Тамблеры. Alis Grave Nil

– Сэмска от Ланы, она встретиться хочет…

Христофор Афанасьевич отвернулся к окну:

– Не смею задерживать…

Веня вышел в переднюю, Софья Андреевна сунула ему в руку бумажный кулечек, шепнула быстро:

– Вениамин, я вам тут презент приготовила, чай с травками!

Веня механически взял кулечек, направился к двери:

– Премного благодарен…

Глава 12

Охотник

Лана работала. Когда Веня пришел к ней в бассейн, она проводила тренировку со своей любимой группой и посетителя даже не заметила:

– Выше руку, Лена, выше руку, ты отстаешь! Как мы договорились, раз, два, три! Выше руку, вот так, молодец!

Веня с любопытством смотрел на бассейн, воду, Лану со свистком, та, наконец, обратила на него внимание, показала пальцем на часы.

Веня тоже ответил знаком, что подождет и потом спросил одними губами: Можно посмотреть? Лана утвердительно кивнула. Тренировка продолжалась.

Через полчаса Веня и Лана уже шли по вестибюлю к выходу. Лана, будучи несколько напряженной, обращалась к Вене на «вы»:

– Вы пришли на час раньше!

Веня попытался обратить все в шутку:

– А у меня часов нет!

– Могли бы спросить время у кого-нибудь!

Выйдя из спорткомплекса, они оказались в парке, Лана шла чуть впереди Вени:

– Собственно, в мои обязанности входит показать вам охотника, может сразу и приступим? У меня еще одна тренировка вечером…

– Это опасно?

– Вы сами решите.

Лана и Веня прошли мимо взъерошенного, явно нервничающего молодого человека, сидящего на краешке скамейки и уставившегося в планшет, и свернули в узкую аллею, которая вела к пруду. Почти у самой воды, в беседке, сидела черноволосая тоненькая девушка, она пыталась читать книгу, но томик в бумажной обложке постоянно норовил соскользнуть с ее колен. Лана отметила про себя, что молодой человек и девушка пришли на свидание друг с другом, но пришли задолго до назначенного часа, оба нервничают и волнуются, хотя, – это Лана тоже четко видела, – связаны нерушимо и навсегда. Через двадцать минут они, не замечая друг друга, встанут и пойдут встречаться к метро. Лана улыбнулась:

– А что, неплохая пара, – подумала она и незаметно бросила золотую звездочку прямо на чистый девичий лоб. Глаза девушки засияли, страх перед первым свиданием улетучился, ей стало солнечно и спокойно. Мысленно приказав звездочке не покидать незнакомку до встречи с любимым, Лана быстро взглянула на Веню, но тот ничего не заметил. Подойдя к парковому пруду, Лана и Веня сели на одинокую скамейку прямо у воды. Перед ними открывалась широкая перспектива солнечного московского полдня. Лана неосознанно понизила голос, начав урок:

– Сейчас я вам его покажу, только не смотрите на него прямо и не указывайте на него!

Веня утвердительно кивнул.

– Вот там, на другом берегу, деревья, за ними улица, а дальше – небольшая площадь с фонтаном, видите?

Венин взгляд медленно пронизывал пространство: пруд, деревья, улица вдоль парка, площадь с фонтаном посередине. Вокруг фонтана-обычная картина: голуби, несколько бабушек на скамейках, мамаши с колясками, дети на велосипедах, рыжая кошка, дремлющая на солнцепеке.

– Видите его?

Веня внимательно осмотрел площадь еще раз:

– Нет. А вы точно знаете, что он там?

Лана старалась не раздражатся:

– А клоуна видите?

Веня действительно разглядел рядом с фонтаном нечто вроде бронзового памятника: застывшая фигура грустного клоуна в полном клоунском наряде, перед ним – шляпа для подаяний.

– А откуда вы знаете, что это охотник?

– Я их вижу, а Лера может их вынюхивать, у них специфический затхлый запах! По-крайней мере, Лера так мне объясняет.

– Ну, а как вы их вычисляете?

– Иногда они забывают одежду чистить!

Веня удивился:

– От чего чистить?

– От красных отблесков, lumen rubeus.

Веня совершенно запутался:

– Я ничего не понимаю!

Лана вздохнула:

– Это потому, что вы без своего ключа, как такое получилось – непонятно.

– И, все-таки, объясните, а?

– Вениамин, не поймите меня превратно, но я толком вам ничего объяснить не могу. Слова в нашем мире мало что объясняют. Я вам должна показать охотника, я вам показываю, а объяснять я не умею.

– Как странно, но мне это уже сегодня говорил Христофор Афанасьевич, ну этот, с панорамой…

– Ты видел ПАНОРАМУ???? – Лана была так ошарашена, что даже перешла на «ты».

– Да, видел, и могу все рассказать в подробностях, у меня даже записи есть. Более того, могу даже кое- что показать. Но сначала ты мне все должна объяснить с охотниками, lumen rubeus и прочими вашими непонятками!

Лана была озадачена, но не потеряла хорошего настроения:

– Хорошо, но когда ты свой ключ найдешь, то ты все равно это будешь по-своему понимать, а я окажусь обманщицей! Я могу рассказать только то, что я вижу, а мы с тобой совершенно разные.

– Хватит уже этой гносеологической мути, колись! – Веня тоже пребывал в приподнятом настроении.

– Lumen rubeus, мы их видим в красном свете, поэтому и rubeus. В каком обличии ты их будешь видеть-трудно сказать. Они такие же как мы, в том смысле, что у них тоже есть крылья и человеческая оболочка, и ее можно, в принципе, разрушить. Они тоже помогают людям, но только другим людям.

– Это каким таким другим?

– Плохим людям, хотя это тоже неправильно. Все люди примерно одинаковые. Мне трудно это до тебя донести… ладно, рискну! Ну, вот вы с Линдой спасли ребенка из мусорного бака. Без вас его бы просто съели крысы, но ведь кто- то этого ребенка в этот бак положил. И того, кто это сделал, тоже кто- то надоумил, подсказал, подставил пакет, помог преодолеть чувства страха, стыда, обнадежил, уверил в безнаказанности. Тонкая работа! lumen rubeus, в общем- то умнее нас, хотя Линда в этом со мной не согласна.

Веня, наконец, стал хоть что-то понимать:

– А говорила, что не умеешь объяснять. Так значит, такие вещи, эти самые lumen rubeus и делают?

– Ну что-то в этом роде, но опять же…

Веня перебил:

– Ну, а что бы нам всем вместе не собраться и не сжечь этих рубиусов дотла?

– Вполне возможно, но это в состоянии сделать только lumen clarus, а его в этом мире практически нет.

– Значит, немножко все-таки есть?

– Есть, вот, ты как раз и есть lumen clarus. Вернее, был, когда ты к нам попал, сейчас у тебя вообще нет lumen. По – крайней мере, я его совершенно у тебя не вижу и не чувствую.

– А Христофор Афанасьевич, он-то, кто? Мне он просто тигром каким-то показался!

Лана заговорила еще тише:

– Христофор Афанасьевич тоже lemen clarus, поэтому он тебя и подхватил там, в котельной. Оказались бы мы там одни – ты бы нас сжег, как ты говоришь, дотла. Хотя когда- то, до прихода в этот мир мы тоже были lumen clarus, это свет изначальный.

Веня помолчал, потом опять взглянул на охотника, – тот стоял в той же позе с «бронзовым» шариком на бронзовой веревочке-палке.

– Слушай, Лан, а пиццу сюда можно заказать, как ты думаешь?

Лана улыбнулась:

– Вообще-то, мы с тобой про пиццу не договаривались, а только про «непонятки».

Наконец «охотник» поменял позу, на его лице застыла «новая» улыбка, шарик поднялся чуть выше… Никто, впрочем, этого не заметил, дети все так же играли, пуская бумажные кораблики в воду фонтана, какая-то старушка, разомлевшая от солнца, кряхтя встала и, попрощавшись с подружками, пошла через площадь к боковой улице.

К лавочке Вени и Ланы подъехал велосипедист в сине- белой куртке, с пиццей в коробке. Лана полезла в сумку за деньгами, Веня приоткрыл коробку:

– Мы же заказывали с томатами и грибами, а тут только с грибами…

Лана расплатилась и показала парню знаком, что ее кавалер немного чокнутый.

Минут через сорок, когда от пиццы оставался только один кусок, который оба стеснялись взять, Веня продолжил расспросы:

– Ну, а охотники эти, они люди, или тоже lumen?

– Конечно люди, но особенные. У них есть знания, которые они постоянно совершенствуют

Веня явно врубался в тему:

– И знания у них от этих рубиусов, оттого у них и отблески на одежде!

Лана засмеялась, хлопнув Веню по плечу:

– Вот, а Линда говорила, что ты вообще ничего не соображаешь!

Веня обиделся:

– Она такое говорила?

– Ладно, проехали…

Веня вернулся к теме урока:

– А что этим охотникам от вас нужно?

– Вот сейчас мы и проверим, права Линда, или нет. Сам- то как думаешь?

Такого поворота Веня не ожидал:

– Ума не приложу, в этом мире столько всего много! Столько можно взять, не отнимая у других! Возможностей вокруг – ну, просто немерено!

Лана опять хохотнула:

– Один – ноль, в пользу Линды! Охотникам нужен наш lumen aureus, что еще с нас возьмешь? У нас же ничего другого нет. И мы, и люди, видим наш lumen в золотистом свете. Мы в самом низу иерархии света и ближе всего к людям. Ближе, потому, что ничего сжечь не можем, только зажечь. Люди научились использовать lumen aureus, он несет им долголетие, здоровье и новые способности.

– А за lumen claris они тоже охотятся?

– Два – ноль, в пользу Линды! Я ж тебе говорила, lumen claris – свет неземной, мало того, он может все на хрен сжечь! Кому такое нужно?

– А Рубиусов тоже можно использовать?

Лана опять заговорила тише:

– Я не в курсе. Какие- то ведуны верят, что есть существа, которые могут использовать lumen rubeus в своих целях. Но сама я с этим не сталкивалась, и откровенно – сталкиваться не хочу. С рубиусами мы напрямую не связаны, мы их не трогаем, они – нас. Им наш lumen не нужен, у них свой, красный. Если и есть какие- то отношения между нами, то только через людей.

– Ну, а охотники-то эти, они вас видят?

Лана не спеша с ответом, взяла последний кусок уже холодный пиццы, и почти механически стала его жевать, потом ответила четко и определенно:

– Нет, они нас не видят, только наши ошибки.