь, но сэкономить получится. А там и опыта наберёшься.

– Спасибо вам, тётушка Дора, – искренне поблагодарила.

На глаза слёзы навернулись. Незнакомая женщина, а столько участия. Но я их с лёгкостью сдержала. Вообще, я себе запретила плакать. Когда казнили отца, каким бы он ни был, но мне было жаль его, и я его любила по-своему, как и все дети своих родителей. Тогда я запретила себе сдаваться и плакать. Жизнь идёт дальше, и я пытаюсь видеть в ней новое начало, пусть и с таким грузом прошлых ошибок. А слёзы? Что ж, всплакнуть изредка можно, а вот жалеть себя под слёзы глупо.

Глава 6

Утром за мной прибежал мальчишка подросток. Он постучал в дверь, когда я заканчивала простой завтрак из каши и травяного отвара.

– Доброго дня, – поздоровался вихрастый рыжий паренёк. – Госпожа Норн?

– Да, доброго дня, – не улыбнуться такому милому парнишке просто невозможно.

– Меня послал мастер Увер, наказал проводить вас до шахт.

– О, это хорошо, спасибо. Обожди пару минут, я накину шаль.

В доме я быстро схватила шаль, которую нашла в бабушкиных вещах. По утрам всё ещё было прохладно. Весна только расходилась в солнечных лучах и сочной зелени. Закрыла дом, ничего брать не стала, поскольку непонятно, как надолго меня пригласили.

Мы быстро прошли по тихой ещё улочке, кое-где правда уже виднелись соседи, которые занимались ранними делами в своих хозяйствах.

На воротах стояли бодрые стражники, новая смена, сменившая ночную. Они поздоровались с мальчиком и кивнули мне. Радол небольшой город, и тут, так или иначе, но все знают друг друга.

Мы свернули от восточных ворот налево и пошли по неширокой улице, застроенной двухэтажными домами. Здесь не было лавок, но на первых этажах попадались мастерские и конторы клерков. Парнишка споро шагал, изредка поглядывая, но вопросов не задавал.

Похоже, что наш путь лежал к южным воротам. Вчера тётушка Дора говорила, что шахты находятся южнее города, не думала, что они так близко к городу. Но оказалось, что я не права. За южными воротами нас ждала запряжённая парой лошадей большая телега с сиденьями, к которой подходили люди.

– Вот отсюда вас будет забирать каждый день телега. Извозчики развозят работающих горожан дважды в день. Если опоздаете, то придётся добираться самой. Это не так уж далеко, но часик придётся протопать ногами.

– Я думала, что в шахтах работает гораздо больше людей, – прикинув количество мест в телеге.

– Конечно, – серьёзно кивнул мальчик, – но это транспорт только для свободных горожан. Ссыльные, стражники и солдаты добираются отдельно, у них свой транспорт. Это, – он кивнул на телегу, – для вольнонаёмных.

– Хм, понятно.

Мы с моим юным провожатым забрались в повозку. Места быстро заполнялись, и вскоре наш нехитрый транспорт уже споро катил по утрамбованной дороге, увозя нас от города.

Местность вокруг Радола лесами не изобиловала, наоборот, поверхность была ровной, складок местности практически не было, и деревья попадались редко. Фактически отсюда начинались северные степи. Здесь в Радоле почва ещё была достаточно плодородна, чтобы давать относительно неплохой урожай, а вот дальше, чем ближе к Стальному морю, тем меньше будет растительности, которая сначала сменится чахлыми деревцами, а потом и вовсе каменистым плато, которое оборвётся у моря. Наше королевство не имело выхода к Стальному морю, да и не особенно стремилось к нему. Зачем присоединять к себе земли, которые не родили и не несли в своих недрах ничего полезного. Из-за особенностей изреза материка выход к Стальному морю со стороны нашего королевства невозможен. Когда—то, когда у степняков было своё царство, были суровые и грозные ухолы, вёдшие свой народ к новым землям, говорят, тогда они строили огромные подъёмные механизмы для спуска и подъёма кораблей, чтобы отправиться бороздить холодные воды моря. Да, степняки когда-то были весьма сильны, магически одарены и, главное, умны. А потом что—то такое у них случилось пару тысяч лет назад, что разрушило их страну и превратило из сильнейшей цивилизации в полудиких аборигенов, которые не додумываются откочевать восточнее, где земли и климат приятнее, да и с соседями можно договориться. Все эти мысли проносились в моей голове, пока мы проезжали среди разнотравья с редкими невысокими деревцами.

Минут через десять вдали завиднелись невысокие строения и дым из печной трубы.

– А вот и шахты, – кивнул в ту сторону мальчик.

Я внимательно следила, как мы приближаемся. Вот показалось длинное одноэтажное здание с несколькими входами, уже сейчас у каждого входа толпился народ, не много, но у каждой двери по два—три человека. За ним были разбросаны несколько маленьких домиков, из трубы одного из них вился сизый дымок. А чуть поодаль виднелись несколько входов в шахты, которые выглядели как деревянные входы в кротовьи норы. Ни разу в жизни не видела ничего подобного. Мне казалось, что это должно было быть более масштабным что ли, или аккуратным. А эти шахты выглядят неряшливо и словно вот-вот развалятся. Так и не скажешь, что добывают здесь дорогую орту. А где же подъёмные механизмы, вагонетки на рельсовой дороге, о которых я читала? Вблизи стало видно, что минерал поднимают на поверхность по старинке: шахтёры толкают перед собой тележки с ортой по пологому спуску шахты, а дальше выгружают их в отвал, где несколько человек вручную сортируют породу, разбирая на отдельные кучки. Хм, тогда что за очередь в том длинном здании?