Текст книги

Андрей Валентинов
Даймон

Алеша понял – лучше не думать, а если думать, то о другом. Отвлечься бы, мозги занять, только чем? Новостями разве что. Набрал адрес, который первым вспомнился, подождал, пока монитор моргнет…

* * *

Когда настроение плохое, новости лучше не слушать и не читать. Все кажется: дурью мается народ. Дюжина партий на «Отечество и Порядок» в суд подает неясно за что. Заявление недодавленных правозащитников – тоже про «Отечество и Порядок». Здесь уже понятнее: оболгали бедных борцов за права, оклеветали аккурат в прямом эфире, заграничные гранты помянув. Не просто, с адресами, с цифрами. Нацизм в чистом виде!

Хмыкнул Алеша, от бед отвлекаясь. Что правозащитники, что нацисты. Им на истфаке давно объяснили: за всеми, что с краю, охранка стоит. И за черносотенцами, и за большевиками…

И этих бы… залить. По макушку самую!

Дальше – скучнее. Выборы-швыборы, провокации-диффамации. У трех сотен кандидатов судимости не сняты, еще полсотни в преступных группировках верховодят…

Депутат, вор и продажный мент – враги народа!

Вздохнул отставной демократ Алексей Лебедев. Правда! Если подумать, на хрена стране парламент? Не для демократии же, в самом деле. Если же еще подумать, ответ дать можно: бандитов от тюрьмы «неприкосновенностью» спасать, деньги за лоббирование грести… А если парламент в самом деле разогнать, а депутатов на нары отправить? Что будет? Ясно что: всеобщая народная радость. Только Европа вздыбится, того и гляди направит скорострельных миротворцев.

А это что? Никак мента замочили? Точно! «Убит полковник милиции…». Надо же, не испугался кто-то! Журналюги-злодеи, правда, подсказали: не в профессиональной деятельности убиенного дело. Крышевал полковник наркоторговлю в целой области. Врут, понятно, вот и опровержение – только что из пресс-центра МВД.

Дернул Алеша щекой. И вправду, не побоялся кто-то.

Завтра мы опубликуем список аптек, где торгуют наркотиками. Все они – под ментовской «крышей».

Интересно, опубликовали?

А про Десант есть? Есть, как не быть! В детский дом приехали, подарки привезли. И… С милицией подрались? Храбрые, однако, фашики! Ну, это в Донецке, там все отморозки, того и гляди, за пулеметы возьмутся.

Остальное – вовсе неинтересно. Кит в Темзу заплыл, австралиец зарегистрировал брак с самцом кенгуру, в Интернете паника… Чего-о?

Оглянулся Алеша, по сторонам посмотрел. Где паника? Сидит народ у мониторов, работает. Значит, не во всей Сети, погорячились репортеры.

И вправду, не во всей. Зато на порносайтах, особенно тех, что для педофилов – беда. Уже вторые сутки идет погром, такой, что прячься. Ничего не помогает, ни антивирусы, ни вопли про священную свободу информации. Бьют – не жалеют. Уже в Европарламент жалоба пошла – в защиту прав священных педофилов.

Перечитал Алеша заметку – удивился. Есть у него на курсе приятель, Саша Лепко, великим считается докой по части всего компьютерного. Как-то завелся народ по поводу порносайтов, особенно которые для извращенцев. Истфаковцы – народ суровый, недаром их в демократы редко берут. Задавить подонков – и точка! Тогда Саша и пояснил обстоятельно, почему серьезный сайт уничтожить нельзя. Заткнуть можно, но ненадолго. Иначе бы сайт Билла Гейтса и часа не проработал.

Основательно рассказывал Лепко, с примерами. Убедил. Вздохнули суровые ребята с истфака, помянули товарища Сталина. Вовремя, молодец, кибернетику топтать начал, жаль до победы не дотоптал!

Выходит, сайты давить все-таки можно? Или вирус новый выродили? Особенный?

И еще заметил Алеша: первых делом снесли русскоязычные сайты, потом лишь за прочие взялись. Ой, молодцы!

* * *

– Мама, я по мобиле звоню… Да-да, все в порядке, в полном порядке! Нормальный у меня голос. Ничего не случилось! А ты как? А папа? Опять?! Мама, скажи ты ему, скажи, не молчи!..

Дорожка 4. «Makhnovshina». Предполагаемый автор – Этьен Рода-Жиль. Исполняет неизвестная французская рок-группа. (2`55).

Песня французских анархистов на мотив «По долинам и по взгорьям». Возможно имела украинский «прототип» – в слове "Makhnovshina" ударение ставится на предпоследний слог. «Шли деникинцы лавиной, собирались аж в Москву – все их войско махновщина покосила как траву».

Суббота, 9 августа 1851AD. Восход солнца – 7.43, заход – 17.06. Луна –IIфаза, возраст в полдень – 12, 5 дней.

Отбытие наше откладывается, по меньшей мере, на завтра. День сегодняшний был посвящен сбору и отправке каравана невольников на юг. Его поведет один из арабов, помощников мистера Зубейра. Наш хозяин доволен: страшный «улов» обильный, как никогда, причем достался за невысокую цену. Беспокоит Рахаму лишь возможное нападение конкурентов, стремящихся урвать свою долю добычи.

Не удержавшись, я спросил у мистера Зубейра, каковы ожидаемые естественные потери по пути к побережью. Продумав, он ответил, что надеется на благополучное прибытие трех четвертей груза, если аллах не нашлет эпидемии или разбойников.

Итак, каждый четвертый невольник заранее списывается в убыток. Несколько сот людей, пока еще живых и здоровых.

Комментировать здесь нечего.

Свою малолетнюю наложницу Зубейр тоже отправляет с караваном, причем на общих основаниях, в колодках и с веревкой на шее. Кажется, я преувеличил его мягкосердечие.

Не желая наблюдать за приготовлениями и отбытием несчастных, мы с Мбомо посвятили время осмотру селения. Оно мало чем отличается от уже виденных (те же улицы в красной пыли, те же круглые островерхие хижины с крышами, похожими на китайские шляпы), разве что несколько больше и богаче. Неудивительно, ибо здесь находится резиденция здешнего «рундо», то есть, старшего вождя, коему подчинены вожди всех окрестных селений. Именно в этом причина нашей задержки: мистер Зубейр ведет долгие беседы с рундо и его советом. Подозреваю, что поводом является все та же грядущая война.

Здешний базар весьма обилен товарами, как местными, так и привозными. Европейских нет, но очень многое явно доставлено из долины Замбези. Немало домашней птицы, сахарного тростника, риса, мапиры (вид проса), кукурузы. Предлагался, хотя и дорого, табак.

Тканей и украшений также много. Среди прочего, я увидел небольшой коврик с аппликацией, изображающей, если верить мастеру, зверя Керит. Сам мастер его не видел, посему представил в виде большой гиены с огромными когтями.

Коврик я прибрел исключительно для коллекции. Он свидетельствует лишь о фантазии туземцев, хотя наличие больших когтей у зверя подмечено верно. Однако, уже уходя с базара, мы с Мбомо наткнулись на нечто более ценное: странного вида щит, украшенный бронзовыми бляхами. На бляхах был представлен все тот же Керит, но совсем иначе. Длинная морда и характерные уши делают его похожим на барсука.

Такие бляхи я уже видел. По уверениям торговцев они привезены из страны Миомбо-Керит. Неведомый науке зверь является, якобы, тамошним тотемом, давшим земле имя.

Боюсь загадывать, но, кажется, страна Миомбо-Керит столь же реальна, как и давшее ей имя чудище. Если это так, то… Нет, пока еще не решусь делать выводы.

Следует отметить еще нечто, связанное с миром зверей, хоть и не столь редкое. Я имею в виду местных собак. Наряду с обычными в здешних краях остроухими псами, мы увидел других, тоже знакомых, но здесь пока еще не встреченных. Речь идет о львиной собаке, которую держат готтентоты. Приходилось слышать, что она распространена далеко на север, причем очень ценится в качестве сторожа и охотника. Видимо, так оно и есть.

Особенностью данной породы является гребень на спине, образуемый из волос, растущих против основной шерсти. Этот гребень, именуемый часто «ридж», у настоящей львиной собаки должен четко выделяться, сужаться к крупу и быть симметричным. Начинается он позади холки, продолжается до самого хвоста и содержит два идентичных завитка, расположенных друг против друга.

Мбомо твердо решил купить такую собаку в ожидании трудностей дальнейшего путешествия. Прибрести он думает не щенка, а молодого пса, дабы сразу же получить верного помощника. На мои замечания по поводу трудностей дрессировки фактически взрослого животного, он лишь смеется. По его мнению, европейцы (племя, как известно, дикое и подверженное предрассудкам) лишь портят животных своей «дрессировкой». С животными следует дружить, тогда они ответят тем же.

Поглядим!

Разговор о предрассудках диких европейцев стал поводом для серьезной беседы по поводы нашего маршрута. Мбомо откровенно высказался насчет моего здоровья. Увы, возразить нечего. Даже если лихорадка каким-то чудом меня пощадит, сил все равно остается слишком мало. Африка – пока еще злая мачеха для белых людей. Болезни, незнакомые европейцам, не самое опасное, равно как змеи и насекомые. Не менее вреден, как ни странно, здешний хлеб. Крупный помол делает его настоящей отравой для непривычного желудка. Подозреваю, что африканская вода для белых людей тоже не слишком полезна, и даже воздух распространяет смертоносные миазмы.

Жить в Африке европейцы не могут. Однако, живут, торгуют, путешествуют, обманывают и убивают ближних своих. Живут – и умирают.

Сами же путешествия по глубинам континента вовсе не так трудны, как может показаться человеку, начитавшемуся «африканских романов». Забавно встречать на их страницах описания подготовки к очередному походу за алмазами или золотом. Ежели героев и вправду снарядить подобным образом, то их появление где-нибудь у Замбези будет подобно высадке в Портсмуте толпы голых негров, которые, поставив на головы тяжелые корзины, с пением песен направятся, ориентируясь по звездам, строго на север, разбивая по дороги бивуаки и пугая полицейских и лесников. «Господа! Не лучше ли вам сесть на поезд?» – неизбежно поинтересуется у этих дикарей кто-либо сердобольный.

Дикари-белые ведут себя в Африке не умнее. Но это – отдельная тема.

Беспокойство мое о пропавшем куда-то Даймоне исчезло лишь с его появлением ровно в пять часов пополудни, если верить моему хронометру. Будь я англичанином, непременно пил бы в это время чай. Но вместо чая мы с моим Даймоном угощались (вот совпадение!) кофе. Между прочим, его сорт именуется не «кофе Якова», а именно «Якобс», как имя собственное. В мире духов свои традиции.

Вероятно, я был не слишком сдержан, сразу же начав расспрашивать о самочувствии и делах. Надеюсь, Даймон меня извинит, ибо я и в самом деле волновался за моего навязчивого духа. Его дела, как я понял, благоприятны, если не считать неприятностей с дочерью. Я осмелился узнать причину. Ответ меня поразил: юная девица поступила волонтером в некое войско (!!!) и всерьез увлеклась германской культурой. Если первое и в самом деле чудовищно, то в достижениях немецкой цивилизации не вижу ничего плохого, если, конечно, не считать Фейербаха.

Даймон не без грусти заметил, что мне его заботы до конца не понять. «К счастью», – добавил он.

Изрядно раззадоренный (что у них там, за Ахероном, происходит?!), я потребовал от Даймона, дабы он, не пускаясь в абстракции, описал то, что видит из окна. Даймон охотно удовлетворил мое любопытство, причем не без некоторого злорадства. Не зря! Теперь мне остается размышлять над тем, что такое «гараж» и «электрический фонарь». Неужто в мире ином электричество применяется для освещения?

«Бомджи» у духов (если я верно расслышал это жуткое слово) – то же, что в Париже «клошары». Видимо, их грехи особо тягостны.

Уже без всяких шуток Даймон подробно расспросил меня о здоровье. Не иначе, они с Мбомо сговорились.