![Мой визави](/covers_330/57400174.jpg)
Полная версия
Мой визави
− Станислав Львович, Рома уснул, – произнесла няня, проходя в гостиную.
− Спасибо, Людмила Петровна. Я не знаю, во сколько я вернусь, поэтому оставайтесь до утра, – ответил я женщине, застегивая на запястье часы.
− Тогда можно мне в субботу выходной взять? Хотела к внукам съездить в гости.
− Конечно.
Прихватив телефон, вышел из квартиры. В «Линче» меня уже ждали Андрюха с Данькой. Два месяца без выходных и отдыха меня доконали. Я был на взводе, и сегодня намеревался эту ситуацию исправить, и никто мне не помешает расслабиться, даже Лика со своими истериками.
Глава 4
Такси останавливается у клуба. Я рассчитываюсь с водителем и выхожу из машины, вдыхая холодный воздух. Какая-та часть меня всё ещё стремится вернуться домой и забраться под одеяло, спрятавшись от всего мира, но я всеми силами подавляю это желание и шагаю по направлению ко входу. По пути замечаю парочку, которая бурно выясняет отношения, повышая голос и размахивая руками. Усмехаюсь и прохожу мимо них и охраны, которая проверяет паспорт, чтобы убедиться в моём совершеннолетии. Да, такое ещё случается со мной. Видимо, не выгляжу я на свой возраст. Избавляюсь от верхней одежды и, прихватив сумочку, прохожу дальше. Останавливаюсь, оглядывая с высоты лестницы открывшийся моему взору зал.
− Простите, можно пройти? – спрашивает парень, которому я невольно преградила путь.
− Конечно, − я отступаю в сторону. Он проходит вперёд, держа за руку ту самую девушку, с которой ругался пять минут назад на улице. Странные люди… Встречаются, влюбляются, ссорятся, расстаются, потом снова сходятся. Отчего это случается? Что они видят друг в друге, что снова и снова возвращаются к своим странным и непонятным отношениям? Что это? Любовь? Привычка? Больная привязанность? Или всего на всего страх одиночества?
− Ди-инка, – раздаётся знакомый голос сквозь толпу, и я, вынырнув из своих мыслей, вижу почти перед собой раскрасневшуюся от танцев и алкоголя Настю. – Ты чего здесь стоишь?
− Вас высматривала, – отвечаю подруге, перекрикивая музыку.
А дальше всё идёт по накатанной. Я примеряю на себя привычную роль веселья, улыбаюсь всей компании, смеюсь, танцую, стараясь вырваться из лап свои собственных демонов, что так терзают мой разум. Коктейли вливаются в меня один за другим, давая такое желанное чувство легкости и раскованности. Я танцую, отдаваясь полностью тяжелым битам, что бьют по моим перепонкам, перекрывая своим звучанием даже надоедливые мысли. Это то, что нужно. Спустя какое-то время меня начинает мучить жажда, и я, оставив девчонок дальше веселиться, отправляюсь к бару и заказываю очередной коктейль с апельсиновым соком. Обернувшись, сталкиваюсь с мужчиной и чуть не расплескиваю свой напиток.
− Бл*ть. Можно поаккуратней? – зло выругиваюсь, оглядывая своё платье: не осталось ли пятен.
− Если я не ошибаюсь, это ты на меня налетела, − произносит в ответ мужчина до боли знакомым голосом, и я, подняв взгляд, вижу Стаса.
− Ох-ре-не-ть. Стас, может, ты и правда маньяк? − крайне неожиданная встреча.
− Я удивлен не меньше твоего. Отдыхаешь? – усмехается мужчина, немного оттесняя меня к бару, чтобы не мешать проходящим мимо людям.
− Наслаждаюсь.
− Заметно, – он, ухмыляясь, бросает взгляд на мой коктейль.
− Может, присоединишься к нам? – я киваю в сторону столика, и он бегло кидает туда свой взгляд, быстро отворачиваясь.
− Нет, спасибо. У меня до сих пор не возникало желания зависать с малолетками, – и снова эта его ехидная усмешка.
− Ну, ты подожди, когда «соракет» стукнет. Такое желание непременно появится, – я делаю глоток из своего бокала и провожу пальцем по пуговицам на его рубашке.
− Сомневаюсь, но если тебе так хочется, можешь на это надеяться, – он перехватывает мою руку и отводит в сторону. Не смотря на грубость этого жеста, мне нравится, как ощущается его тёплая ладонь на моём запястье.
− Вы − откровенный хам, Станислав Львович, – протягиваю слова, облизнув губы.
− Жаль, что тебя этот факт так расстраивает, − он наклоняется и почти над ухом произносит. − Меня же не колышет, что ты ведешь себя, как развязная маленькая сучка.
− Может, мне это нравится?
− Так развлекайся, Болонка, я не останавливаю, – он снова улыбается, глядя прямо мне в глаза, и мне тут же вспоминается наш поцелуй, отчего я снова облизываю свои губы.
− Даже если бы пытался, не получилось бы, – отвечаю, смачивая пересохшее вдруг горло коктейлем.
− С тобой, конечно, весело, но меня ждут, – произносит Стас, недвусмысленно намекая, что разговор закончен.
− Ох, не смею задерживать ваше преохрененство, господин большой директор, – делаю шаг в сторону и взмахиваю рукой, давая понять, что «король» может идти.
− Болонка, я очень надеюсь, что это последний твой коктейль, потому что тебе явно достаточно.
− Надежда умирает последней, Станислав Львович, – я отсалютовала ему бокалом и, осушив его до дна, ставлю его на барную стойку и оставляю Стаса в покое. За столиком меня уже ждёт Баева. Ей, видимо, сегодня тоже не очень везет с мужской компанией. Она опрокидывает в себя очередную порцию алкоголя и с грустью посматривает в сторону девчонок, развлекающихся в компании двух мужчин.
***
Динка отходит от бара, а я, усмехаясь, потираю подбородок. Уж кого-кого, но эту девчонку я не ожидал сегодня встретить. Молодая, дурная, но язычок подвешен хорошо. За словом в карман не полезет.
− Привет! – подхожу к парням, здороваюсь, пожимаем друг другу руки.
− Наконец-то, ты соизволил нас почтить своим присутствием, – произносит Данька. Как давно я его не видел. Данил был двоюродным братом Андрюхи, и наша сегодняшняя встреча подкреплена поводом отметить его приезд.
− Не язви, работы до хрена. Приехал бы помог лучше.
− Да своей не обделен, – лыбится тот в ответ.
Мы разговариваем о работе, о знакомых, даже касаемся политики. Парни потягивают виски, а я изредка посматриваю в сторону зала, наблюдая за Болонкой. Девочка явно без тормозов. После нашей встречи у бара она вливает в себе ещё, как минимум, три порции коктейля. Развязно и откровенно танцует, пытаясь привлечь к себе внимание парня, что обнимает её подругу. Если она хочет найти на свою пятую точку приключений, то с таким поведением она добьётся желаемого в два счёта. Поддерживаю разговор, отвлекаясь от девчонки, и упускаю момент, когда у их столика начинается потасовка.
− Твою ж мать, – выругиваюсь, видя, что Болонка остаётся в центре этого беспредела и испугано озирается по сторонам.
− Стас, ты куда? – бросает мне в спину Андрюха, явно не понимая, что вынудило меня сорваться с места. Хватаю эту идиотку за руку и оттаскиваю в сторону от взбесившихся мужиков, которых уже разнимает подоспевшая охрана.
− Ты − идиотка совсем? Чего стояла, ждала? Чтобы и тебе влетело?
− Испугалась, – выдавливает из себя Динка, схватившись за мою руку. – Спасибо.
− На здоровье, – оставляю её на попечение подбежавшей подруги и, матерясь, возвращаюсь к своему столику.
− Это что за нимфа, которую ты спасал? – спрашивает Данька, стоило мне сесть на диван.
− Так, знакомая.
− Знакомая какой частью тела? – острит друг.
− Просто знакомая. Всё невинно, как у пионеров.
− Блин, − произносит Андрюха, глядя на дисплей своего телефона. – У меня тут дежурство завтра с утра нарисовалось.
− Домой, что ли, собрался? – вот и отдохнули, называется.
− Ага, выспаться надо. Операция в обед назначена, а хирург второй заболел.
− Ну, тогда закругляемся, − Данька с Андреем допивают свой вискарь, я же делаю лишь глоток из бокала, что тянул весь вечер. Мы расплачиваемся и выходим из клуба. Данька вызывает такси, и пока мы курим у входа, машина подъезжает.
− Звони, не теряйся, – говорю Данилу.
− Я вроде как решил обосноваться тут. Так что, буду светить своей рожей часто.
Такси отъезжает, а я достаю из кармана брелок, чтобы завести машину.
− Стас, есть прикурить? – оборачиваюсь на голос и вижу Болонку, которая стоит, прислонившись к стене здания, и безуспешно чиркает зажигалкой. – Сломалась… − констатирует она, пожимая плечами и выбрасывая бесполезную вещицу в сторону.
− Я думал, у тебя хватило ума уехать домой, – подкуриваю ей сигарету.
− Скучно, – девчонка снова пожимает плечами. Охренеть, скучно ей. У меня даже слов не находиться, чтобы ей достойно ответить. – Ты уезжаешь?
− Да. А что?
− Подкинешь до дома?
− Болонка, ты не охренела ли? Я таксистом не нанимался.
− Стас, не будь засранцем. Вечер, как понимаю, у нас двоих не задался.
− Интересные выводы.
− Ну, ты один и трезв. Значит, либо приезжал сюда по делу, либо тебе никого не удалось подцепить, как и мне, – она, пошатываясь, отталкивается от стены и выбрасывает в сторону сигарету. – Не будь козлом.
− Ты ещё окончание вечера предложи вместе провести.
− Почему бы и нет? Я не против.
− Зато я против. Меня не интересуют такие, как ты, – отвечаю, кривя губы. На месте её родителей выпорол бы как следует хворостиной по мягкому месту.
− Какие? – она вскидывает брови и делает неровный шаг. Её качает из стороны в сторону.
− Доступные, − отвечаю, ловя её за руку и не давая упасть. – Пошли, а то найдешь же приключений на свою задницу.
− А тебе, значит, нужна гора, которую нужно покорить?
− Девочка, все мужчины по своей сути охотники. А легко может достаться только падаль, – открываю перед ней дверцу машины, помогая сесть.
***
− Но спрос рождает предложение, не так ли? Это закон рынка, – отвечаю Стасу, как только он садится за руль. Голова кружится от выпитого, поэтому я стараюсь смотреть только вперед. Не хватало, чтобы меня ещё стошнило перед ним.
− По коммерции у тебя явно высший балл.
− Я уже не студентка.
− Значит, девочка взрослая, – и снова эта усмешка. Она уже начинает меня конкретно бесить.
− Да, и совершеннолетняя, не переживай. Ты женат?
− Нет.
− Врёшь. Такие мужики, как ты, не бывают холостыми. Хотя, если ты какой-нибудь извращенец или моральный урод, то всё вполне возможно, – продолжаю свои размышления вслух. Стас смеётся.
− Бардачок открой, там файл с ксерокопией паспорта. Можешь полюбоваться на штамп о разводе, – бросает мне в ответ, не отвлекаясь от дороги. Так как я жутко любопытная особа, особенно когда выпью, я, посмотрев недоверчиво в сторону Стаса, потянулась к бардачку, в котором на самом деле оказывается ксерокопия документа. Франц Станислав Львович. Оу, оу, да он − взрослый мальчик. Приходиться прикусить свой язык, дабы не сострить про его возраст.
− О, как! И чего ж тебя, такого красивого, одного оставили? – интересуюсь, возвращая бумаги на место.
– По той же причине, по которой тебя, такую красивую, никто не хочет, – не надо быть Шерлоком, чтобы понять, что эта сидящая рядом со мной сволочь видела, как меня отшил в клубе парень.
− Ты всё-таки скотина, Франц. Я бы тоже на месте твоей жены от тебя ушла.
− Может, это я от неё ушёл? – улыбаясь, отвечает Стас, посматривая икоса на меня.
− Ой, не пытайся выглядеть в моих глазах жертвой, не выйдет. Момент упущен безвозвратно, − он смеётся над моими словами, а я понимаю, что автомобиль уже плавно скользит по моему двору. Как же не хочется домой…
− Приехали. Вываливайся, принцесса.
− Может, всё же поднимешься на кофе?
− Нет.
− Второй раз не предложу.
− И это радует, не придется второй раз отказывать, – Стас кривит губы в усмешке.
− С таким характером, господин Франц, ты умрешь от недотраха, – отвечаю, выходя из машины.
− Всё лучше, чем от триппера, – он уже откровенно смеётся.
− Я бы поспорила. Но боюсь, тогда уже не дойду до квартиры. Спокойной ночи, Стас!
− Спокойной ночи! – слышится мне в ответ, когда я захлопываю дверцу автомобиля.
Глава 5
Чертов выходной. Может, мне вторую работу найти? Нет, ну а что? Всё лучше, чем сходить с ума в четырёх стенах. Головная боль после выпитого накануне прошла. Квартира убрана. Часы показывали всего два часа дня. До тренировки в фитнес-центре ещё куча свободного времени, а я, чёрт возьми, не знаю, чем мне заняться. Захожу на кухню и со злостью вытаскиваю упаковку муки. Я отношусь к той странной категории женщин, которых успокаивает процесс готовки. Возня с тестом, ингредиентами, умиротворяющий запах выпечки − мой личный дзен. Я, конечно, не знаю, куда я потом дену этот пирог. Неважно, может, собакам на улице скормлю. Главное, успокоиться и убить время.
Спустя два часа пирог готов. Ещё спустя час, вымыта посуда и вычищена вся кухня. На часах пять вечера, блин… Съев большой кусок пирога, набираю номер Баевой. Она не поднимает трубку: или на работе, или отлёживается после вчерашнего. Делать нечего, собираюсь и иду гулять по магазинам, заодно и мусор вынесу. Через два часа я завалилась домой с огромным пакетом, в котором лежит, наверное, добрая половина ассортимента местного продуктового супермаркета и новенький телефон. Откладываю новый гаджет в сторону и, прихватив спортивную сумку, отправляюсь в фитнес-центр.
Занятие проходит хорошо. Алина улыбчива и доброжелательна, только у меня, словно развивается невроз именно в этом помещении. Я всё время смотрю по сторонам, высматривая Стаса, и постоянно сбиваюсь с ритма.
− Я думаю, на сегодня можно закончить, – произносит Алина. – Всё отлично, только побольше собранности не помешает.
− Спасибо, я постараюсь, – отвечаю девушке, поглядывая на дверь. – Всего доброго, – улыбаюсь ей и отправляюсь в раздевалку. Ну, вот что за чёрт? Одергиваю сама себя. Ну и зачем мне сдался этот хам? Чего я все два часа его высматривала? Идиотка клиническая, честное слово.
Стоило мне зайти в квартиру, как раздался звук телефонного звонка. Баева оклемалась, видимо.
− Привет!
− Динка, ты завтра занята? Ну, то есть работаешь?– без приветствия произносит Настя, по звукам и частому дыханию она явно куда-то спешит.
− Нет, а что?
− У меня тут билет свободный нарисовался на открытие выставки Эрнесто Моро, и я очень на тебя надеюсь.
− Во сколько нужно быть готовой?
− О, наш человек! – восклицает подруга. − Савельева, я тебя обожаю. Будь готова к пяти, я за тобой заеду.
− Договорились.
− Всё, я побежала, целую в обе щёки, – запыхавшись, проговорила Настя.
− До завтра.
Галерея встретила нас шумом. Народу было много, все прохаживались по залу с бокалами шампанского в руках и разглядывали картины молодого талантливого художника. По крайней мере, таким он был заявлен на афише.
− Как понимаю, мазня не очень, раз шампанское через края плещется? – я окинула взглядом переполненный зал и невольно скривилась.
− Ой, Дин, ты сюда попытки творчества пришла рассматривать или с нужными людьми знакомиться? Мне вот на эти шедевры живописи плевать. Я надеюсь уболтать директора холдинга «Восток» на новый контракт.
− Пусть твоё руководство об этом заботится. Тебе-то какое до него дело?
− Ой, Савельева, ты точно блондинка, не тупи. Если я его приведу в фирму в качестве клиента, то мне и процент от сделки хороший в карман упадёт, и место директора отдела гарантированно. А ещё он симпатичный.
− Три зайца одним махом? А не много ли для тебя, Баева?
− В самый раз, пошли, – Настя потянула меня в центр зала и принялась знакомить с теми, кого знала, попутно включаясь в разговор других компаний, при этом ещё успевала обмениваться визитками и мило улыбаться.
Спустя какое-то время, приговорив пару бокалов с шампанским, я уже рассматривала висевшие на стенах картины с неким интересом. Чувствую, ещё пара порций алкоголя, и я начну искать в этой мазне глубокий философский смысл, а ещё через пару − его найду.
− Болонка, только не говори, что ты интересуешься живописью? – можно было не гадать, кому этот голос принадлежал.
− Франц, всё-таки в тебе есть наклонности маньяка. Ты меня преследуешь? – обернувшись, я встретилась взглядом со Стасом, которого явно веселила наша внезапная встреча.
− И тебе добрый вечер, принцесса! Судя по тому, что это ты мельтешишь последнее время перед моими глазами, у меня закрадываются совершенно иные мысли. Кто кого преследует, это разобраться надо, – он иронично приподнял левую бровь, чем ещё больше меня взбесил.
− Стас, а у тебя голова часто болит? – мило улыбаясь, обратилась я к своему собеседнику.
− А что? – недоумение так и сквозило в его голосе.
− Да, думаю, корона тебе голову сильно жмёт.
− Считаешь, пора размерчик сменить? – спросил Франц, еле сдерживая смех.
− Скорее самомнение умерить.
− Мне и так хорошо живётся. Не вижу смысла себя в чём-то ограничивать.
− П-ф-ф, – от такой наглости и уверенности в себе у меня просто пропал дар речи.
− Вот он − взрослый ответ взрослой девушки, уважаю, – усмехнулся Стас, а я, насупившись, отвернулась в сторону. Он, молча, потягивал шампанское, с ехидной ухмылкой на губах поглядывая в мою сторону, и я не выдержала.
− Всё? Закончилось остроумие или мне ещё помолчать?
− Ой, Болонка, твоё молчание было бы настоящим благом для окружающих, но, как понимаю, быть милостивой к обществу ты не намерена.
− Ты хам, Франц! Причём самый настоящий.
− Твоя симпатия ко мне не взаимна, увы, – насмешливо произнесла эта сволочь и отсалютовала мне бокалом. − Так что это за смена локации: из ночного клуба на культурное мероприятие?
− Стараюсь просвещаться, Станислав Львович.
− И как? Получается?
− Ну, либо я ничего не смыслю в искусстве, либо это, – я махнула рукой в сторону картины, – всего лишь разлитая из банки на холст краска, – Стас рассмеялся, уже не сдерживаясь.
− Не ожидал увидеть тебя на таком сборище. Может, ты ещё и в театры ходишь? – ирония из него хлестала, как из фонтана.
− А ты у нас ценитель искусства?
− Боже упаси. Присутствие на подобных мероприятиях – это, скорее, вынужденная необходимость. Никогда не знаешь, знакомство с какими людьми тебе пригодится.
− Я тут с подругой, точнее, по её просьбе.
− Ну, тогда желаю успехов в просвещении, – улыбнулся Стас и направился в другой конец зала, к компании мужчин.
Через два часа, насытившись вдоволь созерцанием современной живописи, Баева вызвала такси, а я, сев в машину, устало отвернулась к окну. Разговаривать не хотелось. Да и честно говоря, было не с кем. Настя щебетала по телефону, наигранно смеясь и флиртуя. Домой не хотелось. При мысли, что я снова окажусь в одиночестве в четырех стенах наедине с собственными мыслями, бросало в холод.
− Простите, а можно повернуть на улицу Ленина? – обратилась я к водителю.
− Ты куда собралась? – спросила Настя, прикрыв рукой динамик на телефоне.
− В «Линч», − отвечаю, снова отворачиваясь к окну. Баева заканчивает свой разговор и, наконец, переключает своё внимание на меня.
− В честь чего праздник? Тебе же на работу завтра.
− Плевать.
− Неожиданно, конечно. Но… пох*й, пляшем? – произносит Баева, растянув губы в ослепительной улыбке.
Громкая музыка, беснующиеся на танцполе люди, полумрак и разноцветные всполохи света − всё это до боли напоминает «Эру», отчего тут же неприятно колет в груди. Заказываю бокал за бокалом, пытаясь залить таким образом свои воспоминания, и снова возвращаюсь на танцпол. Когда я в очередной раз возвращаюсь к бару, Баева уже сидит в окружении двух мужчин, один из которых начинает меня «клеить» стандартными и неоригинальными подкатами.
− Может, на брудершафт за знакомство? – обращается он ко мне.
− Да запросто, – мы выпиваем и целуемся, откровенно, грязно и неприятно.
− Я хочу танцевать, – выкрикиваю я, хлопая по столу ладонью.
− Так пошли, детка, зажжём этот танцпол, – произносит мой новый знакомый, беря меня за руку и вытаскивая из-за стола. Наши танцы такие же, как поцелуй: пошлые, грязные и откровенные. Его руки лапают меня за бедра и грудь. Он прижимает меня к себе слишком тесно, а я лишь закрываю глаза, позволяя ему всё. Если бы эти чужие руки помогли мне забыть прикосновения Артёма… Если бы… могли вытравить все мысли, вытеснить давящее одиночество. Алкоголь ударяет в голову до состояния «карусели». Я смеюсь и повисаю на руках незнакомого мужчины, а потом и вовсе не совсем понимаю, куда он меня ведет. Он что-то шепчет мне на ухо, целует мою шею. Мне до рвоты противны его мокрые губы, скользящие по моей коже, но оттолкнуть или прекратить это нет никаких сил. Может, это и к лучшему. Я открываю глаза, стараясь оглядеться, и понимаю, что мы в кабинке туалета.
− Детка ты сверху, окей? – говорит мой спутник, спуская джинсы и устраиваясь на крышки унитаза. – Ну же, иди ко мне, – он притягивает меня к себе и, задрав платье, сжимает мои ягодицы. – Блин, у меня в кармане резинка, достанешь?
− Дай минуту, мне плохо, – я делаю шаг назад, пока он старается достать презерватив из кармана, и, почти вывалившись из кабинки, натыкаюсь на раковину, в которую меня и тошнит. Голова кружится. Прополоскав рот, сажусь на холодный пол и почти отрубаюсь, даже не соображая, куда подевался мой спутник.
− Дин, Ди-инка-а, вставай, – насилу открываю глаза и вижу перед собой Настю. – Ну, ты даёшь мать. Тебе плохо? – я лишь утвердительно качаю головой. – Этот урод тебе что-то сделал?
− Нет, – выдавливаю из себя, поднимаясь с пола.
− Умойся холодной водой и пошли, такси уже ждёт.
− Насть, который час? – спрашиваю подругу, как только мы садимся в машину.
− Три уже.
− Бл*ть, – произношу, со стоном откидывая голову на сиденье.
− Хреново тебе будет утром, – говорит Баева, вторя моим мыслям. Капитан очевидность, блин.
− Даже боюсь представить.
− Держи, – Баева вытаскивает из сумочки таблетки и протягивает мне. – Хорошо от похмелья помогают, проверенно. Одну сейчас выпей, одну утром, и будешь, как огурчик.
− Спасибо.
− Обращайся.
Глава 6
Я занимался рабочими вопросами, когда раздался звонок из дома, и Людмила Петровна взволнованным голосом начала что-то быстро говорить.
− Людмила Петровна, я ничего не понял, помедленней, пожалуйста, – шум автомобилей на заднем фоне делал дрожащий голос няни ещё более неразборчивым.
− Станислав Львович, я пришла за Ромой, а учительница говорит, что его уже забрали.
− Кто? – я едва не подскочил со своего места.
− Я не знаю. Рома ей сказал, что за ним пришли, и вышел из школы с остальными детьми. Она думала, что я его встречаю у ворот.
− Твою ж, − я выругался, сжав в руке трубку. – Людмила Петровна, успокойтесь, я еду, − схватив ключи от машины, направился прочь из офиса, понося по пути и няню, и эту долбаную школу с их безалаберными учителями. Подавляя в себе накрывающее меня волнение, я всё больше вдавливал педаль газа в пол, двигаясь по направлению к школе.
Уже подъезжая к школьным воротам, в кармане завибрировал телефон. С*ка, совсем не вовремя. Выругавшись, вытаскиваю его из кармана. На экране высвечивается сообщение от Лики, в котором она извещает меня, что забрала Рому из школы. Вот же… Шумно выдыхаю, запрокидывая голову, потираю переносицу. Что она за человек такой? Почему она никогда не делает всё вовремя? Набираю её номер.
− Вы где? – вместо приветствия рычу в трубку.
− И тебе здравствуй, Стас.
− Лика, вы где?
− В сквере, недалеко от школы, а что? – не отвечая, сбрасываю вызов и захожу в школьный двор. На скамейке сидит няня, вытирая носовым платком слёзы.
− Людмила Петровна, – окликаю женщину.
− Станислав Львович, Рома нашёлся?
− Нашёлся. Успокойтесь, пожалуйста. Его Анжелика забрала, только что сам узнал.
− Ох, − она снова опустилась на скамейку, прижимая ладонь к груди, – чуть окончательно не поседела.
Успокоив и отпустив няню на незапланированный выходной, я направился в сквер.
− Папа, – закричал Ромка и кинулся ко мне, а высвободившись из моих рук, снова побежал на детскую площадку.
− Лика, ты могла сразу предупредить, что в городе и собираешься забрать Рому из школы? Почему я узнаю об этом, когда Людмила Петровна уже в истерике, а меня трясет от тревоги за сына? – обратился к бывшей жене, едва не скрипя зубами от злости.
− То, что ты забрал Рому себе, не значит, что я не имею права видеть сына! – выдала эта безмозглая курица с таким видом, словно это истина в последней инстанции. Желание сомкнуть пальцы вокруг её тонкой шейки стало почти непреодолимым, или, как минимум, наорать и отвести душу, выплеснув бурлящие во мне эмоции. Но, посмотрев на её довольно уже выступающий живот, я сделал глубокий вдох и постарался успокоиться.
− Во-первых, тебе никто не запрещает видеться с Ромой. Во-вторых, решение о том, что ребёнок будет жить со мной, было принято нами сообща. Тебя всё на тот момент устраивало. В-третьих, немного включай мозги хоть иногда. Ты никого не предупредила. Как я мог понять, что с ребёнком всё в порядке? Да я пока до школы ехал, думал, с ума сойду. Уже все варианты событий перебрал, вплоть до похищения.