![Дважды в одну реку](/covers_330/69019270.jpg)
Полная версия
Дважды в одну реку
Я направилась в кабинет Тамары. Постучала и, не дожидаясь ответа, заглянула в дверь ее кабинета. Тамара сидела за столом и подписывала какие-то документы.
– Ты занята? – спросила я.
– Сейчас освобожусь. Минут пять посиди пока, ладно? – ответила Тамара, не отрываясь от бумаг.
Я вошла и села на небольшой диванчик, стоящий в углу. Про себя я подумала, что сейчас вот и решится мой вопрос об отпуске. Как скажут мои партнеры – так и будет. Если не сложится – значит отпуск отпадет сам собой. Но вот что я при этом скажу Эдику, я не знала. Просто терпеливо ждала чем разрешится важный вопрос моей личной жизни. Через некоторое время Тамара закрыла последнюю папку и отодвинула ее на край стола.
Она сняла очки, взмахом головы откинула косую челку и улыбнулась:
– Ну, вот и все. Что решать будем?
– Решать будем, поеду ли я в отпуск или нет. Может, Костю позвать?
– Отпуск? Что так внезапно? Ну, давай все же Костю подождем. – Она набрала номер и попросила его зайти к ней в кабинет. – Что так резко? Горящий тур?
– Сейчас все скажу. Я и сама ничего не знала до сегодняшнего дня.
Я вдруг осознала, что все мои объяснения будут выглядеть как-то странно и неубедительно. Ну, что я им все про Эдика рассказывать, что-ли, буду?
Я заерзала на диванчике, что не укрылось от проницательного взора Тамары:
– Личная жизнь налаживается? – вдруг спросила она, улыбаясь.
Они с Костей в общих чертах знали мою ситуацию с Олегом. Но никто из них в мою личную жизнь не лез. Хотя периодически они мне все-таки напоминали об этом «добрым» советом плюнуть на все и завести хотя бы любовника для начала.
Через некоторое время в кабинет Тамары зашел Костя:
– Привет, дамы! Что у нас случилось? Надеюсь, это не смертельно! – Он заулыбался и плюхнулся на диван рядом со мной. – Почему такая напряженная? – спросил он меня.
– Да, вот не знаю, обрадуетесь ли вы моему внезапному исчезновению на некоторое время.
– Исчезновению? – Костя перестал улыбаться. – Куда это ты исчезать собралась?
– В отпуск, – ответила я и посмотрела на Тамару. – Граждане адвокаты, отпустите меня, пожалуйста, в отпуск. Я там уже два года не была. – Я состроила страдательную рожицу, сложив обе руки на своей груди. – Я обязательно вернусь. Недели через две. Обещаю!
– Ну, в принципе, решаемо все. Просто несколько неожиданно! А так ничего. Захотелось срочно в отпуск? Тоже понятно! – Костя посмотрел на Тамару. – Отпустим, что ли? А? Или отступные потребовать, может быть? Да, что с нее возьмешь? – Махнул рукой Костя.
– Ну, ладно. Отпустим, конечно, раз так приспичило! Бывает! – Хитро улыбнулась Тамара. – А что там у тебя с текущими делами? Завал?
– Нет! Нет никакого завала. Как раз наоборот. Сегодня дела посмотрела. Все в ажуре! – Я посмотрела на своих партнеров, мысленно благодаря их за понимание. – Четыре незавершенных дела с полным комплектом документов, которые надо скопировать, описать и встретиться с клиентами для разъяснений. Документы у меня в сейфе. Надо решить, кто будет завершать дела. И еще одно дело у меня зависло уже довольно давно. Там клиент не может предоставить все необходимые бумаги. Но на это я уже повлиять не могу. Свои возможные ресурсы я уже использовала. Либо дело развалится само собой, либо надо разговаривать с клиентом и склонять его к другим вариантам. Хотя я думаю, что успею вернуться к тому моменту, когда надо будет принимать решение. Вот и все. Кто заберет у меня дела?
Я закончила свои разъяснения и теперь ожидала решения Тамары и Кости.
– Так, все твои дела передадим Диме. Я думаю, он справится. А что касается последнего дела. Тут надо искать варианты. Нельзя, чтобы клиент покинул нас неудовлетворенным. Но ты лучше всех знаешь нюансы, поэтому поступай, как считаешь нужным. Мы можем только подстраховать, – проговорил Костя и посмотрел на Тамару.
Та утвердительно кивнула:
– Да, согласна. С последним клиентом ты ведь на связи? Ничего непредвиденного случиться не может, я правильно поняла?
– Да, мы с ним на связи. В любом случае, это дело терпит. Если вдруг надо будет что-то срочно решать, я подключусь, ну, или в крайнем случае буду просить у вас помощи. Вы ведь не откажите мне в такой малости?
Я шутила, что было абсолютно нормальным в нашем общении с моими партнерами.
– Ну, тогда я пошел. Сама с Димой договоришься?
Он посмотрел на меня, уже вставая с дивана и направляясь к двери.
– Сама, – подтвердила я.
Я тоже встала, намереваясь выйти следом.
Но тут Тамара вдруг спросила:
– А куда едешь, если не секрет?
Повисла тишина. Я оторопела! Я не знала ответа!
– Пока не знаю, – ответила я в растерянности, – пока не знаю! – повторила я. Надеюсь, сегодня узнать подробности.
– Вот даже как?
Тамара удивленно посмотрела на меня, но к моей великой радости, ничего больше не спросила.
– Я завтра еще зайду. Увидимся! – сказала я, уже открывая дверь ее кабинета.
Я облегченно выдохнула и даже улыбнулась сама себе. Пока все складывалось удачно. Вероятно, мой отпуск все же состоится. Но надо было наконец прояснить, куда я еду. Я заулыбалась еще шире. Это было просто смешно, не спросить у Эдика, куда мы собираемся ехать. Обдумывая этот казус, я направилась к Лизе. И снова застала ее, поглощенной созерцанием чего-то очень важного в ее компьютере. Я определила это по ее сдвинутым бровям и серьезному выражению лица.
– Лиза, отвлечься можешь? У меня важная информация.
Я терпеливо стояла у ее стола и ожидала, пока ее погруженность в процесс не ослабнет. Она взглянула на меня, все еще хмуря брови, но уже через секунду я увидела перед собой ее вполне осмысленный взгляд:
– Я слушаю, что-то срочное?
– Ну, не срочное, но важное. Я в отпуск собираюсь через пару дней. С Тамарой и Костей все согласовала. Не записывай ко мне никого на прием. Это – первое. Далее, все свои текущие дела я передаю Диме. Он пока не в курсе, но я с ним сейчас договорюсь. Там надо все документы подготовить и сделать опись, затем пригласить клиентов к нему на прием. Время согласуй с Димой. Это уж вы сами решайте без меня. Я буду оставаться на связи. Пишите и звоните, но не часто. А то я все же в отпуске!
– Поняла, Юля. Но вот на завтра уже один клиент записан, но могу его перебросить Тамаре или Косте, если тебе не удобно.
– Давай я посмотрю, что за клиент.
Я нагнулась к ее монитору, посмотрела запись посещений и цель визита. Решила, что сама его приму. Все же было нежелательно передавать клиента другому адвокату. По профессионально этическим соображениям прежде всего.
– Я его завтра приму. Но больше ко мне никого не записывай. Папки с документами я Диме сама передам. Он в офисе, кстати?
Только я произнесла его имя, как он сам появился, быстро шагая по коридору и явно направляясь ко мне:
– Вот ты где! Свободна? – Дима притормозил у стола секретаря, вопросительно посмотрев на меня.
– Да, ты как раз вовремя. Пойдем, поговорить надо.
И мы удалились в мой кабинет, где расположились в креслах друг напротив друга.
– Ты что такая напряженная? – неожиданно спросил Дима.
– Да? Заметно? – Я улыбнулась. Мне самой казалось, что я в норме. – Да, навалились кое-какие проблемы и как всегда все одновременно. Короче, Дима, я через два дня в отпуск уезжаю, поэтому надо все дела подбить и кому-то их пристроить, то есть передать, как ты понимаешь. И, наверное, догадываешься кому.
– В отпуск? – проговорил Дима задумчиво, – ты мне ничего не говорила про то, что собираешься в отпуск.
Он внимательно посмотрел на меня.
– Да я сама об этом недавно узнала. Все так внезапно, но я ведь и в самом деле уже два года не была в отпуске, поэтому решила, что он будет очень кстати сейчас.
– Ты мне не говорила, что тебе хочется отдохнуть. Можно было бы что-то придумать.
Он снова посмотрел мне прямо в глаза.
Мне стало казаться, что сейчас он мне ехать в отпуск запретит! Упрямо твердил одно и то же! Я вполне понимала, о чем он говорил. Но мне было удобнее сделать вид, что я не поняла намека. Я ему все же нравилась, но что со мною делать и что предпринимать в мою сторону он не имел ни малейшего представления.
– Я сама не знала до сегодняшнего утра. Но вот внезапно все решилось само собой. С этим все, теперь приступим к делам.
И я начала объяснять, что ему предстояло решать с моими клиентами и их незавершенными делами. Он внимательно слушал, но через некоторое время я вдруг заметила, что его уши стали красными, а взгляд остановившимся.
– Дима, ты меня слушаешь?
Он лишь кивнул.
И я продолжила разъяснения. Я понимала, что, возможно, причиняю ему боль, я видела его отношение ко мне, но никогда не воспринимала это всерьез. Да он, как мне казалось, и сам не предпринимал никаких попыток что-то изменить. Все шло так ровно и спокойно, что я уже почти привыкла и к нашему общению, и к нашим довольно частым ужинам. Я рассматривала наши отношения как рабочие и дружеские, но не нечто большее. Что же это с ним сейчас такое?
– Я понял. Я все сделаю. – Дима наконец подал голос, уже вполне придя в себя. – А куда ты едешь, если не секрет?
Он посмотрел на меня, а я вдруг подумала, что сегодня этот вопрос, похоже, интересует всех, и лишь одна я оставалась до сих пор в неведении.
– В Болгарию! – неожиданно даже для себя самой выпалила я.
– В Болгарию? Почему в Болгарию?
Дима был явно удивлен, но меня уже было не остановить, поэтому, набрав воздух в легкие, я объяснила:
– У меня там приятель живет. Пригласил к себе отдохнуть. А почему бы и не в Болгарию? Что вас всех так удивляет?
– Кого всех? – удивился Дима.
– Ну, всех, кому я успела об этом сообщить. В общем, какая разница, куда я еду в отпуск. Еду и все!
Я не хотела больше никому ничего объяснять, потому что сама ничего толком не знала. Это было известно лишь Эдику, который все это и задумал, не сообщив мне самую важную информацию. Впрочем, как всегда.
Но я уже успокоилась и взяла себя в руки:
– Дима, ну ты справишься. Ничего сложного. Если что-то пойдет не так, ты можешь мне звонить или писать. Документы я тебе сейчас все передам. Лиза поможет, она со всеми процессами знакома, так что все должно быть хорошо. Мы еще увидимся – у меня прием завтра. А как твои дела? Судебное заседание состоится или опять откладывается?
– Да, состоится. Все документы на руках, все согласовал. Ты проверишь, я тут тебе их принес. Или ты спешишь?
– Конечно просмотрю, давай. Вот как раз сейчас их и проверю. Давай!
Я почти насильно выдернула у него из рук две папки с документами и направилась к своему столу. Дима между тем в какой-то задумчивости поднялся с кресла и стоял столбом посреди моего кабинета, и не думая уходить.
– Дима, что-нибудь еще?
– Нет-нет. Когда я могу их забрать?
– Я передам их Лизе, думаю за час я справлюсь. Может, даже и раньше.
Дима вышел, а я откинулась на спинку кресла и выдохнула. Почему-то сегодня мне очень нелегко дался этот разговор с Димой, с которым мне всегда было довольно просто общаться. Что-то теперь стояло между нами. Вернее, кто-то.
Уже через час я закончила проверку документов Димы. Все было в порядке. Правда, надо было уточнить один момент, но сил еще раз встречаться с Димой у меня уже не было. Я написала ему на листочке, чтобы он обратил внимание на один пункт, прикрепила свою записку к папке и отдала Лизе. Все! На сегодня с рабочими делами покончено. Но теперь мне предстояла встреча с Эдиком. И как она пройдет я не знала. Я позвонила ему и сообщила, что через минут пятнадцать или двадцать готова выйти.
Он все же предпочел ожидать меня у входа. Я так и не поняла почему. Такой вот каприз или причуда, или за этим что-то стояло, а я, как обычно, ничего не понимала. С ним было так всегда.
Эдик ожидал меня у подъезда здания, где находилось Агентство. Он заулыбался, увидев меня, и двинулся навстречу. И тут же все мои сомнения и тревоги исчезли. Я очень рада была снова его увидеть. Я хотела этой встречи, я хотела чувствовать его рядом, видеть его улыбающиеся глаза. Все как прежде. Я как будто видела уже знакомый мне сон. Этот сон был радостным и счастливым. Ни о чем другом думать я была уже не в состоянии.
– Я начал подозревать, что твоя работа никогда не закончится, Джульетта! – Он обнял меня за плечи, слегка прижав к себе. – Просто непозволительно так долго работать. Это ужас как долго!
– Эдик, мы виделись утром, если ты помнишь. Прошло не так много времени. Но у меня сегодня был действительно напряженный день. Тебе придется каким-то образом снимать это напряжение, – как-то двусмысленно проговорила я и осеклась.
– Пойдем снимать твое напряжение.
Эдик взял меня за руку, и мы медленно зашагали по улице, вновь слившись с потоком спешащих по своим делам людей.
– Как его снимать-то будем, Джульетта, напряжение твое? Вино? Вкусный ужин? Массаж? Может, мне спеть тебе серенаду?
Он засмеялся и повернулся посмотреть на мою реакцию.
– Массаж! Это было бы самым правильным решением, но, боюсь, тебе это не под силу!
Мы снова начали свои словесные перепалки. Да, только они стали совсем другими, совсем!
– Почему? Ты сомневаешься в моих способностях? Ты думаешь, что я с этим не справлюсь? – Эдик вдруг развернулся и серьезно посмотрел на меня. – Хотя ты абсолютно права. – Он снова зашагал вперед, лишь сильнее сжав мою руку в своей. – Вот представил, что ты лежишь на массажном столе, а я стою рядом в белом халате, и понял, что массаж не получится! – И он снова сжал мою руку.
– Ну, тогда тебе придется петь серенаду! Это-то ты сможешь?
– Это смогу. Вот выпьем немного вина, или много, я не знаю. И я начну петь. Надеюсь, это поможет. Скажи, Джульетта, ты вспоминала обо мне все эти годы? – Спросил Эдик вдруг без всякого перехода. Но, как ни странно, я вновь не удивилась его вопросу, я к нему была готова уже давно.
– Вспоминала, Эдик, вспоминала.
– Правда?
Он снова остановился, посмотрев мне в глаза, вглядываясь в мое лицо. Но он улыбался сейчас, как будто вопрос был праздный, обыденный. Но я точно знала, что мой ответ был очень важен для него. Прохожие обходили нашу застывшую на месте парочку, а мы снова пытались что-то важное сказать друг другу.
– Правда. Но не двадцать четыре часа в сутки, конечно, не каждый день. Иногда.
– Я это знал. Я это всегда знал, Джульетта. Даже не знаю, откуда была у меня такая уверенность.
И мы снова, держась за руки, зашагали по улице в людском потоке.
– Куда мы идем, Эдик? Массаж ведь отменился? Что осталось? Вино? Ужин? Серенада?
– Начнем, пожалуй, с вина. Затем я тебя покормлю. Вкусно покормлю, Джульетта. Серенада на десерт. Согласна?
Я лишь кивнула. Мне на самом деле было абсолютно все равно в какой последовательности все это будет происходить. Вскоре мы подошли к ресторану, где ужинали вчера, в день нашей встречи. Эдик снова куда-то умчался, усадив меня за тот же столик, что и вчера.
– Куда ты все время исчезаешь? – спросила я его, когда он вернулся.
– Делал заказ. Здесь, в Москве, все приходится контролировать. Скоро нам подадут вино, и мы начнем снимать твое напряжение. На работе какие-то проблемы?
– Нет, просто сегодня самый задаваемый мне вопрос был насчет того, куда я еду в отпуск. Представляешь, а я совершенно не знаю ответа. Ну, совсем не знаю. Не подскажешь? Куда?
– Да, ты ведь и не спрашивала, куда именно. Ты ведь меня даже не спросила об этом, Джульетта! Тебе ведь все равно! Правда?
Он вовсю улыбался. Просто во весь рот. Чеширский кот снова во всей красе показывал свою наглую улыбку. Он ждал моей реакции, моих слов, чувств. Его это всегда забавляло. И наполняло эмоциями. Он ставил меня в тупик вопросом, и он знал, что в любой ситуации я скажу правду. Ему это всегда очень нравилось. Всегда.
– Я же могу отказаться. В любой момент! Вдруг мне не понравится страна, погода или отель, или что-нибудь еще, – попробовала оправдаться я.
Я взглянула на него. Эдик продолжал улыбаться по-прежнему. Теперь улыбка просто не сходила с его лица.
– Теперь уже не откажешься. Нет, Джульетта. Я же обещал тебе незабываемый отпуск. Обещал?
Я лишь кивнула в ответ.
В это время нам принесли вино, и пока официант разливал его в бокалы, я разглядывала Эдика, даже не пытаясь это скрыть. Просто смотрела, как он кивнул официанту, поправил салфетку, неторопливо повернул бокал с красным вином, потом поднес его поближе, понюхал, взглянул на меня, задержав взгляд. Этот его взгляд был мне не знаком. Глубокий, серьезный, какой-то остановившийся. Он был обращен внутрь. Прочесть его я не смогла.
– Мы едем в Болгарию, – произнес он, когда официант отошел от нашего столика. Он ждал моей реакции, но ее не последовало. – Ты не удивлена? Ты не спрашиваешь, почему именно в Болгарию?
– Я так и думала, что в Болгарию. Не знала наверняка, но предполагала. Ты хочешь показать мне страну, где ты прожил последние двадцать лет. Верно?
– Верно, но не только это. Я хочу показать тебе город и дом, в котором я живу. Хочу тебе это все показать и …
Он замолчал, и повисла долгая пауза. Эдик смотрел мне в глаза. Чуть улыбался, но его глаза снова выражали неуверенность. Мы оба понимали, что все это означает. Хорошо понимали. Понимали мы и то, что нам предстоит. Нам только все предстояло. Все еще было впереди, но мы оба этого ждали, ведь мы рискнули ступить в эту самую реку. Нас ждала близость и экзамен на зрелость чувств.
– Расскажешь про свой город, про свой дом?
Я улыбнулась.
Эдик тут же отреагировал глазами, которые вдруг стали счастливыми:
– Обязательно, Джульетта. Обязательно! Я живу в Бургасе. Ты наверное слышала про такой город?
– Конечно, – ответила я, – но совершенно ничего про него не знаю.
– Это небольшой город, особенно если сравнивать с Москвой. Когда я туда попал впервые, он мне показался просто крохотным и провинциальным, я его вдоль и поперек объезжал меньше, чем за два часа. Но симпатичный, уютный. Море, солнце, большой парк. Там порт довольно солидный. Меня туда, собственно, бизнес привел. Я оргтехникой торговал в те годы. Вот мне друзья и посоветовали открыть там свою фирму. Что я и сделал. И бизнес вдруг пошел! Да еще как пошел. Я так стремительно стартанул, что сам удивлялся такой удаче. Три года, конечно, работал практически без выходных, но потом стало легче. Все пришло в норму. Я ощутил какую-то стабильность, устойчивость. Появились деньги, друзья и уверенность в завтрашнем дне. Потом я купил квартиру, затем женился.
Эдик прервался на секунду, взглянул на меня и продолжил:
– У жены был свой бизнес, она занимается недвижимостью. Сначала тоже все шло неплохо. Но затем пришлось ей помогать, что-то инвестировать в ее проекты. Затем как-то незаметно я свой бизнес забросил, а в ее дела окунулся с головой. Такое вот, собственно, семейное дело получилось. Одно на двоих.
Эдик замолчал, как будто вспоминая что-то, затем снова внимательно посмотрел на меня. Я понимала, что ему не хочется мне это рассказывать. Но я было уверена, что теперь он расскажет мне все.
– Эдик, у меня одна просьба, – неожиданно произнесла я, – ничего не рассказывай мне про свою жену, ладно?
– Хорошо, не буду. Хотя она бывшая жена, как я тебе уже говорил. Совсем бывшая, во всех смыслах.
– Ты не говоришь о ней, как о бывшей. Ты все еще употребляешь настоящее время. Но дело не в этом. Просто я ничего не хочу о ней знать. Вот и все.
– Я понял, Джульетта.
Помедлив немного, Эдик кивнул головой и как-то странно на меня посмотрел. Затем набрал в легкие воздуха, как будто хотел что-то сказать, но так ничего и не произнес.
– Ну, и что потом? Что-то пошло не так? – спросила я.
– Потом все пошло не так. Через некоторое время я понял, что не принадлежу сам себе. Я все время суетился, бегал, зарабатывал деньги и отдавал их другим, они утекали сквозь пальцы. Свой бизнес я забросил, помогая делам жены. Я водил дружбу с не очень приятными людьми, встречался с теми, с кем мне совсем не хотелось встречаться, и … – Эдик замолчал, опустив глаза.
Я видела его замешательство, ему трудно было произносить все это, тем более мне. Я хорошо знала, что стояло за его недоговоренным «и». Это касалось женщин. Он всегда нравился противоположному полу. Всегда. Девушки просто набрасывались на него, готовые на все, даже на спонтанную, ничего не значащую и ни к чему не обязывающую интимную связь. Ему даже ничего и предпринимать-то не надо было. Светловолосый и голубоглазый, симпатичный, высокий, стройный, спокойный, всегда улыбающийся, легкий в общении, но всегда совершенно закрытый. Закрытый от всех. Никогда и никому он ничего не говорил о себе, о своих переживаниях и чувствах. Никогда! Даже мне. Но так было раньше, а сейчас я чувствовала, что настало время, просто оно пришло, чтобы сказать или объяснить мне если не все, то хотя бы какую-то часть. Я видела, как непросто ему это сделать.
И он все-таки продолжил:
– Я вроде жил и не жил одновременно. Я ел, спал, работал, двигался, улыбался, веселился, произносил то, что от меня хотели услышать. Я был в центре всего, но как бы вне того мира, в котором я жил. Я решал чужие проблемы, радовался чужим удачам, общался с чужими мне людьми. Но все это не имело никакого смысла. Все это не приносило ощущения счастья, вкуса самой жизни. Я чувствовал себя одиноким в окружении людей. И, самое главное, я не был счастлив. Я стал тихо ненавидеть это свое состояние, эту налаженную и беспечную жизнь, и себя заодно. Но тогда я еще не понимал, что происходит со мной. Вместо того, чтобы остановиться и подумать, я погружался в этот водоворот все стремительнее, все глубже. Иногда я напивался так, чтобы ничего не вспоминать утром. А утром все повторялось с той же неотвратимостью. – Эдик снова замолчал. Но вдруг он посмотрел на меня и заулыбался. У него была такая открытая улыбка, как будто весь предыдущий рассказ был не про него. – Тебе, наверное, все это не очень интересно, Джульетта?
Он смотрел на меня вопросительно, но мой ответ он, несомненно, знал.
– Нет, Эдик, мне все это интересно. Правда! Мне интересно знать, что происходило все это время с тобой.
– Да, собственно, это все. Два года назад я понял, что продолжаться так больше не может. Я стал задавать себе неудобные вопросы, но ответы на них мне самому не всегда нравились. Поэтому иногда я предпочитал ни о чем не думать вообще. Но снова и снова я все равно к ним возвращался. Это был тупик, из которого я не видел выхода. – И он опять замолчал. Пригубил вино, осторожно поставил бокал на стол. Затем снова заулыбался. – Ответ пришел сам собой, как только я стал вспоминать о тебе. Наконец все стало на свои места. Я понял очень простую истину. Я не был счастлив без тебя! И это понимание ошеломило меня. Я не ожидал такого ответа на свои вопросы. Злился на себя, отгоняя эту мысль. Но другого ответа не было. Не было! Пришлось принять это как данность. И я не только это принял, но все больше утверждался в правильности своих мыслей. Далее, найдя ответ, я стал обдумывать свой «побег». А к нему надо было серьезно готовиться. Мой бизнес потерял былую мощь, у меня почти не осталось собственных средств, были только обязательства и долги. Но зато у меня появилась цель. Теперь я знал, зачем и как мне нужно выбираться из этой ямы. Пришлось выстраивать новый бизнес, думать, куда и как тайно вкладывать свои средства, потому что моя бывшая жена, – он сделал ударение на слове «бывшая», – могла все это проглотить и даже не подавиться. Я хорошо ее знаю. И никому ничего не говорил вплоть до самого развода. Я развелся два месяца назад. И теперь приехал за тобой.
Эдик замолчал. Он смотрел на меня. Он ждал моей реакции.
Я его услышала именно так, как он хотел. Он сказал, что приехал не ко мне, он сказал, что приехал за мной. Я понимала, что это означает. И я заулыбалась, глядя прямо ему в глаза. Не знаю почему. Вероятно, я не полностью все осознавала. Но суть сказанного им я понимала прекрасно. И принимала. Я так этого ждала двадцать лет назад! Как я этих слов ждала тогда!
– Неожиданно! Все это слишком неожиданно, Эдик. Нам, наверное, надо о многом еще поговорить. Нужно время. Мы не должны попасть в ловушку своих иллюзий. Возможно, все окажется совсем не таким, каким мы себе представляем. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Я продолжала смотреть на него, не отводя взгляда и ожидая ответа.
Он кивнул:
– Я понимаю. Но это ведь в большей степени зависит от нас? Я не прав?
Теперь уже я кивнула в ответ:
– Наверное, ты прав. Если честно, я немного удивлена, что ты это обсуждаешь со мной. Раньше ты предпочитал ничего мне не говорить. Просто решал и поступал так, как считал нужным. Теперь что-то изменилось?
– Изменилось, Джульетта. Я изменился. Я все же кое-что понял в этой жизни. Через многое пришлось пройти, но все же главное, как мне кажется, я понял. Так теперь будет всегда. Во всяком случае, в отношениях с тобой будет именно так. Для меня важно, чтобы ты доверяла мне. Для меня это теперь очень важно. Я не собираюсь подпитываться твоими эмоциями, теперь я сам готов их тебе дарить. Я готов начать все сначала, но теперь уже не совершая таких чудовищных ошибок. Мы этот этап уже прошли. Правда, с большими потерями, но сейчас у нас все должно получится. Я в этом уверен. Я, когда увидел тебя вчера в кафе, еще сомневался, но стоило мне заглянуть тебе в глаза, я понял, что ничего не исчезло, все между нами осталось по-прежнему, даже более глубокое открылось мне вчера. Мне показалось, что стало все еще серьезнее. Но вчера ты не захотела ничего обсуждать. Убежала, спряталась. И я понимаю тебя, все случилось так неожиданно, так быстро. Я не хотел тебя пугать. Поэтому отпустил. Но сегодня я хочу, чтобы ты знала, я приехал за тобой. Я хочу чтобы ты поехала со мной в Болгарию. Пока только в отпуск. Тебе надо осмотреться, отдохнуть, подумать и принять решение. Потому что я хочу, чтобы мы жили вместе, чтобы у нас была семья. Обычная, нормальная семья. Хочу, чтобы мы наслаждались своими чувствами. Хочу слышать твой смех, видеть твои счастливые глаза, хочу любить тебя. Наверное, все это не так просто будет, но я уверен, у нас получится. – Эдик откинулся на спинку стула, отложил салфетку, взглянул на меня. – Что ты на это скажешь, Джульетта?