Тридцать четыре холостяка, или Дневники народной свахи

Мы вплотную подошли к терему. Вообще-то я думала, что сейчас мне на встречу хлынет волна богатырей… Но нет. Никого.

– Тим, а где все? – спросила я.

– На службе, Алёнушка, – откликнулся кот, – придут только на рассвете.

Мы поднялись по широкой лестнице к высокой резной, дубовой двери. Сомневаюсь, что я смогу ее сдвинуть. Хотя… кажется, смогу. Кошак-ученый смог же! Я моргнула, потерла глаза ладонями (в который раз) и… онемела. Внутри все было под стать двери: огромное, деревянное, массивное. По сравнению с моими-то размерами… Одни только стулья в моем мире раза в два меньше…

– Смотри, Алёнушка, – заговорил Любозар, – это наша столовая. – Мы прошли через сени в просторное помещение. – Тут мы кушаем, беседуем, ну и так далее. Наверху расположены спальни. У каждого своя.

В конце короткой экскурсии мне показали кладовку с новыми вещами. Я выбрала самый маленький кафтан: по длине он мне был чуть ниже колен. Подойдет. С поясами проблем вообще не возникло. Свою старую пижаму я оставила в роли нижнего белья. И теперь, такая вот красивая, я предстала перед своими новыми знакомыми.

– Вот и ладушки, – промурлыкал Тимофей, – только волосы в косу заплети.

Я порылась в вещах еще и нашла небольшую тесемку. Жаль, нет расчески. Интересно, а среди богатырей есть длинноволосые? Кажется, последнее я сказала вслух.

– А как же! – воскликнул Вострогор. – Конечно, есть.

– Поищи гребень вон в том сундуке, – Тим указал лапой на аккуратный ларец в дальнем углу.

Эврика! Тут и зеркало, и расческа, и тесемочки. Конечно, не моя косметичка, но сойдет. Настроение подпортил Вострогор.

– Откушать бы не мешало, – пробасил он.

– Алёна, пошли на кухню, – тут же скомандовал кот.

Вот же ж, повариху нашли… эх, сюда бы Сашку. Вышла из кладовки и проследовала за Тимкой на кухню. Огромный шкаф с посудой меня не удивил. А вот все остальное показалось мне довольно необычным: так, например, роль плиты тут выполняет настоящая русская печка, раковины как таковой тут не имеется, канализации – тем более. Как посуду мыть, потом разберусь – не до нее пока. Посреди кухни располагался большой стол… а на нем гора грязных тарелок. Да, похоже, разбираться с мытьем посуды придется сейчас. Ну, только сначала кота с двумя богатырями накормлю. Вопрос, что приготовить? Чтобы посытнее и побольше… Стоп! А как тут обстоят дела с хранением быстро портящихся продуктов? Да и помнится, мне про скатерть-самобранку говорили…

– Тим, – обратилась к коту, – а продукты где? И что там на счет скатерти волшебной?

– Часть в погребе, часть в кладовой, – ответил усатый. – А скатерть… так на столе она, в столовой, как и полагается, а что?

– Да так, пока ничего, – отмахнулась я. – А в тереме много кладовых?

– Всего три: с тряпками, с едой и с оружием, – пояснил он.

– Веди меня к еде, – решила я.

Богатыри ушли в столовую, а Тимофей подвел меня к неприметной двери. Я толкнула ее от себя и прошла внутрь. Темно. Пока меня водили по терему, успела заметить, что с электричеством тут напряг. Что ж, будем свечки жечь. Но не сейчас, так как света от распахнутой двери мне вполне хватает.

М-да, еды, как говорится, полно, а кушать нечего. Были бы сейчас пельмени, не мучилась бы. Хотя, спрашивается, чего я маюсь. Надо наладить контакт со скатеркой и всего делов…

– Ко-о-от, – позвала я, – веди к скатерти – буду ее на покушать уговаривать.

– Ну, пошли, – фыркнул Тимка и первым направился в сторону столовой.

Войдя в просторное помещение, увидела там сидящих в ожидании богатырей.

– Голодные? – спросила у мужчин.

– Как серые волки зимой, – подтвердил Любозар.

– Тогда приступим, – я в предвкушении потерла руки. – Кошак, что делать надо?

– Сначала, душа моя, надо тарелки на стол поставить, – отозвался Тимофей.

– А что, скатерть посуду не выдает? – удивилась.

– Не-а, она ж у нас с характером…

– Ла-а-адно, – протянула и направилась в сторону кухни.

Там с трудом нашла пару чистых тарелок и ложек, и уже с ними вернулась обратно в столовую. Поставила посуду на стол и снова посмотрела на кота-ученого.

– Что? – нервно дернул тот пушистыми усами.

– Что делать надо?

– Закрой глаза, положи ладони на стол, (с предметом магическим контакт держать нужно), представь нужное блюдо и вроде как все…

– Точно? – не поверила я.

– Агась, – не очень уверенно ответил кошак.

Делать было нечего. Закрыла глаза, оперлась ладонями о стол, и стала представлять наваристый борщ…

– О-о-о, – раздалось удивленное. – Это что за чудо такое…

Открыла глаза и посмотрела на тарелки мужчин. Там и, правда, был борщ. Вот так скатерть, вот так волшебная…

– Борщ, – ответила мужчинам я.

– А борщ – это что? – решил уточнить Вострогор.

– Это суп, – ответил за меня кот-ученый, – со свеклой. Короче, съедобно, даже вкусно. Эх вы, неучи.

– Тогда приступим! – хором воскликнули богатыри и взяли в руки ложки.

Пока Вострогор и Любозар ужинали, решила уточнить у кота вопрос с мытьем посуды.

– Так этим делом обычно Светозар занимается, – охотно отозвался рыжик. – Он, как самый непоседливый, часто на кухне наказание отрабатывает, вот и натренировался посуду мыть да готовить.

– И стиркой тоже он занимается? – решила полюбопытствовать.

– Нет, что ты, – отмахнулся кот, – одежду они сами, каждый свою стирают.

Ладно, с мытьем посуды пока повременю. У Светозара уточню, как вернется. К моему удивлению, Тимофей тоже решил отведать супа. Пришлось и на его долю тарелку искать. Поставила ее на стол, опять прикоснулась ладонями к льняной скатерти и представила себе тарелку полную до краев горячим борщом.

– А ты, оказывается, хорошо готовить умеешь, Аленушка, – раздался довольный голос кошака.

Я распахнула глаза и вопросительно посмотрела на усатого.

– В смысле? – вопрос вырвался сам собой.

– Так скатерть же ту еду наколдовывает, которую ты сама готовить умеешь и все вкусовые качества тоже повторяет. Вот если бы ты суп постоянно пересаливала, когда готовила, то и мы сейчас голую соль бы ели…

– А-а-а, вот оно что, – стало доходить до моего усталого мозга.

– Да, давно мы так вкусно не ужинали, – подал голос Любозар.

– Слушай, а Светозар вкусно готовит? – полюбопытствовала я. – И как много?

– Ой, не напоминай, Алёнка о горемычном, – тяжело вздохнул кот. – То пересолит, то с огня вовремя забудет снять… Готовка – это не его. Да и, еще раз повторю: скатерка наша ни одного богатыря хозяином не считала. Вот и перебивались кусками. А тебя она сразу же признала.

Вот ведь… какая скатерть мне необычная досталась.

Мужчины, после того как поужинали, вместе с котом ушли в сени. Через какое-то время оттуда раздался мощный храп.

Убрав тарелки со стола, отнесла их в кухню. Как мыть посуду, я пока не знала, так что тоже решила немного передохнуть до прибытия остальных богатырей. Освободила стол от грязной посуды… точнее не совсем освободила, а просто сдвинула все в одну кучу. Сама села на стул и, уронив голову на руки, мигом задремала.

Провалиться в сон окончательно мне было не суждено. Я находилась в состоянии полудремы, когда неожиданно раздался грохот открываемой двери: очевидно, богатыри раньше времени вернулись. Кто-то прошел в кухню и пробасил товарищам:

– Эй, мужики, тут девица красная!

– Где?! – раздалось из сеней сразу несколько голосов.

Как я поняла, остальные пытались растолкать Любозара, Вострогора и Тимофея. Видимо, получалось у них довольно плохо.

– Да тут, же, – ответил тот же голос. – В кухне.

Наконец, из сеней раздалось грозное шипение усатого ( по моим ощущениям того банально грубо дернули за хвост).

– Ироды окаянные!!! – завопил Тимка. – Почто разбудили меня грешного!?

От такого вопля я невольно дернулась, вскочила на ноги и заозиралась по сторонам…

– Э-э-э… – раздалось за моей спиной, – ты кто?

– Алёна, – я развернулась на голос и во все глаза уставилась на говорившего, – а вас как звать?

– Светозар…

Передо мной стоял молодой красивый мужчина, простите, богатырь. Не такой крупный, как Любозар и Вострогор, однако я все равно впечатлилась. Ясные серые глаза с интересом смотрели на меня, но лицо Светозара оставалось серьезным. Русые волосы доставали до плеч и были растрепаны. Да и щетина недельная добавляла какой-то брутальности. Красавец. Да, теперь я понимаю местных девиц.

– Знакомьтесь, – Тимофей прошествовал ко мне, – это Алёнушка, наша новая хозяйка.

Угу, хозяйка, только меня никто не спросил, хочу я быть вообще чьей-то хозяйкой…

– Кот ее аж из Хрустального мира притащил, – вставил Любозар, – за нас беспокоился, родненький.

– Конечно, у вас в тереме не хватает женской руки, – хмыкнул усатый.

Я скромненько улыбнулась и спросила:

– Может, поужинаем?

– Да! – хором гаркнули Любозар и Вострогор. – Алёнушка такой вкусный суп наколдовала! А еще она обещала пирог и кашу с мясом…

Я? Обещала? Что-то не припомню такого…

– Значит, теперь мне не нужно готовить? – прищурился Светозар, а в голосе так и слышалось облегчение.

– Нет. Но твоя помощь в любую минуту может понадобиться… – произнесла я. – Кстати, ты мне еще потом покажешь, где и как посуду мыть?

Богатырь кивнул и тихо хмыкнул.

– Мужики, все в столовую! – скомандовал Тимофей. – Нам сейчас Аленка поздний ужин наколдовывать будет!

Вот ведь… нашли волшебницу.

– Посуду на стол пока поставить? – окликнул меня Светозар.

– Да, пожалуйста, – улыбнулась я. – Буду очень признательна. А разве осталась еще чистая посуда?

– Обижаешь, – прищурился мужчина. – Иди пока соленья из погреба возьми. А то ты на эту скатерть все свои силы потратишь.

Спорить с богатырем не стала – ему все же виднее. Ведь я и правда была не в курсе того, чем мне подобный контакт со скатертью-самобранкой грозить может. Пока доставала соленья, Светозар уже справился с сервировкой стола и заглянул ко мне в погреб.

– Вылезай, медовуху и квас я сам достану. Ты не поднимешь.

И снова не стала спорить. Прихватив маленькие бочонки с соленьями, поднялась наверх и пошла в столовую.

– А Светозарушка где? – удивился кот, как только я вошла в просторное помещение с длинным столом посередине.

– В погребе, – ответила я и водрузила на стол бочонки.

Вспомнишь лучик, вот и солнце. В столовой появился Светозар с двумя бутылями медовухи. Пока он разливал напиток по кружкам (и где только раздобыл такое количество) я встала с краю стола и уже привычно положила ладони на столешницу. Чего там богатыри заказывали? Суп? Пирог? Кашу с мясом? Да пожалуйста… Представила все это у себя в голове и уже через каких-то пару секунд послышались восторженные возгласы. Значит, получилось необычное колдовство. Правда, вместе с ним пришла и небольшая усталость. Видно, правду Светозар сказал – силу я свою на ворожбу трачу.

– Подставляй стакан, Аленка, – скомандовал кот.

– Я не пью. Разве что квас, – ответила я, присаживаясь рядом с котом, у самого края стола.

– А я, пожалуй, валерьяночки тяпну, – промурлыкал кот и обратился к сидящему рядом Вострогору: – Соколик, налей-ка и мне, что ли. Как обычно.

Светозар поставил на стол пустые бутыли из-под медовухи и направился снова в погреб. Видимо, за квасом. Ну и еще одной порцией алкогольного напитка, наверное. Коту налили в миску валерьянки, и тот довольно заурчал. Я посмотрела на стоящие на столе тарелки и вздохнула. Далеко не все были отмыты от засохшей еды. Мужчины…

Богатырь вернулся с небольшим бочонком и, зачерпнув кружкой пенистый напиток, протянул ее мне. Я поблагодарила заботливого мужчину и приняла довольно большую кружку. А она тяжелая, зараза. Так же отметила про себя, что медовуху он из погреба брать не стал. Ну, да и ладно. Мне же лучше. Не хватало еще пьяные тела по комнатам растаскивать.

– Аленушка, – начал говорить Любозар, – мы собрались здесь…

– Пр-р-р, – произнес уже наклюкавшийся валерьянки кот. – Что за речи? А ничего, что это я ее сюда притащил? Я раскрасил ваши скудные, серые будни. Это я-я-я, – он ударил себя лапой в пушистую грудь, – пытаюсь устроить вашу личную жизнь!

– Не понял, – прищурился Светозар. – Ты что же кошак, – он приподнялся со скамьи, – пока Черномора нет, решил нас всех сосватать?!

Я вот тоже не поняла. Почему это Тим меня свахой обозвал? Помимо организации их личной жизни, я этим богатырям должна еще и «готовить», убирать, посуду за ними мыть… А богатырей, между прочим, тридцать четыре! Хотя, пока что за столом было тридцать три. Главного где-то потеряли. Воеводы-то нема. Да и вернулись они гораздо раньше. За окном рассветом и не пахнет.

– А когда Черномор прибудет? – полюбопытствовала я.

– На рассвете, – пояснил Светозар. – Мы намного раньше вернулись, а он на приграничье задержался.

– А он…

– Алена! – повысил голос Светик (да, буду его так называть). – Только не говори, что ты разделяешь мнение этого усатого сводника!

– Разделяю, – киваю.

– Что-о-о? – Светик выпрямился во весь свой немаленький рост.

– Светозарушка, – залепетал рыжий, – не серчай на меня горемычного. Я как лучше хотел!

– И притащил сюда сваху?! – богатырь стукнул кулаком по дубовому столу. Посуда аж подпрыгнула.

– Светозар! – осадил его Любозар. – Прекрати. Аленушка не по своей воле здесь оказалась.

– Ну, кошак, – Светозар погрозил коту кулаком, – доиграешься.

– Соколик, – пискнул Тимофей, – только не серчай. Терем второго твоего буйства не выдержит.

– Светозар, – голос подал сидящий возле него богатырь (его имени я не знала), – вот Черномор вернется, тогда и решим, что нам с заблудшей делать.

– А с ней и так ясно, что делать, – буркнул кот. – Сваха она ваша. Вот пока всех не переженит, домой ей возврату нет.

– Алена, – Светик пристально посмотрел на меня. – Это недоразумение рыжее, правду сказало?

Я кивнула, и богатырь, обреченно вздохнув, плюхнулся на скамью, закрывая лицо руками.

– Светозарушка, – кот встал со своего места и подошел к богатырю, – соколик мой ясный. Витязь мой верный. Не горюй.

– Тимофей, – богатырь убрал руки от лица и посмотрел на кота, – ты хоть понимаешь, что натворил?

– А что я натворил? – захлопал тот глазками.

– Я не хочу жениться! – рыкнул Светик.

Вот в этом я его полностью поддерживаю! Я тоже не хочу жениться! Тьфу! Замуж выходить.

– Эх, придется, – притворно расстроился кот.

– Да не по душе мне все это! – богатырь приложил руку к груди, там, где бьется сердце. – Моя жизнь не жизнью будет без свободы. Душа моя на волю просится, чтобы по полю скакать на лихом коне, ночевать под звездами и пение птицы ранней слушать. Чем, сердце в груди моей станет, без этого?

– А как же семья, жена и дюжина детишек? – спросил Любозар. – Иль не любо тебе это?

– Да и чем тебе Марья не подошла? – в разговор вклинился сидящий напротив темноволосый мужчина с короткой густой бородой.

– Ой, дурень… – кот прижал уши и тихо попятился от Светозара.

– Ох, беги Родослав, – Светозар стал медленно подниматься со скамьи. – Беги, говорю, а то костей потом недосчитаешься.

– Светик, – пискнула я.

Все дружно повернулись в мою сторону. Я что, что-то не так сказала? Вон… Даже Светозар перестал Родослава взглядом буравить.

– Ты как его назвала? – спросил Вострогор.

– Светик, – снова писк.

Терем затрясся от дружного хохота. Я сидела и хлопала глазами, не понимая, с чего такая реакция. Даже Светозар за живот схватился в приступе смеха.

– Све-е-етик, – прыснул лежащий на полу кот – он от большого количества выпитой валерьянки на лапах не удержался.

– Ну, Светозарушка, – на плечо богатыря опустилась широкая ладонь Родослава, – быть тебе теперь Светиком. Так нынче богатырей на Буяне величать будут.

– А ты тогда, – прищурилась я, – Славиком будешь!

Последовала еще одна волна смеха. Вроде не так уж и много медовухи выпить успели… Я недовольно засопела и сложила руки на груди, выказывая тем самым, свое недовольство.

– Не серчай на них, Аленушка, – ко мне подошел запыхавшийся кот.

– Может, тебе валерьяночки? – прищурилась.

– Не отказался бы, – кот облизнулся.

Я взяла стоящий неподалеку пузырь, из которого Вострогор ему в мисочку валерьянки наливал, и бухнула приличную порцию кошачьей горячительной. Кот довольно мяукнул, оперся лапами о столешницу, и приложился к миске. Потихоньку все стали успокаиваться и вскоре полностью переключились на еду. Только Светик периодически на меня поглядывал, когда думал, что я не вижу. Разозлился, наверное. Ну, так я не специально.

– Я захмелел, – сказал кот и бухнулся со скамьи.

– Ой, – я подскочила с места и присела на корточки возле храпящего на полу кота.

– Не переживай, краса, – хохотнул Любозар. – Тимофей валерьянки перепил. Бывает.

– Ш-ш-ш, – произнес с закрытыми глазами кот.

– Тимка, – я почесала кота за ушком. – Тимошка, очнись.

– Мне надо в погреб, – тот с трудом встал на четыре лапы.

– Зачем? – не поняла я.

– А он когда захмелеет, – стал пояснять Славик, – идет славу богатырскую искать.

– И зачем он ее в погребе ищет? – спросила, садясь обратно на свое место с краю.

– А там у нас крыса дюже хитрая живет, вот он за ней по всему терему и гоняется.

– Чем же ему крыса помешала?

– Ты просто эту крысу не видела, – подал голос Светозар.

Я посмотрела на то место, где только что находился кот… но там уже никого не было. Ну и ладно. Подумаешь, крысу ловить пошел. Что я, крыс, что ли не видела.

Прошел примерно час, но мужчины все не расходились. Я уже стала клевать носом, но упрямо сидела и пыталась вслушиваться в богатырский разговор.

– А-А-А-А!!!!!! – раздался истошный крик за дверью, которая вела в кухню.

– Что там происходит? – я снова подскочила со своего места и испуганными глазами уставилась на Вострогора. Богатыри сидели и спокойно потягивали медовушку.

– Успокойся, Аленушка, – хмыкнул Вострогор. – Такое каждый раз происходит.

– А-А-А-А-А-А-А!!!!! – не унимались за дверью.

Я не выдержала и ломанулась к двери. Котика жалко! Деревянная преграда поддалась и явила моему взору довольно необычную картину…

Тимофей лежал на пузе, посередине кухни, и карябал передними лапами деревянный пол. Все бы ничего, только… Только огромная крыса ухватила его своей, довольно не маленькой, пастью за хвост и тянула в погреб. Кот сопротивлялся, как мог, и пытался вцепиться в дощатый пол… но когти были коротковаты.

– А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! Метлу бери!!! – завизжал Тимка.

Я пробежалась взглядом по кухне и обнаружила оную около окна. Красивого, между прочим. Рама была покрашена в голубой и красный цвет, искусно вырезанный узор притягивал взгляд…

– Алена!!! – закричал кошак.

Я пришла в себя и, подбежав к окну, схватила метлу в руки. Богатыри все так же сидели за столом и на происходящее не обращали никакого внимания. Я как следует прицелилась и огрела огромную крысу по наглой морде. Та зашипела и, блеснув красными бусинками глаз, отпустила Тимошкин хвост.

– Мама, – пискнула я, пятясь от бешеной крысы.

Она пристально смотрела на меня и клацала нехилыми зубами. Еще миг, и крыса прыгнула в мою сторону. Я и пикнуть не успела, как ее схватили на лету за пасть и сильно сжали, чтобы не могла вырваться. Метла из моих рук выпала, и я плюхнулась на стоящий неподалеку стул. Перевела взгляд на схватившего озверевшего грызуна и невольно улыбнулась. Светик.

– Аленка, – он хмуро посмотрел на меня. – Ты зачем сюда полезла?

– Она Тимку хотела в погреб утащить, – ответила я.

– И что такого?

Крыса в руке завозилась и жалобно пискнула. Светозар разжал руку, и та, шмякнувшись об пол, убежала в погреб. Я туда больше не пойду! Никогда!

– А если бы она его съела?

– Вряд ли, – хмыкнул богатырь.

– Потому что запал ей в душу наш усатый, – в кухню вошел Любозар.

– Еще чего, – кот потерся об мои ноги. – Не придумывайте.

– Правда твоя Любозар, – Светик сложил руки на груди и весело посмотрел на друга. – Крыса его на звезды смотреть звала, а тот ни в какую.

– Уберегите боги! – кот недовольно зашевелил усами.

– Аки не люба она тебе более? – Стал измываться над Тимкой Светик.

– Соколик, пощади мою растревоженную душу! – взмолился кот.

– А что в том постыдного, если два сердца находят друг друга? – продолжил богатырь. – Коли не видишь ты, как она по тебе горькие слезы льет, послушай друга своего верного…

Я смотрела на все это и тихо обалдевала. Вот ведь… компания мне попалась.

– Алёнушка! – возопил кот. – Ну, хоть ты меня защити горемычного! Иль совет дай, как спастись от супостатов окаянных. Пожалей сиротку, добьют ведь, ироды проклятые!

– Эм-м… – промычала я. – Тимош, а может тебе прилечь, отдохнуть? Хочешь, я сама тебя могу отнести. Скажи только куда.

– Ох, спасибо, Алёнка, за заботу по мне заболевшему, – продолжил пьяную тираду усатый. – Сделай милость, отнеси меня к себе в комнату. Мне покой и тишина не помешали бы.

Сказал и отрубился. Во, дела. Я подхватила рыжего бедолагу и понесла на второй этаж. Еще бы комнатой не ошибиться… нет, мне конечно во время экскурсии показывали ее, но все же. Кажется, нашла. Вот она, третья дверь справа, если стоять спиной к лестнице. На ней еще деревянная ручка в форме цветка. А еще хорошо, что открывается вовнутрь, а то Тимошка больно большой, одной рукой не удержишь. А так, можно пинком дверь открывать. Иногда, а то не по-людски это как-то. В общем, вошла.

Я смотрю, шкаф предусмотрен только в кухне. Для хранения одежды тут используют большие сундуки. Зато кровать широкая, с пуховой подушкой и одеялом. Красота. Я только не поняла, зачем мне в углу прялка. Ладно, будет служить чисто, как элемент интерьера. Да, похоже, они основательно подготовились к моему приезду. По крайней мере, кот, так как богатыри явно были не в курсе.

Положила Тимошку на кровать и стала осматриваться. Первым делом я заглянула в сундук, а там… и сарафаны, и рубахи, и постельное белье. Помню, Любозар мне перед обедом рассказывал, что только богатырская одежда в наличии. А Тимка отмалчивался, дескать нечего вам, мужикам, про все мои планы знать. В таком случае должно быть что-то на подобии обуви. У двери… точно, там комодик небольшой стоит. Кинулась к нему и стала ящички открывать… лапти, валенки, черевички, сапожки. Жизнь налаживается.

Глава 2

В которой первую невесту пришлось у кикимор забирать

За окном уже вовсю светила полная луна. Странно только, что мне спать совсем не хотелось. Да и дел еще оставалось ой как много: надо убрать со стола, посуду вымыть… Сняв подобие сарафана, я достала из сундука первый попавшийся наряд. В принципе, осталась довольна: красный сарафан и белая льняная рубаха с небольшой вышивкой по вороту – вполне приемлемо, если сделать скидку на то, что я нахожусь в чужом мире, очень напоминающем древнюю Русь. Кстати, мне пришлось примерить самые настоящие лапти, которые когда-то служили людям обувью в теплое время года. Надеюсь, не успею мозоли натереть, а то надела-то я их на босу ногу.

Тихонько вышла из комнаты и спустилась вниз.

– Уложила котика? – поинтересовался тут же Любозар.

– Уложила, – улыбнулась я. – Я смотрю, за столом уже никого. Всем хватило ужина?

– А как же! – из сеней вышел Вострогор. – Все наелись до неприличия. Вон, дальше сеней уйти не смогли.

Уф! Хорошо! Значит, вкусно, значит, много. Я считаю, богатырь должен хорошо питаться, чтобы силушку не растерять. Только вот как их столько в сенях поместилось… Что-то я, как богатыри говорить начинаю.

– А утром вы, во сколько встаете? – осведомилась я. – Завтрак когда подавать?

– Знамо дело, – откликнулся Любозар, – с первыми петухами встаем. А завтракаем, как Светик приготовит.

– Я все слышу! – донеслось из кухни. – Учтите, я больше не готовлю.

– О, Светик! Ты-то мне и нужен, – воскликнула я и направилась в кухню.

– Зачем? – насторожился светловолосый богатырь.

– Ты мне покажешь и расскажешь, как посуду приноровился мыть.

– А чего там мыть? – удивился Светозар. – Вон чан рядом с печкой, видишь? Прополоскал в воде посуду, и готово дело. А грязную воду потом сливаешь в кусты.

– Ну уж нет! – возмутилась я. – Это не пойдет. Посуда так полностью не отмывается. Да и чан пачкается от жира. Я полагаю, ты его не моешь?

– Нет, – нахмурился богатырь и почесал затылок.

– Ладно, перенеси, пожалуйста, пока всю грязную посуду сюда на стол, – попросила я.

Нет, раз уж заделался хозяюшкой, так будь добр все качественно делать. Пока Светозар таскал посуду, я отыскала в закромах кухни небольшой тазик и наполнила его водой. Жаль, нет губки с моющим средством. Тряпку бы хоть какую найти… А вот и она – на печке лежит. Удостоверившись, что она чистая, стала использовать ее вместо губки.