Академия Иммерсии 2: Право Истинных

– Красиво, правда? – голос прозвучал мягко, почти шепотом.

Я перевел взгляд с пейзажа на свою пару. Ее лицо, освещенное серебристым светом, казалось еще более прекрасным.

– Очень!

– Ты был молчаливым весь вечер. Даже с Майей не препирался. О чём думал? – спросила она, не отрывая взгляда от луны.

Я замялся, но потом решил, что сейчас, под ярким сиянием звёзд, можно быть откровенным.

– О своих страхах, – наконец, сказал я. – Я... чертовски боюсь снова потерять контроль и снова… убить. Боюсь навредить тебе… или кому-то из наших.

Девушка повернулась ко мне, ее взгляд словно заглядывал прямо в душу. Она сделала шаг ближе, и я почувствовал тепло ладони, когда она осторожно коснулась моей.

– Мы все чего-то боимся, – тихо сказала она. – Но важно помнить, что ты уже не раз преодолевал страхи. И что ты теперь не один. Мы теперь вместе, сильнее... И справимся!

Ее слова звучали просто, но в них была такой эмоциональный посыл, что я на мгновение потерял дар речи. Лия подняла руку и нежно провела пальцами по моему виску, убирая прядь волос. Ее прикосновение было невесомым, как дуновение ветра.

– Ты должен верить в себя так же, как я верю в тебя, – добавила она.

Я кивнул, чувствуя, как любовь разливается по груди. Луна отражалась в лазурите ее глаз, и на мгновение я подумал, что с наслаждением бы утонул в этом взгляде. Лия привстала на цыпочки и осторожно коснулась губами моего лба. Этот жест был таким простым, но в нём было всё: поддержка, понимание, любовь.

Я крепко обнял ее и закрыл глаза, запоминая этот момент.

На следующий день Элеррион решил усложнить тренировки. Мы собрались на центральной площадке, окруженной кристаллами, отбрасывающими на землю калейдоскоп световых узоров. Преподаватель стоял в центре, его взгляд был строгим, но воодушевляющим.

– Задача на сегодня – проверить вашу реакцию и способность работать в команде, – объявил он. – Я создам иллюзию противника. Леонид, твоя задача – отслеживать его поведение, реагируя на атаки. Майя и Северрин помогут отвлекать цель.

Я кивнул, чувствуя, как адреналин начинает бурлить в венах. Волчонку определенно нравилось это задание. Элеррион взмахнул рукой, и перед нами появился образ массивного ликана с красными горящими глазами. Удивительно, но соперник был максимально реалистичным. Он двигался быстро, и даже шаги звучали глухо, словно виртуальный облик имел вес.

– Готов? – спросил Элеррион.

Я кивнул, переходя в ликанскую форму. Мое тело напряглось, но я чувствовал, что контроль стал более естественным. Существо бросилось вперед, и я, доверившись инстинктам, уклонился. Майя метнула что-то сверкающее, отвлекая противника, а Северрин обрушился на него сбоку, добавляя хаоса в его движения. Однако псевдоликан четко атаковал только меня.

Пришлось сосредоточиться на том, чтобы считывать движения соперника, искать его слабые стороны. Один прыжок, второй – я уклонялся, атаковал, чувствовал, как мои рефлексы становятся острее. На краю сознания ощущал подпитку энергией от кристаллов, восстанавливающих потери магических сил. Это было в какой-то степени даже приятно. С каждой минутой я всё больше доверял своему телу, и даже зверь внутри меня казался спокойно-сосредоточенным.

Когда иллюзия рассеялась, я, запыхавшись, тяжело дышал, но чувствовал себя победителем. Элеррион, сложив руки на груди, одобрительно кивнул.

– Хорошо. Ты матереешь, Леонид. Но не забывай, что реальный бой будет еще сложнее.

Вечером, когда лагерь снова погрузился в тишину, ДраКоша вдруг забеспокоился. Его маленькая фигура появилась у моего плеча, и он нервно крутил своим драконьим хвостом.

– Что случилось? – спросил я, глядя на него.

– Не знаю, Лёнь, – ответил он, голос был необычно серьезен. – В кристаллах что-то странное. Я чувствую… их неустойчивость. Но не понимаю, какую. Будь внимателен.

Я огляделся, но вокруг всё было спокойно. Кристаллы мягко светились в свете луны, лагерь выглядел умиротворенным. Но слова ДраКоши осели в подсознании. Раз мой фамильяр считает, что что-то не так, я постараюсь быть начеку. А сейчас, пора спать. Завтра нас ждет очередной день, полный испытаний.

***

Часы, дни, а может, недели слились для меня в один мутный водоворот сплошных заданий, схваток и тренировок.

Сколько времени мы уже на Лунных Террасах?

Пятнадцать дней? Месяц? Я не считал. В этом месте время казалось растянутым, словно резинка от старых семейных трусов.

День за днем начинался одинаково: до рассвета Элеррион вытаскивал меня из палатки и заставлял работать на износ. Тренировки становились всё сложнее. Удары в ближнем бою, отработка реакции, прыжки с кристалла на кристалл, балансировка на острых скалах в облике ликана. После обеда начинался черед поединков. Я бился со всеми, кроме Лианы. Та категорически отказывалась вставать в спарринг со мной. Иногда казалось, что оборотень нарочно придумывает для меня какую-то извращенную полосу препятствий. Но с каждым днем я чувствовал, как тело становилось сильнее, а магия крови текла в венах увереннее и послушнее, словно признавая во мне хозяина.

Трансформации перестали быть болезненными. Я мог дольше оставаться в форме ликана, не истощаясь, и даже находил в ней что-то естественное и приятное. Волчье зрение и слух помогали замечать малейшие изменения вокруг, а звериная реакция превращала меня в почти идеальную машину для схваток.

Но цена была велика. К вечеру я валился с ног, забывая про всё, включая ужин. Лиана с Майей уже несколько раз будили меня и кормили почти насильно.

– Лёнь, ты скоро сдохнешь, если будешь так задницу рвать, – говорила Майя, заталкивая мне в рот ложку тушеного мяса. – Какой из тебя получится вожак, если ты отключишься на собственной коронации?

Лиана, сидя рядом, качала головой и говорила тише:

– Она права. Ты должен учиться беречь себя, Пепельный.

Я что-то бормотал в ответ, не в силах открыть глаза. Сон валил с ног, и я погружался в темноту без снов быстрее, чем успевал сказать им обеим спасибо.

Так и проходили дни. Я просыпался на следующее утро, возвращался в каменные лабиринты Лунных Террас, и всё повторялось сначала. Кристаллы, что окружали нас, стали привычной частью жизни, их мягкое свечение казалось почти дружелюбным.

А я... совсем забыл слова ДраКоши.

Придурок...

«В этом месте что-то не так, бро, – говорил он мне почти две недели назад. – Эти кристаллы не просто светятся. Я чувствую разрывы в эфире, как будто граница миров истончается».

Тогда я не придал этому значения. А зря.

Это случилось в полдень. Небо над нами было привычно чистым, а воздух неподвижным, как всегда. Я в человеческом облике отрабатывал удары на импровизированном полигоне, где Элеррион гонял меня по кругу, а Северрин с Пчёлкой наблюдали, хихикая над моими неловкими попытками удержать баланс на скользкой поверхности. Я почти не слышал их, сосредоточившись на движениях. Мои мышцы уже не ныли так сильно, как раньше – организм явно привык к нагрузкам.

А потом я почувствовал это.

Вибрация пробежала по земле. Гул, который сначала показался мне камнепадом. Но когда я взглянул на кристаллы, кровь в жилах похолодела. Вместо привычного мягкого света они вспыхнули искаженным тревожным мерцанием. Поверхность одного из каменных шпилей начала дрожать, а отражение его света собралось в одну точку, словно кто-то сжимал его в кулаке.

– Что это?! – крикнула Майя, вскочив на ноги.

Я не успел ответить. Воздух перед нами вдруг разорвался, вспыхнув кроваво-красными брызгами света. В метре над землей возник черный провал портала. Его края извивались, будто живые. Из непроглядного разрыва донесся низкий рев, который пробирал до костей. А через мгновение оттуда выползло… Оно.

– Химера! – прорычал Элеррион, стремительно принимавший облик ликана.

Первым из портала показалось львиное тело: мощное, покрытое грязной сбившейся шерстью, из-за которой оно выглядело болезненно изуродованным. Каждая мышца перекатывалась под кожей, будто вот-вот готовилась к убийственному прыжку. Жуткое чувство неправильности усилилось, когда я взглянул на спину нежданного гостя. Там, между лопатками, будто вросшая в плоть, торчала голова козла с дьявольскими красными глазами и витыми рогами, словно пропитанными кровью. Козлиная харя издала визгливый заунывный крик, в котором слышалась какая-то проклятая древняя мольба. Как будто сам ад выплюнул этого монстра к нам на поляну. Но противнее всего был хвост. Длинный, покрытый крупной чешуей, он изгибался с грацией кобры, а его конец увенчивала голова огромного змея с раскрытой пастью. Тягучие капли яда с двух огромных клыков с шипением падали на камни, прожигая их насквозь.

Мое сердце замолотило так, что, казалось, готово было разорвать грудную клетку.

Вот это химера?!

Эта тварь не походила на образы из лекций Мелиодоры. Она выглядела именно так, как ее рисовали художники с Земли – воплощением самого мерзкого, чуждого и неправильного ужаса. Аура, исходившая от химеры, пронизывала магические потоки вокруг, разрывая их в клочья. Воняло жутко. Мне было тяжело дышать рядом с тварью, словно воздух заполнился ядовитым туманом.

Я застыл, будучи не в силах сдвинуться и не понимая, что делать. Магия крови в этом существе была какой-то неправильной и темной. Я видел ее, как черные потоки разрывали магическую структуру вокруг химеры. Злоба, ненависть и хаос сочились из твари, словно из язв.

– Ее не должно быть здесь! – прорычал ликан Элерриона, мгновенно принимая боевую стойку. – Все в стороны! Майя, Северрин, не подпускайте ее к Леониду с Лианой!

Существо, осмотрев поляну слезящимся воспаленным взглядом, рыкнуло и рвануло прямо на меня. Львиные лапы в чешуйчатой коже и с длинными когтями оставляли глубокие вмятины в камне. Я с трудом пришел в себя и в последний момент инстинктивно успел отпрыгнуть в сторону. Земля в том месте, где я стоял, вспыхнула огнем, когда химера выдохнула что-то, похожее на жидкий огонь.

– Лёня, в форму! – вскрикнул ДраКоша, кружась перед тварью, пытаясь отвлечь ее на себя.

Я активировал магию крови, позволяя зверю внутри освободиться. Обращение произошло стремительно под звуки трескающейся рубашки. Я почувствовал, как потоки сил хлынули в мое тело. Облик ликана позволил мне быстрее оценивать ситуацию. Химера предстала чудовищем из кошмара. Ее движения были непредсказуемыми: хвост-змея метался из стороны в сторону, голова козла издавала визгливые заклинания, а пасть, похожая на львиную, разрывала воздух рычанием и клубами огня.

– Лиана! – я рыкнул, перекатываясь и прикрываясь лапой от очередного огненного плевка. – Держись подальше!

– Не командуй! – отрезала девушка, уже вытягивая руки, чтобы создать защитный барьер.

Ликан Северрина метнулся к боку химеры, отвлекая внимание. Майя метнула в нее вытащенный из земли огромный кристалл, который вспыхнул магическим светом и взорвался прямо под лапами. Существо на мгновение застыло, оглушенное.

Я не стал ждать. С силой рванул вперед и врезался в бок твари, сбивая ее с ног. Но, тут же почувствовал укус змеи на своем хвосте – клыки впились в лохматый орган, и боль пронзила сознание. Я взвыл, вырвавшись и откатившись назад, а химера стремительно вернулась на свои четыре конечности.

– Сосредоточьтесь! – крикнул Элеррион, пытаясь зайти противнику в тыл. – Вы чувствуете ее темную магию? Ищите слабость!

Гул в ушах, словно далекий набат, заполнил разум. Жжение от укуса перетекало с хвоста на позвоночник.

«Вряд ли эта тварь чистит зубы, наверняка заразу мне занесла», – мелькнула мысль.

Я чувствовал, как земля дрожит под лапами, а воздух вокруг наполняется гарью и чем-то жгучим. Химера стояла перед нами, оскалив львиную пасть, выбирая цель для атаки. Ее оранжевые глаза мерцали зловещим светом, а змеиный хвост с шипением изгибался, готовясь нанести удар.

– Вперед! – крикнул Элеррион, пытаясь перекричать рычание существа.

Волчонок внутри взревел от ярости, я больше не стал его сдерживать и бросился вперед, почти не касаясь лапами земли. Вокруг меня мелькали вспышки кристаллов, но я видел только цель. Бок химеры казался мне самым уязвимым местом, и я врезался в него со всей силы. Когти вошли в плоть, но недостаточно глубоко. Кожа была толстой и плотной, словно доспехи. Химера взревела так, что заложило уши, и врезала мне задней лапой.

Мир взорвался искрами боли. Я отлетел на несколько метров, глухо ударившись о большой камень. Воздух из легких вышибло, а в рёбрах что-то хрустнуло. Лиана, в форме волчицы зарычала где-то справа и прыгнула на монстра, целясь в основание змеиного хвоста. Она успела вцепиться зубами в копчик твари, но башка змеи заметила это. Она пронзила воздух со зловещим шипением и ударила ее в бок, сбивая в полете. Лиана с визгом упала на землю, но тут же вскочила. В глазах волчицы не было ни тени страха. Белоснежную шерсть задней лапы пересекала алая линия раны.

– Лёнька! Вставай! – крикнула Майя, ее голос звенел от напряжения.

Она стояла в своей боевой форме на камне и чертила магические символы в воздухе. Алый свет окутывал руки оркши, превращаясь в магический клинок, который она метнула в голову козла. Лезвие ударило в шею, но лишь отскочило с оглушительной вспышкой. Голова козла взвизгнула, а его вертикальные прямоугольные зрачки уставились на Пчёлку с лютой ненавистью.

Северрин рванулся вперед, используя силу магии крови, чтобы ускорить свои движения. Он метался из стороны в сторону, будто тень, нанося быстрые удары по конечностям чудовища. ДраКоша кружил над химерой, испуская тонкие линии молний. Разряды осыпали спину химеры, но казалось, что они лишь раздражали ее.

Туманники ржали и метались в панике. Двое из них, перепуганных и дезориентированных, бросились бежать прямо в гущу сражения, попавшись в змеиную пасть. Хвост с оглушительным щелчком сомкнулся на шее первого. Животное рухнуло на землю, дико заржало, а кровь из яремной вены густо оросила кристаллы неподалеку. Второй туманник, вздыбившись, попытался убежать, но когти химеры вонзились ему в бок, разрывая плоть до самых рёбер. Предсмертные стоны жеребца пронзили до глубины души.

– Чёрт возьми! Сука какая! – выдохнул я, сжимая лапы в кулаки.

Боль от гибели славных животных и тяжёлый аромат пролитой крови смешались с яростью и отчаянием. Мой зверь внутри взбеленился, требуя мщения.

– Леонид! Не теряй голову! – Элеррион размахивал руками, создавая кровавые нити барьера, но чудовище не давало ему приблизиться.

Огненный поток из пасти льва заставлял преподавателя каждый раз уклоняться, прерывая плетение ловушки.

Я уже не мог позволить себе остановиться. Ярость, боль, кровь и желание защитить свою пару стали моими союзниками. Я снова бросился вперед, когти сжимались, пасть оскалилась. Я нацелился на львиную гриву и прыгнул, стараясь ухватиться за нее. Внезапно голова козла дернулась, и пасть чудовища раскрылась мне навстречу. Я не успел среагировать.

Укус! Удар!

Огонь обжег мне бок, кожа вспыхнула жаром, и я покатился по гравию, тяжело дыша. Опаленный бок начал пульсировать болью. Я с трудом поднялся на колени. Слюна стекала с моих клыков, а мир перед глазами расплывался.

«Лёня! Держись!» – Лиана была рядом, ее шерсть была опалена уже в нескольких местах, но она встала между мной и химерой.

Я видел, как Элеррион отчаянно пытался закрыть нас обоих магией крови, но химера не собиралась ждать. Ее злоба и ярость были почти осязаемы. Я чувствовал ее на магическом уровне – черная отравляющая аура расплетала в стороны свои нити, словно из клубка тьмы.

Подобные твари не должны существовать ни в одном из миров!

И тогда я вспомнил о Сердце. Месте, где родная мне магия текла, словно река, где я мог бы попробовать справиться с этой тварью.

– С дороги! – прорычал я сквозь стиснутые зубы, грубо отталкивая свою волчицу с дороги.

Я стиснул когти и снова рванул вперед, удачно оседлав спину чудовища. Мои мышцы напряглись до предела, а когти соскальзывали с плотной шкуры. Магия внутри закипела. Электрические разряды прошли по телу, словно фитили фейерверка, готового рвануть в любой миг.

«Что ты творишь, бро?» – мысли ДраКоши, парящего в воздухе, дрожали от беспокойства.

«Пепельный! Нет!» – умоляющий голос Лианы в моём разуме умолял, но я не мог остановиться.

Я собрал все остатки электромагии, что были в резерве и сосредоточился на одной цели – создать портал. Я видел, как подо мной с химерой воздух вспыхивает синим светом, как земля трескается, создавая магический вихрь.

– Уйдите с дороги! – взревел я, чувствуя, как химера бьется, пытаясь сбросить меня.

Внезапно почва под нами исчезла. Я видел только свет и тьму, смешавшиеся в хаотичный поток. Мы падали – я и химера. Клыки змеиного хвоста впились мне в плечо, и боль с новой силой пронзила тело. Но я не отпускал. Я держал эту гадину, цепляясь за последнее ощущение реальности.

– Ты со мной не справишься… Падла... – прошептал я сквозь сжатые зубы.

Мир исчез, поглотив нас обоих. Темнота накрыла, как плотное одеяло, и я чувствовал, как каждый нерв внутри меня пылает.

В голове колотилась единственная мысль: «Пусть это будет не зря!»

***

Хлебный аромат заполнял небольшую кухню. В мягком утреннем свете дымка, поднимающаяся от свежеиспеченного каравая, лениво клубилась, не спеша покидать протопленный дом. Лоррентия вынула из печи последний противень, поставила его на грубо сколоченный деревянный стол и вытерла лоб тыльной стороной ладони. Жизнь королевы, когда-то полная роскоши, свелась к простым монотонным будням: тесто, дрова, вода. И всё же в этом образе простой волчицы было что-то настоящее, что-то, чего ей не хватало все предыдущие годы.

Светлые волосы Лорры, прежде укладываемые в сложные королевские прически, теперь были заплетены в простую тугую косу, спадающую на спину. Ее кожа потемнела под солнцем, плечи окрепли от постоянной работы, а взгляд стал тверже, чем когда-либо. Простое платье темного цвета и грубый передник не выдавали в ней королеву. Здесь, в этой далекой деревне, все звали ее просто Лорра. И она не возражала.

За окном раздался скрип хлебной тележки, и через минуту дверь в дом распахнулась. Элиас, запыхавшийся и запыленный после пути, вошел внутрь, держа в руках пустые корзины из-под выпечки. Его глаза, обычно спокойные, сейчас горели тревогой.

– Что-то случилось? – спросила Лоррентия, оборачиваясь к нему. В ее голосе не было испуга, только готовность к любому удару.

Элиас кивнул и опустил корзины на пол.

– Да. Делегация Северных уже в городе. Посольство едет к столице. Я видел, как Свигорр входил в гостиницу на центральной площади.

Лорра замерла на мгновение. Измученное ожиданием сердце вдруг забилось быстрее.

– Свигорр, – прошептала она, всматриваясь в пол, словно сквозь него смотрела на далекого свекра. – Значит, отец Дамирра уже в городе. Это… это хорошо.

Элиас посмотрел на нее с тяжёлым выражением лица.

– Хорошо, но не для нас. Делегацию сопровождают волки канцлера. Элррик, похоже, решил подстраховаться. Я пытался подобраться поближе к вождю, но эти шакалы выставили посты на каждом шагу. Они проверяют всех, кто приближается к делегации. У нас нет шансов к нему подобраться.

Лоррентия медленно опустилась на скамью, нервно теребя подол испачканного мукой передника. Лицо ее стало напряженным, губы сжались в тонкую линию.

– Он не остановится. Элррик будет преследовать нас до тех пор, пока не уничтожит последнюю каплю крови Волкосветовых. Если он разделается со Свигорром на поединке, правда так и останется погребенной.

Элиас, стоявший в тени открытой двери, заговорил после короткой паузы:

– Ваше величество, мы должны пойти следом. Тихо, незаметно. Я помогу вам добраться до клана.

Лорра покачала головой.

– Ты не понимаешь, Элиас. Я не могу взять Айлин с Эльзой. Это будет слишком опасно. Они… они не должны пострадать из-за моих решений.

– Но… – начал Элиас, но Лорра подняла руку, останавливая его.

– Ты останешься здесь с ними. Я пойду одна.

Элиас нахмурился и скрестил руки на груди.

– Ни за что. Я не оставлю свою королеву одну! Вы не дойдете. А девочки... мы наверняка что-то придумаем.

– Мы договоримся с Ливианой, – твердо сказала Лорра. – Она добрая женщина. Она присмотрит за ними. Принцессы сильные, Элиас. А если что-то пойдет не так… род Волкосветовых продолжится в их потомках.

В этот момент дверь спальни девочек приоткрылась, и в кухню заглянули две чумазые мордашки. Айлин, старшая, с распущенными светлыми волосами и серьезным взглядом, держала за руку Эльзу, которая испуганно прижимала к груди старую тряпичную куклу.

– Мама, мы всё слышали. Ты снова куда-то уходишь? – спросила Айлин, ее голос дрогнул. – И не собираешься брать нас с собой?

Лорра поднялась и подошла к дочерям. Она опустилась на колени перед ними, взяв обеих за руки.

– Дорогие мои, – начала она тихо, – я должна сделать это для вас. Если я не вернусь… Вы будете жить. Вы станете теми, кем предназначено быть. Ваш отец верил в нас, и я верю в вас. Лин, как старшая, ты должна будешь позаботиться о сестре, пока меня не будет. Хорошо?

Айлин упрямо мотнула головой, слёзы потекли по ее щекам.

– Нет! Мы не хотим оставаться! Мы будем слушаться, мы не помеха…

Лорра обняла дочерей, прижимая к себе. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула и шепотом произнесла:

– Вы должны остаться. Это не обсуждается. Я люблю вас больше жизни.

Элиас отвел взгляд, не выдержав сцены. Ливиана, полная женщина с добрым лицом, стояла в проёме двери, вытирая руки о фартук. Она явно слышала последние фразы своих подселенцев.

– Я позабочусь о них, как о своих родных, Лорра, – уверенно произнесла она.

Лоррентия поднялась, поцеловала обеих дочерей в макушки и отвернулась, прежде чем те успели снова возразить.

***

Раннее утро окутало деревню серым туманом, пригнанным ветром с соседних болот. Дыхание казалось густым и холодным, просачиваясь сквозь легкие слои одежды. Ливиана дремала у очага, девочки спали, сбившись в один клубок на кровати. Лорра в простой крестьянской одежде стояла у дверей спальни, сжимая в руке небольшую котомку.

Элиас ждал снаружи. Он уже подготовился к продолжительному переходу.

– Готовы? – тихо спросил он, заглянув в дом.

Лорра кивнула, оглянулась на спящих дочерей в последний раз и тихо вышла. Дверь закрылась за ней с мягким скрипом.

Они тронулись в путь, оставив позади небольшой домик с хлебным духом, на котором замер их мир. Туман поглотил звуки шагов, а деревенская жизнь продолжила свой привычный бесконечный круг, будто ничего и не произошло.

Глава 23. В этом мире тяжело понять лишь одного человека… Себя…

Нельзя надежды вечно подавать,

Как светлый миг, что скрыт за облаками.

Пора придет, придется доказать

Делами то, чего ты стоишь, не словами.

Волчица не могла отвести взгляд от клочка земли, где секунду назад сомкнулся портал, поглотивший химеру вместе с ее возлюбленным. Камни обуглились, редкая трава сморщилась и почернела, словно сама природа попыталась забыть это инородное вторжение. Воздух, казалось, дрожал, насыщенный остаточной магией, которая всё еще разъедала сознание. Сердце истинного зверя Лианы билось так, будто пыталось вырваться из грудной клетки, но всё, что она чувствовала, была боль. Словно кто-то вырвал из нее половину души и оставил пустую одинокую оболочку. Волчица, прихрамывая, подошла к месту, где погас портал, и вернулась в человеческую форму. Пронизывающий ветер хлестал по обнаженной коже, но Лиана этого даже не заметила.

– Нет… – прошептала она, ее голос был таким слабым, что казалось, растворялся в воздухе. – Нет… Нет. Нет! Лёнечка!

Ее руки судорожно начали разгребать землю и гравий, разбрасывая их в стороны. Острая боль от царапин и мелких порезов ее не остановила.

– Он не мог… Он не мог просто исчезнуть! – кричала она, не обращая внимания на свою кровь, что активно смешивалась с грязью.

Лиана не видела ничего, кроме этого обугленного участка, который стал последним следом Леонида.

Ее плеча коснулась рука, мягкая, но настойчивая.

– Ли, хватит. Ты не сможешь его вернуть вот так, – голос Майи был хриплым, но твердым.

Она пыталась удержать подругу, но Лиана вырвалась и снова принялась копать, как будто жизнь зависела только от этого.

– Отпусти! – выкрикнула Лиана, ее голос дрожал от смеси горя и ярости. – Если я не сделаю этого, кто тогда?!

Майя накинула на подругу свой жилет и присела рядом, стараясь удержать девушку за плечи. Взгляд оркши был полон отчаянного сочувствия.

Элеррион, вернувшийся в человеческий облик, облачаясь в запасную одежду, молча наблюдал за происходящим. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась тревожная задумчивость. Северрин, с трудом поднявшись на ноги, держался за раненый бок. Его взгляд метался между Лианой и местом, где растворился портал. Он-то знал, что произошло, но произнести это вслух было непросто.