Невеста скованного лорда

– Ты как? – спросил, вглядываясь в моё лицо.

Я прислушалась к собственным ощущениям и не нашла в них ничего хорошего.

– Такое чувство, будто меня избили изнутри, – призналась честно. Тело ломило от макушки и до кончиков пальцев на ногах. Кстати, пальцы-то и болели особенно сильно.

– Тогда пока лучше не вставать, – сказал лорд Шенье и, присев, поправил укрывавшее меня одеяло. – Ты что-нибудь помнишь о случившемся?

– Случившемся? – я удивлённо подняла брови и осознала, никаких воспоминаний о том, что произошло после проверки силы, у меня не было. Я не знала, ни как попала в комнату, ни отчего так ломило тело. – Не очень… – покачала головой. – А что именно случилось?

Лорд Шенье выругался. Потом ещё раз. Смерил меня хмурым взглядом и, вздохнув, снизошёл до объяснения:

– Мы повенчаны.

Поначалу я решила, что ослышалась. Но лорд Шенье молчал и не спешил объясниться.

– Вы серьёзно? Как мы можем быть повенчаны? Неужели я…? – в голову лезли самые невероятные мысли. – Я что дала согласие?

Лорд Шенье вздохнул снова.

– Прости, Кэтлин. Я перед тобой виноват.

Значит, я всё-таки не выжила из ума окончательно.

– Но без согласия… как? – случившееся не укладывалось в голове.

– Для первой части венчания оно не нужно, – сказал он таким страдальческим голосом, будто это у него, а не у меня отнимались руки и ноги. – Но оно понадобится для второй – формальной.

– То есть формально венчания не было? – уточнила, ощущая, как голова начинает трещать от подобных вестей.

– Формально – нет, но фактически – было.

– Если бы вы знали, как сильно у меня болит голова, то сжалились бы и не говорили загадками.

– Фактически – мы обвенчаны, – ответил он, войдя в моё плачевное положение. – И даже если формальная часть не состоится, ты больше не сможешь выйти замуж ни за кого другого.

Я зажмурилась и, сделав над собой усилие, попыталась сложить всё услышанное в единую картину.

– А если формально я всё-таки скажу вам нет? – уточнила, так и не открывая глаза.

Судя по молчанию в ответ, мой вопрос лорду Шенье не понравился.

Глава 7

– Ты не сможешь второй раз выйти замуж, – ответил он, то ли не понимая, к чему я вела, то ли делая вид.

– Мне и первого замужества хватило. Второй раз я на такое не подпишусь… – Снова попыталась привстать с постели и на этот раз получилось, хоть и не безболезненно. Лорд Шенье бросился поправлять мою подушку. – Не уходите от ответа, – вперилась в него взглядом. – Чем ещё чреват мой отказ?

Он нахмурился.

– Этот вопрос, Кэтлин, никому другому, кроме меня, на острове не задавай. И даже не думай отказываться, – в его голосе сквозили опасные нотки. – У тебя будет достаточно времени, чтобы смириться. Нам всё равно нужно сначала восстановить каналы…

– Какие ещё каналы? – переспросила, начиная подозревать неладное.

– Кхм… – лорд Шенье прочистил горло и снова принял страдальчески-виноватый вид. Ему он, к слову, не шёл совсем. Я уже привыкла видеть его наглым и уверенным. – Во время венчания кое-что пошло не по плану…

Когда он пересказал мне это «кое-что», пошедшее не так, я окончательно потеряла дар речи.

– То есть вы хотите сказать, что через два месяца я умру?

– Нет, я хочу сказать совершенно не это, – начал он оправдываться. – И ты не умрёшь через два месяца, – добавил, глядя мне в глаза. – Мы найдём, как решить проблему. Но до тех пор твоё самочувствие… – он запнулся, подбирая слова, и я решила ему помочь:

– То есть теперь каждое утро я буду просыпаться в таком состоянии, будто меня переехала телега?

– Не думаю, что каждое. Но, скорее всего, будут и неприятные дни… – подытожил он свою неутешительную речь.

Я обречённо кивнула и посмотрела в угольно-чёрные глаза своего горе-жениха.

– Ни за что, – произнесла я натянуто-спокойным голосом, потому что сил на крик у меня просто не было. – Ни в коем случае я не выйду за вас замуж. Никакого формального согласия вы от меня не получите.

– Кэ-этлин, – взмолился лорд Шенье. – Назад пути уже нет.

– И вперёд его тоже не будет, – отрезала я отворачиваясь.

Из-за этого душегубца и его островных обычаев мне предстояло ежедневно страдать и, возможно, вскоре умереть в муках. Зачем я буду выходить замуж за такого человека?

– Ты не понимаешь, что творишь! – взъярился он и подскочил с постели. – Это приведёт к…! – но его тирада оборвалась на полуслове, потому что в дверь комнаты постучали. – Ну, кто там ещё?! – закричал мой горе-жених.

В комнату заглянул управляющий.

– У нас возникла трудность, милорд, – сказал он серьёзным тоном.

– Как? Ещё одна?

– Народ, Ваше превосходительство. Собрался на площади у храма, но церемония отменилась. Они требуют доказательств, что невеста действительно эн-нари и что первая часть венчания состоялась.

Лорд Шенье сжал кулаки и вздохнул с такой тяжестью, что даже мне, страдающей в постели, стало его чуть-чуточку жаль. К тому же идея бунтующих островитян меня немного пугала.

– И что нужно сделать, чтобы доказать им? – поинтересовалась, косясь на лорда Шенье. Он перевёл на меня удивлённый взгляд.

– Ты поможешь? – не верил он своему счастью.

– Конечно, – улыбнулась ему натянуто, – в отличие от вас, я кровожадностью не отличаюсь и помогаю людям, когда могу. Значит, вы о подобном переживали, когда просили не распространяться… – я покосилась на стоявшего в дверях управляющего и решила обойтись намёком, – ну… о моём решении?

– Не совсем, – ответил он уклончиво. – Но и об этом тоже.

Поняв, что он не собирается говорить большего, я махнула на этот разговор рукой. От лорда Шенье всё равно не добиться правды. Это я уже успела понять за короткое время нашего знакомства.

– Так что я должна делать? Снова им поулыбаться?

– Нет, – выдохнул он облегчённо. – Господин Савор, – обратился к управляющему, – передайте, что народ может выбрать свидетельниц. Но только трёх, – подчеркнул лорд Шенье. – Они войдут в резиденцию, сами увидят изменённый рисунок на спине эн-нари и донесут всем об этом весть. Передайте им моё предложение и возвращайся с ответом.

Управляющий поклонился.

– Хорошо, милорд.

– И ещё, господин Савор. Скажите слугам, чтобы принесли Кэтлин венчальный плащ. Она примет свидетельниц в нашей гостиной.

Когда управляющий удалился, я не сдержала усмешки.

– Улыбаться, значит, мне не надо, зато нужно встать.

А мне даже руку поднять было сложно, не говоря уже о том, чтобы долго стоять на ногах.

– Продержишься пару минут? – спросил мой заботливый жених, присаживаясь рядом.

– А если нет?

В его угольном взгляде мелькнуло смятение.

– Тогда я скажу, чтобы тебя поддерживали. Но будет лучше, если ты сама. Так возникнет меньше вопросов.

– Значит, вы не собираетесь никому рассказывать о том, что со мной случилось? – догадалась я сразу.

Он покачал головой.

– Нет. И ты об этом молчи, Кэтлин. Знаем только мы с тобой, высшая и её доверенные нари. И до тех пор, пока это так, проблема решаема.

«И покуда солнце всходит на востоке,

Заходить ему придётся на западе», – вспомнились мне строки одной притчи.

«И чтобы зайти на западе,

Всходить ему придётся на востоке».

Когда я замолчала слишком надолго, лорд Шенье коснулся моего запястья:

– Ты понимаешь, Кэтлин?

Я отдёрнула руку, и он, оскорбившись моим жестом, нахмурился. Его тяга к прикосновениям вечно заставала меня врасплох.

– Да, я понимаю. Чтобы проблема оставалась решаемой, о ней должны знать только те же самые люди, – переиначила слова притчи на свой жизненный лад. – Приводите своих свидетельниц. Я удержусь на ногах сама.

Его взгляд остановился на моём лице и задержался так надолго, что мне стало не по себе.

– Плащпридётся надеть на голое тело, – сказал он, когда я отвела взгляд, почувствовав себя неловко. – Повернёшься к свидетельницам спиной и приспустишь его. Они всё сами поймут. Тебе нужно только уверенно выйти, повернуться спиной и приспустить плащ. Запомнила?

– А где в это время будете вы? – спросила охрипшим голосом, в горле вдруг пересохло.

– Меня в гостиной не будет.

Это немного успокаивало. Мне не хотелось, чтобы и он наблюдал за церемонией.

Лорд Шенье на этот раз сдержал своё слово и покинул меня, как только принесли традиционное одеяние. Собравшись с силами, я сползла с кровати, при этом стараясь не морщиться от боли и не шататься. Показывать свою слабость не стоило даже служанкам.

Мне помогли снять исподнее, накинули и запахнули плащ и вывели в гостиную. К этому времени там уже стояли три женщины лет сорока-пятидесяти. Одеты были по-разному, кто-то в дорогом платье, кто-то в платье попроще, и одна – совсем в скромном. Их взгляды коснулись моего одеяния, и спустя секунду все три свидетельницы склонили головы в приветствии.

Подобное обращение было для меня непривычно, и я замешкалась, не зная, как реагировать. Но поняв, что кланяться им в ответ, скорее всего, нельзя, решила просто показать метки и побыстрее вернуться в постель.

Произошедшие в рисунке изменения, которые эти женщины пришли засвидетельствовать, я сначала изучила в зеркале сама. На моих плечах и спине теперь, помимо изображения камней с символами в центре, появились соединительные линии. Извиваясь и переплетаясь, они тонкими дорожками бежали от одного камня к другому и издалека напоминали цепи.

Повернувшись спиной, я слегка распахнула плащ, и опустила его до талии. Позади раздались вздохи, и наступило молчание. Спустя несколько долгих секунд служанки аккуратно подхватили плащ и снова подняли его на мои плечи.

С облегчённым вздохом я повернулась к свидетельницам, собираясь попрощаться. Но те, увидев моё лицо, опять склонились, теперь уже всем корпусом. Они протянули ко мне правые руки с приоткрытой, просящей, ладонью и повели её медленным полукругом к своему сердцу.

Этот странный жест показался мне до боли знакомым. Настолько, что я, как заворожённая, тоже подняла правую руку к сердцу и сделала обратный полукруг отдающей ладонью к ним. В тот миг мою руку словно кто-то вёл за меня.

Я вздрогнула в ужасе и, развернувшись, поспешила в свою комнату. Захлопнула дверь и сползла на пол. Вскоре одна из служанок постучала.

– Пару минут, – крикнула я в ответ. – Дайте мне пару минут.

Вернувшись, лорд Шенье застал меня там же, как и оставил – в постели.

– Ты молодец, – похвалил меня с порога. – Перенос второй части венчания я объяснил спешкой перед приливом. Мне нужно готовиться к дороге, поэтому мы проведём официальную часть позже.

– Вы что уезжаете?

– В Верхнюю резиденцию на несколько дней. Я бы взял тебя с собой, но горные серпантины выматывают и здоровых людей. А тебе тем более не сто́ит трястись лишний раз в карете.

Хотя его отъезд меня не слишком огорчал, но оставаться одной с жителями этого острова мне тоже не хотелось.

– А вам точно нужно уезжать? – спросила, изумляясь собственным словам.

– Точно, – вздохнул лорд Шенье. – А что, будешь скучать? – ухмыльнулся самодовольно.

– Ещё чего! Просто… не хочу оставаться здесь одна.

– А-ах э-это, – протянул он расстроенно. – Чтобы тебе не было скучно, я уговорил Сандрию выделить для тебя наставницу. Силой ты ещё не владеешь, но с традициями уже можешь знакомиться. Заодно и с сестрой пообщаетесь.

– С сестрой? – переспросила я удивлённо.

– Да. Она и будет наставницей. Расскажет тебе об острове и покажет родительский дом. Тебе ведь хотелось бы там побывать?

Признаться, до прибытия сюда, я не чувствовала жгучего любопытства по поводу моих кровных родителей. Мало ли детей среди бедняков остаётся сиротами? Какая разница, что послужило тому причиной? Прошлого всё равно не вернуть и не исправить. Но здесь, на этом острове, всё было буквально пропитано тем самым прошлым. Чтобы прикоснуться к нему, достаточно лишь протянуть руку.

– Со дня твоего похищения, в доме никто не жил, – сказал лорд Шенье, подстёгивая моё любопытство. – Всё осталось на прежних местах.

Мне вдруг представилась разваливающаяся хибара, в которой девятнадцать лет никого не было.

– Должно быть, дом в ужасном состоянии, – предположила я.

– Нет, – удивил меня лорд Шенье. – Я надеялся тебя однажды найти, поэтому за домом приглядывали.

– Значит, не хибара… – прошептала я задумчиво и представила, каково было бы оказаться в стенах дома, где жили родители. Где они растили мою сестру и ждали моего появления. – Пожалуй, я бы на него взглянула.

– Вот и отлично, – улыбнулся лорд Шенье, и я снова засмотрелась на его улыбку.

Жених мне достался поистине загадочный. Он совершал дикие поступки, а потом смотрел на меня кристально чистым взглядом и улыбался так обворожительно, что сердце ускоряло ход. Должно быть, у лорда Шенье имелось немало поклонниц.

– В дорогу я отправлюсь завтра на рассвете, – принялся он рассказывать. – Сандрия будет каждый день присылать к тебе доверенную нари, чтобы та сменила камни у постели и зажгла благовония. Когда эта нари будет справляться о твоём здоровье, убедись, что рядом больше никого нет, и отвечай честно. Ничего от неё не утаивай.

– А как долго вас не будет?

– Не меньше трёх дней. Дорога в это время года непростая. В горах, должно быть, уже лёг первый снег.

Снег… Я так много слышала о нём от старожилов Флуэна, но ни разу не видела. Моя юность пришлась на период засухи, и пока я росла и взрослела, у нас не прошло ни одного дождя или снегопада.

– А здесь? В предгории тоже будет идти снег? – спросила я обнадёжено.

– Тоже, – улыбнулся лорд Шенье. – Мы с тобой ещё на санях покатаемся, вот увидишь, – пообещал он.

«Интересно, снег выпадет раньше, чем истекут мои два месяца?» – гадала я, но не решилась задать этот вопрос вслух. Мой жених, конечно, пообещал, что всё исправит, но у меня к нему не осталось доверия. Я невольно относилась к отведённому мне времени намного бережнее прежнего.

Когда я никак не отреагировала на его приободряющее обещание, лорд Шенье положил руку поверх укрывавшего меня одеяла.

– Я загляну к тебе попозже. Попрощаюсь перед отъездом, – сказал он и медленно, будто нехотя, поднялся с постели.

Проводив его взглядом, я выдохнула облегчённо. Его присутствие всегда было таким осязаемым, что мне становилось неловко. Когда он прикасался, мне хотелось отойти от него хотя бы на шаг. Когда он смотрел, мне хотелось отвернуться. Но в то же время, даже не глядя и не соприкасаясь с ним, мне казалось, что мы находились друг к другу слишком близко. Я будто чувствовала его присутствие всем телом. И чем больше проходило времени, тем более ярким становилось это ощущение.

Радость от ухода лорда Шенье продлилась недолго. Раньше мне нечасто приходилось болеть. Несмотря на хрупкое с виду телосложение, я всегда была деятельна и здорова. И только тут, впервые, не могла без посторонней помощи поесть или переодеться. Это было непривычно, неприятно и скучно.

Я просто лежала, смотрела в окно и ждала заката, чтобы уснуть. И хотя вид из комнаты открывался замечательный – под окном раскинулся сад, сквозь который к воротам бежала выложенная камнями дорожка – но к концу дня это бессменная картина надоела до ужаса.

А вечером, когда служанка задула свечи, я, так и не устав за день, ощутила тяжесть навалившейся бессонницы. Ворочалась, ворочалась, искала, как поудобнее примоститься, и совершенно не хотела спать. Просто лежала с закрытыми глазами.

Комнатная дверь скрипнула, и я приоткрыла веки, проверяя, кто вошёл. И тут же зажмурилась. К моей кровати медленно, еле слышно направлялся лорд Шенье. Крадучись в темноте, он напоминал мне хищного зверя, приметившего добычу.

Раздался скрип половицы, шорох ткани, и перина подо мной прогнулась. Лорд Шенье присел совсем близко.

Чтобы не пода́тьвиду, я старалась дышать как можно ровнее и глубже, будто спала. Но сердце в груди колотилось так часто, что даже мой жених мог бы это услышать. Мне вдруг стало страшно от мысли о том, зачем он пришёл. Уж не забрать ли причитавшуюся ему после венчания ночь?

Глава 8

Тёплые пальцы коснулись моего лица, и мне едва хватило выдержки, чтобы не вздрогнуть и не отстраниться. Очертив линию скул и коснувшись губ, лорд Шенье вздохнул. Убрал руку, но не поднялся с моей постели. Он сидел молча, и я снова ощущала его присутствие каждой клеточной своего тела.

Его взгляд, чёрный, как эта ночь, обжигал даже через одеяло и одежду.

Не знаю, сколько он сидел так, на моей кровати, но спустя какое-то время точно так же тихо поднялся и неслышно ушёл. Сегодня этот хищник оказался не голоден.

Трясущимися руками я натянула одеяло до са́мой шеи. Испытанный страх отобрал у меня остатки сил, и я наконец почувствовала дремоту.

В ту ночь я спала беспробудно до самого утра и, проснувшись, с радостью заметила, что боль в теле немного уменьшилась. Уже не так тяжело было слезать с постели и не так шатало, когда я стояла на ногах.

Впереди меня ждал долгий, но интересный день. Мне хотелось собственным глазами увидеть, как жили островитяне, как выглядела моя сестра и сохранился ли родительский дом.

– Сообщи, пожалуйста, если за мной придут, – попросила помогавшую мне сегодня служанку.

– Уже приходили, госпожа, – ответила девушка. – Принесли весть от вашей наставницы. Она велела вам прийти в храм самостоятельно, – служанка потупила взгляд.

Очевидно, подобное поведение считалось неуважительным по отношению к избранной эн-нари. Похоже, моя старшая сестра не слишком радовалась воссоединению.

– Проводишь меня? – обратилась к служанке, когда та закончила укладывать мои волосы. Причёска вышла тугой и непривычной.

– Да, госпожа. Я вас отведу. Но может, лучше каретой? – предложила она.

Я отказалась. После суток, проведённых взаперти, мне хотелось немного размять ноги. Тем более, лорд Шенье предупредил, что моё самочувствие будет нестабильно. А значит, нужно было воспользоваться шансом прогуляться.

***

Уличный воздух встретил нас бодрящей свежестью, и я сильнее закуталась в накидку. Хотя небо сегодня разъяснилось, солнце ещё не успело прогреть воздух. Похоже, местная осень была такой же скоротечной, как и во Флуэне. Может, я и правда успею увидеть снег.

– А зимы тут холодные? – поинтересовалась я, когда мы прошли сад со статуями и вышли на дорожку за пределами особняка.

– Зимы промозглые, госпожа, – ответила служанка. – Снега бывает много, но он часто тает. От ветра зависит. Откуда придёт ветер, такая и погода.

– А из Флуэна какая приходит?

– Сухая, – ответила служанка. – Сухая и серая.

Поверху мы добирались до храма так же долго, как и по подземному коридору. На дорогу ушло не меньше получаса. Как оказалось, Нижняя резиденция эрра находилась на окраине городка под названием Жермэн и была окружена домами знати.

Большие особняки вскоре сменились домами поменьше, поначалу сто́ящими на расстоянии друг от друга, но вскоре ютящимися совсем рядом и буквально наваливающимися на соседние. Улочка из просторной и пустынной превратилась в узкую и довольно многолюдную.

Простой народ не имел привычки спать подолгу. Торговцы уже открыли свои лавки, из харчевен доносился аромат еды, кричали зазывалы и неподалёку смеялись дети. Этот городок выглядел совершенно обычным. Будто он располагался на материке, а не на тонущем острове Иль-Нойер. Даже выглядели островитяне почти так же, как и остальные жители королевства. Такие же платья, такие же брюки. И такие же сонные лица с утра.

Как вышло, что у точно таких же людей, как во Флуэне, могли быть настолько невероятные традиции?

– Уже близко, госпожа, – сказала служанка, идя совсем рядом, будто боясь, что кто-то мог задеть меня или толкнуть ненароком.

Мы прошли оживлённую улочку и оказались на просторной, вытянутой площади, на дальнем конце которой высился храм Твердыни. Выложенный серым камнем, с множеством пиков и тремя нефами – центральным и двумя боковыми – храм был красивый и довольно большой.

Миновав почти пустынную площадь, мы поднялись по ступеням к высокой кованой двери храма и вошли внутрь. Пахло благовониями и дымом. Я окинула взглядом стены и застыла в изумлении. Непримечательный серый камень был украшен россыпью драгоценных. Разноцветными узорами они перетекали со стены на стену и блестели на пробивающемся сквозь витражные окна солнце. Во сколько же обошлось подобное убранство?

Служанка остановилась рядом со мной и молча ждала, пока я насмотрюсь. Её, в отличие от меня, драгоценные камни не удивляли нисколько. Наверно, на острове были очень богатые месторождения.

– Ваша наставница сказала, что будет ждать вас в правом нефе, – шепнула служанка и показала вбок.

Я прошла несколько шагов и обернулась – моя провожатая осталась у входа.

– Можешь идти обратно, – решила её отпустить. Даже если сама я не найду дорогу до резиденции, наверняка меня доставят туда в целости. Вряд ли островитяне бросят свою драгоценную эн-нари на произвол судьбы.

Служанка откланялась и исчезла за тяжёлой дверью, а я, сделав несколько глубоких вдохов для успокоения, направилась туда, где дожидалась меня родная сестра.

Мои шаги по выложенному цветной мозаикой полу отдавались эхом и разлетались по храму. Я миновала несколько колонн и повернула направо, туда, где виднелась арка, ведущая в правый неф.

В отличие от центрального, он не был украшен вовсе. Ни камней, ни фресок, ни картин, только ряды оплывших воском свечей на больших прямоугольных подсвечниках да серые стены. Даже мозаика на полу была одноцветной, молочно-белой.

Я пробежалась взглядом по вытянутому помещению и увидела в нём светловолосую девушку, одетую в серое платье из суровья. Обычно одежду из невыкрашенных тканей носили бедняки, поэтому я оглянулась, думая, что ошиблась.

Но больше никого в помещении не оказалось. Я сделала пару шагов и остановилась. Девушка была полностью погружена в свои мысли и продолжала сметать с подсвечников воск, не обращая внимания на меня.

Она переступила с ноги на ногу, и я заметила, что на ней не было обуви. Она стояла на холодном каменном полу голыми подошвами.

– Вам не холодно? – спросила у неё не сдержавшись.

Девушка замерла.

– Нет. Я уже привыкла. – Она отложила в сторону чашу, в которую сметала воск, и оглянулась. Посмотрела на меня равнодушно, но вскоре в её серых с синими прожилками глазах промелькнуло узнавание.

– Каталина? – спросила она.

Передо мной стояла не нищенка и не посетительница храма, а моя родная сестра. Такая же хрупкая, как я. С тонкими и при этом выразительными чертами лица и бледной, не поддающейся загару кожей. Только цвет волос у нас с ней отличался разительно. Мои были каштановыми, а её – светло-русыми.

– Кэт, – поправила её. – В крайнем случае – Кэтлин. А ты, выходит…?

– Брижина Арди, – произнесла она ровным тоном. Без восторга, удивления или негодования. Я не заметила в ней никаких эмоций, будто она говорила со случайным прохожим, а не с пропавшей девятнадцать лет назад сестрой.

Если встреча со мной её не радовала, то и я не хотела питать иллюзий. Видимо, здесь, на этом острове, у меня всё-таки не осталось никого из близких.

– Мне сказали, ты будешь моей наставницей, – решила я перейти сразу к делу. – С чего мы начнём?

– А мне сказали, что ты потеряла силу заклинательницы. Не представляю, чему тебя можно научить, – ответила она, глядя мне в глаза. И хотя тон её голоса был всё таким же ровным, взгляд стал пытливым. Будто она хотела увидеть реакцию.

Мне с трудом удалось сдержать поднявшийся во мне гнев.

– Зачем тогда соглашалась?

– Его превосходительство лорд Шенье настоял, – она пожала плечами и стала взглядом искать что-то сбоку на полу. Найдя, направилась к стоявшим в углу, стоптанным серым ботинкам, на вид совсем неженским. – Спорить с ним было бесполезно. Не знаю, почему он не выбрал кого-то более пригодного, чем я.

– А ты негодна? – раздражение во мне нарастало как снежный ком.

– Я – негодна, – покачала она головой и принялась надевать ботинки. Заметив на себе мой вопросительный взгляд, пояснила, – Стены этого храма не любят шум. А от обуви слишком громкое эхо, – она говорила о стенах, как о живых существах с характером.

– И поэтому поздней осенью ты ходишь босиком по каменному полу?

– И зимой тоже, – ответила она, поднимаясь и переминаясь с ноги на ногу. Казалось, ботинки были ей неудобны.

– Почему ты не пришла за мной этим утром? – даже если она не радовалась нашей встрече и отведённой ей роли наставницы, я не понимала, зачем показывать это так явно.

– По утрам я служу Твердыне, – ответила она, глядя на меня так же пытливо. – Даже эн-нари не может быть превыше этого.

Кипевший во мне гнев начал переливаться через край.

– Если ты не будешь меня учить, тогда…