![Одзёсама](/covers_330/69261799.jpg)
Полная версия
Одзёсама
– Может, мужа ей найдём? – предложил мужчина в зелёной рубашке. – Что скажешь, Горо? – он посмотрел на отца.
– Ой, не знаю, не знаю, – отец покачал головой. – Кано, ты говорил у тебя сын есть. Как насчёт него?
– Ему уже 35, – засмеялся мужчина.
– Возраст только красит, – отец поддержал его смех.
– У него есть жена, – Кано выпил сакэ.
– Когда успел жениться?!
– Год назад, я же говорил.
– Столько событий, – отец поправил галстук.
Трапеза продолжалась три часа. Я наелась за пять минут. Мужчины постоянно о чём-то разговаривали. Когда кто-то матерился, извинялся, т.к. за столом сидела одна единственная девушка. Но это было до того момента, пока все не напились сакэ и вина.
Я не смотрела ни на одного мужчину, потому что все они были неприятной внешности и со злыми взглядами. Казалось, что если не туда посмотрю, то меня начнут бить. Скорее всего, это мой страх из-за отца и братьев. Я копалась в своей тарелке, выбирая кукурузу и зелёный горошек. Ичиро старался много не пить. Джиро положил под язык три таблетки. Сабуро разговаривал с каким-то парнем. Широ, молча, играл в телефон. Отец бурно обсуждал с Кано и другими мужчинами, какие – то дела.
У якудза не принято женщине сидеть за одним столом с мужчинами. Впрочем, такие правила есть у любых бандитов. Какой толк от женщин. Разговор поддержать не может. Пить много не хочет. Одна головная боль.
Мне разрешили, потому что я первый раз оказалась в этом логове. После «длительного» обеда все мужчины ушли в игровой зал.
– Эй, Ацу, не оставайся здесь одна. Пошли, – Широ взял меня за руку и привёл в другую комнату.
Я села на диван и наблюдала за действиями мужчин, которые играли в карты. Через пару часов, я почувствовала, что хочу спать. На часах было семь вечера. Моя спина устала находиться в одном положении.
– Ацу – тян, иди к нам, – крикнул Кано – сан.
– Она не умеет играть, – отец кинул лёд в бокал с виски.
– Научим, – засмеялся Кано – сан.
Я подошла к отцу, скромно скрестив руки.
– Садись, – отец посадил меня рядом с собой.
Кано – сан объяснил правила игры, которые я не запомнила. Когда раздали карты, я впервые видела такие картинки.
– У тебя плохой расклад, – Широ стоял сзади меня.
– Так, уйди, – отец оттолкнул его. – Пусть сама учится.
Я проиграла, так продолжалось двенадцать раз. Мужчины всячески обзывали меня. Эти слова были не оскорбительными, но обидными для меня. В этом обществе, я чувствовала себя пустой, словно из меня выкачали всю энергию. Ситуация была похожа на страшный сон, где двадцать шесть мужчин пытается кинуть в тебя своё пошлое слово. Для кого-то это нормально, но не для такого ранимого человека, как я. Под конец каждой игры, когда я проигрывала, у меня в горле стоял ком. Отец был пьян, из трезвых только мой брат Широ.
– Горо, пусть идёт к девчонкам, Ацу, наверное, скучно, – сказал Кано – сан.
Широ проводил меня к двери.
– На себя открывается, – это было последняя его фраза, после которой он ушёл.
Приоткрыв дверь, из – за дыма я не сразу заметила там женщин, которые сидели на полу с сигаретами в руках.
Они враждебно посмотрели на меня.
– Кто такая? – Нагло спросила одна из женщин.
– Цубурая Ацу.
– Дочь Горо?
– Угу, – я кивнула.
– У него есть дочь? – Спросила женщина с каре.
– Видимо, да, – блондинка выпустила дым изо рта.
– Можно мне у вас посидеть? – Сдерживая кашель спросила я.
– Садись. Но нужно снять одежду, – блондинка приняла неприличную позу.
– Зачем? – Я смотрела на неё.
– Дресс – код у нас такой, – засмеялась женщина с каре, и затушила окурок в пепельнице.
Приглядевшись, я заметила, что женщины были в нижнем белье. На их теле было много ирэдзуми, которые прикрывали их голое тело.
Я сняла свитер и джинсы, положив вещи в угол и села на пол.
Комната была средних размеров, воздух спёртый с запахом алкоголя и ментола. На окне висели жалюзи жёлтого цвета или они пожелтели от дыма. На подоконнике стояло радио, оно работало тихо, доносились тихие отголоски скрипки и пианино.
– Держи, – блондинка протянула мне сигарету.
– Иди- ка сюда, – женщина с красной помадой достала спички.
Я закурила, это было неприятное ощущение. В горле всё горело, от ядовитого дыма.
– У тебя совсем татуировок нет? – Спросила женщина с каре.
– Она же дочь Горо, – усмехнулась блондинка.
– Сколько тебе?
– 18, скоро 19.
– Молодая, – блондинка докурила сигарету, и начала новую. – А мне уже 25. Сацу 26, – блондинка показала пальцем на женщину с каре.
– Мне 26 в сентябре будет, – перебила Сацу.
– Я Нагиса, – блондинка посмотрела на меня.
– Приятно познакомиться, – я слегка улыбнулась.
– Акаги, – сказала женщина с красной помадой.
– Это Мисата, Нозоми, Орина, Кури и Хикара, – блондинка налила всем сакэ.
– Кем вы здесь работаете? – Я пригубила сакэ.
– Мы ойран, – вежливо сказала Нозоми.
– Помпезные ойран?
– М? – Нахмурилась Нагиса.
– Ойран и таю часто становились аристократки. Но гейши вытеснили их.
– Ах, ну, что ж. Тогда мы простые жрицы любви, – засмеялась Акаги.
– В Японии запрещена с 1956 года, – я посмотрела на женщин, они явно не понимали, о чем я говорю. – Ойран и таю развлекали элиту японского общества и сами имитировали стиль знатных женщин – разговаривали на вычурном придворном языке, были помешаны на дворцовом этикете. У каждой ойран была целая свита из слуг и учениц. Случайный человек, даже очень богатый, не мог просто так воспользоваться ее услугами – для этого нужно было знакомство с другим ее постоянным клиентом. Если в гейши шли дочери крестьян, рыбаков и вообще простолюдинки, то ойран и таю очень часто становились аристократки.
– Восток – дело тонкое, – Нагиса сбросила пепел в пепельницу.
– Гейши изначально были более доступным развлечением, их главными клиентами сначала были купцы. Поэтому вечеринки с гейшами в чайном домике долгое время были единственным доступным светским развлечением для предпринимателей. В обществе гейш каждый мог почувствовать себя уважаемым человеком. При этом гейши не спали со своими клиентами, – я поставила пустую чашку от сакэ на татами.
– Так мы не гейши, – Мисата прикрыла пальцами рот.
– Выходит, нас обманули, – Нагиса засмеялась.
– При этом гейши действительно воздерживались от свиданий, а первые гейши вообще были мужчинами – актерами и музыкантами. Гейши чутко отзывались на все веяния моды. Так гейши вытеснили ойран и таю. Разумеется, гейша не соблюдала целибат, однако она была не обязана ублажать клиента в постели. Как правило, у нее был один покровитель, который оплачивал все ее текущие расходы и обеспечивал ее рекламой.
Отношения между гейшей и её покровителем, могут складываться по-разному. Если покровитель имеется – сейчас это редкость, но в последнее время в роли данна всё чаще выступают различные фирмы. На самом деле материальная поддержка гейши была и остаётся прежде всего показателем финансового статуса и культурного уровня «спонсора»: покровительствует гейше – значит, дела идут хорошо. Купил, скажем, не очередной «мерседес», а гейше новое кимоно – значит, человек культурный, с духовными потребностями.
Гейши, которые заботились о своей репутации, не заводили нескольких покровителей сразу.
– Я слышала про обряд мидзуагэ, – Сацу налили сакэ в сакадзуки.
– Этот обряд невинности был как раз у ойран, гейши соблюдали его факультативно. Часто под мидзуагэ в среде гейш понимался только процесс знакомства майко.
– Ой, девочки, уже девять! – Крикнула Сацу.
– Да, засиделись, – Акаги с трудом встала с пола. – Ноги болят.
– Сейчас разминка и в душ, – Кури достала полотенца.
– Было интересно послушать про представителей нашей профессии. Но грустно, что гейши вытеснили ойран, – Сацу убирала чашки с пола.
– Ничего особенного, так устроена жизнь, – угрюмо ответила Акаги.
– Ты тоже иди к себе, – Нагиса выставила меня за дверь.
Я хотела попросить свою одежду, но в такой суматохе, не сообразила, что нужно делать. Женщины суетились и бегали по коридору. Я зашла в комнату, но там нигде не было моих джинс и свитера. Дёрнула за ручку дверь напротив, она была не заперта. Голова сильно разболелась из-за дыма и трёх чашек сакэ. Я легла на кровать и накрылась одеялом. Постель была мягкая, бельё приятно пахло. В комнате работал кондиционер, это была полная противоположность той, откуда я пришла.
Сквозь сон мою талию кто-то сильно сжал. Я открыла глаза.
– Широ? – Неуверенно произнесла.
– Не угадала, – послышался мужской бас, не похожий ни на один, который я знаю. – Я Мичио, – мужчина повернул меня к себе.
Я ударила его по лицу и закричала.
– Чего разоралась?! Эй, ты же сама сказала.
– Помогите! Убивают! – я схватила одеяло, и побежала к двери. – Помогите, кто нибудь, – стуча в дверь левой рукой, кричала я.
– Совсем сумасшедшая! Иди сюда, ты какая-то странная.
Мужчина схватил меня за руку, я укусила его за голое плечо.
– Ама! – Грубо крикнул Мичио. Он хотел ударить меня по лицу, но в комнату забежал Широ и отец.
– Что, чёрт возьми, здесь происходит?! – Нервно крикнул отец.
– Всё в порядке, – сказал Мичио и опустил мою руку.
– Ацу?! – отец узнал меня, когда Широ включил свет в комнате. – Ты почему голая?!
– Отец, я…
– Это твой отец?! – Мичио удивлённо посмотрел на меня.
– Пап, я… я… Я его не знаю. Я легла, уснула… А… А он пришёл..
В дверях стояли уже все гости этого дома. Женщины что-то шептали друг другу, мужчины выглядывали из-за спин других людей. Этот унизительный позор едва не довел меня до слёз. Я держалась из последних сил, чтобы не заплакать, и не показать всем этим людям свою беспомощность.
– Ты сама назвала мне номер этой комнаты, – сказал Мичио. – Она сама! – мужчина начал оправдывать себя.
– У тебя совсем крыша поехала?! Ацу! – Кричал отец.
– Я ничего ему не говорила, папа..
– Тогда, почему ты в одном нижнем белье, – Ичиро смотрел на меня.
– Это те женщины, к которым меня отвёл Широ, они сказали мне снять одежду!
– Широ?! – Рявкнул отец.
– Да, я сделал это. Но потом ушёл, – брат спокойно реагировал на подобное поведение отца.
– Теперь точно старой девой не умрёшь, – послышался ядовитый смех Сабуро. – Джиро, иди сюда.
– Быстро собирайся и в машину! Бегом!!! – Отец ударил кулаком по стене.
Ичиро помог мне подобрать одеяло.
– А как же ночь? – Мичио сел на кровать.
Я хотела ответить на его вопрос, но получила толчок в спину от Ичиро.
– Иди, только проблемы находишь, – недовольно пробурчал брат.
На выходе ко мне подбежала Сацу. У неё в пакете лежали мои вещи, она передали их Ичиро.
– Извините, что так вышло, – Сацу поклонилась.
Я медленно шагала к автомобилю отца. Босые ноги чувствовали себя некомфортно на грубом асфальте. Ичиро открыл дверь в салон.
– Садись, – он хлопнул дверью. – Поедем на моей. Отец пьяный, опять тебя бить будет.
Я переоделась в машине у Ичиро. Джиро и Сабуро вызвали такси. Широ сел за руль автомобиля отца, и поехал вместе с ним домой.
– Всё в норме? – Ичиро сел за руль.
– Да.
– Поедем домой, когда отец успокоиться и уснёт.
– Угу.
– Ты, правда, не знала этого парня?
– Который пришёл в комнату?
– Да, – Ичиро приоткрыл окно, и закурил.
– Нет. Я сильно захотела спать. Открыла дверь, и легла, а потом пришёл он.
– Отцу ничего не говори, я сам всё ему разъясню, как надо. Договорились?
– Да.
– Он же всегда всё не так понимает.
– Это точно, – я слегка улыбнулась.
– Помнишь, когда Сабуро сломал ноутбук отца, а потом договорился с Джиро. И отец орал на тебя.
– Да, у отца тогда голос сел, – я неловко засмеялась.
– Неприятно, но сейчас вспоминаю это, как смешную историю.
– Ичиро…
– М?
– Почему отец ненавидит меня?
– Он жёсткий реалист, но иногда ведёт себя, как утопист. Ему хотелось чтобы всё было по – его, но вместо пятого сына, родилась ты.
– Ты тоже не рад моему появлению?
– Мне фиолетово, – Ичиро выпустил дым в открытое окно. – Ты никак не влияешь на мою репутацию. Есть сестра или нет, для меня это не имеет значения.
– А Сабуро и Джиро, почему они такие тупые?
– У них характер отца. Не обращай внимания.
– Широ тоже идиот. Постоянно обзывает
F3. (F3 Расстройства настроения, аффективные расстройства).
– Он не только тебя обзывает. Я, к примеру, F1. (F1 Психические расстройства и расстройства поведения, связанные с (вызванные) употреблением психоактивных веществ).
– А отец?
– F6. (F6 Расстройства личности и поведения в зрелом возрасте).
– Джиро F2, – я посмотрела на рукава свитера. (F2 Шизофрения, шизотипические и бредовые расстройства)
– Сабуро, вообще топ: F7, – Ичиро засмеялся. (F7 Умственная отсталость).
– Мама F8, – я поджала губы. (F8 Расстройства психологического (психического) развития).
– Широ тоже хорош! Давай, он у нас будет F99.
– Неуточненное психическое расстройство?
– Ага, – Ичиро закрыл окно, и мы поехали домой.
Обычно мы мало разговаривали с Ичиро, но сегодня был довольно долгий диалог. Если сравнивать Ичиро и Джиро, то старший брат, несмотря на то, что не является добродетелем, по крайней мере, заступается за меня. Ичиро часто останавливает отца, когда тот переходит все границы. Старший брат в детстве был похож на маму. Но сейчас он больше напоминал мне отца со старых фотографий. Ичиро никогда не красил волосы, и не менял причёску. Чёлка закрывала лоб и брови, слегка прикрывая узкие глаза. Наверное, эта стрижка подходит к его худощавому лицу с впалыми щеками. Или я просто привыкла видеть его таким и уже не замечаю разницы в его внешности.
Ичиро занимался десять лет боксом. Он делал ринопластику, чтобы исправить неровности на носу из-за частых ударов по нему. При росте около 185 сантиметров, он весил 70 кг., но это не мешало ему быть выносливым и хорошо драться. Я посмотрела на тонкую шею брата и плавно перевела взгляд на дорогу. Фигуру Ичиро унаследовал от отца. Широкие плечи, подтянутый торс и сила удара. Руки брата были не настолько большими, наоборот они имели худощавый вид и сильно выраженные вены. Он мог сломать челюсть мужчине одним ударом. Ичиро не любит хвалиться, но он действительно семижильный человек. С ним не страшно ходить по подворотням. По фигуре не всегда можно оценить силу человека, это всё индивидуально.
На следующее утро, за завтраком, отец не предъявлял мне никаких претензий по поводу вчерашнего неудачного вечера. Сабуро, явно хотел съязвить, но Ичиро во время дал ему понять, что сейчас это будет неуместно. Широ не пришёл на завтрак, он опаздывал в университет. Джиро пил шипучие таблетки от головной боли. Отец внимательно смотрел на то, как я отрезаю хлеб. От такого взгляда мне стало не по себе. Всю трапезу я ждала, что отец будет делать мне замечания, но в этот раз обошлось. Отец запрещал мне первой уходить из-за стола, даже если я наелась. Нужно было подождать, когда уйдёт он. Ичиро позволялось делать это, если у него возникали срочные проблемы, и он уезжал на работу. Ну а мне оставалось терпеть негативную энергию отца.
Наконец, попав в свою комнату, я села на стул возле окна и открыла книгу. Через пару минут ко мне зашёл отец. Я положила книгу на подоконник и встала. Отец часто делал мне замечания по поводу моего поведения. В нашей семье было заведено вставать, когда в комнату заходит отец или мама, либо кто-то из старших.
– Одевайся, мы едем к моему другу. У него сегодня день рождения, – сухо сказал отец.
– Это обязательно?
– Да. Или ты предпочитаешь сидеть дома с книгой в руках? Так никогда мужа не найдёшь. А я не обязан его тебе искать.
– Я не хочу замуж.
– Хочешь пожизненно сидеть на моей шее?!
– Я могу работать, как Ичи…
– Замолкни! Одевайся.
Он ушёл из комнаты, сильно хлопнув дверью. Около минуты я переосмысливала его слова о замужестве.
«Что, если, я найду себе мужа? Тогда, я точно уйду из этого ада».
Эти мысли обрадовали меня.
«Но никто не знает, что ждёт меня в другом доме. Мой муж может оказаться таким, как Ичиро. И вряд ли мой отец будет спасать меня от такого демона. Да и брата рядом не будет».
Такие мысли огорчили меня. Получается, это замкнутый круг?
Откуда, я могу знать, что у другого человека в голове? Ичиро тоже красиво ухаживал за своей бывшей женой, но потом чуть не убил её. Как поступить в данной ситуации? Никаких идей в голову не приходило, а действовать «глупо», не хотелось.
Широ не поехал с нами, потому что у него были занятия в университете. Он всегда находил какие – нибудь веские отмазки, чтобы не ездить на «сабантуи» отца. И это работало!
Мы приехали в большой частный особняк, очень дорого и пафосно оформленный, с огромным садом и зоной отдыха. Здесь были – беседка, место для барбекю и даже поле для гольфа! Думаю, что с другой стороны дома, должен быть бассейн, но нас туда не приглашали, а я старалась держаться рядом с отцом и братьями. На празднике все гости были мужчинами, я не увидела ни одной женщины и поэтому снова чувствовала себя некомфортно. Я ушла в беседку, подальше от этих людей. Но вскоре услышала, как отец зовёт. Не стала испытывать его терпение, ещё не хватало, чтобы он начал кричать на меня при незнакомых людях, я сделала глубокий вдох и подошла к нему.
– Это моя единственная дочь, Ацу, – показалось или нет, что отец сказал это с сожалением? – Ищу ей достойного мужа, – отец похлопал меня по плечу.
– Молоденькая совсем, – сказал импозантный мужчина в белом пиджаке.
– Рэйдон, где там твой младший сын? Он же не женат? – отец посмотрел на мужчину.
– Нет, он единственный пока не окольцован, – друг отца отошёл, видимо, искать своего отпрыска.
– У него отличные парни, три сына и все молодцы, – отец, сказав как будто всем и в то же время никому, пригубил шампанское.
Мужчина пришёл с молодым человеком в красной рубашке.
– Это мой Риджи, ему недавно 25 исполнилось, – похвастался юбиляр.
– Красавец! – одобрил отец и пожал руку Риджи.
– Идите, молодежь, пообщайтесь, – Рэйдон – сан подозвал к себе официанта с напитками.
Мы молча шли вглубь сада по дорожке из белого камня. Никто из нас не хотел начинать разговор первым. Я разглядывала окружающий пейзаж, не обращая внимания на спутника. Он тоже молчал. Мы дошли с ним до гаража, ворота которого были открыты, предъявляя взору дорогую гоночную машину.
– Ацу, – Риджи потёр нос. – Ты не в моём вкусе. У тебя ноги кривые, грудь маленькая. Мне нравятся фигуристые девушки, чтобы постарше были, поопытней. А ты противоположность всему, чего хочу я. Не обижайся, но думаю, не стоит продолжать этот фарс ради наших отцов, – молодой человек отвернулся от меня и пошёл обратно.
– Риджи.
– М? – Он обернулся.
– Наши чувства взаимны. Мне нужен высокий и спортивный парень, который помоложе и без медицинской карты от венеролога, – я отдала ему свой пустой бокал от шампанского. – Извини, но ты не тот, кого я ищу.
Я мило улыбнулась, и ушла от этого напыщенного типа.
Праздник уже набирал обороты, а развернулся на полную, когда солнце ушло за тучи. Во дворе зажглись огни, играла громкая музыка. До меня никому не было дела. Я сидела в беседке и смотрела на пруд с красно- желтыми карпами. Потом отвлеклась на небо, которое было видно сквозь прозрачную крышу. Задумчиво разглядывая в облаках фигуры, я не заметила, как ко мне подошёл Осаму – сан. Он тоже был приглашён на эту вечеринку. На нём был чёрный костюм и рубашка кофейного цвета. Осаму сел на стул и молча, смотрел на горизонт.
– Тебе неинтересно здесь? – Прозвучал его спокойный бас.
– А Вы от веселья сбежали сюда? – Я посмотрела на Осаму.
Он неловко улыбнулся.
– Нет, я искал тебя.
– Нашли?
– Да.
– Поздравляю, – я отвернулась от него.
– Скоро будет ужин.
– Я не голодна, – буркнула я и поежилась, только сейчас поняла, что к вечеру немного похолодало и в лёгком платье без рукавов стало зябко.
Осаму заметил это, подошёл ко мне сзади и накинул на плечи свой пиджак.
– На улице холодно, ты слабая, простудишься и заболеешь.
– Забота не делает вас лучшим в моих глазах, – я сняла пиджак и отдала ему.
На самом деле, мне понравилось, что хотя-бы кто-то поинтересовался, где я. Я действительно была болезненным ребёнком, это отца раздражало. По факту, его раздражало всё, что связано со мной. Неважно, плохое или хорошее, он всегда находил какие – нибудь причины, чтобы отругать или ударить меня.
Если подумать, то Осаму идеальный вариант для мужа, но мне было стыдно. Стыдно не из – за того, что он знакомый отца и старше меня в два раза, а лишь потому, что, я не знала, кто он на самом деле. Осаму был везде с моим отцом, я помню его, когда мне было пять лет. Тогда ему было двадцать с хвостиком. Он никогда не отталкивал меня, но и не притягивал. С ним приятно поговорить, но не больше.
Я не могу влюбиться в человека, который постоянно ходит по моим следам. Тем более выйти замуж за Осаму было бы самым отчаянным поступком, который снится мне в кошмарах.
За ужином меня посадили рядом с Джиро и каким-то мужчиной. Напротив меня сидел Осаму. Я растерянно искала взглядом отца, он мирно беседовал с Рэйдоном (именинник сегодняшнего праздника).
В конце застолья, когда официанты собрали всю ненужную посуду и несъеденные закуски, на столе появился десерт и чашки с кофе и чаем, по желанию гостей, все начали поздравлять господина Рэйдона. Последним поднялся Осаму и поднял бокал.
– Я многого хотел пожелать, но это уже сделали предыдущие ораторы, не буду повторяться. Лучше обращу ваше внимание – Рэй – сан, что на ваш сегодняшний юбилей пришли не только все ваши близкие друзья и знакомые. Этот праздник украшает прекрасный цветок – одна единственная девушка – Цубурая Ацу, – Осаму перевел взгляд на меня и подбадривающе улыбнулся.
Я почувствовала, что покраснела и поспешила опустить взгляд. Все мужчины начали смотреть на меня и что-то шептать друг другу. Я старалась не показывать, как смущена и держала осанку, боясь посмотреть на отца, вряд ли он доволен таким пристальным вниманием к никчемной мне.
– С вашего позволения, господин Рэйдон, я хочу поднять этот бокал за это прекрасное создание, которое одиноко проводит время в нашей мужской компании.
– Прекрасный тост! – Крикнул Рэйдон – сан. – Выпьем за Ацу, дочь моего лучшего друга Цубурая Горо!
После ужина, именинник пригласил всех сразиться в гольф. Рэйдон – сан одержим гольфом, он превратил свой задний двор в целый аттракцион развлечений, связанный с этим видом спорта. Он очень гордился своим гольф- полем, поэтому Никто не смог отказать хозяину. Рейдон- сан отлично владел клюшкой, гости не могли его обыграть или все попросту поддавались ему.
– Эй, Ацу, иди к нам, – когда все соперники были обыграны, Рэйдон – сан обратил внимание на меня.
– Успокойся, она не умеет, – отмахнулся мой отец.
– Ставлю десятку, что она проиграет, – крикнул Сабуро.
– Поддерживаю, – Джиро пожал руку Сабуро.
Ичиро нигде не было видно, возможно, он снова уехал решать проблемы.
Рэйдон дал мне клюшку и положил посередине белый шарик.
– Тебе нужно ударить по мячику, чтобы он попал в эту лунку, прицелься хорошенько, – он указал мне нужную цель.
Я поставила ноги на ширине плеч, как делали мужчины до меня, замахнулась и ударила по мячику. Он ударился об стену, отскочил и попал в глаз господину Рэю.
– Ай! Чёрт! – Закричал он, схватившись за правый глаз.
Несколько мужчин подбежали к нему.
– Господи, больно, глаз не вытек?
Я вскрикнула, испугавшись, что покалечила хозяина дома и бросила клюшку на газон. Её тут же поднял отец, подбежавший на крик. Я думала, что он хотел поставить её в чехол. Но у него был другой план. Отец размахнулся и со всей силы ударил меня клюшкой по спине. Боль пронзила весь позвоночник, я упала на траву, содрав ладони и коленки в кровь. Отец ударил меня ещё три раза по ногам. Я кричала, умоляла, пыталась прикрыться, но он не слушал меня. Повернувшись на спину, я увидела, как отец поднял клюшку, чтобы снова ударить меня. Все находившиеся вокруг, просто стояли и смотрели, кто – то с ужасом, а кто – то с недоумением. Я не могла убежать, ноги онемели от боли. Поняв, что помощи ждать не от кого, я закрыла лицо ладонями и приготовилась принять следующий удар. Прошло несколько секунд, но отец ничего не сделал. Посмотрев сквозь окровавленные пальцы, я увидела Осаму, который вместе с другим мужчиной держали отца. Его увели в машину. Осаму подошёл ко мне и сел на корточки.
– Идти сможешь?
– Угу, – я кивнула.
Он помог мне встать и всю дорогу, пока я ковыляла на подкашивающихся ногах, поддерживал меня. Проводив в гостиную, он посадил меня на стул и достал аптечку. В дверях появился Рэйдон – сан.