![Темный Союз](/covers_330/56801386.jpg)
Полная версия
Темный Союз
– Ладно, плевать. – Варлаг пожал плечами и перешел на шепот: – Найдем, чем заняться и в застенках академии. Сначала архивы, потом оглядимся снаружи, мол, прогуливаемся. Хочу выяснить, как часто меняются караульные, все ли выходы охраняются. – Варлаг ждал, что друг начнет его отговаривать, но тот лишь запустил пальцы в волосы и откинул их назад, чтоб не мешали, – будто готовился к чему-то – например, прыжку со скалы в воду или же – к их возможному побегу, так выходит?
– Только сначала надо перекусить… Как на это смотришь? – Фер перекатился к краю кровати и, приподнявшись на локтях, заглянул принцу в лицо.
– От еды же нас не отлучили, м?
– Нет, только не приносят ее в постель, придется тащиться на кухни! – Фер улыбнулся.
– Тогда пойдем! Я так голоден!
Фер еще немного задержал взгляд на друге. Варлаг лежал и ждал, может тот скажет что-то еще… Но эльвин соскользнул с кровати и направился к выходу.
– Наперегонки? – поинтересовался он, готовясь первым выскочить в коридор, будто они малые дети, а парочка калидитов из Легиона не трется у порога.
– Держись у меня! – Принц бросился к нему. Голова закружилась, но он не подал виду.
Глава 6. Клетка
![](/img/56801386/_16.jpg)
Дни тянулись один за другим медленно и мучительно долго. После беседы в лазарете Варлаг более не видел ментора Катэля, зато часто ощущал его присутствие – тот наблюдал за ним (и, разумеется, Фером) издалека.
Ученики вернулись к занятиям, их разбили на группы и к каждой приставили смотрителя. И хоть прочие сокурсники доднесь сторонились Варлага и Фера, их рутинные заботы и интенсивное учение несколько смягчили отношение к ним, если это можно так назвать. Теперь они (включая Ниаму) не шарахались в ужасе при виде кого-то из друзей, а просто предпочитали их не замечать.
Парни хочешь не хочешь свыклись с этим, и такое отношение их вполне устраивало – лишь бы никто не путался под ногами.
Конксур из Гарды пока не приехал. Но время его прибытия неумолимо приближалось. Стража и их дозоры стали таким же обыденным явлением, как и знойные (но безрадостные) дни в Высьдоме. Все выходы из академии надежно охранялись, но в местах, где из города доставляли продовольствие, караул менялся чуть чаще и с небольшими перерывами. Если улучить момент, вполне можно спрятаться в повозке, которая отъезжает обратно.
Нарушать новые правила, которые ввели после неудачного испытания (комендантский час, когда наступал вечер, перемещение по территории группами, запрет на выход в город для Варлага и Фера и многое другое), друзья не собирались, пока что… Это могло повлечь к их ужесточению и помешать побегу, когда (или если) в нем возникнет необходимость.
Варлаг и Фер так ничего путного и не нашли. За многие дни, проведенные в архивах, им удалось разыскать крупицы информации про джархи и их обладание. Книги и свитки времен Эльфината упоминали про этот народ довольно часто, но не содержательно. Варлаг узнал, что их страна окружена горными кручами, которые не преодолеть, как твердили книги, а попасть туда можно только со стороны моря. Ну, хоть что-то… В таком случае путь бы их пролегал через шахство Аразих или южные края дикарей – Зун, а потом пришлось бы раздобыть судно.
Касательно эскуры – они лишь обнаружили подтверждение слов Катэля о разрушении тела и разума обладателя в трактате “Гниль моей души”, написанного от имени якобы юного эскурида Ментира. Еще в книге присутствовала огромная доля таких художественных преувеличений, что с трудом верилось в правдивость этого повествования.
Автор утверждал, что научился этому обладанию в совершенстве и, дожив до седин, основал академию эскуридов на Той Стороне Ойры, чтобы однажды обрушить всю мощь тьмы на Мэриел.
Вся эта история происходила пять веков тому назад, до становления Эльфината, и состояла из описаний бесконечных душевных страданий и угрызений.
– А вдруг это не выдумки? – говорил Фер. – Придется отправиться на Ту Сторону, чтоб выяснить…
– Скажешь тоже… Вряд ли эта книга осталась бы в Высьдоме, если хоть слово из нее правда. Да и эскура культа этого Ментира не обрушилась на Владычество ни тогда, ни сейчас. Я нашел ее на полках с драматическими произведениями, между прочим… А еще там обнаружилось сочинение под другим именем, но с точно таким же слогом о страданиях комбинатора с четырьмя обладаниями. Даже два – редчайшее явление, куда там четыре! Так что, – Варлаг поморщился и отодвинул фолиант от себя подальше, – мы желаем господину Выдумщику и его фантазиям – удачи!
– Эх! – тоскливо воскликнул эльвин, листая от скуки книгу “Добрая служба”, которую по приказу Катэля ему выдали для ознакомления. Хорошо, что им вообще разрешалось читать, еще и вместе.
Варлаг пришел в бешенство, когда пробежался глазами по этой книжонке. Она воспевала Эльфинат и то, как хорошо живется слугам-эльвинам, с честью и радостью служащим на благо люксоров и прочих обладателей. Варлаг выудил том из рук Фера, после пренебрежительно запихнул на полку – повыше и подальше.
А ему вручили “Щит Королей” – исторических сведений про конксурию в ней нашлось достаточно, но вот ни о какой практике и речи не шло. Как и ни единого слова про голос (который пока что его не посещал, даже во сне). Радоваться этому или нет? Может, оно насытилось в тот раз и еще не скоро появится? Как часто нужно кормить конксурию? Зависит ли от этого ее мощь? Про это и ощущение голода у обладателя книга тоже умалчивала.
Из нее Варлаг почерпнул следующее: конксуры чаще никакой другой силы не имели, они выступали защитниками важных лиц – королей и знати, имели большое влияние и уважение, как раньше, так и ныне. Трактат говорил: конксурия способна поглощать полностью обладание (или обладания) другого носителя – без возможности выбрать какое-то одно. А еще существует ее вид, который позволяет забирать обладание и передавать кому-то другому. Но как это делается, сказать авторы не удосужились. Но самое важное – это то, что конксурия не могла поглотить саму себя, посему если два таких обладателя сойдутся в битве – ничего не произойдет. Если только не прибегнуть к грубой силе. Варлаг неплохо фехтовал в Гладии (обязанность, как-никак), но тут, в академии, в тренировках на мечах нужда малая, и он это дело запустил. Придется вспоминать и практиковаться.
Они с Фером обтесали палки (Куда там до настоящего оружия?!) и тренировались во дворе. Никто им не запрещал этим заниматься. Ментор Катэль с балконов главной башни лишь продолжал наблюдение. В конце концов, эльвину без обладания это пригодится.
– Ты мне поддаешься! – говорил Фер, когда раненый под ребра Варлаг с артистизмом падал наземь, изображая предсмертные страдания, которые он, вестимо, узнал, читая байки Ментира про эскуридов.
– Ничуть нет! Прощай мой, друг! – напевал, лежа на земле, тот. – В глазах темнеет! Вот и солнце погасло…
Если и есть время ребячеству, то именно сейчас. Варлаг прекрасно понимал – все вот-вот закончится. Их планам и стремлениям мог прийти конец… Иногда ты ни на что не можешь повлиять, как бы не хотелось. Все вокруг происходит без твоего участия, а события просто сменяют одно другое. И мало что складывается в твою пользу… Дума о тщетности их усилий посещала его регулярно.
Продвигались они в поисках совсем едва. Если так и дальше пойдет – его слова останутся лишь словами, пустыми обещаниями. Поэтому он решил повеселить Фера и сделать так, чтобы у него остались хоть какие-то хорошие воспоминания о Высьдоме.
Но они по-прежнему заперты в клетке, хоть иногда забывали об этом.
Во время прогулок Варлаг подбирал камушки для тренировок в террестрии тайком, раз уж с конксурией дела обстояли куда сложнее и опаснее. Теперь он знал направление. Умения ему не хватало, но он полагал, что тренируется правильно (ведь иногда нужно просто довериться чутью).
По крайней мере, медитации за которыми они проводили много часов с самого начала, принесли результат. Это в сказках герои кричали длинные заклинания на неведомых языках, в реальности нужно лишь подчиниться той стихии, что воплотилась в тебе – силой воображения, не давать слабину, и тогда она сама покорялась тебе.
Юноша научился вновь справляться с террестрией, передвигать камни, заставлять их подпрыгивать, но чаще те трескались на куски в его руках, потому что бессилие рождало злобу – а с ней ты способен лишь на разрушение.
Варлаг старался подавить в себе плохое, но приходилось приносить все новые и новые кусочки породы. Он боялся, что в гневе мог бы заставить стену комнаты треснуть или обвалить пол. Такое бы сразу заметили, а Катэль посадил бы его под замок.
Пока что ему удавалось держать себя в узде, хотя порой хотелось кричать от досады и разломать что-нибудь. С кристаллизацией ничего не выходило, материал, который он использовал для самообучения не отличался благородством, отчего принц не мог раскрыть его потенциал для создания кристаллов. Но даже простая террестрия, которая хоть как-то откликалась на его зов, – уже что-то. Это может им пригодиться.
Что касается нейтрализации, однажды Варлаг тайком подобрался к курсу калидитов. Собравшись с духом, он представил, как пламя, с которым упражнялась Ниама, погасло и больше не загорается. Возникло слабое ощущение давления вокруг него. Голоса он не услышал, но зато последующие попытки Ниамы проваливались. У него получилось!
Варлаг хохотнул от удовольствия. Однако оно насытилось, юноша придерживался такого мнения, и такая порция обладания не смогла его разбудить, поэтому тот загадочный голос сохранил молчание.
Бывшая сокурсница пыталась возжечь пламя, но потом вспылила, топнула ногой и быстро выбежала из залы, где ученикам-калидитам опыт с легкостью удавался (особенно красовался и купался в лучах славы Хуриг).
– А ты что тут делаешь?! – в сердцах крикнула она, заметив Варлага и раскрасневшись от этого столкновения пуще прежнего.
– Пришел на тебя посмотреть, – соврал тот.
– Не сейчас! – Она быстро зашагала прочь.
“Я бы мог предложить ей выйти за меня, – подумал юноша. Ниама ему нравилась. И он скучал. Даже мог бы сказать, что еще отчасти влюблен в нее. А она – в него? Воротишь ли прошлое? Нет. Еще не покидало щемящее чувство, будто что-то складывалось у них не так, нет, не скверно и склочно, а… А теперь и этого не вернуть. Эдакое ощущение – ты всю жизнь спал и наконец пробудился, поняв, это не то, чего желал. – Но, прости, так не пойдет. Не люблю, когда от меня нос воротят!” – Варлаг снова улыбнулся, ведь ему удалось поглотить ее калидию.
Продолжая представлять озадаченное лицо Ниамы и смеясь про себя, он поспешил к Феру, чтобы поделиться с ним маленькими успехами и забавами, но не прочими мыслями о калидитке.
***
Друг сидел у себя. Чаще он запирался в комнате и даже Варлага порой пускал неохотно. Тот понимал, ему есть над чем подумать, оттого не навязывался, хватало и того, что Фер тут, в Высьдоме, пусть их и разделяет несколько стен и дверь, а по коридору шныряют стражники.
Сегодня, предположительно, находился друг в не столь скверном расположении и даже обрадовался его визиту.
Принц поделился успехом проведенного только что опыта, который свел калидию их бывшей сокурсницы на нет. Эльвин улыбнулся, журить и причитать не стал.
Фер тоже тренировался под присмотром друга, если вдруг что пойдет не так; к тому же, моральная поддержка – никогда не лишняя. Они украли склянку, в которую поместили металлическую стружку. Феру удалось расплавить ее несколько раз, прислушиваясь к советам Варлага, и снова вернуть в исходное состояние.
Эскура не давала о себе знать. Этого мало, но определенно – даже толика успеха дарила надежду – а вдруг Феру удастся подавить тьму?
– Знаешь, что сделаю, когда явится конксур? Полагаю, они отведут тебя в залу испытаний. Я проберусь на те балконы, о которых ты говорил, и оттуда нейтрализую твою силу, поглотить ее полностью у меня не выйдет, так что не бойся. После он решит, что все сработало, и они с Катэлем проверят тебя у зеркала. Его обладание я тоже поглощу.
– План идеальный, но ты знаешь, что замыслил одно, а на деле – ничего не выйдет… – Фер опять (стоит только поднять сей вопрос) поддавался унынию и сомнениям.
– Мне нужно до этого только проникнуть туда и попробовать конксурию на зеркале. И для этого мне нужен ты.
– А ты не боишься, что эскура вырвется? Там каждый камень пропитан обладанием. И всякое может случиться… как в прошлый раз.
– Не будь таким неуверенным! У нас получится! – Варлаг насупился. – Я это делаю для тебя!
– Но я об этом уже тысячу раз пожалел! – крикнул Фер. – Я не могу и не хочу больше тебя просить мне помогать…
– Что за песня? Опять заладил?! – Холодная капля злости угодила принцу за шиворот. – Ты что, сдаешься? Мы многого достигли!
– У нас не получится… И ты это прекрасно знаешь…
– Что за грустные мысли?
– Ментор Катэль прав…
– Ну хватит, Фер. – Варлаг быстро смягчился.
– Орешь на меня почем зря! – А вот Фер завелся.
– А что еще делать? У тебя то штиль, то буря! Сам не понимаешь, чего хочешь!
– Ни-че-го не хочу!
Варлагу захотелось ему как следует врезать, дабы унять дурь, но он сдержался. Ведь ни разу не поднимал на него руки, даже в шутку.
“И не стану. Что на меня нашло?”
– Вечером зайду к тебе, пока остынь… – Он двинулся к дверям. – Как колокола зазвонят, отправимся в зал испытаний. Небеса, как вообще это можно терпеть?!
– Прости! Я не хотел…
– Да, да, да… – пробурчал Варлаг и хлопнул дверью несколько громче и резче, чем рассчитывал.
– Чего уставились? – прикрикнул он на стражников. После раздались его громкие шаги, а затем все стихло.
Фер остался один. Ему хотелось побежать вслед за другом, но что-то его остановило. Он уже решился исполнить задуманное…
“Так лучше для Высьдома, как и для тебя, Варлаг”.
***
Варлаг пришел к себе и просто смотрел в стену, перебирая в руках камушки. Ему нравилось касаться их шероховатой холодной поверхности, которая постепенно в его ладонях становилась теплой.
Пока он сидел и смотрел в никуда, один из камней нагрелся в руке и треснул. Варлаг выругался и швырнул щебень в стену. Раздался звон, призывая всех обитателей академии вернуться в покои. Время пролетело быстро, хотя провел его юноша совершенно бесцельно. Сколько еще часов кануло подобно? – а он так ничего и не добился!
– Ладно, пора выдвигаться к Феру, – сказал он сам себе.
Он выскользнул из комнаты, спрятался за колоннадой, подождав, пока стража завершит обход, и двинулся в коридор, где находилась комната друга. Охрана куда-то подевалась (вероятно, осматривают периметр?), – что только на руку.
Добравшись до спальни Фера, Варлаг легонько постучал.
Ответа не последовало. Он повторил попытку, после недолгого ожидания дернул дверь на себя. Не заперто! В комнате горела лампа, но никого не оказалось.
– Фер! – полушепотом позвал юноша несколько раз, обшарив углы глазами. Пусто. – Куда он делся? Решил сбежать один? Прямо сейчас? И главное – ничего не сказал…
Со злости Варлаг пнул ножку комода. На пол упали книги и бумаги, среди них он увидал ту самую “Добрую Службу”, которую забрал у Фера недавно и оставил в архивах. Книга раскрылась, среди страниц он заприметил письмо.
Варлаг тут же схватил его, будто оно могло испариться, и прочел. Это послание от матери Фера, она просила его не возвращаться, а отправиться к настоящему отцу, “когда сие завершится”. Конечно же, Катэль написал семье Фердорчи о случившемся. Разумеется, он отправил весть и в Гладию, но ответ от его родителей еще не пришел, ведь Миритиль ближе, чем родина Варлага. Если отец вообще стал бы ему писать…
Дарвир Бурый – так звали предполагаемого отца Фера. Также его мать упоминала подвеску в виде ворона, которую тот ей подарил когда-то. Она и должна стать доказательством их родства.
– Проклятье! – Варлаг сунул письмо за пазуху и поспешил к выходу. Если куда и мог направиться Фер, так это к складам. После отбоя повозка с барахлом вроде утвари, горшков и украшений, которые смастерили ученики, практикуясь в обладании, отправлялась в город, чтобы ее содержимое продали в местных лавках. Спрятавшись в ней, тот мог выбраться. – Вот же гаденыш! Его точно поймают, тогда всему конец!
Юноша, проверив предварительно наличие приставленных калидитов (покамест отсутствующих), выбрался из спальных покоев и молнией бросился вниз по лестницам.
“Лишь бы успеть!”
Пока все шло гладко (за исключением поимки Фера), Варлага никто не хватился и не заметил. Близ акведука, который вел к складам, стояла охрана. Но, приблизившись, парень обнаружил всего одного стража. Странно, видать, второй отлучился куда-то. Варлаг, недолго думая, швырнул один из камней (он до сих пор держал их в руке), в сторону. Тот врезался в цветник и упал на гранитные плиты. Стражник услышал шум и, озираясь по сторонам, двинулся в том направлении, открыв путь.
“Никакой террестрии не надо!” – Он быстро проскользнул мимо отвлекшегося калидита, пролетел мосток и очутился в просторном крытом помещении, среди корзин и ящиков. Нагруженная повозка с тентом пока еще стояла тут же, чуть поодаль от ворот. Пара запряженных лошадей оглянулась на него и равнодушно продолжила жевать сено из яслей.
Ткань, покрывающая повозку в одном месте, странно топорщилась. Варлаг подскочил и ткнул туда рукой. Раздался вздох. Юноша откинул полотно и увидел Фера. Тот кутался в плащ, на его плече виднелась походная сумка.
– И что это такое? – тихо возмутился он. – Сбегаешь под покровом ночи, не слова мне не сказал… Я нашел письмо из твоего дома…
– Зачем ты пришел? – без упрека и злобы, но как-то обреченно прошептал Фер.
– Тебя остановить.
Тут снаружи раздался шум: грохот колес, цокот копыт и голоса.
– Потом поговорим! – прошипел Варлаг и запрыгнул в повозку рядом с Фером. Накрыл их обоих тентом, оставив маленькую щель, чтобы видеть происходящее.
Обычно приходил один единственный возница из эльвинов, вот такое нехитрое сопровождение. Что-то тут неладно… Варлаг жестом призвал Фера к молчанию, тот покивал, и оба припали к щели.
Раздались сигналы (благо, из-за крыши никто друзей оттуда не заприметил). Затворные механизмы пришли в движение, створки ворот поползли в стороны.
Во двор въехал всадник – один одинёшенек. Так отчего его явление сопровождал такой шум?
Он, кряхтя, спешился, приголубил вороного коня и огляделся по сторонам, а после повернулся к воротам (явно там кто-то еще остался, только вот парням обзору нет). Пока мужчина топтался на месте, тут-то Варлаг и Фер пришельца и разглядели получше: гумм солидного возраста, в темном облачении, за спиной пара мечей. Бороды и волос, не доходящих до плеч, таких же смолянистых, как и его одеяния, едва коснулось серебро седины. Холодный взгляд, строгое морщинистое лицо – говорили сами за себя – шуток с ним не побалуешь. От одного его вида становилось не по себе. Варлаг различил на груди старика серебряную пряжку в виде щита и меча. Он догадался, это и есть тот конксур, о котором говорил Катэль. Как же некстати!
Наблюдатели озадаченно переглянулись. Слышали и видели они все из этого укрытия прекрасно, только оставалось надеяться, что их не обнаружат. Кого же ждет старик? А, теперь ясно! Только этого не хватало! Перед их взором возник ментор Катэль.
– С возвращением, Грегор из Гроттов! Мы рады тебе в нашей обители обладания! – воскликнул эльф, ухватив старика за предплечье.
– Здравствуй! – точно несмазанная телега проскрипел гость. – Увы, не могу сказать, что тоже рад, дорога выдалась долгая. Но работа есть работа…
– Понимаю, но у тебя найдется время на отдых, в этом не обделим. – Катэля будто уже и не заботил прибывший мужчина, он искал глазами нечто еще. – Вы привезли ее?
Мужчина кивнул и, взмахнув рукой, велел кому-то еще приблизиться или… Подъехать.
Вползла повозка, на ней громоздился окованный металлом ящик, в таком навскидку могло поместиться несколько лошадей. Он крепился к основанию транспорта цепями, а в стенах виднелось множество круглых отверстий, чтобы, вестимо, воздух проникал внутрь. Это клетка… Рядом шел отряд эльвинов, охраняя странный груз. До безобразия бледноликие и одинаковые: в черных одеждах и с такими же блестящими бляхами на груди, как у Грегора Гротта.
– Неужели это для меня? – Ответ на вопрос Фера последовал сам собой. Громадный короб качнулся несколько раз, раздались звуки тупых ударов, что-то или кто-то билось в его стены изнутри. Донесся звериный рык, леденящий душу. Страшно даже вообразить то создание, которое там заперли.
– Не думаю, – ответил Варлаг. – Там уже кто-то есть.
Друзья продолжили наблюдение.
– Тише, это я. – Катэль положил руку на ящик. – Мы выпустим тебя завтра.
Вся процессия, включая эльфа и конксура, молча двинулась дальше. Когда они скрылись из виду, принц первым выпрыгнул из повозки.
– А ты чего сидишь? – обратился он к озадаченному и взволнованному Феру. – Не хочешь узнать, кто там сидит?
– И куда они повезли эту махину? – не сразу проговорил тот, раздумывая вероятно, о неудавшемся побеге или еще о чем-то из увиденного (и услышанного) только что.
– Вряд ли они потащат это наверх… Хотя там дюжина эльвинов, любящих рабский труд. Думаю, они направляются в сады у основания скалы! – Варлаг двинулся назад к академии. – Ты идешь, или как?
Фер колебался недолго, развернулся и побежал следом.
Юноши шли тихо, держась на расстоянии. Стемнело достаточно, еще и дождь заморосил, в погодной башне поди заснули все – или это их рук дело? Двоих друзей процессия вряд ли могла бы заметить, главное не споткнуться или еще чего – и этим не выдать себя, как и не отставать, ведь местная стража не дремлет. Ничего иного им не оставалось – только идти следом. Они могли бы затаиться в повозке, а затем, продолжая в ней прятаться, уехать в город, но эта возможность теперь упущена.
Как и предположил Варлаг, транспорт с клеткой двигался по дорожке в сторону садов, где арборы академии выращивали не просто цветы, а целые деревья.
Клетку доставили в одноэтажное каменное строение, достаточно большое, как и предыдущий склад. Его скрывали густые заросли. Раньше Варлаг эту постройку не видел, ведь в Высьдоме полно разного, никакого внимания на обилие многочисленных сооружений не хватит. Друзья легли на землю и продолжили наблюдение.
Эльвины начали сгружать кубическую громадину и затягивать ее внутрь, ухватившись за цепи. Когда они управились, Катэль и его гости развернулись и направились назад к главным башням, оставив лишь двух караульных из свиты конксура.
– Оставили только двух… А шли с целым отрядом, – промолвил Варлаг.
– А если создание из ящика не такое уж и опасное? – предположил Фер.
Его друг, как обычно, не дожидаясь, начал красться к противоположному краю здания.
– Ты обезумел? – прошипел испуганно Фер, однако тоже выбрался из укрытия. Варлаг помахал, жестом призывая его следовать за ним.
– Фер, там есть оконца. – Сверху на друзей таращились темные проемы, напоминающие бойницы – ни ставен, ни решеток. – Они не очень высоко. Подсади меня. Сможем пролезть внутрь.
– Ну ты и тяжелый! – жаловался Фер, надрываясь.
Варлаг ухватился за камни и подтянулся, половина его тела скрылась в проеме, ноги торчали прямо из стены. После он исчез и тут же вынырнул, протягивая обе руки Феру. Тот подпрыгнул, крепко сжал его ладони, и парень потащил друга наверх. Эльвин, перебирая ступнями по выпуклым камням, с помощью Варлага поднялся следом.
Ноги обоих с глухим стуком коснулись металлической поверхности. Они стояли на ящике сверху.
– От страха у меня мурашки, – прошептал Фер.
– Поверь, у меня тоже.
Варлаг и Фер спрыгнули на пол и огляделись. Нужно действовать тихо, как мыши, чтобы эльвины снаружи их не услышали. Глаза принца привыкли к полумраку через некоторое время, Фер и без того хорошо ориентировался во тьме, таково зрение эльфов и эльвинов, но это, казалось, ему сейчас мешало – он замер и смотрел в одну точку. Варлаг потормошил его, и друзья переглядами и жестами договорились обойти клетку кругом. То, что сидело внутри, никаких звуков не издавало, но они слышали тихое дыхание, или им это лишь чудилось. Ни замков, ни петель, никакого намека на возможность открыть этот куб не имелось, вот что сообщил Фер. Эльвин боялся, но Варлаг, дабы убедиться самому, ощупал стыки – ничего, сплошной металл, будто его сделали из цельного куска – сколько же они ферродитов привлекли к работе? – во дела!
– Его так не открыть. – Глухой женский голос заставил друзей подпрыгнуть от ужаса. – Примени дар.
– Как ты поняла, что… – Принц приблизил лицо к отверстиям в стенке клетки, Фер начал его дергать за рукав, призывая отойти. Но тот успел увидеть две пары светящихся желтых глаз. Тяжело задышав, Варлаг отпрянул.