![Дважды в одну реку](/covers_330/69019270.jpg)
Полная версия
Дважды в одну реку
![](/img/69019270/cover.jpg)
Евгения Петухова
Дважды в одну реку
Часть 1
Денек сегодня выдался довольно напряженный. В нашем адвокатском Агентстве было много клиентов, дела все оказались серьезными, требующими максимальной сосредоточенности и досконального изучения всех нюансов и тонкостей. Кроме этого, постоянные звонки, ответы на которые отнимали также много сил и времени. В обед перекусить удалось наспех, выпив приготовленный нашим секретарем кофе с булочкой. Рабочий день уже близился к завершению. И в перерыве между приемом посетителей я решила все же передохнуть минут десять. Откинулась в своем удобном кресле, потянулась, достала яблоко и, не торопясь, стала его поглощать с каким-то особым наслаждением. Затем я встала и немного размялась, пройдясь по кабинету, выглянула в окно, которое выходило на довольно оживленную улицу в центре Москвы. Она, эта улица, была немноголюдной в этот час, но уже скоро по ней будет двигаться плотный поток людей, закончивших свой трудовой день. Тогда этот поток будет напоминать бурную реку, иногда выходящую из своих берегов. Я это время не особенно любила и старалась пропустить это столпотворение – задержаться на работе, чтобы немного привести в порядок свои мысли, успокоить нервы и с легким сердцем отправиться домой. Я никуда не спешила теперь. Вот уже два года я жила одна.
Внезапно в дверь кабинета постучали и, не дожидаясь ответа, в нее заглянул Дима – адвокат нашей конторы. Нас было всего четверо – частных адвокатов, работающих в Агентстве. Дима пришел к нам совсем недавно и был моложе всех. Он единственный из нас не являлся учредителем. Но несмотря на то, что он попал к нам по рекомендации знакомых, а может, именно поэтому, он пришелся ко двору, оказался толковым специалистом и легко влился в наш небольшой коллектив. Свое дело он знал довольно хорошо и подавал большие надежды. Мы к нему все еще присматривались, но похоже было на то, что он задержится в нашем Агентстве надолго. Он был высоким, симпатичным, темноволосым и немного стеснительным парнем. Спокойным, но не медлительным. И еще – он пытался за мной ухаживать. Нет, не явно, почти незаметно, но я почему-то это чувствовала по его взглядам и едва уловимым движениям. Возможно, я ошибалась, но интуитивно все же чувствовала это. Иногда он приглашал меня поужинать, и мы просто проводили вместе время, разговаривая и обсуждая разные вопросы. Надо признать, что мне с ним было довольно комфортно и достаточно интересно. Несмотря на то что он был немного моложе меня, разница в возрасте была практически не заметна. Единственное что меня удивляло по-настоящему, что он не предпринимал никаких попыток хоть какого-то сближения. Не могу сказать, что меня это сильно волновало, но было любопытно, почему он все-таки этого не делал. Вопрос этот совсем уж риторический, потому что я не испытывала никаких романтических чувств к нему и никакого сближения не хотела. Меня вполне устраивали такие вот короткие и редкие встречи за ужином. Это ни к чему не обязывало, не требовало никаких усилий и еще вдобавок доставляло некоторое удовольствие, скрашивая мое одиночество.
– Юля, можно? – спросил Дима, уже войдя в мой кабинет. – Я на минутку.
– Конечно, входи. Пожалуй, только минутка у меня и есть.
– Что, тяжелый сегодня день?
Он улыбнулся.
– Да, не из легких. Ты что хотел?
Я уже усаживалась в свое кресло, настраиваясь на рабочий лад.
– Мне бы бумаги у тебя подписать. – Он протянул мне папку с документами. – Ну, и просмотри еще раз, свежим глазом, так сказать, все ли в порядке.
Я взяла папку и положила ее на край стола:
– Тебе ведь не срочно? В конце дня все посмотрю и подпишу, а то у меня еще два клиента сегодня. Работы много.
– Да, конечно, в конце дня загляну. Может, поужинаем сегодня? А то пообедать как-то не получилось. Ты как на это смотришь?
Он посмотрел на меня.
Я кивнула, опустив глаза, уже приготовившись к продолжению работы:
– Хорошо. Я позвоню, когда освобожусь, – проговорила я, уткнувшись в свой рабочий календарь и просматривая свои записи. И еще раз кивнула.
– Ну, хорошо, до вечера. Я тогда столик забронирую. Пока!
Дима скрылся за дверью, а я продолжила свою работу, встречая очередного клиента, вникая в его, клиента, проблемы, просматривая и оценивая документы, подписи, задавая вопросы и обдумывая свои ответы. Рабочий день продолжался. Все как обычно, все как всегда. Возможно, со стороны это казалось нудной рабочей рутиной, но свою работу я любила. Я любила ее именно за то, что она, на кажущееся однообразие, таковой не являлась. Люди и дела были абсолютно разные, способы их решения иногда требовались нестандартные, я бы сказала, просто креативные. И все это в жестких рамках законодательства. Опыт у меня был приличный, да и учителя отличные. Я работала здесь уже почти пять лет, уйдя из фирмы на вольные хлеба, так сказать. И не пожалела об этом ни разу. Я быстро нашла и учителей, и единомышленников, и просто приятных и понятных мне людей, с которыми мы в дальнейшем и организовали собственное адвокатское Агентство. Я все сделала правильно. Я это знала. Я это чувствовала.
В половине седьмого я отпустила последнего клиента и только тогда смогла выдохнуть. И несколько минут просто сидела, тупо уставившись в одну точку, не думая ни о чем, абсолютно ни о чем. Затем открыла папку с бумагами, которую принес мне Дима. Просмотрела, подписала документы и снова положила папку на край стола.
Вошла наш секретарь Лиза и принесла мне график посетителей на завтра.
Я бегло просмотрела его.
– А что, всего трое? – Удивилась я. – Знаешь что, Лиза, а передвинь-ка ты мне первого посетителя на двенадцать часов. Сможешь? Я тогда приеду в офис чуть позже, прямо к этому времени. Мне бы надо с утра в одно местечко заглянуть. Остальных клиентов оставь как есть. Я всех должна успеть принять.
– Хорошо, сейчас попробую с ним связаться.
Лиза покинула мой кабинет, но уже через несколько минут снова заглянула и произнесла:
– Все в порядке. Я договорилась. Первый клиент будет завтра в двенадцать часов. Я могу идти домой или что-то еще?
– Конечно, иди. До завтра.
Лиза вышла, а я позвонила Диме и сообщила, что буду готова через пятнадцать минут.
Если честно, никаких дел у меня завтра утром не было. Решила просто выспаться как следует, никуда не торопиться, немного побаловать себя свободным временем. Возможно, прогуляюсь завтра пешком до работы – минут сорок всего. Почему-то не хотелось никуда спешить, бежать, торопиться. Хотя это было смешно, меня и так никто не торопил. Я вообще последнее время жила в каком-то замедленном и немного ленивом состоянии. Оно, как выяснилось, очень расслабляло. Но мне это почему-то нравилось все больше и больше. Я уже начала к нему привыкать. Возможно, это было затишье перед бурей? Ответа я не знала. Да особо и не задумывалась над этим. Просто мне нравился такой неторопливый, немного сонный ритм жизни.
Минут двадцать спустя мы с Димой уже входили в небольшое кафе, которое находилось совсем рядом с нашим офисом – прямо через дорогу. Мы бывали здесь довольно часто, нас уже знали и встречали как постоянных клиентов. Кафе было самым обычным, если не сказать заурядным. Внутренний интерьер был скромным, без пафоса и особых претензий на что бы то ни было. Небольшое пространство со столиками, разделенное легкими перегородками, удобные мягкие стулья. Ничего особенного. Но почти всегда кафе было заполнено посетителями. Наверное, все же потому, что здесь прилично готовили, о чем мы не раз заявляли и администратору, и самому шеф-повару лично. Наши благодарные отзывы не оставались без внимания. Иногда в качестве бонуса нам преподносилось вино или же десерт. Это было приятно. Нас здесь всегда были рады видеть. И это чувствовалось во всем.
Вот и сегодня, не успев зайти, мы увидели, что к нам спешит администратор Екатерина, широко улыбаясь и приветствуя нас:
– Добрый вечер, ждем вас. Как всегда приготовили вам столик у окна. Присаживайтесь. Скоро подойдет официант с меню. Приятно провести вам вечер.
Мы поблагодарили Екатерину и сели за свой стол. Нам почти всегда удавалось забронировать именно этот столик у окна, за которым спешили по своим делам прохожие на улице. Это окно раздвигало пространство и создавало впечатление сопричастности к уличному движению, к жизни совершенно посторонних людей. Толпа двигалась по тротуару, люди спешили по своим делам, а я любила вот так, сидя в кафе, разглядывать этот людской поток. Было самое начало осени, но погода оставалась по-летнему жаркой даже вечером. Сентябрь по прогнозам обещал быть теплым.
– Что будем пить? – спросил Дима, – как всегда вино?
Он взглянул на меня, ожидая ответа.
– Да, конечно. Все как обычно. А вот съела бы я что-то основательное. Я сегодня голодная. В обед перехватила только кофе с булочкой и то наспех.
– Да, я тоже сегодня практически не обедал.
Дима уткнулся в меню, изучая его содержимое. Через несколько минут он уже озвучивал мне выбранное:
– Смотри, Юля, есть два варианта. Мясо с грибным соусом и эскалоп с овощами. Ты что будешь?
Он поднял на меня глаза.
– Да, мне все равно. Заказывай, что хочешь.
Я отвернулась к окну, пока Дима делал заказ. Я почему-то доверяла ему делать выбор блюд. У нас были схожие вкусы, но выбирал из меню всегда он, предлагая самое лучшее на его взгляд. Я не знаю, почему так сложилось. Но я всегда принимала его выбор. И, надо признать, ни разу об этом не пожалела. Я почему-то подсознательно доверяла ему, и не только в выборе блюд. В делах тоже. Проверяла, конечно, иногда даже провоцировала его, но ни разу Дима не дал мне даже малейшего повода усомниться в его компетентности, честности и порядочности, хотя по опыту я знала, что так не бывает. Поэтому иногда все же проверяла, но он этот экзамен всегда сдавал на «отлично». И все же наши отношения казались мне странными. Они были не слишком рабочими, но и уж совсем не романтическими. Зато мы прекрасно общались, обсуждая житейские дела, книги, музыку, лучшие места для поездок в отпуск, некоторые деловые вопросы. Мы перебросились с Димой парой фраз, ожидая официанта, который принес нам по бокалу красного вина – комплимент от заведения для постоянных клиентов. Мы поблагодарили его за столь приятный бонус. Можно было уже расслабиться.
Мы выпили за успешное завершение рабочего дня. Но, сделав всего глоток, я внезапно почувствовала, что вино ударило мне в голову. Вероятно, на голодный желудок мне пить не следовало.
Я поднесла руки к лицу:
– Господи, я, по-моему, немного опьянела. Надо же, как моментально подействовало вино! –
Я потрогала свои пылающие щеки. – У меня, наверное, лицо все красное?
– Нет, это тебе просто так кажется. Нормальное у тебя лицо. Сейчас должно пройти. Нужно просто поесть. Скоро все принесут. Ты что так переполошилась?
– Давно не пила, да и голодная сегодня.
Я все же отставила свой бокал, надеясь, что вскоре все пройдет. Надо было, и правда, дождаться хоть какой-то еды. Но состояние пылающего лица все не проходило, оно даже усиливалось. К тому же теперь я начала задыхаться – мне почему-то не хватало воздуха.
– Послушай, Дима, я все-таки выйду на воздух, подышу немного. Мне нехорошо что-то.
– Давай я с тобой пойду. Может, это не от вина вовсе? Ты случайно не беременна? – как-то озабоченно проговорил Дима, но выглядело это из его уст смешно и нелепо.
– Глупости, – улыбнулась я, – я не беременна, успокойся. Все нормально. Просто подышу воздухом, немного приду в себя. Я сейчас вернусь.
Я встала из-за стола и направилась к выходу из зала. Я не могла понять, что со мной происходит. Конечно, возможно, это все из-за выпитого вина. Но я сделала всего лишь один глоток. Это не критично, но меня знобило, как в лихорадке, и перехватывало дыхание. Беременность отпадала, да и с чего бы ей быть?
Я направилась в туалетную комнату, где протерла лицо салфеткой, смоченной холодной водой, посмотрела на себя, на свое лицо в отражении зеркала. Все вроде было в порядке, только немного блестели глаза. Даже румянца не было видно. Еще немного подержав влажную салфетку на лице, я решила, что все в норме и вышла в холл. Все еще недоумевая, что же со мной произошло, я внезапно почувствовала, что меня кто-то толкнул. Не сильно, впрочем. Но достаточно, чтобы моя сумка выскользнула у меня из рук и упала на пол. Я, проклиная свою неловкость, нагнулась, чтобы поднять ее. И почти столкнулась лбом с мужчиной, который тоже присел, чтобы помочь мне поднять сумку с пола. Наши глаза встретились. Меня пронзило словно молнией. Я узнала его! Я сразу его узнала. Сразу, с первой секунды как только увидела, а ведь прошло уже почти двадцать лет. Но я все равно узнала его практически мгновенно. Это был Эдик. Да, это был точно он!
– Джульетта!? – воскликнул он.
Его глаза улыбались, впрочем, как всегда. Это была его особенность – улыбаться глазами. Да, губы, конечно, тоже улыбались, но его глаза при этом обретали какую-то детскую искренность и смешливость. Он вот так мог улыбаться даже тогда, когда злился или нервничал, но из-за этого по выражению его лица я никогда не могла определить, что же за всем этим кроется? Любовь? Ненависть? Злость? Привязанность? Нежность? Или ревность? Я никогда до конца не могла этого понять. Никогда! Его искренняя улыбка надежно скрывала все, что творилось в его душе.
– Джульетта! – повторил он, – неужели это ты? А ты совсем не изменилась! Совсем! Такая же красивая! – Он замолчал, продолжая вглядываться в мои глаза. – Ты что, не узнала меня? – Он встряхнул меня, схватив за обе руки. – Не узнала? – Тут вдруг глаза его поменялись. Нет, они продолжали улыбаться, но я неожиданно увидела в них неуверенность и даже испуг. Но, возможно, мне это только показалось – я ведь так давно его не видела.
– Я узнала тебя, Эдик! Конечно, узнала. Просто все так внезапно! Я не ожидала тебя встретить!
– А я уже было подумал, что так сильно изменился, и ты меня не узнаешь! Но ты ведь узнала! Узнала?
И снова за его улыбкой спряталась неуверенность. Я это увидела. Или это был обман зрения все же? Он все-таки немного изменился – чуть поправился, возмужал, заматерел, приобрел такую мужскую стать и респектабельность. Черты его лица стали крупнее, и теперь у него была короткая стрижка, а в молодости он носил длинные волосы по тогдашней моде. Но его голубые глаза, улыбающиеся всегда, в любой ситуации чтобы ни происходило, остались прежними. Конечно, я его узнала. Да и могла ли я его не узнать?
Я вдруг обрела дар речи:
– Сколько лет прошло! Страшно подумать! Как ты, Эдик? Откуда?
– Нормально! Я в порядке! Как ты, Джульетта? – Он вдруг опустил глаза, но все еще продолжал держать меня за руки. – Можем мы где-нибудь поговорить? Очень хочется поговорить с тобой, Джульетта. Очень хочется! Мы столько лет не виделись! Ты занята сейчас?
Эдик говорил скороговоркой, как будто боялся, что его прервут, и наш разговор на этом закончится. Он все также не поднимал глаза. А это было совсем уж не в его стиле. Он был взволнован и обескуражен происходящим. Я снова это увидела и почувствовала. Я всегда его хорошо чувствовала: его состояние и внутренние переживания. Он никогда мне о них не говорил, он прятался за своей обволакивающей и такой обманчивой улыбкой, но я знала и всегда чувствовала его эмоциональное состояние. Не знала точно, что происходит, но его эмоции считывала на каком-то подсознательном уровне.
Я встрепенулась:
– Я здесь не одна. Сейчас не очень удобно. Может, завтра?
Тут меня вдруг пронзила мысль, что завтра может и не быть совсем. Совсем!
Мне понадобилось всего несколько секунд, чтобы принять решение:
– Или давай так, ты можешь подождать минут десять, чтобы я утрясла свои дела? Можешь? Теперь я уже вовсю улыбалась, потому что я через двадцать лет по чьему-то совершенно невероятному сценарию вновь встретила свою самую большую, самую сильную и единственную любовь моей жизни.
– Конечно, Джульетта, конечно. Я подожду. Только на улице. Хорошо? – выдохнул он и снова заулыбался.
Но я почувствовала, что ему тоже, так же как и мне, срочно понадобился свежий воздух. Он был взволнован и никакая улыбка, никакая смешливость его голубых глаз не могли этого скрыть.
Я вернулась в зал, но за столик не села, остановилась рядом со своим стулом:
– Дима, ты извини меня, но поужинать не получается. Мне надо срочно уехать. Дела!
– Что-то случилось, Юля? Ты как себя чувствуешь? Может, проводить тебя?
Дима пытался встать из-за стола, но я жестом остановила его:
– Нет, Дима, со мной все в порядке. Просто надо срочно уехать. Да не волнуйся ты. Я, правда, в порядке. Завтра увидимся. Извинись, пожалуйста, за меня перед заведением. Пока!
И, не дожидаясь лишних вопросов, я стремительно вышла из зала.
Я снова зашла в дамскую комнату, чтобы еще раз взглянуть на себя в зеркало. Мне казалось, что я плохо выгляжу. Но в отражении своем я увидела совершенно спокойное лицо, как будто ничего необычного и не произошло вовсе. Но внутри меня что-то происходило, потому что я, по неизвестной пока мне причине, радовалась чему-то. Обдумывать свое такое непонятное состояние я не стала. Я развернулась и поспешила к выходу.
Эдик стоял у входа, сунув руки в карманы брюк. Он был напряжен и нервничал. Я это определила по тому, что он немного раскачивался и медленно вдыхал, задерживая выдох. Это снова показалось мне странным и абсолютно несвойственным ему. Никогда раньше его внутреннее состояние никак не проявлялось внешне. Или, может, я раньше этого просто не замечала? Нет-нет, он все же нервничал. Теперь я точно это видела. Он повернулся ко мне, но его глаза еще не успели заулыбаться. Именно в них я снова прочла напряжение и неуверенность.
– Джульетта! – проговорил он, натягивая на себя спасительную улыбку, – прости. Я, наверное, нарушил твои планы на вечер? – И снова в его глазах я увидела волнение и неуверенность. Да, вероятно, он все же изменился за это время. Теперь я четко видела, что его внутреннее состояние может отражаться на его лице, и даже обворожительная улыбка не могла скрыть этого. Прежняя его маска имела только одно значение – довольного и удачливого человека. Сейчас же на его лице я могла читать и другие эмоции. Могла!
– Не было у меня никаких планов на этот вечер, правда, ты лишил меня ужина, а я вообще-то голодная, – я шутила и при этом ощущала какую-то легкость, как будто не было предательства, тяжелого расставания, тоски и разочарования, не было этих двадцати лет разлуки. Меня это слегка удивляло, потому что я не раз представляла в своих мыслях, конечно, нашу с ним встречу. И всегда это было больно. До сих пор больно! Но сейчас почему-то у меня было впечатление, что мы не виделись всего-то два-три дня, что ничего еще не случилось, и все оставалось как прежде. Мне снова было хорошо рядом с ним. Даже наша встреча, как мне показалось, не взволновала меня. Просто я была рада находится с ним рядом. Как это было раньше. Вот и все!
– Ну, это поправимо. Сейчас найдем где-нибудь местечко и поужинаем, ну и выпьем, конечно, за нашу встречу. Не возражаешь?
– Нет, не возражаю. Правда, не уверена, что мне стоит пить. Вот сейчас в кафе сделала глоток, всего один глоток вина, и мне стало как-то не по себе. Не хватало воздуха. Не знаю, что со мной произошло. Вот тогда-то я и вышла из зала, чтобы немного привести себя в чувство. И неожиданно тебя встретила! Тебе не кажется все это странным? Нет?
Я взглянула на Эдика, он снова не улыбался. Вернее, улыбка все так же присутствовала на его лице, а вот глаза оставались тревожными. Я не могла объяснить себе, почему с ним такое происходит. Видела, чувствовала, но не понимала. Не понимала я и того, что стоит за всем этим!
– Мы обязательно выпьем, Джульетта! Обязательно. Будем пить очень хорошее вино. Я обещаю, с тобой все будет в порядке. – Вот теперь он заулыбался, как раньше. Глаза его снова смеялись. – И накормлю тебя. Мясо или рыба? Что предпочитаешь? – спросил он.
– Мне все равно уже. Я так хочу есть, что мне абсолютно все равно что именно.
Я взяла Эдика под руку, и мы, не торопясь, пошли по тротуару, слившись с бурным потоком людей. Мы шагали с ним рядом, о чем-то переговариваясь и шутя. Совсем как двадцать лет назад. Во времена нашей молодости.
Вскоре мы уже входили в двери какого-то ресторана.
Я взглянула на Эдика:
– Что это за ресторан? Ты здесь бывал раньше?
– Да, вчера ужинал здесь. Тут недалеко гостиница, где я остановился.
– Ты живешь в гостинице? – Я повернулась к нему, – а почему не дома?
– Давай сядем и сделаем заказ для начала, потом все тебе расскажу.
Я остановилась и заглянула в его смеющиеся глаза:
– Все? Неужели все?
– Ну, почти все, – немного смутившись, ответил Эдик.
– Вот, теперь я тебя узнаю. Расскажешь мне только то, что тебе хочется. Или то, что мне необходимо услышать. Остальное мне знать не положено. Вот, теперь я тебя точно узнаю. При этих словах Эдик вдруг снова перестал улыбаться. Снова! Теперь улыбка могла мгновенно исчезать с его лица. Раньше я за ним этого не замечала. Что-то совсем новое и неуловимое все же появилось в нем.
– Я оставлю тебя на минуту, Джульетта. Я скоро вернусь, а пока выпей воды.
Он налил мне в бокал воду, развернулся и вышел.
Что-то во всем его облике и поведении было не так. Он и раньше мне многого не говорил и не объяснял. Но тогда я сама все про него знала. Или, может, просто догадывалась, может, мне все это только казалось, а я совсем его не знала! Но, возможно, он действительно изменился. Все-таки прошло двадцать лет. Двадцать! За это время я и сама, наверное, стала другой, просто не замечаю этого. Я решила не зацикливаться на этом. А раздумывала я над тем, как так получилось, что мы снова с ним встретились? То, что мы когда-нибудь снова встретимся с Эдиком, я не сомневалась – я знала. Только один вопрос теперь мучил меня. Зачем? Я была убеждена, что ничего просто так в нашей жизни не случается. Тогда – зачем?
Но и этот вопрос вскоре перестал терзать меня, потому что вернулся улыбающийся Эдик:
– Ну, потерпи еще немного, Джульетта, сейчас нам все принесут. Я заказал на свой вкус! Не возражаешь?
– Да, нет! Надеюсь, что все будет отлично. Я не люблю сама заказывать, не могу точно определиться с тем, чего мне хочется. Все время сомневаюсь. Мне хочется то одного, то другого, то все сразу. В общем, я предпочитаю когда за меня кто-то сделает выбор. Но если мне не понравиться, то я это есть не буду. Так что имей это в виду.
Эдик кивнул, не переставая улыбаться:
– Я это усвоил. Не волнуйся, тебе все понравиться. – Он сел напротив меня, глаза его снова смеялись. – То, что ты сама не выбираешь блюда, я заметил еще в том кафе, где мы встретились. Но вывод для себя сделал неправильный. Чуть было все не испортил.
Он замолчал, вглядываясь в мои глаза, пытаясь угадать мою реакцию, и снова перестал улыбаться. И опять в его глазах я уловила неуверенность, или даже страх. Я была поражена тем, что он сказал, но удержалась, чтобы не съязвить.
И, сделав паузу, довольно спокойно спросила:
– Ты видел меня в зале? Ты что, наблюдал за нами?
Я посмотрела на него серьезно. Я пока не знала, какую игру он затеял. Я вообще ничего не знала.
– Можно и так сказать. Я не мог определить, кем для тебя является твой спутник. Так как он сделал выбор за вас двоих, я решил, что он довольно хорошо знает твой вкус. А значит, вы часто встречаетесь и хорошо знаете привычки и вкусы друг друга.
– А если бы это было так на самом деле? То что тогда?
– Но ведь это не так? Не так, Джульетта?
Он напрягся, ожидая моего ответа. Я хорошо это чувствовала.
– Не так, – односложно ответила я. – Ты был в зале, наблюдал за нами, что-то там себе объяснял. Зачем тебе это все, Эдик? Зачем?
– Меня всегда восхищало в тебе, Джульетта, умение уловить суть. Сразу в лоб задать самый главный вопрос. Меня всегда это восхищало! Только самая суть! И сразу напрямую. Мне казалось, что адвокаты всегда тщательно продумывают всякие обходные маневры прежде чем задать главный вопрос или, может, не задать его вовсе, а просто подвести к нему. Но, видимо, не все адвокаты одинаковые.
Он снова улыбался всем лицом, губами, глазами и, как мне показалось, даже ушами.
Я начинала злиться. Внутренне, конечно.
Не меняя выражения лица и миролюбивого тона, я произнесла:
– Ты так хорошо знаешь адвокатов? Приходилось сталкиваться? Или ты сомневаешься в моем профессионализме? Или подыскиваешь себе личного адвоката?
– Нет, Джульетта. Нет. Я просто по тебе очень соскучился! Очень! – на одном дыхании выпалил он и замолчал.
И снова улыбка мгновенно слетела с его лица, и теперь он смотрел мне прямо в глаза.
Мне снова стало нехорошо. Не хватало воздуха, совсем как там, в кафе. Теперь я уже отчетливо осознала, что начала задыхаться и гореть изнутри только потому, что почувствовала его рядом. Вот и все. Все просто! Я его еще не видела, но каким-то образом ощущала, чувствовала его в своем пространстве. Мне, в общем, абсолютно было плевать, что он тут говорил про адвокатов, про мое умение задавать прямые вопросы. Все это было не важно. Сейчас для меня была важна только моя реакция на этого человека. Он снова почти через двадцать лет все еще приводил в движение мое сердце и мою душу. Я думала это все в прошлом, но оказалось, что это не так. Я была поражена этим открытием.