Александр Валентинович Рудазов
Преданья старины глубокой

Да только отговорил его Кирилл-Грамотей – у Кащея-то всюду наушники, за каждым деревом глаза прячутся, в поднебесье коршуны сторожевые парят, добычу выискивают. Узнает он, что к нему гости идут, да и утащит Василису незнамо куда.

А то и вовсе убьет, чтоб никому не досталась.

Растерялся князь. Так что же делать-то? А в одиночку идти, как прежде богатыри хаживали, подсказал Кирилл. Знамо дело, во всей дружине лучше Игоря Берендеича ратника нет – если кто и дойдет, так только он сам. А там уж либо Кащея сразит в честном бою, либо просто выждет случай удобный, да и возвернет потихоньку Василису обратно.

Именно так Игорь и поступил.

– Хек. Хек. Хек, – равнодушно рассмеялся Кащей. На самом деле он просто негромко произнес эти три коротких сухих слова, но для него они равнозначны были хохоту. – Как, говоришь, жену твою зовут?

– Василисой! Верни мне ее, царь, недоброе дело ты сотворил! Верни, и я все забуду, уйду! Уйду, и зла держать не стану!

– Василиса… – поджал тонкие губы старик. – Нет, не знаю такой, нет у меня жены с таким именем.

– Конечно, нет! – бешено сжал кулаки Игорь. – Не твоя она жена, а моя! Моя!!! Верни ее мне!!!

– Не кипятись так, князь, голова лопнет, – равнодушно взирал на его раскрасневшееся лицо Кащей. – Когда я похищаю женщину, то делаю ее своей женой. Ныне у меня их сорок девять – со всех концов света, из всех уголков мира. Было пятьдесят – люблю круглые числа, – но этой весной одна умерла. Новой пока не обзавелся. Говоришь, эта твоя Василиса очень красивая? Опиши-ка ее.

Игорь начал подозревать, что над ним насмехаются. А если даже Кащей говорит правду – все одно, не место такой погани на белом свете.

Молодой хоробр неожиданно для самого себя метнулся к ближайшему дивию, выхватил у него из-за пояса кривую саблю, прежде чем тот успел хотя бы шевельнуться, прыгнул к Кащею… и единым ударом снес тому голову!

– Ну, теперь и помереть не страшно! – выдохнул он, ожидающе поворачиваясь к дивиям.

Но те отнюдь не спешили мстить за хозяина. Молчаливые вои стояли неподвижно и смотрели сквозь прорези в шлемах на обезглавленное тело.

Голова Кащея, упавшая на пол, мгновенно вспыхнула и превратилась в горстку пепла. Но тело продолжало стоять на ногах. А в следующую секунду из обрубка шеи проклюнулся какой-то росток, стремительно выросший и превратившийся в новую голову, точно такую же, как прежде. Кащей наклонился, поднял с пола упавшую корону, отряхнул с нее пепел и вернул на плешивую макушку.

– Перед тем, как делать такую глупость, ты мог бы поразмыслить – а за что меня прозвали Бессмертным? – равнодушно сказал Кащей, перехватывая руку Игоря, невольно метнувшуюся срубить и эту голову. – Заберите у него саблю.

Дивий молча повиновался.

– Молод и горяч, – отшвырнул от себя князя Кащей. – И глуп. Тебе никогда не дожить до преклонных лет, князь, ты слишком часто совершаешь необдуманные поступки. Сначала обвинил меня в похищении твоей жены, полагаясь лишь на догадки какого-то недоумка. Потом отправился сражаться со мной в одиночку. И, наконец, всерьез рассчитывал, что тебе удастся убить меня, Бессмертного. Что же мне с тобой сделать, князь? Вероятно, казнить? Или лучше сначала подержать в подземелье годок-другой?

– Мой брат отомстит за меня! – сквозь зубы процедил Игорь.

– Глеб Берендеич, князь Тиборска? – вновь уселся на трон Кащей. – Нет, я не стал бы на это полагаться. Были князья до него, будут и после. А Кащей Бессмертный – один-единственный.

– Ты можешь срубить мне голову… – глянул исподлобья Игорь, – …но хотя бы скажи правду!

– О чем?

– Что ты сделал с Василисой?!

– Да не брал я твою Василису, – безразлично пожал плечами Кащей. – Даже не видел никогда. Хотя теперь постараюсь увидеть – интересно, чего ради ты сунулся в Костяной Дворец.

– Лжешь!!! Ты!..

– Подумай как следует – какой мне резон тебя обманывать? – равнодушно посмотрел на него бессмертный царь. – Для чего?

– А кто же тогда ее похитил?.. – растерялся Игорь, запоздало соображая, что лгать Кащею и в самом деле вроде как незачем…

– Ну, не один я на Руси умею летать по воздуху и умыкать девиц. В Кавказских горах живет один такой колдун, Джуда, старичок с бородой в сажень – он тоже любит пополнять свой гарем за чужой счет. Впрочем, это не имеет значения. Я могу с доподлинной точностью узнать, что случилось с твоей Василисой. Хочешь ли ты этого?

– Как? – недоверчиво покосился на него князь Ратича.

– Ты забыл, какие силы мне подвластны? Следуй за мной.

Костлявый старик в короне легко поднялся с трона, быстрым движением одернул плащ и размашистым шагом направился к выходу. Игорь Берендеич замешкался. Однако царь Кащей высказал вполне недвусмысленное пожелание, поэтому огромные дивии мгновенно схватили молодого князя подмышки и потащили следом.

– Отпустите, я сам пойду! – возопил Игорь.

– Отпустите его, – равнодушно приказал Кащей, даже не оборачиваясь.

Костяной Дворец! В тронный зал кащеевых чертогов князя приволокли связанным, с мешком на голове, так что разглядеть по пути удалось немногое. Однако теперь, когда такая возможность представилась…

До сего дня князь Игорь полагал, что вотчина царя Кащея должна быть такой же, как он сам, – воплощением наижутчайшего кошмара. И снаружи она именно такой и была – зловещей темной цитаделью, лежащей меж угрюмых лесов, топких болот да черных гор. Но вот изнутри…

Богатство и роскошь – вот что бросалось в глаза. Стены облицованы червонным золотом, столбы и колонны – чистое серебро, потолки украшены драгоценными каменьями, лестницы выстланы лучшим перламутром, словно крылья Жар-Птицы. Полы мраморные, а кое-где – вовсе хрустальные. Собери всех князей да бояр русских, сколько их ни есть, свали в единую кучу все их сокровищницы – и то не наберется даже на четвертинку такой диковины.

– Ну и богат же ты, царь!.. – невольно выдохнул князь.

– А ты думаешь, для чего ко мне все время лезут подобные тебе? – безразлично пожал плечами Кащей. – Дивись, князь, дивись – это все еще только пустяки, игрушки. Вот в казне моей – там подлинное сокровище.

– И все награблено, все похищено у честных христиан… – с какой-то отрешенностью вымолвил князь.

– Под «честными», надо полагать, ты имеешь в виду себя? Хек. Хек. Хек, – сухо рассмеялся-откашлялся Кащей. – Все-таки ты глуп, князь. Молод и глуп. Этот дворец стоял здесь, когда Рюрик явился в Новгород. Этот дворец стоял здесь, когда Бус Белояр корчился на кресте. Этот дворец стоял здесь, когда везущий Христа осел вступил в Иерусалим. Этот дворец стоял здесь, когда на далеком полудне под деревом сидел молодой царевич Гаутама. Этот дворец стоит здесь уже бессчетные тьмы веков, князь. Я видел времена, когда и самой Руси еще не было на свете.

Кащей окинул съежившегося русича ледяным взглядом, выждал, пока тот полностью осознает свою ничтожность, ощутит, как мимолетна и недолговечна жизнь смертного человека, а потом равнодушно добавил:

– Однако не буду скрывать – эти богатства я награбил, а не заработал.

Процессия остановилась у золотой арки, ведущей в небольшой садик под крышей. Возле нее на цепи сидели две змееподобные твари… но Игорь протер глаза и сообразил, что тварей не две, а лишь одна – двухголовая, с птичьими лапами.

– Амфисбена, – равнодушно пояснил Кащей, легонько касаясь чешуйчатой башки. – Моя любимица. Не подходи близко, князь, она огнем пышет.

А Игорь и не собирался приближаться к этому чудищу. Он обошел ее, плотно прижимаясь к стене, покуда Кащей поглаживал верного стража. Жуткая амфисбена аж буркотала от удовольствия.

В центре сада бил фонтан, кругом росли цветы, а чуть справа расположилась золотая беседка. Там возвышался ажурный хрустальный столик на длинной витой подставке. А на столике – огромное блюдо с одним-единственным краснобоким яблоком посредине.

– Хочешь? – предложил Кащей, подбрасывая фрукт в ладони. – Последнее осталось.

– Нет-нет, не хочу! – торопливо отказался Игорь. Угощение из рук этого колдуна он не принял бы ни за какие сокровища.

– Не хочешь – как хочешь, – безразлично пожал плечами старик, вгрызаясь в яблоко сам. – Смотри, пожалеешь. Хорошие яблоки в этом году уродились.

Обкусав спелый фрукт со всех сторон, Кащей швырнул огрызок амфисбене. Две змеиные головы немедленно принялись грызться из-за подачки. Игорь смотрел на это расширившимися глазами – там, куда капала слюна чудища, трава в мгновение ока жухла и увядала.

– Подойди сюда, князь, – приказал Кащей, склонившись над блюдом. – Дотронься-ка.

Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск