Евгений Владимирович Щепетнов
Тот, кто ходит сам по себе

Бежать! Найти еду! Еда! Еда! Есть! Скорее! Еды!

И я снова бегу по коридору – теперь уже на запах, а не от испуга. Мягкие лапы несут меня вперед так, что стены сливаются в одну серо-бежевую полосу.

Я никогда не был хорошим бегуном, мой самый сильный орган, это… нет, ТОТ орган тоже сильный, я – самец! Половой гигант, да! Как и все настоящие мужчины. Но все-таки самый сильный, главный орган у меня – это мозг. Именно он позволял мне вполне безбедно жить – покупать хорошие машины, путешествовать по миру. У меня было все, чего напрочь лишены коты…

Кот! Я – кот?! Ну, «Жемчужина в цветке лотоса», удружил ты мне! Вот это ты мне реинкарнацию подсунул, мерзавец! Пропади пропадом ваша чертова реинкарнация! Кармы-мармы всякие!

Стоп. Нет, ругать богов нельзя – я хоть и не истово верующий, но всегда знал, что в этом мире не все так просто. Любой, кто имеет дело с механизмами, особенно с компьютерными, знает, что работа «железа» – дело мистическое и повинуется железяка только воле богов и демонов. И чаще все-таки демонов.

Я с ходу, галопом влетел в огромное помещение, в котором расхаживали не меньше десятка людей, и, чтобы не врезаться в голые ноги здоровенной бабищи, затормозил всеми четырьмя лапами.

Впрочем – безуспешно. Я все-таки врезался в нее, да так, что этот ходячий авианосец пошатнулся и со всей своей необъятной мощью обрушился на пол, потянув за собой огромный поднос с наваленным на нем вареным мясом. Мясо было еще горячим, парило, и когда оно накрыло бабищу, та заревела таким страшным, громким голосом, что у меня на миг заложило уши.

И тогда началось невообразимое – откуда-то выскочили еще не менее полутора десятка кошек, они стали хватать упавшее мясо, за кошками гнались штук пять собак, заливавшихся оглушительным лаем, за собаками и кошками погнались кухонные люди, вооруженные чем попало, от ножей до скалок. И вся эта толпа орала, лаяла, визжала, мяукала, урчала. На крики сбежались еще люди, и как я вырвался из этой кутерьмы – до сих пор сам не могу понять. Но только скоро я уже несся по коридору туда, откуда прибежал раньше, держа в зубах здоровенный кусман восхитительного, остро пахнущего, вкусного мяса.

За мной пытались гнаться – я слышал топот здоровенных ног, слышал ругань на неизвестном мне языке, слышал лай, перестук собачьих лап, но не оглядываясь мчался туда, куда вел меня инстинкт, радуясь, что Будда дал мне здоровое кошачье тело, а не тело какой-нибудь чумной крысы в последней стадии мерзкой болезни. Спасибо тебе, Будда! За то, что не совсем утопил меня в выгребной яме, а дал слегка подышать! Но все равно – ты… ты… не скажу! Но подумаю.

Покой я обрел только минут через пятнадцать, взбежав по деревянному столбу на крышу какого-то здания, стоявшего во дворе. Как оказалось, это были склады, где хранилось множество в высшей степени полезных вещей. Каких? Это я узнал потом. Позже.

Сухой чердак великолепно подходил для того, чтобы скрыться от преследования и насладиться вкусом вареного мяса. Я вгрызался в жилистую говядину (а это была именно она) и тихо мурчал от удовольствия – даже не припомню, когда это я получал такое удовлетворение от простой говядины, без всяких там приправ и соусов. Чтобы оценить вкус еды, нужно как следует проголодаться, – эту чеканную истину нужно знать каждому, кто ковыряется в тарелке, состроив кислую морду: «Ф-ф-ф-ф-у-у-у… я это не ем! А что, больше ничего нет?!»

Кусок был довольно большим, весь его я не съел, потому пришлось спрятать остатки мяса наверх, под крышу, выбрав балку почище, не загаженную проклятыми птицами. Пригодится. Не каждый раз удастся удачный набег на кухню!

Кстати, тут же пришло в голову, что выглядят эти птички, похожие на голубей и загадившие весь чердак, вполне аппетитно, и если забыть, что я когда-то был человеком, вполне можно позавтракать, пообедать или поужинать одной из бормочущих на птичьем языке серых клювастых тварей.

Поел, а попить? Где взять питье? Не на чердаке, точно. И не из лужи – я что, животное, пить из лужи, в которую кто-то плюнул? Или того хуже…

И тут же с тоской подумал – ну а кто же я тогда? Уж не человек, это точно! Уже не человек. Но и не животное! И не оборотень… наверное. Оборотни ведь превращаются в людей… могут превращаться.

Хм-м… а вдруг? А может, я умею? Что там делают оборотни, чтобы превратиться? Крибле-крабле-бумс? Или – …твою мать?!

О Будда… ну что ты со мной сотворил! Или не Будда?

Впервые пожалел, что мало времени уделял изучению религий – вдруг бы помогло?

Придя к выводу, что ни один из богов не нальет мне никакой животворящей жидкости, даже гадостной кока-колы, коей чистят столовое серебро (слышал о таком изумительном факте), я отправился во двор на поиски источника воды. Хотя бы воды – на большее я само собой не рассчитывал.

Жуткое ощущение. «Гулливер в стране великанов» – вот что это такое. Все громадное, такое, что голова идет кругом. Огромные ноги так и норовят на тебя наступить, здоровенные железные колеса скрежещут по мостовой, проносясь мимо, обещая превратить в комок раздавленной плоти! Если бы не моя новообретенная скорость и ловкость – отправился бы сейчас на новую реинкарнацию!

Интересно – какую? В крысу? В мышь? А может, в паразита, сидящего на шелудивой собаке? Той, что сейчас с визгливым, мерзким лаем несется за мной, мечтая вцепиться в мой пушистый хвост?

Влетел в дом, пронесся между ногами-столбами, проскочил через большой зал, взобрался по стене, облицованной деревянными пластинами, и рыбкой проскочил в узкую отдушину наверху.

Сам удивился – так это ловко у меня получилось – ну просто цирк, да и только! Акробат! Впрочем – акробатам до меня так же далеко, как от Питера до Москвы ракам!

Но проблема была не решена, и я с раздражением и неприязнью смотрел на то, как мечется внизу толпа людей и собак, гавкая и вопя что-то нечленораздельное. Вот так суматоха! Неужели из-за меня?!

– Ты болван! – услышал я слова и в панике стал вертеть головой туда-сюда, разыскивая источник этого глумливо-злобного голоса. Никого, кроме черного, как «Майбах», кота, рядом не было. Кот смотрел на меня пристальным взглядом зеленых глаз и щурился, будто получал удовольствие от созерцания моей несчастной морды.

– Чего это – болван? – оскорбившись, спросил я. – А сам-то кто?!

– Я – не болван, – коротко ответил кот и, плюхнувшись набок, изогнулся буквой «С», нервно подергивая большим пушистым хвостом. Примерно таким же пушистым, как у меня, только другого цвета.

И тут я сообразил: кот – разговаривает?! КАК?! И еще интереснее – а как я ему отвечаю?

– Деррек, ты всегда был идиотом! – так же ехидно сказал мой собеседник. – Ты зачем полез во двор среди дня?! Ты что, глупый дворовый кот?!

– Я есть хотел, – глупо ответил я, не найдя нужного ответа. – А сейчас еще и пить хочу. А что я должен делать? И не Деррек я никакой.

– А кто?! – Собеседник зевнул, обнажив белые, острые как шило клыки, и я невольно ощупал языком свои, по прикидкам не менее острые и опасные.

– Шишкин Петр Васильевич, интеллигент в пятом поколении! – не подумав, брякнул я и тут же прикусил язык.

– Кто?! – Кот одним текучим движением вскочил на ноги и фыркнул, широко раскрыв глаза. – Ты что, попался этим старым говнюкам?!

– Каким таким говнюкам? – не понял я и нервно забил хвостом по полу, поднимая облачко пыли. – Слушай, объясни, а? Я ничего тут не знаю! Ничего не пойму! Кто я, где я – расскажи, будь другом!

– Другом?! – фыркнул кот, выгнул спину и, медленно подойдя ко мне, понюхал мне щеку. – Пахнешь ты как обычно, да. Но ты не мой брат. Он бы никогда не спросил, кто такие «старые говнюки»! Это его любимое определение этих тварей! Кто ты такой?! Зачем занял тело моего брата, отвечай, пока я тебе не перегрыз глотку!

Глаза черного кота стали огромными, сияющими, как луна, и я почувствовал, что меня куда-то уносит, куда-то далеко, вырывая из тела, как цветок из горшка! Нет, шалишь – хрен тебе! Шишкины не сдаются! Не вырвешь!

Я фыркнул и врезал чужаку лапой по морде – быстро, как завзятый кунфуист, так, что голова того мотнулась в сторону, будто мяч. Чужаку это явно не понравилось, и это я понял сразу, когда увидел его летящим по воздуху, будто им выстрелили из катапульты.

Мы сцепились, шипя, завывая, работая лапами, будто собирались заживо освежевать друг друга. Полетел пух, лапы двигались в автоматическом режиме, пытаясь разодрать супостата, но когда мы разбежались в стороны, оказалось, что особых повреждений нет, – если не считать дыры на правом ухе моего противника. Когда я уже успел его покарать – и сам не заметил. Боестолкновение было таким скоротечным и не зависящим от разума, что я просто не успел уследить за своими движениями. Инстинкты, чистые, незамутненные разумом инстинкты!

– Может, хватит? – предложил я, следя за поведением зловредного «братца». – Я не хотел навредить твоему брату! Я очнулся в этом теле и сам не знаю, как сюда попал! Я человек…

– Старый говнюк! – фыркнул черный кот. – Вот ты кто! Вот как называет людей мой убитый тобой брат! Как ты пробрался в его тело, проклятый колдун?! Зачем?! Отпусти его, гадина!

– И рад бы, – с тоской вздохнул я, валясь на камень, выстилающий отдушины. – Думаешь, мне приятно ходить каким-то там блохастым котом, вместо того чтобы быть человеком! Говорю же – я сам не знаю, как тут оказался! Кстати, а как это ты разговариваешь? И как это я разговариваю?

– Этого только нам не хватало! – Черный кот вздохнул и потер лапой ухо, на котором выступила капелька темной крови. – Какой-то демон в теле нашего брата! Проклятые колдуны!

– Да чтоб ты сдох! – выругался я в сердцах. – Да объясни же, где я нахожусь, кто ты такой и вообще – что здесь происходит!

– Жизнь происходит, – мрачно сообщил собеседник и, презрительно оскалившись в мою сторону, пошел прочь, в сумрак тоннеля воздуховода. Я постоял секунду, затем бросился за ним.

С минуту мы шли молча, потом черный кот резко остановился и зыркнул на меня яростно горящими глазами:

– Чего за мной тащишься? Пошел отсюда, демон поганый!

– Сам демон! – удивленно отпрянул я. – Демонов вообще-то не бывает! Или бывают? Да будь ты чело… хм-м… будь ты нормальным котом, объясни, что тут происходит, и вообще помоги. Чтоб у тебя хвост облез, если не поможешь!

– Будешь разбрасываться проклятиями – долго не проживешь. – Собеседник оскалился и недоверчиво помотал головой. – Ты такой дурак, что ли? Еще глупее моего братца?

– Вот что, черная твоя морда, – пока не поговорим, я от тебя не отстану! Буду ходить следом, буду преследовать тебя, где только можно! И где нельзя – тоже! Стой! Или нет – вначале отведи меня туда, где можно попить! Умираю от жажды! А потом расскажешь мне все!

– Пойдем! – Кот коротко вздохнул и вальяжно зашагал в один из боковых тоннелей, не глядя, успеваю ли я за ним. Успеть было несложно, он не торопился, но вообще-то такое отсутствие интереса к моей замечательной личности довольно-таки раздражало. Ну надо же! Я изничтожил его брата – если верить словам – вселился в евонное тело. Демон из преисподней – и совсем не интересен?! Это как так?! Порядочный демон уже бы его растерзал – если верить источникам информации, а точнее – Всемирной Помойке под названием Интернет. Я все знаю о поведении демонов, потому очень странно, что этот наглый котяра меня не боится!