Остров. Проект «Робинзон»

– М-да. Это фиаско. Братан, а давай Даше про это не будем говорить, лады?

Кот продолжал веселиться. А вот мне было не очень весело: под тонкой скорлупой ржавчины был спрятан ящик. Ящик «Гиннеса». Был спрятан, пока на него не прилетел булыжник, брошенный моей богатырской рукой. И теперь пенный напиток неспешно стекал в озеро – не осталось ни одной целой бутылки, а в воздухе повис горький аромат хмеля. Хорошо, хоть ветер с берега – запах сносит в открытое озеро, Даша не должна почуять. Я глубоко вздохнул и уже собрался покинуть место трагедии, но решил, на всякий случай, проверить остатки механизма – вдруг ещё что-то есть?

И не зря. Среди бутылочных осколков нашлась маленькая жестяная коробочка с жёстко притёртой крышкой. Я проверил радиационный фон – в норме, и засунул находку в рюкзак, решив разбирать содержимое всех находок скопом.

Мне повезло – ветер сменился, и волнение в проливчике немного улеглось. В итоге, мне удалось перебраться на второй островок и перетащить туда найденный чемодан, ни разу не искупавшись. Дальнейший путь был уже делом техники…

– Так. – Дарья критически осмотрела нас с Бегемотом. – Количество рук, ног, лап и хвостов у вас не поменялось, уже достижение. Добро пожаловать на наш пустынный берег обратно. О, вы притащили старый чемодан! Без ручки! Добытчики!

– Даш, ты чего? – я с удивлением уставился на подругу. – Что за предъявы на ровном месте?

– В смысле на ровном месте? – девушка разъярилась не на шутку: руки в боки, глаза мечут зелёные молнии. – Я уже минут двадцать пытаюсь до вас докричаться! Голос сорвала! И не говори, что не слышал, тут метров тридцать от силы! Мог бы и ответить! Я уже и не знала, что думать!

Мы с Бегемотом удивлённо переглянулись. Вся вылазка заняла полчаса от силы, и всё это время, кроме шума ветра и волн я ничего не слышал. Ну ладно я, но у котов же отменный слух!

– Бег, ты что-нибудь слышал? – Отрицательный мяв. – Солнце, ничего мы не слышали! Клянусь усами Бегемота!

Котяра аж подскочил на месте и громко заверещал, уведомляя всех присутствующих о недопустимости упоминания своих усов всуе, но на меня уже снизошло озарение. Я отбежал с берега обратно на середину мостика.

– Меня слышно? – обратился я к компаньонам.

– Да, норма!

– А так? – Я перешёл на берег островка.

– Слышно!

– А теперь? – Я передвинулся метра на три от берега.

И вот тут что-то пошло не так. Даша и Бегемот находились от меня метрах в десяти, я четко видел их раскрывающиеся рты, Даша явно надрывалась, но выглядело это как шоу рыб в аквариуме: ни единого звука с берега до меня не доходило. Только шум ветра и волн вокруг. Меня они, судя по всему, тоже не слышали. Бегемот метнулся через мостик, добежал до меня, удивлённо заворчал, метнулся назад. Я же мелкими шажками двинулся к берегу, и о чудо, в паре метров от воды словно повернули выключатель – по ушам ударили вопли Даши.

– Теперь слышишь меня?

– Да! – кивнула подруга. – Похоже, здесь какой-то акустический барьер…

Вопрос только, зачем? Ну, то есть, нахрена?

В очередной раз подивившись местным чудесам, мы привязали мостик обратно, чтобы потом затащить его на скалу наверх – как известно, в хозяйстве всё сгниёт, в крайнем случае – разберу на материалы. Оценив трофеи, сошлись на том, что рассматривать их лучше в лагере, и двинулись в обратный путь. С одной стороны, дорога была уже более-менее известна, что упрощало переход, с другой – у нас здорово прибавилось груза, что переход усложняло. Как известно, своя ноша не тянет, только пока она лёгкая…

Тем не менее, до лагеря добрались без приключений, и даже раньше полудня. Даша тут же осмотрела свои гончарные изделия и постановила, что нужно немедленно начинать обжиг, поскольку процедура долгая. Мы переместили будущую посуду в нашу страшненькую «печь» и разожгли в ней, поначалу, небольшой огонь. Теперь нужно будет постепенно увеличивать температуру, подкладывая всё больше дров, но медленно. Главное – не забыть об этом за разбором находок. Поэтому на КПК была поставлена куча будильников через каждые двадцать минут, авось не провороним.

– Ну что, какие ваши предположения по поводу нелепости сегодняшнего поступления? – поинтересовался я у коллектива.

– Дай подумать… Видится мне, это будет набор для игры в «Русское лото», бюст Ленина и две бутылки ацетона. Достаточно нелепо? – выдала Даша.

– Думаю, вполне. Бегемот? – Но хвостатая часть коллектива предпочла воздержаться.

Чёрный Мешок в этот раз был сильно скромнее вчерашнего – совсем нетяжёлый и не особо большой. При вскрытии оного, предложенного Дашей набора мы, к счастью, не обнаружили. Зато на свет были извлечены: каравай чёрного хлеба, пакет пастеризованного молока «Пискарёвское», флакон шампуня для волос, две пары болотных сапог – бахил, тонких и лёгких, зато высоких. Последним предметом оказалась пачка папирос «Беломор». Мы с Дашей воззрились на неё, я с иронией, она – с яростью.

– Аааааа! – От вопля девушки, казалось, сейчас листва осыплется. – Уроды! Сложно было пачку «Винстона» положить, да?

– Сдаётся мне, они над нами откровенно угорают, – заметил я. – Нехорошо это. Неэтично…

Продолжая ругаться, как боцман, Даша, тем не менее, дрожащими руками вскрыла пачку и достала папиросу. Я, как истинный джентльмен, преподнёс огонь в виде горящей головни из костра. Девушка затянулась, закашлялась.

– Да, кхе-кхе… Ни разу не «Парламент».

– Скажи спасибо, что пачку махорки 1960-го года не положили, с этих станется! – ответил я. – Или семена табака. Интересно, успели бы они взойти?

– Пожалуй, я воздержусь от экспериментального табаководства в экстремальных условиях. – Даша снова затянулась, на этот раз не закашлявшись. Удивлённо посмотрела на папиросу в руках. – Никогда не понимала тех, кто это курит. А сейчас тем более не понимаю!

– Сильно подозреваю, что им твоё понимание – до лампочки – вздохнул я. – Да и Ктулху с ними. А вот «болотники» нам здорово пригодятся, когда в болото полезем.

– А зачем нам лезть в болото? – с подозрением поинтересовалась подруга.

– Я так мыслю, что повод нам придумают. Ты что, сомневаешься? – я удивлённо посмотрел на подругу. – И не уверен, что нам он, повод, понравится.

Бегемот, меж тем, полностью проигнорировал и папиросы, и хлеб, и сапоги – что, в общем-то, логично. А вот к молоку проявил явный интерес – а как иначе прикажете трактовать то, что он на него умильно смотрит и гладит лапой?

– Братан, может, молоко Даше отдадим? С её желудком ей нужнее… Вон, сапоги возьми!

Бегемот с явным усилием оторвал взгляд от пакета, разочарованно-обиженно посмотрел на меня, на Дашу, на меня. Издал долгий грустный мяв, в котором сквозила вся боль еврейского народа.

– Да, сапоги тебе точно подойдут! – Дарья засмеялась. – Кота-В-Сапогах из «Шрека» ты отлично сыграешь. – Она присела возле обиженного кота, обняла, погладила. – Поделюсь я с тобой молоком, поделюсь. Ты его тут, наверное, сто лет не видел. А я его ещё на прошлой неделе пила. А вот Василий обойдётся!

– «Молоко – пойло для лохов!» – процитировал я древнюю шутку. – Кефир есть?

– Нет, Васенька, кефира нет. Будешь кушать хлебушек с рыбой. Кстати, не пора ли обедать?

– Вариант, конечно, похуже, но тоже сгодится. Обед, конечно, хорошо. Но может, сначала, вещи распакуем? – Я посмотрел на чемодан.

– Точно, как я могла забыть! Бегемот, да отойди ты уже от молока, я всё равно ещё не придумала, куда тебе его налить! В кружку у тебя морда не влезет, а тарелки ещё в процессе производства, обжигаются. Да, Вась, дров подкинь.

Проконтролировав процесс обжига, мы вернулись к чемодану. При внимательном осмотре он оказался ещё более старым и ветхим, чем казалось на первый взгляд. Ручка была выдрана вместе с «мясом», замки заметно поела ржавчина, дно было протёрто почти насквозь, как будто чемодан долго возили «на пузе». Замки оказались – какая неожиданность – закрытыми. Ключа же – ещё большая неожиданность – и след простыл. Я ковырнул петлю ножом, она заскрипела и нехотя начала выгибаться.

– Даша, отойди пожалуйста, – сказал я. – Не нравится мне этот предмет старины… Бег, не чуешь здесь никакого подвоха? Гранаты-растяжки там, или взрывпакета?

– Я знаю, для защиты от воров ещё используют распылители яркой, трудносмываемой краски. Даже если убежишь, хрен отмоешься. – Подруга поспешно спряталась за шалаш. – Мальчики, а давайте вы этот антиквариат где-нибудь в другом месте разминируете?

Бегемот, меж тем, подошёл к чемодану и принялся его внимательно исследовать. Обнюхал со всех сторон, потрогал лапой сверху, сбоку. А потом аккуратно подцепил когтем петлю, неуловимое движение лапой – и вот замок открыт! И второй тоже... лёгкий щелчок – чуть приподнялась крышка чемодана, видимо, содержимое было очень плотно набито. Видя, что кот абсолютно спокоен – а значит, опасности нет – я решительно откинул крышку. Заглянул внутрь. Присвистнул.

– Так, и что тут у нас? – Даша оперативно выбралась из-за укрытия и уже нависла над содержимым чемодана. – Вась, да тут же натуральный бандитский клад!

Было действительно похоже. Чемодан оказался разделён на две части. Из первой я последовательно достал: обрез двуствольного ружья; коробку патронов (картечь, если надпись не врёт); набор по уходу за оружием (дико кустарный, судя по всему, – я в этом мало разбираюсь); небольшой бинокль явно армейского образца; фонарь аккумуляторный – судя по весу и размеру, должен быть мощный. Также нашёлся индивидуальный армейский перевязочный пакет и две консервные банки без маркировки – обычно так тушёнка выглядела в советской армии. Всё это было заботливо упаковано в полиэтиленовые пакеты и, по виду, выглядело исправным и новым – кроме обреза, там ложе и цевьё были вытерты до блеска.

Со вторым отсеком всё было интереснее. Он был набит деньгами. В запаянном мешке из прочного полиэтилена проглядывались тугие пачки купюр разного номинала. Рубли, правда, не баксы и не евро. Вместе с наличностью в пакет был запаян лист А4 с корявой надписью: «Братва, бля буду, тут десять лямов. Колян».

– Слушай, ну, если Колян отвечает, то пересчитывать, наверное, не будем? – Я задумчиво повертел в руках пакет. – Вот только нафига нам тут наличка? Даже жалкой «Пятёрочки» нет!

– А обрез нам зачем? – хмуро спросила Даша и погладила Бегемота, с интересом обнюхивающего находки.

– Как зачем? Отстреливаться от Коляна, если он за баблом придёт, – ответил я, задумчиво осматривая патроны на предмет отсыревания и целостности капсюлей. – А так да, с ним даже на охоту особо не сходишь толком. Это же не нормальное ружьё, а обрез, причём кустарный. Нормально попасть картечью во что-то можно только в упор, и то – если приноровишься и пристреляешься. А тут всего двенадцать патронов, не разгуляться. Да и на уток-гусей только с картечью и ходить... Ещё и двенадцатый калибр...

— Это так плохо? – Даша взяла один патрон, повертела в руках. С грустью констатировала: – Отец мне всю эту историю рассказывал, про картечь, дробь и так далее, но я уже ничего не помню... Хотя, снарядить патрон, наверное, смогу, руки-то помнят! Если, конечно, найдутся порох, дробь и пыжи.

— Это хорошо, если на нас нападёт, например, волк. – Я убрал патроны обратно в коробку, переломил обрез и заглянул в дульные каналы. – Ему таким выстрелом реально снесёт башню. А вот мелкую дичь порвёт на части. Но всё равно, надо будет пальнуть разок, для проверки. Я уже даже не знаю, чего нам тут ещё ждать, с такими-то сюрпризами.

Тут у Дарьи тренькнул КПК. Мы было подумали, что пришло время подкинуть дров, но тут тренькнул КПК и у меня. Мы переглянулись и с опаской полезли смотреть, чего нам ещё подкинули массовики-затейники.

Пришло сразу два сообщения. Первое гласило: «На Острове вы можете найти деньги и разнообразные ценности. В случае выигрыша, их стоимость будет добавлена к Большому Призу!» И второе: «На предварительный счёт зачислено 9 980 000 рублей».

– Смотри-ка, а Колян-то – крыса! Зажал двадцатку! – засмеялась Даша.

– Ну, что же ты сразу так плохо о незнакомом человеке! Может, обсчитался. Или учли инфляцию. Или комиссия за перевод...

– Ага, заплати налоги и спи спокойно. – Мы посмотрели друг на друга и заржали.

Бегемот посмотрел на нас, как на идиотов, покачал головой и снова принялся гипнотизировать пакет молока.

На обед нажарили гору рыбы – утренний улов был весомым и без щуки, а холодильников у нас не завезли, сырая же рыба хранится в таких условиях недолго. Правда, Даша придумала засунуть её в пакет и погрузить в ручей – вода в нём холодная, и порча продуктов должна замедлиться. Поставив себе в памяти зарубку о необходимости уменьшения размера улова, я добавил к столу банку борща из сухпая, а Даша уже аккуратно нарезала шикарно пахнущий хлебушек. Я натянул на изогнутый кусок коры полиэтиленовый пакет, соорудив таким образом некое подобие миски. В неё-то и ушла честная половина пакета молока для нашего котика. Остальное Дарья налила себе, в последний момент всё же предложив поделиться со мной, на что я великодушно отказался. Как большинство людей, выросших в деревне на натуральном молоке, пакетированную дрянь я до сих пор не воспринимаю, и признаю только в виде добавки к кофе. Лучше уж действительно кефир.

А Бегемот из поглощения молока устроил целый ритуал. Сначала он долго его нюхал, блаженно жмурясь, затем сунул в миску морду почти наполовину, облизнулся, и только потом начал мелко лакать, иногда подвывая от удовольствия. Картина была, честно говоря, довольно фантасмагорическая. Вылакав половину, котяра перешёл к рыбе, и только сожрав пять здоровенных окуней, позволил себе допить молоко.

Наблюдая за этим шоу и посмеиваясь, мы тоже приступили к трапезе. Борщ, на проверку, оказался просто месивом крошеных овощей в слабеньком томатном соусе, без малейших признаков мяса, хоть оно и фигурировало в составе. Ко всему, блюдо ещё и здорово кислило, поэтому подруга, съев несколько ложек, отдала банку мне и налегла на рыбу. Я же быстро смолотил нехитрую консерву – я в еде непритязателен, а супы люблю.

В отличие от борща, хлеб оказался ароматен, вкусен и мягок. И отлично зашёл с жареной рыбкой. Мы остановились, только смолотив полбуханки, даже Бегемот сожрал кусочек. Потягивая чай с барбарисками, принялись строить планы на вторую половину дня.

– Эх, я бы сейчас спать завалилась на пару часиков… – блаженно потягиваясь, заявила Даша.

– Я бы тоже. Но, увы, световой день становится всё меньше, а работы, наоборот – всё больше.

– Да мы, вроде, неплохо уже обустроились? – Похоже, чувство сытости настроило девушку на пофигистичный лад.

– Ну да, – саркастически усмехнулся я. – На ближайшее время нам всего-то и нужно: организовать нормальное отхожее место, решить вопрос с помывкой, вопрос с посудой… уже решается, покопаться в блиндаже, осмотреть найденную сегодня пещеру – благо, теперь есть какой-никакой огнестрел. Да, нужно ещё с трофеями разобраться – обрез пристрелять, придумать, как заряжать фонарь…

– С фонарём просто: там USB-шный разъём, такой же, как и на наших планшетках, я смотрела.

— Это здорово упрощает дело, мощный фонарь нам пригодится. Хоть я и не встречал таких технических решений. Блин! – я хлопнул себя по лбу и полез в рюкзак. – Забыл совсем…

Из рюкзака я вытащил жестяную коробочку, подобранную среди осколков так бессмысленно павшего «Гиннеса». При внимательном осмотре, жестянка оказалась банкой из-под леденцов – круглая, с почти стёртыми, нечитаемыми надписями и рисунками. Плотно сидящая крышка была по шву дополнительно промазана то ли воском, то ли парафином – защита от влаги.

– Нашёл на дальнем островке, – ответил я на немой вопрос подруги. – В воде валялась. Надеюсь, там бриллианты или что-то подобное.

Счистив ножом восковую всё же, судя по твёрдости, корку, я попытался открыть коробочку. Не тут-то было! Крышка прикипела намертво, пришлось опять пустить в ход нож. В итоге сталь победила жесть, и баночка была открыта. Я разочарованно вытряхнул её содержимое на стол. Шесть пакетиков «Майский чай» и две микроскопические шоколадки.

– Увы, не бриллианты. Так, стоп. – Я поднял со стола крохотный кусочек пластика, засунутый в ЗИП-пакетик. – Карта памяти? И куда её вставлять? На наших КПК вроде слота нет.

– Я тоже не видела. – Даша взяла карточку двумя пальцами, повертела, как величайшую мерзость, вернула обратно. – А может, разъём под аккумом? Так бывает, я видела.

– Проверим. – Я достал наладонник, вырубил, открутил винты и снял герметичную заднюю крышку, всмотрелся. Слот обнаружился сразу, даже АКБ снимать не пришлось. Я установил карту, закрыл крышку и включил аппарат. Пошла томительная загрузка – запускалась машинка не быстро. Наконец, система загрузилась, потупила полминуты, выдала «обнаружена карта памяти», «загрузка данных», «обновление библиотек», «обновление системы завершено». Потом бегунок загрузки ещё покрутился, и система наконец сообщила: «Приложения «Карты», «База Знаний», «Счётчик Гейгера» обновлены. Приложение «Детектор жизненных форм» разблокировано».

Я запустил «Карты». Открывшийся план острова преобразился: план из схематичного стал подробнейшим – при максимальном увеличении были чётко видны каждый изгиб берега, каждое отдельное дерево, каждый крупный камень. Я переместился к лагерю – вот наш шалаш, вот навес над костром, дровяник, даже навес над обжиговой печью виден! А это… Да это же мы! Вот это я стою, вот Дарья, вот Бегемот – его, правда, видно совсем плохо. Во внезапном порыве я быстро отошёл в сторону метров на пять – и мой аватар на карте, помедлив, словно нехотя, повторил мои перемещения.

– Охренеть! – только и выдала Даша, подойдя и заглянув в экран. – Практически, Яндекс-Навигатор. В реальном времени перемещения отображает… О, гляди, режим «Спутник!»

И правда, сверху был переключатель «схема/спутник». Я ткнул значок, и правда – изображение сменилось на спутниковый снимок приличного качества. Наши фигурки на этом фоне были уже малозаметны, но вполне различимы.

– Ну-ка, Даш, отойди направо метра четыре… – Фигурка на экране послушно повторила команду вслед за девушкой. – Теперь вперёд на три… А теперь строй золотую шахту.

– Чтооооо?!!! – моментально взъярилась подруга. – Вздумал тут мной в стратегии играть? Ничего не попутал, напарничек? Может, ещё зиккурат построить? Я сейчас тебе быстро весь хелс-бар обнулю!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Группа «Infornal Fuck» – «Троллиная Рыбалка».

2

Стихи Дмитрия Наумова.

3

Людмила «Скади» Смеркович – «Свеча из Голубого Парафина».