Последний из рода Демидовых. Книга первая: Печать Высшего Демона

– Всё указывает на это. И уберите своих… – я покосился в сторону двух мордоворотов, – ручных демонов немного подальше, они меня нервируют.

Сойкин ничего не сказал, лишь развернулся и посмотрел на фамильяров. Этого оказалось достаточно, чтобы те отошли на некоторое расстояние.

– Если всё действительно так, то это дело государственной важности! Но пока нет доказательств…

Я на миг замялся, не мог решить, стоит говорить инквизитору или нет о Лешем.

– Вы когда-нибудь слышали кличку Леший?

– Нет. Но могу поинтересоваться! Кто это?

– Я пока и сам не знаю…

– Хорошо, граф, я должен проверить информацию. И только тогда действовать! Но вы можете рассчитывать на мою помощь.

Это было приятно слышать, а главное, и самое удивительное, то, что старший инквизитор не пытается меня задержать.

– Вы не попытаетесь меня задержать? – с ухмылкой на лице спросил я.

– В этом нет необходимости. Вы слишком молоды, не обладаете связями и долго всё равно не сможете скрываться, – без пафоса, но более чем уверенно ответил Сойкин, – А ещё я вам верю!

Последнее меня даже немного растрогало.

– Спасибо! Это всё, что я хотел сказать. Если будет что-то ещё, я позвоню!

– До встречи, Клемент Аристархович.

Сойкин сделал шаг назад, два его фамильяра стояли неподвижно, и только когда инквизитор отошёл от меня метров на десять, фамильяры проследовали за своим хозяином.

Я облегчённо выдохнул. От этого разговора я устал, будто разгрузил вагон угля. Вот что значит нервное напряжение! Но всё прошло лучше, чем я ожидал, и на том спасибо.

А теперь мне нужно наведаться в поместье барона Морозова. Контракт с демоном сам себя не выполнит!

***

Заплатив за такси, я вышел на дорогу в паре километров от поместья. Или, правильнее сказать, от моего поместья?

Вдоль дороги тянулись уютные коттеджи. Из-за заборов виднелись цветущие яблони и вишни. Сама дорога была ровной и чистой. Создавалось впечатление комфортабельной деревни где-нибудь в Чехии. Но меня интересовал путь отхода. Со всех сторон раскинулись поля, и лишь за поместьем виднелся лес и мелкая речушка шириной в пару метров. Вот туда и стоит уходить! Или всё же через коттеджный посёлок? Время покажет, но я больше склонялся к лесу.

Достав из кармана оставшиеся три золотые монеты, я решил переложить деньги понадёжнее. Возможно, придётся применять Магию Крови, а это означает, что одежда превратится в лохмотья. Или стоило сразу раздеться в укромном местечке и идти в поместье без одежды? Я задумался. А пока ходил кругами по коттеджному посёлку, набрёл на заброшенный домик. Судя по всему, здесь раньше не было никаких коттеджей, а стояла самая обычная деревенька, но избушки выкупили за копейки и понастроили коттеджей. Как мне это знакомо…

Я зашёл в покосившуюся избу и решил здесь обосноваться. Насыпь из строительного мусора закрывала вход во двор, а за закрытыми ставнями и так ничего не было видно. Есть риск, что кто-то забредёт сюда отлить, но, учитывая, какие здесь стоят коттеджи, он минимален. Я разделся и уложил одежду на трёхногий стул, прислонённый к стене. А теперь можно и наведаться в гости к барону Морозову!

Половину пути я смог пройти незамеченным. Перебегая между сарайчиками и техническими строениями, я пробрался до цветочного парка. Ветром принесло аромат цветов. Интересно, меня уже засекла система видеонаблюдения или какая-нибудь магическая сигнализация? Никаких активных действий я не видел и посему успокоился. Внутри кирпичного строения оказался костюм пчеловода, такой – конкретный, с сапогами и накомарником, не сильно уступающим по размерам шлему астронавта.

Я нацепил находку и направился к жилому зданию поместья. Заходить с центрального входа мне показалось неосмотрительной наглостью, поэтому я двинул к торцу здания и обнаружил там чёрный вход. Дверь оказалась закрыта, но навесной замок меня задержать не мог, я превратил замок в болотную воду. Внутри меня встретили различные инструменты садовника, начиная от садовых секаторов различного калибра и заканчивая газонокосилкой. Чёрный вход использовали как подсобное помещение, и, судя по количеству пыли, здесь никто особо и не бывал.

Фокус Жизни говорил о том, что в здании все спят. По крайней мере, все точки, которые я ощущал, были статичны и не перемещались. Так, теперь нужно найти спальню Морозова и грохнуть его! Я открыл дверь, ведущую из подсобных помещений, перешагнул порог и успел пройти пару метров.

Надо мной что-то грохнуло, и мне на голову упала клетка размером три на три метра. Я потянулся к Болотной Магии, но, к своему удивлению, обнаружил, что не могу этого сделать. На прутьях клетки виднелись подавители с пауками, похожие на тот, что нашла Герда. Я дёрнулся было поднять клетку и сбежать, но её что-то удерживало, словно магнит.

Фокус Жизни ясно показал движение: люди не спали, а сидели в засаде. А ещё через пять секунд в зале показались суровые ребята с оружием наперевес. Стрелять они не спешили, а лишь взяли меня на прицел. Они кого-то ждали, и вскоре появился барон Морозов собственной персоной.

– Какая приятная неожиданность! Граф Демидов собственной персоной!

Я с силой схватился за перекладину клетки и молча стиснул зубы. Очень хотелось применить Магию Крови и порвать здесь всех, вот только шрамы никак не реагировали на Морозова!

– Хотя нет, не неожиданность! Когда вы заявились в игорный дом «Молли и Блум» и сели со мной за один стол, стало ясно, что вы что-то подозреваете. А сегодня мы узнали о том, что вы устроили в отделении полиции. После этого я сразу же понял: вы придёте ко мне! Так сказать, посмотреть на своё новое приобретение! – барон натужно засмеялся. – Ваше излишнее внимание к моей персоне сыграло с вами злую шутку, граф!

Меня же беспокоило то, что Печать Призыва никак не реагировала на барона. А это могло значить только одно: Морозов не является моей целью. Возможно, он всё же причастен к уничтожению рода, но не принимал окончательное решение. Тогда на кого среагировала печать в игорном доме «Молли и Блум»?

– Но мы учли ваши новые возможности, граф! Вы же скушали жемчужину с Васюганских болот?! Правда? Можете не отвечать, мы это знаем! Только употребление жемчужины может так сильно повлиять на человека, что он сменит стихию. Да, случай редкий, но не уникальный. И вот вы здесь, а вокруг вас антимагическая клетка! Сбежать не выйдет, – Морозов просто светился от счастья.

Барон меня поймал, и я ему зачем-то был нужен живым. А значит, применять Магию Крови пока рано. Нужно выяснить, что задумал Морозов и его подельники. А может, удастся узнать, кто стоит за всем этим. Так что нужно подождать!

– Почему вы молчите, граф? Разве вам не интересна ваша дальнейшая судьба? – он подошёл ближе к клетке и с интересом посмотрел мне в глаза.

– Ну и что дальше? Почему вы меня просто не убьёте?

– Вот! – Морозов победно поднял палец кверху. – А вы умный молодой человек, Демидов. А мне говорили, что бездарь и лентяй! Васюганские жемчужины оказались необычным товаром, как вы сами уже успели заметить. Они не просто увеличивают силу, а меняют стихию, но и это ещё не всё! Не знаю, догадались ли вы или нет, но ваш жемчуг меняет тип энергии с бахира на антар!

– Не понимаю вашего восторга. Разве антар не слабее бахира?

– И да, и нет! – Морозов прошёлся вдоль клетки. – В прямом боестолкновении бахир выглядит предпочтительнее. Вот только антар на длинной дистанции превосходит бахир! У его носителей рождаются дети ранга «виртуоз», не со стопроцентной вероятностью, но на несколько порядков выше, чем у аристократов! Про обычных простолюдинов я вообще молчу… И ещё, антар даёт контроль над тварями Изнанки… а они почти неуязвимы к бахиру!

Я вспомнил Сойкина, его фамильяров, и теперь до меня дошло. Круг замкнулся, антар был козырной картой этого мира. Если играть в долгую, то твои дети станут «виртуозами», а если не станут, можно дать им жемчужину, и они смогут контролировать тварей Изнанки. Что тоже очень круто, или нет?

– Про детей я понял, а что с контролем над демонами?

– Не только над демонами, есть множество потусторонних существ. Сейчас их поизвели, за Местами Силы тщательно следят, а в каждой области есть штат инквизиторов или ведьмаков. Называйте как вам нравиться, сути это не меняет! Но раньше всё было иначе: в давние времена демонов приводили на поле битвы, и они бились за десятерых!

– Понятно, – я поджал губы.

Значит, демон может натворить дел.

– Да что тебе понятно?! – барона накрыла волна гнева. – Это смена всех раскладов, Демидов! Твои предки были никем, когда можно было приручить демона! Бахир не считался чем-то особо ценным. Тот, кто владел антаром, оказывался на вершине пищевой цепочки! Один раз приручив демона, ты мог пользоваться им почти вечно. Даже передавать по наследству с помощью ритуала! А Васюганские жемчужины – это переворот, сверхновая звезда, цунами, срывающее все покровы!

Морозова понесло, но информация, которую он охотно выдавал, была для меня крайне полезной.

– И что же вы, барон, планируете?

– А вы об этом не узнаете! Завтра вы, мой юный граф, примете участие в ритуале, который вас, скорее всего, убьёт.

– Что?! – возмутился я.

– Уберите эту падаль отсюда к остальным! Не желаю его видеть.

Барон развернулся и зашагал прочь. Стража подошла ко мне, на груди у бойцов висели уже знакомые подавители. Открыв клетку, они вытащили меня и надели наручники. На наручниках виднелись всё те же пауки, как и на подавителях, можно было не сомневаться: наручники также выполняли функцию подавителей, только имели более миниатюрный размер. Я еле сдерживал себя, чтобы не активировать Магию Крови. Но нужно было потерпеть и выяснить побольше о том, что здесь происходит.

Меня подхватили под руки и потащили вниз по лестнице. Потянуло сыростью и плесенью.

Подвал полностью повторял очертания поместья. А сам подвала пронизывал широкий коридор, по бокам которого виднелись решетчатые двери.

Меня повели по коридору, и уже во второй камере за решёткой я увидел маленькую чумазую девочку и замер на месте. Она сидела на железной кровати, поджав под себя ноги, и запугано смотрела на меня и охранников. Я улыбнулся девочке, а вместо ответа получил удар прикладом по хребту.

– Шевели костылями, граф… – прошипел над ухом человек Морозова.

Мы двинулись дальше. Пока меня вели, я крутил головой из стороны в сторону и насчитал с десяток детишек, примерный возраст которых колебался от восьми до тринадцати лет. Зачем этим подонкам дети?

Уже в конце я почувствовал тошнотворный запах разложения и зловоние нечистот. Коридор оканчивался больши́м залом, а внутри слышались странные звуки. Кто-то недовольно рычал, скрёб когтями землю и звенел цепями. Ещё один пленник?

Меня завели внутрь, где воняло почти нестерпимо. Я возмутился:

– А можно мне нормальную камеру?! Здесь воняет, как в аду!

– Можно подумать, ты знаешь, как там воняет! Да и тебе здесь находиться недолго, – ответил мне один из охранников, одновременно закрывая нос рукавом. – Скоро приедет магистр, и всё кончится!

– Что за магистр?! – заинтересовался я.

– Узнаешь, – усмехнулся он, но как-то недобро.

Охрана привязала меня к стене и покинула зловонное помещение. Я начал осматриваться, но глаза ещё не адаптировались к темноте, и я видел лишь шевелящиеся силуэты. Моих соседей оказалось двое.

– Эй! Кто здесь?! – я попытался поговорить с сокамерниками.

Но ответом мне был лишь звон цепей и утробный рык. Существа дёрнулись в мою сторону и натянули цепи на максимально возможную длину. Я ощутил отвратный запах ещё сильнее, и мой желудок не выдержал. Меня вывернуло прямо под ноги. Существа, кем бы они ни были, на диалог не шли.

Мои глаза всё лучше различали в темноте. Я смог вычленить конечности и головы существ, находящихся рядом со мной. Контуры казались вполне человеческими. А ещё через некоторое время я смог разглядеть красные глаза у обеих тварей.

Дьявол меня побери! Да они что, демоны, твари Изнанки?! Что здесь вообще происходит?

Мне вновь захотелось применить Магию Крови и перекинуться в одержимого. Не знаю, пошутил ли кто, или так и было задумано, но в зале, где я находился, включили свет.

Я, потеряв дар речи, уставился на… на, дьявол меня задери, князя Сан-Донато. Мой дядя был мёртв, его лицо опухло и посинело. А ещё оно поменяло цвет на чёрно-зелёный, точь-в-точь как Васюганский жемчуг. Пальцы опухли и напоминали ливерную колбасу, на штанах виднелись следы от… испражнений…

Я ещё раз согнулся в приступе рвоты, но желудок в этот раз оказался пуст. Я обернулся ко второму существу. Второй тварью оказался Сильвестр Евгеньевич Чехов. Да, да, тот самый младший партнёр из «Молли и Блум». Но и его лицо имело цвет Васюганского жемчуга. Чехов сожрал жемчужину, а затем умер? Или ему помогли? Или…

Дьявол! Да где же я просчитался? Почему на Морозова не отреагировала Метка? Стоп! Значит, шрам начал болеть из-за кого-то ещё? Первыми, на кого я подумал, были компаньоны Морозова за столом. Но Гречкин… совершенно не подходил на роль самостоятельной фигуры… Да и видел я адвоката в отделении полиции, и Метка никак не среагировала. А второй, усач? Кажется, Ануфриев? Чуйка подсказывала, что он тоже не подходит… Вот только с Морозовым я тоже был уверен… и что из этого вышло? Тогда кто? И тут я вспомнил тот момент, когда танцевал с Гердой. Ну конечно! Морозов подходил к столику, за которым сидели Погоны – старики в форме, в том числе и в полицейской! А в камере один из полицейских прямо сказал: “Капитану отдавал приказы Леший”. Отдавать приказы может только высший по званию. Я же это воспринял как фигуру речи, свойственную сотруднику силовых органов, но это было сказано буквально!

Нет, всему есть предел! Надо валить отсюда к Велиофоновой бабушке… Я потянулся к Магии Крови, кисти начали удлиняться, мышцы задрожали от напряжения и начали увеличиваться, с силой вжимаясь в браслеты. Я услышал хруст скрепляющего механизма в браслетах. Вот только в руки впились острые иглы, и что-то холодное впрыснулось в кровь. Мне сразу же стало дурно, зрение затуманилось, конечности налились тяжестью, а превращение в одержимого остановилось. Сознание начало угасать, и я провалился в беспамятство.

Глава 12

Не знаю, сколько я провалялся без сознания в подвале с двумя ожившими трупами, но выводили нас уже ночью, когда солнце закатилось за горизонт. На небосводе, словно стесняясь одна за другой, появились Луна, а за ней и Селена. От лунного света зомбаки, а по-другому я просто не воспринимал, своего покойного дядюшку и младшего партнёра «Молли и Блум», активировались и всё время пытались хоть до кого-нибудь дотянуться. Нас вывели на задний двор, где расположился пологий холм, и прицепили к уже вколоченным и залитым бетоном колышкам.

На аккуратно подстриженной траве виднелись основательно прочерченные и знакомые символы. Они сильно напоминали те, которые я видел в собственной библиотеке. Вот только масштаб был другой. Огромный круг, за грани которого выходили эти самые символы. Позади круга расположился алтарь, и его вид не предвещал ничего хорошего. Чёрный пьедестал, исписанный теми же символами и «украшенный» черепами людей у основания, как бы намекал, что веселуха только начинается. Я нервно сглотнул.

Ещё один Призыв? Морозов хочет призвать демона? Но мы ему тогда зачем? Жертвы? Ну, я ладно, но эти двое уже трупы! Или я просто не шарю в колбасных обрезках?

А затем мою руку свела острая пульсирующая боль. Значит, всё же прибыл губитель рода Демидовых. Только я оказался в наручниках, и роль мне отводилась не вершителя правосудия, а, судя по всему, жертвенного агнца. И что можно сделать в этой ситуации? Да ничего! Кроме как попытаться достучаться до моего ручного высшего демона…

– Эй, Велиофон! Ты здесь? – мысленно позвал я его.

Но демон не ответил. Или не захотел? С него станется.

– Велиофон! Ау! Меня тут хотят убить или чего похуже! – я вновь попытался привлечь внимание высшего демона, но ответом мне была тишина.

Боль усиливалась, Метка Призыва нестерпимо горела огнём, я невольно взвыл, так сильно шрам ещё не болел. А через секунд десять из-за поместья появилась процессия. В центре шёл Морозов и ещё один человек. У последнего за плечами развивался чёрный плащ, а на поясе висел меч. На лице была маска, на груди вышит белый крест. Процессия быстро приближалась, отчего оживились зомбаки, составлявшие мне компанию. Они утробно заурчали и периодически щёлкали зубами.

Морозов и человек с крестом на груди встали в паре метров от меня, так что я мог расслышать, о чём они говорили:

– Кардинал, вы уверены, что два мёртвых, – Морозов покосился на зомбаков, – два мёртвых ведьмака вам подойдут?

– Я кардинал святой инквизиции и его святейшества папы Римского! Я не могу ошибаться! Но раз вы так беспокоитесь, то снизойду до объяснений. Мне нужны тела ведьмаков лишь как дополнительные источники, проводники антара! Да и поверьте, мои фамильяры не будут, как это у вас говорить? Ловить мух? – голос говорившего оказался на удивление приятным и бархатистым, с явным акцентом, но не английским.

Только сейчас я обратил внимание на двух спутниц человека в маске. Две девушки в длинных, до самой земли, плащах, с накинутыми на головы капюшонами, стояли боком ко мне.

– Эй, кардинал, что сегодня в концертной программе?! Огласите, пожалуйста, весь список! – выкрикнул я, привлекая к себе внимание. – А то я заскучал в подвале, надеюсь, две твои сучки станцуют стриптиз для меня!

Процессия молча развернулась в мою сторону. У одной из девушек глаза оказались разными: левый весь голубой, правый полностью чёрный, только зрачки красные. Нижнюю половину лица закрывала маска, руки у девушки тоже оказались в оковах. Вторая девушка, на первый взгляд, казалась самым обычным человеком. Увидев меня, она откинула капюшон, чёрные прямые волосы рассыпались по плечам. Девушка подошла ко мне, и я смог рассмотреть её получше: игривые карие глаза, румянец на щёчках, пухлые аппетитные губки. Вот только красные зрачки говорили о том, кем она являлась на самом деле.

– Мой господин не разрешал тебе открывать свою пасть, смертный! – а голосок у неё оказался так вообще божественным.

– А ты хотела бы вырваться из рабства? Вернуться назад? – еле слышно прошептал я.

В глазах демона что-то изменилось. Испуг? Искра надежды? Не знаю…

Девушка приблизилась ко мне, и, приоткрыв ротик, высунула раздвоенный язык, она облизала всю мою правую щёку. Весь её флёр и обаяние растаяли как дым, а меня накрыла волна отвращения. Затем демонесса с силой ударила меня головой о землю, упёрла колено в висок и, опустив голову, прошептала:

– Хотела…

Морозов отвернулся от меня и обратился к человеку в маске:

– Кардинал, позвольте спросить, ваши фамильяры, они так и выглядели, когда вы их поймали?

– Нет. Я решаю, какую форму им принять. Они подчиняются, – кардинал оценивающе посмотрел на второго фамильяра. – Правда, некоторые фамильяры способны очень своенравно трактовать мои команды… Поэтому отдавать приказы следует очень чётко и вдумчиво!

Кардинал перевёл взгляд на фамильяра с разными глазами:

– Мартина, покажи моему другу своё истинное лицо!

Девушка крутанула головой, позвонки отчётливо хрустнули, и вместо лица у девушки возникла морда демона. Толпа отшатнулась и отошла от кардинала на пару метров.

Я вновь решил обратиться к своему демону:

– Велиофон! Велиофон… здесь творится такая забористая хрень!

– Да вижу я. – прозвучал голос в моей голове, – Я осмотрел пентаграмму, они готовят мощный Призыв, но кого именно хотят призвать, непонятно.

Но действо уже начиналось, кардинал прошёл к алтарю. Возложил руки и, повысив голос, приказал:

– Приведите жертвенных агнцев! Они могут понадобиться в любой момент!

– Всё будет исполнено! – залебезил Морозов и махнул рукой слугам.

Появились дети, которых я видел вчера в камерах. Они оказались связаны одной верёвкой по рукам и шли колонной.

– Дьявол бы побрал тебя, Морозов… это же дети! – прорычал я из-под колена фамильяра.

– Мы это делаем ради спасения сотен тысяч таких же деток! – с блаженным лицом идиота ответил мне барон, – Разве такая небольшая жертва не оправдана?

– Ты что несёшь, полудурок?

Я хотел было рассказать всё, что думаю по этому поводу, но фамильяр навалился чуть ли не всем весом на мою голову, и я был вынужден заткнуться. Морозов победно одарил меня улыбкой.

Вокруг циклопической пентаграммы начал закручиваться вихрь. Пыль и сухие листья так и лезли в глаза. Запахло серой и гарью, а земля начала ссыхаться и трескаться.

В глазах Морозова пылало безумие, он явно испытывал что-то близкое к оргазму и казался околдованным.

– Отпусти его, Габриэлла, – обратился кардинал к фамильяру, державшему меня, – тебе лучше отойти подальше. Ритуал может тебя задеть!

Краем сознания отметил, что имена итальянские.

– Вы чего творите, ироды?! – сорвался я на крик, обращаясь ко всем присутствующим, – Это же дети! Дети… они ни в чём не виноваты!

– Заткните ведьмака! Он мешает. – рыкнул кардинал.

Слуга Морозова оказался моментально рядом. Удар в живот сбил мне дыхание, и я не то что говорить толком не смог, дышать стало тяжело. Кардинал начал что-то бормотать себе под нос. Торнадо усилился, кружившие в воздухе листья загорались и превращались в пепел. Линии пентаграммы наполнялись голубым пламенем.

Кардинал продолжал говорить. Земля подо мной вспыхнула голубым пламенем, огонь не обжигал руки и ноги, но я почувствовал, что что-то изменилось. Князя Сан-Донато и Чехова прижало к земле. Голубой огонь лизал их лица, и зомбаки заверещали дурными голосами.

Я упал на колени, руки задрожали от напряжения. Мне будто положили на плечи пару мешков с цементом, что-то давило на меня сверху, а языки голубого пламени тянулись к моему лицу. Из моих рук потихоньку уходила энергия, она перетекала к кардиналу, я чувствовал это, но ничего не мог поделать.

Земля начала дрожать ещё сильнее. Кардинал зыркнул на меня и кивком указал Морозову, чтобы тот прижал меня к земле.

– Велиофон! Если ты меня слышишь, сейчас самое время для твоего выхода! – завопил я внутренним голосом.

– Да, помолчи уже, Пасечников. Я хочу посмотреть, кого призовёт этот скудоумный человечишка! – прозвучал раскатистый бас высшего демона у меня в голове.

Барон ударом ноги отправил меня на пожухлую траву. А пентаграмма открыла дорогу в ад. Земля под пентаграммой обвалилась, и оттуда пахнуло жаром и дымом. Я оказался на самом краю обрыва. Заглянув туда, я увидел разлом, уходящий глубоко вниз. Внутри разлома горело всё: камни, земля, воздух дрожал от жара. Вот только это было не всё, упираясь в стенки разлома, вверх поднималась какая-то тварь.

Чудовищная лапа, объятая огнём, зацепилась когтями за край обрыва, и ещё через секунду из разлома появилась рогатая голова демона. И если у Велиофона оставались хоть какие-то человеческие черты, то у этой твари они отсутствовали. Три глаза, два ряда зубов скалились из пасти без губ, уродливая кисть с тремя симметрично расположенными пальцами.

Вот только этой безусловно милой зверюшке не давала выбраться в наш мир прозрачная мембрана. Она растягивалась под лапами демона и прочно удерживала порождение ада. Кардинал закричал:

– Бросайте детей! Нужны жертвы, чтобы прорвать ткань мира!

Н