![Островитяне](/covers_330/68924142.jpg)
Полная версия
Островитяне
![](/img/68924142/cover.jpg)
Мэри Элис Монро, Анджела Мэй
Островитяне
Посвящаю эту книгу своим внукам Джеку, Тедди, Деленси, Уэсли, Пенелопе и Генри.
М. Э. М.Посвящаю эту книгу своим детям Мэсону и Эйдену
А. М.ISLANDERS
by Mary Alice Monroe and Angela May
Перевела с английского Александра Глебовская
![](/img/68924142/i_001.jpg)
Text copyright © 2021 by Mary Alice Monroe
Illustrations copyright © 2021 by Jennifer Bricking
© А. Глебовская, перевод на русский язык, 2022
© Издание, оформление. Popcorn Books, 2022
Глава 1
Паром в никуда
Каждый должен чем-то пожертвовать
![](/img/68924142/i_002.jpg)
Лето у меня будет – ну хуже некуда! Сижу и дожидаюсь парома – а потом придется провести все каникулы с бабушкой в какой-то глуши.
«Бу-у-у-у-у!» – громкий гудок сирены на пароме разнесся по всему длинному деревянному причалу. От этого звука у меня екнуло в животе.
– Пора на борт, Джейк, – сказала мама.
Я заметил, что улыбка у нее притворная. Собственно, непритворной я не видел уже несколько недель. Нам обоим стало не до улыбок после того телефонного звонка и сообщения о папе.
Над причалом висела большая вывеска с надписью: «ПАРОМ НА ОСТРОВ ДЬЮИС». Довольно много пассажиров дожидалось белого двухпалубного парома – они стояли возле своих багажных тележек, набитых продуктами, чемоданами, удочками, рыболовными снастями и даже шезлонгами. Мимо меня провели на поводке двух собачек – они тявкали от возбуждения.
– Мам, а мне обязательно туда ехать? – Я решил сделать последнюю попытку. – Мне очень хочется остаться с тобой. Ну пожалуйста! Я буду хорошо себя вести. Обещаю!
Мама понурила плечи.
– Джейк, мы с тобой уже сто раз об этом говорили. Я не знаю, надолго ли уеду, а оставлять тебя одного в съемной квартире я не могу.
Я до этого крепился. А тут не выдержал.
– Так нечестно! Бросаешь меня на каком-то дурацком острове! Что это за каникулы?
Я знал, что позволяю себе лишнее. Мама у меня подполковник военно-воздушных сил, она водит огромные транспортные самолеты «Боинг С‑17». Для нее нет ничего важнее долга и исполнения приказов. Мама подошла ко мне поближе и сказала совсем тихо:
– Я знаю, что тебе туда не хочется. – Глаза ее на миг стали печальными. Потом она расправила плечи и заговорила командирским голосом: – Но сейчас мы обязаны делать все ради твоего папы, забыв о собственных желаниях. Мы не знаем, как сильно он ранен, сколько будет поправляться. Тут не о каникулах речь, Джейк. Каждый должен чем-то пожертвовать. Ради папы.
Я опустил голову – мне стало стыдно. И все равно очень тяжело слышать, что папа твой ранен – а ты не знаешь, насколько сильно и как именно это произошло.
– Тебе совершенно незачем все лето просиживать в госпиталях. А кроме того, – добавила мама и взяла меня за подбородок, чтобы я заглянул ей в глаза, – бабушке без тебя будет совсем плохо. Она тоже переживает за папу.
– Знаю, но… – Я с усилием втянул воздух. – Я очень хочу его видеть.
– Я это знаю. Но не забывай: помогая Хани, ты поможешь и папе. Ему будет спокойнее, если он будет знать, что ты с ней.
Я сморщился и кивнул в знак согласия. Посмотрел маме в глаза, и она даже слегка улыбнулась.
– Вы теперь за главного, рядовой.
Тут она меня поймала. Папа у меня военный, офицер, а меня всегда называл рядовым. Я стащил с головы пилотку, чтобы спрятать глаза.
– Угу. – Только это мне и удалось выдавить сквозь комок в горле.
– Поднимаемся на борт! – окликнул нас капитан парома.
– Пошли! – сказала мама, пытаясь говорить бодрым голосом. Я почувствовал, как она слегка подтолкнула меня в спину.
Мы поднялись по металлическому трапу к дожидавшемуся парому. Помощник капитана поздоровался с нами, закатил тележку с моими вещами на борт – как и багаж всех остальных.
– Как только что-то узнаю, я тебе позвоню, – пообещала мама и нагнулась, чтобы поцеловать меня в шею. – Уверена, что Дьюис тебе понравится. Там столько всего интересного – пляж, лес. Раньше ты прекрасно проводил там время.
– Мам, так мне шесть лет было.
– Ну а теперь почти двенадцать – значит, тебе понравится в два раза больше.
– Ну-ну. Торчать на острове, где запрещено ездить на машинах, где нет ни магазинов, ни ресторанов. Там вообще люди-то живут, кроме Хани?
– Разумеется.
– Ладно, буду хоть играть по интернету в игры с Карлосом и Ником.
Мама явно смутилась.
– Гм… – Она поколебалась. – Вайфая там нет.
– Что? – Я просто не мог себе представить, что где-то на белом свете может не быть вайфая. – То есть ты хочешь сказать, что летом я не только не смогу встречаться с друзьями и вместо этого буду торчать на каком-то там острове с бабушкой, но там еще и интернета нет? – От изумления у меня отвалилась челюсть. – Ты шутишь, что ли?
Мама рассмеялась. После того телефонного звонка я еще не слышал ее смеха.
– Да ладно тебе, Джейк. Ты и не с таким справлялся. Вайфай на острове есть, только не у бабушки в доме. Она считает, что ей интернет ни к чему. – Мама заговорила совсем тихо: – По некоторым вопросам у твоей бабушки очень твердое мнение.
– Или она просто с приветом, – пробормотал я. Казалось бы, хуже уже некуда, а вот поди ж ты.
– Отправляемся! – оповестил капитан, открывая двери для пассажиров. Нужно было двигаться.
– Давай, – сказала мама, стараясь, чтобы голос звучал бодро.
Я громко выдохнул. Семья у нас военная, мы часто переезжаем. Я не раз оказывался в школе новеньким, заново заводил друзей. И к расставаниям с родителями привык тоже.
Но расставаться от этого было не легче.
– Пока, – сказал я, глядя в пол.
Мама быстро обняла меня на прощание. Я не обнял ее в ответ. Руки безвольно висели вдоль тела.
Мама вернулась на причал. Я посмотрел через плечо – она шагала прочь, сгорбив плечи.
– Мам! – выкрикнул я.
Она остановилась, обернулась, я побежал к ней. Она раскинула руки, я прижался к ней, обнял изо всех сил.
– Мам, я буду скучать, – сказал я, уткнувшись лицом ей в ребра.
Почувствовал, как она сжала меня крепче прежнего.
– И я буду скучать. – Она поцеловала меня в щеку, и я увидел, что в ее глазах, как и в моих, стоят слезы. – Позвоню! – сказала она.
– Я люблю тебя, мамочка! – выкрикнул я и побежал обратно на борт. Капитан жестом пригласил меня внутрь, а потом запер двери.
Почти все металлические скамейки уже были заняты. Я помчался по трапу на верхнюю палубу. В небе сияло жаркое солнце, металлические перила нагрелись – я прижался к ним, чтобы помахать маме на прощание.
Но мама уже скрылась из виду.
Глава 2
Добро пожаловать на остров
Жить как Гекльберри Финн
![](/img/68924142/i_003.jpg)
Заворчав и пустив по воде пузыри, заработал мощный двигатель парома. Мы с черепашьей скоростью поползли по Береговому каналу, мимо Айл-де-Палмс, где перед огромными особняками дожидались большие белые моторные яхты и водные лыжи.
С каждой минутой привычный мир отдалялся все сильнее. Я гадал, чем сейчас занимаются в Нью-Джерси мои друзья – ведь у них первый день каникул. Вытащил телефон, написал эсэмэску: «Привет, народ, как жизнь? Ловите селфи – я на пути на необитаемый остров».
Я поднял глаза от экрана, огляделся. Да уж, это точно не Нью-Джерси. Во все стороны до самого горизонта тянулась голубая водная гладь. У берега покачивалась на ветру ярко-зеленая осока. Я заметил длинную цепочку бурых пеликанов, плотным строем летевших над самым болотом – крылья размахом почти в два метра едва не касались воды. Папа называл их «патрульными бомбардировщиками».
Тут за спиной у меня раздались шаги по металлическому трапу. Я обернулся и увидел, что на последней ступеньке трапа стоит мальчик. С виду мой ровесник, короткостриженный, темнокожий. У меня мелькнула надежда, что на острове будут и другие дети. На ногах у мальчика были синие «Найки», в ушах – золотистые беспроводные наушники. Мне бы родители в жизни не стали покупать такую дорогущую обувь. Я пошевелил пальцами в кроссовках – стареньких, серых: я их носил с самого Рождества.
Я перехватил взгляд мальчика и кивнул, но он сделал вид, что меня не видит, – дошел до скамейки в самом дальнем конце и вцепился в перила.
И тут капитан вдруг дал полный газ. Двигатель взревел, и паром так резко рванулся вперед, что кепка слетела у меня с головы. Я бросился ее ловить. Случайно выпустил телефон, он упал на палубу. Застыв от ужаса, я смотрел, как он скользит по металлическому полу и падает за борт, в пляшущие волны с белыми гребешками.
– Не-е-е-е-ет! – заорал я.
Вцепился в перила, перегнулся вниз, уставился в воду опешив, все еще не понимая, что случилось, – в лицо мне летели соленые брызги. Белый пенный след от парома исчезал в темной голубизне. Оборвалась последняя связь с домом. Я сглотнул и посмотрел на мальчишку. Он крепко держался за ограждение, будто от этого зависела его жизнь. Бросил на меня быстрый взгляд, сочувственно пожал плечами.
Я плюхнулся обратно на скамью, уперся локтями в колени – в руках было непривычно пусто. Следующих пятнадцати минут, пока мы шли по каналу, я совсем не помню.
Только когда гул двигателя превратился в негромкое бормотание, я поднял глаза. Мы подходили к острову. Я увидел плотный зеленый купол из деревьев и кустарников – можно подумать, что остров этот был затерянным миром, окутанным тайной. Вот-вот на берег выскочит динозавр. Я поднялся, снова подошел к перилам и стал смотреть, как паром подходит к длинной деревянной пристани.
Прищурившись – солнце светило ярко, – я увидел бабушку: она стояла под деревянной вывеской с надписью: «ОСТРОВ ДЬЮИС, ЮЖНАЯ КАРОЛИНА, ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ». Хани улыбалась и махала обеими руками над головой – как будто она потерпела кораблекрушение, а я приплыл ее спасать.
Наконец паром остановился. Мальчишка в кроссовках «Найки» пулей пронесся мимо меня и затопал вниз по трапу. Я закинул на спину рюкзак и пошел следом за ним, на нижнюю палубу и на пристань – шаги гулко отдавались от досок.
– Джейк! Внучок! – воскликнула Хани и крепко меня обняла. – Котенок мой, да как же ты вырос! Небось уже выше меня стал.
– Вот уж не проблема. Все люди выше тебя, – заметил я.
Мы с Хани не виделись почти целый год. Раньше она приезжала со мной сидеть, когда родители оба были на задании. Она сильно постарела. Кожа, раньше смуглая, стала бледной, морщин на лице сильно прибавилось.
– Ну, пошли домой. Ты небось сильно проголодался – дорога-то длинная. Моя тележка вон там стоит, – добавила она, указывая на длинный ряд электромобилей для гольфа, припаркованных рядом с пристанью. Машин на острове не было, все ездили на гольф-картах, которые тут назывались «тележками».
Капитан парома подтолкнул к нам багажную тележку с моим чемоданом и поздоровался с бабушкой.
– Мисс Хелен, вы, как всегда, прекрасны! Как всякий раз приятно видеть вашу улыбку!
– Ну сегодня у меня есть тому все причины. Внучок приехал. Все лето прогостит, – сказала бабушка. – Идем, Джейк. Отвезу тебя домой.
Я пошел вслед за Хани по деревянному помосту к ее электромобилю. Их там стояло несколько – некоторые красивые, разукрашенные. Были и простенькие, бурые или серые. И была машинка Хани. Выглядела она самой старой из всех и, хуже того, вся облипла песком и грязью. К заднему углу крыши был примотан липкой лентой зеленый флажок с надписью: «Черепаший отряд».
– Садись. – Бабушка надела темные очки.
Я закинул чемодан и рюкзак на заднее сиденье и уселся рядом с бабушкой. Тут загудел двигатель подходившего к причалу катера. Я обернулся и чуть не свалился на землю от удивления. За штурвалом одномоторного катерка стояла девчонка. Примерно моего возраста – и совсем одна!
– Хани, там девочка ведет катер. Сама!
Хани глянула через плечо.
– А, это Лоуви Легар. – Бабушка, похоже, совсем не удивилась.
– Но… как она может управлять катером… сама? Я вон даже электромобиль водить не умею.
Бабушка усмехнулась.
– Если хочешь, я разрешу тебе ездить на тележке по острову. Правда, сперва придется сдать мне экзамен по вождению. А что до катера – можешь и этому научиться!
Рот у меня раскрылся сам собой. Я повернулся и, совершенно обалдев, стал смотреть, как Лоуви привязывает катер и со сноровкой опытного моряка спрыгивает на причал. Вдоль спины у нее свисала длинная коса, похожая на канат у нее в руках. Когда девочка поглядела в нашу сторону, я тут же отвел взгляд.
Тележка наша пронзительно загудела – Хани стала сдавать назад. А потом остановилась, крутанула руль.
– Лоуви летом чуть не каждый день приезжает из Айл-оф-Палмс к своей тете Сисси, потому что мама ее днем работает. – Бабушка переключила передачу с задней на переднюю. И, прежде чем глянуть на дорогу, попросила меня: – Рот-то закрой, внучок. А то мухи залетят.
Мы рванули вперед, и я, чтобы закрыть рот, улыбнулся от уха до уха.
– А я правда могу за лето научиться водить электромобиль? И даже катер?
– А чего нет-то? – Бабушка выехала с парковки, и очень скоро мы оказались в густой тени леса. Хани смерила меня взглядом. – Ты ж больше не карапуз. Вырос, с электромобилем справишься. И с катером тоже. Но, разумеется, придется пройти инструктаж по технике безопасности.
– С удовольствием, – ответил я и представил, как веду по океану настоящий катер – очень быстро.
Хани свернула направо, на грунтовую дорогу, и прибавила ходу. Мы прыгали по ухабам, ветерок шевелил мне волосы, сушил пот на лбу. В воздухе пахло сладко, будто цветами.
– Посмотри-ка, малыш, вокруг, – сказала Хани, вытягивая руку. – Дьюис – место совершенно особенное. Людей здесь совсем мало. В основном животные, птицы, деревья – всякая дикая природа. – Она улыбнулась. – И весь остров в твоем распоряжении, исследуй – не хочу.
– Правда?
– Ага, – сказала Хани, повернула голову и подмигнула. – Будешь жить как Гекльберри Финн на острове.
И тут я вдруг почувствовал, что сквозь серую пелену этого противного страшного дня пробилась первая искорка радости. Может, это лето и не станет худшим в моей жизни.
Асфальтированных дорог на острове нет, только проселки, засыпанные ракушками и гравием, все в буграх и ухабах. Над нами смыкались высокие деревья, образуя настоящий туннель. Мне казалось, что я в джунглях. Справа все заслоняли стволы и кустарник, иногда вдалеке мелькал домик, стоящий в стороне от дороги. Слева поблескивала вода лагуны, окруженной стеблями осоки, над лагуной тоже нависали деревья, похожие на длинные костлявые пальцы.
Повсюду, куда ни погляди, были птицы. Маленькие порхали с дерева на дерево, большие стояли на кочках, а в лагуне бродило по мелководью еще несколько, крупных и розовых. Похожих на фламинго. Да, это вам точно не Нью-Джерси.
– Это какие птицы?
Хани повернула голову, но мы уже проехали мимо лагуны. Она указала на круглое деревянное здание на высоких сваях.
– Это Природоохранный центр, – сказала Хани. – Забыл, что ли?
– Да.
– Мы там были, но довольно давно. Там тебе расскажут про всех здешних птиц. И про животных тоже. Можно получить любую информацию. Тебе когда-то там очень нравилось.
– Это было давно, – заметил я.
Некоторое время Хани молчала за рулем.
– Да, верно, – сказала она наконец. – Знаешь, Джейк, я хотела, чтобы ты приезжал сюда каждое лето. Много раз просила твоих родителей. Но у них вон какая работа, а у тебя то школа, то спортивные секции – трудно выкроить время, чтобы ты пожил у меня. Обидно, потому что раньше тебе здесь очень нравилось. – Она тяжело вздохнула. – Как и твоему папе.
Я сглотнул комок.
– Да.
– Ну да ладно, вот ты и приехал. Верно? – Она пыталась говорить бодро и даже повернула голову, чтобы мне улыбнуться.
Электромобиль Хани водила так, что приходилось хвататься за все, что подвернется, – иначе не уцелеешь. Когда мы с размаха влетели в глубокую лужу, одной рукой я вцепился в раму для лобового стекла, а другой – в спинку сиденья.
– Упс, не заметила, – сказала Хани и хихикнула. Ее короткие седые курчавые волосы раздувал ветер. Седины в них было куда больше, чем мне запомнилось.
Я так и не разобрался, видит Хани лужи или нет, потому что хотя некоторые она и объезжала, но в основном плюхала напрямик. Я даже не знал, смеяться мне или пугаться.
– А что будет, если тележка перевернется? – спросил я.
– Хороший вопрос. И как бы ты в этом случае поступил? – спросила Хани.
– Ну… помолился бы?
– Не-а. Первое островное правило: начал падать с электромобиля – не сопротивляйся.
– В смысле просто падать?
– Ага.
– А мы перевернемся?
– Специально – нет. А случайно всяко бывает.
Я покрепче вцепился в тележку, мы поехали дальше. Внезапно Хани затормозила. Меня швырнуло вперед.
Хани указала на лагуну – она была довольно далеко.
– Вон в той бухточке любит прохлаждаться Большой Ал. И вот тебе второе островное правило: не мешать Большому Алу.
– А кто такой Большой Ал?
– Самый крупный и противный аллигатор на острове. Аллигаторов у нас тут несколько, но Ал – самый крупный самец. Его ни с кем не перепутаешь. – Она указала на помост, плававший посреди бухточки. – Вон его любимое место. А ты знаешь, что, когда аллигатор греется на солнце, он на самом деле переваривает пищу?
Я покачал головой – страшновато все-таки жить на острове, где полно аллигаторов.
– Если поедешь куда на электромобиле и увидишь, что Большой Ал лежит на дороге и греется на солнце, дай задний ход и найди объезд. Большому Алу мешать нельзя.
Ответить я не успел – Хани постучала по рулю и спросила:
– Ну как, будешь учиться?
Я все пытался представить себе, каких размеров этот Большой Ал и где он прячется, – но бабушкин вопрос тут же вышиб эти мысли у меня из головы.
– Учиться водить? Прямо сейчас?
– Конечно. Ты обязательно должен научиться водить электромобиль. Иначе как ты будешь помогать мне по хозяйству? Готов?
– Конечно. – Я просто не верил собственному счастью.
Хани встала с водительского места, похлопала ладонью по сиденью:
– Ну так садись.
Я уже примерно понял, что Хани слов на ветер не бросает. Сказано – сделано. Я перебрался на водительское сиденье, положил руки на руль. Вот здорово – меня сейчас научат водить!
– Первое, что нужно запомнить: это не игрушка, – учительским голосом начала Хани. – Это мощная техника, которая заслуживает уважения. Соблюдай правила – и будешь цел. А начнешь делать глупости, как какой-нибудь идиот-гонщик, – не только сам цел не будешь… – Она пристально глянула мне в глаза. – Но еще и я все узнаю прежде, чем ты поставишь машину на место у меня на заднем дворе. После чего ты лишишься водительских прав. Усек?
– Так точно.
– Вот и хорошо. – Она показала мне педали газа, тормоза, ручку переключения переднего и заднего хода.
– Да вроде все просто.
Хани хихикнула.
– Ну тогда поехали.
– Что, прямо сейчас?
– Ну не завтра же.
Я сдвинулся к краю сиденья, поставил ногу на педаль газа. Подумал: это, наверное, похоже на картинг. А на картинге мы с Карлосом и Ником были не раз. Я изо всех сил нажал на педаль. Машина рванулась с места. Я испугался, поднял ногу. Мы резко остановились.
Не слишком удачно вышло. Я смутился, Хани же только рассмеялась.
– Для первого раза нормально. Главное, Джейк, не торопись. Нужно все делать медленно, аккуратно. Как и в жизни, верно?
Я вдохнул поглубже. «Медленно, аккуратно», – повторил я про себя. Осторожно нажал на педаль. На сей раз мы плавно двинулись с места. Я крепко сжал руль руками. Я сам веду машину!
– Водить электромобиль – все равно что ехать на велосипеде, – продолжала Хани. – Нужно подобрать подходящую скорость и держать равновесие.
Хани указывала мне, как ехать по ухабистой дороге. Двигались мы медленно, но она меня не ругала. Мимо промчался другой электромобиль, поднял облако пыли. Я оглянулся – какая-то женщина махала нам рукой. На ней было свободное платье, окрашенное в цвета радуги, крупные украшения тех же цветов. С виду – ну прямо настоящая королева острова.
Когда они нас обогнали, я заметил, что на заднем сиденье сидит тот мальчишка с парома. Он не помахал мне, не улыбнулся, только выпучил глаза и раскрыл рот, увидев, что я сам за рулем.
Я уселся попрямее и сделал вид, что не заметил его. Мы их нагнали, когда они сбросили скорость, чтобы свернуть на узкую дорожку к дому.
Хани приветственно помахала рукой.
– Надо думать, это Симмонсы. Недавно переехали, живут напротив нас. Нужно будет им отнести пирог, поздравить с новосельем.
Возле подъезда к дому я увидел деревянную табличку с надписью: «ТЕССА И РЕДЖИНАЛЬД СИММОНС, АТЛАНТА, ДЖОРДЖИЯ».
– Все здешние владельцы домов пишут на вывеске, откуда они родом, – пояснила Хани. – Большинство из них часть года живут на острове, а часть – где-то еще. Постоянных жителей мало.
– Таких, как ты.
– Таких, как я, – подтвердила Хани.
Мы проехали чуть подальше, а потом Хани сказала мне сбросить скорость и свернуть на совсем узкую дорожку, отмеченную табличкой «ПОТТЕРЫ, ОСТРОВ ДЬЮИС, ЮЖНАЯ КАРОЛИНА». Перед табличкой выросли сорняки.
На этой дорожке колея была еще глубже, ветки и вьющиеся растения разрослись еще сильнее – они царапали борта тележки. По днищу скребли стебли густой высокой травы.
– Прямо как на автомойке, – сказал я, пригибаясь, чтобы не получить по лбу тонкой веткой с большими листьями.
– Да уж. Боюсь, я тут все немножко запустила, – созналась Хани. – Все собиралась прийти сюда с секатором.
«Уж лучше с мачете», – подумал я.
Тон ее голоса изменился. Но я не видел ее лица. Я слишком сосредоточился на том, чтобы продираться сквозь плющ и сорняки. В конце петлистой дорожки стояла, возвышаясь над кронами, странная постройка – мне она показалась гигантским домом на дереве.
– Добро пожаловать, вот мы и дома, – сказала мне Хани.
Я с облегчением остановил тележку. Вздохнул. Дом? Нет, это не мой дом. Ну или, по крайней мере, не настоящий. С другой стороны… а где теперь мой дом?
Мне вдруг показалось, что до мамы с папой не меньше миллиона миль.
Глава 3
Дом среди деревьев
Приключения начинаются с книг
![](/img/68924142/i_004.jpg)
Я поставил тележку на свободном месте под домом – оно напоминало гараж, только без стен. Бетонный пол скрылся под смесью грязи, песка и сухих листьев. С потолка свисала паутина. У столбов стояли грабли, лопаты и пляжные шезлонги.
Все дома на острове приподняты над землей – построены на деревянных или бетонных сваях на случай наводнения. Чтобы попасть внутрь, нужно долго подниматься по лестнице. Здесь лестничных пролета было два. Хани пошла первой и поднималась так медленно, что мне приходилось останавливаться – а я нес чемодан и рюкзак, которые с каждой минутой делались все тяжелее. В какой-то момент бабушка и вовсе остановилась – «полюбоваться видом», как она сказала, – а на деле отдышаться.
И вот мы добрались доверху. Входная дверь была выкрашена в яркий цвет морской волны, тут же висел звонок в форме черепахи. По обеим сторонам от двери стояли цветочные горшки, из них торчали мертвые побуревшие растения, рядом пробивались зеленые сорняки.
– Дом, милый дом, – произнесла Хани и распахнула дверь.
Вслед за бабушкой я вошел в полутемную комнату. В нос мне ударил запах сырости, пыли и чего-то несвежего – наверное, подгнивших фруктов. В последний раз я приезжал сюда в шесть лет, но ничего не помнил. Насколько мне удалось разглядеть, повсюду было дерево, от пола до потолка. Большие окна выходили на окружавший нас лес.
– Я это место называю своим «Птичьим Гнездом». Ты его не помнишь? – спросила Хани.
– Угу, – ответил я и тут же подумал, что название самое подходящее. Ты действительно будто в гнезде на дереве. Я сбросил рюкзак на пол и, вытянув шею, стал оглядываться. Хани включила свет.
Повсюду книги. На столах, на каминной полке – во всех мыслимых местах, даже высятся башнями на полу. Надо сказать, я люблю книги. В прошлом году получил в школе приз, потому что за лето прочитал больше всех. Но столько книг, да еще и повсюду, это обалдеть можно. Кстати, не только книг. Под столами – журналы, сложенные в стопки по двадцать штук.
Я сморщил нос, стараясь не расчихаться. Книги, журналы – все покрыто пылью. На столе повсюду грязные кофейные чашки и смятые бумажные салфетки. Какая-то заброшенная библиотека, а не дом. Куда мне присесть? И где тут едят?