![Темный Союз](/covers_330/56801386.jpg)
Полная версия
Темный Союз
– У него имя есть, – Варлаг тоже встал. – И тебе оно ведомо.
– Собирайтесь и ступайте в залу обладания. Оба. – Ниама развернулась и выпорхнула из комнаты.
– Вот же каналья этот Катэль! Из всех в Высьдоме именно ее подослать, – сокрушался Варлаг, когда шаги в коридоре стихли.
– Не будь таким грубым и не защищай меня постоянно…
– А то что? – удивился Варлаг. Ему хотелось пошутить, но по выражению Фера он понял – момент неподходящий.
– Для тебя это добром не кончится.
– Ладно, Фер, хватит. – Парень сжал кулаки. – Пойдем, не будем заставлять их ждать. Выслушаем, что они решили. Будем использовать дипломатию. Стой за мной, не спорь, мы справимся.
Они быстро собрались, привели себя в какой-никакой порядок и двинулись навстречу судьбе.
Фер ссутулился, как обычно, и молча шел за Варлагом. Тот, в свою очередь, не стал рассказывать ему про вернувшийся (пусть и во сне – это же сон?) голос.
Принц задумался и не заметил, как они очутились у больших дверей, ведущих в залу испытаний, которая менее месяца назад предопределила их участь.
На миг оба замерли.
– Фер, – только и произнес Варлаг, – ты готов?
– Нет, как и в прошлый раз, – честно признался тот, – в ночь испытания.
– Мы так послушно приперлись сюда… – Принц даже усмехнулся от досады. – Пара барашков на заклание.
– Как будто бы у нас есть иной выбор.
– Не хочешь со мной этим поделиться? Вчера столько всего произошло, нам даже не удалось поговорить о том, что…
– Что я натворил? Да, знаю, поступил, как полный дурак. Прости, мне не стоило сбегать вот так.
– Я тебя простил еще в тот момент, когда обнаружил в повозке.
– Варлаг… – Он вздохнул. – Я рад, что ты мне не дал совершить глупость.
– И поэтому теперь не собираешься бежать от… судьбы?
– Ты ведь рядом… и защищать меня – похоже, отныне твой удел. – Фер улыбнулся, двигаясь к запертым дверям. – Вместе, как и всегда?
– Еще спрашиваешь! – Варлаг поспешил за ним.
***
Принц постучал, жестом попросил Фера подождать и первым приоткрыл дверь. Катэля он не обнаружил, но увидал старика в черном – того, кто прибыл вчера ночью и привез клетку с Фидес.
– Войдите наконец! – раздраженно рыкнул конксур. – Или весь день решили в дверях торчать?
Варлаг и Фер постарались побороть волнение, затем вошли. Двери за ними закрылись, парни будто бы оказались в ловушке. Стало не по себе, но Варлаг собрался с духом и бегло оглядел комнату. Зала немного переменилась: реликты обладания убрали с постаментов.
“Интересно, куда их перенесли?” – Варлаг так и рассчитывал испортить Зеркало, чтобы оно не смогло определять носителей.
В центре поставили небольшой деревянный стол, за которым и восседал старик. Поверхность оказалась пуста: никаких книг, свитков, как и чего-то еще – пригодного для обучения или… поглощения обладания Фера, если только не считать поднос с кувшином (там вино, не иначе) и кубки – вот и все, что приготовил Грегор Гротт. Похоже, их ждала лишь беседа, но, судя по тону конксура, не самая приятная.
– Меня зовут Грегор Гротт. Я – глава плеяды конксуров Эльфината и наших союзников. – Старик глянул на Варлага и Фера. – Можете звать меня просто – учитель, формальности этикета нам ни к чему. Я же назову вас так, как сочту нужным. Это понятно?
– Да, учитель, – откликнулся Варлаг.
– А ты что, немой? – обратился старик к Феру, который либо растерялся, либо принял советы Варлага помалкивать слишком уж буквально. – Или глухой?
– Нет, учитель, – севшим голосом сказал Фер, – ни то, ни другое.
– Громче! – Он, чернявый, облаченный в темные одежды, напоминал хищную птицу, серебристая бляха в виде щита и меча на груди (в которой Варлаг распознал работу мастеровых-нударов) холодно поблескивала, прямо как и взор старика – нет, ни капли не затуманенный, уставший и рассеянный, а напротив – собранный, жесткий, колючий, разъедающий…
Вот это да! Конксур же трезв как стеклышко! Если бы они не застали его вчера пьяным вусмерть, то подумали бы – этот мужчина и капли хмельного не выпьет. Это плохо! – как Варлаг предполагал и опасался. Гротт – мастер своего дела, попойка не смогла бы помешать ему вершить должное, то, для чего он сюда заявился.
– Мы рады с вами познакомиться, учитель, – спокойно сказал Варлаг, он говорил учтиво, как и подобало принцу. Фер за его спиной молча кивнул. – Меня зовут Варлаг, я – принц Гладии.
– Я эльвин, – промолвил друг чуть громче. – Звать Фердорча.
Варлаг, покуда Гротт вперился взором в Фера, продолжил изучать обстановку: среди колонн молчаливо затаились эльвины Гротта – до чего же одинаковые, безликие даже! – безучастные, молчаливые, в форме Конксурата. Он и Фер окружены. Если что пойдет не так, сбежать не получится.
– Что ж, теперь, когда мы друг с другом знакомы, поболтаем о том, о сем. – Гротт натянуто улыбнулся. – Я знаю, у вас много вопросов, возражений, еще какой-то юношеской чепухи в головах, пока что набитой коровьим пометом, но я не хочу утруждать себя рассказами и пояснениями. С этим пусть разбирается ваш ментор – Катэль. Договорились?
– Да, учитель! – ответили парни.
– Мы не будем тянуть эльфов за уши. И сразу перейдем к делу… – Гротт встал и сделал пару шагов в сторону друзей. Варлаг нахмурился и напрягся, чтобы парировать любую выходку старика, хоть он и не знал, как и что тот сделает, тело его приготовилось.
Конксур смерил их суровым взглядом и вернулся к столу, взял кувшин с вином и, держа его в руке, обратился к ним:
– Как насчет смочить горло?
Варлаг и Фер помотали головами.
– И правильно. – Гротт наполнил кубок и залпом втянул точно уж добрую половину. – Это мешает обладанию, ну, для таких птенцов, как вы… – презрительно пояснил он, полностью прикончив остаток.
– Что теперь, учитель? – Варлаг по-прежнему старался сохранить учтивость.
– Хм, так не терпится? Перейдем к нашему занятию, – прохрипел тот, глянув куда-то за колонны. Фер и Варлаг никого там не заметили.
– А как насчет моего друга, Фера?
– О, ты решил, будто я поглощу его эскуру прямо сейчас или, гм, сегодня за обедом? – Конксур рассмеялся, но Варлага это ничуть не забавляло.
– Как вы это сделаете? И когда? – более требовательно уточнил он. – Учитель… – добавил принц, чтобы не злить старика лишний раз.
– Когда все будет готово… – туманно ответил тот, глядя далеко не на юношей, а на вино. – И это сделаешь ты. Самолично.
Варлага как громом поразило. Конечно! Как он мог упустить такой вариант? Чтобы завершить обучение и стать конксуром – надлежит пройти какое-то испытание (настоящее, а не подобное представлению с реликтами, если только не учитывать, что с Фером не случилось беды). И вот оно. Вряд ли бы Гротт вручил ему грамоту с восковой печатью, а Катэль и другие ученики, включая Ниаму, радостно бы хлопали, слушая его торжественную речь с благодарностями.
– Я понимаю, вы – близкие друзья и все такое… но, знаешь ли, мне плевать. Судьба каждому приготовила проверку на прочность. И такова цена, не столь уж высокая, поверь. Хочешь стать конксуром? Вот и настал твой час!
– Я этого не сделаю! – Варлаг едва сдерживался, старик раздражал его всё сильнее. Грубый, высокомерный и напыщенный – вот он какой. Это ж надо, до такого додуматься! – он так упорно старался сохранить обладание Фера, а теперь – станет тем, кто отнимет у друга самое важное…
То, что он прознал про Фидес – больше не казалось ему весомым козырем, использовать это против конксура сейчас нельзя, да и незачем. Пытаться убедить старика в чем-либо – дело бесполезное, на сделку или компромисс тот не пойдет – ведь Варлагу нечего предложить…
Хорошо только то, что времени теперь чуть больше, а исход зависит от него самого.
“И у такого учителя мне предстоит обучиться столь сложному обладанию?! Уж не лучше ли отказаться? Плевать я хотел на конксурию, на обладание, на Катэля и на тебя, хитрый старикан!”
– Варлаг, не надо, – вмешался Фер, будто понял, о чем тот думает. – Успокойся, прошу! Я даже рад, что это сделаешь ты… Правда!
– Он мне нравится больше, чем некоторые заносчивые принцы, – заключил Гротт, переключив наконец внимание с вина на Фера. – Твой друг хотя бы понимает что к чему!
– Понимает? А вы понимаете, что предлагаете?! Вы нас вообще не знаете, учитель! Вам невдогад, через что мы прошли…
– Довольно, мальчики! – рявкнул Гротт точно пес. – Весь этот юношеский порыв страстей мне надоел. Давно я не имел дел с таким возрастом, когда уже и щетина есть, а сопли так и текут из всех щелей. – Вот так на! Нянчиться с ними он точно не собирался. – Риган! – крикнул мужчина тут же, призывая кого-то из своих – властно и громко, это даже Варлага заставило вздрогнуть. Вестимо, этого Ригана он искал глазами чуть ранее.
Из-за колоннады возник некто в такой же черной форме с серебристой бляхой на груди. Но то оказался никакой не эльвин, а зунар: видом чуть старше Варлага и Фера.
Вечером, среди прочих прибывших, парни его не заприметили – наверное, он пришел позже или его лицо скрывал капюшон.
Высокий и крепко сбитый мужчина мог бы сойти за статую какого-нибудь легендарного героя, только вот лицо его, некогда красивое, покрывали многочисленные неровные шрамы – расползающиеся уродливыми звездами следы ожогов. Поцелуи огня виднелись не только на лице, но и на руках с шеей. Его более чем смуглая кожа только подчеркивала глаза – холодные и голубые точно у северян – до чего же странное сочетание.
Кто он такой? Обладатель – это бесспорно… Ликвидатор? Фанатик? Наемник?
Ну уж точно не конксур! Калидит? Возможно…
И что тогда обладатель огня делает в чужой плеяде?
Хотя присутствие того, кто бы с легкостью атаковал, дабы защитить отряд в беде, – решение вполне резонное, учитывая, что эльвины ордена – без капли силы, а сам Гротт мог бы и не успеть поглощать атаки неприятелей налево и направо.
А есть ли еще другие обладатели среди них? Это могло многое усложнить, если задуматься о побеге и преследовании – мало чтоль Катэля и стражников-калидитов из Легиона?
Тип по имени Риган оставался безучастен и спокоен, едва ухмыльнулся и растопырил пальцы. Пламя вспыхнуло меж них, и его сгусток полетел в сторону Варлага и Фера, просвистев над их макушками и врезавшись в одну из колонн.
– Что за?! – выкрикнул Варлаг.
– Ты разве не слыхал про битвы обладателей? – спросил старик, приподняв брови. Казалось, нападение ручного калидита на учеников прямо в стенах академии его ничуть не заботило. – Первый раз – предупреждение, второй раз – поражение! – Гротт глумился. – Останови его, Варлаг, – велел он. – Я же предупредил, мы начинаем занятие, разве нет? Останови его!
Риган опять приготовился к атаке.
Выходка что надо! – конксур сразу дал понять принцу, что враг не будет мешкать и ждать, пока ты используешь силу или попытаешься собраться с мыслями. Он атакует, и все – без предупреждений и сожалений. Острая ситуация и нахождение в зале обладателей, которая пробуждает способности, должны заставить силу Варлага вырваться и проявить себя. Этого и хотел Гротт – посмотреть, с чем придется иметь дело. И коли так, придется ему показать.
Варлаг отодвинул друга и вышел навстречу противнику.
– Ты сможешь, – прошептал Фер.
Варлаг прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Парень боялся одного – Фер мог сорваться. Удастся ли ему остановить эскуру в таком случае? А Гротту? Хватит ли у главы “Щита” силенок совладать с ней? Или же этого старик и добивался, чтобы вновь унизить принца, показать собственное превосходство?
“Сейчас нужно действовать. – Он постарался отбросить переживания и очистить разум. – А если что и пойдет не так, пусть великий учитель демонстрирует мастерство!”
Голод. Его снова нужно пробудить. Варлаг вспомнил сегодняшний сон и тот голос: утробный, глухой, хором поднимающийся из бездны. Припомнил, как открывал клетку Фидес, погасил пламя Ниамы, остановил эскуру Фера в ту злополучную ночь испытания.
– Не закрывай глаза, дубина! – заорал Гротт, и Варлаг широко раскрыл их, на миг ослепнув от яркого зарева и задохнувшись от жара. Пламя выпущенное калидитом застыло в нескольких пальцах от него, а через миг развеялось. Воздух, как и в прошлые разы, стал тягучим. Звуки смолкали. Лица Фера, Гротта и Ригана расплывались. Конксурия пробудилась.
Съесть…
… Пламя!
– Еще! Потуши его сразу, не давая вырваться из рук!
Варлаг собрался с силами, но все уже плыло перед глазами настолько, что понять – какая из двоящихся фигур калидита реальна – почти невозможно. Это его предел на данный момент. Другую такую же мощную атаку калидией он наверняка не отразит!
Но принц не собирался сдаваться. Каждую думу, переживание и снедающую его ненависть он направил на оппонента. Прямо в его опаленные собственным огнем руки. Не вышло, пламя не погасло. Чувство голода покидало Варлага. Вот же!
– Подожги второго мальчишку! – рявкнул Гротт.
Фер закричал. Варлаг ужаснулся, увидав волны жара, которые окружили друга. Миг, и они стали быстро сжиматься, воздух заискрился.
Это не фарс! А промедление недопустимо. Страх и боль дадут эскуре вырваться и… кошмар повторится! Но остановить ни то, ни другое Варлаг не сможет, он чувствовал предел собственных возможностей. Вмешается ли тогда Гротт? Или продолжит лишь наблюдать, презрительно насмехаясь?
– Это безумие! Хватит!
Но Гротт стоял на своем. Даже бровью не повел и не дал калидиту-прихвостню знака, чтобы прекратить пытки.
Варлаг кинулся к Феру, пытаясь потушить огонь ногами, ладонями, чем угодно – нельзя дать эскуре проявиться – что еще ему оставалось?
– Только не бойся! Я с тобой! Все обойдется! – прерывисто дыша, выпалил он.
Фер кивнул, но слова не могли унять его панику. Эльвин ясно понимал – конксурия друга истощилась.
– Стой смирно…
Но это не помогало. А огонь потянулся к Феру, заключенному в эту ловушку. Вот и его одежда вспыхнула!
От едкого дыма, жара и досады у принца заслезились глаза. Он, не обращая внимания на укусы пламени, продолжал затаптывать его – совершенно бесцельное занятие, ведь у огня калидита нет источника горения – горел сам воздух! Конксурия и связанные с ней ощущения испарились, она больше не откликалась на зов, как ни пытайся.
Он не мог ее контролировать даже в таком опасном положении, не мог призвать по желанию, потому что не получалось сконцентрироваться – Гротт и Риган отвлекали его – намеренно, безусловно…
Эмоции захлестывали его, не давая действовать холодно и решительно, чего ждал и требовал Гротт. Тут старик добился желаемого, дал Варлагу ощутить себя жалким и никчемным. Какова же власть – мочь унижать каждого: правителей, обладателей – никакой разницы! И что ему какой-то там принц?
– Хватит, пожалуйста! Я не смогу! – крикнул парень. – Я понял ваш урок! Прошу, учитель! Простите!
Но конксур ничего не ответил, а продолжал взирать строго и безжалостно.
Стало ясно, он не прощает. Слова Фидес о том, что этот человек плохой, пульсировали в сознании.
“Неужели ему этого недостаточно?! Он хочет, чтобы я упал на колени и молил его? Пусть так! Я это сделаю!”
Даже безумный, казалось, Риган на секунду замер, призванный им огонь стал угасать.
А вот тени, прямо как во время испытания, начали сгущаться вокруг Фера. Они закружились в пляске и, коснувшись круга калидии, растворили ее, оставив лишь едкий черный дым.
Страх и боль снова пробудили эскуру, которую все это время Варлаг пытался утихомирить, ограждая Фера от того, что могло бы ему навредить. Сколько трудов насмарку! Старик все испортил.
Фер оттолкнул Варлага, упал и пополз в сторону, ощущая собственную мощь и понимая – эскура вот-вот вырвется. Значит, жди беды.
Калидит снова развел руки, пламя и жар стали виться вокруг обоих парней. Языки дергались, становясь больше и больше, – огонь змеей скользил по плитам, зажимая их в кольцо и устремляясь выше и выше.
Так бывает только в сказаниях, когда к героям приходит неведомая сила в час нужды и отчаяния, но то, что случилось сейчас, оказалось вполне объяснимо. Варлаг ощутил прилив надежды. Тепло и свет наполняли его разум и тело.
Катэль! Варлаг взглянул наверх и увидал удаляющуюся фигуру эльфа. Как давно тот следил за ними и выходками Гротта? Почему не вмешался раньше?! Нельзя давать Феру использовать эскуру. Друг уже не слушал никакие уговоры, теперь так просто его не успокоить!
“Я ведь не просто конксур! – Варлаг встрепенулся. – Еще есть кое-что!”
Если конксурия не желала подчиняться, а безумный старик продолжал издевательство, не давая пощады, нужно использовать силу более простую и податливую – ту, про которую он запамятовал, упорно полагаясь на поглощение… Сейчас ему нужна террестрия!
Ярость и гнев, обуревающие Варлага, вырывались почти как пламя Ригана, только оставались незримыми.
От него в четырех направлениях понеслась волна. Пол под ними сперва задрожал, а затем треснул. Что-то загрохотало сверху, каменная пыль вихрем закружилась вокруг Варлага. Она потушила пламя калидита и ринулась к источнику – обладателю, а следом за ней поползли черные путы теней. Пыль застыла в воздухе и развеялась, будто ее сдуло ветром.
Варлаг оглянулся. Все закончилось не так, как на испытании. Фер не кривился от боли и страданий, не плакал и не кричал, а стоял прямо, его глаз, который карий, горел фиолетовым светом.
Риган выпустил мощный поток огня и жара, но столкнувшись с эскурой, его пламя просто взорвалось, отбросив калидита как тряпичную куклу и наградив новыми ожогами.
– А вот теперь хватит, – наконец проговорил старик. Он даже не встал из-за стола. Рукой не повел, ни один мускул на его строгом лице не дрогнул. Только жила запульсировала на лбу.
Варлаг ощутил давление, окружающее его пространство стало таким тяжелым и пустым. Его самого, Фера и Ригана, пытающегося подняться, прижало к земле. Остановилось все, даже время, а воздух как будто выкачали из легких. Голос конксурии, который Варлаг слышал до этого не единожды, из привычного шепота превратился в крик, да такой мощный! – от него раскалывалась голова. И ни одного слова не разобрать! Сплошной вой.
После и давление, и голоса стихли – так же быстро, как и нагрянули. Сердце неистово билось, колотилось о грудную клетку, точно собиралось выскочить наружу. Юноша осмотрелся: последствия битвы обладателей исчезли, словно ничего и не произошло.
Фер невредим, как и его одежда, он так же тяжело дышал, испуганно смотря Варлагу в глаза и сжимая плечо друга. Риган поднялся на ноги (ожогов у него, конечно, не убавилось, ведь получены они задолго до этого дня), но в целом зунар – в полном порядке.
Эльвины за колоннами стояли статуями, никто из них не пошевелился – ни во время поединка, ни после его окончания. Мощь конксурии Грегора Гротта никакого эффекта на них не возымела, ведь обладания в них нет. Поэтому солдат и не отшвырнуло в разные стороны? Как это вообще работает?
– Вы уж зла на меня не держите. – Гротт подошел и помог друзьям подняться.
Варлаг сжал протянутую руку старика крепче, чем требовалось. Сдаваться парень не собирался, как и прощать подобные зверства. Гротт даже не подал виду, когда его пальцы хрустнули, продолжая ставить принца на место.
– Надлежит знать, что за материал мне достался. – Конксур пожал плечами.
– Можно как-то помягче это делать?! Иначе материал может сломаться! – огрызнулся Варлаг. – Фер, ты как?
Тот лишь сделал жест рукой, намекая, мол, тоже жив-здоров.
– Использовать террестрию разумно, – похвалил Гротт. – Тебе просто с этим повезло.
– Спасибо, учитель, – сухо отозвался тот. – Да, я – невероятный баловень судьбы.
– А ты тоже, малой, не промах, – обратился он к эльвину. – Надеюсь, вы теперь оба поняли что да как? Так ведь?
Фер потупился.
– Конечно, вы думаете – какой ужасный и жестокий старик! Особенно ты! – Гротт резко повернулся к Варлагу. – Но хочу сказать еще одну вещь, которую тебе стоит уяснить. Если ты еще не понял, у нас нет времени читать книжки и пить чай в саду на беседке, что вы тут три года и делали с Катэлем! – Гротт ощетинился, будто это Варлаг только что напал на него.
Мужчина приблизился почти вплотную, пожирая взором саму душу.
– Нас, конксуров, осталось четверо, включая тебя, щуренок! И это еще много, к твоему сведению. И скоро тебе предстоит занять мое место, потому что больше некому. И твою конксурию надо развить так, чтоб волосы в носу у джархи колыхались, когда ты поглощаешь силу. Понял?
– Я никому ничего не должен. – Варлаг ответил старику таким же суровым взглядом.
Голова немного кружилась, но требовалось вернуть четкость мыслей, чтобы найти управу на ополоумевшего деда, который их чуть не прикончил.
– И ты должен поглощать обладание, а особенно – эскуру! – как ни в чем не бывало продолжил Гротт, не обращая на слова нового подопечного ни малейшего внимания. – Именно для этого мы, конксуры, и живем. Ты знаешь, почему одни становятся обладателями, а другие лишены этого дара?
– Досконально нет. Есть много теорий, но…
– Потому что обладание не берется из ниоткуда. Почему ты облажался сегодня по полной во второй раз? В третий? – Старик навис над ним и Варлаг ощутил безо всякой конксурии нарастающее напряжение и давление. – Потому что наша сила просыпается лишь тогда, когда рождается очередной носитель. Не в прямом смысле, а когда сила готова пробудиться в ком-то… – Он развел руками и отошел подальше. Фер и Варлаг судорожно выдохнули. Слова Гротта их поразили, а еще оба ощутили облегчение, потому что давление, исходящее от конксура (в прямых и иных смыслах) отхлынуло.
Ни одна из книг не упоминала о круговерти энергии. Но такой расклад вполне обоснован. Конксурией оказалось сложно управлять, и теперь понятно почему.
– Поглощая обладание, конксуры дают его другим? – спросил Варлаг.
– Именно! Хотя бы котелок у тебя варит.
– И поэтому вы не использовали силу, чтобы это прекратить… – вставил Фер. – Вы попросту не могли…
Варлаг искоса поглядел на него, мол, не оправдывай этого изувера. Но теперь многое стало ясно. Гротт не мог использовать силу по щелчку, а ждал нужного момента. А то, что Варлагу удалось остановить первую атаку Ригана, – лишь счастливая случайность. А если бы… Даже подумать страшно!
Как и во все те разы? А в день испытания? Если бы он не смог поглотить эскуру? Тогда бы… Ох, нет!
– Но как вы поняли?
– А вот этому тебе и предстоит научиться, – перебил старик. – Конксурия очень тонкое и сложное обладание. И такое же опасное, как и эскура. Используя ее, ты не знаешь, что и кому даруешь… Это может спасти будущему обладателю жизнь, отнять другие и невесть знает что натворить еще. Здесь нужен баланс, контроль и полное понимание собственных действий! Каждого твоего шага.
– А зачем тогда забирать эскуру? Чтобы передать ее новым носителям, ни в чем неповинным, обрекая их на страдания?
– Когда конксурия, как бы это сказать… когда она ест… – Тут он подтвердил ощущения Варлага. Она действительно ела и испытывала голод? – Силы перемешиваются, распределяются. Поэтому эскуриды воплощаются не так часто. Но, увы, пока никто не разгадал, как не дать обладанию тьмы проявляться. – Старик отошел подальше от них и снова вернулся к столу, где все это время в молчании стоял Риган. – И вообще, нет худа без добра! Такие законы природы! Не я их выдумал.
– А если я не стану этого делать, поглощать чужую силу? – с вызовом спросил Варлаг. – Придет время, и каждый из нас умрет… И если не родятся на свет новые конксуры, что тогда?
– Обладателей. Больше. Не будет, – Гротт четко и с небольшими паузами проговорил каждое слово, чтобы мальчишка уяснил наконец истину. После поморщился, будто вспомнил нечто неприятное, потянулся к вину. – И чтобы сохранить нас, ты будешь учиться, слушаться и поглощать! – Гротт давно решил все за него. – Ты мне надоел. На сегодня достаточно! – отрезал мужчина.
– Спасибо, учитель. Вы преподали нам важный урок. – Варлаг решил не лезть на рожон и закончить наконец тягостную беседу.
– Сколько тебе нужно времени на отдых? – поинтересовался старик.
– Завтра буду готов продолжить обучение, – выпалил принц.
– А ты? – Старый конксур повернулся к Феру.
– Так же. Только вот…
– Тобой займется один из моих эльвинов. Виллем тоже столкнулся с такой же бедой, как и ты. Он поведает тебе о жизни без эскуры. И как жить без этой пакости хорошо! Не думай, что я, Эльфинат, Владыки или хоть кто-то еще тебя лишают чего-то важного. Это неоценимая помощь, и она спасет жизнь не только тебе!
– Я вас понял, – отозвался Фер. – Благодарю, господин.
Хотя какая тут забота?! Он только что чуть не спалил их живьем!
Варлаг потянул Фера за рукав. Ему хотелось быстрее покинуть это место и не видеть гримасу Гротта хотя бы до завтра. Испещренное шрамами лицо Ригана и его молчаливое повиновение хозяину – пугали не меньше.