русская классика
«Светло смотрел полный месяц в зеркальные воды Лимана, и его отражение искрилось серебряною браздою на поверхности. У берегов, незаметная, робкая волна едва колыхалась, напоминая о жизни дремлющей воды. Вокруг, ароматные кустарники, перевитые розовым…
«Светло смотрел полный месяц в зеркальные воды Лимана, и его отражение искрилось серебряною браздою на поверхности. У берегов, незаметная, робкая волна едва колыхалась, напоминая о жизни дремлющей воды. Вокруг, ароматные кустарники, перевитые розовым…
«Грёзы о Земле и небе» – книга, принадлежащая перу великого русского ученого и писателя Константина Эдуардовича Циолковского (1857-1935). ***
Богатство Вселенной неизмеримо… Каждый, кто хоть раз поднимал глаза к звездному небу, в этом убедится. Сборн…
«Грёзы о Земле и небе» – книга, принадлежащая перу великого русского ученого и писателя Константина Эдуардовича Циолковского (1857-1935). ***
Богатство Вселенной неизмеримо… Каждый, кто хоть раз поднимал глаза к звездному небу, в этом убедится. Сборн…
«Космическая философия» – книга великого русского и советского ученого Константина Эдуардовича Циолковского (1857-1935). ***
Космическая философия Циолковского – это новое осмысление Вселенной, завязанное на необходимости понимать и принимать изменен…
«Космическая философия» – книга великого русского и советского ученого Константина Эдуардовича Циолковского (1857-1935). ***
Космическая философия Циолковского – это новое осмысление Вселенной, завязанное на необходимости понимать и принимать изменен…
«Начало, корень и утвержденье всему есть любовь к Богу. Но у нас это начало в конце, и мы все, что ни есть в мире, любим больше, нежели Бога. Любить Бога следует так, чтобы все другое, кроме Него, считать второстепенным и не главным, чтобы законы Его…
«Начало, корень и утвержденье всему есть любовь к Богу. Но у нас это начало в конце, и мы все, что ни есть в мире, любим больше, нежели Бога. Любить Бога следует так, чтобы все другое, кроме Него, считать второстепенным и не главным, чтобы законы Его…
«Все согласны в том, что еще ни одна книга не произвела столько разнообразных толков, как «Выбранные места из переписки с друзьями». И что всего замечательней, чего не случилось, может быть, доселе еще ни в какой литературе, предметом толков и критик…
«Все согласны в том, что еще ни одна книга не произвела столько разнообразных толков, как «Выбранные места из переписки с друзьями». И что всего замечательней, чего не случилось, может быть, доселе еще ни в какой литературе, предметом толков и критик…
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
“Кабы я была царица, —
Говорит одна девица, —
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир”…»
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
“Кабы я была царица, —
Говорит одна девица, —
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир”…»
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
“Кабы я была царица, —
Говорит одна девица, —
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир”…»
«Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
“Кабы я была царица, —
Говорит одна девица, —
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир”…»
«Творец! Ниспошли мне беды и лишенья,
Пусть будет мне горе и спутник и друг!
Но в сердце оставь мне недуг вдохновенья,
Глубокий, прекрасный, священный недуг!..»
«Творец! Ниспошли мне беды и лишенья,
Пусть будет мне горе и спутник и друг!
Но в сердце оставь мне недуг вдохновенья,
Глубокий, прекрасный, священный недуг!..»




















