публицистическая литература
«Пасси – очень интересный округ. Нынешние эмигранты ославили его русским. По этому поводу ходили тяжеловатые остроты. Называли Пасси «Арбатом» и «Пассями». Уверяли, что где-то, на улице Лафонтен, повесился чистокровный француз, оставив записку: «Умир…
«Пасси – очень интересный округ. Нынешние эмигранты ославили его русским. По этому поводу ходили тяжеловатые остроты. Называли Пасси «Арбатом» и «Пассями». Уверяли, что где-то, на улице Лафонтен, повесился чистокровный француз, оставив записку: «Умир…
«Наступает зима. Как-то вечером пошел снег, и все стало среди ночи белым: набережная, лодки у берега, крыши домов, деревья. Только вода в заливе остается жутко черной и неспокойно плещется в этой белой тихой раме…»
«Наступает зима. Как-то вечером пошел снег, и все стало среди ночи белым: набережная, лодки у берега, крыши домов, деревья. Только вода в заливе остается жутко черной и неспокойно плещется в этой белой тихой раме…»
«Эту прелестную древнюю легенду рассказал мне в Балаклаве атаман рыбачьего баркаса Коля Констанди, настоящий соленый грек, отличный моряк и большой пьяница…»
«Эту прелестную древнюю легенду рассказал мне в Балаклаве атаман рыбачьего баркаса Коля Констанди, настоящий соленый грек, отличный моряк и большой пьяница…»
«О, милые простые люди, мужественные сердца, наивные первобытные души, крепкие тела, обвеянные соленым морским ветром, мозолистые руки, зоркие глаза, которые столько раз глядели в лицо смерти, в самые ее зрачки!..»
«О, милые простые люди, мужественные сердца, наивные первобытные души, крепкие тела, обвеянные соленым морским ветром, мозолистые руки, зоркие глаза, которые столько раз глядели в лицо смерти, в самые ее зрачки!..»
«В Балаклаве конец сентября просто очарователен. Вода в заливе похолодела; дни стоят ясные, тихие, с чудесной свежестью и крепким морским запахом по утрам, с синим безоблачным небом, уходящим бог знает в какую высоту, с золотом и пурпуром на деревьях…
«В Балаклаве конец сентября просто очарователен. Вода в заливе похолодела; дни стоят ясные, тихие, с чудесной свежестью и крепким морским запахом по утрам, с синим безоблачным небом, уходящим бог знает в какую высоту, с золотом и пурпуром на деревьях…
Автофикшн. Выходные в Китае. Мы такие уж разные? Да, мы разные: наши дети не бегают в красных галстуках, у нас люди не выходят на центральные улицы для проведения производственной гимнастики. Но мы к вам еще вернемся!!!!
Автофикшн. Выходные в Китае. Мы такие уж разные? Да, мы разные: наши дети не бегают в красных галстуках, у нас люди не выходят на центральные улицы для проведения производственной гимнастики. Но мы к вам еще вернемся!!!!
«Мы уже до того дожили на белом свете, что философы и моралисты усомнились в существовании дружбы, а поэты и романисты загнали ее в книги и так изуродовали ее, что кто не видал ее в глаза, тот никоим образом ее не узнает. В самом деле, неужели можно …
«Мы уже до того дожили на белом свете, что философы и моралисты усомнились в существовании дружбы, а поэты и романисты загнали ее в книги и так изуродовали ее, что кто не видал ее в глаза, тот никоим образом ее не узнает. В самом деле, неужели можно …
«Что сдѣлало Петра великимъ? Что заставило Его жертвовать Собою для преобразованія Россіи, для упроченія ея славы и могущества побѣдами и полезными завоеваніями? Любовь къ Отечеству! Только сіе возвышенное чувство можетъ вознесть простаго гражданина …
«Что сдѣлало Петра великимъ? Что заставило Его жертвовать Собою для преобразованія Россіи, для упроченія ея славы и могущества побѣдами и полезными завоеваніями? Любовь къ Отечеству! Только сіе возвышенное чувство можетъ вознесть простаго гражданина …
«Революционные силы российского пролетариата иссякли; рабочее движение зашло в тупик, из которого ему долго, очень долго не выбраться – повторяют на все лады наши недруги и наши мнимые друзья. Так ли это?
Нет! Это клеветнические и лживые уверения, и …
«Революционные силы российского пролетариата иссякли; рабочее движение зашло в тупик, из которого ему долго, очень долго не выбраться – повторяют на все лады наши недруги и наши мнимые друзья. Так ли это?
Нет! Это клеветнические и лживые уверения, и …
Серия электронных книг подготовлена Челябинской областной универсальной научной библиотекой и стала результатом реализации проекта по оцифровке коллекции из более чем 500 писем, почтовых карточек и фрагментов дневников южноуральцев – участников Велик…
Серия электронных книг подготовлена Челябинской областной универсальной научной библиотекой и стала результатом реализации проекта по оцифровке коллекции из более чем 500 писем, почтовых карточек и фрагментов дневников южноуральцев – участников Велик…
Я хочу поговорить, на мой взгляд, о действительно важной теме, которая, вероятно, куда страшнее, чем взрыв солнца или пресловутые пришельцы.
Я хочу поговорить, на мой взгляд, о действительно важной теме, которая, вероятно, куда страшнее, чем взрыв солнца или пресловутые пришельцы.
Образование - важнейшая сфера, определяющая будущее общества и государства.Детские сады, школы, университеты, организации дополнительного образования–пространство взаимодействия педагогов, управленцев, обучающихся, родителей и других лиц, причастных …
Образование - важнейшая сфера, определяющая будущее общества и государства.Детские сады, школы, университеты, организации дополнительного образования–пространство взаимодействия педагогов, управленцев, обучающихся, родителей и других лиц, причастных …
Злейший враг - это время. Если оно не заберет легкомысленность, оно заберет жизнь.
Злейший враг - это время. Если оно не заберет легкомысленность, оно заберет жизнь.
Когда мне было шесть лет, моего дедушки не стало. Честно говоря, тогда я почти ничего не почувствовала в связи с этой трагедией. Потеря стала ощутима для меня куда позднее.
Сейчас мне восемнадцать лет и я понятия не имею, что происходит вокруг, а гла…
Когда мне было шесть лет, моего дедушки не стало. Честно говоря, тогда я почти ничего не почувствовала в связи с этой трагедией. Потеря стала ощутима для меня куда позднее.
Сейчас мне восемнадцать лет и я понятия не имею, что происходит вокруг, а гла…
Сборник документальной прозы - дневниковых рассуждений и размышлений с философским уклоном. В основном это отчёты автора о ее прогулках по Вроцлаву, в который ее занесло без денег и вещей из-за обстоятельств вынужденного характера. Но автору всё равн…
Сборник документальной прозы - дневниковых рассуждений и размышлений с философским уклоном. В основном это отчёты автора о ее прогулках по Вроцлаву, в который ее занесло без денег и вещей из-за обстоятельств вынужденного характера. Но автору всё равн…
«Теперь, когда улеглась мгновенная шумиха около имени Рошфора и он забыт своими поклонниками, – увы, судьба всех журналистов! – пора сказать несколько слов об этой изумительной личности, рассказать об его непримиримости, об его гражданском мужестве и…
«Теперь, когда улеглась мгновенная шумиха около имени Рошфора и он забыт своими поклонниками, – увы, судьба всех журналистов! – пора сказать несколько слов об этой изумительной личности, рассказать об его непримиримости, об его гражданском мужестве и…
«Дюма – человек бурных излияний. Его политические убеждения, так же как его дружба и как его ненависть (когда он ее чувствует), не обходятся у него без топотни и крика. Нет ничего забавнее, как читать в его «Мемуарах» страницы, посвященные июльским д…
«Дюма – человек бурных излияний. Его политические убеждения, так же как его дружба и как его ненависть (когда он ее чувствует), не обходятся у него без топотни и крика. Нет ничего забавнее, как читать в его «Мемуарах» страницы, посвященные июльским д…
«Все люди, которым по обязанности или по личному влечению приходится ежедневно читать газеты, не могли не обратить внимания на странный закон эпидемичности, которому подвержены жизненные явления. Неожиданно, без всякой причины, вдруг учащаются случаи…
«Все люди, которым по обязанности или по личному влечению приходится ежедневно читать газеты, не могли не обратить внимания на странный закон эпидемичности, которому подвержены жизненные явления. Неожиданно, без всякой причины, вдруг учащаются случаи…
«Натуральность, но без натурализма. Правда – без реализма. Трогательность – без сентиментальности. Теплота – без пафоса. Светлая грусть – без мировой скорби…»
«Натуральность, но без натурализма. Правда – без реализма. Трогательность – без сентиментальности. Теплота – без пафоса. Светлая грусть – без мировой скорби…»
«Кому только не известно прелестное предание о пушкинском любимом кольце? Об этом талисмане простосердечно-суеверного гения, об этой памяти тяжелой и неверной любви, о прекрасной реликвии, которая от поэта должна была переходить с рук на руки, времен…
«Кому только не известно прелестное предание о пушкинском любимом кольце? Об этом талисмане простосердечно-суеверного гения, об этой памяти тяжелой и неверной любви, о прекрасной реликвии, которая от поэта должна была переходить с рук на руки, времен…





















