Рожденные героями

Леонов: Кристина.. спасибо! — обратился к ней Леонов, вкладывая в эту пару слов, всю свою признательность; и то, как он это сказал, нельзя было бы перебить и длинной грамотой благодарностей.

Леонов: Я объясню. Мы задержались, потому что это я не успел покинуть базу, за мной вернулись ребята и план пришлось изменить на ходу.

Александр: Ясно, подробно мы с вами все это обсудим позже. Формально вы действительно нарушили приказ, но такая встреча все равно не совсем обычна и нужно грамотно все разрешить. Вы еще не знаете, но.. директор Аргус погиб сегодня на задании. Я был там, но не смог ему помочь, так как меня тоже ранили. В Лиге теперь новый директор и новые правила.., думаю вас он хочет использовать, как прецедент, чтобы показать свою силу и настроить всех на строгое использование правил. Нового директора зовут Сноу, я с ним мало лично знаком, но то, что знаю, заставляет думать именно в таком ключе. Это не тот человек, кто будет скуп на сантименты. Сноу всегда больше интересовали его собственные интересы и он мог легко пренебречь чем угодно, ради получения выгоды. Думаю, мы попали в очень неприятную ситуацию.

Лишь после того, как Александр сказал о ранении, все обратили внимание на грубую бинтовую повязку, туго врезавшуюся в тело чуть ниже ребер. Рассказывать о том, что произошло на том задании он не стал, да и сам до конца не мог осмыслить весь тот кошмарный пазл, который разложился перед ним и в котором еще предстояло разобраться. Александр считал, что на том задание их кто-то предал. Слишком уж в идеальную ловушку они угодили.

Скала: Я только одного не пойму, как это все могло произойти за пару несколько дней? За сутки на которым мы отлучились? Да и разве так быстро назначают новых директоров?

Александр: Законы Лиги не подразумевают долгое сострадание. Так как смерть Аргуса была внезапной, необходимо было сразу выбрать руководителя организации. Советом был избран Сноу.

Леонов: На той базе, где мы выполняли миссию, тоже говорили о Сноу — и не в самом приятном ключе. Получается Артем сейчас идет в штаб даже не подозревая, что там новый директор.

Кристина: И не зная, что мы действительно нарушили приказ. Может тогда мне туда пойти, ведь его мне отдавали?

Посмотрев на лица ребят, заставшие перед ним в тревожном ожидании, он увидел страх, страх за товарища, не за себя. Особенно этим выделялся Леонов. Обычно, словно монолит, без чувств и эмоций, человек совершенно не мог скрыть своей тревоги. В глазах всех ребят среди посеянного отчаяния читалась и яростная решимость; они готовы были постоять друг за друга.

Александр: Здесь главное без самодеятельности. Собирайтесь и пойдемте вместе в штаб, но говорить буду я. Для начала нужно узнать о чем там вообще будет разговор.

Тем временем в штабе, в просторном, но как нельзя сегодня в удушающем кабинете, пахнущим свежим лаком, которым была обработана мебель для нового директора, Артем уже заканчивал свой сухой, строго по форме, рапорт о выполненном задании. Он никогда не попадал под разбирательства и поэтому не знал, кто его должен проводить, но кабинет, пусть и уже немного изменившийся Артем знал. Несколько раз ему довелось лично с директором Аргусом обсуждать некоторые детали прямо здесь, где сейчас он стоял по стойке смирно, и всматривался в именную табличку на столе, где выгравировано было совсем другое имя. Множество разных мыслей начали посещать голову Артема по этому поводу, но разбираться в них было некогда — сейчас он пытался сконцентрировать и понять к чему их ждет наказание связанное с выполнением миссии; прокручивая в голове несколько вариантов, Артем размышлял, что их могли заметить, что камера могла что-то записать или, что все-таки остались следы взлома в компьютере, и, конечно, он помнил про опоздание в сроки, но все же учитывая успех, считал это незначительным.

Сноу, развалившийся в массивном кожаном кресле, начал тихо, но с леденящей душу отчетливостью.

Сноу: Ты был назначен командиром команды на этой миссии. После успешного получения данных, вашей команде был отдан приказ о немедленном возвращении в штаб и доставке этих, крайне важных данных. Вы же решили подвергнуть сохранность данных угрозе, пытаясь решить свои проблемы, которые создали сами же. Вам повезло, что в конечном итоге, вы принесли то, что было нужно, но все могло рухнуть допусти вы один лишний шаг. Есть ли этому хоть какое-то оправдание?

Артем ничего не знал, о поступающим приказе, но сразу понял, что видимо его отдали Кристине или Скале, а те решили помочь ему с возвратом Леонова.

Артем: Я знаю, что нарушил приказ. — говорил Артем от своего лица — и я готов понести за него ответственность. Объяснение, если оно требуется, простое — нам нужно было спасти своего товарища.

В это время, благодаря своим связям и авторитету, Александр смог провести всех в штаб, через пропускной пункт и сейчас они находились буквально за дверями кабинета Сноу и успели услышать практически весь разговор. Александр напомнил всем, чтобы все спокойно стояли и ничего не предпринимали, пока он пытается придумать, что сделать. Однако за дверьми ситуация только накалялась: достаточно дерзкий ответ Артема разозлил Сноу еще больше, и теперь уже его прежде холодный и монотонный голос зашипел от ярости, а угрозы посыпались словно град в сторону Артема.

В этот миг, что-то щелкнуло в Леонове и его терпение порвалось окончательно; и несмотря на план Александра выслушать все и зайти, когда появится удобная возможность, он резким движением раскрыл двери и ворвался в кабинет. Остальные, не долго думая, зашли вслед за ним.

Сноу: Что здесь происходит?

Ничего не отвечая, Леонов уставился на Сноу взглядом, холодным и острым, как лезвие. В его молчаливом взоре читалось не просто возмущение, а глубокая, леденящая ярость. Он понимал, что Сноу действует не из-за нарушенных уставных параграфов, а движимый мелочным желанием самоутвердиться. Именно эта сущность поступка и разожгла в Леонове эту злость, которая не удержалась даже в его стальных нервах. Видя, как он слишком зол, роль парламентера решил на себя взять Скала.

Скала: Послушайте, Артем не виноват, он отдал нам приказ возвращаться обратно. Мы сами решили вернуться за ним и Леоновым. А Леонов тоже не виноват ведь у него и выбора не было. Все же мы одна команда, мы не могли уйти, оставив кого-то там.

Возможно, Аргус выслушал бы все эти слова, чтобы увидеть всю картину, но вот Сноу был иным и его жажда власти, его амбиции не могли простить ни нарушения приказа, ни тем более такого бесцеремонного штурма его кабинета.

.

Сноу: Вы действительно считаете, что можете врываться без разрешения в мой кабинет? Объяснять мне, как правильно реагировать на нарушение устава, а как нет? Вы действительно так считаете? Так вот знайте: никто не смеет нарушать мои приказы. Если вам так угодно, я могу вас всех отдать под выговор и наказания.

Но апофеозом напряжения царившего между всеми в этом, пускай и просторном, кабинете стало ледяное, исполненное презрения замечание Леонова. Он не кричал. Он произнес слова тихо, четко, вложив в каждый слог тяжесть своего состояния, глядя прямо в глаза Сноу, он возразил ему, что тот даже не удосужился почтить память Аргуса, прежде чем занять его кресло. Это было ударом ниже пояса, обнажающим всю ничтожность новой власти. Сноу такого простить уже не мог и поднявшись со своего кресла, устремился к Леонову.

Александр, чувствуя, как воздух в кабинете сгущается, уже сделал шаг, чтобы встать между ними, как вдруг увидел нечто невообразимое. От фигур Артема и Леонова, будто из самих их сердец, потянулись струйки сияющего, белоснежного тумана. Это была энергия — чистая, видимая глазу материя энергии души. Она стелилась по полу, призрачная и в то же время плотная, наполняя пространство мерцающим, тревожным светом. Ситуация уже начала выходить из-под контроля, и Александр уже не успевал остановить Леонова.

Леонов: Может быть, солдаты, которые не выполняют приказы и мусор. Но солдаты, которые не заботятся о своих товарищах, гораздо хуже мусора.

Терпение нового директора лопнуло. С молниеносной, не свойственной ему резкостью он выхватил пистолет, и холодный блеск ствола уставился в Леонова. Артем, увидев это, крикнул всем остановиться — и в этот миг сдерживаемая им сила вырвалась наружу. Ослепительно-белый поток в мгновение заполонил весь кабинет, сконцентрировался немного вокруг самого Артема и резким выплеском ударил Сноу в грудь так сильно, что тот выронил пистолет. Здесь Александр был вынужден вмешаться. Он схватил Артема за плечи, но тот уже от бессилия падал на колени. Передав его Леонову, Александр пошел помочь подняться Сноу. Ребятам же он сказал, возвращаться в тренировочный зал и ждать его там.

Новый директор, откашлявшись, пришел в себя. Его взгляд, еще минуту назад полный бешенства, теперь был мутным и недоуменным. Александр помог ему опуститься в кресло, и, не дав опомниться, начал говорить тихо и вкрадчиво, вплетая в свою речь единственный возможный в этой ситуации козырь.

Александр: Они обладают энергией. Я думаю, что все. Я понимаю ваши оскорбленные чувства, но если вы сейчас их потеряете, то потом сильно пожалеете.

Александру нужно было что-то сделать, и он сказал, то, что и правда могло быть выгодным для Сноу, ведь специалисты обладающие Энергией все же редкость. Естественно он не мог точно знать, обладают ли они все энергией на самом деле, более того, он не хотел использовать их, как аргумент, но, по крайней мере, это заинтересовало Сноу, и он смог частично успокоиться.

Наказанием, которое принял Сноу в отношении команды «Цвет Нации», было отстранение от заданий на полгода.

Глава 8. Пробуждение

В тренировочном зале, обычно бурлящем энергией и звоном оружия, сейчас царила гнетущая и густая тишина, нарушаемая лишь звуками больших напольных часов, которые стояли здесь как память об одной из успешных миссий. Очень много случилось за последний час, и все с тревогой ждали Александра, надеясь и убеждая себя, что он ответит на все невысказанные вопросы, что он расставит все по своим местам. Несмотря на просторы тренировочного зала, все они сели максимально близко к друг другу, и хоть никто ничего не говорил, но ощущение дружеского плеча немного давало почувствовать защищенность, которая им была так нужна.

Спустя некоторое время двери в зал раскрылись и на мгновение затаив дыхание, надеясь, что это ни кто-то другой, а Александр, все встали, всматриваясь в глубь зала. Мгновенное облегчение настало, увидев знакомый силуэт; Александр стремительно шел в сторону ребят, на лицах которых в первые был испуг, разве что, кроме Леонова, который, видимо, понимания степень того, что натворил, уже не боялся возможных последствий, а был к ним готов. Артем же, вскочив, когда открылись двери, придерживаемый Скалой, присел обратно, не имея совсем сил после выброса энергии.

Дойдя до ребят, Александр пытался быть спокойным, понимая, что сейчас самым правильным будет поддержать и помочь, а не критиковать.

Александр: Слушайте, то, что вы сейчас сделали — это неправильно по отношению к Лиге. Хотя я не отрицаю того, что вы поступили по совести, но больше старайтесь не попадать в такие истории. Инцидент с начальством, думаю нужно закрыть прямо сейчас. Особенно теперь, я думаю, вы заметили, что у Лиги новый директор — Сноу, и он не такой добрый, как был Аргус. Мне удалось загладить ситуацию, и ваше отстранены от выполнения миссий на шесть месяцев, поверьте, не самое худшее, что могло произойти сейчас.

Леонов: Во время миссии, я слышал кое-что. Офицеры с той военной базы говорили, что в Лиге грядут перемены, и что теперь все может стать очень плохо. Я уже понял, про какие перемены они говорили, но почему они были так уверены, что перемены в худшую сторону?

Александр, если бы его не перебил Леонов, и сам хотел поднять этот вопрос, и донести нечто важное до ребят.

Александр: Хороший вопрос, который я думаю вам важно понимать. Аргус погиб. на нашей совместной миссии, но в тот момент меня не было рядом, а если точнее, никого не было, потому что по нашим данным в том районе не должно было быть угрозы. Есть подозрение, что нас могли предать внутри организации, насколько это связано именно со Сноу я не знаю, и правдиво ли мое предположение в целом, но вам нужно будет быть впредь более осторожным. Со Сноу я встречался несколько раз и не увидел у этого человека никаких базовых ценностей жизни. Его волнует только выгода, а это неприемлемо для организаций, которые защищают мир. Что касается тех офицеров, то тут нужно понимать, что от Лиги зависят и многие другие организации. Следовательно, с новым руководством у них могут возникнуть разногласия и проблемы. Но вот это уже не думаю, что вас как-то может коснуться. Особенно сейчас, когда вас отстранили на шесть месяцев от миссий. Думаю, что сейчас по этой истории мы закончим и возвращаться к ней пока не стоит, тем более, что есть теперь дело и поважнее.

То, что произошло с Артемом — , думаю вы уже поняли, что это был выплеск энергии. Первый раз всегда получается таким мощным, так как ваш организм к этому просто не приспособлен и не знает, как это контролировать. Поэтому будьте готовы, что скоро и энергия остальных из вас может пробудиться. Возможно, этот перерыв даже пойдет всем на пользу.

Задержав ребят еще на некоторое время, чтобы рассказать подробнее о первых признаках пробуждения Энергии, и о том, как более грамотно подготовить себя к этому моменту, вскоре он отпустил всех в свои комнаты отдыхать и восстанавливаться, попросив задержаться только Леонова.

Александр: Как ты себя сейчас чувствуешь?

Леонов: Нормально.

В интонациях Александра, Леонов сразу уловил перемену. Прежний, сочувствующий тон испарился и теперь в его голосе ощущалось скрываемое волнение, давящий груз.

Александр: Если бы Артем не защитил тебя, это сделала бы твоя энергия.

Леонов: Что? Но почему вы так уверены в этом?

Александр: Потому что в тот момент она уже исходила от тебя. Ты просто этого не успел заметить.

Леонов почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он был удивлен, но, как ни странно, быстро принял этот факт, будто в его жизни уже не осталось места для обыденности. Но оставшееся волнение было вызвано тем, что обо всем этом, только недавно говоривший Александр про Артема с радостью, сейчас вел диалог крайне серьезно, а ведь пробуждение энергии — это было то, к чему они все стремились.

Александр: Я хочу, чтобы ты еще раз попробовал ее пробудить. На этот раз намеренно. Сосредоточься на конкретной мысли, желании, чего хочешь от нее, чтобы она появилась и пытайся ее контролировать. Сейчас, пока она только пробудилась это лучший шанс.

Леонов: С моей энергией что-то не так? Почему все так скрытно и срочно?

Александр: Я не знаю. Поэтому и прошу тебя пробудить ее еще раз.

Леонов пытался снова и снова, сосредотачиваясь до головной боли, он видел как вокруг его пальцев начинал мерцать туманный ореол, воздух вибрировал, будто перед грозой, но энергия оставалась неуловимой — ощущаемая кожей, не подчинялась его воле. Александр наблюдал с порога инвентарной комнаты, оперевшись о косяк, его взгляд был пристальным и оценивающим. Когда стало ясно, что прогресса нет, он без лишних слов протянул руку к столу, взял тренировочный деревянный клинок и метнул его в сторону Леонова с резким, хлестким движением.

Такая внезапность и стремительный полет клинка застали того врасплох. Леонов инстинктивно вздрогнул, тело среагировало быстрее сознания — он выбросил вперёд ладонь, зажмурившись и в следующий миг он почувствовал лёгкое давление, будто рука уперлась в упругую, невидимую преграду. Открыв глаза, он увидел клинок, замерший в сантиметре от его пальцев. Ок был окутан клубящимися, похожими на дым, потоками сероватого свечения, а перед самим Леоновым дрожала, переливалась перламутром, полупрозрачная стена из белой энергии. Александр, нахмурившись, медленно опустил руку — он в последний момент подстраховал своего ученика, создав щит, но Леонов и сам справился.

Александр: Значит, не показалось.

Леонов, услышав эти слова, хотел было снова спросить, что всё это значит, но внезапно его колени подкосились, в ушах зазвенело, и пытаясь устоять на ногах, он почувствовал, как мгновенно слабеет. Пробуждение энергии оказалось таким же резким и истощающим, как и только что у Артема. Серые потоки вокруг клинка рассеялись, как дым на ветру, и оружие с глухим стуком упало на пол. Александр ловко подхватил Леонова под плечо, почти потащил к стулу у стены и усадил, давая тому возможность отдышаться.

Когда в глазах перестало темнеть, дыхание выровнялось и Леонов чуть приподнялся, давая понять, что он в порядке, Александр присел напротив, и с серьезным выражением лица попытался объяснить и ответить на все вопросы, которые читались с Леонова.

Леонов: Энергия пробудилась, я это понял, но она же была..

Александр перебил Леонова, понимая, что вызвало его непонимание.

Александр:..серого цвета, да. И это ситуация крайне не стандартная.

Леонов: Это плохо?

Александр: Я не знаю; в том то и дело. Ты пробудил энергию души, такую же, как и у меня или Артема, но, как ты понял, она другая. В ней отсутствует, так называемый, пигмент. Поэтому твоя Энергия не серая, она как-бы никакая, не имеет окраса.

Леонов: Разве цвет потока, как-то влияет на энергию?

Александр: Не должен. Но не должен ровно так же, как и то, что энергия души всегда белого или черного цвета. Если точнее: любая энергия из-за своих особенностей имеет определенный цветовой пигмент. Но серого пигмента просто не существует. Твоя энергия «обезличена», если так можно сказать.

Леонов: Хорошо, допустим так. И что делать теперь с этим? Это опасно или что? Что происходило в подобных случаях?

Александр: Здесь мы с тобой встречаем следующую проблему: официально, подобных случаев не зарегистрировано.

Леонов: Но, вы ведь знаете, о чем говорите. И еще в офисе Сноу что-то заподозрили. Значит, какая-то информация все-таки есть.

Александр: Такой информации ты не найдешь нигде. В свое время мы изучили множество книг, в поисках ответов.

Леонов: Мы?

Александр: Причина, по которой я имею представление о происходящем в том, что среди моих знакомых был еще один человек с такой особенностью. Аргус тоже имел серый поток.

Леонов: Директор Аргус? Но если я правильно помню, его Энергия была не серого цвета.

Александр: Это из-за того, что он смог изменить цвет потока принудительно. Для этого нужно постоянно концентрировать Энергию на нужный пигмент, и тогда она сможет принять соответствующий окрас. Когда только Аргус пробудил энергию, он не предал этому значения и использовал ее такой, как она есть. Но когда ему нужно было переходить на руководящий пост, он решил, что лучше прикрыть эту особенность. О том, что у Аргуса нет пигмента энергии знали только те, кто работал с ним вместе в элитной группе.

Леонов: Но разве директор не пытался понять, почему так вышло?

Александр: Как я и сказал, пытался, но мы так и не выяснили, к чему может привести отсутствие пигмента, и влияет ли это вообще на что-то. Аргус не обнаружил ни минусов, ни плюсов данной особенности Энергии. Но учитывая все то, что сейчас происходит внутри Лиги, самое время начать хранить секреты.

Леонов: Но как мне держать это в тайне, если работа с Энергией и есть мое предназначение здесь.

Александр: Нужно будет добиться того, чтобы твоя энергия не отличалась от других, так как это сделал в свое время Аргус, но для этого потребуется много тренировок. И как понимаешь, ты должен будешь тренироваться отдельно от всех.

Леонов: Это то уж точно не проблема.

Закончив разговор на эту тему, и придумав специальный график тренировок, где Леонов будет тренироваться отдельно с Александром, они разошлись по своим дальнейшим делам.

Леонов долго не мог уснуть после сегодняшнего дня. Его атаковали мысли о том, что он может принести неприятности друзьям. Команду отстранили, косвенно по его вине, как он считал, а теперь еще, его энергия оказалась аномальной. И только ближе к утру, окончательно запутавшись в размышлениях, он уснул.

Правда, сон его очень коротким. Несмотря на то, что никаких мероприятий, в то числе и тренировок, запланировано не было, Александр уже с раннего утра разбудил Леонова, ведь им нужно было как можно быстрее научиться контролировать энергию.

Довольно быстро собравшись, Леонов вышел из комнаты и они с Александром направились на тренировку, проходя по еще спящей территории Лиги. Воздух был свеж, прозрачен и пах мокрой травой, не выделяя сегодняшний день чем-то особенным, а вот маршрут, однако, отличался от привычной дороги к тренировочному центру. Они свернули на старую аллею, где плитка потрескалась и поросла мхом, и вскоре перед ними возникло здание старой школы: двухэтажное, из тёмного кирпича, с высокими окнами здание, в которых тускло отражалось небо.

После постройки нового просторного комплекса это здание школы опустело, но при этом совсем не обветшало — его поддерживали в порядке, и оно даже сейчас хранило атмосферу ушедших дней. Александр без колебаний толкнул массивную дубовую дверь, и они вошли внутрь. В холле пахло пылью, старым деревом и тишиной. Стены украшали потускневшие плакаты с мотивирующими лозунгами и схемами, на полу лежал выцветший линолеум с потёртыми до бледности дорожками. Леонов шёл следом, внимательно разглядывая стоявшее, в одном из углов, на стенде оружие, и обратил внимание, что Александр сразу знал куда идти, не осматриваясь по сторонам в поисках нужной двери, а наоборот, редко останавливая взгляд на предметах, как-будто вспоминая что-то свое. Никто из ребят не знал, о том, когда Александр появился в Лиге, и, в общем-то, о его прошлом было мало, что известно, но Леонову было ясно, что когда-то Александр учился именно здесь.

Они поднялись на второй этаж и вошли в спортивный зал. Пространство было огромным и пустым; высокие окна, почти до потолка, пропускали рассеянный утренний свет освещающий сегодняшнюю пустоту старого забытого дома. Александр методично закрыл все двери на тяжёлые засовы, а затем опустил широкие жалюзи на окнах. Последние лучи солнца пробивались сквозь щели, рисуя на полу золотые полосы, и зал погрузился в полумрак, уютный и сосредоточенный, создав атмосферу, способствующую полностью концентрироваться на задаче.

Александр: Главное в работе с Энергией — это управлять ей, она продолжение тебя: не инструмент, не оружие, а часть твоей сути, как дыхание. Для этого ты должен уметь концентрироваться на ней, ощущать ее, как реальную материю, и уметь изменять ее. Все это предстоит познать вам всем, но так ты в особой ситуации, первые шаги, тебе придется изучить раньше всех. Сейчас две твоих цели: научиться призывать энергию сознательно, а затем — концентрировать её в искусственный пигмент. Начнем с задачи номер один. Энергия твоя часть и находиться внутри тебя, представь, что внутри тебя есть источник света. Попытайся найти его и мысленно заставь проявиться. Это рефлекторные действия: как ты заставляешь себя поднять руку, так и здесь. Главное — прими, что Энергия — твоя часть.