![Любовь и сгущенка. 1 том](/covers_330/69516340.jpg)
Полная версия
Любовь и сгущенка. 1 том
– Ирма, кто это?
– Я не знаю. Нашла за корзинкой, наверно потерялся. Не оставлять же на улице. Садись на стул, как тебя зовут?
Малыш нахмурился и молчал. Я отрезала кусок хлеба и протянула ребенку. Он вцепился в еду и начал рычать, как дикое животное, чтобы не отняли. Мне стало страшно от такого поведения. Матрас для сна у нас один, да и помыть ребенка нужно. Я достала кресало, разложила палочки, что удалось наносить и долгим, упорным трудом разожгла огонь в печи. Дров у меня не много, поэтому я налила воду и поставила в выемку сверху на печи. В комнате стало заметно теплее, я принялась раздевать сироту и с удивлением обнаружила, что это очень худенькая девочка. Я обмыла ребенка, завернула ее в платок. Потом достала ткань, проделала в ней дырку для головы, одела сверху на нее и подвязала поясом, получилась туника. Ее тряпье не стала выбрасывать, постирала, все что было цело и повесила сушиться у печки.
Когда управилась со всеми делами, матушка и малышка уже спали.
Сон не шел, в голове прокручивала весь свой день и не верилось, что так много успела сделать. Деньги придется отдать хозяину комнаты, чтобы он нас не выгнал. Радовало, что потихоньку жизнь налаживалась и я теперь точно знала, что из этой дыры я выберусь.
Утром я проснулась довольная собой. Приведя себя в порядок, я не стала ждать пока стихнут шаги за дверью, вышла в коридор и увидела уставшую женщину, которая шла на работу. Она была в тёмно-серой одежде, из-под платка клочьями торчали немытые волосы, подол платья заткнула за пояс, а в руках несла пустой таз с решёткой для стирки. Видимо работала прачкой.
– Здравствуйте. Вы не подскажите, где мне найти хозяина дома?
Она остановилась, хмуро на меня посмотрела и кивнула на первую дверь у лестницы. Я благодарно ей улыбнулась и двинулась к этой двери. На стук никто не ответил. Я постучала настойчивее.
– Что нужно? – раздался за дверью старый скрипучий голос. Я даже не сразу поняла кому он принадлежит.
– Здравствуйте. Мне нужен хозяин дома. – прокричала я в щель.
Дверь распахнулась и там стояла сухонькая старушка с длинным ножом за поясом. Глядя на ее наряд, я подумала, что она была в молодости пираткой. Такого увидеть не ожидала и замерла с открытым ртом. Из-под полосатой юбки пожилой дамы показались темно-серые сапоги с отворотами. Рубашка с высоким воротником стойкой, косынка на голове, скрывающая седые волосы, черного цвета была завязана набок и кожаные ремни крест-накрест на груди завершали костюм разбойницы.
– Рот закрыла, что хотела?
Я вздрогнула от неожиданности и вспомнила чего пришла:
– Я вам деньги за жилье принесла. – протянула ладонь с монетами. Та прищурила один глаз и как смотрят попугаи, пересчитала деньги, кивнула и сгребла их:
– Хорошо, осенью заплатишь вторую половину и оставайся до следующего лета.
И захлопнула передо мной дверь. Я очнулась, и довольная собой двинулась в сторону своей комнаты.
5 глава.
Я шла на работу довольная собой. Впереди показалась знакомая вывеска, осмотрелась и открыла дверь. Приветственно звякнул колокольчик, и на встречу вышел пекарь.
– Доброе утро!
– Ирма, рад вас видеть. Вы пришли нам помогать?
Я смутилась, потому что мне сложно решиться на перемены. Это жизнь за меня решает, что пора что-то поменять. Работа в кафе хоть и не приносила мне удовольствия, но там кормили и можно было раздобыть еды.
– Я бы рада вам помочь, но у меня уже есть работа и к сожалению, я там занята весь день до поздна. Думаю, что вы справитесь без меня. Ваши покупатели только до обеда заходят в магазин? Верно?
Мужчина погрустнел и согласно кивнул.
– После обеда вы сможете вместе с сыном собрать оставшийся хлеб и торговать на улице.
– Ирма, вы и так нам вчера помогли. Я не смею надеяться, что вы оставите свою работу ради помощи нам.
– Простите, Тео, мне пора идти. Если я освобожусь пораньше, обязательно помогу.
Я помахала малышу, он улыбнулся мне в ответ и поспешила в кафе.
День был суетливый, много заказов и соответственно посуды. Поэтому на кухне я редко появлялась, чем радовала свою соперницу. Вечером, я решила устроить себе помывочную, когда все разойдутся. Нагрела воды, завесила старой шторой закуток, где я мою посуду и устроила себе купальню. Волосы помыла мылом, которое раздобыла у Агас, и счастливая пошла домой. Дома еще оставалась большая часть хлеба, но я все равно несла обеденные краюшки, потому что едоков прибавилось и можно насушить сухарей, которые пригодятся в особо голодные дни. Хозяйке кафе привезли дрова, и хворост откидывали в сторону. Прихватив немного сухих палочек, двинулась по опустевшей улице.
В окошках пекарни было темно, так что я прошагала мимо к тем, кто меня ждал. Матушка порадовала тем, что уже не лежала на кровати, а сидела. Она рассказывала сидящей на стуле девочке какие-то истории, а та, раскрыв рот, слушала, обнимая себя за коленки.
– Доченька пришла. Мы с Эльзой сказки вспоминаем.
– С Эльзой?
– Да, девочка не помнит, как ее зовут, поэтому я дала ей имя своей сестры.
– Понятно. Значит никто ее не искал?
Матушка отрицательно покачало головой. Я спрятала добытый хворост под кровать. Печку сегодня не растапливала, нужно к зиме потихоньку дрова носить, потому что не знаю, как мы тут будем выживать без теплой одежды. Ужин был скудный, как всегда. Я на веревку нанизала кусочки хлеба, чтобы он подсыхал, а те сухарики, что уже насушила, ссыпала в тряпочный мешочек и подвесила под потолок.
– Пока вы утром спали, я заплатила за нашу комнату и теперь до осени нас не выгонят отсюда.
Матушка сложила ладони в молитвенном жесте:
– Слава Всевышнему, что он нас оберегает.
Когда закончила со своими делами, легла спать. Я смотрела на потолок и думала о том, что нужно что-то кардинально менять в своей жизни, а то так можно всю жизнь просидеть посудомойкой. Такой случай мне подвернулся через несколько дней.
Утром по дороге я навещала пекаря с сыном. Как я поняла похвастаться особо им было нечем, потому что у него на улице хлеб покупали плохо, и продавать его на проспекте он перестал к концу недели. Мне было горько, что у меня не было времени им помочь, но больше ничего в голову не приходило. Уго радостно меня встречал и обнимал, как только я открывала дверь, а Тео с надеждой посматривал и ждал, что скажу, что сегодня остаюсь с ними, но я прощалась и уходила.
В тот день, когда мне подвернулся случай показать свои таланты, заболел повар и не вышел на работу, поэтому мальчишка Джори, его помощник, метался по кухне и на всех кричал подгоняя. Заказов было мало, поэтому я освободилась и следила за его пустой беготней, которая ничего не давала, а только вводила в хаос все на кухне.
Нужно было что-то готовить, а он не знал за что хвататься. Все помощницы сбились с ног, стараясь ему угодить.
Я достала сушеные грибы, замочила, поставила подставку для сковороды и аккуратно пожарила мясо курицы, которую порезала кусочками. Нарезала тонкими полукольцами лук, поджарила его на масле, добавив щепотку мускатного ореха и приготовленные грибы. Все уже издавало приятный аромат. Меня радовало, что никто не обращал внимание на то, чем занимаюсь я.
Смешала все и ужаривала, пока не выпарится вода.
С соусом оказалось сложнее, потому что сливки взять я не могла, пришлось импровизировать. Поджарила на сливочном масле муку и добавила молоко, чтобы соус был погуще, вбила несколько яиц. Когда все было готово, я соединила все в одной глубокой сковороде и тщательно перемешала. Кокотниц не было, поэтому я разложила все в глубокие кружки, посыпала сыром.
Данные кружки приставила поближе к костру, так как духовки для запекания тут не было. Вся выпечка покупалась в пекарнях.
В дверях, ведущие в зал, столпились девушки, которые подают блюда и нервничали, потому что ничего не было готово. Я подошла к Анн, той которая показала мне дорогу к этому кафе и предложила отнести уже готовые закуски, пока основные блюда не готовы. Все боялись гнева мадам Жу-жу, поэтому на свой страх и риск, девушка согласилась.
Я принесла на подносе несколько горшочков и протянула ей. Она понюхала еду, улыбнулась и понесла в зал.
В течение получаса мы раздали все мои блюда, кроме одного, на который пока не нашлось покупателя. В комнату влетела хозяйка и закричала своим зычным голосом:
– Джори, что это? Ты что подал гостям? – она размахивала кружкой перед носом помощника. Он недоуменно смотрел на посуду и заикался.
– Я ничего не подавал.
– Анн, быстро сюда подошла! – взвизгнула женщина, – Ты решила отравить моих гостей? Я тебя в помоях сгною, дрянь!
Девушка упала на колени:
– Госпожа, это не я. Это Ирма подала нам эту закуску. Она очень вкусно пахла и гостям понравилась.
– Ирррма!
Я вздрогнула, услышав свое имя. Положила посуду, которую мыла и вышла на кухню. Все смотрели на меня, как на врага народа.
– Ах ты змея, что ты подала в этих чашках? Я тебя спрашиваю!
– Это очень вкусно. Называется жульен. У меня остался один и я могу Вам дать его попробовать. Я шустро соскочила со ступеней и подала последнюю кружку, которая стояла в печке с краю, чтобы не остыть.
Мадам понюхала, фыркнула и протянула помощнику:
– Ты первый!
Он аккуратно ложкой взял запеченный кусочек, положил в рот и начал медленно пережёвывать. Все раскрыли рты и наблюдали за парнем. У меня создалось впечатление, что они ждут, когда он упадет замертво и они меня четвертуют.
Когда он потянулся за вторым кусочком в чашку, Жу- жу дернула ее на себя и сама попробовала блюдо.
Правая бровь взметнулась вверх от удивления. Она прищурилась, посмотрела на меня и сказала:
– Кто тебя этому научил?
Я растерялась, потому что в моей голове проносилась куча варианты ответов, но ни один из них не подходил.
– Матушка научила, пока мы жили в деревне. Ее научила сестра, когда приезжала погостить из далекой страны. – нашлась я с решением.
– Хорошо, очень интересно и вкусно. Значит ты приготовишь еще такую закуску. Посуду помоет кто-то другой. Я ставлю тебя помощницей Джори, пока Арно нездоровится. Бегом за работу, а то все сегодня будете без обеда.
Такого резкого повышения я не ожидала. Рочел назначили мыть посуду, чем я вызвала еще больше ненависти с ее стороны. Дальше все мои действия контролировали и следили за каждым движением. В третий раз, когда я готовила, все на кухне уже наизусть выучили, что я делаю и зачем.
От напряжения и постоянного контроля, к вечеру я не чувствовала своих рук, ног и спины. Пожалела, что показала свои умения.
Одно радовало, что я сегодня напробовалась еды, есть не хотела совсем и как повару, мне полагалось еды больше, поэтому вечером домой я несла суп в чугунке, а не в тарелке. А в мешке у меня лежало пол булки хлеба и кусочек сыра.
Дома на ужин нас ждал пир и наевшись от пуза, мы довольные завалились спать. Я обнимала девочку, засыпая, и радовалась, что жизнь налаживается, но как же я горько ошибалась.
Пока не было повара, я не понимала, что меня ждет, когда он вернется. Всю неделю я готовила жульен и подавала гостям. Слава о блюде уже начала распространяться по городу и количество работы у меня росло. В последние дни я уже не успевала нарезать продукты, мне помогала женщина. С вечера мы делали заготовки на это блюдо, а утром уже запекали для первых посетителей.
6 глава.
Первые дни, после выздоровления, повар ко мне присматривался и наблюдал за моими действиями. Перед отправкой блюда в печку для запекания сыра он показывал мне рукой, чтобы я подносила его к нему. Дальше он пробовал заготовку и хмуро на меня смотрел, пока пережевывал кусочки. Казалось, что меня подозревают в том, что я хочу всех отравить. Я терпеливо ждала, мне ничего не оставалось.
В последнее время все ко мне стали относиться подозрительно, даже прачка Агас, которая со мной раньше болтала, теперь ограничивалась просто кивком и проходила мимо. Я не могла понять, почему ко мне так изменилось взаимоотношение. Это либо ненависть, либо зависть.
– Вот смотри, Джори! Чумазые девки скоро займут твое место и начнут хозяйничать вместо повара. – разносилось по кухне, когда я проходила мимо Арно. Тот хлопал меня по заднице, – Шевелись курица, гости ждут.
Молодой помощник прищуривался и смотрел на меня со злостью. Я спиной чувствовала ненависть к себе, но сделать ничего не могла.
Ротчел, как только видела меня проходящей мимо или выходящей из кухни, старалась вылить грязную воду мне под ноги, чтобы я поскользнулась и упала. Я терпела все это, потому что не видела пока для себя другого выхода. Еду клала в мешочек и привязывала на шею, чтобы отнести домой. Дома все свою добычу припрятывала в корзинке под кроватью матушки.
Вечером меня порадовало то, что в комнате стояло пол ведра набранной воды. Матушка начала уже подниматься и радовала меня тем, что осторожно ходила по комнате, а сегодня даже спустилась по лестнице на улицу.
– Доченька, я принесла сегодня воды. Вот скоро и помогу тебе по хозяйству. Пойду прачкой работать, хоть какие-то копейки заработаю.
– Матушка, Вам нужно окрепнуть и набраться сил. Пока нам еды хватает, а там может я найду работу, на которой платят монетки и мы начнем жить лучше.
Она улыбалась и кивала, обнимая Эльзу. Девочка привязалась к нам и как только я заходила в дом, помогала поставить тарелку с супом на стол и обнимала меня. В сердце зарождалась нежность к этому ребенку, и я думала, что это я ее потеряла когда-то и теперь нашла.
Утром я, как обычно, заглянула к пекарю, он грустно мне кивнул и скрылся за шторкой. Я протянула Уго морковку, он улыбнулся беззубой улыбкой и принялся с ней играть.
Поцеловала мальчишку в макушку и побежала довольная на работу. На кухне я была в числе первых, мне нравилась тишина и то, что никто никому не мешает. Повар хмыкнул, увидев, что я кручусь у печи. Помощника не было и тот подошел, как обычно, стал наблюдать за моими действиями.
– Что еще ты умеешь готовить?
– Многое. – осторожно заметила я.
– Интересно. Что ты можешь сегодня приготовить, что мы тут не готовили?
Я задумалась, посмотрела на грибы, которые нарезала для своего блюда:
– Хорошо. С теми же самыми ингредиентами я приготовлю вам суп.
– Ингредиентами? Какое интересное слово. Хорошо, жду от тебя суп.
Особо ничего придумывать не нужно, поэтому я параллельно повесила небольшой котелок с водой и положила туда куриную грудку. Когда она сварилась, добавила чуток обжаренные грибы, для аромата. На сливочном масле поджарила морковь, лук и добавила картофель, который был тут редкостью и ради нового блюда Арно, скрепя сердцем, мне пару штук выделил. В конце, пока поджаривались гренки, добавила натертый сыр в котелок. Запах заполнил кухню, облизывались все, когда я для вкуса натерла зубчиком чеснока кусочки жареного хлеба.
Готовый суп я налила в миску, высыпала сверху гренки и подала повару. Тот понюхал, посмотрел внимательно мне в глаза, поводил в тарелке ложкой и решился попробовать. Хмурое лицо сменило выражение удивления, потом он довольный покивал головой и облизал ложку.
– Ирма, какое интересное сочетание. Твое блюдо мне однозначно нравится. Джори, тебе бы поучиться у этой простушки, у нее явно талант к готовке.
Тот даже уронил глиняную кружку от удивления, которая тут же разбилась вдребезги и прищурил на меня свои хитрые глаза.
– Сегодня ты будешь готовить свой Жу-жульен, а завтра покажешь мне рецепт своего грибного супа, и мы его представим нашей мадам. Заслужила сегодня взять вяленого мяса, но не радуйся особо, я его даю раз в неделю.
Радость заполнила мое сердце, я явно заслужила похвалу и скоро смогу зарабатывать больше. День прошел в суете, но мне не нравилось, что помощник крутится возле моего блюда. Несколько раз я замечала, что он хочет туда что-нибудь засыпать, но заметив мое внимание, отходил от печи. Стала внимательнее за ним следить.
Вечером я задержалась, пока обмылась в закутке, что ранее себе сделала. На выходе попрощалась со стариком Рином, он единственны по-прежнему ко мне хорошо относился и специально для меня откидывал палочки для печки и вышла из кухни. Почти у выхода меня позвал Джори:
– Ирма, ты кое-что забыла.
Я на него посмотрела внимательно:
– Что я забыла?
Он протягивал небольшой кулек из груботканого полотна:
– Вот, мадам Жу-жу в конце недели выдает поварам немного зерна. Это как плата за труд.
– Да? Я такого раньше не видела.
– Но ты же раньше не готовила на кухне?
Я смутилась, в душе закралось сомнение, но он мне улыбнулся и это притупило подозрительность. Я посмотрела на свои руки. В одной руке была миска с супом, а в другой я держала несколько веток хвороста. Мешочек с едой у меня висел на шее под платьем. Помощник положил на дрова сверху и веревочкой прикрутил к палкам, чтобы он не съехал.
– Вот так потихоньку донесешь до дома.
– Спасибо большое. Хорошего вечера тебе. – сказала я вслед, быстро удаляющему мальчишке.
На улице начинало темнеть. Вокруг стояла тишина и я по проулку двинулась в сторону проспекта. Перед самым поворотом, когда я уже завернула на улицу сзади раздался голос:
– Далеко, воровка, собралась?
Я развернулась от таких слов и увидела, как на меня надвигается мадам Жу-жу, а за спиной помощник, который ехидно улыбался. И тут до меня дошло, что он сделал, но спрятать мешочек уже не получится, а оправданиям никто не поверит.
Хозяйка кафе молча подошла и дернула у меня из рук полотняную сумку, ветки посыпались на землю. Она развязала шнурки и заглянула внутрь.
– Ах ты подлая дрянь, я приютила тебя у себя, кормлю, помогаю, а ты воруешь у меня!
Я не успела заметить, как рука мадам взметнулась и та залепила мне пощёчину. От удара я не удержалась на ногах и упала на мостовую, выронив тарелку с супом, которая разбилась.
Щека горела, из глаз брызнули слезы от обиды, голова гудела. Женщина склонилась ко мне:
– Ты сейчас молча уберешься с этой улицы и больше никогда здесь не появишься, а если я узнаю, что ты где-то рассказала рецепт жульена, то напишу на тебя заявление о воровстве и свидетели этого у меня есть. Поняла?
Она развернулась на каблуках и пошла в сторону входа в кафе. Мальчишка, потирая руки от удовольствия, двинулся вслед. Я посмотрела на растекающуюся лужицу супа и осознала всю беду своего положения. Поднялась, струсила сено с одежды, собрала хворост с мостовой и двинулась в сторону дома. Всю дорогу я искала варианты, как мне теперь поступить и куда устроиться на работу. Понятно, что в этом жестоком мире, место найти сложно. Когда проходила мимо пекарни, решила, что утром попробую попроситься к ним, может они согласятся взять меня пока на работу, а дальше что-нибудь придумаю.
Дома меня встретила матушка и догадалась, что что-то случилось.
– Доченька, какая-то беда произошла?
Я улыбнулась, обняла тех, чья жизнь сейчас зависела от меня:
– Все будет хорошо. Просто мне нужно будет поискать другую работу. Еда у нас пока есть, и мы не голодаем. Не переживайте мои дорогие, что-нибудь придумаем. Завтра пойду в пекарню, может у них будет для меня работа.
– Мамочка, я буду тебе помогать. – Эльза обняла меня своими тонкими ручками, а я расплакалась, она никогда меня так не называла и сказалось напряжение всего случившегося. Я сжала девочку в своих объятьях, а она гладила меня по голове и дула на меня, как мама на разбитые колени в детстве.
7 глава.
Ночь я спала плохо, мне снились те, кто меня вчера обидел, и вся эта братья смеялась и танцевала вокруг меня. Утром я очнулась, не выспавшись, потому что постоянно просыпалась и смотрела на окно, в надежде увидеть рассвет. Мне нужно быть уверенной, что я нашла новую работу, а пока ее нет, это сильно нервировало. Уверенности, что меня примут в пекарне, не было.
Как только небо окрасилось розовым цветом, я поднялась со своего матраса, умылась и направилась в сторону пекарни. Колокольчик оповестил всех о моем приходе. Тео выглянул и улыбнулся мне, как только он хотел скрыться за шторками, я его окликнула:
– Доброе утро, я хочу с вами поговорить.
Он внимательно на меня посмотрел и остановился.
– Тео, так получилось, что я потеряла работу и мне нужна новая.
– По какой причине вы ее потеряли?
Я смутилась, но врать не хотелось:
– Меня обвинили в воровстве.
Он посмотрел на прилавок, потом на меня:
– Если бы вы были воровка, то и меня бы ограбили, вместо помощи. Но мне вряд ли поверят на вашей работе, если я расскажу, что они ошибаются. У меня в этом городе небольшой вес, к сожалению.
– Спасибо большое, за вашу веру в меня. Но я знаю, что вам там не поверят. Я прошу о другой помощи.
– О какой? – он нахмурился.
– Взять к вам в помощники в пекарню.
Пекарь вздохнул, помолчал, посмотрел на витрины:
– Ирма, вы прекрасная девушка и я не хочу вам врать. Мои дела плохи, и мы распродадимся и уедем с Уго к моей матери. Торговля идет плохо, продавать на улице, как у вас, у меня не получается и у меня растет убыток. Скорее всего это последний месяц, когда я работаю. Заплатить аренду мне будет нечем и нас от сюда выгонят.
– Если я вам помогу продавать хлеб на улице, ваши дела наладятся?
– Вы чудо и кому-то с вами очень повезет. Я был бы очень рад, если бы вы нам помогали, но у меня нет денег платить вам зарплату.
– А едой? Я могу брать пока едой, а когда у вас все наладится, вы сможете мне заплатить.
Тео посмотрел на меня грустными глазами:
– Бедное дите. Хорошо, только не пожалейте о своем решении, что вы остались со мной, а не пошли искать работу дальше.
Я захлопала в ладоши от радости.
– Тогда если вы не против, я сбегаю за платьем, которые вы мне подарили и с сегодняшнего дня начну у вас работать.
Он согласно кивнул. Я кинулась в сторону дома, когда пробегала мимо комнаты хозяйки дома, услышала сильный кашель за дверью. На минуту остановилась, постучала в деревянную створку.
– Убирайтесь! – услышала я скрипучий голос, испугалась, что в дверь полетит что-то тяжелое, поэтому быстренько скрылась за дверью своей комнаты. Матушка уже не спала и сидела на кровати. Я ей рассказала свои новости и быстро переоделась в платье. Она любовалась нарядом:
– Какая ты красивая, Ирма. Жаль отец не дожил до этого дня. Боюсь даже дотронуться до этого платья, ты как королева в нем.
Я поцеловала старушку и направилась к выходу. Проходя мимо комнаты пиратки, прислушалась, там стояла тишина. Тихонько, чтобы не шуметь своими башмаками, пошла к лестнице.
Уго сидел на высоком деревянном стуле и болтал ногой. Он мне улыбнулся, когда я открыла дверь. На колокольчик выглянул Тео:
– Доброе утро, мадам. Ой, Ирма, я вас не узнал. Вы красавица.
– Спасибо вам за комплимент, а теперь давайте приступим к делу. Когда обычно у вас покупатели в магазине?
– Обычно все проходят до обеда, потом уже никого нет. Очень редко, кто заходит вечером, но в последнее время практически никого нет.
– Хорошо. Хлеб уже готов, вы что-то еще в течение дня печете?
– Нет, обычно хватает только того, что напек с утра. Еще одна партия будет готова через час.
– Тогда давайте я сейчас отправлюсь на проспект и попробую там продать, а вы продаете тем редким покупателям, кто заглянет к вам сюда. Согласны.
Он кивнул в ответ. Я нашла корзину, которой в прошлый раз пользовалась и устелила ее кружевной салфеткой, чтобы все выглядело красиво. Уложила несколько длинных батонов, три круглые булки и вышла на улицу. Солнышко припекало, чувствовалось, что скоро наступит лето и будет совсем тепло. Я улыбалась прохожим, особенно порадовал джентльмен, который склонил голову в приветствии, я сразу ему предложила приобрести хлеб. Он удивился, но не отказался, а наоборот купил длинный хрустящий багет.
“Первый покупатель мужчина – это хорошо. Значит все у нас получится!” – радовалась я про себя, —“ Тео скорее всего со своим строгим лицом просто распугал всех покупателей. Нужно улыбаться и дела наладятся.”
На душе стало тепло и уютно. Мир мне радовался и все шло хорошо. Я по проспекту не захотела идти в сторону кафе мадам Жу-жу и направилась в другую противоположную сторону. Там возле магазина с овощами и фруктами я пристроилась с хлебом. Строгая полная женщина в годах, которая протирала витрину, насупила брови и хмуро на меня посмотрела.
– Доброе утро, мадам. Если вы не против, то я возле вас продам свой хлеб и люди, которые будут возле меня останавливаться, возможно заглянут и в вашу лавку.
– Хорошо, продавай. Может ты и права, посмотрим.
Хлеб у меня раскупили очень быстро, поэтому я вернулась в пекарню за добавкой, высыпав монетки на стол хозяину. Тот пересчитал их:
– Ирма, вы опять продавали хлеб дороже, чем в лавке он стоит.