Кир Лирик
Пешки богов-2. Наследница. Дар вампира

Пешки богов-2. Наследница. Дар вампира
Кир Лирик

После уничтожения армии гноллов и самого Пожирателя Жизни в империи восстановился мир и порядок на долгие восемнадцать циклов. По воле мироздания Варгана – дочь Илвуса и Виолы воспитывалась в родном мире её отца на планете "Земля" богом удачи – Аригатом, и обстоятельства складываются так, что бог решает вернуть дочь родителям чуть раньше намеченного мирозданием срока. Но в момент, как только Варгана и Аригат через портал оказываются в мире, который теперь носит название – мир "Падшего Бога", всё идёт наперекосяк. Теперь, чтобы встретиться с родителями, Варгане предстоит долгий путь, на котором она обретёт не только новых друзей, но и множество врагов, в том числе и в лице могущественной империи, которая содрогнётся от её гнева.

Содержит нецензурную брань.

Кир Лирик

Пешки богов-2. Наследница. Дар вампира

Пролог. Пляски с бубном

Сидя в центре огромной юрты уже давно не молодой орк со множеством шрамов по всему телу подбросил в огонь сухого навоза и, глядя, как радуется вновь ожившее пламя, поковырял палочкой в костре, поправляя выпавшие угольки. Сегодня он был особенно молчалив и задумчив.

Это был вождь самого многочисленного племени орков, звали его Кромм по прозвищу Скала, а его племя носило название "Сломанный Клык", которое насчитывало около пяти тысяч представителей этой расы. Всего племён или, как иногда орки называли – родов южных степных орков было больше двух десятков, но именно род "Сломанного Клыка" на данный момент считался не только самым большим и свирепым, но и, соответственно, самым престижным. Ещё недавно многие орки сбегали из своих племён и старались примкнуть к "Сломанному Клыку", но в скором времени ситуация грозила резко измениться в худшую сторону, и вождь это знал.

– Дорогой, что тебя гложет? Последние дни ты сам ни свой! – спросила Ванака и, сидя с другой стороны очага, разделывала уже второго из трёх пойманных ею сусликов. – Сегодня же праздник тринадцатой луны. Это важный день для всего племени, а ты хмурый, как скала, – пошутила она, намекая на прозвище Кромма.

Это была жена вождя – Ванака по прозвищу Меткая. Она одна из немногих орчанок, что пользовалась луком, и достигла довольно высоких результатов в этом искусстве. Мужчины же с их огромной комплекцией, подразумевающую толстые пальцы, которые тетиву рвали словно паутинку, лук даже за оружие не считали. Мужская часть племени отдавала предпочтение арбалетам собственного производства, которые обычному разумному больше напоминали компактный стреломёт. Конечно, изготовление арбалетов орками внешне оставляли желать лучшего, но по ударной силе и дальности полёта болта превосходили даже изделия, которые производили гномы.

– Для племени наступают трудные времена, – не отводя взгляда от играющих небольших языков огня, Скала решил поделиться своими опасениями, – Впереди сезон холодов, племя за последние три цикла сильно разрослось, и запасов провизии на всех не хватит. Воды в последних двух источниках осталось лишь на четыре луны. Имперцы совсем обнаглели и открыли на наших женщин и детей охоту, но я не могу даже отомстить. За последние несколько циклов границу сильно укрепили и увеличили количество солдат и магов. Я могу захватить пару приграничный постов и вырезать всех, но местью сыт не будешь, а брать на заставах, кроме трофейного оружия, нечего, и только зря потеряю своих воинов. Нужно сделать выбор! Или уводить племя и искать новое место для становища, но перед холодами это грозит нам голодом, даже если мы пустим под нож всю нашу скотину и даже лошадей, которых и так осталось очень мало, а ртов, наоборот, очень много. Или другой вариант. Перебить заставы на пути к ближайшему крупному городу и разорить его подчистую. Но для этой задумки нужен союз хотя бы трёх или четырёх родов, а вожди других племён очень жадные, каждый хочет себе кусок пожирнее.

Ванака взяла тушку последнего суслика и, вспоров ему брюхо, ответила на переживания мужа: – Это обязанность любого лидера – заботиться о своём народе, естественно, они не хотят терять воинов за малую часть добычи, – отрезав от трупика животного небольшой кусок мяса, она бросила его в себе в рот, прожевала и вынесла вердикт: – Жестковат. Старый очень, – и снова обратилась к своему мужу: – Кромм, сегодня праздник тринадцатой луны и в этот день шаман всегда обращается за советом к духам наших предков. Давай дождёмся, что он скажет, и тогда уже будем принимать решения, касающиеся будущего нашего рода.

– Этот высохший навозный червь уже много сезонов ничем путным не помог племени, – поморщившись высказался вождь, – Духи предков его не слышат. Глупо рассчитывать на чудо!

Ванака, держа в одной руке нож, а в другой содранную шкурку с тушки, подошла с супругу, приобняла его за шею, но так, чтобы не замазать кровью, и поцеловала в щеку: – Дорогой, давай сегодня повеселимся, а завтра вместе подумаем над нашими проблемами.

Скала словно обмяк, как будто сделал выдох, с которым ушли мучавшие его проблемы. Супруга всегда его поддерживала, а в бою сражалась рядом плечом к плечу наравне с мужчинами. И за её своевременные и мудрые советы он был очень ей благодарен.

Когда светило скрылось за горизонтом, и на степь легла тьма, вождь приказал зажечь костры, из которых был выложен огромный круг, чтобы происходящее могли видеть все. Сейчас здесь собралась большая часть племени. Скрестив ноги, сидящие орки рядом с кострами, начали бить в барабаны, роль которых играли большие горшки с натянутыми на них козьими шкурами. Ночь – это время духов. Так начинался обряд общения с давно умершими предками и праздник тринадцатой луны, с которой по примитивному календарю у орков начинался новый цикл.

В центре круга так же горел костёр, но он был самым большим, и под нарастающий бой барабанов к нему, держа в руке кривой посох, подошёл шаман в своей неизменной серой накидке с капюшоном и широкими рукавами. Вместе с ним вышли два его ученика, в руках которых было по бубну и деревянной колотухе, которыми они уже начали отбивать определённый ритм.

Шамана звали Колтарог по прозвищу Беспокойный, которое он получил за то, что всюду пихал свой нос. В шаманы он пошёл, потому что ещё в молодости отличался от своих рослых и мускулистых, как полагается орку, ровесников щуплым телосложением. В племени он не пользовался уважением, но так получилось, что его четыре собрата – более опытные и сильные шаманы несколько циклов назад погибли в бою с магами империи, и роду "Сломанный Клык" приходилось довольствоваться одним Беспокойным. Но надо отдать ему должное – различные болячки, травмы и не тяжёлые раны он лечил быстро и качественно.

Колтарог достал фляжку и сделал несколько больших глотков снадобья для вхождения в транс, рецепт которого знал только он сам. Скала хмыкнул, узнав фляжку, он сам её подарил шаману, сняв с пояса трупа имперца, убитого собственноручно.

Бой барабанов и бубнов становился всё чаще и громче, Калтарог с закрытыми глазами хаотично дрыгался, совершенно не попадая в ритм. Наконец, шаман упал на колени, вытянул вперёд руки и упёрся головой в землю. Барабаны замолчали, ученики Калтарога опустили бубны, а его самого неестественно трясло. Подобное происходит всегда, когда шаман обращается к духам, и сейчас все собравшиеся молчали в ожидании, когда тот выйдет из транса и сообщит волю предков.

Калтарог вдруг завалился на бок, полежал, переводя дух, потом рукой начал искать свой посох, и оба ученика помогли ему подняться.

– Вождь, выйди в круг! – громко, но дрожащим голосом потребовал он.

Кромм не кичился своей властью, поэтому не стоял в первых рядах зрителей, и пришлось расталкивать соплеменников, чтобы выйти из толпы.

Шаман подождал, когда вождь остановится, потом выдержал интригующую паузу, и громко, чтобы все слышал, объявил волю предков: – Скала, как только утром на востоке покажется край диска светила, рассылай по всем племенам самых быстрых вестников. Пусть каждому орку, встречающемуся на их пути, сообщают, что клан "Сломанный Клык" собирает орду для великого похода на империю.

Кромм был, мягко говоря, ошарашен этой новостью и не понимал – с чего вдруг духи решили, что племена снимутся со своих обжитых мест и прибегут по первому его зову.

Шаман опять взял паузу, придавая моменту эпичности и наслаждаясь своей значимостью, потом зачем-то ударил в землю своих кривым посохом и прокричал: – Духи сообщили, что в следующую новую луну нашему племени выпала великая честь. Мы должны встретить Кровавого Дракона и его защитника! Дракон поведёт орду войной на людское племя! И людишки познают всю мощь орков, которую мы обрушим на их головы! Мы отомстим за убийство наших женщин, детей и братьев! – и, подняв посох над головой, Калтарог прокричал боевой клич всех южных степных орков: – Ургууу!

Племя подхватило клич, и около трёх тысяч глоток радостно заорали: – Ургууу… Ургууу… Ургууу…

Вождь нахмурился и пробубнил: – Не может быть! Кровавый Дракон – это всего лишь легенда. Это сказочка для детей, – потом развернулся и пошёл в ликующую толпу искать жену. Скала понимал, что если дракон, действительно, явится, то города империи зальёт не только кровь людей, но и орков. Как воин, Кромм хотел убивать врагов и пировать возле их трупов, но, как мудрый вождь, он понимал, что империя сильнее всех племён вместе взятых, а значит, последствия войны будут катастрофическими для обеих сторон.

Глава 1. Бессмертный дядюшка

АРИГАТ.

Бог удачи бросил брелок с ключами от своего бумера на столик и, скинув ботинки, уже хотел снять куртку, но вдруг чувство беспокойства просигнализировало об опасности.

– Не двигайся, а то голову прострелю! – предупредил мужик, который только что вышел из комнаты и держал в руке пистолет.

– Стою, не двигаюсь, даже дышу через раз, – спокойно ответил Аригат, и отметил для себя, что у мужика под расстёгнутой курткой костюм, конечно, не такой дорогой, как был на нём, но тоже не из дешёвых, плюс, накрученный глушитель на стволе, и на руках перчатки, а значит, это не простые гопники-домушники забрались в дом, ещё двоих он почувствовал через стенку.

– Медленно подними руки ладонями вперёд! – потребовал незваный гость.

– Как скажешь, – всё тем же спокойным тоном ответил Аригат и поднял руки. Он мог спокойно вырубить всех троих без каких-либо последствий для себя, но сначала надо было выяснить, кто послал этих быков, и что им, вообще, нужно. Бог удачи сканировал мысли, наставившего на него пистолет, но в них пока не было ответов.

– Медленно, без резких движений проходи в комнату, – потребовал визитёр.

В его эмоциональном фоне ауры Аригат видел, что тот готов нажать на курок, поэтому медленно проходя мимо, сказал: – Не психуй и обороты сбавь, а то движок в голове перегреешь и пальнёшь ненароком.

Как и определил бог: в комнате находились ещё двое, причём точно в такой же одежде и тоже с пистолетами в руках. Один из них схватил его за руку, и Аригат, взглянув на явно слабоумного громилу взглядом, обещающим ему очень мучительную смерть, сквозь зубы процедил: – Дрочилки свои убери, а то обе вырву и буду ими по выходным в гольф играть твоими же яйцами! – и, присаживаясь на диван, спросил: – Кто вас послал? – причём ответ ему был не нужен, просто он направлял их мысли в нужном направлении.

– Отдай браслет, и мы просто уйдём! – ответил тот же мужик, что в коридоре тыкал в него стволом.

Из их мыслей бог уже знал, что перед ним бывший опер, а на данный момент начальник безопасности крупного банкира Лебедева, которому он не захотел продать древний артефакт в виде браслета с двумя драгоценными камнями на нём. Эту очень дорогую безделушку работы гномов нашли чёрные копатели и расхитители древних захоронений на юге России, но вот только они не знали, что артефакту больше миллиона лет, и продали Аригату всего за пятнадцать тысяч евро. Хотя настоящие ценители древности – те, кто был в курсе, что в этом мире существовала не одна цивилизация, и не только человеческой расы, готовы были заплатить за браслет пару миллионов, а то и больше.

Лебедев очень хотел его купить, но Аригат ему не продал, не только потому, что тот был человеком с гнильцой, но и потому, что у него банально не хватило денег, и нашёлся другой покупатель. И вот этот говнюк решил прислать трёх мордоворотов с пукалками, которые должны были навести жути на владельца браслета, изъять драгоценность, а его самого пустить в расход. А вот место его проживания вычислили очень банально, запеленговав телефон и проверив места, которые наиболее часто посещал Аригат.

Приставив глушитель к голове бога, преданный пёсик банкира начал терять терпение: – Скажи, где браслет, или каждые две минуты я буду простреливать тебе по одной конечности!

– У меня есть другое предложение. У вас есть пять минут, чтобы убраться из моего дома, и тогда я оставлю вам ваши жалкие жизни, и даже не буду ругаться за то, что в обуви топтались по моему ковру, – игнорируя угрозы, Аригат дал шанс этим трём недоумкам.

– Ты под кайфом что ли? Что ты несёшь? – ещё сильнее начал нервничать он.

– Лебедев рано или поздно тебя закопает в лесочке, ты слишком много знаешь про его делишки. А дома тебя ждёт жена Вика и дочь Аня, а ты делаешь всё, чтобы больше их никогда не увидеть, – бог озвучил информацию, которую вытащил из головы бывшего опера, ещё раз предоставив ему последней шанс на светлое будущее.

Глава безопасности банкира сначала опешил от того, что этот человек столько знает про него и его семью, а потом воспринял это, как угрозу, и, в готовности выстрелить, прорычал: – Где браслет?

Аригат резко схватил своего несостоявшегося убийцу за запястье, вскочил, подтянул к себе, со спины зажал горло в локте и направил его руку с зажатым пистолетом на одного из коллег, и главный охранник Лебедева рефлекторно нажал на курок. Когда один из его бойцов рухнул, Бессмертный снова направил его руку с пистолетом на второго его подчинённого, но тот, не задумываясь, защищаясь, машинально начал стрелять первым. Несколько чихов глушителя, и тело, зажатое в руках бога, дёрнулось, обмякло и упало на пол, а последний убийца-дилетант даже не понял, как Аригат оказался рядом, зато боковым зрением заметил летящий кулак в висок, и отрубился.

– Надеяться, что дураки поумнеют – самая опасная форма оптимизма! – вслух высказался Бессмертный и отшвырнул ногой пистолет, который отлетел под тумбу с широким телевизором. В этот момент в кармане завибрировал телефон, звук мелодии, который сильно раздражал, Аригат никогда не включал. Он посмотрел на экран, это звонила Варгана – дочь Илвуса и Виолы, но в этом мире её знали под именем Варвара или просто Варя.

– Привет, Жиза, соскучилась по любимому дядюшке или деньги опять кончились? – с иронией ответил на звонок он.

– Андрей, кое-что случилось, я не знаю, как тебе сказать? – могильным голосом заинтриговала она.