Пираты и тайна моря: чаша силы

– Нам пора! – поправив белые перчатки, произнесла мать, подхватив мужа под руку, после направились все к выходу.

Перед выходом Анна обернулась к Клариссе и улыбнулась. Та тихо прошептала:

– Всё будет хорошо!

– Спасибо, – ответила Анна, и приобняла её на прощанье.

Как только дверь за ними закрылась, Кларисса вздохнула и, подхватив подол платья, бросилась к другим служанкам, уже столпившимся в коридоре.

– Уехали! Теперь за работу! Быстрее, быстрее! – хлопая в ладоши.

Огромная площадь, вымощенная серым камнем, раскинулась под ослепительно синим небом. Воздух был неподвижен, и только легкий запах моря напоминал о близости гавани. Толпа, одетая в праздничные наряды, заполнила трибуны, а по краям площади, сверкая на солнце штыками, стояли в безупречном строю гвардейцы.

Анна, приподнявшись на цыпочках, вдруг узнала среди солдат знакомое лицо – это был Глен. Не сдержав улыбки, она помахала ему рукой, но тот, словно каменное изваяние, даже глазом не моргнул, продолжая смотреть прямо перед собой.

– Анна! – отец резко одернул её, нахмурив брови. – Так вести себя неприлично!

– Простите, папа… – она потупила взгляд, чувствуя, как горячая волна стыда разливается по щекам.

Рядом мать отчаянно обмахивалась веером из слоновой кости:

– Господи, когда же они начнут? Невыносимо жарко! – её голос дрожал от раздражения.

– Терпение, дорогая, – достав белоснежный платок, протерев пот со лба. – Скоро…

– У меня больше нет сил! – дополнила она, начав сильнее размахивать веером.

В этот момент громкие звуки фанфар разнеслись над площадью, заставив толпу затихнуть.

– Наконец-то! – с облегчением воскликнула мать, присев по удобнее, направив все свое внимание на гвардейцев.

Командор, высокий мужчина с седыми висками и орлиным профилем, чёрными сапогами отбивая шаг, вышел на середину площади. Его голос, привыкший перекрывать шум моря, гулко разнёсся в тишине:

– Гвардейцы! Смирно!

Он медленно прошёл вдоль строя, его пронзительный взгляд будто пробовал на прочность каждого солдата. Затем резко повернулся:

– Оружие!

Сотни винтовок с блестящими штыками поднялись в воздух одновременно, будто управляемые одной невидимой силой.

– Приготовиться!

Лезвия взметнулись вверх, создавая сверкающую стену стали. Командор направился к деревянному павильону, украшенному гербами, где его ждал лорд Грейвз – важная фигура в расшитом золотом камзоле.

– Милорд! – командор отдал честь, его голос внезапно приобрёл почтительные нотки.

Лорд неспешно подошёл к резному столу из красного дерева, взял перо и с лёгким шорохом подписал пергамент, затем с нажимом поставил печать. Воцарилась торжественная тишина, когда он протянул документ командиру:

– От имени Его Величества, за бесчисленные заслуги перед короной, за отвагу, проявленную в сражениях, и за непоколебимую честь… – он сделал драматическую паузу, – я присваиваю вам звание адмирала флота Его Величества.

Толпа взорвалась аплодисментами. Фанфары прозвучали снова, их медные голоса отражались от каменных стен окружающих зданий.

Лорд взял со стола лакированную шкатулку из чёрного дерева. Когда он открыл крышку, в солнечных лучах вспыхнуло золото – это был изысканный мушкетон с прикладом из слоновой кости, украшенный королевским гербом.

– Его Величество лично выбрал этот дар для вас, – сказал лорд, и в его голосе впервые появились тёплые нотки.

Новый адмирал, слегка дрожащими руками приняв оружие, склонив голову:

– Передайте Его Величеству мою глубочайшую благодарность. Это высокая честь для меня.

В этот момент к павильону подошло семейство губернатора. Анна шла между родителями, её нежно-голубое платье выделялось в толпе.

– Милорд, – сказал отец Анны, склонив голову.

– А… Губернатор Сноу. – С иронией проговорил Лорд. – Вы тоже тут.

– Позвольте и мне поздравить Адмирала.

– Разумеется. – Сделав шаг в сторону.

Мать Анны опрокинула свой осуждающий взгляд на лорда, но тут же приковала свое внимание на адмирала.

Отец Анны повернулся к виновнику торжества и с церемонной улыбкой протянул изящные ножны:

– Для нового адмирала – новая шпага. Надеюсь, она будет служить вам так же верно, как вы служите короне.

Адмирал вынул клинок – сталь сверкнула голубоватым отливом. Проверив гибкость лезвия, он вложил шпагу обратно:

– Благодарю вас, губернатор. Это поистине королевский подарок.

Лорд Грейвз, тем временем, занял позицию у стола, его пальцы нервно барабанили по дереву:

– Губернатор Сноу, – его голос внезапно стал холодным, – у короля есть вопросы относительно… пиратской активности у ваших берегов.

– Пиратов? – Анна не смогла сдержаться, её глаза расширились от любопытства.

Мать мгновенно схватила её за руку:

– Мы идём! – её шёпот был резким, как удар хлыста. Уводя дочь, она бросила лорду извиняющийся взгляд: – Простите её, милорд, юность глупа и любопытна.

Оттащив Анну в сторону, мать заговорила сквозь зубы:

– Сколько раз я говорила тебе держать язык за зубами!

– Но мама, там же говорили о настоящих пиратах! – Анна пыталась вырваться.

– Вспомни сказку, которую я тебе рассказывала в детстве! Чем она закончилась?

– Но это же просто сказка…

– За каждым вымыслом стоит правда! – мать сжала её запястье так сильно, что стало больно.

– Ай… ты делаешь мне больно. – Вскрикнула Анна от боли.

– Пираты – это не романтичные авантюристы, а грязные убийцы. Забудь о них!

Тем временем разговор у павильона становился всё напряжённее. Лорд Грейвз, говорил адмиралу:

– Его Величество ожидает результатов. Помните об этом. Если вы не справитесь… на ваше место много претендентов.

Губернатор Сноу побледнел:

– Милорд, позвольте объяснить ситуацию…

– Объяснения излишни, – лорд резко поднял руку. – Указ короля обсуждению не подлежит. От вас, губернатор, зависит дальнейшая судьба адмирала.

Когда лорд удалился, оставив за собой шлейф тяжёлого молчания, адмирал обернулся к губернатору:

– Я сделаю всё возможное, чтобы пираты и близко не приближались к острову. – сжав губы от накатившей злости проговорил адмирал.

– Я в этом не сомневаюсь, – Губернатор наклонился ближе, его шёпот едва достигал уха адмирала, – Наш договор… он всё ещё в силе?

– Безусловно, – кивнул адмирал, затем бросил взгляд на удаляющуюся Анну. – Но ваша дочь…

– Не беспокойтесь. Она действительно любит, просто боится признаться в этом.

На площади снова заиграла музыка, но в воздухе уже витало предчувствие надвигающейся бури…

За окном сгущались сумерки, мерцающие свечи отбрасывали трепещущие тени на стены, а их колеблющийся свет играл на складках роскошного платья, в которое служанки облачали Анну. Кларисса, ловко управляясь со шнуровкой корсета, то и дело бросала взгляды на Анну, та ей рассказывала, как провела день на площади.

Внезапный стук в дверь.

– Анна, ты готова? – послышался нетерпеливый голос отца. – Гости давно собрались и уже начинают беспокоиться!

– Да! – вырвалось у Анны, и она тут же сделала глубокий вдох, словно пытаясь вобрать в себя всю волю, какая только была в её хрупком теле.

За дверью наступила пауза, затем голос прозвучал снова, теперь уже с оттенком беспокойства:

– У тебя всё в порядке?

– Всё просто замечательно! – Анна закусила губу и прошептала так, чтобы слышала только Кларисса: – Зачем вообще нужны эти жертвы?

– Анна… – снова раздался голос отца:

– С тобой точно всё хорошо?

– Передай гостям, что я спущусь через минуту! – голос Анны дрогнул, но она собралась с силами и добавила уже твёрже. – Все хорошо! – Когда шаги за дверью затихли, она обернулась к Клариссе, и в её глазах читалась настоящая паника: – Если… сегодня вечером со мной что-то случится, скажи отцу… скажи, что я сделала всё, что могла. Я не хотела его подвести.

– Полно тебе! – Кларисса взяла Анну за плечи и заглянула ей в глаза. – Все пройдет в лучших традициях. Раз я пообещала, что ты будешь блистать сегодня – значит, так и будет!

– Блистать? – горькая усмешка скользнула по губам Анны. – Я даже дышать нормально не могу в этом корсете! Какой тут блеск…

– Зато все взгляды будут прикованы только к тебе! – лукаво подмигнула Кларисса.

– О, в этом я не сомневаюсь, – вздохнула Анна.

– Ну вот и прекрасно! Теперь взгляни-ка на себя! – Кларисса бережно развернула её к зеркалу.

– Это… – Проговорила с восхищением Анна, увидев свое отражение. Белоснежное платье, украшенное жемчугом, переливалось от света свечей. А сложная прическа, украшенная большим цветком с боку, делал ее образ, по настоящему королевским.

– Ты прекрасна, – прошептала Кларисса.

– Да! – хором воскликнули служанки. – Вы выглядите потрясающе, мисс!

Все застыли в немом восхищении, как внезапно Кларисса воскликнула:

– Боже мой, я совсем забыла!

– Что? Что такое? – Анна инстинктивно прижала руку к груди, где бешено колотилось сердце.

–– Вот же! – Кларисса стремительно подбежала к комоду, открыла резную шкатулку и извлекла оттуда изящную шпильку в виде бабочки с сапфировыми вкраплениями. – Как я могла забыть! – Она ловко вплела украшение в причёску Анны. – Теперь-то уж точно всё готово!

Анна молча понаблюдала за Клариссой, затем снова повернулась к зеркалу. Её пальцы невольно потянулись к старинному ожерелью на шее – в ее взгляде читалось беспокойство. Кларисса, заметив это, тут же сделала знак служанкам:

– Спускайтесь вниз и предупредите гостей, что Анна уже выходит.

– Слушаемся, – кивнула старшая из служанок, и все они поспешили к двери.

Когда комната опустела, Кларисса мягко спросила:

– Вижу, что тебя что-то беспокоит!

– Я не знаю… – Анна отвернулась к окну, за которым уже опустилась ночная мгла, лишь блеклый свет луны, едва проникал в комнату. – А вдруг он… вдруг он совсем не тот, за кого себя выдаёт?

– Перестань! – Кларисса решительно взяла её за руки. – Ты сама себе накручиваешь! Всё будет прекрасно, вот увидишь!

– Ты действительно так думаешь?

– Я в этом уверена. Доверься мне.

Кларисса протянула руку, и после минутного колебания Анна с улыбкой на лице вложила в неё свою ладонь. Они уже направлялись к выходу, когда взгляд Клариссы упал на сверкнувший от света свечей медальон, лежащий у ножки кровати, который явно не должен был там находиться.

– Подожди! – резко остановила она Анну.

– Что? – та настороженно обернулась.

Не отвечая, Кларисса как под гипнозом подняла амулет и замерла – металл был неестественно холодным, несмотря на тепло в комнате

– Почему он здесь? – увидев в руках Клариссы медальон, шепотом спросила Анна.

Внезапно в комнате словно взорвалась ледяная буря, произошел сильный импульс. Свечи едва не погасли, заколебавшись в смертельной агонии, а Анна, пошатнувшись и схватившись за голову, еле удержалась на ногах.

– Анна! – обронив медальон, Кларисса бросилась к ней и подхватив ее. – Что случилось?

– Всё в порядке… Кажется… – Анна с трудом выпрямилась, её дыхание было прерывистым. – Просто… Голова вдруг закружилась… Что это было?

– Я не знаю… – та, подняв медальон сжала его в кулаке, затем резким движением швырнула в ящик комода. – Все неважно! Пойдём, гости ждут! «Всё будет хорошо», – она говорила это скорее для самоуспокоения, крепко сжимая руку Анны.

Когда они вышли в коридор, Кларисса на мгновение обернулась, бросив последний взгляд на злополучное место у кровати, но нехорошее предчувствие ее не покидало. «Что-то не так. Что-то… Очень опасное.», крутилось у нее в голове, но собравшись, она отбросила эти мысли в сторону.

В это же время, гости в нарядных костюмах и вечерних платьях, уже порядком уставшие от ожидания, перешёптывались, бросая нетерпеливые взгляды на широкую дубовую лестницу.

Внезапно музыка затихла, и воцарилась напряжённая тишина. Все взгляды устремились наверх, где на широкой площадке второго этажа появилась Анна. Её стройный силуэт вырисовывался на фоне высоких витражных окон. Она в сопровождении Клариссы медленно спускалась, бережно придерживая шлейф своего платья.

Каждый шаг Анны был исполнен грации, хоть и держа улыбку на лице, в ней все равно было беспокойство. Время от времени она бросала робкие взгляды на собравшихся гостей, и в эти мгновения в её глазах вспыхивали искорки смущения.

– Ты прекрасна, дорогая, – тихо произнёс отец, когда Анна приблизилась. Он бережно взял её руку, ощущая под пальцами лёгкую дрожь.

– Благодарю, – ответила она.

Кларисса, выполнив свою миссию, сделала лёгкий реверанс:

– Прошу простить меня.

Отец и дочь медленно направились к гостям. Шёпот восхищения пробежал по залу, когда все смогли рассмотреть Анну вблизи.

– Волнуешься? – спросил отец, наклоняясь к ней.

– Немного… – призналась она, чуть сжимая его руку.

– Ничего страшного, это нормально, – успокоил он, ласково погладив её пальцы.

В это время одна из почтенных дам, стоявшая рядом с матерью Анны, не смогла сдержать восхищения:

– Ваша дочь просто очаровательна!

– Благодарю вас, – с гордостью ответила мать.

Анна и отец подошли к центру зала, и тут же к Анне приблизился Глен.

– Ты великолепна, – взяв ее за руку и склонившись, с почтительностью поцеловал её кончики пальцев.

– Спасибо, – ответила Анна, чувствуя, как тепло разливается по щекам.

Глен выпрямился, затем, сделав шаг назад, изящно вытянул руку:

– Позвольте мне этот танец?

– С удовольствием, – улыбнулась она.

Оркестр заиграл медленный вальс, и пара закружилась в танце. Их движения были настолько гармоничны, что казалось – они танцуют вместе уже много лет. Вскоре к ним присоединились другие гости, включая родителей Анны.

– Они прекрасно смотрятся вместе, – заметила мать, наблюдая за парой.

Отец кивнул, но его взгляд стал задумчивым. Женщина, заметив это, тихо спросила:

– Ты уверен, что она согласится?

– Зная нашу дочь… – он вздохнул. – Нам остаётся только ждать.

– Я так переживаю… Всю ночь не могла уснуть!

– Не накручивай себя, – мягко сказал он. – Мы должны уважать её выбор, каким бы он ни был.

– Наверное, ты прав…

Когда последние аккорды вальса затихли, Анна хотела отойти к родителям, но Глен неожиданно опустился на одно колено. В зале мгновенно воцарилась тишина.

– Анна… – с волнением начал он. – С той самой минуты, как я тебя увидел, я понял – ты особенная. Твоя улыбка согревает моё сердце, твой смех звучит для меня прекраснее любой музыки.

В этот момент к ним подошла служанка, неся на бархатной алой подушке кольцо с крупным бриллиантом, окружённым мелкими сапфирами.

– Я хочу провести рядом с тобой всю жизнь. – продолжил Глен, затем сделав не большую волнительную паузу, спросил. – Ты выйдешь за меня?

Анна замерла. Её взгляд скользнул по кольцу, затем перешёл на лица гостей, застывших в ожидании. На мгновение она инстинктивно отвела руку, и в зале пронёсся вздох разочарования.

– О нет… – прошептала мать, хватая мужа за рукав. – Она отказывает!

– Не спеши с выводами, – тихо ответил он, хотя и сам напряжённо следил за происходящим.

Тишина длилась мучительно долго. Наконец Анна глубоко вдохнула и заговорила:

– Глен… Ты мне очень нравишься. Наверное, даже больше, чем просто нравишься. Ты добрый и благородный. Ты – мечта любой девушки.

Она сделала паузу, собравшись с мыслями.

– Если я скажу «нет», это будет несправедливо. Но если скажу «да» … Всё изменится. Навсегда. Поэтому я должна ответить честно.

Анна посмотрела на родителей, увидела их ободряющие улыбки и кивок отца, затем перевела взгляд на Глена.

– Мы должны строить своё будущее так, как этого хотим. И мой ответ…

Ещё одна пауза. Замёрзшие в ожидании гости едва дышали.

– Да.

– Да? – переспросил Глен, не веря своим ушам.

– Да! – уже смеясь, повторила Анна и слезы проступили на ее глазах, но это были слезы радости.

Зал взорвался аплодисментами.

– Моя дочь сказала «да»! – радостно воскликнул отец, обнимая жену.

Глен, дрожащими руками, надел кольцо на безымянный палец Анны, поднялся и нежно поцеловал её.

Кларисса, наблюдая за этой сценой, не смогла сдержать слёз.

Тут же подошли родители к молодой паре, обняли Анну и поздравили их. Вдруг девушка заметила сквозь толпу, у стеночки Клариссу и, извинившись, направилась к ней.

– Позвольте мне отойти, – сказала она отцу.

– Конечно, – улыбнулся он.

Подбежав к подруге, Анна крепко обняла её.

– Ты молодец! – протирая салфеткой слезы Кларисса.

– Без тебя я бы не решилась… – В пол голоса проговорила Анна.

– Я так счастлива за тебя!

– Спасибо…

Кларисса, увидев безумно счастливых родителей указала на них:

– Посмотри, как они рады!

Анна обернулась и увидела их сияющие лица. Её сердце наполнилось теплом. Она понимала, что сделала правильное решение.

Внезапно раздался свист и в дом залетел снаряд, разрушив пол стены, пролетевший между Анной с Клариссой и родителями с Гленом. Дом наполнился громкими криками и плачем. Гости бегали со стороны в сторону, кто-то помогал близким, вытаскивая из-под завалов, а кто-то безуспешно искал укрытие.

– Уведи ее!

Разрывая голосовые связки, закричал отец Клариссе, прикрыв собой мать и Глена.

Кларисса, увидев мать Анны раненой, лежащей без сознания, кивнула отцу и потянув Анну за руку, повела в ее комнату.

– Отец…

Кричала Анна, смотря на него с лицом искаженное болью и шоком.

– Уходи! Я люблю тебя!

– Нет! Пойдем с нами! – не желая оставлять их, с еще большей болью кричала она.

– Анна пойдем!

С силой тянув за собой, говорила Кларисса и в этот момент залетел еще один снаряд, разрушив еще больше дом и скрыв из виду родителей с Гленом под обрушениями и столбом пыли.

– Нет… – Протяженно прокричала Анна, увидев все это и тут же слезы полились ручьем с ее глаз.

– Анна пойдем, здесь нельзя оставаться! – не выдержав, громко крикнула Кларисса.

Немного придя в себя, Анна послушала ее, но было все как в тумане. Поднимаясь по лестнице, она спотыкаясь оборачивалась, в надежде что отец и мать пойдут за ней.

Забежав в комнату Анны, Кларисса заперла дверь и подперла ручку двери стулом. Внезапно все затихло, наступила странная и неестественная звонкая тишина. Анну пронзило странное чувство, приложила руку к груди и подошла к комоду, будто кто-то ее тянул к нему. Она приоткрыла шкафчик, и в комнату пролился свет. Этот свет исходил от медальона, такой яркий что ослепил ее и Клариссу. Она потянулась за ним, но вмешалась Кларисса.

– Нет! Не трогай его. – почти вскрикнула она и тут же прикрыла рот своими руками, обернувшись на дверь.

Анна будто не услышала ее. Взяв медальон в руки, он резко прекратил свое свечение, но стал ни естественно холодный, как лёд. Она чуть не выронила его, затем повесила его себе на шею.

Заметив движение за окном, Анна выглянула, увидев на берегу брошенные шлюпки, а рядом с ними пиратов, будто что-то поджидают. Но тут в ее внимание попал один из пиратов, который смотрел так пронзительно и прям на нее. Она почувствовала этот взгляд, а затем почувствовала, как по спине пробежал холод, а кончики пальцев на руках похолодели от страха.

– Пираты… – испуганно прошептала она, отшатнувшись от окна.

Обернувшись, Анна увидела, что Кларисса открыла шкаф, сдвинула вещи, и начала постукивать по стенке.

– Что ты делаешь? – сделала она шаг к ней, услышав какой-то шорох за дверью.

– На случай не предвиденной ситуации, в этом доме делали потайные ходы!

– Откуда ты знаешь? – Анна подошла к ней и хотела помочь.

Внезапно они услышали приближающие тяжелые шаги и мерцающий свет, виднеющийся под дверью.

– Они здесь – проговорила с настоящим ужасом на лице Анна.

Кларисса тут же быстро застучала по всей стенке шкафа, и вот он, долгожданный глухой звук.

– Вот она! – отодвигая груду вещей, – Пойдем! Скорее! – открыв потайную дверь.

Внезапно раздался грохот, дверь попытались открыть, но благодаря тому, что Кларисса поставила стул, это не удалось сделать так быстро и легко.

Анна прошла через шкаф в потайной вход, а Кларисса закрыла дверцу шкафа, поправила все вещи и хотела тихо закрыть потайную дверь, но та предательски немного скрипнула и этого, хватило, чтобы привлечь к себе внимание.

Анна и Кларисса замерли, резко открывается дверь шкафа.

– Попалась!

Послышался мерзкий хриплый грубый голос.

Анна в этот момент зажмурилась от страха и прикрыла рот и нос рукой, чтобы не слышно было ее дыхания.