сборник рассказов
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
„Кабы я была царица, –
Говорит одна девица, –
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир“.
„Кабы я была царица, –
Говорит ее сестрица, –
То на весь бы мир одна
Наткала я полотна“.
„Кабы я была царица, –
Т…
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
„Кабы я была царица, –
Говорит одна девица, –
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир“.
„Кабы я была царица, –
Говорит ее сестрица, –
То на весь бы мир одна
Наткала я полотна“.
„Кабы я была царица, –
Т…
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
„Кабы я была царица, –
Говорит одна девица, –
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир“.
„Кабы я была царица, –
Говорит ее сестрица, –
То на весь бы мир одна
Наткала я полотна“.
„Кабы я была царица, –
Т…
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
„Кабы я была царица, –
Говорит одна девица, –
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир“.
„Кабы я была царица, –
Говорит ее сестрица, –
То на весь бы мир одна
Наткала я полотна“.
„Кабы я была царица, –
Т…
Эта книжка стихов – опыт в стиле средневековой традиционной лирической японской поэзии, хокку и танка. Разумеется, речь не идет о формате, пропорциях и прочих условностях, которые этим налагаются. Дело в другом. Природный или философский образ, мимол…
Эта книжка стихов – опыт в стиле средневековой традиционной лирической японской поэзии, хокку и танка. Разумеется, речь не идет о формате, пропорциях и прочих условностях, которые этим налагаются. Дело в другом. Природный или философский образ, мимол…
Сборник положений и правил о найме слуг и рабочих для домашних услуг, отправления земледельческих, ремесленных и заводских работ, торговых и прочих промыслов в губерниях Российской Империи, Царства Польск. и В. К. Финляндского, с приведением дополнит…
Сборник положений и правил о найме слуг и рабочих для домашних услуг, отправления земледельческих, ремесленных и заводских работ, торговых и прочих промыслов в губерниях Российской Империи, Царства Польск. и В. К. Финляндского, с приведением дополнит…
На родине его называли «бестактным пошляком», а «Трое в лодке, не считая собаки» – «шедевром вагонной литературы». Но читатели восторженно приняли прозу Джерома К. Джерома, блестящего рассказчика с искрометным чувством юмора.
На родине его называли «бестактным пошляком», а «Трое в лодке, не считая собаки» – «шедевром вагонной литературы». Но читатели восторженно приняли прозу Джерома К. Джерома, блестящего рассказчика с искрометным чувством юмора.
«– О чем?
– Обо всем.
– Ну, как же обо всем?
– Обо всем, о чем я в то время думал.
– В какое время?
– Пока писал.
– А когда вы писали?
– В прошлом сентябре и октябре.
– В два месяца?..»
«– О чем?
– Обо всем.
– Ну, как же обо всем?
– Обо всем, о чем я в то время думал.
– В какое время?
– Пока писал.
– А когда вы писали?
– В прошлом сентябре и октябре.
– В два месяца?..»
В книгу включен первый, не вышедший при жизни писателя сборник рассказов Антоши Чехонте «Шалость».
В книгу включен первый, не вышедший при жизни писателя сборник рассказов Антоши Чехонте «Шалость».
«…Это вступление маркиза д'Амеркера в историю произошло мало-помалу и укрепляется по мере того, как присутствие его оказывается руководительством, и он отнимает ложные знаки отличия у известных исторических фигур, ставших апокрифическими, нарочито пр…
«…Это вступление маркиза д'Амеркера в историю произошло мало-помалу и укрепляется по мере того, как присутствие его оказывается руководительством, и он отнимает ложные знаки отличия у известных исторических фигур, ставших апокрифическими, нарочито пр…
«У Брюсова лицо человека, затаившего в себе великую страсть. Это она обуглила его ресницы, очертила белки глаз, заострила уши, стянула сюртук, вытянула шею и сделала хищной его улыбку. И та же страсть в тончайшие звоны одела его грубый от природы сти…
«У Брюсова лицо человека, затаившего в себе великую страсть. Это она обуглила его ресницы, очертила белки глаз, заострила уши, стянула сюртук, вытянула шею и сделала хищной его улыбку. И та же страсть в тончайшие звоны одела его грубый от природы сти…




















