bannerbannerbanner
Наперегонки со счастьем. Для тех, кто потерял смысл жизни
Наперегонки со счастьем. Для тех, кто потерял смысл жизни

Полная версия

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
1 из 3

Алексей Корнелюк

Наперегонки со счастьем. Для тех, кто потерял смысл жизни

Вступление

Ливень тарабанил по крыше автомобиля, стекая плотным потоком воды по лобовому стеклу.

Сердце бешено колотилось, а я, прерывисто дыша, уставился вперёд.

Дворники на полной скорости, казалось, работали вхолостую.


В последний момент я успел вывернуть руль и, со всей силы врезав по тормозам, спастись от летевшей прямо на меня фуры.

Мой авто повело боком, и, проскочив обочину, я вылетел в кювет.

Ремни безопасности плотно прижали тело к сиденью и не дали моему носу проверить прочность руля.

Оцепеневший я не в силах убрать руки с руля до последнего не понимал, что произошло.

Только спустя время я узнал, что мужику в той фуре стало плохо, и, потеряв управление, он выехал на встречку, а потом и в кювет, чудом не задев меня.


В дорожных авариях ежегодно гибнут десятки тысяч людей, и если бы не случайный фактор, я бы просто вошёл в статистику ДТП.

На месте раскуроченного автомобиля установили бы памятник и… Я могу только догадываться, но, кажется, там бы написали следующее:

«Михаил Андреевич Фролов 1991 – 2023. Прожил яркую, но короткую жизнь»

И раз этого не произошло, позволь рассказать тебе историю, которая в корне поменяла мою жизнь, а описанный ранее инцидент стал знаком кое-что поменять в моих планах.

Планах? Да… план был, но тебе он не понравится.


Ехал я в сторону аэропорта и торопился на самолёт, который через полтора часа должен был вылететь по направлению Мурманск – Москва, Москва – Владивосток.

А оказавшись во Владивостоке, я планировал покончить жизнь самоубийством.

Ну? Я же говорил! План тебе не понравится.

Зачем лететь через всю страну, чтобы свести счеты с жизнью? Почему именно там? И зачем в последний момент, когда представился шанс, избежал смерти?


На последний вопрос у меня не было ответа, но что-то внутри подсказывало, что я сделал правильный выбор.

А вот на первые два я отвечу по ходу рассказа и познакомлю тебя с, не побоюсь этого слова, удивительной историей.

Она о том, как молодой человек сбился с пути, искал смысл жизни, разбирался в себе и по ходу путешествия открыл себя по-новому.


Если ты, как и я, заплутал в этом мире, то предлагаю (фигурально выражаясь) сесть со мной на пассажирское сиденье и отправиться в это путешествие вместе.

И пока ты размышляешь над моим предложением, я вернусь к этой истории, но чуть позже, а пока… У нас тут ДТП, помнишь? Впереди показались красно-синие огоньки, и уже спустя несколько минут человек в форме, стоя под проливным дождём с фонариком в руке, тарабанил в стекло моего автомобиля.

– С вами всё в порядке? – направив свет от фонаря в моё лицо, человек в форме будто выдохнул, увидев, что я жив. – Откройте дверь!


Открою-открою, но в следующей главе.

Ну ты как, со мной? Пассажирское сиденье ещё свободно.

Глава 1

И зачем кому-то в столь раннем возрасте сводить счёты с жизнью?

Хороший вопрос, читатель. Я и сам раньше таких людей не понимал и крутил пальцем у виска, мол, всегда можно решить любые проблемы.

Не понимал, пока сам не стал таким человеком.


Оу… Мы же с тобой не познакомились. По крайней мере, кроме моего имени (Миша я, Ми-ша) и возраста ты ничего не знаешь.

И чтобы твоя фантазия сработала лучше и нарисовала меня как следует, не упустив ни одной детали, мы перенесёмся в мои воспоминания годом ранее.


– С днё-ём рождения, милый. Открывай глаза.

– Не-а, не буду. – я сжал веки ещё сильнее и почувствовал запах тлеющей восковой свечки.

– Ну сам напросился.

– Э-э-эй! – отдёрнув голову назад и открыв глаза, я посмотрел на Настю.

Даже сейчас, слегка надув губки и особо не запариваясь над макияжем, она была красавицей. И эта бандитка только что залезла пальцем в мой торт и оставила часть сливок на кончике моего носа.

Потянувшись за салфеткой, я увидел, как цифра 31 слегка накренилась.

– Ну же, дуй.

Поняв, что от меня не отстанут, я набрал в лёгкие воздух и задул свечи. Огонёк слегка дрогнул и потух, оставив лишь чёрный дымок.

– Что загадал? – Настя игриво села мне на коленки и, взяв салфетку, вытерла остаток сливок с моего носа.

– А что надо было?


В глубине души я не любил дни рождения, особенно после 27, когда начинаешь понимать, что не молодеешь. Что весёлого в празднования дня рождения?

В 29 появились первые седые волосы, метаболизм уже не тот, и наутро после гулянок чувство, будто тебя били скалкой для лепки пельменей… Вместо этого я сказал:

– У меня же всё есть, что загадывать? – я ущипнул Настю за задницу.

И ведь я не солгал, действительно всё было. На входе в ресторан припаркована моя бордовая Мазерати, в центре я снимал просторный лофт, ездил за границу два-три раза в год. Да и деньги были, что ещё нужно?


Настя опустила глаза и, расцепив руки с моей шеи, со вздохом пересела на соседний стул.

– Действительно. – разрезав торт, она пододвинула тарелки и стала класть в них ровные кусочки.

Конечно я знал, почему, как по щелчку, моя девушка, с которой мы встречаемся уже 3 года, расстроилась. Я же не загадал детей… да побольше! Я столько раз слышал её истории, как все её подружки повыходили замуж и нарожали детей. У некоторых уже трое спиногрызов. Я поёжился. Брр…


Окинув взглядом уютный зал, в котором мы сидели, я представил, как вокруг бегают копии меня и крушат этот милый семейный ресторан.

Белоснежные скатерти, скорее всего, были бы в слюнях, а мне бы пришлось бегать за детьми, чтобы они случайно не сшибли растения в горшках, расставленные по всему залу, от чего складывалось впечатление, что мы где-то на загородной веранде.

Прогнав дурные мысли, я вернулся в реальность.


Тонкая прядь русых волос упала на красивое лицо Насти.

Я любил её, а она, как мне казалось, меня… Всё же было отлично, зачем куда-то торопиться?

Взяв ложку, я отломил кусочек торта и положил содержимое в рот. Бисквитный торт с шоколадной начинкой, недурно… От наслаждения я закрыл глаза.

– И всё-таки нам надо поговорить.

– Фто.. Фейчас? – с набитым ртом спросил я.

– Да, я беременна.

Как сейчас помню, в этот момент я замер, как в той детской игре «1, 2, 3, морская фигура замри», и я в домике, какие ещё дети?!

– Ты скажешь что-нибудь?!

Не знаю, сколько я просидел без движения, но точно долго, чувствуя, как обстановка вокруг накаляется. Какие ещё дети? Я сам ещё ребенок! Под два метра ростом, но всё же ребенок. Нарушив молчание, я выдавил из себя:

– Я не готов.


Настя резко встала. Задев бедром кромку стола, она случайно опрокинула чайник, и кипяток вылился мне на штанину.

Ошпарившись, я с воплем вылетел из-за стола и… Дальнейшую часть я всё же пропущу, самоцензура как-никак, и читать такие диалоги, как:

– Да ты *****!

– Сама ты *****!

Такое себе занятие, правда? Так что, немного познакомившись со мной, перенесёмся в кабину моей машины. Ты же помнишь? Бордовый Мазерати… Ах, как там пахнет, м-м-м… Присаживайся на пассажирское место, мы выезжаем.

Глава 2

Рад, что ты со мной, я это ценю, правда…

Только смотри, раз ты в моей машине, есть несколько правил, которые тебе придётся выполнять.

Знаю-знаю, выгляжу как зануда, но я терпеть не могу, когда берут еду в салон, так что никаких чипсов, орешков и прочего, договорились?


Читатель, я к тебе обращаюсь. Ты что, думал просто читать будешь и всё? Нет, ты участник этой пьесы, и раз уж я первое правило озвучил, есть и второе:

Никаких сигарет. Это только в фильмах выглядит круто, когда главный герой потягивает сигаретку, выпуская колечки дыма, но по факту привычка отстой.

Вонища в салоне, и не дай бог… Нет, не так… И НЕ ДАЙ БОГ пепел упадёт, знай, я озверею! А в гневе я страшен.

Ну, договорились? Махни головой, чтобы я понял.

А теперь перенесёмся в тот день, когда я чуть было не встретился лоб в лоб с той фурой.


***


Сидя с сотрудником ГАИ в патрульной машине, я с грустью смотрел, как эвакуатор цепляет тросом мою малышку.

– Адрес прописки. – буркнул гаишник.

– А… Город Мурманск. Проспект Ленина, 27, квартира 14.

Дёрнув головой, я словно сбросил пелену и снова вернулся в реальность.

Молодой сотрудник ГАИ что-то записывал, держа в руках бланк на подложке.

Одетый в куртку на два размера больше, он, как взъерошенный воробей, щурился и быстро водил по бланку ручкой, оставляя записи. И как он что-то разбирает? Салон еле подсвечивала одна лампочка, у меня у самого глаза болеть начали.

На улице тем временем в свете мигалок бегали два мужика с рулетками из страховой фирмы и что-то отмеряли.


В узком салоне Лады периодически потрескивала рация, и кто-то по ту сторону говорил про ДТП там, ДТП здесь.

– Здесь подпись и дату.

Посмотрев на меня, молодой гаишник передал бланк, ручку и спросил:

– Я закурю? – не дождавшись ответа, он продолжил. – Вечерок сегодня непростой выдался.

Вытащив из бардачка мятую пачку LM, он достал сигарету и, чиркнув зажигалкой, прикурил.

Слегка опустив стеклоподъёмник, он, откинулся на сиденье и сказал:

– Тебе повезло, мужик… Очень повезло.


Я посмотрел, как лебёдка затягивала мою машину на подложку эвакуатора.

Протянув обратно заполненный бланк сотруднику ГАИ, я глянул на часы: 23-48.

Водитель эвакуатора, выехав на дорогу и поравнявшись с нами вдоль обочины, выпрыгнул из кабины и, вжимая шею в плечи, подбежал к нам.

– Ну я всё, начальник. – прокричал он сквозь шум от ливня. – На вашей стоянке нет места, я на нашу повезу, Сергеича предупредил.

Гаишник махнул головой, и водитель эвакуатора, как кузнечик, снова запрыгнул в кабину и на аварийке поехал в сторону города.


– Тебя есть кому забрать или подбросить? У нас отделение недалеко как раз.

– Да не хочу никого напрягать. Если удобно, подбросьте, пожалуйста.

Выкинув окурок на улицу, молодой гаишник дважды попытался завести Ладу, выругался, и, будто услышав волшебное слово, мотор затарахтел.


Вырулив на трассу, я проводил взглядом фуру, вылетевшую на противоположную сторону. Ей повезло меньше, чем мне. КАМАЗ был покорёжен и, видимо, на полном ходу влетел в дорожное ограждение, проломив кузов.

Рядом была машина скорой и ещё одна машина ГАИ.

Увидев, что я смотрю в ту сторону, гаишник угрюмо сказал:

– У мужика сердце остановилось – то ли тромб, то ли что-то ещё. – помолчав, он добавил – У меня тёща врач, и она рассказывала, что это не редкость… Вот так живешь, а потом раз, и аппарат твой перестаёт работать.


Мы проехали Первомайский округ и свернули на улицу Кирова, а я размышлял, как же так вышло… Почему сейчас? Я никогда не попадал в аварии, хотя ездил за рулём часто. Посмотрев на руки, я ещё раз подумал, как же это странно.

Я был в норме, тело ещё слегка знобило, и руки немного потряхивало, но ни ушибов, ни переломов… Всё было в порядке.


Дождь начал стихать, и, когда мы добрались до моего адреса, с неба падали лишь редкие капли.

– Ну вот мы и на месте. – остановившись на противоположной стороне улицы, гаишник повернул голову в мою сторону и спросил:

– У вас точно всё в норме? Может есть сотрясение, и скорую на всякий случай вызвать?

– Нет, всё хорошо, спасибо.

– Ну как знаешь.


Я дернул ручку и вылез на улицу.

Махнув мне рукой, гаишник дал газу и, моргнув аварийкой, растворился в городе.

Подняв голову и посмотрев на свой этаж, я увидел свет в своей комнате. Странно, я точно его выключал…


Почувствовав что-то неладное, я пошёл в сторону дома.

Глава 3

Я жил один, и ни у кого не было ключей от моей квартиры. Разве что у арендодателя, но он давно перебрался за границу, и даже если бы он вернулся, предупредил бы.

Обойдя дом, я прошёл вдоль клумбы, которая по своему размаху и исполнению запросто бы поконкурировала с ботаническим садом.

Ей заведовала Мария Степановна. Она, как на пенсию вышла, так из клумбы не выныривала и домой возвращалась только чтобы перекусить и лечь спать.


Прислонив ключ от домофона к входной двери, я потянул за ручку и тихо, стараясь не топать, пошёл по лестничной площадке наверх.

Я жил на 6 этаже, дом был сталинской постройки, и жильцы, которые в своё время получили тут квартиру, были непростые. А значит, если кого разбужу, получу по шапке.

Поднявшись на свой этаж, я, прислушиваясь и затаив дыхание, прислонил ухо к щели между дверью и косяком. Ни звука. Засунув руку в карман, я снова достал ключи и открыл дверь.


Свет из дальней комнаты, где находилась моя спальня, освещал часть коридора.

Я скинул мокрые кроссовки, закрыл дверь и пошёл в сторону света.

Покинув коридор, я повернул налево и увидел приоткрытую дверь. Странно…

Тихо подойдя поближе, я оттолкнул дверь и осмотрелся. Просторная кровать была аккуратно заправлено стильным чёрным пледом, а напротив неё висела здоровенная плазма. Я оглянулся и увидел лишь влажные следы от своих носков.

Зайдя за кровать, я подошёл к многоуровневой отдельно стоящей полке, на которую обычно сбрасывал всякую всячину. На уровне моих глаз висела рамка с фотографией моих родителей, которая почему-то была перевёрнута.

Всё остальное осталось прежним: под кроватью валялись гантели, а с краю стоял журнальный столик с раскрытой книгой, к которой я давно не притрагивался.


Я списал всё на то, что перед выходом сам забыл выключить свет и перевернул фотографию.

Как только я это сделал, неожиданно почувствовал резкое головокружение, а к горлу подступила тошнота. Видимо, я всё-таки ударился головой, когда свалился в кювет.

Хватаясь за полку, чтобы не упасть, я слегка наклонил её, и рамка, соскользнув, упала на пол фотографией вниз.

Сидя на корточках и опершись одной рукой о паркет, я приподнял фотографию и увидел образовавшую трещину.

С фотографии на меня смотрели ещё молодые родители. Тогда это был их медовый месяц, и совсем скоро моя мать мной забеременела. Трещина была со стороны отца.

Я лёг на спину, прислонив рамку к груди.


У меня были сложные отношения с родителями… После их развода, когда мне было 6, я стал жить на два города – мать осталась в Мурманске, так и не найдя себе нового ухажёра, а отец уехал в свой родной Владивосток.

Зимой я учился и рос вместе с матерью, которая с каждым годом становилась всё холоднее ко мне. Помню, как однажды в одной из ссор она сказала, что видела во мне отца, и её это жутко бесило. Чем старше я становился, тем сильнее росло между нами напряжение и разлад. После 18, когда я выпорхнул из её гнезда, мы почти не общались.


А летом… Летом я отправлялся к отцу и проводил с ним все теплые деньки, такой был уговор. Но год назад папа умер, и вместе с ним что-то внутри меня.


***


Читатель, это снова я из настоящего. Давай пропустим грустную часть где я, лёжа на полу, тихо плакал и смотрел в потолок? Я тебе лучше вот что расскажу…

Именно тогда я испытал что-то вроде озарения. Мне стало чётко и ясно понятно, что я должен во чтобы то ни стало приехать к отцу.

И раз что-то или кто-то не хочет, чтобы я летел, я должен ехать!

Да, путь не близкий, понимаю, но ты же помнишь правило первое? В машине не едим! Не шуршим пакетиками от чипсов. Мне ещё не хватало потом салон пылесосить после тебя.

А пока мы перенесёмся в следующую главу, давай дадим мне из прошлого выспаться. Вот я в обнимку с фотографией, лёжа на полу, и уснул.

Завтра нас ждёт много интересного. Ох-х, что-то я раззевался тут.

Буду ждать тебя в следующей главе.

Глава 4

Услышав сквозь сон резкий стук, я приоткрыл глаза.

«Тук-тук-тук…Тук-тук-тук».

Нехотя перевернувшись на бок, я замер, затем уселся на пол и почувствовал ломоту во всём теле.

Всё же спать на полу было не самым разумным решением.

«Тук-тук-тук-тук»


– Да слышу я, слышу. – буркнул я себе под нос и принялся вставать.

Голова ещё слегка кружилась после вчерашнего, но в целом я был в норме.

Противный стук не прекращался.

Я вышел из комнаты и, на ходу поправляя волосы, направился к двери.

Стук доносился с другого места и был каким-то странным, звонким что ли. Потихоньку просыпаясь и начиная соображать, я определил источник шума – это была кухня.

Я свернул по коридору налево и увидел, как на подоконнике снаружи сидит ворона и долбит клювом в стекло.

Резко повернув голову и уставившись на меня одним глазом, ворона громко каркнула и полетела по своим делам.


Я подошёл к окну и посмотрел на улицу.

Ничего необычного: город уже проснулся, и жители едут по своим делам – всё как всегда.

Хотя… Присмотревшись к остановке, на которой всегда было много людей, я увидел необычного мальчика на вид лет пяти.

Мальчуган, одетый в фиолетовую курточку, ел мороженое и смотрел прямо на меня.

Ради интереса я махнул ему рукой, чтобы проверить, смотрит ли он на меня или мне только кажется.

Откусив мороженое, он махнул в ответ.

Бр-р-р. Отступив на шаг, я зашторил окно и поспешил умыться.


Дойдя до ванной комнаты, я щёлкнул выключателем и посмотрел на своё отражение в зеркале.

О таких, как я, обычно говорят – миловидный парень. До 20 лет меня тревожило, что выгляжу я сильно младше, чем есть на самом деле, от чего мои попытки в студенчестве купить алкоголь в ларьке заканчивались дежурным: «Паспорт покажите».

Продавцы недоверчиво смотрели на моё лицо, сверяли дату рождения и, наконец, пожимая плечами, отдавали пиво.

Сейчас попроще, я стараюсь носить лёгкую щетину, от чего хоть как-то выгляжу на двадцатку. Хотя, глядишь, ещё год-два, и без паспорта бы смог ходить.

Закинув набок уже отросшую чёлку чёрных волос, я улыбнулся белоснежными зубами, от чего на лбу и рядом с ярко-зелёными глазами показались морщинки.


Открыв кран, я подставил под тёплые струи воды руки.

На безымянном пальце было надето обручальное кольцо. Мы так долго их выбирали…

Почему я его не снимаю? Настя ушла от меня уже как 2 месяца, а я всё ношу его…

Снова почувствовал неприятную пустоту в груди, я сжал губы, намылил палец, с усилием сдёрнул кольцо и положил его на полку.

После её ухода всё кажется таким пустым, а раньше вся ванная комната была в её вещах личной гигиены:

Утренний и вечерний крем для лица и тела, лосьоны, пенки для умывания, ватные диски и прочая ерунда, которую я не понимал. А сейчас…

Я посмотрел на свободные полки – пена для бритья, мыло с шампунем и потрёпанная ворсистая зубная щётка с пастой. Вот, собственно, и всё.


Умывшись, я вышел из ванной и направился на кухню.

В животе урчало, и я решил сделать завтрак из того, что есть.

Открыв дверь холодильника, я окинул взглядом банки с вареньем и вытащил абрикосовое.

У меня была просторная кухня в ярко-красном цвете. Для меня она была даже великовата. Большинство ящичков пустовали, да и зачем они? Дома я только завтракал, а обедал и ужинал на работе.

Налив воду и включив чайник, я достал с верхней полки нарезанный хлеб, взял ложку и уселся на стул.


Кстати о работе… Я оставил на столе наполовину намазанный вареньем хлеб и вернулся в коридор.

На входе висела моя чёрная куртка. Сунув руку в карман, я достал телефон.

14 входящих звонков и два непрочитанных сообщения, открываю:


«Если не заберёшь свои личные вещи сегодня, они случайным образом вылетят из окна, и тебе придётся их собирать!»


Второе сообщение:

«Не шучу, до 11 твоё барахло в моём кабинете, после обеда можешь уже не приезжать»


Выдохнув, я вернулся за стол и принялся за импровизированный бутерброд.

Ненавижу этого козла… Сообщения были от моего бывшего начальника. 3 дня назад он уволил меня на глазах у всего коллектива, выставив полным посмешищем.

Глаза бы мои его не видели, но на бывшем месте работы я оставил по-настоящему важную для меня вещь.


Жуя всухомятку, я подошёл к чайнику, достал из шкафчика нужный пакетик чая, сунул его в кружку и стал заливать кипятком.

Липкой рукой подёргивая пакетик, я перебирал в голове варианты, как избежать встречи с начальником и при этом забрать вещи…


Доев остаток бутерброда, я, кажется, придумал план. Только вот его реализация зависела от одного человека…

Глава 5

– Так, давай ещё раз. Ты хочешь, чтобы я, рискуя потерять работу, помог тебе? – громкий и густой бас Кирилла позволял параллельно заниматься несколькими вещами, поэтому я поставил телефон на громкую связь и отложил его подальше.

– Ага. – ответил я, допивая уже остывший чай.

– А ты не много на себя берёшь, Мишань? Из-за последней твоей выходки я сам тогда огрёб от шефа. Ещё чуть-чуть и так же бы слонялся без работы.

– Но мы же друзья-я-я. – протянул я, закинув стакан в раковину, затем взял телефон и направился в спальню.


– Херовый ты друг, Миш. – после небольшой паузы ответил Кирилл.

Зная его, он наверняка открыл свою заначку в рабочем столе с натыренными конфетами из общей кухни и начал есть. Он всегда ел, когда нервничал, а нервничать я заставлял его часто…

– Это последний раз, обещаю. – я открыл шкаф и намётанным взглядом определил в чём выйду в люди. Схватив чёрную майку, я понюхал её в области подмышек. – Ты тут?


По ту сторону телефона слышался шелест. Ну точно конфеты жуёт свои!

– Тут я, тут! С тебя тогда тоже причитается, и не дай бог ты опять меня обманешь, я тебе шею начищу, понял?

Майка оказалась чистой, как и лежащие в углу чёрные треники.

– Понял.

Я не просто понял, а знал, ведь Кирилл был сбитым жилистым детиной с богатырскими кулаками и ростом под 2 метра. Помню, как один раз на корпоративе он перебрал и в шутку бороться со мной стал. Мне казалось, что он меня придушит.


На ходу излагая план действий, я на всякий случай повторил всё 2 раза, чтобы убедиться, что он точно всё понял, и, услышав в конце разговора «Понял», попрощался и сбросил вызов.

Пока я надеваю куртку и спускаюсь к таксисту, который, кажется… ожидает меня уже 17 минут, расскажу про Кирилла.


Конечно друзьями мы не были, но на работе это был единственный человек, с которым у меня хоть как-то сложились отношения. С остальным коллективом был полный провал.

Да я и сам знаю, что был занозой в заднице и постоянно всех подводил, что в один момент меня просто стали бойкотировать и не замечать.


Захлопнув дверь, я спустился по лестнице и прыгнул в такси.

– Улица Сполохи, 4а?

– Да. – ответил я, уткнувшись в телефон. Открыв мессенджер, я пролистал пальцем сообщения, которые отправлял Насте. Когда мы расстались мне казалось, что всё отлично, СВОБОДА! Но через неделю я начал осознавать, что допустил ошибку. Забухал и, каждый вечер скуля от отчаяния, писал здоровенные письма о том, как она мне дорога. И просил вернуться. Не вернулась.


Встав в пробку на улице Книповича, я заглянул в её профиль.

Страница закрыта, без изменений. Помню, как неделю назад просил её близкую подругу как-то помочь, но безрезультатно.

Как же я тоскую. Поджав губы, я спрятал телефон в карман.


А вот и бизнес-центр. Я попрощался с водителем и нехотя прошёл к главному входу.

Пытаясь сглотнуть комок в горле, я поздоровался с охранником и направился к лифту.

На пятом этаже находилось место, которому я посветил полтора года своей жизни.

Я работал штатным журналистом и писал о событиях в городе и области… скука смертная.

Вызвав лифт, я осмотрел фойе, переступая с ноги на ногу.

Стены и пол были отделаны новой керамогранитной плиткой, стилизованной под мрамор. Слева стоял неприметный кофейный островок, в который я наведывался два, а то и три раза на день, а по обе стороны входа в лифт стояли растения в здоровенных горшках.

Зайдя в лифт, я нажал на кнопку 5 этажа и отправился на судьбоносную для меня встречу.


***


А пока наш герой едет вверх и размышляет, сработает ли его план, мы с тобой, читатель, вот что сделаем…

Сыграем в угадайку. Как думаешь, что такого необычного ждёт меня на встрече, и почему в конце главы я написал такое клишированную фразу, как "судьбоносная встреча"?

Поверь мне, каждое слово тут на своём месте, и просто так пускать пыль в глаза я не хочу. Это тот самый момент, когда я, переступая порог лифта, оказался не просто на 5 этаже, а на своеобразной развилке. Помнишь, как в сказках: налево пойдёшь – богатым будешь, направо пойдёшь – смерть свою сыщешь.

На страницу:
1 из 3